Артефакт ранга ноль. Том 1

Глава 1

Яркое послеобеденное солнце, зеленый ковер трав, который простирается во всех направлениях куда, бы ни кинул свой взгляд, и ровная дорожка из примятой травы, по которой я иду вот уже пару часов кряду. Место, где я нахожусь, относительно спокойно, по крайней мере в дневное время, хоть и имеет свою странность, которая заставляет обходить его стороной. В этом море зеленой травы нет ни единого звука, когда преодолеешь определенную границу, все они тут же пропадают. И как бы ты ни шумел, кругом будет только звенящая в ушах тишина. У этого места за его долгую историю было много названий, в последнее время его называют Морем Безмолвия. По истине странное место, его происхождение теряется в веках, о нем ходят легенды, но многие из них не имеют под собой никаких оснований и, на мой взгляд, простого жителя этих мест, являются чистой выдумкой. Из того что людям удалось подтвердить и в чем лично у меня нет ни единого сомнения, это то, что траву на этом гигантском луге обожают все гнуги. Причем этих здоровяков тянет ближе к центру этого моря травы, как будто там она вкуснее. Вторым неоспоримым фактом, касающимся этого места, было то, что его нужно покинуть до наступления темноты. Что происходит тут ночью, никто не знает. Все смельчаки, решившие это выяснить лично, уже никому ничего не скажут, так как все, кто оставался тут после заката, обратно не возвращались, даже те хитрецы, которые пытались переночевать в паре шагов от границы тишины.

До захода солнца еще есть время, и поэтому я ускорил шаг, так как на горизонте показалось несколько темных точек, которые медленно двигались на небольшом расстоянии друг от друга. Беззвучно выругавшись на хитрожопого старосту деревни и несправедливый, по моему мнению, жребий, который в очередной раз почему-то вновь выпал на мою долю, я перешел на бег. Надо бы ускориться, а то на обратную дорогу времени хватает совсем еле-еле.

Спустя еще полчаса я, дыша полной грудью и успокаивая дыхание после длительного бега стоял, и смотрел на мирно пасущихся трех гнугов, тех самых, которые отбились от общего стада и углубились слишком далеко к центру Моря Безмолвия. Трое четвероногих животных, имеющих массивное тело с ярко-рыжей, почти красного цвета кожей, высотой были почти два метра. Они имели массивную голову с приплюснутой мордой, будто кто-то с огромной силой ударил их по носу, голову венчали три больших рога. На спинах красовалось несколько шипов размером примерно с ладонь, а длинный и массивный хвост украшала устрашающего вида булава, удар которой не сулил ничего хорошего любому, кто решил бы напасть на этих животных. Гнуги обладали отличным слухом, и при обычных условиях к ним было бы непросто приблизиться незамеченным. Но в этом месте их слух, если и работал наполную, то не имел никакого значения, поэтому я и сумел подойти почти вплотную. А вот хорошим зрением они похвастаться не могли, и мое появление для них было совершенной неожиданностью.

Первый гнуг, увидевший меня, резко отпрыгнул в сторону, чего совершенно не ожидаешь от грузного животного. Он поднял голову в безуспешной попытке издать предупреждающий рев, двое его товарищей ожидаемо не обратили на это совершенно никакого внимания, продолжая мирно щипать сочную траву. Я слегка поднял руки в успокаивающем жесте и, достав из сумки кусок хлеба, показал его гнугу, который насторожено размахивал своим хвостом-булавой, не отводя от меня взгляда. Мгновение, заинтересованный наклон головы, глубокий вдох широкими ноздрями и вот хвост уже мирно опущен, а огромное животное с жадным блеском в глазах и стекающими слюнями изо рта идет в мою сторону. Двое других, почуяв запах хлеба, мгновенно забыли о траве и поспешили в мою сторону. Разломив кусок на четыре части, я дал каждому гнугу по куску, а четвертый демонстративно убрал в сумку. Пока гнуги, с явным удовольствием пережевывали лакомство, я направился в обратный путь. Сейчас можно было уже не беспокоиться, я точно знал, что эти грозные с виду создания ни на шаг не отстанут от меня, за хлеб они были готовы идти хоть куда и сколько угодно, зная что у меня еще осталось их любимое лакомство.

