Не проходите мимо!

"Как часто мы смотрим на звёзды? Какой путь преодолевает ее свечение прежде чем подарить свою красоту людям? А есть смысл в их свечении, если есть солнце?" – с этими мыслями Патрик перешёл очередной перекресток, это уже был пятый перекресток на его счету за эту прогулку. Уходил ли он в себя, погружаясь в свои мысли или же преследовал определенную цель своей ходьбы, мы с вами не знаем. А знаем лишь то, что всего одна покупка изменила всю жизнь Патрика.

В тот день он был чем-то обеспокоен, все его тревожило: он слышал каждое стрекотание, каждый шорох, каждый шаг прохожего, каждый скрип колес. Все это вместе в бурной каше сводило его понемногу с ума. Он явно что-то искал, но было совершено не понятно, искал ли он это "что-то" в чертогах своего разума или пытался найти это на шумных улицах города. Патрик считал эти улицы жестокой расправой над его нежным сердцем. И вот опять этот дорогой автомобиль, который скоростью своих колес оставляет кляксы грязной лужи на брюках Патрика.

Появилась очередная причина зайти в универмаг на углу улицы, в который он заходил чуть ли не несколько раз за день. Обманывает ли он себя или же целенаправленно без всяких тайн с четким, годами пройденным алгоритмом, покупает влажные бессульфатные салфетки с эвкалиповым ароматизатором, тоже остаётся загадкой. А зачем они ему, когда брюки остаются чистыми? Зачем они ему, когда он и вовсе не пачкается? Зачем они ему каждый день? "На всякий случай…"

Что это? Его спасение? Причина по которой ему в дальнейшем понадобиться помощь? На пластиковой пластине была выплавленная объемная надпись, которая гласила :"Он съест твою печаль!" А чуть выше стояла среднего размера машинка, скорее небольшой робот, по обеим щекам которого светились две слезы: одна синего цвета, другая фиолетового.

Патрик замер напротив этого пухлого робота. Держа в руках три пачки салфеток, он вдруг понял, что ему нужна эта машина. Но была ли у него печаль? Что будет кушать у него эта машина? "Что-нибудь найдется"…

Он с какой-то надеждой взял коробку,в которой лежала печалеутоляющая техника и побрел к кассе. Уже дома он вновь не понял, что нужно этому роботу для пропитания. "Сложная непонятная инструкция"…

Через час бессмысленной игры в гляделки с роботом, Патрик решил включить его, нажимая все кнопки наугад. Фиолетовая! После нажатия, глаза робота засветились всеми цветами радуги. Машина поздоровалась. Патрик поздоровался в ответ: "Привет…эм…я буду…я буду называть тебя Винди!". Далее Патрику стала интересна функция голубенькой кнопки, и он нажал ее. В ответ Винди помолчал и достал из своего брюшного отсека глубокую чашу, очевидно, занимающую основное место в его механизме. Ручки овального робота обхватили чашу и тот произнес:"Ах ты лучше погрусти, Меня ты лучше покорми! Твоя слеза тебе вода. Твоя вода – моя еда!". "Ему нужна моя грусть…ему нужны мои слезы…"

Патрик выключил робота и пошел по своим делам. Что случилось с ним на протяжении этих дел, мы не знаем, но домой он пришел полностью готовый кормить Винди. Патрик нажал на фиолетовую слезу и тут же, не слушая приветствия и остальных запрограммированных речей робота, нажал на синюю слезу. Чаша наполнилась за считанные секунды. Робот забрал чашу и поблагодарил за сотрудничество. Что-то щелкнуло, микромеханизм заработал, и Винди, испуская пар, начал проводить влажную уборку по дому, приговаривая, чтобы хозяин побольше грустил, ведь это эмоции и слезы, а слезы Патрика – основной источник полезности в понимании робота. " Хорошего робота я купил, не зря"…

Так, на протяжении трёх месяцев этот взаимодополняющий тандем активно действовал. Патрик включал машину и плакал, она в ответ убирала дом. Патрик плакал– машина убирала. Слезы – польза. И ничего больше. Эмоции кипели в душе Патрика, он почему-то каждый раз находил новые причины для грусти, ведь нужны слезы, и он плакал в чашу. Каждодневный ритуал, несомненно сказался на общем состоянии Патрика, но он закрыл на все эти недостатки глаза, ибо был занят вечными поисками печали для уборки дома. В какой-то момент, слезы больше не смогли течь по щекам Патрика. Он был эмоционально истощен, однако роботу было на это все равно, он начал требовать его грусть: "Ах ты лучше погрусти, Меня ты лучше покорми! Твоя слеза тебе вода. Твоя вода – моя еда!"

"Ему нужна моя грусть…ему нужны мои слезы". Но Патрик ничего не мог дать Винди в ответ на его просьбы. Слезы закончились. Грусть осталась, а слез больше нет.

"Мне нужны слезы."…

Спустя девять дней засухи Винди начал насильно просить слезы. Дошло даже до того, что робот начал ломать дорогие Патрику вещи в доме, чтобы хоть как-то вызвать у него рыданья, как в те прежние добрые времена их союза.

"Слезы! Слезы! Слезы! Слезы!"…

Проходя по третьему перекрёстку один человек выделялся на фоне остальных прохожих. У него были очень красные раздраженные глаза, искусанные губы, на лбу проглядывалась маленькая морщинка, и были опухшие щеки. Этот человек не замечал никого вокруг, он смотрел себе под ноги, однако спотыкался, плечами сталкивался с пешеходами, на что те возмущено смотрели ему в след. Этот человек завернул на четвертом перекрестке в другую сторону и побрел к рынку, который уже давно не пользовался спросом. Это был рынок животных. Деньги на этом рынке были не нужны, там приобретали за теплое сердце. Странно, почему человек побрел именно туда. А был ли смысл в его ходьбе, какой вообще смысл передвижения? Однако, он уже тут, на рынке, не зная, зачем пришел сюда и перестал смотреть себе под ноги. Подняв взор он заметил пожилого мужчину, который нежно держал в руке пушистый комочек и говорил :"Не проходите мимо! Маленькое счастье с большим сердцем! Не проходите мимо! Счастье! Не проходите мимо!"

"Моему роботу нужны слезы, давно не было уборки…" – подумал человек с красными глазами и побрел домой, вновь обратив свой взгляд на свои коричневые ботинки.