- -
- 100%
- +
Глава 1. Срок – полгода
"Некоторые сделки пахнут землёй задолго до того, как их заключают."
— неизвестный гробовщик, Треме
Первая книга, прочитанная мною лично вне школьной программы – «Талисман» Стивена Кинга. Говоря лично, я имею в виду, что я сама нашла эту книгу на полке среди многих других, тогда как все предыдущие мне выдавал папа. Не могу сказать ничего плохого о его выборе, но пираты и мушкетеры уже порядком надоели.
Зачем я это пишу? Потому что боюсь забыть. Я уже не помню, что происходило в моей жизни до второго класса начальной школы. Мама говорит, на собеседовании при поступлении в школу я поразила комиссию своей коммуникабельностью. И песню спела, и стих рассказала, и все про свою жизнь выложила. Жалко только, не записала…
Так вот, той коммуникабельной девчушки больше нет. Вместо нее теперь я.
Вторая книга, которую я прочитала...
Это мой дневник. Здесь будет только информация, которая может понадобиться мне в будущем. Хотя, зачем лгать собственному дневнику? Будущего у меня нет. Как и прошлого. И это грустно.
Итак, меня зовут Аннет Готье, для друзей просто Эни, мне 20 лет, я не помню большую часть своей жизни и, самое главное, я вижу мертвых людей.
Поставив жирную точку, я задумалась. На самом деле, так ли важно, что я видела мертвых? Может, это нормальная способность для тех, кто сам стоит на пороге загробной жизни? Я одной ногой уже за гранью. Еще каких-то полгода, и от Аннет Готье останется лишь аккуратное надгробие и пара удачных фоток в соцсети.
Я родилась в Новом Орлеане, штат Луизиана, когда весь мир замер в ожидании Миллениума. Но конец света наступил лишь через пять лет, унеся жизни едва ли не трети населения Нового Орлеана.
Да, наверное, про ураган Катрина стоило написать отдельно, ведь мои дедушка с бабушкой погибли там. Однако, обо всем по порядку.
Мой отец, Люк Готье, наполовину каджун, и он точно знает, сколько капель «Табаско» надо добавить к нежному филе аллигатора.
Это шутка.
Моя мама, Ив Готье, урожденная русская. Ее удочерили, когда она была еще младенцем, поэтому про свою историческую родину знает только из учебников. От нее я унаследовала непереносимость жары и влажности луизианских болот. Видимо, в России действительно так сурово и холодно, как говорят.
Сама идея с дневником вдруг показалась мне бредовой. Для кого это все? Вряд ли я за ближайшие полгода захочу узнать, какую книгу прочитала первой. Так зачем же тратить время, которое можно провести с лучшей подругой, например?
Помотав головой, я решила хотя бы закончить блок с общей информацией.
Два года назад я поступила в Тулейн на медицинский. Изначально я планировала пойти на факультет искусств, но передумала. Возможно, если углубиться в медицину, я смогу себя спасти.
Мы живем на углу Шартрез и Ибервилль, поэтому на выходные я покидаю кампус и провожу время дома, со своей семьей.
Внизу хлопнула дверь. Мама вернулась.
Закрыв дневник, я быстро убрала его под матрас, подвинув ранее спрятанный там альбом с рисунками.
Мертвый парень, что все это время молча ждал у окна, прислонившись задом к подоконнику, окинул меня раздраженным взглядом.
— Теперь-то ты закончила? – устало поинтересовался он.
— Закончила, – огрызнулась я. – Но это ничего не меняет.
***
Этот тип появился ночью. Первым, что я увидела, когда проснулась утром, были его большие синие глаза. Он навис надо мной всем своим гигантским телом и рассматривал так пристально и серьезно, как будто видел что-то под моей кожей. Зажмурившись, я сосчитала до десяти, потом открыла один глаз, надеясь, что мне просто показалось. Но здоровяк не исчез, только отпрянул от неожиданности, и с моих губ сорвался вздох разочарования. Еще один неупокоенный на мою голову.
— Проснулась, – в голосе парня слышалось раздражение. – Не прошло и года.
— Нормальные люди спят по ночам, – пожала плечами я. – А у меня вчера выдался не самый простой день.
За последнее время я привыкла, что в моей жизни время от времени появлялись мертвецы, и уже не так бурно реагировала, как когда-то. Без криков и беспорядочной беготни по дому. А вот они не подозревали, что я могла их видеть и слышать.
