Сюрприз для покойника

Первая серия

Панорама города Санкт-Петербурга с высоты птичьего полёта. Посыпается город. По городским улицам начинают двигаться первые трамваи. Люди выходят на улицы и двигаются в сторону метро.

Ранним утром сонный Кашин идет по городской улице. Это крепкий мужчина пред пенсионного возраста. За кадром звучит его голос:

– Меня зовут Виктор Петрович Кашин. Я работаю судмедэкспертом. Каждый день обследую убитых и составляю заключения об их смерти.

Всё, что происходит в этой сцене – гиперболически преувеличено. Будто действие происходит во сне. Где-то замедленно, а где-то ускоренно. Кашин в прозекторской проводит вскрытие трупа. Ноги трупа дергаются в конвульсиях. Кашин зловеще улыбается…

Сонный Кашин приходит на автобусную остановку. Смотрит на дорогу: нет ли автобуса? Впереди – пустынная улица.

– Если вы думаете, что покойники меня волнуют, то вы ошибаетесь. За свою долгую жизнь я их видел столько… что и не посчитать.

Понимая, что есть некоторое время, Кашин садится на лавочку, спиной опирается на спинку и закрывает глаза.

– Работа мне порядком надоела, но радует, что до пенсии мне осталось

всего девяносто восемь дней. Девяносто восемь…

Опять перед нами возникают кадры, похожие на сон: Кашин стоит на набережной с удочкой в руках. Поплавок прыгает на поверхности воды. Кашин наматывает леску на бобину. Она идет с большим трудом. Кашин старается изо всех сил. Результат улова – маленькая рыбка.

– Через девяносто восемь дней я буду только отдыхать.

На остановке никого нет. Поэтому Кашин расслабляется и вытягивает вперед ноги.

– Давным-давно я был женат. Жена ушла, потому что не выносила запах формалина. С тех пор я живу один в двухкомнатной квартире, которая досталась мне от родителей.

Продолжение сна Кашина: Он подходит к жене. Она принюхивается и начинает чихать от аллергии. Ставит на стол чемодан, в который забрасывает вещи. Затем закрывает его, забирает со стола и быстро покидает квартиру. Кашин садится на стул в центре комнаты и обхватывает голову руками. Сначала кажется, что он плачет, но потом принимается плясать от радости.

Заслышав шум двигающегося транспорта, он открывает один глаз, чтобы взглянуть на номер маршрута. Увидев нужный номер, медленно поднимается, подходит к бордюру и останавливается, дожидаясь пока длинный автобус, вывернет к остановке.

– И всё бы было ничего в моей жизни, если бы не Костя Гришин… В принципе: он хороший малый. У нас в отделе он появился недавно. Сам того не желая, меня подставил…

Продолжение сна Кашина: За столом в кабинете сидит Кречетова. Перед ней стоят Кашин и Гришин, опустив головы. Кречетова машет перед ними кулаком. Гришин показывает пальцем на Кашина. Тот отрицательно вертит головой. Кречетова поднимается из-за стола и грозно указывает Кашину в угол. Кашин вздыхает и идет в угол. Стоит в углу и горько плачет.

Громко скрипя тормозами, автобус останавливается и шумно открывает двери перед самым носом Кашина. Доведя до автоматизма ежедневную утреннюю посадку в общественный транспорт, Кашин загружается в автобус, который сразу трогается с места.

– На совещании отметил, что я подготовил заключение о смерти убитого в драке хулигана без проведения вскрытия. Мне объявили выговор и лишили премии…

В автобусе едут двое парней, женщина, девушка и двое мужчин забулдыжного вида Колымагин и Опалев. Кашин прикладывает проездной к валидатору, проходит в середину салона, усаживается у окна и закрывает глаза.

– Но я на него не в обиде. Молодой он ещё, не опытный. Со временем научиться, как быстро выполнять работу и не подставлять товарищей…

Опалев висит на поручне, а Колымагин оглядывается по сторонам.

Двое парней, отвернувшись, разговаривают друг с другом.

Женщина, положив голову на сумку, стоящую у неё на коленях, спит.

Девушка, уткнувшись в электронную книгу, читает.

Колымагин присаживается на сиденье, расположенное за спиной у Кашина. Делая вид, что смотрит в окно, одной рукой лезет во внутренний карман пиджака. Продолжая сидеть с закрытыми глазами, Кашин не замечает этого. Колымагин вытаскивает кошелёк и документы. Засовывает добычу себе за пазуху и снова оглядывается.

