Сенька

Глава 1

Мишка был долгожданным ребёнком. Елена и Сергей души в сыне не чаяли, и даже врождённое заболевание, вызывающее припадки с судорогами, не омрачало их семейного счастья. «Главное – любовь, – говорили они, – а здоровье можно поправить». Шло время, Мишка рос. С ним росла и болезнь, припадки становились всё сильнее. Елена дышала над сыном, Сергей старался поддерживать её во всём, но всё же Лена замечала, что муж стал потихоньку отдаляться. Однажды, гуляя с Мишкой, они шли по парку. С одной стороны асфальтированной дорожки был парк, а с другой – забор с коваными прутьями, который отделял территорию небольшого детского дома. Во дворике гуляла малышня. Те, кто повзрослее, бегали в догонялки, совсем маленькие копошились в песочнице. С грустью смотрела Елена в сторону детдомовских детей. Да и какая мать пройдёт мимо без сочувствия?

И тут Елена остановилась. Все детишки играли, бегали, сновали туда-сюда – и по одному, и кучками, – а в самом углу у забора, под разлапистым кустом сирени, сидел он. Маленький мальчик, на вид не старше пяти лет. Он сидел на пенёчке, положив руки на колени, и смотрел вдаль. И, словно заметив на себе взгляд чужого человека, мальчик посмотрел в сторону молодой семьи.

Глаза, его огромные голубые глаза, казалось, были бездонными. Прямые, соломенного цвета волосёнки выбивались из-под мятой панамки. Весь вид мальчика был таким отрешённым и одиноким, что у Лены сердце сжалось в комок.

– Привет. Ты почему здесь один и не играешь с ребятами? – спросила она, подходя к забору.

Малыш с интересом разглядывал женщину.

– Просто сижу, – ответил малыш. – Играть не хочется.

– А как тебя зовут? – задавала вопросы Лена.

– Семён, – ответил мальчик, продолжая изучать.

Только теперь взгляд ребёнка был направлен не на Лену. Он рассматривал Сергея с Мишей, стоящих чуть поодаль.

– Это ваш сын? – спросил мальчик. У девушки к горлу подступил комок.

– Да, – сдавленно ответила она. – Его зовут Миша.

– Он болеет, да? – вдруг спросил Семён.

Не ожидавшая такого вопроса Лена удивлённо вскинула брови и уже было хотела спросить, с чего малыш это взял, но в этот момент к забору подлетела толпа детворы.

– Тётя, а почему ты с Сенькой разговариваешь? Он же дурачок, он молчит всегда, – выпалила одна из девчонок.

И тут к забору подошла женщина. Высокая, плотного телосложения, с высоким пучком на голове. В толпе детворы она была похожа на фрёкен Бок. Лена улыбнулась своим мыслям.

– А ну-ка, быстро от забора, – грозно произнесла «фрёкен Бок». – Ох, Дашка! Язык у тебя, как помело! – сердито продолжала она. – Опять к Семёну цепляешься!

Детвора с гулом унеслась обратно вглубь двора, а женщина, подойдя ближе к мальчику, слегка приобняла его.

– Пойдём, мой хороший, – ласково произнесла она. – Не обращай на Дашку внимания, шпана она и есть шпана, – увещевала женщина.

– Простите, – вдруг произнесла Лена, – а что с этим мальчиком? Почему его дурачком назвали?

– Не обращайте внимания, – улыбнулась «фрёкен Бок». – Дашка у нас любительница прицепиться к кому-нибудь. А Сенечка, он не дурачок. Он просто другой.

Лена молча смотрела в спины уходящей женщины и маленького белобрысого мальчонки, а в голове звучало: «Он просто другой».

С того дня, как девушка увидела маленького Семёна, она периодически в мыслях возвращалась к нему.

– Знаешь, он спросил у меня, здоров ли наш сын, – произнесла однажды Лена вслух, обращаясь к мужу. – Как он узнал?

– Глупости это, ребёнок со своими тараканами в голове. Зачем ты на это внимание обращаешь? – ответил Сергей.

– Не знаю, – понуро вздохнула Лена. – Я теперь часто о нём думаю. Он такой маленький, такой беззащитный.

Шло время, а Лена так и не отделалась от мыслей о Семёне. Гуляя с сыном, она периодически ходила туда, к забору, разделявшему два мира: мир Лены и мир маленького мальчика с соломенными волосами. Но подходить не решалась.

«Незачем бередить ребёнку сердце», – думала она.

