- -
- 100%
- +
– Господин старлей, разрешите обратиться к младлею Смирнову? – зазвенел синтезатор робота.
– Обращайся и запомни, я теперь пенсионер и здесь в качестве наблюдателя, – махнул рукой мой предшественник.
– Господин младший лейтенант, дроид ХД-362 прибыл по вашему приказанию! – выпрямив все конечности, доложил этот технический модуль. Я с интересом посмотрел на этот шестиногий механизм, покрытый коричневым прорезиненным слоем.
– Мне нужен коммуникационный модуль для общения в сети крейсера. Ты можешь мне его предоставить? – спросил я своего искусственного заместителя по тылу.
– Так точно! Он у меня с собой! – и этот механизм сунул передний манипулятор себе под брюшко и протянул мне устройство, напоминающее древний слуховой аппарат.
– Я даже боюсь спросить, откуда ты его достал? Отныне я буду называть тебя Хомяком! – поймав в мозгу ближайшую ассоциацию, присвоил я имя этому округлому жуку. – Я открыл свободный доступ к своему планшету, чтобы ты мог скачать с него инфу. Так вот, Хомяк, найди файл – Курсовая работа на тему: «Методы проведения разведки на местности. Материальное обеспечение и способы маскировки объектов». Скачал? Вот и замечательно! А теперь скажи мне, сколько понадобится времени для изготовления зимних комплектов на всю технику взвода. Хотя нет, раздели на три отделения по сезонам – зимний, летний и осенне-весенний. Можешь опираться на расчеты курсовой работы, там вся структура и размеры указаны. Вопросы есть?
– А что делать с командирским спайдером и бронекостюмами для управления взвода? – закономерно поинтересовался робот.
– Мой спайдер обслуживает технический дроид. Завтра он будет стоять в строю как новенький! А этим троим десантникам также по сезонам обычные маскхалаты! – в штате отдельно стояли санинструктор, каптенармус и оператор БПЛА.
– Тогда понадобится восемь часов, но если мне в подчинение предоставите двух боевых дроидов, то время сократится на два часа, – доложил Хомяк.
– Блин, одни любители командовать! Точно, Хомяк! Ладно, шучу я! Забирай в подчинение обоих «Вольтов» с первого отделения и приступай к работе. Вопросы есть? Вопросов нет!
Я еще пару минут посидел в молчании после того, как кабинет покинул мой запасливый робот. Все это время шла синхронизация моего офицерского перстня со слуховой гарнитурой. Собираясь с мыслями о том, что необходимо сказать командиру роты о текущей ситуации, я ожидал характерного писка в наушнике о завершении процесса. Затягивать с представлением своему непосредственному начальнику было довольно опрометчиво с моей стороны.
– Да! – в ушах послышался раздраженный голос моего непосредственного начальника.
– Господин капитан, младший лейтенант Смирнов Андрей Михайлович! Представляюсь по случаю принятия должности командира третьего десантного взвода, – доложил я и затих в ожидании нагоняя за задержку со звонком.
– Сподобился, значит! Мог бы уже и не представляться! О твоих похождениях уже известно всему крейсеру. Что же ты так, заслуженного офицера и сразу сравнял с дерьмом? Этому тебя обучали? Плохо начал свою службу, взводный! – с укоризной прозвучал голос начальника.
– Что случилось, то случилось, и я не собираюсь оправдываться. У меня к вам просьба, господин командир роты, – стараясь не показать своего негатива к случившемуся инциденту, обратился я к своему руководителю.
– Просьба?! Очень занимательно! Говори, что нужно. Сразу скажу, сглаживать твою ссору со старшим инженером я не буду! – быстро отмежевался от меня командир.
– Ничего подобного, господин капитан! Я бы просил у вас разрешения представить взвод на смотре техники в маскировочном камуфляже!
– Ладно, хватит «господинкаться», давай уже по имени отчеству Андрей Михайлович. Нам теперь вместе служить. Ты думаешь, что успеешь до завтра представить взвод под камуфляжем? При этом ущерба ресурсу техники не будет? Я правильно тебя понял? – слегка оттаяв, удивился Гуськов.
– Так точно! Успею, Александр Иванович!
– Хорошо, дерзай, Андрей! А то я уже собрался завтра становиться в очередь за твоим Скворцовым! – в голосе звучало облегчение.
