Мой бывший ураган

Глава 1

– Мой агат пропал!

Мои подруги прыснули со смеху, бросая друг на друга многозначительные взгляды.

– Срок давности давно прошел, – хихикнула Катя.

– Потому и пропал твой агат! Надо было дать шанс тому красавчику, с которым ты обжималась на танцполе.

– Да, который с усиками, – Ленка подмигнула.

– Усики – пропуск…в трусики!

– В трусики!

Подруги выкрикнули последнее слово одновременно, покатываясь со смеху.

– Девочки, я серьезно!

Я поставила ладони на стол.

– Соберитесь! Я понимаю, что выпитый алкоголь не позволяет вам сконцентрироваться на проблеме, но все же!

– Нет, Кать, я боюсь, свой агат она потеряла еще двадцать лет назад.

Подруги опять засмеялись громче прежнего, привлекая ненужные взгляды к нашему столику.

Только вот я абсолютно отказывалась разделять их оптимизм, учитывая, что этот камень был мне очень дорог, и эти две «престарелые клуши» были прекрасно об этом осведомлены. О чем я им и сказала, уперев руки в бока и включая свой самый, что ни на есть, строгий взгляд, предназначенный, как правило, для подчиненных, но и на подруг, я знала точно, он действовал отнюдь не хуже.

– Клуши?

– Мы?

– Ну ты и злыдня, Агата!

Подруги надулись.

Ну или просто сделали обиженный вид, чтобы смягчить мой настрой.

Ох-х, девочки. В моем подчинении больше десятка прорабов мужского пола. Я умею одним взглядом останавливать мат в курилке. Сигаретный дым, и тот, вдыхается обратно в ноздри, прячась от панического ужаса. Меня называют "Демон в юбке", и это прозвище вполне заслуженное.

– То, что ты – чуть младше, ничего не значит. Через два года мы и твой юбилей отпразднуем.

Сегодня был день рождения Кати. Сорок лет назад она появилась на свет, радуя родителей ясными голубыми глазками и светлыми пушистыми кудряшками. С тех пор многое изменилось. За плечами у нее уже было два развода и твердое обещание (данное нам): "Не западать на алкоголиков, мудаков и тунеядцев".

Лена, напротив, давно была в счастливом браке, в котором воспитывала троих ребятишек, и была вполне удовлетворена ролью матери, жены и домохозяйки. Выбиралась она из дома крайне редко, поэтому сейчас мы отрывались по полной в нашей небольшой, но дружной компании.

Что касаемо меня: я руководитель строительного проекта. Наш многоуровневый бизнес-центр, площадью два гектара, с многоэтажной автостоянкой, начал запуск в этом году. Но я уже предвкушала будущий успех. Это стало бы вершиной моего послужного списка.

Да, в основном, это, преимущественно, мужская работа, но кто сказал, что женщина не может иметь "стальные яйца"!? Мой характер закалился давно, и я в этой жизни боялась только одного: не успеть осуществить свои амбиции.

Семьи у меня не было, детей тоже. Пара-тройка отношений за всю жизнь, продолжительностью не больше года. Мужчины не вывозили мой сильный характер и сливались.

Боязнь "разбить свое сердечко" у меня отсутствовала. Ведь невозможно разбить то, чего нет.

Каждой львице нужен лев. А собирать баранов – не мой удел.

Когда-то давно, я конечно же была совсем другой. Но той наивной и глупой девчонки больше нет. Ее снесло ураганом последствий, которые обрушил на нее бывший парень. Теперь у меня в душе лишь постоянный штиль, и меня не возьмет ни дождь, ни снег, ни даже стихийное бедствие.

А сегодня мы отдыхаем в ночном клубе: пьем шампанское, едим тирамису. На девчонках – смешные красные колпачки, мой же валяется на столе, потому что я наотрез отказалась его надевать. Ну это же совсем не солидно! А может я и правда такая "злыдня"?" В свои тридцать восемь лет – я, кажется, совсем разучилась развлекаться.

– Простите, девчонки. Вы ведь знаете, что я не со зла. Точнее, я и правда злюсь, но не на вас.

Я упала на мягкий диван и откинулась на бархатистую спинку. Застежка бюстгальтера сразу царапнула мне в районе позвоночника. Надо переходить на бесформенные топы. Какой толк от этого пуш-апа? Все равно природа не наделила меня большой грудью.

– Так ты и правда потеряла агат? В смысле камень?