Мишке исполнилось семь, пришло время для школы. Приступы периодически случались, он был под особым наблюдением, и об учёбе в обычной школе не могло быть и речи. Дни Мишки должны были проходить в тихой, неспешной обстановке. Детворе ведь не объяснишь, что кого-то нельзя толкать, кого-то нельзя пугать, выскакивая из-за угла, для развлечения… Жизнь Миши была похожа на подушку, мягкую и убаюкивающую. Какие-то уроки Лена объясняла ребёнку сама, для каких-то приходил учитель-надомник.

И вот однажды в один из холодных осенних дней привычный мир Лены рухнул. Сергей сказал, что уходит.

Нет, это не было для неё ударом. Она давно чувствовала, что муж охладел к ней. А как иначе? Сын забирал почти всё время. Мишка хоть и не был капризным и избалованным ребёнком, но следить за ним было нужно. Лена очень боялась ночей. Боялась, что ночью может случиться припадок, а она не услышит. Она часто просыпалась и ходила в комнату сына, слушала дыхание.

Она не осуждала Сергея. Сплошь и рядом мужчины не выдерживали ритма жизни больного ребёнка. Сколько она таких историй слышала, пока лежала с Мишкой на профилактических обследованиях.

Не было громких и обличительных слов, не было грубых и обидных обзывательств – был тихий разговор.

Говорил по большей части Сергей. Он всё понимал, он просто сдулся. Ему в тягость стали те, ради кого он когда-то горел сердцем. Говорил, что не бросит Мишку финансово, что, если возникнут какие-то вопросы, он всегда будет на связи. И если Лена боится, что он не сдержит слово, то предложил не разводиться официально. Тем более что семью, в полном её смысле, Сергей больше заводить не хотел, а бумажная волокита не нужна ни ему, ни ей. Если уж так случится, что сама Лена решит выйти замуж ещё раз, то он без проблем оформит нужные бумаги.

Выслушав все предложения, Лена сказала, что уедет жить с Мишкой в свою старую квартиру, что не станет ему докучать и портить жизнь скандалами и истериками. Попросила только об одной услуге…

***

Спустя месяц, после улаживания всех формальностей, Лена с теперь уже двумя сыновьями вошла в дверь своей старой квартиры.

Кто знает, как так быстро получилось, что Елене отдали Семёна на усыновление. Может, муж сумел найти подход и необходимые финансы, а может, звёзды так сложились. Говорят же, что если чего-то очень-очень хотеть, то оно непременно сбудется. Вот так и Лена очень хотела забрать Семёна из детского дома. И потекла жизнь тонкой струйкой, тихая и незаметная. Сергей не обманул, и ежемесячная сумма на обеспечение Мишкиных потребностей всегда вовремя появлялась на счёте. Да и сама Лена сложа руки не стала сидеть, сумела найти хорошую удалённую работу.

Так чудесно всё вышло с работой, что она и сама не верила в удачу. Только в один прекрасный день, гуляя с мальчишками в сквере, ей из-за ветра прямо в лицо прилетел листок, которые обычно клеят на доски для объявлений.

Объявление было о поиске сотрудников для корректировки текста на удалённую работу. Имея педагогическое образование, уж с чем с чем, а с русским языком Лена была на «ты». Странно, но на листке была только одна необорванная полоска с номером.

«Позвонить, что ли?» – думала девушка, вертя листок в руках.

И, словно услышав её мысли, Сенька вдруг вынул из сумки телефон и сунул ей в руки.

Вообще, говоря про Семёна, Лена замечала в нём некоторые странности. Нет, он совсем не был дурачком, каким когда-то его назвала девочка из детдома. Он был тихим и спокойным мальчиком, но иногда Лене казалось, что в его маленькой головке зреют мысли совсем не маленького мальчишки.

Забрав Сеньку домой, Лена не пожалела об этом ни разу. Не пожалела хотя бы потому, что с тех пор, как он появился в их жизни, у Миши если и не совсем исчезли приступы, то точно сошли на такой минимум, что даже врачи, мягко говоря, делали удивлённые лица. То ли сказывалось то, что у мальчиков появились общие интересы и Мишке некогда было думать о своей болячке, то ли сам Господь в благодарность за одну принятую в семью израненную душу решил смилостивиться над Леной.

Лена часто замечала, как Сенька гладит Мишку по голове. Мише это нравилось. Семён хоть и был младше Михаила на два года, но иногда вёл себя так, словно это он старший.

