НИП

Космос

Корабль обладал поистине неземной красотой. От него было просто нереально оторвать взгляд.

Только что достроенный боевой истребитель четвертого класса категории «Искуситель» стоял на персональной верфи стаса и буквально «очаровывал».

Не лишним было бы упомянуть, что на постройку этого истребителя у стаса ушло какое-то невероятное количество времени и ресурсов. Оставалось решить вопрос с установкой вооружения, и можно было брать контракты. Например, на сопровождение грузов.

За сопровождение неплохо платили, так как в последнее время в космосе появилось очень много пиратов и мародеров, которые были не прочь поживиться тем, что перевозили торговые грузовики.

Всего на «Искусителе» было три слота под установку вооружения, и стасу предстояло выбрать, что на них установить. Задача вроде бы простая: в первый слот для кораблей такого типа всегда ставили «пси-пушку», орудие, наносящее очень неплохой урон вражеским кораблям псионической энергией, от которой мало у кого была достойная защита. Со вторым слотом тоже вроде бы все понятно было. Туда напрашивался «шокер», дальнобойная установка, не наносящая абсолютно никаких повреждений, но временно выводящая из строя корабли противника.

А вот что делать с третьим слотом, было непонятно. До полного комплекта требовалось установить еще «защитное поле» и «защитный экран» – две защитных установки, которые при взаимодействии друг с другом выдавали вроде бы неплохую защиту. Но во-первых, обе эти установки не очень хорошо подходили под энергосистему «Искусителя», что очень сильно снижало их эффективность. А во-вторых, установки было две, а слот один.

Совсем без защиты в космосе делать нечего, тем более «Искуситель» – это корабль, который в бою всегда был приоритетной целью, поскольку представлял наибольшую опасность для врагов и при этом обладал крайне посредственной защитой. Тем более истребители четвертого класса в секторе, где почти все корабли не выше пятого, противники однозначно выбирали приоритетной мишенью.

«Вот если на корабле было четыре слота, а не три, – подумал стас, – тогда все было бы очевидно. «Пси-пушка», которую обычно называют «психушкой», «шокер», он же «паралич», «поле» с «экраном» – и можно в бой. А так сиди и голову ломай, что выкинуть из сборки».

Но наличие четвертого слота на корабле стасу пока что не светило, а решение принимать надо было сейчас.

«Щит» без «экрана», как показывала практика, абсолютно бесполезен. Так же как и «экран» без «щита». Любой корабль с самым слабым вооружением такую защиту пробивал без проблем, особенно если учитывать слабую совместимость энергосистемы и установок.

Убрать из оснащения «паралич» означало слишком сильно ослабить себя: умение выводить из строя корабли противника было ключевой способностью «Искусителей». Именно из-за него и ценился этот класс боевых кораблей.

Пожертвовать единственным орудием, наносящим урон, тоже звучало как полнейший бред. Можно было, конечно, понадеяться на вооружение сотоварищей. Но во-первых, чаще всего энергосистема здешних кораблей не допускала использования чего-то подобного «психушкам». Поэтому местные звездолеты, как правило, были экипированы энергетическими и лазерными типами вооружений: хоть и достаточно мощными, но слишком уж популярными, из-за чего от них почти каждый противник имел достойную защиту.

А во-вторых: что делать, если союзников рядом не окажется?

«А что, если просто оставить один слот свободным? Можно же попросить кого-нибудь из союзников, чтобы во время сражения на меня накинули «щит» с «экраном». Наверняка найдется тот, кто сможет поставить защиту лучше, чем у меня», – решил было стас, но все-таки пробежался глазами по списку вооружений, которые у него имелись в наличии.

Единственное, что имело хоть какой-то смысл ставить, так это «базовую энергопушку». Она вроде бы наносила неплохой урон, почти такой же, как «психушка», и в сочетании с энергосистемой «Искусителя» давала неплохую точность попадания, но все-таки против даже самой слабой энергозащиты была абсолютно бесполезна. А в любом настоящем бою первой все активируют именно защиту от энергетического оружия.

