Время на кону. Игры вне границ

Пролог

Следует с гордостью носить символ величия своего рода —

руну, что дарована предками по праву рождения.

И пусть былое величие времени угасло,

но в память о нем не перестали слагать легенды,

дожидаясь, когда предназначение

позволит исполниться предсказанию древних.

Настенные записи на мраморной табличке в Песочной башне Терм’амсэр

Помню скандал, что назрел дома после гибели родителей Реджа. Дед притащил его на порог нашего поместья и оставил на целых шесть лет, пока нас обоих не запихнут в Терону. Ему некуда было девать внука. Арнольд был старейшиной нашего рода, один из Восьми, который соберется в случае, если драконьи рода найдут для этого весомую причину. До тех самых пор он сидел целыми днями в Песочной башне и созерцал время, не считая его особо досуга. В поместье он появлялся редко и не хотел, чтобы Редж жил один.

Оно и понятно: Редж с трудом пережил потерю отца, матери и старшего брата. Их убили на границах Алиота. Говорили, что они нарвались сами, запятнав наш род в очередной раз, как и прочие Терм’амсэр до них, но я был солидарен с Реджем и верил в то, что Драгонерри сделали это намерено. Нельзя им держать возле себя таких как мы, да и с руной, что демонстрирует мощь. И особенно, когда мы забираем у них то, что принадлежит нам по праву, которое было утеряно много лет назад — девиц Фонхонеллов. Драгонерри такое не прощают. Это мгновенная смерть. Ведь мать Реджа была именно представительницей этого рода. Дядька чудом ее выкрал, но теперь это было тайной. Трепать об этом было запрещено. Поэтому на мое руке и на руке кузена были нанесены «клятвы». И мы стали молчать. Более того, Редж мой кузен, как ни крути, его родня такие же потомки Альтаира, как и моя семья, носящие по праву фамилию Терм’амсэр. Вопросов не будет. Отец и дед сделали все, чтобы те, кто слишком много говорили и задавали эти самые ненужные вопросы, больше не поднимали эту тему.

И теперь нас обоих тяготила только временная руна.

Метка! Проклятье! Только из-за нее нас будут таскать как собак к статуе черного дракона. Я пытался избежать поступления в академию, особенно весь последний год. Даже думал сбежать. Потом мы с Реджем попытались засесть в его родовом поместье и целую неделю нигде не появлялись. Думали, что обманули всех. Но Арнольд слишком хорошо контролировал свой дом, и за нами довольно быстро явился мой отец.

Его наказание связало нас в фигуральном смысле. Но мы продолжали искать пути отступления. Редж больше не грустил. Моя мать сделала все, чтобы он не чувствовал себя обделенным в нашем доме. Стал частью нашей семьи. И это развязало нам двоим руки. Так мы думали, пытаясь обойти наказания и запреты отца. И в конечном счете я точно решил, что сделаю со своей руной, чтобы не позволить Драгонерри увидеть ее свечение. Пусть эти недомерки не получат и капли временной силы. Придет время, и я снесу голову любому из них, кто подойдет ко мне.

Но пока остается адаптироваться под эти условия всеобщей несправедливости. Обидно, что несмотря на величие нашего рода среди прочих других, мы пусть и остались на одном уровне, но среди Фонхонеллов и Драгонерри — чуть выше грязи. Мы как обломки драконьей чешуи, и они довольствуются этим. Ничего, время покажет и все расставит на свои места.

Глава 1. Замысловатый узор

Со времен древних рисунки, наносимые в знак верности и брака

между драконьей парой, претерпели слишком много изменений.

Они стали лишь данью моде и прошлым традициям.

Татуировки, символизирующие единство двух чистокровных

потомков драконьих родов, стали носить временный характер.

Они наносились магическими чарами

и в любой момент могли быть удалены с предплечья.

Они потеряли истинный смысл для многих и стали отличным способом,

чтобы манипулировать теми, кто отчаянно нуждался в подобном рисунке.

«Особенности нанесения руны единения». Доклад профессора Беттани

Лето перед поступлением в Терону пролетело слишком быстро. А я все еще не разобрался со своей руной. Она — первое, что будут проверять при заселении. Но тянуть больше не имело смысла. Время. Его почти не осталось. Сбежать из Тероны так просто не удастся. И я решил, что последний месяц лета станет знаменательным для меня.

