Возлюбленная Скорпиона 2. Дикая пташка

Пролог

Полдень. Дневное пекло становилось все более невыносимым. Мать и дочь от усталости и обезвоживания еле держались на ногах.

– Потерпи немного, Джанна. Осталось еще несколько километров.

– Я хочу пить, – жалобно ответила девочка лет десяти с разноцветными глазами. Да, этой отличительной приметой обладали 80 процентов племени Скарабеев. Один глаз у девочки был голубой, другой зеленый. Неравномерная окраска радужки была обусловлена количеством и концентрацией пигмента меланина, полученного от обилия солнечного света. Их племя зародилось на юге Алахар, и им больше, чем остальным, досталось испытаний от нехватки воды и испепеляющего знойного климата.

– Я знаю. Но у нас осталось только пару глотков. Надо поберечь воду.

– Я хочу пить, – заплакала девочка и дернула маму за балахон.

Женщина печально заглянула в холщовую сумку и достала оттуда бутылку с драгоценной жидкостью.

– Может, потерпишь? – с надеждой спросила женщина, глядя в грустные глаза ребенка, который при виде бутылки с водой уже радостно заерзал от предвкушения.

– Нет, сейчас.

Женщина открыла бутылку и наклонила ее ко рту дочери. Та с готовностью выпила все содержимое.

– Еще!

– Больше нет, – вздохнула женщина. Она опрокинула бутылку вверх тормашками над своим ртом, чтобы скатившая со дна последняя капелька воды смочила ее потрескавшиеся губы и хоть ненадолго подарила долгожданное облегчение. Женщина просунула язык в узкое горлышко бутылки, чтобы еще на секунду продлить удовольствие и слизать прохладную влагу со стенок фляжки. Когда вся вода была испита, бутылка отправилась обратно в сумку, а мать с дочерью тронулись в путь.

– Осталось совсем немного, Джанна.

– Куда мы направляемся, мамочка?

– Туда, где есть вода, – женщина твердой рукой сжала маленькую, хрупкую, детскую ладошку.

– Правда? – девочка огромными глазами посмотрела на маму. Ей было очень любопытно. Ведь воды уже долгое время не было нигде. Все колодцы в их племени давно пересохли. Да и племени их уже не существовало. Половина умерла от обезвоживания, а тем, кому повезло выжить – отправились на поиски воды.

Отец и мать Джанны тоже присоединились к маленькому отряду. Но спустя год безуспешных скитаний последние сильнейшие люди племени отдали свои жизни за мечты о долгожданном оазисе, который никто так и не смог найти.

Был миф о том, что есть одно поселение, которое смогло добыть воду. Кочевники, которые вот уже 15 лет назад осели в одном месте и благополучно живут в условиях пустыни. Но никто толком не знал, является ли это предположение правдой, ведь Скорпионов никто никогда не видел. Они, словно пустынные духи, благословенные Богами, смогли спрятаться вдали от всех и затаиться на долгие годы.

Отец Джанны, который руководил отрядом, смог напасть на след Скорпионов, но ему не суждено было дойти до конца. Он пал жертвой Пустынного Дракона, и его похоронили в песках Алахар. После этого их племя, точнее то, что от него осталось, раскололось еще на маленькие группы, где каждый пошел своей дорогой.

Мать Джанны же считала свои долгом добраться до того места, в существование которого верил погибший муж и отец их семейства. И сейчас ее путь лежал именно туда. Но последние сутки дались женщине тяжело. Она ощущала тошноту и головокружение, от чего ее шатало в разные стороны. Она понимала, что недостаток жидкости в организме дает о себе знать и молилась лишь об одном: чтобы Боги дали ей возможность дойти. Мысль о том, что ее единственная дочь останется одна посреди пустыни подстегивала ее идти дальше, невзирая на усталость и невыносимую жажду.

– Да, Джанна. Твой отец верил в существование оазиса и в племя, именуемое Скорпионами. Мы найдем их.

Женщина вдруг побледнела и качнулась.

– Мамочка! – закричала дочь, испуганно хватая ее за талию.

– Ничего, ничего. Мне просто нужно передохнуть.

Она упала на колени и прикрыла глаза. Ее сухие губы зашептали бессвязную молитву.

Джанне стало очень страшно. Под пылающим смертоносным солнцем девочка вдруг ощутила озноб. Холодок по коже пробежал быстрее, чем опасная, ядовитая кобра перед своей убийственной атакой.