Кроме того одновременно вести огонь можно было только из одного орудия. И при наличии «психушки» базовая энергопушка (которую все так и называли «базовая энергопушка», видимо, потому, что все отказывались от этого типа вооружения раньше, чем придумывали ему хоть какое-то оригинальное название) становилась вообще бесполезной.

«Ладно, поставлю энергопушку, просто чтобы было», – подумал стас, добавляя «базовую энергопушку» в комплект вооружения и чувствуя себя при этом последним извращенцем.

Вокруг тут же засуетились дроны, таская на «Искуситель» все необходимые компоненты и устанавливая вооружения. Стас отправился на корабль и сел за штурвал. На приборной доске, в мониторе коммуникаций, высветились доступные контракты. Пробежав взглядом по монитору, стас выбрал самый высокооплачиваемый из тех, что находились неподалеку, дождался, пока дроны закончат оснащение корабля, и отчалил.

К месту стыковки стас прибыл с небольшим опозданием, но никто не обратил на это внимания, поскольку все ждали еще двоих человек.

Всего союзных кораблей было восемь. Два штурмовика, класса «Выжигатель» с мощными лазерами и фотонными торпедами. Три истребителя, класса «Разрушитель», которые обладали очень неплохой защитой и наносили огромный урон энергетическим из установки под названием «Зевс».

С пилотом одного из «Разрушителей», которого звали Том, стас тут же договорился, что, как только начнется сражение, Том будет обеспечивать стаса защитой на протяжении всего боя. Защитой, которая, кстати, была в шесть с половиной раз мощнее, чем та, что была бы у стаса, если бы он установил на свой корабль обе защитных установки, и примерно в двести с лишним раз мощнее, чем, если бы установка была только какая-нибудь одна, так как защитные эффекты, благодаря взаимодействию систем, перемножались.

Немного в стороне от всех стоял «Бегемот». Огромный торговый корабль с мощными двигателями, специально разработанными для перемещения относительно больших грузов на сравнительно немаленькие расстояния.

Еще два корабля: «Лудильщик», доверху груженый ремонтными ботами, но со слабым вооружением наподобие базовой энергопушки, и «Оборотень», корабль ближнего боя с крепким корпусом и плазменным резаком на носу, – должны были появиться с минуты на минуту.

«Искуситель» стаса был девятым в группе, а так же единственным кораблем четвертого класса. Все остальные были пятого. Но по большому счету это мало что значило. Корабли четвертого класса, разумеется, в бою имели преимущества из-за более высокой скорости, лучшей маневренности и повышенной дальности стрельбы, но во время использования всех этих преимуществ становились куда более энергозатратными.

Кроме того, корабли пятого класса имели куда большую базовую прочность и гораздо более высокую точность попаданий из всех боевых орудий.

Кирк, пилот «Бегемота», создал общий канал для общения всей группы и предложил начать стыковку кораблей. Одновременно с этим как раз прибыли «Оборотень» с «Лудильщиком».

Как только все корабли пристыковались к транспортнику, «Бегемот» скорректировал траекторию полета и включил двигатели ускорения. Где-то примерно минуту ничего не происходило. Двигатели должны были накопить энергию, чтобы как следует «разогреться» перед прыжком. Затем звезды «всколыхнулись» и двинулись навстречу.

Межгалактические прыжки – занятие долгое и невероятно скучное. Транспортник постоянно гудит, двигаясь по заранее спланированной траектории, корабли сопровождения плотно пристыкованы к нему. Заняться особо нечем. Группа развлекает себя, как может: кто-то обычно рассказывает какие-нибудь истории, кто-то играет друг с другом в «настольные игры». Бывает и такое, что во время перелетов начинаются скандалы и ругань. Но чаще всего весь путь пилоты преодолевают в полном молчании и в своих собственных мыслях. Ну и, понятное дело, при любом раскладе все периодически нервно поглядывают на основной сканер в надежде, что пираты на пути не появятся и в точку назначения все прибудут без происшествий.

В этот раз Том всю дорогу рассказывал анекдоты, в основном про ёжиков. Иногда даже попадались забавные. В любом случае деваться было некуда, поэтому все слушали, порой издавая невольные смешки.