Однажды, когда Елена укладывала мальчишек спать и Семён уже посапывал во сне, сын ей сказал:

– Мам, мне сегодня вдруг стало так плохо, как будто сильно зажали голову. Я вспомнил, что так было перед приступом, и очень испугался, но ко мне сразу подлетел Сеня и, взяв моё лицо в ладошки, заглянул прямо в глаза. Он держал моё лицо до тех пор, пока у меня не перестало сжимать в голове, а потом он улыбнулся и сильно-сильно ко мне прижался. Мам, я так рад, что мы забрали Сеню домой!

Лена слушала сына, а по её щекам катились слёзы. Конечно, она понимала, что мальчик тут ни при чём, но слова сына были настолько искренними, что её душа, словно маленькая птичка, трепетала от исходящего от этих слов добра.

Лена любила каждого из них. Она не делила свою любовь на родную и приёмную, она просто жила, каждую минуту наслаждаясь общением с сыновьями, а ребят вполне устраивало общество друг друга.

Однажды они втроём сидели перед телевизором и смотрели фильм. Сюжет вертелся вокруг деревенской ребятни, которая искала приключений, попадая в разные переделки.

– Вот было бы здорово жить в деревне! – бросил невзначай Михаил.

– Да-а, – мечтательно произнёс Сеня и поднял глаза к потолку, словно там была нарисована воображаемая им картина.

– Ну уж, мальчики, – улыбнулась Лена. – Мы хоть и не едим пустой хлеб, но на собственный дом точно накопить не сумеем.

– Вот когда я вырасту, – продолжил Миша, – я устроюсь на хорошую работу и обязательно куплю нам дом!

– Вот когда вырастешь, тогда и поговорим, – щёлкнула Лена пальцем по носу сына. – А пока всем спать! Завтра придёт тётя Нина и на пару часов меня заменит. Мне нужно отъехать по делам.

Тётя Нина была соседкой по площадке, и иногда, если Лене нужно было отлучиться, она с удовольствием оставалась дома с ребятами. И каждый раз, уходя к себе, она заговорщически подмигивала Лене и говорила, что когда она приходит к мальчикам, ей будто добавляют пять лет жизни – так хорошо после общения с ними она себя чувствовала. Лена только пожимала плечами и шутила, что в квартире спрятана батарейка, которая и заряжает тётю Нину энергией.

На следующее утро, впустив соседку в квартиру, Лена побежала по делам. На сегодня у неё была назначена встреча с работодателем. Нужно было подписать кое-какие бумаги и получить деньги за выполненную ранее работу.

Денег за заказ вышло хоть и немного, но для их маленькой семьи они были очень важным и нужным дополнением. Тем более что к осени нужно было одевать ребят в новые курточки. Из старых они как-то незапланированно выросли!

Подписав бумаги и забрав сумму, Лена спрятала её поглубже в сумочку и направилась домой. Заскочив в магазин и прикупив для детей вкусностей, она пришла на вокзал и стала ждать автобус до своего района.

В какой момент и из-за какого угла перед ней появилась цыганка, Лена даже не поняла.

– Ай, красивая, дай погадаю, – вдруг произнесла та и схватила Лену за руку.

– Не нужно мне ничего, – испуганно отдёрнула руку девушка.

– Почему не хочешь судьбу знать? Всю правду скажу, – настырно продолжала цыганка, внимательно вглядываясь в лицо Лены.

Девушка было попыталась оглянуться в поисках поддержки, но на остановке, как назло, никого не было.

– Ай, не беги от меня, красивая, – говорила цыганка и смотрела прямо в глаза.

Потом она ещё что-то говорила и смотрела, смотрела, смотрела, не отводя ни на секунду своих чёрных глаз от глаз Елены.

Из ступора девушку вывел голос:

– Девушка, вам плохо?

Лена, словно проснувшись, открыла глаза. Перед ней было приветливое лицо парня.

– Нет, нет, – пробормотала Лена, пытаясь понять, где она находится и что с ней случилось.

Подошёл автобус, народ с остановки погрузился в него, и девушка вновь осталась в одиночестве. Взглянув на часы, она ужаснулась. Без четверти пять. А ведь к остановке она подошла в три часа дня!

Голова нещадно болела. Потихоньку к Лене стали возвращаться обрывки сознания. Вот она на встрече, вот в магазине покупает мальчишкам сладости, а вот… Цыганка! Лену словно прошибло током. Её сумка стояла рядом с ней на лавочке, но заглянуть в неё она боялась. Резко выдохнув, Елена запустила руку внутрь.