Пассажиры автобуса продолжают заниматься своими делами, не заметив произошедшего. Автобус останавливается на остановке. Колымагин поднимается с места и, схватив за грязный пиджак Опалева, тащит его наружу. С выдохом закрываются двери. Автобус продолжает движение.

Кашин дремлет, прислонив голову к окну, в котором мимо проплывают дома, только что проснувшегося города.

Кречетова входит в кабинет. Кашин и Гришин поднимаются с мест.

– Доброе утро.

– Доброе утро, начальница, – здоровается Кашин.

– Не правильно отвечаете, Виктор Петрович, – качает головой она, – Сколько раз вас нужно учить? Вот Константин Гришин знает, как отвечать.

Кречетова и Кашин поворачиваются к Гришину. Тот улыбается.

– Нужно говорить: «Доброе утро, любимая начальница»?

Она машет рукой:

– Подхалим! Я не это имела в виду. Нужно говорить, самая красивая женщина на свете.

– Это вне сомнения, Ольга Львовна. Это даже не обсуждается.

– Ладно, – Кречетова поворачивается к Кашину, – Виктор Петрович, вам срочно нужно выехать на вызов в Приморский район.

КАШИН: А больше некому?

КРЕЧЕТОВА: Некому. Гришин тоже едет.

КАШИН: С утра пораньше, Ольга Львовна? Даже чай не успел попить.

ГРИШИН: (напевает) «Наша служба и опасна, и трудна…»

КРЕЧЕТОВА: Во дворе дома 15 на Ланском шоссе на мусорке найден труп неизвестного.

КАШИН: На мусорке?

КРЕЧЕТОВА: На мусорке.

КАШИН: На голодный желудок?

ГРИШИН: Это же лучше, чем не сытый, Виктор Петрович.

КАШИН: (Гришину) Я бы на твоем месте помолчал.

КРЕЧЕТОВА: Виктор Петрович, через час жду отчет.

КАШИН: Если бы труп нашли в музее, вы бы туда Гришина послали. А как на мусорке – так сразу Кашина. Где справедливость?

КРЕЧЕТОВА: Отгадали, Виктор Петрович. Вы, наверное, слышали, что во время ремонта в доме Шереметьевых был найден клад.

ГРИШИН: Об этом сегодня в газетах написали и по телевизору передали.

КРЕЧЕТОВА: Костя, поедете туда.

ГРИШИН: Мне нужно сделать оценку антиквариата?

КРЕЧЕТОВА: Нет. С этим успешно справятся работники музея. У них свои эксперты есть. Знаю я одну… Ниязову…

ГРИШИН: Красивая.

КРЕЧЕТОВА: Да.

ГРИШИН: Тогда что остается мне?

КРЕЧЕТОВА: То, о чем умолчали средства массовой информации. Об ещё одной находке.

ГРИШИН: О какой?

КРЕЧЕТОВА: В тайной комнате кроме драгоценностей находились останки неизвестного человека.

ГРИШИН: Вот как?

КРЕЧЕТОВА: Вот его вам и придётся исследовать. Поезжайте на место и осмотритесь.

КАШИН: А я – на мусорку?

КРЕЧЕТОВА: А вы – на мусорку.

КАШИН: Где справедливость?

ГРИШИН: (снова напевает) «Часто слышим мы упрёки от родных, что работаем на мусорках одних…»

КАШИН: Паяц!

Кречетова смеётся и идет в свой кабинет. Кашин собирает вещи, а Гришин возвращается к столу.

У мусорки стоят следователь Куприянов, участковый Трубников и дворничиха Сидорова. Дворничиха рыдает навзрыд.

ТРУБНИКОВ: Сидорова, успокойся! Он мертвый, его не надо бояться.

СИДОРОВА: Тебе легко говорить, а я его руками трогала.

ТРУБНИКОВ: Он же тебе ничего не сделал.

КУПРИЯНОВ: Как малое дитя, в самом деле. Сидорова, возьмите себя в руки и прекратите истерику.

СИДОРОВА: Вот если бы вы его первый увидели, я бы посмотрела на вас.

К ним подходит Кашин.

КАШИН: Добрый день.

КУПРИЯНОВ: Привет Кашин!

ТРУБНИКОВ: А это свидетельница Сидорова. Она первая обнаружила труп.