– Конечно камень! Что же еще?

Я закатила глаза. Мне было совсем не до метафор. Это памятное украшение служило мне не только оберегом. Агат, с характерными ступенчатыми слоями, благодаря чему минерал напоминал глаз, был для меня дороже любого золота. Бежево-медовая палитра самоцвета была идеально вписана в серебряную оправу, и это украшение висело у меня на шее всю жизнь, точнее последние ее двадцать лет.

Но главным было то, что этот камень хранил воспоминания о том, кто до сих пор жил в моем сердце.

Моя рука автоматически потянулась к шее, ощупывая горло, где была цепочка, и верхнюю часть груди, где висел сам кулон. Пустота. И на теле, и в душе.

Я тяжело вздохнула.

Захотелось на свежий воздух. А лучше в Михайловский сад, где падают листья, или в парк Победы, где растут красные клены. Осень Петербурга обладает особой магией. Или это только мое субъективное мнение – ведь я родилась здесь и впитала любовь к северной столице с молоком матери.

– Вероятно, ты потеряла его на танцполе.

Я очнулась от собственных мыслей и увидела, что Лена смотрит на меня виноватыми глазами.

– Да, Агата, я тоже видела его на тебе! Только это было до того танца с тем подозрительным усатым типом, – поддакнула Катя.

– Может, это он его стащил?

Я махнула рукой, прекращая бессмысленные предположения.

– Украшение – обычная безделушка. Оно не стоит таких хлопот. Бесценно оно лишь было для меня одной. Хотя..может мне уже давно пришла пора с ним попрощаться, – эта мысль вызвала легкую грусть. – Ладно, наливайте. Я пойду проверю, вдруг он и правда на танцполе до сих пор валяется.

Клуб "Галактика" сегодня, как и в любой другой выходной день, был переполнен до отказа. Я протискивалась на середину танцпола, а вокруг меня толкались люди, задевая меня локтями.

Я включила фонарик на телефоне и присела на корточки, тщетно разглядывая темный пол.

Вдруг толчок в спину, и я падаю вперед, скользя ладонями по паркету. Слышу смешки. Еще бы. Пока молодежь отплясывает, я, словно буренушка, разлеглась в центре танцпола.

"Это дно" – поздравила я себя вполголоса, приподнимаясь и отряхивая ладони.

Но, видимо, судьба сегодня совсем не благоволила ко мне, раз решила преподнести еще один подарочек.

Чьи-то ноги в мужских кожаных ботинках возникли прямо перед моим лицом. Я раздраженно посвятила фонариком на человека, чтобы отпугнуть его ярким лучом, но он отчего-то не ушел, продолжая безмолвно наблюдая за тем, как я сижу на корточках, пытаясь разглядеть что-то на полу в кромешной тьме, периодически освещаемой яркими софитами.

– Гкхм..Могу я вам чем-нибудь помочь?

Приятный баритон, галантные манеры.

Я поднялась, надеясь увидеть ближе лицо мужчины с таким приятным сердцу голосом.

– Захар?

О Мой Бог.

Нет, это не просто дно! Это днище в глубокой яме, ведущей в саму преисподнюю, в которой мне проще сгореть, чем признать очевидный факт.

Это действительно Захар!

И если бы прямо сейчас в центр танцпола ударила молния, это вызвало бы гораздо меньший шок, чем осознание того, что мой первый мужчина, и, по совместительству, первая и единственная любовь, стоит сейчас передо мной во плоти, смотря на меня с таким же изумлением во взгляде.

– Агата, ты??

Глава 2

– Ты что-то потеряла? – нахмурился он, с любопытством разглядывая меня.

– Так, просто мелочь, ничего особенного.

– Ничего особенного? И ради такой "мелочи" ты ползаешь по грязному полу?

"Так, ну все, с меня хватит этих унижений!" – подумала я и встала, гордо подняв голову.

– Ты выбрал не самые подходящие слова для первой встречи спустя двадцать лет.

– Извини, я не хотел тебя обидеть, Агата. Просто…я растерялся. Вот все мысли и вылетели, – искренне произнес он.

– Не страшно. Проехали. Нуу..приятно было повидаться. Пока, – я неловко улыбнулась и хотела уйти, но Захар остановил меня, легонько взяв за локоть.

– Постой.

Повисла неловкая пауза.

– Как у тебя дела? Как поживаешь?