– Он «не мой» Александр Иванович! – попытался отречься я от старшего инженера.
– Скажу тебе по секрету, Андрей! Он не только немой, но еще и глухой, и тупой как дуб! И я тот еще молодец! Поверил заместителю по тылу и этому пернатому, это ведь они проводили предварительный смотр техники. Еще и хвалил этого алкаша Балабина. Сам-то я прибыл после недельного отпуска на следующий день. Но вот почему мне не сообщили правду взводные, вот это уже интересный вопрос? Ладно, конец связи, с этим я уже сам разберусь!
Хорошо, что Балабин не слышал этого ответа. Мне почему-то было немного жаль этого пожилого человека, растратившего жизнь на безрадостную службу и не нашедшего своего призвания в армии. А вот информация о склоках и интригах среди офицеров роты легла на сердце тяжелым камнем.
Глава 3. Регулировка
– Бывай, Андрей Михайлович! Думаю, я тебе здесь особенно не нужен. Прогуляюсь я на планету с оказией. Там «Меркурий-21» через полчаса отчаливает. В общем, завтра вернусь. Все равно смотр завтра после обеда. Кстати, вот видишь – у меня кофе-машина и синтезатор пищи. Это мои личные кормильцы, я приобрел их практически по блату, за небольшую услугу. Мне они теперь без надобности, и я дарю их тебе в качестве извинений. Давай уже, удачи тебе, – Балабин протянул мне ладонь для рукопожатия. Я был с ним полностью согласен. Два медведя в одной берлоге? Смысла держать его рядом с собой я не видел и потому с удовольствием пожал его руку. Сам я достал свой тестовый чемоданчик из баула и пошел в ангар. Приборы у меня были с виду примитивные, но сделаны были в отцовской лаборатории и для настройки техники подходили в самый раз. В ангаре шла уже знакомая мне суета, играл какой-то веселый мотив. Слышно было, что в песню как в караоке вплетаются мужские и женские голоса бойцов, слегка приглушенные респираторами. Пленка на решетке потеряла прозрачность и приобрела зеленоватый оттенок, теперь я видел только размытые контуры двигающихся фигур. Перед хранилищем техники замерли неподвижно четыре боевых дроида, зато справа от решеток было организовано любительское место кройки и шитья. Один боевой антропоморфный дроид подносил из кладовой ткани, а другой раскладывал материю на полу и чертил на ней контуры лекала. Хомяк сосредоточенно двигался по обозначенной линии, обрезал и при необходимости сшивал участки. Ну, просто рукодельница! Я решил заняться свободными боевыми дроидами.
– Вольт-21, ко мне! – первый робот второго отделения поднял понуро опущенную голову и бегом подскочил ко мне.
– Не нужно никаких докладов! Скачай с моего планшета файл «Градуировка». Готово? Теперь бери на вытянутые руки эту крестовину, – сказав это, я протянул ему крест, выполненный из углепластика. Внутри него по центру стоял датчик положения в виде гирокомпаса. – Найди по радиоканалу «Уровень», и сориентируй по плоскости на нулевые показатели.
Робот начал поправлять положение рук и поворачивать по плоскости эталонный крест. Его спаренные объективы следили за положением рук и прибора. Ну, точно, дорвался ребенок до игрушки!
– Теперь запускай тестовую программу! – закончив объяснения, я начал наблюдать за действиями «железного дровосека». Робот начал делать медленные повороты и приседания, наклоны и прогибы. Постепенно движения начали ускоряться, и со стороны казалось, что это выступление художественного гимнаста на ковре. Закончилось все небольшой пробежкой по кругу. Крест при всех этих манипуляциях оставался в горизонтальном положении.
– Вот и все, теперь подкорректируй приводы, привяжи все к своей системе координат, отдай прибор Вольту-22 и обменяйся с ним файлами, – довольный результатом, я пошел к решетке. Все шесть боевых дронов настроят свои системы ориентации в пространстве самостоятельно.
– Капрал Свистунова! – крикнул я в пространство за решеткой.
– Я, господин младлей! – мне ответил грудной знакомый голос.
– Вы закончили с терминатором?
– Так точно, девяносто два процента ресурса! Сейчас помогаю с обслуживанием экзоскелетов! – в интонации прослеживалась неподдельная радость.
