Неожиданный шанс

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону.

© Михаил Алексеев, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Предисловие

Стоял прекрасный солнечный, последний сентябрьский день. У солнца еще хватало сил бороться со свежим северным ветерком, но уже было понятно, что это последние погожие деньки и впереди октябрьское ненастье средней полосы. Среди пространства складов, шума и гама большой стройки, за большим грубым, сбитым из доски-пятидесятки столом на такой же грубой, но уже обтертой сотнями задниц скамье сидел молодой человек. Правильное, немного скуластое лицо не красавца-мужчины, но обращающее на себя внимание какой-то внутренней силой, подчеркивалось и остальными чертами. Коротко постриженная крупная голова, сильные плечи и руки, спокойно лежащие на столе, широкая грудь выдавали в нем завсегдатая спортзала-качалки. Одет он был просто – в клетчатую плотную рубашку и штормовку сверху, потертые джинсы и высокие кроссовки. Обычный человек, увлекающийся тяжелыми железными игрушками.

Он сидел в одиночестве и, возможно, вплоть до последней минуты наслаждался погожим осенним деньком, но сейчас его взгляд был обращен на группу людей, только что вышедших из ворот ближайшего ангара. Возглавлял группу человек в обычном недорогом костюме с небольшим портфелем в руках. Человек среднего роста, с незапоминающейся внешностью. Такого можно видеть каждый день по дороге на работу в потоке таких же спешащих людей и совершенно не помнить его.

В данный момент не заметить его было трудно из-за спутников. Его сопровождали четверо, будто сошедших с рекламного ролика спецслужб, бойцов силовой поддержки одного из ведомств Российской Федерации. Так, по крайней мере, обычно бывает написано большими буквами на таких спинах. Человек, сидящий за столом, надписей не видел, но был твердо уверен в том, что они там есть. Тем не менее на его лице не отразилось ни тени беспокойства. Все так же спокойно он продолжал смотреть на приближающуюся к нему группу. А вот на лице человека с портфелем, несмотря на умение скрывать свои чувства, они все же имели место быть. Сомнение, задумчивость, узнавание – следы этих эмоций, наверно, смог бы прочесть опытный физиономист. Но все это продолжалось секунды, и в конце концов взгляд человека в сером костюме затвердел под воздействием воли самого человека и для понимания всеми того факта, что он здесь представляет могущественную волю государства. Не доходя пары шагов до стола, человек с портфелем остановился. Его спутники, выглядевшие как ожившие Терминаторы, разошлись по сторонам, контролируя местность.

– Сергей Владимирович Фомичев?

– Зачем задавать риторические вопросы? Вы ведь наверняка знакомились с моей биографией, и там должны быть мои снимки разных лет. Поэтому для начала – здравствуйте! И представьтесь, пожалуйста.

– Э-э-э… Здравствуйте! Майор Никодимов. Управление ФСБ по борьбе с международным терроризмом.

– О как! И чем же я так насолил любимому государству? Раньше понятно было – мной занимался РУБОП, потом ОБЭП. А сейчас…

Майор вытащил из портфеля лист бумаги с отпечатанным текстом, гербовой печатью и подписью наверняка крупного чина, и, показав его собеседнику, объявил:

– Нам стало известно, что структуры, владельцем которых являетесь вы, в последнее время занимаются массовой скупкой оружия. Как легального, так и нелегального. Всеми возможными способами. От пистолетов времен Второй мировой до боевой техники. И ранее вами же были завербованы десятки людей, имеющих за плечами опыт чеченских войн и конфликта в Донбассе. Поэтому у нас возник ряд вопросов, для ответа на которые вам придется проехать с нами. Вот постановление на ваше задержание.

– Простите еще раз, может, назовете свои имя и отчество? А то как-то неудобно общаться.

– Валерий Николаевич.

– Очень приятно, Валерий Николаевич! Да вы присаживайтесь. Быстро у нас с вами не получится. У меня, видите ли, на сегодня другие планы. И они никак не совпадают с вашими. Вот если бы вы предупредили меня заранее, то я бы, конечно…

– Ну, что ж! Тогда придется вас просто задержать и доставить против вашей воли.

– Это вряд ли! Кто старший в группе вашей силовой поддержки? Подскажите Валерию Николаевичу. Я вижу, вы уже осмотрелись.