– Серьезно? С каких пор тебя интересует моя жизнь? После того поступка ты утратил право задавать мне эти вопросы.

– Я знаю, знаю, но..

– Нет! – я отдернула руку и, вскинув ладонь, положила ее на грудь Захара, давая понять, чтобы он больше не пытался меня остановить. – Я больше не та наивная девочка, и у тебя не получится навешать мне лапши на уши.

– Я и не собирался тебе врать. Больше нет.

– Захар, меня ждут, – я сделала шаг назад. – Мне пора. Еще увидимся, – бросила я дежурную фразу и быстрыми шагами пошла к столику.

"Еще увидимся! Ага! Держи карман шире!"

Увидев своих девчонок, я испытала настоящее облегчение и плюхнулась рядом с ними на диван. Налитый бокал шампанского я опустошила почти моментально, захлебываясь игристыми пузырьками, щекочущими небо.

Подруги взирали на меня в ожидании, вытянув лица вперед, чтобы не упустить подробности. Но я не торопилась с рассказом. Я подлила себе еще шампанского и оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что Захар не пошел за мной. Только после этого я смогла сделать очередной глоток и расслабиться окончательно.

– Ты сама не своя.

– Так расстроена из-за кулона?

Я махнула рукой. Про свой камень я и позабыла уже. Встреча с реальной тенью из прошлого – меня волновала куда больше.

– Захар тут.

Их глаза округлились, а рты открылись в безмолвном удивлении. Словно рыбки, которых выкинули на берег.

Мои подруги, естественно, знали все подробности, связанные с моей первой любовью. Лично они его никогда не видели, потому что познакомились мы с ними спустя пять лет, после последней встречи с Захаром, но я очень постаралась, чтобы из моих рассказов о нем: девчонки представили бы себе образ полного мудака, ненавистного и мерзкого.

Жаль, что наяву, он оказался совсем другим. У меня засосало в районе сплетения.

Ну почему, черт возьми, Захар остался таким же сексуальным, как и во времена нашей молодости? Нет, сейчас он выглядел даже куда более привлекательнее. Солидный, зрелый, брутальный. Ему очень шла белая, выглаженная рубашка, без единой складочки, и черные брюки. У него что, в клубе деловая встреча? Зачем он так вырядился? Я покачала головой, понимая, что я этого уже не узнаю.

Захар находился в прекрасной физической форме. Высокий, подтянутый. Из дерзкого свободолюбивого парня – в статного мужественного красавчика.

Но я не из тех, кто падок на внешность. Пусть другие пускают слюнки на его смазливое личико. Я то лучше других знаю, какой он внутри, под всем этим показушным шиком и лоском.

От того парнишки, у него осталось лишь один акцент. У меня сжалось сердце. Маленькое серебряное колечко в правом ухе. Это до сих пор добавляло озорства в его уже солидный возраст. И, надо отметить, очень ему шло. Ведь возраст – это лишь внешние параметры, а в душе мы можем всегда оставаться юными, и небольшие напоминания, такие как, сережка в ухе, или, как у меня, татуировка бабочки на пояснице, будут всегда бередить нашу память, вызывая азарт по тем деньках, когда мы могли быть счастливы, в не зависимости от толщины кошелька, величины артериального давления или прочих вещей, которыми стала наполнена наша жизнь сейчас.

Я поймала себя на том, что вот уже несколько минут смотрю в одну точку, а мысли неустанно крутятся только вокруг Захара. Девочки молча, опасливо, смотрят на меня, сканируя меня любопытными глазами, не решаясь при этом лезть мне в душу. Они знают меня, как облупленную. Когда происходит какой-то форс-мажор, я замыкаюсь и ухожу в себя. Это другим помогают разговоры по душам. Мне же проще проанализировать поступки и чувства наедине с собой.

– Все хорошо. Мы поздоровались и разошлись.

– О-о-о, – разочарованно произнесли они.

– Я думала, ты его просто так не отпустишь, – вставила Катя.

– А как надо было? – пожала я плечами.

– Как минимум – пощечина.

– Да, согласна с тобой. Агата, тебе надо было заставить его платить по счетам, – Лена коснулась моей руки и ласково погладила.

– Не хочу, – пробормотала я, поглаживая пальчиком краешек бокала.

– Хотя нет, Ленка. Месть – это неправильный поступок. Надо отпустить обиды.

– Не все обиды надо отпускать! – возразила Катя.

