Чупакабра. Осада

Шестая история из жизни эксперта-криминалиста Аграфены Волиной

Первая серия

Кулешов и Игнатьев сидят на лавочке. Чувствуется, что только состоялся тяжелый разговор. Кулешов поднимается и проходит перед Игнатьевым.

– Да, Саша, обрадовал ты меня. Нечего сказать. Кто-то усиленно пытается меня подставить.

– Извини, Юра, – говорит Игнатьев, – но не сказать тебе я не мог.

– Спасибо, – благодарит Кулешов, – Ты всё правильно сделал. Кто-то хорошо хапнул и всё спишет на меня.

Кулешов снова садится на лавочку.

– Что будем делать?

– Будем искать преступника, – предлагает Игнатьев.

– Согласен.

– Ты никого не подозреваешь?

– Это мог сделать только кто-то из руководящего эшелона, – предполагает Кулешов.

– Я тоже так думаю, – соглашается Игнатьев.

– Найди его, Саша. Я тебе буду вовек благодарен.

– Может, сразу в прокуратуру? – Предлагает Игнатьев.

– Нельзя поднимать шум, – возражает Кулешов, – Давай сначала сами найдём, кто это сделал, а уж потом будем подключать органы.

– Как скажешь.

– И действуй осторожно, Саша. Ты же понимаешь, что здесь большие деньги крутятся. За них могут и голову оторвать.

– Конечно, – соглашается Игнатьев.

– На меня можешь полностью рассчитывать.

– Само собой, Юра.

В комнате общежития – Юсов. Он одевается. В дверь стучат.

– Да-да, войдите!

В комнату заглядывает Захаров.

– Ты уже всё? – Интересуется он.

Юсов счастливо улыбается.

– Спасибо, Сережа, ты настоящий друг.

– Да, чего там… – машет рукой Захаров.

– Она замечательная…

– Я это понял.

– А ты-то где ночевал? – Спрашивает Юсов.

– Наконец, поинтересовался! – Говорит Захаров, – Не переживай, Юра. Я – на кухне. У нас там диванчик стоит.

– Извини, друг, – произносит Юсов, – но не мог же я её к себе домой привезти. У меня там мама. Она нервничает, когда я… Ну ты сам понимаешь…

– Понимаю.

– А ты целую комнату в общаге занимаешь.

– Можно я побреюсь, – напоминает Захаров, – а то на работу нужно идти.

– Давай, а я пока чайник поставлю.

– Прямо по коридору, справа.

– Понял.

Юсов берет чайник и выходит из комнаты. Захаров принимается бриться.

В кабинете находится директор школы и учитель. Директор, закончив читать, откладывает в сторону тетрадь.

– Да-а-а!

– Как вам этот детский опус, Галина Андреевна? – Качает головой учительница.

– Впечатляет, Инна Александровна.

– Ребёнку всего десять лет, а описывает такие ужасные вещи, – возмущается учительница, – И, заметьте, со знанием дела.

– Согласна. Глубоким знанием.

– И это сочинение «О моей любимой маме»!

Директор читает:

– «Моя любимая мамочка целый день режет закоченелые трупы, чтобы отделить больные органы от здоровых и по ним определить, отчего умер человек».

– Это ещё ничего, – говорит Инна Александровна, – Вы вот это почитайте.

Галина Андреевна выполняет просьбу учительницы:

– «Мою маму на работе называют Чупакаброй. Это страшное чудовище, которое питается человеческим мясом и пьет людскую кровь. Но я всё равно её люблю». Бедный ребёнок!

Директор закрывает тетрадь и поднимается из-за стола.

– Инна Александровна, вы вызвали мать в школу для беседы?

– Вызвала, Галина Андреевна, – подтверждает учительница, – Она сейчас должна прийти.

– Вот и побеседуем с ней. Нельзя допустить, чтобы травмировалась детская психика.

– Согласна.

– Вы с этой мамочкой, которая таскает своего ребёнка по моргам, раньше встречались? – Спрашивает Галина Андреевна.

– Нет, – отвечает Инна Александровна, – В школу всегда приходила бабушка.

– А бабушка точно такая? Или вменяемая?

– Как вам сказать? – Пожимает плечами учительница, – Как все мы – учителя общеобразовательной школы. До пенсии она работала завучем.

– Значит, тоже со странностями, – делает вывод директор.

В комнату входит Юсов, внося чайник с кипятком.