Обратная дорога была без происшествий, как впрочем и путь вперед. Если не считать легкую дрожь в ногах от долгой ходьбы и бега, то сегодняшний день можно назвать прогулкой на свежем воздухе. После возвращения в деревню я передал беглецов пастухам-разиням, а сам отправился домой: надо было отдохнуть и поесть, на завтра была намечена ранняя охота. В лесу, который располагался между двумя соседними деревнями, завелась стая хищников, которые повадились таскать домашнюю живность из обеих деревень. Но что самое странное: на жителей не было ни одного нападения. Более того, что за хищники были в стае так и не известно, их попросту никто не видел. На местах нападения находили много крови и следы не маленьких лап, очень похожих на волчьи, но ни разорванных туш, ни костей, ни следов волочения жертв не было. Все это давало поводы для слухов и разных историй, в которых люди пытались объяснить происходящее, списывая все на большую стаю обычных серых волков и заканчивая происками какой-нибудь хитрой банды, которая обставляет свои делишки, маскируясь под все тех же волков. По моему мнению, это были необычные волки, а оборотни. Уж больно быстро и чисто они проворачивали свои дела и, что самое главное, всегда действовали по-разному. Одно было неизменно: все их нападения были только в ранние утренние часы. Вот за такими мыслями, лежа на небольшой кровати в своем маленьком домике, после холодного ужина я незаметно для самого себя и уснул. Казалось, что я только закрыл глаза, как меня разбудил громкий стук в дверь и недовольный голос звучащий из-за нее:

– Да проснись ты уже, мы скоро выходим, а ты дрыхнешь! Вставай, Гурант!

Громко кричали из-за двери, не переставая терзать несчастную дверь. Стучали явно чем-то тяжелым и, судя по звуку, металлическим. Открыв один глаз, я уставился на маленькое окно, в котором сквозь закрытые ставни еле-еле угадывался рассвет, было еще темно, небо только чуть посветлело.

– Заткнись, Мурас, и так голова раскалывается, передай старосте, что сейчас иду.

Из-за двери послышалось недовольное бормотание, но стук прекратился, а вскоре послышались удаляющиеся шаги. Быстро встав с кровати, умывшись прохладной водой из стоящего рядом со столом ведра, я взял приготовленный еще вчера лук, колчан стрел, ножны с большим охотничьим ножом и вышел из дома. Сделав пару шагов от двери, услышал легкий щелчок замка. Недавно установленный артефакт замка автоматически закрыл дверь при моем отдалении от дома. Теперь, уже не имея артефакта доступа, в дом не попасть без применения грубой силы, придется ломать дверь или ставни.

Вся магия в мире осталась лишь в артефактах, которыми может пользоваться любой. Есть целые гильдии, занимающиеся производством таких вещей, имеющих различные свойства. В королевстве Силка, к слову, одного из трех могущественных стран на континенте Граага, очень распространено производство магических домов. Поэтому их могли позволить практически все жители, которые имели хотя бы какой-то стабильный заработок. Так и я в свои неполные двадцать семь, занимаясь охотой и другими поручениями старосты деревни, в которой я оказался случайно еще десять лет назад, смог накопить на свой дом, пусть и самого начального уровня. В то время, десять лет назад, на нашу деревню напала банда, многие спаслись бегством, кому-то не повезло и их схватили. Я был ранен и долго бежал через лес, пока не вышел на дорогу, по которой ехал небольшой обоз из деревни Бинула, возвращающийся из ближайшего города после торговли. Меня подобрали, оказали первую помощь, и впоследствии я остался тут жить, возвращаться домой не было никакого желания, тем более там меня уже ничего не держало. Старый дом отца был уничтожен бандитами еще во время нападения, близких родственников и друзей у меня не было. Всю сознательную жизнь я в основном пропадал в лесу, постоянно охотясь. В Бинула меня приютила старая женщина, которая, к сожалению, через год умерла.

Я вдохнул прохладный, чистый, утренний воздух и огляделся. Деревня постепенно просыпалась. Из домов выходили жители: кто-то, как и я, шел на окраину, неся в руках оружие, в основном это были луки, кое у кого – мечи и короткие, охотничьи копья. Другие же спешили по своим делам: кто в поля, кто на фермы, ну а кто-то в мастерские. Все хотели побыстрее выполнить обязательные задания назначенные лордом, чтобы остаток времени потратить на личные дела и заботы.