– Молодец, наверное, я напишу сам сообщение вашей маме, какая у нее боевая дочка. Отставить с экзоскелетами! Переодевайтесь и выводите свой танк, сейчас будем его настраивать, – подбодрил я эту девушку. Они все наверняка уже устали, но у меня не было другого выхода. На завтра планировался смотр! Взяв в сторонке стойку на треноге, я отошел шагов на двадцать и закрепил на ней фотодиодную окружность. С виду круг был раскрашен наподобие обычной круговой мишени. Когда Свистунова вывела своего терминатора и встала рядом, я аккуратно достал из своего чемоданчика откалиброванные цилиндры со светодиодными лазерами и вставил их в верхние активные стволы пулеметов. Дальше пошла работа по настройке механизма стрельбы. Скачав необходимый файл, робот наводился на цель, и девушка подстраивала перекрестие прицела. Затем, по определенному алгоритму, терминатор становился по очереди на все четыре стороны света и выцеливал мишень из положения и с разворота корпуса. Синхронизировав лазер с системой электроспуска, робот начал вращать корпус, добиваясь совпадения импульса лазера с положением мишени.
– Настройку закончите, когда гарантированно будете выбивать девятку, – поставил я задачу этой рыжей чопорной «немке». – Потом поможете остальным операторам. Вопросы есть? Вопросов нет!
– Внимание всем! Через полчаса ужин, затем час отдыха, а затем возвращаемся в ангар. На все про все, с учетом переодевания и помывки, даю вам ровно два часа, – прикинув приблизительно с запасом, сколько понадобится времени на настройку танка, поставил я задачу своим бойцам.
– У нас командир, ну просто душка! – знакомый голос под общий смех вызвал у меня улыбку.
– Капрал Родионова, не будите во мне зверя! – попытался я придать голосу строгости.
– А то что, господин младлей? – с капризным призывом выкрикнула эта егоза.
– Этот добродушный боевой хомячок проснется и сразу умрет от жадности. Сколько гвоздей можно продать, переплавляя эту кучу неисправной техники? Даже меня это пробирает! – стараясь придать голосу равнодушной интонации, ответил я. Эх, жаль, что она моя подчиненная, а то с такой дивчиной можно было бы закрутить роман. Интересная девушка! Мы со Свистуновой еще минут двадцать настраивали ее детище, и после того, как я уточнил у девушки, все ли она поняла, оставили терминатора на позиции и направились в расположение. Из временно организованной мной покрасочной камеры потянулись маляры. Былого серебристого блеска комбинезонов уже не было, костюмы имели зеленоватый оттенок и отличались только причудливой формой потеков. Снимая и складывая защитные костюмы перед решеткой, бойцы молчаливой вереницей следовали в расположение. Музыка замолкла и по ушам ударила гнетущая тишина, изредка нарушаемая стрекотом Хомяка. Теперь отчетливо было видно, что бойцы не просто утомились, они устали как ломовые лошади на пашне. Хороший получился урок, главное, доходчивый!
– Док, выдай всем стимуляторы! Нам бы завтрашний день продержаться, а послезавтра всем объявляю выходной, – сказал я Кусаиновой, когда зашел в спальное помещение. После постановки задачи санинструктору я пошел в душ. Душевая комната состояла из небольшого тамбура и восьми кабинок с отдельным местом для переодевания и водяной капсулой. Стоя под душем и меняя температуру и режим, я только сейчас ощутил, насколько устал от сегодняшних событий. Включив режим вентиляции, я чуть не заснул, стоя под напором теплого воздуха. Стенки между кабинками были без звукоизоляции, и я встрепенулся, услышав напевы знакомого мне голоса. Вот уж кого не берет никакая напасть! Девушка исполняла арию «Хабанера» из великой оперы «Кармен», причем на итальянском языке. Нашлась мне Тамара Синявская! Хотя надо признать, что со слухом и голосом у этой хулиганки было все хорошо. Явно не хватало музыкального сопровождения. Нужно будет посоветовать ей бросать к черту эту армию и заниматься по-настоящему любимым делом.