– Не ссорьтесь. Еще не хватало из-за какого-то козла испортить наше общее настроение. Слишком много чести.

– И все же, тебе надо забыть обиды.

– Я злопамятная, – горько усмехнулась я.

– Нет, ты просто очень сильно его любила.

– Да, любила, – эхом произнесла я. – Очень-очень сильно.

Мои мысли унесли меня на двадцать лет назад, туда, где я была молода и наивна, а моя первая любовь расцвела в моем сердце, как нежный, белый подснежник – символ чистоты и надежды....

Глава 3

Девочка, лет тринадцати, неся на спине огромный портфель, возвращалась из школы.

Возле ее подъезда стояла компания из десяти пацанов на пару лет старше нее.

Они громко смеялись и ругались матерными словами. Рядом на лавочке валялись сигареты и пустые бутылки из-под пива.

Подростки были увлечены чем-то очень интересным. Они стояли рядом, вплотную друг к другу, образуя круг, внутри которого что-то шипело и дымилось.

Агата испуганно замерла, ведь компания перегородила вход к ее подъезду. Ей нечего другого не оставалось, как остаться поодаль и понаблюдать, что будет дальше.

А происходило следующее: на какой-то стройке сварщики в мешках забыли карбид. Все пацаны понахватали его к себе в карманы, кто сколько может. Весь день они развлекались с ним, придумывая все новые и новые способы развлечь себя и остаться в живых. Адреналин бешено разливался в крови, и всем было плевать на опасность.

"Выживание при любых обстоятельствах" – было главным лозунгом всех подростков того времени.

Сначала ребята кидали карбид в лужи и с интересом смотрели, как он там пузырится. Но это все быстро наскучило. Они придумали свое главное развлечение: натолкать его в пластиковую бутылку, залить водой, хорошенько закрутить, встряхнуть, бросить бутылку подальше и подождать, пока выделяемый карбидом, газ не разорвет её к чертям собачим. Это было весело и непредсказуемо, особенно, когда бутылка взрывалась совершенно неожиданным образом, когда про нее уже забывали.

– Захарыч, а давай прямо в костер кинем.

– Ты конченный, Макс? Совсем башку отшибло?

Дерзкий парень с сережкой в ухе, затянулся сигаретой, с пафосом выпуская колечки дыма в воздух, и после бросил ее в костер, разведенный прямо на крыльце.

Пожилая бабушка, соседка, жительница соседнего подъезда, высунулась в окно и закричала:

– Я сейчас в милицию позвоню! Ишь хулиганы какие! Быстро тушите огонь!

– Иди в жопу, бабка! – закричал один, самый смелый, тот, которого как раз и звали Максом, и остальные пацаны заржали в голос, показывая факи на пальцах. Женщина плюнула и поплотнее закрыла окно, задергивая шторку.

– Давай на слабо, а? Если я выпью седьмую бутылку пива залпом, я кину карбид в огонь!

Захар лениво упал на лавочку, широко расставляя ноги, с прищуром глядя на Макса.

– Окей, давай. Только ты блеванешь раньше, чем закончится бутылка.

Пацаны опять загоготали, предвкушая пари. Макс покраснел от злости, шея пошла пятнами.

– Вот увидишь!

Он поднес бутылку к железным перилам и открыл крышечку, которая звонко покатилась вниз, падая на асфальт. Не прошло и пяти минут, как он усосал все содержимое, самовлюбленно усмехаясь и поглаживая живот.

Захар поднялся с лавочки. Пари – есть пари.

– Ладно, твоя взяла. Но одно условие. Ты бросаешь бутылку – и мы тут же разбегаемся в стороны. Я не хочу снова загреметь в мусарню.

– Да все будет на мази. Или ссышь?

Захар сверкнул глазами. Он поправил кожаную куртку, которая висела на нем, и заправил взъерошенную прядь волос за ухо.

– От ссыкуна слышу. Сиги только убери с лавки, а то лавэшка кончилась, нам новые сегодня уже не купить.

– А с этими что?

– Карбидом зацепит.

– А-а, – Макс почесал в затылке. Он вдруг понял, что не испытывает больше желания рисковать свои здоровьем, но пацаны уже смотрели на него в ожидании "поступка", и он просто не мог дать заднюю. Да и Захара хотелось потеснить. И почему это он стал главным в их банде? Авторитет, блин. Макс был уверен, что он не хуже. А тут такой повод – проявить смелость. Да его потом все уважать будут!