Скорее всего, по моей первой реакции он уже что-то понял, но не осознал. Ну, зажмурилась девушка. Мало ли, может, свет из окна ослепил на мгновение. Но вот то, что я ему ответила… Самые синие на свете глаза недоверчиво распахнулись, и парень уставился на меня, выпрямившись во весь свой немаленький рост.
— Ты меня слышишь? – удивился он.
Мм, какой голос.
— Еще и вижу, болван. – проворчала я. Ожидание смерти повлияло на мой характер не в лучшую сторону, и иногда я позволяла себе быть грубой.
Как и ожидалось, незнакомец прищурился и вновь навис надо мной, уперевшись одной рукой в мою подушку. Я лишь сладко улыбнулась и потянулась. Спать бы еще и спать.
— Почему?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Просто пару лет назад внезапно начала видеть мертвецов.
— Просто так? – он наклонился ближе, и я почувствовала себя неуютно. Натянув одеяло до самого носа, я угрюмо уставилась на него.
— Не знаю, но по какой-то причине мертвецы вроде тебя устроили тут проходной двор.
Перед тем, как ответить, парень несколько мгновений молчал, обдумывая.
— Прежде, чем оказаться здесь, я просто шел. Так, как будто что-то вело меня сюда. Какая-то сила тянула. Понимаешь?
То есть вместо того, чтобы пойти на свет, этот красавчик явился в мою спальню?
— И мне кажется, – продолжил он своим низким хрипловатым голосом. – Ты можешь мне помочь. Чья-то рука свыше направила меня к единственной девушке в Новом Орлеане, кто может говорить с мертвецами. А все потому, что у меня есть незавершенное дело.
Я зевнула.
У меня тоже было незавершенное дело – досмотреть сон, где Йен Соммерхолдер скользил губами по моему обнаженному телу и обещал, что после смерти я стану попаданкой в любой свой любимый фильм или сериал. И я вроде как уже сделала выбор, и пообещала Йену, что мы обязательно очень скоро будем вместе. И он улыбался так тепло и открыто. И продолжал целовать меня, медленно спускаясь все ниже.
— Эй, – парень несколько раз ткнул меня пальцем в бок. – Не засыпай снова.
— Да-да, незавершенное дело. Очень интересно.
На самом деле, у них у всех было что-то незавершенное, и все они чего-то хотели. Чаще всего, чтобы я передала сообщение их родственникам, друзьям, возлюбленным. Но мне хватило одного раза. Во-первых, на меня посмотрели, как на сумасшедшую. Во-вторых, все это тяжело эмоционально. Говорить вдове, что ее муж ее любил, что не хотел бросать – больше я на подобное не пойду. Не помню даже, кто из нас больше плакал, я или безутешная вдова. Однако завещание, которое он спрятал, я найти помогла. Бросая на меня недоверчивые взгляды, миссис Вон все же прошла в одну из ванных комнат, коих в огромном особняке было великое множество, и посмотрела за зеркалом. Там действительно хранилось тщательно защищенное от влаги завещание. После этого я посоветовала вдове подышать на зеркало. И когда она это сделала, на стекле проступило банальное “Люблю тебя”, однако мы долго рыдали, держась друг за друга. Мистер Вон, который все время был поблизости и украдкой вытирал скупые мужские слезы, после этого исчез. Думаю, он перешел.
В общем, больше я мертвым не помогаю. Даже если в этом мое предназначение свыше.
Старательно игнорируя парня, я сползла с постели и занялась своими утренними делами. В частности, села заполнять дневник, который решила начать вести еще полгода назад, но руки не доходили.
— Хорошо, я подожду, – будто смирившись, он прислонился к подоконнику и застыл каменной статуей. – Когда-нибудь ты мне ответишь. Ты не сможешь игнорировать меня вечно.
О, этот красавчик слишком плохо меня знал.
***
— Анна Белла, – позвала снизу мама.
По спине прошла волна холода. Когда меня называли полным именем – это плохой знак. Да, я немного приврала в дневнике. Меня назвали Аннет Анабель Готье. Анабель в честь бабушки, которая, к слову, была еще жива и относительно здорова.
Перебирая в уме варианты, с чего вдруг такое обращение, я направилась вниз. Мертвый парень пошел следом.
Кто бы сомневался.
Мама обнаружилась внизу, за кухонным островком. В руках у нее был смартфон, включенный на громкую связь, и оттуда слышался голос бабушки Энн, той самой, в честь которой мое второе имя.