Майор с непониманием на лице обернулся к одному из бойцов сопровождения. Совершенно не высокий, если не сказать низкий, но оттого почти квадратный при его ширине плеч, боец сделал шаг к майору и, что-то негромко говоря, кивками указал на нечто, находящееся по разные стороны от собеседников.

Майор проследил взглядом по указанным направлениям и обнаружил скромно стоящую в стороне старенькую БМП-1, башня которой была развернута на них. С другой стороны такую же позицию занимал такой же старый БТР-60. Но самой неожиданной огневой точкой оказался древний ГАЗ-51 с направленной на них зенитной установкой счетверенных «максимов».

– Сергей Владимирович! Вы понимаете, что за этим может последовать?

– Догадываюсь и всеми силами стараюсь избежать худшего варианта. Поэтому присаживайтесь за стол. Пообщаемся. Даю слово – если никто из нас не будет делать преждевременных выводов и вытекающих из них действий, все закончится благополучно.

– Не понимаю, на что вы надеетесь.

– Надеюсь на благоразумие. Понимаю, что бойцы, которых я вижу, – еще не все. Часть должна была остаться с той стороны для нейтрализации и контроля внешней охраны. Но, как ваш старший уже наверняка смог убедиться, связь здесь, прямо скажем, не очень. Да просто не в дугу здесь связь с той стороной. Поэтому если и пойдет еще группа вам на помощь, только после того, как разберется с проблемой там. А на все требуется время. Я сегодня с утра сижу тут и жду. Жду одного важного момента, к которому готовился последний год. По идее, мне нужно было бы сидеть в ангаре, но уж не хотелось пропускать такой погожий день.

И вот когда этот момент наступит – я готов все рассказать. Все как есть. Кстати! Пока есть время вам всем покинуть это место и избежать попадания в… определенные обстоятельства, при которых выбора у вас уже не останется. Понимаю, что по головке вас не погладят и, возможно, снимут погоны. Но вы останетесь со своими семьями. На мой взгляд, это крайне важно.

– Все же вы нам угрожаете, – констатировал Никодимов.

– Нет. Не совсем так. Я просто вам предлагаю. Как там раньше говорили? Люди, слушайте и не говорите, что не слышали!

Неожиданно заговорила рация в нагрудном кармане штормовки Фомичева.

Громкость была достаточной, чтобы ее слышали все находящиеся рядом.

– Сергей Владимирович! Сергей Владимирович!

– Слушаю тебя, Александр Владимирович!

– Переход свернулся! Слышите? Переход исчез!

– Слышу, Александр Владимирович! Вечером на планерке объявим всем начальникам служб и отделов. И… поздравляю вас и нас всех! Революция, о которой так долго говорили большевики – свершилась!

Во время этого разговора Фомичев обмяк, как будто освободился от какого-то груза. Если раньше он держался спокойно, но именно держался, и было заметно, что это стоило ему определенных усилий, то вот сейчас он действительно успокоился.

– Все! Все, парни! И для тебя, Валерий Николаевич, и для вас, бойцы! Вариантов не осталось. Я не рассматривал варианты «быть или не быть». Я имел в виду положительный исход во всех случаях, но теперь все! Упустили вы время.

– Что это значит?

– Отправь одного из бойцов к порталу, переходу… не знаю, как вы его обозвали. Мы называли его переходом. Пусть он убедится, что его больше нет.

Никодимов переглянулся со старшим из бойцов, и тот кивком отправил своего подчиненного в ангар.

– Василий Петрович! Обеспечь сюда водки, закусь на пятерых. Мне – пива. И потом, как разберешься с делами, – подходи сам. Будем с новенькими вопрос решать.

Фомичев отдал распоряжение и убрал рацию в карман.

Вернулся боец, ходивший в ангар. Еще подходя к столу он, отвечая на вопросительные взгляды Никодимова и своего старшего, отрицательно качнул головой.

– Садитесь! Садитесь все! Сейчас принесут все необходимое, чтобы вы менее болезненно перенесли то, что я вам расскажу. Все же вы офицеры и как бы должны быть готовы к самому плохому, но под водочку все пойдет полегче. Да и не будет самого плохого.