Я потащил с собой Реджа в деревню на окраине Призрачного леса. Местное захолустье на границах Кроноса. Здесь уже можно нарваться не только на ведьм и колдунов, но и встретиться с отрядами Драгонерри, которые считают, что могут ошиваться за пределами Алиота, называя весь Гелеат своей собственностью. Наверно из-за Фонхонеллов они имеют на это право. Но я плевал на сказания древних и на новые устои.

Альхена славилась своими гуляниями, когда светило уходило за горизонт. Маги со всего Гелеата частенько захаживали в ее таверны, чтобы как следует отдохнуть и сбросить напряжение. Феи, которые облюбовали это место, частенько баловали путников своим вниманием. Загнул. Дарили любовь за деньги и просто развлекались, если подворачивался удачный повод, особенно с такими как мы. Некоторые из все еще верили, что потомки драконов снизойдут до них. Так частенько и случалось, и тогда на свет появлялись смешанные, но не в нашем с Реджем случае. Нас привело в Альхену дело, а потом уже все остальное. Но ничего больше кроме безудержного веселья на ночь.

— Конор не придет, — заверил меня Редж, указав на дом одной из фей. — Переживает за свою безупречную репутацию. Префектом жаждет стать. Он повторил это дважды, придурок. Как только не расплакался?

Редж рассмеялся и ускорил шаг, заметив, как к дому скользнула весьма молодая фея.

— Плевать. Мы здесь по делу. — Заклинанием призыва вспышки светлячков, я указал Реджу направление, в котором следует двигаться.

— Но дело всегда можно совмещать с отдыхом. Видел, какая фейка только что проскользнула внутрь? Я бы показал ей кто здесь настоящий «Дракон».

— Редж, ты бы половине Альхены это показал. — Я ухмыльнулся, заметив, что этот придурок меня совсем не слушает.

Его мысли были уже где-то под платьем той феи. Беспорядочно блуждали и не давали ему покоя.

— Они же сами этого хотят, Уилл. Только скажи, что мы с тобой чистокровные и сможем сделать их чем-то большим, все — растают и будут готовы на что угодно. Только бы услышать, что у них будет свой «Дракон». Пусть и фигурально. К тому же, я точно знаю куда потрачу последние деньги.

— Арнольд тебя убьет, повесит на временной петле.

— Нет, я скажу, что и с тобой поделился, купил учебников и все необходимое.

Я ударил его кулаком в плечо.

— Придурок. Из-за тебя и я буду рядом висеть.

— Только, если он узнает об этом до того, как мы попадем в Терону. Поэтому завтра пакуем вещи, Уилл.

— Не так быстро, успеем. Мы еще собирались на вечеринку в Шельме, которая будет к концу недели, а вот после нее можно будет и в академию. Но сначала руна.

Редж кивнул, остановился у нужного дома и уже успел отсыпать золотых какому-то громиле на входе. Он решил, что таким образом наш визит останется незамеченным.

— Мы ему не нравимся. Его передернуло от нашего вида. — Я поморщился и спешно обошел стражника. — У него на лице написано какими сопляками и недоносками он нас считает.

— Но, как и здешние обитательницы, он любит деньги, а мы, к его несчастью, ими располагаем, как и свободным временем. — Редж вошел внутрь таверны. — Выпивка с тебя.

— Все что угодно, только давай найдем сначала Мойру.

Я вошел вслед за Реджем и осмотрелся. Типичный бордель, только выглядит несколько приличнее прочих, да и здешние обитательницы ведут себя более сдержано.

— Точно запомнил ее имя? — Редж остановил свой взгляд на нескольких девушках, и они уже готовы были подойти к нам, ведь он уже сделал им слишком недвусмысленный намек.

— Дэн не стал бы врать. Тем более, все имеет свою цену, и я хорошо заплатил ему за информацию. Даже иллюзионный камень отдал.

Камень, который я прикупил на прошлой ярмарке Вечного Затмения, обошелся мне в круглую сумму золотых, но обладал весьма неплохими свойствами восстановления магической энергии. Редкая вещица, как оказалось, в Тероне очень востребована среди старшего курса ловчих.

— Он взял слишком дорого. Главное, чтобы после этого Дэн уже в академии не стал требовать с нас деньги. — Редж напряженно посмотрел на меня. — Я не буду платить ему просто так. Либо он нам полезен, либо пусть проваливает.