— Да, она рядом, – проворковала мама, улыбнувшись мне неожиданно тепло. Я-то привыкла, что Ив Готье и Сибирь – это синонимы, но иногда случались такие вот “оттепели”.
— Эни, милая, – сказала бабушка. – Как твои дела?
— Хорошо, ба, – я подошла ближе, чтобы ей было лучше слышно, и бросила вопросительный взгляд на маму. Но выражение ее лица было, как всегда, нечитаемым.
— Я и не сомневалась, милая, – голос бабушки чуть дрогнул. – У меня для вас обеих есть новости.
Я затаила дыхание. Улыбка медленно сползла с лица. Предчувствие меня редко обманывало. Я иногда называла себя детектором плохих новостей. Так вот нам предстояло услышать мегаплохую.
— Клэр Морин час назад нашли у нее в магазине. Кто-то отрезал ей голову.
— Ох, девочка моя, – мама внезапно побледнела и прижала меня к себе. А я застыла, судорожно хватая ртом воздух.
— Кто эта Клэр Морин? – бесцеремонно поинтересовался мертвый парень, до этого терпеливо ждавший, когда я снова обращу на него внимание.
Его вопрос остался без ответа.
— И это значит..? – уже зная ответ, тихо спросила я.
Акадианская ведьма, наложившая на меня смертельное проклятие, умерла. Надежды на спасение больше не было. А ведь родители почти накопили нужную сумму.
— Проклятие она с тебя не снимет, – грустно ответила ба. – И не знаю, кому, кроме нее, это еще под силу.
— Спасибо, ба, – я высвободилась из объятий мамы. – Пойду к себе. Мне надо побыть одной.
— Конечно, цветочек. Мы что-нибудь придумаем. Я попробую снова обратиться в Акадианский ковен ведьм.
Кивнув, я отправилась наверх.
Опустошение – вот самое точное определение тому, что я почувствовала.
— Так на тебе проклятие? – спросил парень, поднявшийся в комнату следом за мной.
Я кивнула.
— Смертельное?
Я снова кивнула. Я была обречена.
— Долго тебе осталось? – вот пристал-то.
— Полгода. 16 февраля, в ночь Марди Гра, меня не станет. И я не знаю точно, как это будет.
Парень подошел ко мне и заглянул в глаза, которые пекло от непролитых слез.
— Мне кажется, у меня есть для тебя сделка. Ты поможешь мне, а я расскажу тебе, как избежать смерти.
— Что ты можешь об этом знать? – отвернувшись, я села на постель и уставилась в окно. После Марди Гра меня не станет. Осталось полгода.
— Поверь, я знаю, о чем говорю, – он протянул мне руку. – По рукам?
— По рукам, – без особого энтузиазма согласилась я.
Терять-то все равно нечего.
Я спустилась вниз и, не обнаружив дома никого из своей семьи, отправилась на работу. Я часто ходила до “Черной лагуны” пешком. Расстояние не близкое, но зато у меня было время подумать, послушать музыку, да и вообще гулять было полезно. Но всю дорогу, что я шагала вдоль Бурбон, мне казалось, что за мной кто-то наблюдал. Я чувствовала внимательный, враждебный взгляд, который прожигал мне спину, но каждый раз, когда оборачивалась, там никого не было. Скорее всего, Лэйд не отпустил меня так просто. Все же я была Хранительницей Эскуро, и он не мог потерять меня из виду.
В “Черной лагуне” было пусто. Дверь бара обычно была заперта, когда я приходила, и мне приходилось стучать. Но не в этот раз. Меня охватило дурное предчувствие. Я прошлась по темному залу, касаясь руками чисто вытертых столиков, и приблизилась к барной стойке. Из подсобки слышались голоса. В одном из них я узнала Кэт.
— Ты не можешь уволить ее. Это нечестно.
— А честно, что из-за нее у нас почти не осталось посетителей? Что за странные типы постоянно приходят в бар и не сводят с нее глаз? Это отпугивает от “Лагуны” всех остальных. Те парни, которые были вчера, пообещали больше никогда не возвращаться.
— Это Пит и его приятели, они утром и не вспомнят, что чего-то там обещали. Пожалуйста, Зейн, не делай этого.