«Так и есть», – горько усмехнулась девушка и закрыла лицо руками.

Денег, полученных за работу, не было. Ещё раз внимательно изучив содержимое сумки и не найдя денег, Лена расстроилась окончательно.

«Вот вам и курточки новые, – горько думала она, – вот вам и поездка в зоопарк».

Пошарив по карманам и найдя нужное количество мелочи, Елена села в подошедший автобус и поехала домой.

Дома её встретила встревоженная тётя Нина. Услышав шёпотом рассказанный инцидент, она расстроилась ещё больше. Понимая, как тяжело придётся семье без этих денег, с неприятным осадком на душе женщина ушла домой.

Приведя себя в порядок, Лена присела на диван и закрыла глаза.

– Мам Лен, что-то случилось? – услышала она заданный Семёном вопрос.

– Нет, мой хороший, просто у мамы сильно разболелась голова, – подавленным голосом произнесла девушка, стараясь сдержать слёзы.

Спустя секунду Сенька взгромоздился на колени матери и прижался к её голове своей соломенной шевелюрой.

– Сейчас, мам, – бормотал он и гладил Елену по щеке. – Сейчас всё пройдёт.

И словно мягкий туман разлился в голове, уводя её с собой туда, где отсутствуют боль и проблемы…

– Эй, вы чего тут? Уснули?

Михаил, закончивший делать домашнее задание, отправился на поиски семьи и нашёл их сидящими на диване в объятиях друг друга.

– Ш-ш, – тихо прошипел Сеня, поднеся палец к губам. – Мама спит, – шёпотом сказал он и тихонько слез с коленей Елены.

Спустя час Елена проснулась. Головной боли как не бывало, и чувствовала она себя великолепно. В прекрасном настроении она пошла к ребятам в комнату и провела с ними весь вечер.

Утром в решительном расположении духа открыла входную дверь, впуская тётю Нину.

– Леночка, может, не надо? – с порога сказала та. – Ну где ты её теперь найдёшь? Цыганка ведь, как ветер в поле!

– Ну, не найду, так не найду, тёть Нин. Но всё равно попробую. Может, она на вокзале ошивается и таких, как я, дурочек ловит.

– Ох не знаю, Леночка, – сказала тётя Нина и тут же осеклась.

Лена обернулась. Позади неё стоял Семён.

– Мам Лен, возьми меня с собой, – попросил мальчик.

– Ну, раз уж ты всё слышал, то должен понимать, что я иду не на прогулку, – ответила ему Елена.

– Я знаю, – сказал мальчик и, внимательно глядя на Лену, опять попросил: – Ну мамочка, возьми меня с собой.

Не понимая, как и, главное, – зачем, Елена сказала «да».

Вот уже час они шатались по вокзалу в поисках мифической цыганки. Елена уже отчаялась её найти, как вдруг услышала уже знакомое: «Ай, красивая, дай погадаю!»

Обернувшись на голос, Елена увидела ту, которая вчера лишила её зарплаты. Цыганка крутилась вокруг молодой девчонки и настойчиво хватала ту за руки. Подойдя к ней, Лена произнесла решительное:

– Здравствуйте!

Отвлёкшись от своей жертвы, цыганка с удивлением уставилась на Елену.

– Ну, здравствуй, – недружелюбно ответила она, опуская глаза на Семёна. – Чего тебе надо?

– Вчера вы взяли у меня кое-что, – робко продолжила Лена.

– Я? – надменно произнесла цыганка и упёрлась руками в бока. – Я ни у кого ничего не беру! Мне сами всё отдают, – гордо произнесла она.

– Нет, вы всё же взяли, – повторила Елена, – и если вы не хотите, чтобы я обратилась в милицию, то…

Договорить девушка не успела.

– Что-о?! – покраснев от гнева, заорала цыганка. – Ты меня пугать вздумала?! Люди добрые! – орала она, играя на публику. – Вы посмотрите на неё! Пугать она меня вздумала! Нищую цыганку! Думаешь, я управы на тебя не найду?

– Тише, – увещевала Елена, – зачем вы так кричите? Я же с вами по-хорошему.

– По-хорошему? – продолжала орать та.

Чуть поодаль уже образовалась толпа зевак в надежде увидеть развязку.

– Бесстыжая! – противным голосом кричала цыганка. – Сама где-то шлялась, деньги потеряла, а на меня свалить хочешь?! Ещё и ребёнка своего приволокла, чтоб людям на жалость давить.