Редж проигнорировал прислужницу и жестом показал, чтобы та подошла к нам позже. Значительно позже. Я же задержал на ней свой взгляд: хороша, более чем. Интересно она продается, как и все в доме Мойры?

— Скажешь ему об этом в лицо? — мне нравилось, как в такие моменты пыл Реджа становится значительно меньше и все его хваленое бесстрашие пропадает.

— Только после его выпуска. Но вызов определенно брошу, если наглеть начнет.

Похоже, что не в этот раз. Больше всего Редж не любил, когда кто-то пытается забрать у него деньги против его воли. Он сам неплохо расставался с ними и был весьма расточителен.

— Поддержу. А то неделю будешь валяться в амбулатории, — тихо проговорил я, игнорируя возмущение Реджа, и тут же указал ему в сторону одной из девушек, которая слишком явно рассматривала меня и была несколько старше остальных. — Похоже, что это она. Мойра.

— Так дерзай, а я пока постою здесь и попробую организовать нам приятное времяпровождение в компании вот тех фей. — Редж подмигнул им еще раз. — Смотри, Уилл, они уже ждут, давай не затягивай.

Я кивнул и подошел к девушке, которая, похоже, всем здесь заведовала. Ничего примечательного во внешности. Типичная смазливая фея: худощавая, длинные волосы, выразительные глаза, весьма откровенная одежда.

— Приветствую. Приглянулась одна из моих девочек? — она оценивающе посмотрела на меня, и я почувствовал себя полным придурком.

Она явно заметила мой интерес к прислужнице, ведь я задержал на ней взгляд дольше положенного.

— Безусловно, интересует, но сперва более деликатные вопросы. Мойра, верно?

— Именно так. Что же за деликатный вопрос, если общество девиц для тебя вторично? — она весьма провокационно поправила рукав своего синего платья.

Неужели решила, что я собрался провести с ней ночь? Исключено. Денег у меня на нее не хватит. Сегодня точно нет.

— Я слышал от хорошо знакомых мне людей, что ты весьма искусна в нанесении узоров, которые могут перекрыть руны. Меня интересует татуировка, которая могла бы закрыть полностью и мою метку.

Я указал на руну магов времени, которая была на вид совершенно бесцветной, лишь четкий контур позволил бы разглядеть узор, похожий на песочные часы.

Мойра нахмурилась, и я сначала подумал, что она была недовольна моим обращением к ней, ведь я слишком сократил дистанцию перейдя с ней на «ты».

— И кто тебе об этом проболтался?

— Один из твоих постоянных гостей. Имя просил не называть, но назвал цену этого маленького удовольствия. Я готов заплатить ее.

После этих слов я заметил, как Мойра сделала предупреждающий жест ее личному охраннику, и тот убрал руну с атакующим заклинанием, сделавшись более расслабленным, но от своей хозяйки не отошел. В то время как саму Мойру мое предложение удивило и позабавило, она с трудом сдерживала свое ехидство.

— Даже так? А хватит ли денег? Или побираться потом пойдешь по всей Альхене?

— Это не твоя забота. Тем более, что золота более, чем достаточно. А после такой наглости, я вполне себе могу воспользоваться услугами Порши. Да и к тому же, она берет вдвое меньше. Пусть фей, что балуются древними ритуалами найти не просто, но они есть. Пока еще остались.

Остались. Драгонерри они не интересны. Руны, рисунки, силовые линии магии на теле их никогда не волновали. Их и Фонхонеллов. Но последним узоры делали против их воли еще во времена Альтаира. И они смиренно носили рисунки, которые ценились оставшимися шестью родами.

Я заметил, как Мойра поджала губы, но выругаться не посмела. Сработало. Дэн не зря советовал упомянуть Поршу, если Мойра начнет язвить и артачиться. Конкуренция в чистом виде. Даже в таком неактуальном деле.

— Порша сделает тебе такую мазню, что выпрут даже из академии, глупец. Только я могу сделать рисунок искусно и красиво. Так, что даже Драгонерри сочтут это за что-то возвышенное и прекрасное.

— Так сделай. Просто назови цену и сделай, что прошу.

Торговаться я не собирался. Меня устроит ее цена. Но ослаблять свой натиск я и не думал. Не собираюсь уступать ей даже в разговоре.