Похоже, меня решили уволить из бара. Не то чтобы я сильно нуждалась в средствах, живя с родителями, но это все равно было обидно. Хотя я, конечно, понимала, что оборотни, которые таскались за мной с тех пор, как я завладела Эскуро, производили не самое лучшее впечатление. А резня на парковке была, наверное, решающим фактором для моего работодателя.
Не постучавшись, я распахнула дверь и обнаружила совершенно потрясающую картину. Кэт, моя отважная, язвительная подруга, которая никогда не лезла за словом в карман и ловко отшивала подвыпивших парней, что клеили ее на работе, сидела на коленях у Зейна. Верхом на нем. А мой работодатель, обычно спокойный и собранный, был без рубашки. И я впервые увидела, что на его спине была татуировка. Ничего себе!
Я даже не знала, что произвело на меня большее впечатление.
— Эни, – проблеяла Кэт. – Ты сегодня рано.
— Ну, зато я все слышала, – не стала скрывать я. – И узнала много нового.
Моя подруга неловко слезла с колен бармена. Вид у нее был виноватый. Как будто она совершила что-то предосудительное. Но ничего подобного, по моему мнению, она не делала. Я действительно была впечатлена, как ловко они с Зейном скрывали свои отношения. Подумать только, я была уверена, что наш бармен ее недолюбливал. Какой же лицемер.
— Я понимаю, что доставила массу проблем, – с трудом проглотив комок в горле, обратилась я к своему начальнику. Мы, вроде как, были друзьями, и впервые за все время нашего знакомства я в этом усомнилась. – И я обещаю, что больше это не повторится.
У меня не было сомнений, что я смогу найти себе другую работу. Возможно, там не будет таких щедрых чаевых и бесплатной выпивки, но я могла с этим смириться. В конце концов, моей основной задачей было не заработать денег, а найти способ выжить и избежать вынужденного брака со смертью.
— Эни, – Зейн с невозмутимым видом натянул футболку на свой довольно рельефный торс. – Я рад, что ты понимаешь.
Это значит, что он думал над этим не один день и уже все решил.
У меня в шкафчике оставались кое-какие личные вещи. Как выяснилось, я проделала весь путь до работы только для того, чтобы забрать их. Под двумя напряженными взглядами я выгребла с полки всякую мелочь и пару сменных футболок. Посетители не всегда были аккуратными, и часто я отходила от столика, облитая напитком. Пару раз это случалось и по моей вине.
Сборы заняли не более пяти минут.
— Куда ты пойдешь? – спросила меня Кэт, преградив дорогу, когда я уже собралась уйти.
— Не знаю, – я пожала плечами. На душе было паршиво. Не то чтобы я злилась. Это, скорее, было обидно. Друзья помогают друг другу, когда появляются проблемы. А меня предпочли выкинуть. Наверное, я просто ошиблась в Зейне, и видела в нем то, чего на самом деле не было. – Какая теперь разница?
Катерина бросила отчаянный взгляд через плечо, но мой бывший работодатель, по всей видимости, не собирался менять свое решение. Да я бы и не вернулась, даже если бы он передумал и извинился.
— Я заплачу тебе за весь месяц, – сказал Зейн. Как будто деньги имели для меня какое-то значение. Но отказываться я не собиралась.
Кивнув, я направилась к выходу из бара. Возможно, когда-нибудь я вернусь сюда в качестве посетителя.
— Спасибо, – обернувшись, бросила я. – И прощай.
Эскуро жег кожу, будто предупреждая меня о чем-то, и, выходя, я ожидала увидеть оборотней. И немного растерялась, заметив Дитриха.
На улице ярко светило солнце, а он стоял, как ни в чем не бывало.
— Разве ты не должен спать в своем гробу? – спросила я. Наверное, от неожиданности. Вампир, скорее всего, за версту чувствовал запах моего страха.
— Откуда в тебе взялась смелость? – Дитрих огляделся по сторонам. – Я что-то не вижу поблизости твоих псов.
Я их тоже не видела. Что, если они каким-то образом потеряли меня после того, как я наведалась в “Элизиум”? И того, что преследовало меня по дороге на работу, больше не было.
Дитрих пришел не один. Чуть позади него стояли еще двое, и я каким-то образом знала, что это тоже вампиры. Они смотрели на меня холодно и равнодушно, как будто я не представляла для них даже гастрономического интереса. И когда они, повинуясь беззвучному приказу своего главного, двинулись ко мне, я решила, что настало самое подходящее время проверить свою теорию. Указав пальцем на того, кто обладал более угрожающим выражением лица, я дала себе мысленного пинка. Пора.
