- -
- 100%
- +
Семенов поставил кружки с чаем перед Михаилом и лейтенантом, но команду освободить стол своим работникам он не дал. Они продолжали играть в карты. Михаил отвернулся от стола и взглядом постарался показать бойцам, чтобы они рассредоточились.
В этот момент из леса появилась ещё три человека, ведя на поводу две лошади. Ситуация складывалась однозначно не в их пользу. Все это были крепкие мужики лет 25-30, крепкого телосложения. Их хоть оружия не было видно, но если случится какая-то заварушка даже просто мордобой, победа будет однозначно за ними, оценил ситуацию Михаил. Принесли еще две кружки чая.
– И всё же Фёдор Борисович вы находитесь пограничной зоне. Покажи мне документы для порядка, что бы я мог чётко доложить наверх и отпустить твоих работяг. А то с одной справкой об освобождении на троих будет сильно много вопросов. Ну и заодно документы чем вы тут сами-то занимаетесь – взяв кружку со стола – попросил Михаил – а то нам тут дали команду по поиску диверсантов, необходимо всех проверить. Сам понимаешь, руководство команды раздало, надо чётко выполнить и доложить, а то не дай бог ещё какой-то проверяющий над нами приедет. Любят у нас это.
Посмотрев внимательно на Михаила, хозяин мельком взглянул на ту сторону реки, где находились ещё три бойца пошёл в шалаш. Позже он тоже что-то прикидывал.
Красноармейцы же на той стороне реки не думали, ни о каких проблемах. Стояли кучкой курили и что-то обсуждали. Молодость, что мог подумать об этом Михаил, а самое главное это непонимание сложившейся ситуации. От них в данный момент зависит жизнь тех кто переехал на ту сторону, внутри все кричало. Но и отдать прямой приказ, стоять с наведённым винтовками, он тоже не мог. Вот такая блин дилемма.
Вернулся бригадир с документами и передал их Михаилу.
– Вот, Петр Алексеевич всё, что есть. Вот наряд на заготовку бревен – он протянул первую бумагу – Нам необходимо подготовить восемь плотов и сплавить их по реке – немного осёкшись, он продолжил – Мы решили немножко отдохнуть прежде, чем работать. Поэтому пока ничего не рубили, а это на получение для работников продовольствия.
– Хорошо – сказал Михаил – а документы на работников, какие-то есть. Справки, паспорта или они
все у тебя призраки.
С небольшим напряжением в голосе бригадир сказал: – Капитан всё хорошо. Понимаешь, люди, некоторые только вышли от хозяина, не у всех есть документы. Некоторые с хуторов пришли, с колхозов сбежали, голодно там. По этому, документы есть на меня и ещё трёх человек. Ну и остальные документы ты уже видел показать. Что арестовывать будешь?
После этих слов, как то мимо ходом, играющие к карты переместились. Так, что бы ни мешать друг другу. Со стороны это было почти не заметно, но если присматриваться, то начинаешь замечать движение.
– Да зачем. Свои документы покажи – сдерживая дрожь в голосе, произнес Михаил.
С не большим облегчением во взгляде, бригадир достал паспорт из внутреннего кармана и протянул. Игра у сидящих за столом уже не клеилась, но они не уходили. Напряжение нарастало, но лейтенант легкомысленно ходил за спиной и о прикрытии даже не помышлял.
Михаил медленно осматривал документы, наряд выдан какой-то администрацией, что необходимо заготовить 40 кубометров леса. Доставить их сплавом, по какой-то реке с указанием какой-то деревни, ни название деревни, ни название реки не были знакомы. То же самое и на получение продовольствия. Паспорт был похож, хотя в живую он его ни когда не видел, никаких скрепок из нержавейки не было. Но было чувство, что что-то не так. Возможно, что это действительно какие-то беглые зеки, а возможны и диверсанты. В любом случае их надо задержать. Единственная неувязка была в том, что все бумаги были почти новыми, а планшетов и папок у них никаких у них не наблюдалось. Как они их так сохранили.