Лена стояла с красным от стыда лицом. Люди, стоявшие рядом, с любопытством разглядывали молодую женщину с ребёнком, а цыганка, надрываясь, сыпала обвинениями и причитаниями.

И вдруг маленький Сенька отцепил свою ручонку от ладони матери, вплотную подошёл к цыганке и, взяв за руку, посмотрел на неё снизу вверх. Лена с непониманием смотрела на сына.

Опешив от поступка мальчика, цыганка на секунду замолчала, но, быстро придя в себя, отдёрнула руку и заорала вновь:

– Да что же это такое, люди добрые?!

Откуда ни возьмись вокруг появилась ещё толпа цыган, и Елена, краснея от стыда, схватила Семёна и побежала прочь с вокзала.

Как она добралась до дома, уже не понимала. В голове, словно назойливая дрель, звучал голос цыганки. Похожая на зомби, она вошла в квартиру и, буркнув тёте Нине что-то типа: «Это был самый ужасный день в моей жизни», – рухнула на кровать и уснула.

Проснулась Лена ночью. В комнате было тихо и темно. Почему-то в эту ночь мальчишки легли спать с ней, прижавшись к матери с разных сторон. Не желая будить сыновей, Лена устроилась поудобнее и снова заснула.

После того случая прошла неделя. Денег пришлось просить у Сергея. Впрочем, он и не собирался жадничать или отчитывать Лену за глупый проступок, о котором она ему рассказала. Сергей просто дал денег, не задавая лишних вопросов.

С тех пор, как они расстались, с огромным удивлением приняв единственную просьбу Лены об усыновлении мальчика, Сергей смотрел на жену совсем другими глазами. Конечно, он понимал, что поступает подло, оставляя её наедине с трудностями, но по-другому он не мог, считая, что так будет честнее, нежели приходить домой в плохом настроении и срываться на и без того уставшей жене.

Он встречался с женщинами, но заводить семью больше не хотел. Тем более что при необходимости он приезжал к Елене и сыну и вполне восполнял свои потребности в семейной жизни, проводя с ними весь день, слушая взрослые рассуждения сына Михаила о том, как они с мамой и Семёном мечтают купить дом в деревне и перебраться туда.

Семён в такие дни нехотя выходил из комнаты, словно не желая отнимать у Мишки минуты, проведённые с папой. Сергей же с интересом поглядывал на приёмного сына и хоть и не испытывал к нему отцовских чувств, но и не отталкивал его, если мальчик подходил к нему с каким-либо вопросом.

Лена же, несмотря на поступок мужа, не переставала его любить. Тихо и незаметно она ждала, когда он приедет, впрочем, не особенно заморачиваясь его отсутствием. С двумя детьми ей некогда было быть в одиночестве. Тем более что чем старше становились мальчики, тем легче становилось и ей.

С того случая с цыганкой прошёл месяц, и Елена уже стала забывать неприятный инцидент, как вдруг в один из вечеров в дверь позвонили. Открыв замки и распахнув дверь, девушка замерла в удивлении. На пороге стояла та самая цыганка.

– Что вам нужно? – нахмурившись, спросила Лена.

Цыганка прищурила глаза и раздражённо ответила:

– У тебя есть то, что принадлежит мне!

– Наверное, вы что-то путаете? – воскликнула Елена. – Это вы как раз забрали себе то, что принадлежало нам! – резко бросила она.

– Отдай моё! – со злобой опять произнесла цыганка.

– Да послушайте вы! Как у вас вообще хватило совести заявиться ко мне? – раздражённо произнесла Елена.

– Я не к тебе обращаюсь! – зло бросила цыганка. – Отдай силу! Я откуп дам, – продолжала она.

И только тут Елена заметила, что цыганка смотрит совсем не на неё. Обернувшись, девушка заметила Семёна. Мальчик только что сполз с постели и сейчас стоял босыми ногами на холодном полу. Семён сделал несколько шагов и оказался впереди матери, прямо перед цыганкой. Он спокойно смотрел на неё снизу вверх и не произносил ни слова.

– Отдай силу, – повторила женщина. – Возьми, – сказала она, протягивая мальчику свёрток.

Семён забрал свёрток и передал его в руки матери. Затем он подошёл к цыганке вплотную и снова, как в прошлый раз, взял её за руку. Так он постоял с минуту, неотрывно смотря в лицо женщины, а потом просто развернулся и пошёл обратно в квартиру. Цыганка же, не проронив ни слова, пошла вниз.