Расстояние до цели понемногу сокращалось. Пилоты постепенно начали расслабляться, заметно повеселели, кто-то рассказывал, на что потратит оплату за контракт.

Когда до точки прибытия уже оставались считанные минуты, сканер пиликнул и сообщил, что пять кораблей идут на перехват.

Первым очнулся Кирк.

– Расстыковка! – крикнул он в общую связь. – Боевой режим, быстро.

«Бегемот» выпустил все корабли сопровождения и перешел в режим глухой обороны, активировав все модули защиты, став почти не пробиваемым, но абсолютно бесполезным в бою.

Дальше всё начало происходить очень быстро: пилоты явно были не первый раз в подобной ситуации и знали, что делать.

Стыковочные зажимы едва только разошлись в стороны, а корабль стаса уже был накрыт щитами, наброшенными на «Искуситель» Томом. Анекдоты он рассказывать «почему-то» перестал, и вообще все вокруг стали очень серьезными, общались короткими обрывками фраз, быстро отдавая поспешные команды кораблям. Сейчас было очень важно делать все четко и ничего не забыть.

Сразу же после расстыковки на корабле стаса на несколько мгновений стало очень тихо. Прекратилось гудение транспортника, постоянно передававшееся через корпус корабля и очень сильно надоедавшее последние несколько часов.

Но тихо стало именно на несколько мгновений. Корабли пиратов атаковали с налета, не давая времени опомнится. Вокруг началась суматоха и неразбериха. Стас быстро взял в прицел ближайший корабль противника и выстрелил трижды из основного орудия, опустошая весь заряд в энергообменнике «Искусителя». Сразу же глянул отчет о попаданиях и чуть было не выругался: два промаха и одно попадание, которое хоть и пробило все щиты, сняв при этом две трети «здоровья» цели, но от «Искусителя» четвертого класса стас ждал совсем не такого результата. К тому же, как оказалось, целью стаса был «Уничтожитель» шестого класса, точность попадания по которому была чуть выше девяноста процентов. Иначе, как полнейший провал, назвать это было просто невозможно.

Корабли противника быстро развернулись и пошли на вираж, восполняя энергозапас в обменнике. У стаса появилось немного времени, чтобы осмотреться. Группу неслабо так потрепало.

«Оборотень» пострадал больше всех: видимо, его «профокусили» первой целью. Корабль ближнего боя окончательно покинул сражение: до конца битвы реанимировать его никак не получится, да и то только в случае победы, а до тех пор пилоту придется сидеть в бронированной капсуле и наблюдать за сражением.

«Лудильщик» находился на последнем издыхании, но держался. Остальные корабли были вроде бы целы, только щиты немного пострадали. У самого стаса щитов не осталось совсем. Они спасли «Искуситель», приняв на себя весь удар.

Итого получалось минус один корабль союзников, тогда как у противников все в строю. Семь боевых кораблей на пять – вроде бы все не слишком плохо.

Помимо «Уничтожителя» у врагов были еще два «Выжигателя» пятого класса, «Разрушитель» и «Варлок». Последние два так же пятого класса. И ни одного корабля четвертого класса. Это означало, что в режиме форсажа стас будет неуязвим для противников. Но пираты сдаваться не спешили, и что-то стасу подсказывало: не просто так они затеяли это нападение.

– Добиваю шестерку и еще два выстрела в «Разрушителя» могу, – крикнул стас в канал группы, но Кирку эта идея, судя по всему, не особо понравилась.

– Погоди, – сказал он, – сначала в форсаж уйди, иначе тебя минусуют первым. Том, прикрой четверку щитами. «Лудильщик», чинись на всё, что есть. «Разрушители», кройте его. Фокусим их «Разрушителя», стоим плотной группой, прикрываем фланги.

Пираты тем временем снова развернулись и пошли в лобовую атаку. Но перед тем, как приблизится, «Варлок» окутался серебристым сиянием.

«Артефакт», – подумал стас. Точнее, не просто артефакт, а «Кокон шелкопряда», дающий на десять минут защиту от псионической энергии. Да какую! Её стас не пробил бы, даже будь у него корабль третьего класса. Что уж говорить о четверке.