— Упокойся! – сорвалось с моих губ, и вампир замер. Дитрих выпучил на меня глаза, когда его подчиненный, сделав протяжный вдох, внезапно упал. Он не распался искрами, как это было с призраком. Но и не остался в прежнем состоянии.
— Что ты сделала с ним? – прорычал вампир, не торопясь, однако, продолжать наступление.
— То же, что без колебаний сделаю и с тобой, – я изо всех сил старалась, чтобы мой голос не дрожал. Ужас мурашками полз по моему позвоночнику. Боже, кажется, я только что убила вампира. – Убирайся, Дитрих. Считаю до трех.
Но убраться вампир не успел. В начале улицы послышался рев мотоциклов, и спустя несколько мгновений на парковку заехали оборотни. Четверо. Среди них были уже хорошо знакомые мне близнецы Кэмерон и еще двое мужчин, очень на них похожие. Вероятно, оставшиеся братья.
Глава 2. Гость с другой стороны
"Призраки не стучатся. Они просто входят туда, где двери давно распахнуты."
Хроники Байуотер
— А теперь рассказывай, – я сложила руки на груди, невольно копируя позу своего незваного гостя, и уставилась на него взглядом настоящего детектива. Ну, моя соседка по комнате в кампусе и по совместительству лучшая подруга Кэт Монро сказала, что у меня был именно такой взгляд, когда я ждала ответов. Хотя, она вообще много чего говорила, и не всегда это была истина.
После того, как у мертвого парня прошел шок от того, что я могла его еще и чувствовать, так как я деловито пожала протянутую мне руку, закрепляя сделку, он снова вернулся к подоконнику и замер там, сверля меня взглядом.
— Мое имя Кларк Уорнер, – растеряв часть своей уверенности, начал он. – И меня убили.
Звучит не очень. Примерно как «Мое имя Кларк Уорнер, и я алкоголик». Однако я промолчала, не торопясь с вопросами.
— Это случилось вчера. Я возвращался с тренировки, когда на меня напали.
Только тут я обратила внимание, что на нем куртка ученика старшей школы. И готова поспорить, он в футбольной команде. С таким разворотом плеч просто нельзя не заниматься каким-нибудь спортом.
— Напали на нападающего, – не удержалась я.
Кларк удивленно уставился на меня. Похоже, я угадала. А ведь с такими данными он мог вполне оказаться и квотербеком, и… кем угодно из футбольной команды.
— Верно, – подтвердил он. – Именно на нападающего.
А сейчас фокус.
— Дай угадаю, – я постучала пальчиком по подбородку, как будто размышляю над чем-то. – Всю жизнь ты мечтал попасть в Нью-Орлеан Сейнтс, но сука с косой обломала твои планы.
Молодец, Аннет, раскусила этого малолетку. Это же шаблон. Здоровяк-футболист и его светлая американская мечта о великом спортивном будущем.
— Вообще-то я подал документы в Калтех, – его скулы слегка порозовели, не то от смущения, не то от возмущения. – И меня туда приняли.
Вот так сюрприз. Кровь прилила к щекам, и не только. Кажется, я покраснела вся, до кончиков пальцев.
— Не обижайся, но мне казалось, в Калтех идут одни задроты. А ты как-то… не соответствуешь.
— Это ты еще моего брата не видела, – он широко улыбнулся, и я на миг забыла, как дышать. Даю руку на отсечение, титул короля школьного бала был ему обеспечен.
— Он тоже идет в Калтех?
— Он его заканчивает.
И после того, как он так основательно пошатнул мое мировоззрение, этот парень добавил:
— Ты должна спасти его.
Ну вот, приехали.
— Давай вернемся к началу, – я откашлялась, пытаясь собрать мысли в кучу. – Обещаю не перебивать и от темы не отклоняться.
Кларк кивнул с самым серьезным видом.
— Довольно тяжело рассказывать о собственной смерти, – признался он. – Но пока ты дрыхла, у меня было время подумать, уложить все произошедшее в своей голове. Прежде чем покончить со мной, мой убийца задал мне пару интересных вопросов. Это был мужик, и не то, чтобы прям здоровый, но со мной справился играючи. Так вот, он интересовался, не разговаривал ли я с кем-либо из братьев-шотландцев. Я сказал, что знакомых шотландцев у меня нет и, соответственно, я ни с кем из них не общался. Тогда он, кажется, вздохнул с облегчением и спросил, при мне ли мой серебряный медальон. К слову, этот медальон у меня с самого рождения, но когда Брюс уезжал в Калтех, я отдал медальон ему. На удачу.