Лена стояла перед пустым коридором с открытой дверью и держала в руках свёрток непонятно с чем. Вся ситуация была для неё настолько дикой, что она, словно отупев от происходящего, крутила головой из стороны в сторону, не зная, как ей поступить и что делать. В конце концов, придя в себя, она закрыла дверь, положила свёрток на кухонный стол и пошла в комнату к мальчикам.

Мишка спал, тихонько посапывая на подушке. Семён лежал с открытыми глазами. Он знал, что мать придёт за объяснениями. И Елена пришла.

Присев на край кровати, Лена погладила Семёна по голове и спросила:

– Сенечка, что это было? О какой силе говорила эта женщина?

– Мам Лен, вот зачем она тебя обидела? Ведь ты же не украсть у неё хотела, а она плохо поступила. Так нельзя себя вести, – выдал тираду мальчик.

Конечно, это был не тот ответ, который хотела услышать Елена, но настаивать девушка не стала. В конце концов, ещё тогда, за забором детского дома, ей сказали, что Семён не такой, как все. Он просто другой. Стоит ли копошиться в чужой душе и допытываться правды, если она любит его и таким, немножко другим?

Чмокнув мальчика в соломенную макушку, мать пошла на кухню. Развернув свёрток, принесённый цыганкой, она обомлела. В руках Елена держала крупную сумму денег.

«Велика же была её сила, – подумала Лена, – раз она дала за неё такой откуп».

Сумма была настолько внушительная, что у Лены не осталось сомнения – следующим летом они обязательно купят себе дом в деревне.

Глава 2

С того дня как в руки Елены попал свёрток с деньгами, прошло полгода. Сумма, полученная от цыганки, действительно была немаленькая. Подогреваемая азартом, которым её заразили мальчишки, рассказывая, как бы им хотелось жить в домике в деревне, Елена тоже загорелась этой идеей.

Посовещавшись с Сергеем и заручившись его поддержкой, она начала поиски. Совсем далеко от цивилизации уезжать не хотелось, но и нюхать выхлопные газы в расположившихся около трассы деревнях тоже желания не было.

Лена сбилась со счёта, сколько раз каталась с риелтором по предложенным на продажу домам. То дорога рядом, то ни одного деревца, словно в степи деревня расположилась, а то и вовсе попадались такие, где доживающие свой век старики были единственными жителями этих окрестностей.

И в этот раз смотреть очередной дом, выставленный на продажу, Лена ехала без особого энтузиазма. Правда, сегодня, чтобы скрасить нудную дорогу, она взяла с собой мальчишек.

Всю дорогу ребята болтали без умолку. Каждый из них рассказывал о своём видении дома. Мнение у каждого было своё. Единственное, в чём они сходились, так это в том, что всенепременно нужно завести кошечку, причём желательно сразу по приезде. Елена остужала фантазии ребят, говоря, что найти хороший дом совсем не просто. А уж про кошку пока и думать нечего.

И вот настал долгожданный съезд с оживлённой трассы на насыпную дорогу. За окном машины разворачивался прекрасный вид русской глубинки. Дорога петляла через поля, которые сменялись небольшими лесополосами, и, миновав остаток пути среди густого леса, вся компания выехала к деревне.

Деревня была достаточно большой, имела свой магазин и одноразовое сообщение с городом в виде небольшого маршрутного автобуса, который, кстати, стоял рядом с остановкой, находившейся чуть поодаль от самой деревни.

Дома шли в два ряда, по большей части бревенчатые. Старые, но добротные. С одного края, позади домов, был небольшой обрыв, спуск с которого вёл к реке. С другого края шёл густой лес. Проезжая вдоль деревни, Елена заметила, что все дома были жилыми. Это радовало: не хотелось бы оказаться в положении, когда на зимний период деревня засыпает, проводив в городские джунгли последнего дачника. У одного из домов крутилась ребятня, и эта деталь очень порадовала мальчиков. Почти в каждом дворе лаяли собаки. В некоторых домах держали скотину. Особый же интерес вызвал дом, рядом с которым, мирно пощипывая травку, паслись две лошади. Мальчики чуть головы не вывернули, разглядывая их.

И вот она, долгожданная остановка. Их дом стоял последним. Перед взглядом Елены и мальчиков предстал дом их мечты. Из цельного бревна, с широким крыльцом, он напоминал дом с картин русских художников, описывающих процветающий крестьянский быт.