Пока стас удивлялся, капитан «Варлока», которого звали Ватман, использовал еще четыре «Кокона» на своих соратников. Затем поочередно повесил на них защиту от огня, потратив пять «Драконьих сфер», и напоследок активировал пять «Кристаллов молнии», дающих ультимативную защиту от энергетического оружия, а так же мощное силовое поле, защищающее от всех видов повреждений, включая физический урон.

– Знатный донатер, – присвистнул Том. – Выложил целое состояние только для того, чтобы заруинить нам всю игру.

– И в чем смысл? – недоумевающе спросил Кирк в общий канал связи. – Чтобы грабить?..

– Молчать, черви! – грубо прервал его Ватман. Корабли его группы уже вошли в зону поражения и начали повторную атаку.

Капитаны союзных «Разрушителей» потели, едва успевая провешивать щиты, «Выжигатели» тратили весь боезапас на безуспешные атаки, «Лудильщик» чинил себя, как мог. «Искуситель» сильно трясло, но щиты держали. Стас терпеливо дождался, пока в обменнике накопится достаточно энергии, и включил форсаж. Корабль взвыл и перешел в режим автоматического уклонения. Теперь он был недосягаем для пиратов, корабли которых были не выше пятого класса, а значит, не могли сравниться в скорости с «четверкой».

Тем временем враги, отстрелявшись, снова ушли на вираж. «Как там «Лудильщик»? – подумал стас. – Интересно, выжил ли?».

Но с «Лудильщиком» все было в полном порядке. В этот раз его вообще никто не атаковал. Зато профокусили Тома, корабль которого получил огромные повреждения и вслед за «Оборотнем» покинул бой.

– Удачи, парни, отомстите им там за меня, – сказал капитан «Разрушителя» в общий канал, сидя в бронекапсуле.

Дальнейшее сражение уже сложно было назвать битвой. Раз за разом корабли пиратов приближались, давали залп по одной цели. Как правило, щиты выдерживали, но не всегда. «Лудильщик» какое-то время держался, помогая восстанавливать прочность кораблям своей группы, но его пробили «Выжигатели» противника. А «Уничтожитель», имевший хоть и слабую, но атаку инфернального типа, от которой вообще ни у кого из присутствующих не было защиты, добил.

После этого исход битвы был уже предрешен. Стас, не переставая, «поливал» противников из «психушки», что не приносило абсолютно никакого эффекта. Кирк пытался получить ответ от Ватмана на вопрос «Зачем?». Но в ответ донатер лишь хохотал, глумился и плевал оскорблениями.

Когда, наконец, последние союзные корабли были повержены и стас остался один против пятерых, он перестал вести огонь по противнику. Теперь вся энергия уходила на маневрирование.

– Беги, беги, неудачник: далеко не убежишь, – смеялся Ватман, – энергия закончится, и потом а-та-та тебе сделаем.

Перед самым вылетом стас капитально запасся энергоячейками, именно поэтому «Искуситель» до сих пор мог вести сражение. Оставалось меньше минуты действия «Коконов шелкопряда»: тянуть время и экономить энергию – такой план.

– Что ждешь, когда баф закончится? – с улыбкой спросил капитан «Варлока». – Вот смотри.

С этими словами Ватман обновил действие защиты от псионической энергии на всех кораблях своей группы, потратив еще пять артефактов.

– И много их у тебя? – спросил стас, опустошая очередную энергоячейку.

– Поверь, на тебя хватит и еще останется, – ответил пират.

Терять корабль было жалко и обидно: подумать только, чего стоило его построить. Не менее обидно было и за ребят, с которыми стасу пришлось провести последние несколько часов. Парни неделями добывали ресурсы, чтобы построить свои корабли. А транспортник! Да там же вообще целое состояние. И похоже было, что очень скоро все это разворуют и утащат к себе на базы мародеры, которые даже играть честно не умеют.

Но больше всего обидно было стасу, когда он представлял себе довольное лицо Ватмана, одерживающего победу. Победу над противниками, у которых даже шанса не было. Победу, купленную за деньги, хоть и за немалые.

– Похоже, все… – расстроено пробурчал в канал группы Кирк.