Дойдя до окраины, я увидел несколько телег запряженных лошадьми. Тут уже собралась группа людей, около трех десятков охотников, которые с хмурыми лицами тихо переговаривались между собой. Подойдя к одной из телег, где было меньше всего народу, я остановился и стал ждать команды к отправлению. Через несколько минут староста дал приказ выдвигаться, все присутствующие расселись по телегам, и наш небольшой отряд двинулся в сторону леса.

Ехали почти молча, вылазка готовилась уже несколько дней, поэтому каждый знал, что должен делать, в принципе обсуждать было уже нечего. Спустя примерно час мы остановились рядом с опушкой леса, в этом месте дорога делала резкий поворот и далее шла вдоль леса, огибая его. Выстроившись цепью, так чтобы каждый мог видеть соседа, отряд вступил в лес. Я и еще трое самых опытных охотников действовали отдельно, мы быстро углублялись в чащу, чтобы заранее обнаружить следы, тех кого мы ищем, и передать их местоположение основным силам. В это же самое время, навстречу нашему отряду, из соседней деревни двигался точно такой же. Весь расчет был на то, чтобы взять в клещи тех, кто мог расположиться в этом лесу, будь то стая волков или банда разбойников.

Остановившись на границе маленькой полянки, едва просматриваемой в предрассветных сумерках, я замер, прислушиваясь. Лес затих перед рассветом, ночные звери уже затаились, а те, что активны днем, еще не вылезли из своих укрытий. Слабый ветерок качал кроны больших деревьев.

– Не нравится мне эта идея, что-то во всем этом неправильно – одними губами, почти без звука произнес я, до боли в глазах всматриваясь в окружающий сумрак и до рези в ушах вслушиваясь, пытаясь уловить хоть какие-то необычные, несвойственные лесу звуки.

Легкий, едва слышимый шорох. Быстрая тень, мелькнувшая в уголке моего зрения, заставили меня напрячься еще сильнее. Если бы мои чувства не были напряжены на максимум, то, скорее всего, я бы пропустил этот звук и мелькнувшую тень. Медленно, стараясь не шевелиться всем телом, я повернул голову в том направлении и в тридцати шагах на другом конце поляны увидел небольшую тень, размером со среднюю собаку. Ее было еле-еле видно в сумерках: движения были плавные, но быстрые и очень тихие. Зверь крался по краю поляны, постоянно держась в тени деревьев и кустарника.

– Слишком умно действует, – пронеслась мысль в голове.

В этот момент зверь резко остановился и всем телом припал к земле, почти слившись с окружающей его тенью, замер. Если бы я не знал о том, что он там есть, то ни за что бы не определил этого, как бы ни вглядывался. У зверя была просто отличная маскировка. Прошло несколько томительных минут, неизвестный зверь не двигался, я все сильнее всматривался в небольшую неподвижную кочку, в которую тот превратился, кругом было очень тихо. Выругавшись про себя, я натянул уже приготовленный лук с наложенной на тетиву стрелой и изготовился сделать выстрел, метясь в то место, где замер зверь. В тот момент, когда мои пальцы уже были готовы разжаться, а натянутый до предела лук отправить стрелу в полет, прямо над моим правым ухом я почувствовал тяжелый, долгий выдох, и до моего носа донесся едва уловимый запах свежей крови. Спустя мгновение послышался тихий, утробный рык.

Пальцы, державшие стрелу, слегка дрогнули и побелели от напряжения. Стараясь не шевелиться, я скосил глаза вправо, пытаясь разглядеть того, кто дышал мне прямо в ухо. Моя голова загудела от чувства опасности, все мое существо требовало немедленно вскочить и бежать прочь от этого зверя. Огромным усилием силы воли я заставил себя замереть, прямо на уровне моих глаз, почти касаясь оперения стрелы натянутого лука, увидел большой черный нос, клок бурой шерсти и огромные клыки в оскаленной пасти, из которой не переставая раздавалось грозное рычание. Оценив ситуацию, я судорожно пытался найти выход из нее, но все попытки были тщетны, мне просто не хватит времени ни на одно действие.