– Мама, ты в порядке?

– Ты должна выжить, Джанна, – прошептала женщина, вглядываясь в глаза дочери. – Ты – особенная. Ты – самая сильная из нас. Только в твоих силах спасти людей и напоить пустыню Алахар.

– Мамочка, что ты такое говоришь? Вставай, и мы пойдем дальше.

– Обещай мне, Джанна! – голос матери прозвучал громче. Словно женщина вложила все свои силы в эту фразу, пытаясь донести до девочки всю важность своих слов.

– Я обещаю, – всхлипнула Джанна.

– Видишь вон там, где восходит солнце, огромный бархан. За ним должно быть племя Скорпионов. Пойдешь, когда начнет смеркаться.

Женщина начала задыхаться и кашлять. Из горла вырывались глубокие хрипящие звуки, как будто песок, проглоченный вместе с воздухом, перекрыл гортань, царапая изнутри. Женщина схватилась за шею и снова захрипела.

– Мамочка! – Джанна обняла ее тонкими ручонками и прижалась к родной груди. – Не оставляй меня, мама. Мы дойдем вместе!

– Слушай внимательно. Под горячим песком на поверхности – прохладные и влажные слои. Выкопай яму и лежи в ней, пока солнце не начнет клониться к закату. Я люблю тебя, дочка. Живи. Ради меня. Ради отца. Ради своего народа.

Женщина закрыла глаза в последний раз. Ее голова без сил упала на хрупкие детские плечики, которые тотчас затряслись от истерического плача. Джанна плакала навзрыд, то громко рыдая, издавая смесь животных звуков нечеловеческого происхождения, то просто молча, обреченно всхлипывая, сотрясаясь всем телом, глядя в одну точку пустым безжизненным взглядом.

Неизвестно сколько прошло времени. Оно остановилось, как для взрослой женщины, так и для маленькой девочки, которая осталась абсолютно одна на просторах бескрайней и опасной пустыни Алахар.

Распластавшись на золотистом склоне бархана и дьявольски извиваясь, Джанна разгребла верхний горячий слой песка, всем телом испытывая блаженную радость от соприкосновения с влажной прохладой глубины. И, как и советовала мама, легла в вырытую яму, прижимая к себе уже остывшее тело женщины.

Изнеможденная, она уснула, чтобы спустя несколько часов проснуться в объятиях той, которая навсегда останется в этих барханах, ровно как и в любящем сердце своего единственного ребенка.

Джанне хотелось по настоящему проститься с мамой, как и полагалось в их племени, с почестями провожая в загробный мир родную душу, но каждая минуты без глотка воды могла стоить ей жизни. А она обещала, что сможет выжить. Это единственное, что в ее силах.

Девочка засыпала усопшую песком и произнесла молитву.

Слезы на ее лице высохли, в глазах появилась решимость. Джанна уверенно посмотрела на огромный высокий бархан и зашагала в его сторону, крепко сжимая в руках холщовую сумку.

ГЛАВА 1

[Прошло восемь лет…]

В огромном просторном зале сегодня было много людей. Все они пришли чествовать молодого господина Зафара.

Алкогольные напитки лились из графинов рекой, а сладкие десерты на длинных столах так и манили к себе. От обилия вкусной пищи рот наполнялся слюной.

Но Джанна не собиралась отвлекаться на стол, полный угощения. Ее задача была совсем иная. Она готовилась к этому очень давно, и сейчас ее сердце билось в удвоенном ритме, ведь от ее миссии зависело очень многое.

А вот и молодой господин Зафар и его родители появляются на праздничном ужине.

Девушки при его появлении сразу встрепенулись и принялись толкаться между собой за право посмотреть на высокого, стройного, загорелого мужчину через маленькое узенькое окошко в стене. Каждая из них мечтала в этот день стать его наложницей, ведь слухи о том, что Зафар превосходен в любовных утехах, уже заполонили ближайшую округу.

Торжество было в самом разгаре. Единственный сын Лайлы и Арсалана праздновал день рождение. Когда родители повесили ему на шею амулет, благословенный Богами, Джанна тоже ринулась к маленькому окошечку, чтобы в подробностях рассмотреть эту чудную вещицу. Слишком маленький обзор, увы, не позволил ей в полной мере рассмотреть кулон, но то, что теперь его владельцем был Зафар – было видно невооруженным глазом. Мужчина был очень горд и принимал поздравления, не забывая подмигивать молодым девушкам, которые уже стайкой подлетели к нему и окружили его кольцом стройных, сексуальных тел.