– Боже, за что мне такое наказание! – с улыбкой полушепотом сказал я, застегивая пуговицы на кителе. Выйдя из кабинки, я увидел своих парней, которые с улыбкой слушали напевы этой оперной дивы. Картина, судя по всему, была обычной и не вызывала ни у кого отторжения. Девочка явно была в авторитете и наверняка имела здесь кучу поклонников. Странно, но я не ощутил никакого укола ревности, только какую-то отцовскую гордость за верховенство над этими людьми. Я пошел к себе в канцелярию, чтобы еще раз посмотреть файлы в планшете, заодно дождаться, когда все соберутся в условной столовой, роль которой исполняла комната психологической разгрузки. Появляться в числе первых мне показалось моветоном. Я бы мог спокойно поесть и один, в кабинете стоял синтезатор последней модели и, как я догадывался, с расширенным меню в плане алкоголя, но кушать сало под одеялом было не в моих правилах.
– Командир в кубрике! – выкрикнул кто-то из моих подопечных, когда я вошел в импровизированный обеденный зал.
– Отставить! Здесь мы все равны! Не хватало нам еще разучивать строевые приемы при употреблении пищи! Всем приятного аппетита! – с улыбкой махнул я рукой, стараясь, чтобы не проскользнуло ощущение барства.
– А что? На счет раз зачерпнул каши, на счет два поднес ко рту, а на счет три проглотил! – свои слова бунтарка сопровождала соответствующими действиями. Вообще не дает мне нигде прохода!
– А компот? – спародировал я знакомую фразу, подходя к синтезатору и выбирая меню на ужин.
– Компот? … А на счет раз – по-десантному! – и здесь она залпом выпила стакан сока, благо он был не полный, но было видно, что она чуть не поперхнулась. Ее действия и словесный экспромт вызвал смех и подначки окружающих.
– Ирина Сергеевна, у вас, как я заметил, просто замечательный голос, но с языком рекомендовал бы основательно поработать, – попытался я остудить эту красотку.
– А что не так с языком? У меня очень хороший язычок и я могу вам это доказать! – она призывно сложила губки бантиком в воздушном поцелуе.
– О Господи!… Все-все, я молчу! – горестно ответил я, забирая поднос из окна синтезатора. Клоунада продолжалась, и все дружно смеялись над шутками Родионовой.
– Господин младлей, а присаживайтесь к нам, – вступила в разговор Свистунова. Все четыре девушки сидели за одним столиком, и там вполне хватило бы места и для меня. Интересно, но белокурая славянка игнорировала меня и, как я заметил, всех окружающих парней. Она словно олицетворяла своим поведением ответ на китайскую мудрость: – «Ничего не слышу, ничего не вижу, ничего не скажу!» Разумная позиция, девочка явно не глупа!
– Давайте здесь обойдемся без «господ». С вашего позволения – Андрей Михайлович, или, если будет угодно, командир. А на счет присоединиться к вашему застолью, то увольте! При всем моем уважении, видеть вас – одно удовольствие, не видеть – другое! Я уж лучше в уголочке спокойно поужинаю!
Хомяк добросовестно исполнял обязанности официанта, он бегал между столиками, протирал их и уносил посуду в утилизатор. Я уселся за отдельный свободный стол и с аппетитом начал есть картофельное пюре с котлетой по-киевски. Девушки закончили свой ужин и, поднявшись, направились на выход, при этом брюнетка, поравнявшись со мной, взглянула на меня с гордым видом оскорбленной невинности.
– Хомяк? А ты не сорвешь сроки изготовления маскхалатов? – под удивленные взгляды окружающих от присвоенного имени, спросил я робота, пробегающего мимо. Дроид замер на месте после моих слов.
– Полчаса на скорость не повлияют! Все успеем к сроку, командир! – текст сильно диссонировал с бездушным синтезированным голосом.
– Блин, одни юмористы! Нигде от вас прохода нет!
Когда я закончил с ужином и вышел в тамбур, то увидел, что картина в спальном расположении изменилась. Зал больше не просматривался из-за свисающих жалюзи и матерчатых пологов, разделяющих спальные места на кубрики из четырех ложементов. Обычное решение для размещения военнослужащих разной половой принадлежности. После того, как с потолка опустились сложенные гармошкой стены и рулонные шторы на входе, сразу появились приватные зоны для спокойного быта военнослужащих. Выдвинув свой ложемент в канцелярии, я завалился на эту импровизированную кушетку и стал еще раз смотреть и проверять разработанные в училище файлы настройки и управления техники и вооружения. У меня было много своих разработок, они были не сертифицированы и не проверены в боевых условиях, но я был уверен, что расчеты верны. Завтра, если все пойдет по плану, это будет первым испытанием моих задумок. Ничего, если что, подправлю, но теперь уже точно не отступлюсь от своих наработок. Как пролетел час отдыха, я даже не заметил, из размышлений меня выдернул голос сержанта Ковалева.