Задержав ещё несколько секунд документы у себя, Михаил передал их бригадиру:
– Ну вот вроде всё нормально. В отчётах если, что мы тебя как «Бригада Семёнова» зафиксируем. Если будут какие-то вопросы по документам, не удивляйся. Сколько вас всего, чтоб в отчет записать.
– Тринадцать – ответил бригадир.
Значит где-то ещё двое, подсчитал Михаил. Правильно сделал, что не полез на рожон, с дрожью подумал он.
– Ну, всё, товарищ Семенов, поехали мы дальше – Михаил встал, взмахнул рукой и все пошли к лошадям. Хозяева лагеря остались на месте, провожая их пристальным взглядом.
Михаил понимал, что оставлять так нельзя. Сейчас их нужно задержать и досконально осмотреть лагерь. Извиниться будет никогда не поздно. Сев на лошадь он негромко произнёс: – Вы трое – обращаясь к красноармейцам – отъезжаете метров на 20 и ждите сигнала. Сразу спрыгиваете с лошадей и обходите справа. Там ложитесь и берите на прицел лагерь.
Он махнул трём бойцам, стоявшим за мостом, чтоб подъезжали.
– Лейтенант, давай команду, чтобы наши подходили – громко сказал он. Плохо, что нет ручных раций, при этом подумал Михаил, придется действовать по интуиции. Сработает или нет, не понятно. Надежда только на бойцов и неизвестно как сложится, но выбора нет. Будем надеется на удачу. Если это диверсанты у нас численное большинство, но положат половину солдат. Тут главное самому выжить, мысли вихрем летали в голове Михаила. А если это простые лесорубы, ничего не случится, просто проверим лагерь. В этот момент трое Красноармейцев стоящие за рекой поравнялись с ними.
– По свисту спешиться, взять на прицел лагерь. Проехать ещё метров десять и быть готовыми – коротко прошептал Михаил.
В этот момент лейтенант трижды коротко свистнул.
Лесорубы, сидевшие возле стола, дёрнулись, один из коневодов исчез в шалаше. Но будто по команде, опять все замерли. Бригадир смотрел на Михаила и видя, что никто из красноармейцев не дёргается, не спрыгивает с лошадей, не берут оружие, что то тихо проговорил своим. Михаил помахал им рукой и показал на ту сторону реки. Из леса выходила группа прикрытия. Разведя руки в сторону, Михаил всем видом показывал, ну что поделать работа такая. Бригадир в ответ махнул рукой. Михаил заметил, что и рыбак, сидевший рядом с мостом, куда-то делся.
– Лейтенант, у вас есть какой-то знак тревоги, чтобы все сразу схватились за оружие – спросил Михаил
– Нет – легкомысленно сказал лейтенант, но начиная осознавать, что сейчас что-то будет.
– Плохо – сказал Михаил – но слушай. Это диверсанты или беглые зэки, приблизительно пять человек. Они направили на нас оружие, сколько и какое я не знаю. Бригадира нужно взять живым. Боец – обратился Михаил к оставшемуся бойцу – сразу спрыгивай под мост. Там скорее всего один бандит. Будь осторожен. Если, что сразу стреляй.
– Так точно товарищ капитан – ответил боец. Он услышал слова про диверсантов.
– Лейтенант я не думаю, что у них есть пулемёт. Но как только наших 7-8 человек переходят мост, свистишь и даёшь команду в бою. Сам спрыгиваешь под мостом там диверсант и вместе с бойцом обезвреживаете его. Берёте на прицел лагерь. Всё понятно – строго спросил Михаил.
– Да – ответил лейтенант – Но вдруг это просто дровосеки.
– Нет – ответил Михаил – если это не диверсанты, то как минимум беглые зеки. Что-то здесь не так. Если это дровосеки, то мы их немного напугаем, потом извинимся, помиримся и будем жить дружно. А вот если это диверсанты.