Никодимов уже сидел на лавке напротив Фомичева. Бойцы после паузы и разрешающего кивка старшего сели также напротив Фомичева, сняв шлемы и положив их на стол.

– Итак, все началось год назад…

Глава 1

– Сергей Владимирович! К вам просится на прием человек, который утверждает, что вы его примете. Фамилия его Андреев. Александр Владимирович.

– Андреев? Александр Владимирович? Нет. Не припомню… Уточните, где мы с ним виделись последний раз?

– Он говорит, он ваш одноклассник.

– Фу ты, черт! Ну конечно! Сто лет его не видел. Проводите его ко мне.

Фомичев отпустил кнопку пульта связи и пробормотал: «И на хрен он ко мне пришел? Не иначе денег просить». Сашка Андреев действительно был его одноклассником. Как это было давно! Другом Сереги Фомича он не был. Он вообще ничьим другом не был. Не потому, что враждовал с кем-то. Нет, Андреев как раз был как не от мира сего – держался особняком, и в то время, как интересами его одноклассников были футбол летом, хоккей зимой и регулярные драки во время и после матчей, он читал книги. Периодически у некоторых возникало желание самоутвердиться за счет такого безответного ботана, но почему-то на защиту безобидного Саньки Андреева вставал весь класс, включая девчонок. И Фомич не был исключением. Повзрослев, пацаны провожали одноклассниц, мечтая и прилагая усилия, чтобы пощупать наливающиеся груди подруг, а он шел в библиотеку. Еще позже парни, уже поняв, что одноклассниц интересуют индивидуумы постарше, пытались забраться в трусики и лифчики подросших девчонок помладше, а Сашка Андреев проводил время за книгами. И иногда Серега Фомич, у которого на книги времени просто не было, завидовал Сане Андрееву. Потом была армия, и вслед за ней пришли буйные 90-е. Все разлетелись – девчонки повыходили замуж, одноклассники кто ударился в бизнес, кто в бандиты. Кто-то остался служить и хлебнул грязи чеченских войн, а Андреев исчез. Доходили слухи, что он поступил и закончил институт по совершенно не престижной специальности, неудачно женился и очень быстро развелся. Без детей. Да и кому нужен книжный червь в эпоху накопления первоначального капитала?

Прошло уже почти тридцать лет, и Фомичев был крайне удивлен визитом Андреева к нему. Понятно, что в эпоху всесилия интернета, при определенных способностях найти информацию можно почти на любого, а Фомичев был не просто «любой», и хоть сам социальные сети не приветствовал и в них не участвовал, но информация о нем там была наверняка.

«Да точно денег ему надо! Дать или не дать? Вот в чем вопрос! М-да, звучит как-то по-бабски. Ладно! Решим по ходу разговора. В любом случае много не дам», – размышлял Фомичев в ожидании одноклассника.

В дверь постучали, и, открыв ее, вошел совершенно незнакомый мужчина среднего роста, худой, с болезненно бледным лицом и острым выступающим носом.

– Здравствуй, Сергей… Извините, правильней будет Сергей Владимирович!

Фомичев уже засомневался в том, что стоявший перед ним человек является его одноклассником Сашкой Андреевым. И только когда тот заговорил, Фомичев понял, что это действительно Андреев.

– Привет, Саша! Сто лет не виделись! Называй меня просто Сергеем. Присаживайся. Коньячку? Виски?

– Чуть-чуть коньяку. А то как-то… мандраж. Да! Действительно давно не виделись. Я после школы… хотя это вряд ли тебя интересует. А тебя я случайно в интернете обнаружил. Сначала пропустил информацию, подумав, что это просто однофамилец. А потом заглянул в сообщение, а там фото. И на нем ты. Ошибиться было невозможно. Ты ведь еще с юности прикипел к железу. Вот форма и осталась. А я – все по книгам.

– Да! Давно это все было. Жизнь прошла! Наших кого видел?

– Да нет! Я и не приезжал никогда в наш город. Только… на могилы родителей. Когда они умерли, я в обоих случаях был в экспедициях. Потом… съездил поклониться уже могилам. Извини, не за тем я к тебе пришел. Полгода назад у меня обнаружили рак.

«Деньги! Ну кто б сомневался! – про себя усмехнулся Фомичев, тут же поправившись: – Однако дать нужно!»