В комнату, где была Джанна, вошел мужчина и строго объявил: "Танцы начнутся через минут двадцать. Будьте готовы." После того, как он ушел, девушка занервничала еще больше. Она то и дело оглядывала свой костюм, который специально шила сама из нежной ткани голубоватых оттенков. Время стало тянуться очень медленно, и Джанна, прикрыв глаза, стала напевать самой себе колыбельную, которую когда-то слышал от своей матери. Слова этой песни помогали ей найти силы в любых ситуациях, ведь в такие моменты девушка представляла, что ее мама сидит рядом и гладит ее по волосам.

– Выстраиваемся в шеренгу и за мной, – бородатый мужчина вновь появился в комнате, зовя всех присутствующих девушек в торжественный зал.

Джанна встала последней. Сейчас или никогда!

ГЛАВА 2

– Зафар, тебе уже 25 лет!

– Матушка, только не плачь. Ты же знаешь, как мне горько видеть твои слезы.

– Это слезы радости, – с улыбкой на лице произнесла Лайла.

– Мы любим тебя и надеемся, ты с честью возьмешь на себя право носить амулет, – добавил Арсалан-Аль-Хасиб.

– Я не подведу вас.

Зафар с теплотой обнял родителей. Он любил родителей, и ему было лестно получить на свой день рождения такой особенный подарок, но ему уже не терпелось уединиться с какой-нибудь девушкой, а еще лучше с двумя. Ведь на торжественный праздник собрались самые сливки.

В отличие от отца, детство Зафара было безоблачным. Над ним не тяготели нужды и заботы народа, поиски воды или проклятия. У него были заботливые родители, он не нуждался ни в чем, ведь с того дня, как их племя смогло заполучить самый большой оазис в пустыне Алахар, они стали самыми богатыми кочевниками во всей бескрайней пустыне. С того дня Скорпионы перестали кочевать по пустыне и построили большой город, чтобы осесть в нем навсегда. Вода стала их самым главным ресурсом. Неудивительно, что вскоре Скорпионы стали купаться в золоте. Их женщины стали носить настоящие украшения из драгоценных металлов, а мужчины могли похвастаться самыми резвыми скакунами и оружием.

Уровень жизни стал высоким, и Зафар с детства рос в условиях изобилия и достатка. Когда он подрос, другие племена стали предлагать ему своих дочерей, чтобы хоть у них была возможность познать шикарную жизнь. Это еще больше польстило самолюбию молодого мужчины, и к своим 25 годам он был уверен, что мир полностью у его ног.

– Храни амулет, как зеницу ока. И пожалуйста, повзрослей.

– Папа, я и так взрослый, – засмеялся Зафар.

– Телом – да, умом – нет.

Лайла укоризненно посмотрела на мужа, но тот в ответ одарил ее мягкой любящей улыбкой и притянул к себе, чтобы поцеловать ее в макушку.

Женщина сразу растаяла.

– Вы – такие милые.

– Ты тоже встретишь свою любовь. В свое время.

Но Зафар только махнул рукой.

– Матушка, все они хотят только того, что может предложить им мой народ: воду и богатство.

– У каждого есть своя половина, – возразила мама. – Твой отец тоже не сразу поверил в судьбу.

– Я сразу понял, что ты особенная, – возмутился Арсалан. – С первой секунды, моя белоснежная луна.

Родители нежно поцеловались, а Зафар предпочел скрыться, пока они заняты друг другом. У нее еще очень много дел. И вон та, пышногрудая красотка в накидке, а еще вон та жгучая брюнетка, что так сексуально облизывает губки. Ах, он бы нашел для них другое применение.

Мужчина заиграли на инструментах, и в центр зала вошли девушки в черных накидках. Они были покрыты тканью от макушки до пят, за исключением прорези для глаз.

Зафару нравилось, как двигается женское тело во время танца. Эти плавные движения позволяют видеть все изгибы, каждую впадинку и холмик. Но он любил индивидуальные танцы. Только для его глаз. Когда девушка полуобнажена, и он может с восторгом разглядывать приятные взору округлости, а после и прикоснуться к ним, ласкать, посасывать.

Эти же черные непроницаемые одеяния даже не дают волю воображению. Зафар немного заскучал, пытаясь разглядеть сквозь бесформенные балахоны женские фигуры. Но, даже подключив всю свою фантазию, эти танцы вызывали в нем только длинные зевки.