– Где у тебя сахар? – Спрашивает он.

Захаров упаковывает и прячет электробритву в тумбочку.

– Юра, сахара нет…

Юсов сочувственно смотрит на Захарова.

– Ладно, будем пить чай без сахара.

Захаров ставит на стол две чашки.

– А чай у тебя есть?

Захаров вынимает из подвесного шкафчика коробку из-под чая, открывает её. Коробка пуста. Захаров, озабочено, чешет затылок.

– Юра, чая тоже нет.

Юсов вздыхает.

– Сережа, тебе немедленно нужно жениться.

– Это же я могу сказать и тебе.

Юсов ставит чайник на стол.

– Ладно. Попьем кофе по дороге.

Игнатьев оглядывается по сторонам. Убедившись, что никого рядом нет, вынимает мобильник и набирает номер. Ждет, когда ему ответят.

– Слушаю? – Слышит он из трубки мужской голос.

– Товарищ генерал, это вас капитан Игнатьев беспокоит, – быстро говорит он.

– Какой Игнатьев?

– Из транспортной полиции.

– Слушаю вас, товарищ капитан? – Через паузу произносит генерал.

– Мне нужно с вами встретиться.

Генерал Зырянов едет в машине и говорит по мобильнику.

– Запишитесь на приём и приходите.

– Не могу, товарищ генерал, – отвечает Игнатьев.

– Почему?

– Это может стоить мне жизни. И не только мне. Речь идёт об огромных хищениях в Центре закупок РЖД.

– Что говорит по этому поводу ваше руководство? – Спрашивает Зырянов.

– Его я не ставил в известность.

– Есть причины не делать этого?

– Я просто боюсь, что могу нарваться на того, кто это «крышует», – сообщает Игнатьев.

– Почему обратились ко мне? – Интересуется генерал.

– Мне вас рекомендовал полковник Телегин. Он же дал и телефон.

– Приезжайте, – говорит Зырянов.

– Не могу, товарищ генерал.

– Что вы предлагаете?

– Встретиться на нейтральной территории.

– Где?

– Через час в парке на Крестовском острове, – предлагает Игнатьев.

– Как я вас узнаю?

– На мне клетчатая рубашка и темные очки.

– Хорошо.

Генерал прячет трубку мобильного телефона и наклоняется к водителю:

– Разворачивайся. Едем на Крестовский.

Раздается стук в дверь кабинета директора школы. Учительница и директор на мгновение замирают.

– Это, кажется, она, – сообщает учительница.

Директор кивает:

– Вы готовы?

– Готова, – отвечает учительница.

– Войдите! – Громко произносит директор.

Дверь распахивается, в кабинет залетает Волина в своём необычном фирменном наряде с черными губами, ярко подведенными глазами и с копной афрокосичек на голове.

– Здравствуйте, девочки! Вы меня вызывали? Что случилось? Наводнение? Землетрясение? В школе вспыхнул очаг холеры и требуется срочная эвакуация?

Директор и учитель заворожено следят за Волиной, которая спокойно проходит по кабинету и садится в директорское кресло.

– Насколько я знаю, моя дочь не на последнем месте по успеваемости. Рассказывайте, почему вы хотели меня видеть?

Первая в себя приходит директор.

– Вы – мама Клавы Волиной?

– Да, – улыбается Волина, – Разве не похожа?

Игнатьев выходит из здания и направляется к своей машине. Смотрит по сторонам и только, убедившись, что опасности нет, ступает на дорогу. Добегает к машине быстро, быстро открывает дверь и быстро прыгает за руль.

– Вы что-то хотели? – Спрашивает Волина.

Директор, глядя на Волину, понимает, что говорить с ней не имеет смысла.

– Уже ничего, мамочка.

– Зачем тогда меня вызывали? – Интересуется Волина.

– До вашего прихода я была уверена, что вам необходимо знать, – объясняет директриса, – у Клавы есть некоторые проблемы с психикой.

– Что изменилось с моим приходом? – изображает улыбку на лице Волина.

– Я просто поняла, откуда это у неё, – говорит директриса.

Захаров и Юсов выходят из кафе, направляясь к машине.

– Ты меня на работу подбросишь? – Спрашивает Захаров.

– Конечно, – подтверждает Юсов, – А твоя машина где?

– На профилактику загнал. Что-то с тормозами…

Юсов останавливается и вопросительно смотрит на своего друга:

– Ты меня сегодня снова выручить сможешь?