– Приятно было с вами… – начал, было, Том.

– Подождите! – закричал стас: его взгляд только что ненароком упал на иконки бафов противников.

– Что, есть еще козырь в рукаве? – спросил капитан «Бегемота».

– Да! – коротко ответил стас. Сейчас главное было не спугнуть удачу. Никаких переговоров с противником: поймут по голосу, считай, – все пропало. Молчать и ждать!

Пилот «Варлока», пытаясь догнать стаса, постоянно держал свой корабль в зоне поражения «Искусителя».

Правильно: чего Ватману бояться-то? Любой выстрел стаса лишь уменьшал энергозапас «Искусителя», а значит, только приближал его неизбежное поражение. Тем более, что пробить псионическую защиту «Варлока» было невозможно.

Правда, через несколько секунд у «Варлока» должно было закончится действие «Кристалла молнии», дающего защиту от энергитического оружия. Но вряд ли имело смысл восстанавливать защиту от энергии и, тем более, тратить для этого дорогущие артефакты, если в бою против пиратов остался лишь один стас на корабле, тип которого никогда не использует энергитическое оружие.

Ну, или почти никогда не использует. Стас взял в автоматический прицел «базовой энергопушки» корабль Ватмана, продолжавшего бросать оскорбления в адрес пилота «Искусителя». Трех хороших попаданий вполне должно было хватить. Но даже в случае промаха, пока Ватман сообразит, что сейчас произошло, у стаса может быть время еще на один-два выстрела.

Стас дождался, пока закончится действие энергозащиты «Варлока», на мгновение прикрыл глаза, призывая удачу, трижды прожал атаку и, уже открывая глаза, крикнул в общий канал связи:

– СПОРИМ, ТЫ ЭТОГО НЕ ОЖИДАЛ!!!

Но, посмотрев отчет о повреждениях, стас понял, что Ватман его уже не слышит. Три выстрела – три попадания, из которых два нанесли критический урон. «Варлок» просто разлетелся на куски, причем не метафорически, а буквально: если при уничтожении корабля на его борту оставались артефакты, они детонировали, причем их взрыв всегда был настолько мощным, что даже спасательная бронекапсула не выдерживала.

– Огоооо!!! – закричали сокомандники стаса.

– Так держать! – воскликнул Том.

Тем не менее бой еще не был окончен. У противника осталось еще четыре корабля. И все четыре были под защитой «кокона шелкопряда» на ближайшие десять минут.

Как только энергия в обменнике восстановилась, стас профокусил ближайший из кораблей противника, оказавшийся «Выжигателем». Но из трех выстрелов результативным был только первый. Остальные два наткнулись на «базовый энергощит». Противники уже очнулись и активировали энергетическую защиту.

Пираты поспешно вышли из зоны поражения стаса и сгруппировались, включив режим уклонения от атаки. Теперь для того, чтобы атаковать противников, «Искусителю» пришлось бы выйти из режима уклонения и самому идти на сближение, рискуя подставиться под контратаку. А поскольку защиты у стаса не было от слова совсем, такой маневр был бы равносилен самоубийству. Да и особо смысла не было: ближайшие десять минут пираты под действием «Кокона», базовая энергопушка так же бесполезна из-за щитов. А значит, нужно и дальше использовать форсаж и тратить дорогущие энергоячейки. Их по какой-то случайности стас взял с запасом боев на десять.

К счастью, противники не знали, сколько энергоячеек осталось у стаса, и скорее всего думали, что «Искуситель» вот-вот исчерпает свой энергозапас, а значит, рассчитывали на максимальную агрессию со стороны стаса в тот момет, когда у них закончится действие защиты от «психушки».

Когда действие «кокона» прекратилось, «Уничтожитель» и один из «Выжигателей» резко пошли на сближение с «Искусителем». Видимо, решили, что стас сейчас будет делать то же самое, но они ошиблись. Пилот «Искусителя» как раз ждал этого: один выстрел «психушки» в «Уничтожитель» и два выстрела в «Выжигатель» – оба корабля моментально вышли из боя.