– Внимание, взвод, время отдыха закончилось! Всем подъем и бегом строиться в ангаре! Никто за нас работу работать не будет. Третье отделение, что-то не понятно? Что развалились, как тюлени на лежбище! Ком-ком бойцы, нас ждут великие дела! Девушки, а вам что, не понятно? Почему жалюзи еще не подняты?
Я вышел в фойе и, скрестив руки на груди, наблюдал за суетой подчиненных. Единственные панели женского кубрика действительно стояли монолитной стеной.
– Командир, можно еще пол часика? И так ни разу не присели с самого утра, – раздался из-за ширмы до боли знакомый капризный голос.
– Сейчас вы у меня присядете сорок раз! – при этих словах замкомвзвода прислонил руку к считывателю на панели боковой стены. Ограждение начало подниматься вверх, при этом складываясь гармошкой на потолке. Из кубрика раздался разноголосый визг девушек. Парни, те, кто не успел выбежать, замерли, с томлением наблюдая, за вероятным стриптизом. Ковалев снисходительно улыбнулся и посмотрел в мою сторону. Мол, как я их? Он еще раз прислонил перстень к панели, стенки замерли на высоте чуть больше метра. А дальше я увидел ноги подопечных, спрыгивающих с верхних ярусов ложементов и дружный веселый девичий смех. Все четверо, в полном облачении, поднырнув под пологом, выскочили в коридор и побежали в сторону ангара.
– Обломитесь, мальчики! О службе больше думайте! – пропела на бегу эта черноглазая заводила.
– Родионова, ну когда ты повзрослеешь? – расстроенно сказал сержант и обреченно махнул рукой.
– Не расстраивайся, Сергей Борисович, у девочки какие-то проблемы. Это комплекс, она все время хочет быть в центре внимания – звезда! Ты прав, это юношеский максимализм, но он до первого реального боя! Пусть побесится, тем более, она разряжает напряженную обстановку, – негромко, чтобы никто не слышал, успокоил я своего заместителя.
Взвод стоял в две шеренги перед завешенной пленкой покрасочной камерой.
– Взвод, смирно! – выкрикнул Ковалев, убежавший вперед меня и вставший во главе строя.
– Вольно, воины! Я заметил, что спайдеры уже обслужили? – спросил я Ковалева.
– Так точно, ресурс от девяносто пяти до девяносто восьми процентов. Только ваш паук еще не готов, он только подготовлен к покраске, но это с учетом высыхания не больше пары часов! – доложил он мне в ответ.
– Это радует! Тогда всем спайдербоям и командирам отделений надеть бронекостюмы и тактические шлемы и вывести свои машины вот на эту линию, – указал я рукой линию за пределами места хранения. – Сержант, организуй доставку сюда моего шлема. Остальные, вольно, разойдись! Продолжайте выполнение регламентных работ.