– Что, опять? – Вскрикивает Захаров, – Юра, имей совесть, я хочу отоспаться.

Игнатьев заводит машину и снова смотрит по сторонам. Не заметив ничего подозрительного, трогается с места, выворачивая машину на дорогу, по которой нескончаемым потоком идёт автотранспорт.

Втиснувшись между легковушкой и автобусом, Игнатьев ведёт машину на Крестовский остров.

Директор протягивает Волиной тетрадь дочери.

– Если вам не безразлична ваша дочь, то вы обязательно отреагируете на это сочинение. Почитайте.

Волина, ничего не понимая, открывает тетрадь.

– Хорошо.

– Если вы не увидите ничего странного, – сообщает директриса, – ничем не смогу помочь.

– Я почитаю. Только вы не волнуйтесь, – кивает ей Волина и начинает читать вслух, – «Моя любимая мамочка. Сочинение». Здорово! Мне уже нравится.

Учитель, забившись в угол, тяжело вздыхает.

– «Я очень люблю свою маму». Я тоже тебя люблю, моя деточка, – Волина поднимает глаза на директора школы, – Я пока не вижу ничего странного.

– Читайте дальше!

Автобус уходит в сторону, а за машиной Игнатьева пристраивается черный джип. Игнатьев обращает внимание на тонированные окна, и тревога охватывает его.

На перекрёстке он останавливает машину на красный свет светофора. Джип тормозит за ним. Не дожидаясь зелёного света, капитан Игнатьев нажимает на газ. Машина рвёт с места. Джип проделывает тот же маневр: на красный свет он следует за машиной Игнатьева.

Теперь капитан понимает, что джип преследует именно его. Он перестраивается в первый ряд и резко сворачивает вправо. Джип не отстаёт. Тогда Игнатьев решает действовать по-другому.

Он притормаживает у кафе и выходит из машины. Джип тоже останавливается недалеко, но из него никто не выходит. Игнатьев закрывает машину и направляется в кафе.

– «Я очень хочу её видеть каждый день, – продолжает читать Волина, – Она постоянно находится на работе и редко приезжает к нам с бабушкой». Прости меня, доченька, я обязательно сегодня приеду.

– Дочерью нужно заниматься постоянно, – бросает ей директриса, – а не наскоками, перекладывая ответственность в воспитании на бабушек и дедушек.

– И школу, – добавляет учительница.

– Я не перекладываю, – говорит Волина, – Они сами мне помогают.

– Ну, конечно! – Хлопает в ладоши директор.

– Между прочим, они занимаются своей родной внучкой, – уточняет Волина.

– Ладно, – машет рукой директриса, – Это ваше внутреннее семейное дело. Я не собираюсь в него вмешиваться. Читайте дальше.

Волина снова смотрит в тетрадь:

– «Я очень люблю ходить к ней на работу. Она работает главным хирургом в морге. А помогает ей мой друг дядя Коля», – Она снова обращается к педагогам, – Ей так нравится, когда дядя Коля предлагает ей пойти посмотреть на мертвецов.

– Серьёзно? – Хмыкает директриса.

– Да, – произносит Волина, – А их она боится.

– Ещё бы! – Возмущается учительница.

– Это у них такая игра, – рассказывает Волина.

– Хорошая игра, – осуждающе качает головой учитель, – Нечего сказать.

Игнатьев входит в кафе и сразу идёт в служебные помещения. Его пытается остановить толстый бармен.

– Мужчина, туда нельзя.

Игнатьев показывает удостоверение.

– Мне можно.

Бармен, испугавшись, начинает суетиться вокруг нежданного посетителя.

– Что случилось? У нас всё в порядке.

– Где служебный выход? – Спрашивает Игнатьев.

– Сейчас я вам покажу, – бармен втягивает живот и пытается протиснуться в тесном помещении между Игнатьевым и стенкой, возле которой стоят картонные ящики из-под вина, – Извините.

Ему это с трудом удаётся.

– Идите за мной.

Несмотря не свои габариты, двигается он быстро. Игнатьев едва поспевает за ним. Бармен проходит по лабиринту коридоров и выводит его к двери, которую тут же услужливо распахивает.

– Вот.

Игнатьев останавливается на пороге.

– Выход на соседнюю улицу есть?

Бармен кивает.