СИДОРОВА: О, Господи! Страх какой!

КАШИН: Уведите её куда подальше, чтобы вопли её не мешали работать.

Трубников вопросительно смотрит на Куприянова. Тот машет рукой.

КУПРИЯНОВ: Веди, участковый. Все равно от неё толку сейчас нет.

Трубников подхватывает Сидорову под руку и ведёт со двора.

СИДОРОВА: Это теперь как же я буду в ящики мусор высыпать? Мне же он теперь везде мерещиться будет.

Кашин и Куприянов подходят к мусорному баку. В баке лежит мёртвый Колымагин с воткнутым в грудь по рукоять ножом. Кашин надевает перчатки и брезгливо проверяет пульс у убитого. Потом вынимает нож и прячет его в целлофановый пакет. Пакет закрывает и кладёт в портфель. Снимает перчатки и бросает их на Колымагина.

КАШИН: Ну, здесь всё понятно.

КУПРИЯНОВ: Когда его убили?

КАШИН: Сегодня. Точнее скажу, когда сделаю вскрытие.

КУПРИЯНОВ: Это будет долго?

КАШИН: Ну, как тебе сказать?

КУПРИЯНОВ: А быстрее нельзя? Посмотри на него сам. Бомж. Кто его искать будет? Напишем, что умер своей смертью. Быстро дело закроем и разбежимся?

КАШИН: Я хоть сейчас готов подписать протокол.

КУПРИЯНОВ: Идет. Я подготовлю документы и через час буду у тебя в отделе.

КАШИН: Там всё и порешаем.

Дом Шереметьевых затянут в строительные леса, которые прикрыты сверху сеткой зеленого цвета. Гришин подходит к дому и ныряет с проем, ведущий к парадной двери.

Гришин входит в здание и, минуя работающих строителей, поднимается по широкой мраморной лестнице на второй этаж дома Шереметьевых.

Проходит по анфиладе, состоящей из нескольких комнат, и входит в комнату, где были найдены драгоценности. В тайной комнате без окон установлены по углам четыре небольших прожектора, которые освещают все помещение.

От их света, разложенные по полу золотые и серебряные предметы, отливают загадочным блеском. Музейный работник Ниязова и Следователь Половенко раскладывают антиквариат по кучкам. Половенко, заметив Гришина, подходит к нему.

ГРИШИН: Привет, Гена.

ПОЛОВЕНКО: Здорово, Костя.

ГРИШИН: Где мой клиент?

ПОЛОВЕНКО: Сидит в нише. Мы его не трогали.

Половенко подводит Гришина к нише, где располагается высохший труп (мумия) неизвестного, сидящего в кресле среди драгоценностей. Одежда на нем хорошо сохранилась. Руки и ноги опутаны верёвками. Гришин подходит к нему ближе.

ГРИШИН: «И злой Кащей над златом чахнет…»

НИЯЗОВА: Хорошо сохранился.

Гришин вопросительно смотрит на Ниязову.

НИЯЗОВА: Ниязова… Александра… Старший научный сотрудник Исторического музея.

ГРИШИН: Гришин… Костя… Младший криминалист экспертного отдела Следственного Комитета.

НИЯЗОВА: Почему только младший?

ГРИШИН: Не дорос.

Ниязова оценивает рост Гришина.

НИЯЗОВА: Я бы так не сказала.

ГРИШИН: Мое начальство так не считает.

Они пожимают друг другу руки.

ГРИШИН: Рад познакомиться.

НИЯЗОВА: Я тоже.

Половенко показывает на комнату и нишу, в которой сидит покойник.

ПОЛОВЕНКО: Доступ воздуха в эту комнату был ограничен, поэтому он и сохранился.

НИЯЗОВА: Если вам понадобиться консультация – я рядом.

Гришин кивает. Ниязова продолжает описывать драгоценности. Гришин проводит внешний осмотр. Ниязова заинтересовано следит за Гришиным.

ГРИШИН: Причину смерти определять буду, когда проведу вскрытие.

ПОЛОВЕНКО: Причина и так видна. Истощение. Его кто-то связал и бросит умирать от голода.

Гришин достает диктофон, включает его:

ГРИШИН: Сегодня 20 октября, 16 часов. Я эксперт Гришин провожу внешний осмотр трупа, найденного в доме Шереметьевых.

Половенко внимательно слушает Гришина, хмыкает.