Парень подошел к костру, не близко, но так, чтобы можно было с первого раза забросить бутылку с карбидом.

– Все готовы?

– Да, – ответили остальные, находясь на низком старте.

Сердце бешено забилось..и Макс на адреналине бросил бутылку в пламя.

Агата, тем временем, слегка заскучала. Ей надо было домой делать уроки. И, в этот же момент, она решилась пройти мимо компании к подъездной двери.

Захар мельком увидел тень, которая ни о чем не подозревая, приближалась к костру. У него было лишь пару секунд на принятие решения.

Он подбежал к девчонке и толкнул ее на землю, падая вместе с ней на грязный асфальт, прикрывая параллельно своим телом и полами кожаной куртки.

Ба-бах.

Жахнуло не хило. Тех, кто был ближе к костру раскидало в разные стороны, как будто очень сильный толчок в спину. У людей на первом этаже в квартирах затрещали стекла и затряслись люстры. Все начали высыпать на улицу, не понимая, что происходит.

– Вставай, бежим! – Захар рывком поставил испуганную девочку на ноги.

– Что? Подожди!

– Быстрее, мелкая!

Им хватило пяти секунд, чтобы, уже на второй космической скорости, улепетывать со всех ног, куда подальше от места преступления.

Глава 4

– Агата! Агата!

Я открыла глаза. Все тот же клуб "Галактика", напротив меня мои близкие подруги, а, где-то там, под яркими неоновыми огнями находится Захар.

Я думала, прошлое потихоньку забывается в нашей памяти, но, оказалось, я все еще четко помнила события тех лет: и себя, неуклюжую девчонку со светлыми косичками, и его, молодого, дерзкого, наглого парня.

Наша память – это маленькие ящички, а мозги – огромный комод. Ты защелкиваешь свой ящичек с воспоминаниями на крепкий замочек, и он теряется среди таких же полок, абсолютно идентичных внешне. Потом, спустя время, ты пытаешься его найти, но тебе приходится долго рыться среди рутинных вещей в поисках того самого ящичка. И ты сдаешься, живешь долго. А потом бац – триггер, спусковой крючок – и ящичек сам находит тебя, открывая и вываливая не тебя все содержимое. Только оказывается, что это уже не невинные обломки детских воспоминаний, а настоящий ящик пандоры. Потому что теперь, это уже не удастся собрать и закрыть обратно. Эмоции, переживания, а, главное, чувства: такие давно забытые – они вновь находят отклик в сердце. И от этого никуда не деться и не спрятаться.

– Вот я тебя и нашел.

– Захар?

– Потанцуй со мной. Один танец. Пожалуйста, Агата. Всего один.

Я посмотрела на Катю, она ухмыльнулась. Потом на Лену – она подмигнула. Вот предательницы! Ладно, с ними разберусь позже.

– Хорошо. Всего один.

– Я заказал нам песню, – загадочно произнес мужчина.

– Не-е-ет, только не это, – взмолилась я. Ведь я уже знала, какую песню он имеет ввиду.

Медляк нашего детства. Эту нежную мелодию никогда не забыть, как и наш первый поцелуй в больничной палате. Да, не самое романтичное место, но на тот момент, это не имело значения. Важен был лишь он, с его тепловато-золотистым взглядом карих глаз из-под длинных, пушистых ресниц, а в зрачках – мое зеркальное отражение: хорошей девочки, что так сильно была влюблена в очень плохого мальчика.

Захар взял меня под локоть и уверен повел в центр клуба. Я украдкой кинула на него взгляд. Квадратная челюсть, и губы, упрямо сжатые в одну полоску. Интересно, а он вообще улыбается?

Мужчина сначала бережно приобнял меня за талию, почти ласково кладя ладонь на мою поясницу, но уже через куплет, я почувствовала, как его хватка становится крепче. Чем быстрее приближался финал песни, тем сильнее его пальцы сжимали меня, прижимая все ближе и ближе, к своему могучему торсу, так, что я уперлась в лацканы его пиджака, а до моего носа донесся аромат его древесного парфюма. Меня затянуло шлейфом одурительно вкусного запаха, и голова закружилась.