– Сколько?

– Что?

– Сколько нужно денег на операцию?

– Да не в деньгах дело! Хотя… нет! И в деньгах тоже. Выслушай меня! Я занимался наукой, но, скажем так, нетрадиционной. Ну, типа уфология и тому подобное. В общем, всеми непознанными явлениями. И как у любого начинающего ученого, у меня был наставник. Причем мой наставник был однозначно гуру нашего направления. Почему в качестве ученика он выбрал меня – не знаю. Может, потому, что я всего себя отдавал науке. Про мою семью ты, наверно, слышал?

Фомичев, не прерывая Андреева, кивнул.

– Может, еще почему. Не знаю, в общем, – продолжил тот. – Так вот, месяца три назад мой наставник попал в автомобильную аварию. И уже перед смертью он открыл мне правду. Оказывается, звали его не так, как я знал. Но не это главное. Главное – возраст! А родился он в восемнадцатом веке!

Не веришь? Я тоже не поверил. Он мне рассказал свою историю. Однажды на охоте, а он был дворянином, забрел он в лес, который среди местных пользовался дурной славой. И люди, по словам местных, там пропадали. И какие-то неизвестные нападали иногда на одиноких путников, стада и маленькие хутора возле этого леса. Но происходило это редко. И надо же было так случиться, что мой учитель случайно наткнулся на странный прозрачный пузырь на поляне. Забыл сказать, перед этим он убил кабана. Но секач перед смертью успел разорвать учителю ногу. Тот потерял много крови, ослаб и, понимая, что ему жизненно необходимо выйти к людям, иначе умрет, из последних сил брел по направлению к ближайшей деревне. Как ему казалось. Поэтому через этот прозрачный пузырь он прошел практически в бессознательном состоянии. И упал без сил на другой стороне. Поясню – на другой стороне был тоже лес. Но, как он сказал, абсолютно еще не знавший человеческого топора. В общем, сколько он пролежал без сознания, он не знал. Однако когда пришел в себя, обнаружил, что рана на ноге затягивается, и у него появились силы, чтобы найти родник и напиться. Он провел там с неделю, когда на ноге не осталось даже рубца, а самочувствие было такое, словно он помолодел. Хотя ему тогда было чуть за тридцать. С охотой там было просто раздолье! Дичина и птицы не знали огнестрела, поэтому голодать ему не пришлось. Выйдя через пузырь и направившись домой, он делал в лесу зарубки, чтобы не потерять это место. В то лето он несколько раз ходил через этот пузырь на охоту. Пытался осмотреться там, но это был девственно дикий лес средней полосы России. Так он определил по живности и деревьям. Пузырь исчез осенью. Учитель, не найдя его на прежнем месте, начал собирать среди окрестных крестьян любые сведения, связанные с тайнами этого леса. В основном это были, конечно, байки. Однако среди баек обнаружилась и полезная информация. Например, такая, что все чудеса в этом лесу происходят с примерной периодичностью в тридцать лет.

Осознав это, учитель понял, что он должен подготовиться к следующему разу. И он занялся этим, изучая биологию, географию и историю. И каждый год летом ходил в одиночку на памятную ему поляну. Ему было уже за шестьдесят, надежды еще раз прикоснуться к тайне таяли вместе с силами, когда ровно через тридцать лет пузырь появился вновь. Уже не налегке, а с запасами на трех лошадях и двумя собаками, он снова вошел в пузырь. Прожив там месяц, он внезапно понял, что помолодел. Причину он не знал, но понимал, что это как-то связано с его нахождением по эту сторону пузыря. Далее, до него дошло, до какого конфуза может дойти ситуация, если вместо пожилого барина явится молодой и утверждающий, что это он и есть. Пришлось, пока изменения не стали катастрофическими, возвращаться и срочно продавать имение. Благо ни семьи, ни детей у него не было. Деньги, вырученные за имение, он положил в банк на предъявителя.

Вернувшись на другую сторону, он продолжил исследования местности и в итоге смог увидеть на реке лодью. По разговору, слышимому ему с берега, и исходя из знаний истории, он сделал вывод, что находится в верховьях Днепра. В междуречье Волжского и Днепровского бассейнов.