Вдруг девушка, которая замыкала шеренгу, изящным взмахом руки скинула с себя черную накидку, тем самым приковывая к себе внимание. Зафар удивленно поднял брови. Этот танец не предполагал откровенность. Его отец всегда выступал против голых женщин (после того, как встретил маму, потому что до этого момента, он и сам был любителем подобных увеселительных мероприятий), поэтому женщинам запрещалось прилюдно раздеваться, но эта незнакомка как будто специально бросала вызов традициям. Девушке удалось привлечь внимание Зафара. Он с пробуждающимся интересом продолжил смотреть только на нее, не видя никого вокруг.

Девушка медленно закружилась и замерла прямо напротив Зафара. Он обомлел, увидев разноцветные радужки ее глаз. Из какого она племени? Девушка дерзко посмотрела на Зафара и скинула второе покрывало, которое укрывало ее плечи и руки. Эти части тела оказались полностью обнаженными, и на фоне остальных женщин, закутанных в балахоны, незнакомка выглядела откровенно голой.

Девушка подняла вверх руки и стала выписывать круги запястьями. Ее тело будто само играло свою мелодию. На руках у девушки были многочисленные браслеты, которые звенели при каждом движении, выбивая свой такт, и танцовщица двигалась под нее естественно, с непринужденной грацией кошки. Тонкие запястья ловили взор Зафара, а ремешки стягивающие нежную кожу пробуждали темные фантазии, которые хотелось осуществить сиюминутно. Слух мужчины обострился. Он уже не слышал песню музыкантов, его уши улавливали лишь одну единственную мелодию. Ту, в ритм которой, двигалась незнакомка, удерживая на себе практически все взгляды окружающих.

Девушка, кружась на цыпочках, приблизилась к Зафару на расстояние метра и сбросила третье покрывало. До носа мужчины донесся легкий цветочный запах, и ароматное облако вмиг окутало его, оседая на его коже. Зафар чувствовал, как пропитывается его одежда, его тело, как этот запах растворяется в нем. Это какое-то наваждение или сон. Эта девушка захватила все его органы чувств, один за другим, пленяя его своими флюидами.

Танцовщица закружилась вокруг мужчины и встала за его спиной. Потеряв ее из поля зрения Зафар заволновался. Эта девушка манила его, дразнила, возбуждала, интриговала. Ему хотелось сорвать с нее все оставшиеся платки и увидеть под ними ее тело, которое она так непринужденно предлагала ему. Зафар уже не сомневался, что он сделает с ней после танца. Ему и целой ночи не хватит утолить свою бешеную страсть. У него прям руки чесались от того, как сильно хотелось схватить ее и унести подальше от посторонних глаз. Но он заставил себя успокоиться, и просто медленно лицезреть ее танец в ожидании сладкого удовольствия.

Девушка сняла с бедра полупрозрачный платок и накинула его на голову мужчине. Сквозь тонкую шелковую ткань он видел зал, удивленных людей, так же пораженных красивым и необычным танцем и своих родителей, которые неодобрительно перешептывались между собой. Зафар ощутил, как платок нежно скользит по его лицу, и откинул голову назад, чтобы вновь взглянуть на свою соблазнительницу. У нее глаза разных оттенков и длинные пушистые ресницы. Да она настоящая красотка! Из какого она племени? Почему он раньше не встречал ее? Зафар схватил девушку за руки и притянул к себе, усадив на колени.

– Еще не время, – шепнула девушка. И ее голос был словно ласковый теплый ветер на рассвете, когда солнце еще не вошло в свои права и не обожгло лучами сухую пустыню.

– Я сам буду решать, пришло время или нет, – жестко ответил Зафар, и девушка слегка вздрогнула от его слов. – Я поймал тебя, пташка. Теперь ты – моя.

Мужчина поднялся с мягкого сидения, держа девушку на руках, и пошел прочь из людного зала под гул, громкие возгласы и улюлюканье присутствующих.

ГЛАВА 3

Джанна не ожидала такого резкого поворота событий, она задергалась и зашипела словно дикий зверь.

– Пусти меня!

– И не подумаю. Ты долго дразнила меня, пташка. Но мое терпение иссякло. Теперь я хочу сполна получить обещанное.

Зафар с ноги толкнул дверь в свои покои и бережно опустил свою ношу на огромную кровать. Девушка тут же брезгливо вскочила с нее и с ненавистью уставилась на мужчину.