Захар медленно, постепенно завоевывал каждую территорию, его пальцы собственнически скользили по моей пояснице, вызывая тонны мурашек, которые ощущались даже сквозь тонкую ткань моего шифонового короткого платья. Я не могла игнорировать эти ощущения. Я чувствовала, каждое прикосновение его пальцев сильнее, чем хотелось бы. И я точно знала, что и он ощущает тоже самое. Это можно было легко заметить по тому, как нахмурились его брови и напряглись его плечи. А когда я заглянула в его глаза, то увидела в них океан желания. Мое самолюбие было абсолютно удовлетворено. Моя первая любовь хочет меня также сильно, как и двадцать лет назад.

Только теперь это не мальчишеская страсть юного хулигана, а зрелое, глубокое влечение мужчины к женщине, которую он так и не смог забыть.

– Как жизнь?

– Хорошо. Я руководитель проекта, и моя зарплата очень высока. Ты, я вижу, тоже не бедствуешь, – с ехидством произнесла я.

– Не жалуюсь. У меня небольшая фирма по изготовлению мебели.

– Понятно.

Мы снова замолчали.

Знакомые строки песни заставили меня прикрыть глаза и пропеть полушепотом.

"А утром навсегда расстанемся-я-я...."

– Агата.

– Да? – я посмотрела на Захара.

– Ты свободна?

– Да, мужа нет, детей тоже, – равнодушно произнесла я, борясь с накатившемся вдруг приступом грусти.

– Понятно, но я имел ввиду другое. Ты свободна сейчас? Поехали ко мне.

– Так просто? Встреча через двадцать лет и сразу к тебе в постель?

– Мы же взрослые люди. К чему лишние разговоры.

– А я может хочу поговорить! – я резко остановилась, и соседняя парочка, танцуя, задела меня руками. – Поосторожнее надо быть! Ни у себя дома!

Девушка расстроенно начала извиняться.

– Все в порядке. Это вы нас простите, – ответил за меня Захар. Пара отошла подальше.

– Надо же: такой воспитанный. Я тебя запомнила другим.

– Агата, давай поедем ко мне. По пути ты успокоишься, и я тебе все расскажу, обещаю. А там ты решишь, оставаться на ночь или нет.

Я задумчиво посмотрела на Захара.

Обманывать саму себя не хотелось. Мне действительно хотелось задать ему много вопросов. Встреча уже произошла, триггер уже успел всколыхнуть мои внутренние переживания, задевая мои чувства и выплескивая наружу весь негатив, связанный с прошлыми поступками Захара. Теперь, как сказал бы любой психолог, надо выслушать, узнать правду и попытаться отпустить обиды.

– Я поеду с тобой.

Глава 5

Я попрощалась с девочками, и мы с Захаром вызвали такси. По дороге к нему домой воцарилось молчание. Мужчина попытался придвинуться ближе, но я отсела от него, давая понять, что не готова к более тесному контакту.

– А что ты искала в клубе? – вдруг спросил он.

– Очень дорогую мне вещь, – ответила я, в глубине души надеясь, что Захар вспомнит, о чем идет речь, но этого не произошло.

– Нечто ценное? Золото?

– Нет, абсолютно ничего ценного, – вздохнула я, понимая, что глупо было надеяться на чудо. Захар даже не вспомнил о кулоне. Я разочарованно посмотрела в окно. Над городом стали появляться темные облака, скоро пойдет ливень. Настроение осени резко переменилось, собственно, как и мое сейчас. Ведь с каждым километром шоссе, я все сильнее хотела остановить такси и уйти прочь. Но мое неуемное любопытство требовало ответы на мои вопросы. И я их сегодня получу, во чтобы то не стало!

– Значит ты не замужем? Почему?

– Это не из-за тебя, не обольщайся, – огрызнулась я.

– Даже и не думал. Просто странно..

– Что странно?

– Такая красивая девушка, в хорошей физической форме. Еще и успешная в плане бизнеса. Пытаюсь понять, в чем же причина.

– Может красивые и успешные девушки не нуждаются в мужчинах, которые рано или поздно потянут их на дно?

– Ты слишком категорична.

– А ты мизогин.

– Это какое-то новое ругательство? – усмехнулся Захар. – Извини, не знаю молодежного сленга.

– Это значит женоненавистник.

– С чего ты решила, что я такой?

– А ты не такой? – вопросом ответила я.

– Нет, Агата. Я не такой.

– Ладно, тогда к тебе встречный вопрос. Почему ты один?

– А с чего ты взяла, что я один?

Я чуть не захлебнулась от возмущения. Как это понимать?? Я еду домой к женатому мужику? Тьфу!