Прошло несколько долгих секунд, а может и минут. Ни я, ни зверь не двигались. Мои руки уже тряслись от напряжения, все это время я держал лук в натянутом состоянии. Зверь тем временем перестал рычать и лишь на мои судорожные движения начинал скалить зубы, но не нападал. Я понимал, что еще пара минут и мои пальцы не выдержат, надо было срочно что-то предпринимать. В нещадно болевшей голове созрела лишь одна мысль. Я стал медленно опускать лук к земле одновременно с этим снижая натяжение тетивы. Вдруг послышался рык и холодный мокрый нос ткнулся мне прямо в шею, кроме носа я почувствовал на ней прикосновение холодных и твердых клыков зверя. Он уперся ими прямо в то место, где под кожей бешено пульсировала артерия. Тяжело сглотнув, густую слюну, я продолжил ослаблять натяжение лука до тех пор, пока мои пальцы не почувствовали облегчения, после чего разжал их и перевел дыхание. В момент, когда я отпустил оперенный конец стрелы и разжал пальцы морда, зверя отодвинулась от моей шеи после чего пропала из поля моего зрения. Я не слышал шагов и не ощущал более его дыхания. Казалось, он растворился в сумраке точно так же, как и несколько минут назад появился из него.

Прошла минута, за ней другая. Я продолжал сидеть не шевелясь, воткнув наконечник стрелы в рыхлую лесную землю, и вслушивался в происходящее у себя за спиной. Но там, кроме звуков пробуждающегося леса, была только тишина. Тут я вспомнил о втором звере и метнул взгляд в сторону поляны, к тому месту, где он затаился. Но там уже было пусто. Убедившись в этом, я наконец решился оглянуться. Медленно повернув голову направо, при этом стараясь больше не делать ни единого движения, осмотрелся насколько мог. Все было спокойно, зверя не было. Сделав пару глубоких вздохов, я развернулся вполоборота – кругом был лес, только в этом момент я смог расслабиться, и завалившись набок, упал на прохладную лесную подстилку, закрыв глаза и жадно хватая воздух ртом.

Сколько так пролежал не помню. Но когда открыл глаза, то кругом было достаточно светло, сумерки почти рассеялись. Лес окончательно проснулся: щебетали птицы, мой слух улавливал копошение мелкой живности, где-то вдалеке прошел крупный зверь, не боясь и не скрываясь, – значит явно хищник. Полежав еще минуту, вслушиваясь в эту привычную лесную какофонию звуков, я встал, внимательно осмотрел место, где сидел. А еще более тщательно мной было осмотрено и ощупано то место, где ранее стоял зверь, но никаких следов найдено не было. Подобрав лежавшие на земле лук и стрелу, я двинулся туда, где ранее видел второго притаившегося зверя. Небольшая ямка с слегка примятой травой, – вот и все, что мне удалось найти. Осмотрев опушку поляны вдоль, которой ранее крался неизвестный зверь, я обнаружил небольшой клок бурой шерсти. На свету она казалась даже скорее красной, чем бурой.

На поляну, где я все это время находился, вышли пятеро человек, их лица были хмурыми, у каждого в руках было какое-то оружие. Они тихо переговаривались между собой, увидев меня, подошли. Это были двое старост и их люди: один был староста моей деревни, другой – из соседней.

– Нашел чего? – спросил наш деревенский староста, пристально глядя мне в глаза.

– Только клок странной шерсти, – я протянул ему ранее найденную шерсть красного цвета, – в остальном все было тихо.

Сказав это, я отошел в сторону. Почему-то мне совсем не хотелось говорить о странных зверях, встреченных мной на этой поляне. Какое-то странное внутреннее чувство говорило мне, что не стоит им знать об этом, по крайней мере, сейчас.

– Мы находили подобную шерсть в местах нападения, никто из моих людей так и не смог определить, какому зверю она принадлежит. В наших местах зверей такого окраса не водится, – задумчиво сказал второй староста.

– Ты хотел сказать не водилось, – хмуро ответил ему первый.