Ушел он обратно по его исчислению в сентябре-октябре. Тут нужно учитывать разницу календарей. Пузырь стал бледнеть, и, боясь остаться в Древней Руси на тридцать лет, он вернулся в свое время. Но! Вернулся он не шестидесятилетним стариком, а примерно тридцатилетним мужчиной. Вот тут и пригодились деньги на предъявителя. Он смог сделать себе новые документы и начать новую жизнь. Но теперь его целью было дождаться следующего появления чуда. Таким образом он поступал несколько раз, начиная жизнь с тридцати лет. И все время между этими периодами он посвятил поиску подобных мест. И нашел несколько. Но, к сожалению, попал в аварию и умер, передав информацию и свою библиотеку мне. Я работал с его записями последние три месяца. Работал, не считаясь со временем. И теперь я знаю.

Через год откроется проход. На полгода. За эти полгода вылечиваются любые болезни и человек омолаживается на тридцать лет. Я, как ученый в некоторой степени, предполагаю, что при переходе матрица человека начинает восстанавливаться до своего уровня максимального развития. А это двадцать четыре-двадцать пять лет, возраст максимального развития человека как биологического объекта. Но, что важно, мозг остается прежним. Точнее, мозг тоже молодеет, но информация прожитых лет остается.

Сергей, доктор мне сказал, что если ничего не делать – я умру через полгода. А если хотя бы медикаментозно поддерживать организм – год я протяну.

Я готов показать это место и предоставить тебе шанс помолодеть на тридцать лет в обмен на твою помощь, чтобы я смог протянуть этот год.

Андреев замолчал, с надеждой в глазах глядя на Фомичева.

– М-да, это интересно! Крайне интересно. Но!

Увидев, как разом потускнели глаза Александра, Фомичев предупредительно махнул рукой.

– Не в деньгах дело! Без вопросов! Лечение ты получишь самое лучшее, что у нас есть в стране. Но мне крайне это интересно! Ты не дашь почитать материалы одному моему эксперту из научников? Не переживай! Фамилии твоя и учителя нигде не прозвучат. Материалы копироваться не будут. Это я тебе обещаю. Но если твоя информация подтвердится, мне бы хотелось заранее подготовиться. Чтобы не ждать еще тридцать лет. Сейчас времена такие – хрен его знает, что будет через пять лет, не говоря уже о большем сроке. Договорились?

– Договорились. Но, Сергей, я надеюсь…

– Проблем не будет! Одну минуту, я сделаю несколько звонков.

Фомичев твердо придерживался поговорки одного из своих знакомых эскулапов времен молодости: мало иметь передовую медицину – нужно иметь своих докторов! Поэтому такие у него были на разные случаи жизни. Вот одному из них он и позвонил, договорившись насчет Сани Андреева. И сразу после этого он отзвонился одному ненормальному ученому, занимавшемуся паранормальными явлениями, которому он оказывал материальную помощь. Зачем оказывал, он сам не знал. Может, потому, что тот был похож на Андреева. Он, конечно, был еще тем чудиком, но голова у него работала! Если ему давался материал, даже косвенный, и время, он выдавал наиболее приближенный к реальности аналитический прогноз. И этот прогноз частенько выручал Фомичева.

Закончив дела с Андреевым и оставшись один, Фомичев задумался: а чего, собственно, хочет он в этой ситуации? Если допустить, что все, что он услышал от одноклассника, правда? Скинуть тридцать лет и с новыми силами в забой по добыче денег? А ведь так и придется. В бизнесе, большом бизнесе, как и у бандитов, вход рубль – выход сто! Как только упустил момент, ослаб, тут же конкуренты и все бывшие заклятые друзья по бизнесу постараются отомстить за все явные и затаенные обиды, полученные от Фомичева в процессе зарабатывания денег.