– Я ничего тебе не обещала! Это был просто танец.

– Ага конечно. Да весь твой облик говорил: "Возьми меня".

– Это лишь плод твоих фантазий, – заявила девушка, ставя руки на пояс.

– Даже если и так, – не растерялся Зафар, – я все равно хочу тебя.

– Ишь ты удумал. Не сегодня.

Глаза Скорпиона сверкнули.

– Пташка, – угрожающе начал он, – если я что-то хочу, я это получаю. У тебя просто нет выбора.

– Только попробуй прикоснуться ко мне, и я тебя убью.

Джанна занервничала. Весь ее план рухнул в тот момент, когда Зафар, не дождавшись конца танца, забрал ее силой и унес из зала. Теперь нужно было приспосабливаться под новые условия.

– Я осыплю тебя золотом. Все, что захочешь.

– Я не продаюсь, – презрительный взгляд ужалил Зафара, но он не предал этому значения.

– Тогда что же ты хочешь?

Джанна задумалась. Придется пойти на некую хитрость, дабы осуществить задуманное. И для этого придется переступить через гордость. Выбор невелик. Она изобразила на лице самую милую улыбку из всех возможных; подплыла к мужчине и закинула ему руки на шею.

– Мой Господин, простите мне мою грубость. Вы напугали меня своим напором. Разрешите мне закончить танец, а после, – Джанна многозначительно улыбнулась, опуская глаза, изображая неловкость и смущение, – а после, я сделаю все, что захотите.

Зафар поднял бровь. Такая разительная перемена заставила его слегка напрячься: еще минуту назад эта девушка готова была драться с ним за свою честь, как дикая кошка, а сейчас она похоже на змею-искусительницу, соблазнительную и прекрасную. Он всей кожей чувствовал подвох, но возбуждение уже ударила ему в голову, его мысли уже плыли, рисуя ему греховные, запретные мысли. Незнакомке удалось очаровать его настолько, что он потерял всякую способность рассуждать здраво.

– Хорошо, танцуй. Но, как только закончишь, я хочу, чтобы на твоем теле не осталось ни единого клочка одежды. Клянусь Богами, я не выпущу тебя из своих объятий пока не выбью из тебя все стоны. И даже потом, когда ты охрипнешь от криков, пташка, я все равно продолжу ласкать тебя, чтобы ты раз и навсегда уяснила, что меня не стоит дразнить. В тот момент, когда ты зашла в мой зал и подчинила мои глаза, ты обрекла себя в мой плен. Я не отпущу тебя, пока сам этого не захочу, ну или пока ты мне не надоешь.

У Джанны запершило в горле. Страх сковал ее тело. Зафар говорил со всей уверенностью человека, который не бросает слов на ветер. На секунду ей вдруг захотелось остановить все. Но она не могла нарушить свою клятву родителям. Ей надо завершить миссию.

Зафар удобно уселся и уперся ладонями о кровать.

Джанна на долю секунду тоскливо подумала о том, что ей было бы гораздо проще выполнить задуманное, не будь этот мужчина таким красивым и притягательным. Он волновал ее самым странным образом. Она никогда прежде не испытывала подобного. Но она не углублялась в природу своих чувств, ведь она видит Зафара сегодня первый и последний раз.

Девушка привычным движением подняла руки, и браслетики опять качнулись в такт ее танцу. Джанна скинула еще один платок, и он легко и плавно полетел вниз, оголяя почти все ее тело. Девушку прикрывал лишь тесный и узкий лиф, из которого угадывалась высокая, большая грудь, и короткая полоска ткани вокруг упругих бедер. Под тяжелым и непроницаемым взглядом Зафара невозможно было прочесть его мысли, и лишь его ладони, на которых можно было разглядеть выступившие вены, говорили о том, что его терпение практически равно нулю. Он был напряжен, как стрела, готовая вылететь четко в цель. И сегодня его мишенью была Джанна.

Девушка приблизилась к мужчине и уселась ему на колени. Он тотчас же схватил ее за попу, прижимая к своему возбужденному члену. Джанна потерлась об него, откидываясь назад.

– Пташка, ты сильно рискуешь, – хрипло произнес Зафар.

– Не торопись. Скоро кульминация.