В этот момент начал переезжать мост отряд прикрытия. Михаил, повернувшись спиной к лагерю дровосеков, тихо говорил: – Всем приготовиться. В ружьё. По свисту всем с лошадей.
И вот когда на мосту остались последние три человека Михаил крикнул: – Лейтенант давай. Всем к бою.
Лейтенант пронзительно свистнул и сразу все завертелось.
Михаил дёрнул поводья, повернул коня, съезжая с дороги в противоположную от лагеря сторону насыпи. Одновременно нырнув головой вниз, чтобы спрыгнуть с лошади. В эту секунду послышались хлопки выстрелов. Следующих несколько секунд Михаил не помнил, как он слетел с лошади, скатился в кювет, он сжался в клубок. Рядом упало тело красноармейца, кругом мелькали копыта, поднялась пыль, ржание, крики. Благодаря подбородочному темляку фуражка не слетела, а надвинулась на глаза, мешая что либо видеть. Став на колени, прикрывая голову одной рукой, второй Михаил судорожно пытался достать револьвер из кобуры. Сквозь шум топот ржание звучали редкие хлопки выстрелов. Кажется, прошла вечность, из ступора его вывело дёрганье за руку.
– Товарищ капитан, товарищ Капитан, что это, что делать – истерично дёргая за руку, повторял боец.
Придя в себя от этого дёрганья, Михаил скомандовал: – Огонь.
Сев на задницу, Михаил всё-таки смог достать револьвер. Придя в себя окончательно, закричал: – Всем огонь.
Осмотревшись, увидел лейтенанта, который стрелял из нагана в сторону лагеря.
– Лейтенант – крикнул Михаил – бери двоих человек и под мост там один диверсант. Я же тебе сказал. Рассредоточиться – крикнул он остальным – Короткими перебежками, вдоль дороги окружаем. Пулемётчик короткими очередями огонь по противнику, патроны береги.
Прячась за лошадью, Михаил попробовал высунуться, чтобы посмотреть лагерь. В этот момент пуля попала в плечо пулемётчика, он закричал. Одновременно с этим под мостом прозвучала автоматная очередь. Выстрел из винтовки и два одиночных выстрела, похожие из пистолета. Михаил кинулся туда:
– лейтенант, ты жив – крикнул он.
– Да – в ответ услышал голос лейтенанта – одного бойца в живот зацепило. Диверсанта убили.
– Плохо – сказал Михаил – бери пятерых и обходи по речке. Я из пулемёта прикрою.
Михаил вернулся к пулемёту. Осмотрел пулемётчика, ранение было в плечо. Все было в крови, приказав бойцу сильно зажать рану руками Михаил, как в боевиках, вытащил пулемёт через труп лошади и не высовывая головы, дал короткую очередь в сторону шалашей.
– Фёдор Борисович, ты ещё живой там – прокричал Михаил, как можно громче.
– Да капитан – послышалось в ответ – хорошо чай попили. Я думал, тебя убили. Может разойдёмся пока живы.
– Был бы ты просто зэк как говорил, мы бы так и сделали, а теперь поговорить придётся – прокричал Михаил – жестом подозвав двух бойцов державших лошадей.
– Пройдите метров на 300 вверх по течению, переправьтесь вброд и быстро в лагерь. Передайте старшему лейтенанту, пусть отправляет один броневик, взвод мотопехоты с двумя пулемётам с тремя грузовыми машинами. Назад поедете с ними на машине. Покажите, где высаживать бойцов. Вон там, на пригорке, чтоб обходить лагерь с той стороны – показал за реку – Броневик едет сюда через мост. Всё понятно.
– Так точно товарищ капитан – ответили оба.
– Тогда быстро вперёд. От вас зависят жизни товарищей – напутствовал их Михаил.