Этого ли хочет успешный бизнесмен Сергей Владимирович Фомичев? Возможно! Ведь этого так хотел Серега Фома, сначала рядовой боец, потом бригадир и позже лидер одной обычной ОПГ, когда в конце 90-х пришел к выводу, что продолжение пути, по которому он идет, в итоге приведет его к могиле. Причем он к ней уже гораздо ближе, чем хотелось бы. У него тогда хватило ума завязать, уйти с темы, уехать и, использовав накопленный первоначальный капитал, начать жизнь «честного» бизнесмена. По большому счету бизнес мало отличался от того, чем он занимался ранее. Ну да! Тут больше улыбались друг другу, раскланивались при встречах, не забывая делать гадости, используя для этого любую возможность. Иногда даже просто так, на всякий случай. Отличием было одно – это делалось уже законно, по правилам, принятым в этом обществе и государстве. И не важно, что из-за твоих действий конкурент полез в петлю – ничего личного – просто бизнес!

Чего он достиг за эти годы? На страницы журнала «Форбс» не попал, хотя денег у него было гораздо больше, чем о них было известно. Просто официально это были не его деньги. Но он был уверен в том, что сможет забрать их в любой момент. Семьи у него на данный момент не было. Ею некогда было заниматься, и у его жены, теперь уже бывшей, и дочерей возникли свои, параллельные жизни, которые с его жизнью почти не пересекались. С женой расстались, дочерям дал денег, помог в бизнесе, и теперь они точно уже жили каждая своей жизнью.

Ему за пятьдесят, и единственной оставшейся привязанностью был спортзал и железо в нем. Который он продолжал посещать уже не для повышения результатов в жиме или тяге, а по привычке и для поддержания формы. А в зарабатывании денег он начал терять темп. И рано или поздно, а скорей рано, конкуренты почувствуют слабину и начнут его травить.

Так этого он хочет? Снова пройти этот путь, пусть и с гораздо лучшими стартовыми условиями? Ему важно попасть в «Форбс»?

В данный момент в этом он был не уверен.

А если по-другому? Начать новую жизнь не тут, а там? Что там? Неизвестно. По крайней мере, пока его аналитик не даст свое заключение. Но уже сейчас неизвестность манила его и будоражила кровь. А вдруг? Может быть, это шанс? Неожиданный шанс!

Глава 2

Через три дня его доморощенный аналитик доложил о результатах. По его мнению, на основании дневников, предоставленных ему, и всей информации, нарытой им по этой теме в интернете, с вероятностью около 80 % все услышанное Фомичевым от Андреева являлось правдой. Более того, он смог установить по обрывочным сведениям в дневнике, что речь идет о переходе в раннее Средневековье, где-то девятый век плюс-минус пятьдесят-сто лет. И расположен район перехода в том времени в глухих лесах где-то под Вязьмой. Более точно сказать невозможно – джипиэса и ГЛОНАССа тогда не было, карт тоже. Дрона, чтобы хотя бы сфотографировать местность сверху и попытаться ее привязать к современной карте по рельефу, у автора дневников также не было.

Первое же, что сделал Фомичев, как получил эту информацию, он посетил Андреева и выпросил его у лечащего врача на один день. Этот день они использовали для посещения ближайшей к столице точки перехода. Она действительно оказалась в районе Вязьмы. Точнее, рядом с ее окраиной. Когда-то давно это было достаточно глухим местом, а сейчас это был пустырь, условно ограниченный карьером кирпичного завода и самим заводом с южной стороны, площадкой бывшего завода графитовых изделий с северной, жилым поселком кирпичного завода с западной и лесом с восточной. Все эти достопримечательности Фомичева не интересовали совершенно, а вот пустырь – наоборот. Поэтому его представитель тут же отправился оформлять в собственность несколько гектаров этого пустыря.

Забросив Андреева в клинику, Фомичев вернулся в офис. Чувствовал он себя просто превосходно. Планы, которые витали у него в голове, будоражили кровь, и энергия, бившая ключом, требовала выхода. Давно он не чувствовал себя таким.

Покопавшись в памяти, он неожиданно вспомнил доклад начальника отдела ATI-офиса об увольнении одного из программистов за чтение посторонней литературы на рабочем месте. Вспомнил потому, что начальник в докладе упомянул то, что программер занимался, по его словам, «чтением какой-то хрени о попаданчестве».

Он тут же связался с начальником отдела, переспросив, уволили ли того провинившегося.

– Сергей Владимирович, этот специалист сидел на серьезной теме, поэтому я решил задержать его на отработку двух недель по законодательству. И за это время он должен был подготовить себе замену. Но если вы… сегодня же будет его последний день. Мы справимся и без его помощи.