Его брата зовут Брюс? Серьезно? Брюс и Кларк? А мама у них случайно не Марта?
Хотя…
Обернувшись, я посмотрела на дремлющего на подушке кота. Познакомьтесь, Джон Сноу. И он тоже видит мертвецов. И даже шипит на них. Странно, что при появлении Кларка этот бесполезный комок шерсти даже ухом не повел.
Несостоявшийся студент Калтеха вздохнул.
— Поняв, что медальона у меня нет и говорить, где он, я не собираюсь, здоровяк укусил меня в шею и выпил мою кровь.
— Что, прости? – я не ослышалась?
— Это был вампир, – невозмутимо произнес Кларк, наслаждаясь моей реакцией.
В доказательство парень отодвинул воротник школьной куртки и продемонстрировал две аккуратные дырочки на сонной артерии.
— Он не пролил мимо ни одной капли. – Я подошла, и Кларк позволил мне осмотреть рану во всех подробностях. Меня, как медика, это крайне заинтересовало. А я-то думала, что он такой бледный, потому что мертвый. И он реально мертв, конечно, но еще и обескровлен. И кем? Вампиром. С ума сойти!
— Теперь веришь? – снова прикрывшись воротником, спросил парень.
— Кажется, да.
Хотя, на самом деле, все это надо переварить и как-то уложить в своей голове. По крайней мере, это отвлекает меня от мыслей о собственной смерти. Не будь Кларка, я бы сейчас выла от отчаяния, вцепившись зубами в подушку. Проклятая ведьма сдохла, забрав с собой в могилу мое спасение.
— Я думаю, вампирам зачем-то понадобился мой медальон. Он очень древний, и там еще камень в середине и какие-то символы. Боюсь, пиявки начнут охотиться за моим братом, а он в этом году собирается домой на День Индейки. Ты должна предупредить его. Я дам тебе номер, позвони и все объясни.
Я уже чувствую, что это будет та еще подстава.
Однако, я кивнула. Сделка есть сделка.
— Окей, я звоню твоему брату и предупреждаю об опасности. Что дальше? Что помешает вампирам найти его в Калтехе и забрать медальон?
— Мы должны найти шотландцев. Если вампир боялся, что я с кем-то из них разговаривал, значит, они, как минимум, не друзья.
Хм, шотландцы – охотники на вампиров.
— Лаааадно, – протянула я. – Найдем шотландца. Что дальше?
— Дальше расскажем про медальон и попросим защитить моего брата.
— А если им медальон нужен так же, как и вампирам?
Кларк задумался.
— Давай решать проблемы по мере их поступления, – предложил он. – Для начала тебе нужно найти мое тело и забрать телефон.
Нет, я, правда, не сплю? Передо мной реально стоит мертвый парень, которого убил вампир? Ущипните меня кто-нибудь. Похоже, сон с участием Йена Соммерхолдера был вещим.
— А где твое тело? – закономерно поинтересовалась я.
— В Байуотере. Кресент-парк, берег Миссисипи.
Я вздохнула. Не особо далеко, но придется спускаться к берегу, продираясь сквозь кустарник.
— Может, я со своего позвоню? – поступило от меня малодушное предложение. – Номер помнишь?
Кларк сверкнул на меня гневным взглядом.
— Кто-то должен найти мое тело. И кто, если не ты?
Блин, он прав.
— Лаааадно, – кивнула я, соглашаясь и на это очевидное безумие. – А что насчет твоей части сделки? Как ты собираешься меня спасать?
Футболист отлепился от подоконника и сел рядом со мной.
— Почему я не проваливаюсь сквозь предметы? – пробормотал он. – Я же призрак.
— Все, что мы знаем о призраках, мы почерпнули из фильмов и книг. А кто сказал, что они правдивы?
За последние пару лет я узнала, что призраки существуют, что некоторые из них по какой-то причине скитаются по земле, что все они стекаются преимущественно к кладбищу Святого Луи. Может, там и правда какой-то святой, который помогает им перейти на другую сторону? Я искала, облазила все кладбище вдоль и поперек, но так ничего и не обнаружила. Может, конечно, мертвецы просто приходят попрощаться с собственным телом.