– Да. Только туда и есть.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – отвечает бармен, – Если надо ещё, приходите и проходите сколько угодно.

Он выдыхает только после того, когда Игнатьев исчезает из поля зрения.

– «Мама и дядя Коля разделывают трупы на кусочки, – громко читает Волина, – и потом изучают их под микроскопом».

– Всё! – Обрывает её учительница, – Я больше не могу это слышать! Хватит! Вы что, не понимаете, что это не нормально, когда десятилетний ребёнок пишет в восторженных тонах про такой ужас?

– А что вас смущает? – Спрашивает Волина.

– Ну, знаете ли! – Разводит та руки в стороны, – Это уже не в какие рамки не влезает.

– О каких рамках вы говорите, уважаемая? – Задает вопрос Волина, – О тех, которые вы себе поставили?

– Не я, а общество, – возражает учительница.

– Если бы вы их не выдумывали, дорогая моя, – продолжает Волина, – то девочки знали бы больше о своём организме и не рожали в двенадцать лет. И я рада, что моя дочь в этом смысле грамотный человек и не наделает кучу глупостей из-за невежества.

– Мамочка, вы не смешивайте одну проблему с другой, – вступает в разговор директор школы.

Волина поднимается с места.

– Я не вижу в этом никаких проблем. Ребёнок интересуется всем, а это здорово. Я уверена, что, случись что-либо с одноклассниками, она сможет оказать первую медицинскую помощь, в отличие от многих.

– Не об этом идёт речь.

– О чем? – Спрашивает Волина.

Директриса поднимается и говорит стоя:

– Это похвально, что девочка всем интересуется. Но вот вопрос: не рано ли для десятилетнего ребёнка?

– Вы же сами восторгаетесь, когда дети начинают читать в раннем возрасте, – аргументирует Волина.

– Что вы сравниваете! – Не выдерживает директриса, – Это же литература…

– А это – анатомия, – пожимает плечами Волина, – Не вижу разницы.

Капитан Игнатьев ждет генерала Зырянова, сидя на скамейке. Когда тот подходит, Игнатьев встает.

– Это вы мне звонили? – Спрашивает Зырянов.

– Так точно, товарищ генерал.

– Давай присядем, капитан.

Они усаживаются на скамейку.

– Слушаю вас? – Смотрит генерал на Игнатьева.

– Я проводил проверку деятельности Центра закупок РЖД, рассказывает тот, – и обнаружил хищение в особо крупных размерах, когда приобреталось оборудование.

– Почему вы обратились ко мне, а не к своему непосредственному руководству?

– Василий Иванович, боюсь, что кто-то в нашем руководстве связан с этим делом, – вздыхает Игнатьев.

– Тогда мы не сможем вам помочь, – заканчивает разговор директор школы.

– А мне не нужно, чтобы вы помогали, – сообщает Волина, – Мне нужно, чтобы вы учили.

– Ну, знаете! – Возмущенно поднимает плечи директриса, – С таким подходом, мы ничего не добьёмся.

– А вы постарайтесь.

Директор поднимается с места.

– Мы поставили вас в известность, а вам делать выводы.

– Большое спасибо, – благодарит Волина, – Выводы я уже сделала.

– Можно поинтересоваться, какие? – Спрашивает директор школы.

– Уделять больше внимания своей дочери, – отвечает Волина, – Быть чаще с ней.

– Ну, хоть в этом у нас сошлись мнения, – поджав губки, говорит директор.

По параллельной аллее проезжает черный джип. Из него высовывается киллер и стреляет в сторону Зырянова и Игнатьева из пистолета.

Зырянов и Игнатьев падают на землю. Зырянов открывает ответный огонь по джипу.

Черный джип, пропетляв по дороге, выезжает из парка и скрывается за поворотом. Зырянов бросается к Игнатьеву. Тот тяжело ранен.

– Вы как?

– Я, кажется, отгулял своё, товарищ генерал, – сообщает Игнатьев.

– Держись, капитан, – просит Зырянов, – У нас замечательный доктор есть. Она тебя быстро заштопает и на ноги поставит.

– Василий Иванович, вы с Юрой Кулешовым поговорите, – тяжело дыша, произносит Игнатьев, – Он в курсе всего. Он поможет.

– Хорошо, капитан.

Игнатьев теряет сознание. Зырянов достает мобильник и набирает номер. Ему отвечает Волина:

– Слушаю?