Она наклонилась к его шее и провела по ней язычком, пробуя его солоноватую на вкус кожу. Мужчина дрожал всем телом. Каждое круговое движение женских бедер приближало его к точке невозврата. Он боялся, что в какой-то момент, у него сорвет крышу, и он наброситься на девушку, как животное. Зафар не хотел допустить подобного, ведь он никогда не позволял себе насилие в отношении прекрасного пола. Он мог быть немного грубым, жестким, но причинить реальную боль – это совсем другое. Его отец говорил, что подобные действия не красят мужчину. Но темноволосая жгучая красотка с разноцветными глазами как будто специально появилась в его жизни, чтобы проверить на прочность его принципы.

Зафар протянул руку и дернул ленточки лифа. Узелки развязались, и ярко-алая ткань оказалась в ладони мужчины. Грудь Джанны оголилась, и ничто более не мешало Зафару наслаждаться красивым видом. У него перехватило дыхание. Он сжал нежные полушария, большими пальцами выписывая круги на шелковистой коже. Глубокая ложбинка манила к себе, и он не смог сопротивляться голоду. Губами, языком – он целовал и ласкал грудь, твердые коричневые соски, впервые в жизни по настоящему наслаждаясь тем, что делает.

Когда Зафар стянул последний клочок одежды, прикрывающий лобок с короткими завитушками темных волос, Джанна вдруг испуганно дернулась, но мужчина удержал ее на себе, не позволяя отступить.

– Теперь поиграем по моим правилам, пташка.

Зафар перевернул Джанну так, что она оказалась на спине, а сам навис сверху. Девушка толкнула его, но сдвинуть его в сторону не смогла.

Зафар просунул руку, между ее бедер, раздвигая их шире. Джанна замерла, ее сердце застучало с сумасшедшей силой. Но молодой мужчина совсем не замечал ее страха, он хотел только одного: утолить свой ненасытный голод, ведь эта незнакомка просто свела его с ума.

Его тело дрожало в нетерпении, он прикоснулся пальцами к внутренней стороне ее бедра и погладил нежную, загорелую кожу. Удивительно, ведь все девушки в его племени были бледными, так как предпочитали скрываться от палящих лучей. А эта пташка была смуглой. Она была какой-то другой, словно из другого мира, таинственного и загадочного.

Джанна хотела дернуться и скинуть его руку, но ей надо было еще немного потянуть время. Она постаралась переселить себя и потерпеть эти ненавистные ей прикосновения. Но в какой-то момент, они перестали приносить ей дискомфорт. Ласковые поглаживания его пальцев, напоминали ей танец. Они кружили по ее коже, и Джанна чувствовала, что потихоньку расслабляется в его руках. Странное ощущение. Оно вызывает желать чего-то большего. Больше касаний, больше тактильности. Девушка заерзала под ним, а ее ножки раздвинулись чуть шире, настаивая на продолжении.

Зафар не заставил себя долго ждать. Его рука уже оказалась чуть выше, поглаживая лобок, и то самое сокровенное влажное местечко между половыми губами. Джанна застонала. Новые ощущения дарили восторг, вместе с ним росло и ее любопытство: а что же будет дальше? Остальные мысли остались позади, за чертой разума, который покинул ее с того момента, как она впервые испытала это чувственное наслаждение.

Но когда Джанна подалась вперед, чтобы теснее прижаться к мужской ладони, Зафар вдруг замер, завалившись на девушку всей своей массой.

Находясь во власти сладкого дурмана, девушка не сразу поняла, что ее план сработал.

Ну наконец-то!

Джанна с усилием столкнула с себя обездвиженное тело мужчины. Зафар, как мешок с грузом, свалился на бок, не подавая никаких признаков жизни.

Хмм..Может она перестаралась? Джанна приоткрыла его веки, проверяя зрачки. Все в норме. Дыхание тоже. Значит снотворное, которое девушка предварительно нанесла тонким прозрачным слоем на свое тело, подействовало эффективно.

Зафар даже в спящем состоянии был очень притягательным мужчиной. Джанна не выдержала и провела по его щеке пальчиком. Из-за него, ее план чуть не провалился. Кто же знал, что одно его прикосновение заставит ее потерять голову. Ни один мужчина прежде не интересовал ее, и она даже не могла представить себе, что ее вечер закончится в постели Скорпиона! Арсалан – эгоистичный, беспринципный человек, который забрал в свое личное пользование главную ценность пустыни. А его сын наверняка пошел по его стопам. Как она позволила себе наслаждаться объятиями врага! Ведь именно по их вине погибли ее родители и ее племя!