— Самодовольный наглец. Рисунки так сразу не наносят. Нужно время и капелька терпения.

— Время я тебе предоставлю сколько попросишь. — Я небрежно швырнул мешок с золотыми на стойку возле стражника, тот сразу же принялся считать монеты.

Мойра ухмыльнулась и велела следовать за ней. Я жестом показал Реджу, чтобы шел за мной и не отставал, но он не сразу сообразил, что к чему. Он уже занят был феями. А я едва ли запомнил происходящее, когда мы оказались наверху.

Проснулся я в какой-то огромной комнате, что напоминала гостиную борделя, от сильной головной боли и крика Реджа. Он пытался меня разбудить и зачем-то дергал за руку с такой силой, что она еще больше начинала болеть.

— Уилл, ты что успел за ночь жениться на фее? Ну ты, друг, даешь! — Редж указал на рисунок на моей левой руке.

Я попытался сообразить, что произошло. Толи от крепкого пойла, толи от чар и прочего, я не помнил событий ночи. Они слишком медленно восстанавливались и мелькали вспышками в сознании. Посмотрел на свою руку. Понял, о чем говорит Редж, и с ужасом перевернул руку лежащей возле меня обнаженной феи, которая едва была прикрыта каким-то пледом.

Не найдя у нее на руке рисунка, с облегчением выдохнул:

— Нет. Не женился, или это не она.

— Тогда зачем тебе брачная татуировка? Что ты Мойре наобещал, что она тебе нанесла знак единения? Да еще и имя твое поместила в самый центр узора. О! Со заездами. Светила переливаются и танцуют. Чудно! — Редж попытался отыскать наши вещи и стал спешно собираться, пока я пребывал в каком-то ошеломлении.

— Я понятия не имею, что это значит. Но с ней я разберусь немедленно. Только дай мысли привести в порядок.

— Ты не засиживайся, а то продлевать время ласк и забав придется, а крутить временные линии здесь гиблое дело, у них стоят нейтрализующие магию кристаллы. Только в этой комнате я нашел их целых три.

Разумеется. Все, чтобы нельзя было сжульничать и обмануть Мойру, особенно таким как мы. Маги посильнее могли бы устроить ей проблемы, но даже в таких случаях феи умудрялись получить свое золото. Попытавшись восстановить себя заклинанием придания сил, я оделся и с помощью Реджа покинул комнату. Сознание еще устраивало пляски не хуже песчинок в песочных часах.

Мойру мы нашли на первом этаже у стойки вместе с феями, и я едва сдерживал хладнокровие при разговоре с ней.

— Тебя что просили сделать, а ты что нарисовала, глупая фея? — я убрал манжет рукава рубашки и показал витиеватый рисунок от кисти до локтя.

При виде узора, одна из фей ахнула и тотчас получила шлепок заклинанием кары от Мойры. Стражник тотчас увел прислужницу прочь, но на его место встали сразу двое громил, на тот случай, если хозяйке борделя будет угрожать опасность.

— Осторожнее, и драконам могут наступить на хвост и пересчитать чешую. — Мойра нахмурилась. — А нанесла я то, что ты просил.

— Я не просил тебя о брачной татуировке, глупое создание! Что мне с этим делать? Рисунок должен был просто перекрывать руну и выглядеть, как угодно: как принадлежность к роду Терм’амсэр или драконам прошлого. А теперь это выглядит просто смешно.

Я потер руку. Рисунок стал болеть. Проклятье! Его нельзя убрать.

— Так ли смешно? И не смей мне дерзить, мальчишка. Ты знаешь, как мы наносим рисунки. Тем более такие! Не ищи подвоха в моей магии. Меня вела нить предназначения. Значит судьба решила, что тебе нужен такой узор. Вот рисунок и лег таким образом.

— Может быть ты решила вместо судьбы и женить меня?

— Глупец. Тогда покажи мне среди девиц свою избранницу с таким же рисунком? Он не ляжет на смех остальным. Только, если найдешь свое предназначение. Поэтому женишься ты уже без моей помощи, найдя ту самую девицу. Но я редко ошибаюсь, делая такие узоры. К тому же, вы давно их не наносите, как нечто важное. Поэтому хотел удивить всех — у тебя определенно это получится. — Мойра жестом показала громилам, что у нее все в порядке.