– Александра Леонидовна, это вас Зырянов беспокоит, – быстро говорит генерал, – Нужна ваша помощь.

Волина говорит по телефону.

– Что случилось, товарищ генерал?

Директор и учитель внимательно слушают.

– Ранен капитан Игнатьев, – сообщает Зырянов, – Нужна срочная операция.

– Какое ранение?

– Пулевое, Александра Леонидовна.

– Везите в больницу скорой помощи, я скоро буду.

Волина прячет трубку в карман и поворачивается к директору.

– Простите, но я вынуждена вас покинуть. Служба.

– Вы служите в морге? – Удивленно произносит директриса.

– Нет, – отвечает Волина, – Я – сотрудник судебно-медицинской экспертизы. Занимаюсь расследованием преступлений.

– Вот как? – пожимает плечами директор школы.

– А, глядя на вас, не скажешь, – добавляет учительница.

– Открою секрет, – Волина понижает голос до шепота, – Я сейчас занимаюсь секретным делом, потому приходится соблюдать конспирацию, чтобы не спугнуть убийцу.

– Теперь понятно, почему у вас такой вид, – вежливо кивает директор.

– До свидания, – прощается Волина.

– Не будем больше вас задерживать.

Директор поднимается из-за стола. Волина выходит из кабинета. Педагоги переглядываются.

– «Чтобы не спугнуть убийцу»? – повторяет учительница, – Да, глядя на неё, он точно заикой станет.

Медбрат увозит Игнатьева на коляске в операционную. Зырянов провожает его взглядом. В приемный покой заходит Волина.

– Что случилось?

– Сидели, разговаривали, – говорит Зырянов, – Они подъехали и начали стрелять.

– Ни с того, ни с сего?

– Да нет, Александра Леонидовна. Ни с того, ни с сего стрелять не будут.

– Куда ранение?

Генерал теряется:

– В… тело.

– Ясно, товарищ генерал, – вздыхает Волина.

– Спасите его, – просит Зырянов, – Он очень ценный свидетель и настоящий полицейский.

– Постараюсь.

В приемный покой забегает Захаров.

– Здравия желаю, товарищ генерал!

– Здравствуй. Серёжа! – Кивает Зырянов.

Захаров поворачивается к Волиной:

– Добрый день, Александра Леонидовна.

– Здравствуйте, Сергей Алексеевич, – сухо отвечает она, – Как прошло свидание?

– Какое свидание? – Удивляется полковник.

– С корреспонденткой… Дроздовой. Она вам всё рассказала про криминальную обстановку в нашем городе?

– Конечно, Александра Леонидовна, – говорит он, – А вас просветили, куда лучше вкладывать деньги?

Зырянов смотрит на них, не понимая, что происходит.

– Не только просветили, – произносит она, – но и сразу вложили.

– Для того чтобы вкладывать, нужно иметь.

– Вы хотите сказать, что у меня нет денег?

– Откуда они у вас, Александра Леонидовна? – Преувеличено спрашивает Захаров, – На вашу зарплату можно только в продовольственный магазин один раз в месяц сходить. Или Попов деньги выделил, как спонсор?

– Откуда вы узнали? – Спрашивает театрально Волина, – Ах, да! Я и забыла, что вы теперь – ас в криминалистике. С таким консультантом, как Дроздова, вы всех бандитов пересажаете.

Зырянов кашляет.

– Можно, вы потом поругаетесь.

Волина и Захаров одновременно поворачиваются к Зырянову и вместе говорят:

– А вы не вмешивайтесь…

– …товарищ генерал! – Захаров понимает, что горячится, – Ой, извините!

Зырянов, извиняясь, поднимает руки.

– Ребята, Игнатьев в операционной.

Волина направляется в операционную. Зырянов и Захаров остаются одни.

В кухне Зоя Николаевна и Клава. Зоя Николаевна готовит обед. Клава лениво кушает.

– Чего мать в школу вызывали? – Спрашивает бабушка.

– Поговорить, – сообщает внучка.

– О чем с ней можно поговорить? О покойниках?

– Именно о них с ней и будут говорить.

– Не поняла? – Останавливается Зоя Николаевна и смотрит на Клаву.

– Я в сочинении про маму о мертвецах написала, – объясняет девочка, – Ну, как мама их разделывает, а потом изучает.

– Зачем? – Спрашивает Зоя Николаевна.

– А как я могу писать про маму и не написать про них?