– Я все еще склоняюсь к тому, что эти звери сюда случайно забрели, и думаю, что скоро они покинут эти места. Со стороны этой стаи не было ни одного нападения на людей, предлагаю оставить их в покое и понаблюдать за тем, как будут развиваться дела дальше.

– То есть ты предлагаешь дождаться момента, когда они осмелеют и начнут убивать народ, и только после этого начнешь чесаться, так что ли? – раздраженно выпалил староста деревни Бинула.

– Не кипятись, Бунк, я только хочу сказать, что это необычные звери, и они ведет себя очень странно, – мужчина пожал плечами, – я бы даже сказал как разумные существа. Будь они простым зверьем, уже давно попался бы на глаза охотникам. Ты же знаешь, как в твоей, так и моей деревне есть очень опытные ребята, но они все как один говорят, что с таким раньше не встречались. Поэтому предлагаю послать сообщение лорду от двух наших деревень и дождаться его ответа, возможно, он пришлет помощь, а пока просто понаблюдать.

– Ты как всегда преувеличиваешь, ну какие еще разумные звери, – не унимался Бунк, – всех подобных давным-давно истребили и уже несколько сотен лет о подобных существах не было ни единого слуха. Хотя в одном я, пожалуй, с тобой соглашусь – лорду надо написать, пусть знает. В конце-то концов они его гнугов жрут, – с легкой усмешкой в голосе сказал первый староста.

– Фанка, передай остальным, пусть возвращаются в деревню, – сказал Бунк, обращаясь к одному из стоящих рядом мужчин. – Я еду в Дунию, назад буду к вечеру.

– Хорошо, староста. – Фанка вместе со вторым охотником скрылся в чаще.

– А ты чего тут еще торчишь, особое приглашение надо, Гурант? – Бунк посмотрел в мою сторону.

– Да нет, я просто хотел еще поохотиться, так что в деревню пойду сам, позже, – ответил я.

– Ну так чего ждешь, уши греешь, проваливай отсюда.

Я пожал плечами и отправился в чащу. Особого желания охотиться не было, но и возвращаться в деревню с пустыми руками было как-то нехорошо, раз уже в лес пришел. Поэтому я направился в часть леса, которая одним краем выходила к Морю Безмолвия, намереваясь там подстрелить кого-нибудь, дотемна пересечь Море и выйти к деревне. Это был наиболее короткий путь назад.

Пробираясь в выбранном мной направлении, я быстрым шагом шел по лесу. Из головы никак не мог выкинуть слова старосты Дунии о разумности зверей. Пожалуй, это было единственное подходящее объяснение их поведения. Иначе как объяснить то, что встреченный мною зверь несколько минут просто стоял и дышал мне в ухо. Хотя я уверен, реши он, то с легкостью мог бы убить не только меня, но и всех, кто пришел за ними в этот лес. От этого зверя опасность не просто исходила, она буквально валила с ног, даже в его дыхании чувствовалась мощь. Хотя, может, я все это придумываю, и во мне сейчас говорит просто древний животный страх перед сильным зверем. Но обычный зверь, каким бы он ни был сильным и свирепым, никогда ранее не вызывал во мне такие странные чувства.

Будучи погруженный в свои мысли, я однако не переставал наблюдать за окружающей меня обстановкой. Годы постоянной практики давали о себе знать. Я не был лучшим стрелком или следопытом, но отсутствие таланта компенсировал усердием. Не проходило ни дня, что бы я не тренировался в стрельбе из лука, постоянно напрашивался в группы бывалых охотников, наблюдая за их работой, перенимая их привычки и опыт. Вот и сейчас, действуя больше на рефлексах, успевал заметить зайцев, мелкую дичь. К тому моменту, как я вышел на границу Моря Безмолвия, в моей сумке было три зайца, один древесный лынка (зверек похожий на белку, только крупней раза в четыре) Его мех коричневого цвета с продольными небольшими темными пятнами. Когда он неподвижно сидит, прижавшись всем телом к стволу или крупной ветке, его крайне сложно заметить. Мне же посчастливилось его увидеть, когда тот спустился на землю и лакомился какими-то ягодами.