В противном случае нас с Реджем просто вышвырнут отсюда. И это будет не самая приятная магия.

— Допустим, но букву моего имени зачем было наносить? — я всмотрелся в узор.

Первая буква моего имени выглядела настолько тщеславно, что осталось демонстрировать ее всем, особенно отмечая, что она выполнена на древнем гелеатском наречии. Иначе любой бы счел ее перевернутой буквой «м».

— Это буква не твоего имени. А имени девицы, что связана с тобой. Предназначения, которое есть у любого чистокровного потомка шести родов. Неужели не знаешь истории пар дуо этернум и обычаи древних?

— Мне плевать на обычаи и на предназначение. — Я нахмурился и скрестил руки на груди, в то время как Редж старательно осматривался по сторонам и выглядел перепуганным.

— Тогда тебе нечего бояться и это всего лишь узор. — Мойра желала закончить этот разговор как можно скорее, я чувствовал ее интонацию, и она мне не нравилась.

При прочих обстоятельствах ты была бы весьма сговорчивее. Но у меня еще будет время, чтобы обуздать твой пыл. Ловчие частенько сюда захаживают.

— Уилл, может того ее, — Редж предложил разобраться с феей, демонстрируя соответствующий жест, но это было смешно.

Каким посмешищем мы станем, устроив скандал и бойню из-за рисунка?

— Нет, Редж, если мазня ничего не значит, пусть остается. Будет бесить ректора и стражей, когда будут таскать к статуе.

— Уверен?

— Вполне.

Мы оставили Мойру, а ее слова, о том, что узор мне пригодится, я проигнорировал. Однако настроение было испорчено. Да и отец добавил проблем.

Мы вернулись домой к полудню, и сразу получили магический домашний арест от отца. Ожидаемо. И он решил, что мы отправимся в академию к выходным, чтобы привыкать к жизни в ее стенах. Но это было не самое страшное. За обедом мать увидела рисунок. Не сказать, что я особо его скрывал. Отец и так влупил нам наказание, а рукав как обычно я не закатывал. Но мама все равно увидела вензеля.

— Татуировка? Временная мазня, как дань моде, или что более важное, судя по вензелям? — мама встала и, подойдя ко мне, потребовала, чтобы я показал руку.

Редж в этот момент застыл с ложкой супа во рту.

— Скорее мой протест устоявшимся устоям.

— Уильям!

Ожидаемо. Она увидела рисунок целиком.

— Каким еще устоям? — не помню, чтобы голос матери так дрожал за последние несколько лет. — Ты хоть понимаешь, что ты сделал? Ты что в тайне женился?

— На фее, — тщательно пережевывая, проговорил Редж. — Тетя Амелия, Уилл женился на фее, такая знойная штучка…

— Реджинальд! — сейчас моя мать действительно походила на разъяренную драконницу, и она решила сразу ввести в бой своего «Дракона». — Нельзя разговаривать с набитым ртом! Ты уже не ребенок. Уильям, это от правда? Отвечай немедленно!

Она стукнула полотенцем по столу, после чего небрежно швырнула его в сторону.

— Я же сказал, что это мой протест…

— Итан! Иди немедленно сюда. Ты хоть знаешь, что сотворил твой сын? Взгляни! Руна единения!

Мать все еще крепко держала мою руку, из-за чего узор причинял мне дискомфорт.

— Уилл женился? —с трудом проговорила Эмма, не совсем понимая суть сказанного в силу возраста. — Мы увидим его жену?

Моя младшая сестра восторженно захлопала в ладоши.

— Фея, фея, фея. Мы увидим фею!

— Нет, Эмма, только если это не часть очередного розыгрыша, — Тео сам едва сдерживал удивление. — Нельзя же так облажаться. Хотя может в этот раз ты именно это и сделал?

Магическая вспышка чудом не разлила еду прямо на свитер моему младшему брату. За это получил уничтожающий взгляд от матери и ехидный смешок Реджа в сторону Тео со словами «так тебе, мелочь!».

Этот мелкий придурок в прошлый раз умудрился сдать нас с Реджем отцу, и по его милости мы получили наказание, а теперь вел себя как ни в чем не бывало. Будто это мы с Реджем идиоты. Но с Тео я разберусь позже. Осталось выдержать напор отца.

— Руна единения? И где же твоя пара? Уильям, где твоя девушка, буква имени которой красуется у тебя на предплечье? — голос отца за моей спиной заставил вздрогнуть.