– Действительно, – качает головой бабушка.

– А учительница привязалась. Сказала, что у меня не всё в порядке с головой.

Зоя Николаевна откладывает в сторону тарелку и снимает фартук:

– Это у неё не все в порядке с головой. Одевайся.

– Зачем?

– Поедем к твоей учительнице, – говорит Зоя Николаевна, – чтобы выяснить, откуда у неё диплом о высшем педагогическом образовании?

Захаров подходит к Зырянову.

– Кто такой Игнатьев, товарищ генерал?

– Это капитан из транспортной полиции, – рассказывает Зырянов, – За ним, наверняка, следили. Иначе не узнали бы, где мы встречаемся.

– Что случилось?

– Он обратился ко мне за помощью. В ходе проверки Центра закупок РЖД, он обнаружил большие хищения.

– И во время встречи с вами в него стреляли? – Задает вопрос Захаров.

– Да.

– Значит, точно его вели.

– Но он мне успел сказать, – говорит генерал, – что ещё один человек в курсе событий, происходящих в Центре. Его друг Кулешов.

– Кто он, этот Кулешов?

– Я уже навел справки, – отвечает Зырянов, – Заместитель начальника центра организации конкурсных закупок РЖД.

– Большой человек!

– Боюсь, что и его тоже попытаются убрать, – высказывает предположение генерал, – Очень ценный свидетель.

– Значит, и ему нужно организовать охрану, – предлагает Захаров.

– Серёжа, в этом деле фигурируют большие деньги, – вздыхает Зырянов, – Никакая охрана не остановит тех, кто захочет его ликвидировать.

– Тогда его нужно на время спрятать куда-нибудь подальше, – делает вывод полковник.

– Согласен.

В операционной на столе лежит Игнатьев. Вокруг него располагаются Волина, ассистент и медбрат. Готовят Игнатьева к операции.

– Александра Леонидовна, вы к нам почти каждый день приходите, – говорит медбрат, – как на работу.

– Приходится, – улыбается она.

– Может, вернётесь? – Предлагает он.

– И не подумаю.

– Это мы вам так не нравимся? – Обижается медбрат.

– Да, – отвечает Волина, – Особенно твой длинный язык.

– А давайте его укоротим? – вносит предложение врач-ассистент.

– Нельзя, – сообщает медбрат.

– Почему?

– Как же я тогда тебя подкалывать буду? – Спрашивает медбрат врача-ассистента.

Тот бросает в медбрата марлевую повязку и поворачивается к Волиной:

– У меня всё готово, Александра Леонидовна.

– Приступим, – произносит она.

В кабинете Зырянов, Захаров и Величко сидят за столом.

– Докладывайте, товарищи, что выяснили? – Говорит генерал.

– Основная версия, конечно, связана с последним делом, которое вел Игнатьев, – произносит Захаров, – Это хищение в Центре закупок РЖД.

– Но не стоит сбрасывать со щитов его прошлые дела, – вставляет Величко, – Там тоже достаточно обиженных наберётся.

– Что с машиной? – Задает вопрос Зырянов, – Выяснили, кому она принадлежит?

– Номер, который вы мне передали, – докладывает капитан, – Кашин пробивает по всем базам.

– Кто займётся охраной Кулешова?

– Капитан Величко, – предлагает полковник, – У него уже имеется опыт в такого рода деятельности.

– Помню, – кивает генерал, – Надеюсь, он не будет делать те же ошибки, что и прошлый раз?

– Какие ошибки, товарищ генерал? – Спрашивает Величко.

– Вы забыли, как потащили свидетеля в логово террористов? – Напоминает генерал.

– Ну, я же осознал свою ошибку, товарищ генерал, – извиняется капитан.

– Кто займется проверкой Центра закупок? – Интересуется Зырянов.

– Я, – сообщает Захаров.

– Для этого необходимы знания бухгалтерии, – генерал удивленно смотрит на полковника, – Они у вас есть?

– У нас замечательный консультант имеется, – отвечает Захаров.

– Кто?

– Резников Игорь Яковлевич.

– Помню, – снова кивает Зырянов, – Он у нас по «Игле» свидетелем проходил. Он согласился?

– Да. Я ему час назад звонил. Он обещал взять неделю за свой счет.

– А кто будет охранять Игнатьева? – Спрашивает генерал, – Ведь киллер, попытается ещё раз убрать свидетеля.