Названные мной бойцы разделились на две части, трое остались в ангаре и начали подключать аккумуляторы, а остальные во главе с каптенармусом побежали в кладовую за шлемами. В каждом отделении по штату было два спайдера: один для командира, а второй для, так называемого, спайдербоя. Нужно будет продумать последовательность боевого снаряжения бойцов, возможно, придется что-то подправить по месту хранения. Я неспешно поплелся за решетку надевать свой бронекостюм. Бронекостюм был стандартным для любого десантника, выполненный из серой прорезиненной ткани, он имел множество рельефных утолщений с гибким бронированным волокном и немного напоминал внешним видом костюм черепашек-ниндзя. Только в верхней части, практически на воротнике, был небольшой «горбик», куда подсоединялся аккумулятор и выходили два небольших жгута с гибким оптическим волокном и графитными проводами. Один жгут подсоединялся присоской к чипу за ухом оператора, а второй – к разновидности тактического шлема. На системном блоке было еще два одинаковых стандартных разъема для подключения внешнего девайса, спайдера, экзоскелета, блока управления пулеметом, гранатометом, квадракоптером или другой периферией. Для чего нужен второй разъем, я так и не узнал, видимо, для будущих перспективных разработок, как говорят, на вырост. По своим характеристикам оба порта были идентичны. Бронекостюм был первым универсальным звеном в наращиваемой электронной системе вооружения. Но он и сам имел примитивные настройки конфигурации и управления. Устройство имело подгоночные регулируемые характеристики, два варианта управления усилителями мышц, ручной и автоматический режимы. При ручном режиме девайс отслеживал положение конечностей тела и подхватывал движения с минимальной задержкой. При автоматическом выборе программы все команды шли от внедренного оператору чипа (обычно устанавливался за правым ухом человека), уже без всякой задержки. Он был намного слабее экзоскелета, но позволял усилить динамику процентов на двадцать. Для управления внешним оборудованием чаще всего нужно было выставлять автоматический режим, иначе пришлось бы повторять движения подопечного. Вот и сейчас, после того, как мне принесли мой шлем, я выполнил комплекс гимнастических упражнений и подогнал бронекостюм под себя. Затем я согласовал взаимодействие с оборудованием через внедренный мне чип. Тем временем, через открытые створки решетки начали «выбегать» мои спайдеры. Вид у них был еще тот – облезлые, с потеками и проплешинами в окраске, они двигались как стадо искалеченных богомолов. Пожалуй, только Ковалев смог изобразить относительно плавный шаг своего подопечного, остальные двигались рывками и переставляли конечности, словно ходули на болоте. Вот это засада! Они что, вообще ни разу не грамотные? Хотя для моих программ это, пожалуй, будет и лучше, не нужно перестраиваться и переучиваться.
– Воины, я что-то не понял? Вы что, все новобранцы? Во взводе есть старослужащие? – удивленно спросил я по радиоканалу с трудом организованный строй.
– Взвод создан как учебный и резервный! Все бойцы из пополнения прибывшего после курса молодого бойца две недели назад! – с досадой доложил мой заместитель.
– Прикольно и впечатляюще! Танго арахнидаc инсектицидом? А почему я только сейчас об этом узнал? – опешил я от свалившейся информации.
– Так вы не спрашивали, и я думал, что это вам известно! – слегка возмутился Ковалев. В этой авральной обстановке я даже не посмотрел личные дела, только списочный состав. Косяк с моей стороны! Век живи, век учись и дураком пойдешь на пенсию! Ну, ничего, мы теперь как пигмеи мбенга, очень сильные, но легкие, мужественно создадим себе трудности и затем так же мужественно их преодолеем! Пауки стояли в линию, но как-то не симметрично, все вроде ровно, но суставы конечностей располагались под разным углом, и два, из шести устройств, стояли чуть с наклоном. Сразу стало ясно, что индивидуальную регулировку никто не проводил. Спайдеры походили на пауков по количеству ног, расположенных в узлах по три манипулятора. Узлы с членистыми суставами стояли чуть ниже центра тяжести, но на этом их сходство с пауком заканчивалось. Корпус кабины был выполнен в форме наклоненного назад скошенного в верхней части яйца. На плоской горизонтальной крыше располагался блок вентиляторов с приподнятой на домкратах герметичной крышкой. На фронтальной части устройства находился бронированный колпак, выезжающий при посадке вверх и назад. Сквозь стекло можно было разглядеть торс оператора, сидящего в кресле с подлокотниками, на которых были установлены пульты управления системами механизма. На панели мигали информационные светодиоды, указывающие на нормальное и критическое состояние блоков спайдера, а над панелью в виде голограммы висел тактический экран с прицелами и целеуказателями. Кроме того, справа и слева на корпусе просматривались лючки, скрывающие штатный пулемет и блок-кассету из пяти неуправляемых ракет.
– Ничего страшного, други мои, через пару часов, как раз к тому времени, когда будет готов мой спайдер, вы будете лазить по вон той стене, правда, пока с подстраховкой. Иначе я на завтрак съем свой краповый берет! – воодушевил я удивленных седоков. Сейчас я испытывал к этим парням острую зависть. Я уже немного истосковался по собственному боевому коню. Это, наверное, похоже на чувства человека, лишенного возможности управлять любимым автомобилем. – Начнем сначала! Всем поставить «нулевые» пространственные предустановки.