Он появился в столовой слишком неожиданно. И похоже наблюдал за происходящим с того самого момента, как мама его позвала.

— Ее нет. Это всего лишь рисунок. — я изобразил наигранное разочарование по поводу девушки.

— Уильям, ты снова плевал на традиции, это перебор. Будешь выглядеть полным придурком. Хотя в последнее время, мне кажется, что тебе не привыкать к этому.

Отец обошел стол и уселся напротив нас с Реджем таким образом, чтобы от его взгляда нельзя было спрятаться и убежать. И попробовал бы я сейчас не смотреть ему в глаза. Мне кажется, Драгонерри на границах Алиота карают ловчих более милосердно, чем будет в моем случае.

— Отец, я не собираюсь наносить кому-либо этот узор. — Я отставил тарелку в сторону и заклинанием убрал ее прочь со стола, чтобы как-то отвлечь маму.

— Ты в своем уме? Ты намеренно собрался опозорить свою будущую жену? — Отец ударил кулаком по столу.

Песчинки времени вспышками вылетели из-под его кулака и растворились в воздухе, словно потерянное время.

— Чем? Рисунком, который никогда не нанесу ей?

Я скрестил руки на груди, занимая защитную позицию, прекрасно понимая, что любое слово отец может расценить как провокацию. Мне следует говорить осторожно, иначе еще и Реджа заденет ненароком. А если в случае скандала пострадает новый сервиз матери — тогда мы окажемся на границах Алиота этим же вечером, ведь там будет безопаснее, чем дома.

— Тем, что будешь носить имя другой у себя в рисунке, демонстрируя брачный узор. — Отец указал на букву моего имени, которая уже совершенно не излучала никакого свечения и выглядела абсолютно тусклой.

— Это нет так. Пап, это все лишь татуировка, да я не собираюсь жениться в скором времени. А когда все-таки это произойдет, нигде не сказано, что я должен заключить брак дуо этурнум.

Плавно. Из этого конфликта следует выходить именно так. Я перевел взгляд на песочные часы. Время в них замерло. Ну и где я ошибся? Нет, я на верном пути. Скандала не будет в присутствии Тео и Эммы.

Не понял, что сейчас происходит? Мама жестком велела Тео покинуть столовую и забрать с собой Эмму. Мелкий подчинился, покорно выполняя ее просьбу. Похоже, я ошибся. Что ж, перехожу в глухую оборону.

— Сказано. Это сказано, сын, в кодексе брачных союзов Гелеата. Но, если пара не является вечной, ни один из партнеров не делает подобного! Это просто унизительно по отношению к другому.

Снова удар по столу. Редж увернулся от песчинок. Ваза с цветами осталась стоять. Но угроза все еще не миновала.

— Тогда пусть моя будущая избранница считает, что это мое имя. Я быть может не тщеславен, чтобы его наносить, но, если так будет спокойнее всем остальным вокруг, пусть будет так — я нанес свое имя и не чураюсь этого. Я эгоистичный самовлюбленный придурок!

Последнее было явно лишним. Мать ахнула, Редж вжался в стул, а отец стал рассыпаться угрозами династического брака и желанием найти подходящую девушку для меня. Чушь. Я не верю ему и не придал его словам значения. Но уже ближе к вечеру вместе с Реджем поковал свои вещи в Терону.

— Может смотаемся в Шельму сегодня? Есть одна лазейка. — Редж ухмыльнулся и показал жестами руну побега.

— Отец потом три шкуры сдерет, только если не… Тео, иди сюда!

Обычно самые отчаянные идеи приходят в мою голову весьма спонтанно, как в тот раз, когда я решил ускорить время на занятиях директора школы. Никогда не думал, что все может так спешно заканчиваться. Пролежал без сил около нескольких дней и с трудом пришел в себя. Зато Редж успел за то время, что я нам сохранил, как следует развлечься. Нас чуть не отчислили перед выпуском. Дед лично решал эту проблему.

— Мы возьмем с собой мелкого и бросим его на растерзание феям в Шельме?

Такого изумления я давно не видел на лице Реджа. Он будто сейчас узнал, что нам удалось избежать учебы в академии и не мог передать всю полноту своих ощущений.

— Почти, иначе он заложит нас отцу стоит нам только переступить порог дома.