Солнце было еще высоко, до полудня примерно часа два, поэтому я решил пройтись по опушке в надежде подстрелить еще пару зверьков. Полчаса результатов не дали, и я уже решил было пойти домой, направившись к зеленому Морю травы. Выйдя на границу, где стена леса сходилась с огромным лугом, я взглядом зацепился за несколько темных силуэтов, быстро удаляющихся от леса в глубь Моря Безмолвия. Но как я ни старался рассмотреть, кто это был, у меня не получилось, расстояние и высокая трава скрывали много деталей. Со своего места я не смог понять, кто за кем гонится, а то, что это была погоня, сомнений не было. Первая группа животных насчитывала пять особей, они плотной группой бежали вперед, проламываясь сквозь густую траву, не жалея сил. За ними на расстоянии примерно полкилометра двигались два других зверя. Один из которых был чуть крупней, и его темная спина возвышалась над травой, второго можно было увидеть только по следу примятой травы, который шел параллельно следу его более крупного собрата.

Расстояние между преследователями и теми, кто от них удирал, достаточно быстро сокращалось и вдруг преследователи разделились и по большой дуге стали заходить к жертвам с двух сторон, отрезая тем самым пути к бегству. Мне было уже достаточно плохо видно все происходящее в высокой траве. Я понимал, что делаю великую глупость, но любопытство взяло верх. Быстро осмотревшись по сторонам и не заметив других опасностей, я двинулся вперед, держась следа более мелкого преследователя. Я видел, как группа из пяти особей резко ускорилась, набирая ход, пытаясь выскользнуть из все сжимающихся клещей, но и другие ускорились, не давая тем и шанса на отрыв.

Я почти бежал, меня охватил азарт, а любопытство просто сжигало изнутри. Я видел, как первая группа остановилась, как они нервно перешагивали на небольшом пятачке земли. Звуков не было, но по их движениям было понятно, что они пытаются сообразить, с какой стороны ждать нападения, и поэтому вертятся во все стороны. Преследователи замедлились, их движения стали более плавными. Тот зверь, что был меньше размером, казалось, вообще замер, так как трава перестала приминаться. Позже я увидел легкое шевеление, чуть в стороне от первой группы. Значит, он не перестал двигаться, а скрытно поменял позицию, чтобы напасть с более выгодной стороны.

Я замер. До предполагаемой области, где сейчас вот-вот начнется схватка, а то что она будет, я не сомневался, расстояние менее полукилометра. Мне удалось найти небольшой пригорок, с которого было отлично видно то, что там происходит. Я рассмотрел группу, которая убегала, это оказались волки, и сначала они мне показались обычными серыми, которых в местных лесах огромное количество. Но чем больше я смотрел на них, тем более необычными они мне казались. В них было странно все, начиная от их размера, который был раза в два больше, чем у обычного волка, и заканчивая их поведением. Их рост я определил сравнив их с высотой травы, она в Море примерно одного размера на всей площади, достигая взрослому человеку примерно по пояс. Получалось что обычный волк рядом с ними выглядел щенком. Далее поведение. Оно тоже было необычным. Во-первых, ни один обычный волк не заходит в Море Безмолвия, ему просто нечего тут делать, здесь нет его привычной добычи. Во-вторых, прямо сейчас, на моих глазах, два волка, те которые были по виду мельче своих собратьев, бегали по кругу утаптывая траву. Трое их более крупных товарищей, стоя спина к спине, в центре этого круга постоянно вертели головами, всматриваясь в стену из травы, явно готовясь отразить атаку. Эта тактика вполне оправдана в текущей ситуации, так как большое открытое пространство дает обороняющимся возможность раньше заметить нападение. На эту, безусловно, опасную работу были направлены явно самые слабые особи, потеря которых для группы, хоть и будет нежелательна, но она будет менее значима, чем потеря основного бойца. И эти действия рациональны и понятны, и их можно было бы ожидать от людей или других разумных существ. А тут, на моих глазах волки применяли тактические уловки, чтобы выжить. Я не в силах был дать разумное объяснение происходящему, поэтому просто наблюдал, стараясь не упускать деталей. Тем временем преследователи, вид которых для меня все еще оставался загадкой, а точнее здоровяк, медленно сокращал расстояние до утоптанной зоны, младшенького из парочки видно не было, но он точно был где-то рядом, затаившись в траве.