Глядя вслед удаляющимся бойцам Михаил, сменил диск на пулемёте. Ещё раз пожалев, что нет нагрудных раций и локальных карт как в играх. До конца не сознавая, что всё-таки это не игра сел поудобнее. Михаил снял фуражку, чтоб сильно не высовываться и ещё раз посмотрел на лагерь. Движение не было видно, но они были здесь. По результатам их стрельбы можно сделать вывод, что у них действительно был либо снайпер, либо хороший стрелок, а так же скорее всего пару автоматов. В случае лобовой атаки они положат почти всех за пару секунд. Рядом с ним находились пять бойцов, почти все они была в замешательстве.
– Собраться – приказал Михаил – зарядить оружие. Сейчас я спущусь под мост, по моей команде открывайте огонь по всем движущимся целям, которые видите. Передать дальше по цепи.
– Ну что бригадир не хочешь сдаться, живым останешься – отвлекая внимание, прокричал Михаил. И двинулся под мост.
Спустившись под мост и глядя сквозь кусты, он увидел трёх противников. Один из них с автоматом сидел за шалашом, двое других, что-то перетаскивали подальше, сквозь кусты за деревья. Ответа от бригадира-диверсанта не было. Надо спешить, похоже, они отходят. Закрепив пулемёт ремнём к столбу Михаил, дал прицельную очередь по автоматчику и сразу, перевел огонь по двум другим, которые несли какой-то тюк. Одновременно прокричав: – Огонь.
А сам упал на землю и откатился под мост. Почти сразу взвился фонтанчик от пули. Откуда стреляли, он не видел. Быстро заменив диск на пулемёте, Михаил снова посмотрел на лагерь мнимых дровосеков. На сосне за лагерем метрах в 50 он увидел смутный силуэт человека. Он находился на высоте метров пяти шести над землей, чтобы ветки не загораживай обзор. И был как раз на высоте дороги. Заново закрепив пулемёт к столбу, Михаил дал три коротких очереди по силуэту. Там появилось движение, но вниз, как в фильмах никто не упал. Было непонятно, попал или не попал. Но выбора не было, уйти диверсантам дать нельзя, надо идти в атаку. Редкая ружейная пальба не прекращалось, регулярно слышались хлопки выстрелов. Михаил поставил последний диск и с криком: – Броском! В атаку! Вперёд!
А сам «наблюдая» из кустов, чтобы видеть, откуда будут стрелять. На самом деле было страшно вот так подняться в атаку. С десяток бойцов кинулись вперёд, навстречу им прозвучало несколько выстрелов, один из красноармейцев тут же упал.
Михаил не увидел, откуда стреляли, он оказался ниже площадки расположения лагеря, но зато с другой стороны реки застрочил автомат и зазвучали выстрелы из винтовок. Похоже, это лейтенант, увидел противника и поддержал огнем. Остальные солдаты в этот момент добежали до лагеря. Михаил выскочил из укрытия, казалось, что прошёл уже целый час, время тянулось медленно.
Выстрелы звучали за лагерем, в лесу метрах в ста. Оставив двоих в лагере, прихватив автомат, т.к. патроны к пулемету кончились. Михаил совместно семью бойцами пошли на оружейные выстрелы. Растянувшись небольшой цепью, на ходу перезарядив оружие, они осторожно двигались вперёд. Подошли почти вовремя и удачно. Трое диверсантов находились спиной к ним и вели перестрелку с бойцами, которые преградили путь к отходу. Дав короткую очередь из автомата по крайнему диверсанту, Михаил приказал сдаваться.
– Всё, всё – прокричал знакомый голос бригадира – сдаёмся и кинув винтовку и пистолет на землю встал.
Бросив винтовку на землю, медленно, глядя на старшего, поднялся последний диверсант.
– Идите сюда – приказал Михаил. Те медленно двинулись в их сторону.