Оставались «Разрушитель» и второй «Выжигатель», но они, видимо, приближаться вообще не собирались. Их стас подловил в момент, когда они обновляли щиты: быстро приблизившись, он оглушил «шокером» одного и атаковал второго. Тут же спешно отступил и следующей атакой добил обоих.

Как только бой был завершен, «Бегемот» вышел из режима глухой обороны. Стас и Кирк быстро реанимировали и пристыковали к транспортнику корабли своей группы.

Капитан «Бегемота» какое-то время повозмущался по поводу того, что бой сильно затянулся, из-за чего всю группу «протащило» инерцией мимо цели и теперь ему нужно было тратить дополнительную энергию для того, чтобы вернуться. После этого был проложен новый маршрут. И спустя еще минут пятнадцать, транспортник вместе с пристыковыными к нему кораблями наконец-то достиг конечной точки своего путешествия.

Когда все прибыли в безопасную зону, сразу же началась возня с оформлением груза и ремонтом пострадавших кораблей. Капитану «Искусителя» стало скучно: всем было не до него.

Оплату за сопровождение можно было ждать не раньше разгрузки торгового корабля. До этого времени стасу делать тут было особо нечего, посему, недолго думая, он вызвал главное меню и вышел из игры.

Пробуждение

Сознание перенеслось в тело, как всегда, мгновенно. Тут же пиликнул терминал, сообщая о том, что система жизнеобеспечения отключилась. Игрок под именем стас, которого на самом деле звали Денис, пошевелился, потягивая мышцами, и приоткрыл глаза. В комнате был полумрак, но по мере того, как адаптировалось зрение, свет в помещении становился всё ярче.

Технология переноса сознания была открыта еще в самом начале века. Разум человека при помощи специального аппарата отправляли на гелевый диск-кристалл и обратно.

Скопировать сознание было невозможно: слишком много данных приходилось обрабатывать в процессе, а вот переместить целиком оказалось намного проще. Весь процесс происходил моментально, словно перешагиваешь из одной комнаты в другую.

Ученые долго пытались найти применение этой технологии, пробовали использовать её в медицине, добыче ресурсов, промышленности и даже в военных технологиях, но особой пользы от неё получить так и не смогли. А вот в игровой индустрии перемещение сознания очень хорошо прижилось, несмотря на то, что в самом начале возникли сложности с адаптацией системы.

Проблема была в том, что человеческий разум, будучи перенесенным на диск-кристалл, находился в состоянии, похожем на сон, и никакой активности не проявлял. Потребовалось немало времени и усилий для того, чтобы наладить взаимодействие между разумом и виртуальным миром.

Но после достижения первых успехов корпорации было уже не остановить. С каждым днем улучшалось качество игр, постоянно добавлялись новые возможности, полностью меняющие ощущения.

Если в первых версиях можно было различать только базовые цвета и простые геометрические фигуры, то спустя полвека от реальности игру было уже не отличить.

В самых продвинутых играх были доступны и вкусы, и запахи. А в некоторых присустствовал даже симулятор эмоций.

Процесс перемещения считался абсолютно безопасным, поскольку все соединения всегда были полностью защищены от любых непредвиденных ситуаций и на всякий случай продублированы дополнительным маршрутом.

На случай возможных нарушений в защите имелась куча правил, которые создатели игр неукоснительно обязались соблюдать. За мельчайшие их нарушения виновников запросто могли выгнать на поверхность планеты, что, по сути, было равносильно смерти, если даже не хуже.

Проще говоря, случаев, когда кто-то погибал во время переноса в игру или обратно, не было. Считалось, что перемещение – это даже безопаснее, чем ездить в лифте.

Терминал, в котором лежал Денис, чем-то напоминал немного углубленную в пол ванну, имеющую множество разнообразных проводов и наполненную противной склизкой желтой желеобразной жижей.

Провода нужны были для соединения и переноса сознания на сервер. Жижа – в основном для того, чтобы защищать тело от всевозможных травм вроде пролежней во время длительного сеанса. Так же она обогащала кожу кислородом, успокаивала, увлажняла и ещё всё то, что там в рекламе обычно говорят.

Помимо этого, терминал был оснащен системой жизнеобеспечения, которая автоматически включалась на время переноса сознания в игру.