– На землю лицом вниз, руки за спину – не сводя с них автомат, приказал Михаил, тут же подошли два бойца, держа на прицеле, встали метрах в трех от них. Диверсанты послушно легли на землю, скрестив руки за спиной. Михаил приказал штыками упереться им в спину, а сам связал их. Затем обыскал их. Трофеем было 2 ножа, одна граната, 2 бумажника и папиросы со спичками, карта и какие-то документы, разбираться с ними он решил потом.
Закончив с этим, Михаил приказал: – Этих двоих в лагерь. Соберите оружие. Убитые и раненые есть?
– Да, товарищ капитан, Андрея и Степана зацепило – сказал один из красноармейцев.
– Пошли, посмотрим – сказал Михаил.
Пройдя метров тридцать, они подошли бойцу. Он был мертв, пуля попала ему в лоб.
– Пошли ко второму – угрюмо сказал Михаил. Второй лежал метров в ста, видать зацепило в самом начале, кровь текла из левого бока. Боец рукой зажимал рану.
– У тебя бинты есть – спросил Михаил.
– Нет – ответил тот.
– Отлично, убери руки – проговорил Михаил, доставая из сумки марлевую подушку и бинт. Кончив бинтовать, он приказал бойцу, который его привёл: – дай ему какой-нибудь шест, возьми оружие и помоги дойти до лагеря. Воду пока не давай. Можно смочить рот.
С этими словами он двинулся к лагерю, глядя на часы, отметил, что прошло максимум 40 минут. Подмоги ждать ещё минимум час, пронеслось у него в голове. Подойдя к лагерю, Михаил осмотрелся. Здесь уже был лейтенант, который слегка прихрамывая, командовал размещением раненых. Всё оружие складывали рядом со столом в центре лагеря, среди них была и снайперская винтовка. Всё лежавшее оружие было советского производства. Снайперскую винтовку Михаил подобрал, и хоть он не был великим стрелком, решил оставить её себе. Это была стандартная Мосинка, так же он отложил себе пистолет бригадира ТТ, с двумя обоймами.
Результат столкновения был ошеломляющий, но ожидаемый. Из 28 человек бывших в патруле 5 сопровождали задержанных. 7 было убито в перестрелке, 4 тяжело ранены и 5 имели легкие ранения, одно из них 1 в ногу. Убито 5 лошадей, 8 ранено. Диверсанты потеряли: 4 человека попали в плен, из них двое раненых – один тяжело, 5 убито.
Осмотрев раненых, Михаил предположил, что двое не доживут до вечера. Остальные если не будет заражения должны выжить. Он приказал разместить всех в тени деревьев, помог наложить повязки и решил заняться допросом пленных. Осмотрев раненных диверсантов, было очевидно, что тяжелораненый не проживёт пары часов, возможно до вечера. Михаил понимал, что надо заставить их говорить, чтобы понять, будет завтра война или нет, другой информации не будет и получить ее больше негде.
Задумчиво сидя за столом, Михаил смотрел, как бойцы бессмысленно ходили по лагерю, потрясено глядя на раненых и убитых товарищей. Собираясь небольшими группами по 2-4 человека, что-то обсуждали.
А Михаил думал о том, как быстро разговорить диверсантов, которые знали, что им нужно продержаться 3-4 дня и их освободят. А самое главное нельзя перейти неизвестную черту, что бы свои не обвинили во всех греках. Он вспомнил ситуацию из книги Генриха Сенкевича "Пан Володыевский", когда татарского князя одели на кол. Михаил вспомнил также, что это было страшное наказание в древности, преступники мучились по несколько дней. Резко став из-за стола, так как решение было принято, Михаил подозвал двух бойцов и сказал им сделать пять колов по 1,5 м и 3-4 см в диаметре, заточив с одной стороны. Еще двум бойцам он приказал перетащить живых диверсантов к дереву метров за сто от лагеря и пошёл к лейтенанту.
– Лейтенант ты что хромаешь, зацепили, ранен? – спросил Михаил.
– Да нет, когда через реку переходили, ногу подвернул – ответил лейтенант.
– Это хорошо лейтенант, ты сейчас нужен. Ты практически единственный, кто прошёл боевое крещение. Скажи, у тебя во взводе есть люди, которые не боятся крови. С деревни, забивали быков или другую живность. Мне нужны три человека – серьёзно глядя в глаза, произнёс Михаил.
– Сейчас – сказал лейтенант и пошёл к бойцам.
Через несколько минут к нему подошли три красноармейца:
– Товарищ капитан по Вашему приказу прибыли. – один из них держал подготовленные колья.
Слегка подумав, Михаил произнёс: – Мужики надеяться нам не на кого мы задержали диверсантов, сейчас их нужно допросить. Допросить жестоко. Это не учения, придётся их бить настоящему. Возможно пытать и резать. Это не приказ, Вы готовы к этому. Если нет, лучше сразу отказаться.
– Да мы пытать то не умеем товарищ капитан, лейтенант спрашивал кто животин резал. А так что мы попробуем – задумчиво произнёс один из них.
– Ничего страшного – сказал Михаил – их надо будет держать, а пытать я умею. Сможете?
– Да свиней, быков держали и этих удержим – более уверенно сказал второй.
– Ну что ж тогда пошли. Найдите какие-то верёвки или поводья метров по десять. Возьмите какие-то тряпки типа портянок, чтобы в рот им запихать. Что бы в лагере криков не слышно было.– с этими словами Михаил пошёл к деревьям, куда уже притащили диверсантов.
Подойдя к ним, он увидел, что одному из раненых уже совсем плохо, взгляд у него был хоть и еще осмысленный, но уже потухший. Ну вот первый подопытный уже готов, просто смерть для него наступит быстрее и возможно чуть-чуть мучительнее. Наверное, совесть не будет так мучить, сам себе утешил Михаил. Второй с ранением в плечо и ногу, держался. Но лучше бы они говорили всё сразу. Посмотрев вокруг он увидел ещё четыре приготовленных кола, двое бойцов, постовых стояли невдалеке от задержанных. Бригадир смотрел колким вопросительным взглядом.
Подойдя к нему, Михаил спокойно спросил:
– Что товарищ Семёнов или как тебя там, ты будешь говорить ? Кто вы, откуда? С какой целью здесь находитесь? Сколько вас всего только не ври. Я почти всё знаю. Группа только моя не успела подъехать, пришлось этих брать – соврал Михаил, показывая на красноармейцев.
– Да что ты знаешь капитан, мы беглые зеки, вези нас в милицию. Там будем разговаривать. Что ты нам сделаешь, мы только защищались, ты на нас напал – с вызовом произнес Семёнов.
– Да нет – произнёс Михаил – в милицию мы не поедем. Все вопросы будем решать здесь. Я же тебе говорил, что будь ты беглым зеком, разошлись бы краями. А так придётся поговорить. Скажи только откуда у беглых зеков автоматы, снайперская винтовка, гранаты. Вы что, весь конвой раздолбили или комендатуру. И почему тогда не передали тревогу по району.
– Я откуда знаю, нашли – гнул своё Семёнов – здесь лежала мы нашли. Мы ждали окошко на границе, чтобы на ту сторону уйти. Проводников вы сами задержали.
– Ладно, товарищ Семёнов, с тобой всё понятно – И глядя в упор на его напарника – а ты тоже не будешь говорить. Тоже считаешь, что здесь дураки одни – спросил Михаил.
– Да ты что начальник – угрюмо произнёс второй – здесь дураков нет. Вези нас в милицию, что ты нам шьешь. Мы простые работяги.
– Да – с сожалением произнёс Михаил – какой у нас расклад вы видите. Колья приготовленные. Сейчас я буду одевать вас на колы так, чтобы вы оставались живы и могли говорить. И жить после этого вы будете, день-два возможно больше и ни один доктор вас не вылечит. Поэтому спрашиваю последний, раз вы будете отвечать на вопросы или приступим к приятным процедурам.
Глаза второго диверсанта забегали, но командир диверсантов, не веря в сказанные слова, ответил стойко: – Не по закону это, что ты лепишь. Вези нас в милицию, там говорить будем.
В этот момент подошли три бойца с верёвками. Объяснив двум бойцам, чтобы они сделали 3 углубления в земле, чтобы туда заходил кол на полметра. А одному приказал привести двух лошадей. Вернулся к диверсантам.
Те, бросив поводья и тряпки, пошли выполнять распоряжение. Михаил положил кол на землю, уперев тупым концом в дерево. Прикинув, подложил два небольших полена под него так, чтобы он лежал земле на высоте 5-7 см. Диверсанты с интересом смотрели эти действия, не понимая до конца для чего это. Что сейчас произойдёт. Дальше Михаил развернул поводья, по одной с каждой стороны дерева и оценив их длину сам себе утвердительно кивнул. Да сейчас бы всадить спирта грамм сто, подумал Михаил, которого начал брать мандраж. Сам-то он в своей жизни в основном только присутствовал и то издалека, когда забивали животных. Он был чисто городской житель и мясо он приобретал на рынке, либо в магазине.
– Я закончил – доложил красноармеец, который делал лунки для кольев. Михаил подошёл, проверил. Кол входил практически на метр, и из земли торчало сантиметров 50-60. В это время вернулись красноармейцы с лошадьми. Михаил сказал привязать поводья к лошадям и стать по разные стороны дерева.
– Ну что ж приступим, Семёнов ты так и не готов говорить – зловеще улыбаясь, начал Михаил.
– Тащите первого – и показал на раненого в плечо и ногу. Солдаты схватили раненого, подтащили его к колу, Так чтобы острый конец и дерево оказались у него между ног.
Взяв винтовку одного из охранников, Михаил резко ударил в лоб диверсанта. Тот плашмя упал на землю.
– Привязывайте, отдавая винтовку – проговорил Михаил – двое садитесь на этого бедолагу. Двое вставайте к лошадям и натягивайте поводья – с этими словами Михаил в упор посмотрел на диверсантов.
Лежащий на земле начал приходить в себя. Михаил подошёл к нему и засунул тряпку в рот. До диверсантов начало доходить, что сейчас произойдёт. Они не могли поверить, что против них могут применять такие пытки.
Будете говорить – и не дожидаясь ответа, чтобы самому не потерять решимость Михаил дал команду, чтобы лошади двинулись вперёд. Диверсант выгнулся, глаза у него стали вылазить из глазниц. Сидящие на нём бойцы с трудом всем весом удержали его. Кол вошёл приблизительно на полметра.
– Стоп – закричал Михаил, ослабьте и отвяжите поводья. Крови на удивительно было мало, про себя отметил он. Его начала пробивать мелкая дрожь.
– Воткните его в лунку, чтобы он сидел вертикально – прохрипел Михаил. И посмотрел какой эффект эта демонстрация произвела на диверсантов. Бригадир выглядел потрясённым, но не сломленным. Взгляд у него был жёсткий, с ненавистью. Желваки ходили туда-сюда. У второго взгляд метался туда-сюда, то на товарища, который сидел на колу, то на командира, то на Михаила. До него начало доходить, что сейчас будет и что он следующий. Михаил подошёл к тому, кто сидел на колу и вытащил кляп, тот мог только шипеть от боли. Изо рта текла кровь, глаза обезумели, всего тело как будто свело судорогой.
– Да, этот говорить не готов. Ну что, Семёнов, вас осталось двое. Кто из вас будет говорить? Следующий этот – и показал на второго диверсанта. Командир диверсантов только сплюнул и отвернулся. Второй же диверсант начал быстро и жалостливо, что-то бормотать на немецком.