ГРИШИН: Рост – 156 сантиметров, вес – приблизительно 48 килограммов. Видимых внешних повреждений нет.

Тихо работает диктофон, фиксируя слова Гришина. Он открывает рот покойника. Во рту обнаруживает золотые монеты.

ГРИШИН: Во рту находятся золотые монеты.

Он вынимает из специального чемоданчика пинцет. Им достает монеты и сразу упаковывает в целлофановый пакетик. Ниязова обращает внимание на монеты. Половенко подходит ближе, чтобы рассмотреть их.

ПОЛОВЕНКО: Вот это да! Эта находка подтверждает вечную истину: жрать захочешь, и камень хлебом покажется.

К Гришину подходит Ниязова и показывает на монеты.

НИЯЗОВА: Что вы делаете?

Гришин вопросительно поворачивается к ней.

НИЯЗОВА: Их забирать нельзя. Это золотые монеты, чеканенные во времена Екатерины Второй.

Гришин улыбается ей в ответ.

ГРИШИН: Александра, ценными историческими артефактами они станут только после завершения расследования этого уголовного дела.

Гришин показывает на труп, сидящий на стуле и связанный по рукам и ногам.

ГРИШИН: А на данном этапе – это вещественные доказательства с месте преступления.

Кашин сидит за столом, сочиняя протокол патологоанатомического исследования трупа. Гришин прячет в ящик стола пакетик с золотыми монетами. Он кладет их рядом с пистолетом. Затем в компьютере ищет информацию о доме Шереметьева. В отдел заходит следователь Куприянов.

КУПРИЯНОВ: Здорово, честной компании!

ГРИШИН: Привет, коли не шутишь.

КАШИН: Уже здоровались.

КУПРИЯНОВ: Я не опоздал?

ГРИШИН: Смотря к чему? Если на раздачу орденов и медалей, то ты за нами. Если для получения выговора или чего более, то ты первый.

КУПРИЯНОВ: Спасибо, добрый ты наш.

ГРИШИН: Пожалуйста.

Куприянов подходит к Кашину и выкладывает у него на столе документы.

КУПРИЯНОВ: Вот, Виктор Петрович, принёс, как мы договаривались.

КАШИН: Я тоже не сидел, сложа руки. Все подготовил. Вот протокол обследования, а вот вскрытия…

ГРИШИН: Опять влетишь, Кашин.

КАШИН: Не каркай!

КУПРИЯНОВ: Да его никто не кинется, капитан, бомжа этого. Если бы ты его увидел, Костя, то сам согласился быстренько прикрыть это вонючее дело.

КАШИН: Мне нужно внести его данные в документы. Ты выяснил, как его фамилия?

КУПРИЯНОВ: А что её выяснять. При нём документы были. Пиши.

Кашин берёт ручку, пододвигает к себе протоколы и готовиться писать.

КУПРИЯНОВ: Фамилия у него: Кашин.

ГРИШИН: Ничего себе! Это случайно не ваш родственник, Виктор Петрович?

КАШИН: В гробу я видел таких родственников! Что, мало Кашиных в Петербурге? Однофамилец это. Понятно.

ГРИШИН: Понятно.

Кашин записывает, потом поднимает голову на Куприянова.

КАШИН: А имя и отчество?

КУПРИЯНОВ: Виктор Петрович.

ГРИШИН: О! Полный тезка, значит. Вы бы паспорт у него проверили, Виктор Петрович? Может, действительно, родную душу встретили? А то всё один, неприкаянный ходите.

КАШИН: Уже не встречу. Покойник он.

ГРИШИН: Жаль. Но это хороший знак.

КАШИН: С чего ты взял?

ГРИШИН: Может быть, эта смерть вам предназначалась, а он её забрал.

КАШИН: Не говори ерунды. Я по помойкам не шляюсь.

ГРИШИН: Ещё не вечер.

КАШИН: Костя, наши пути идут параллельно. Они никогда не пересекутся ни на этом, ни на том свете.

ГРИШИН: Эйнштейн в своей теории относительности утверждал обратное.

Кашин машет рукой и протягивает документы Куприянову.

КАШИН: Готово.

КУПРИЯНОВ: Приятно с тобой иметь дело, Виктор Петрович.

КАШИН: Опыт не пропьешь…

Куприянов быстро прячет документы в папку.

КУПРИЯНОВ: Я пошел…

ГРИШИН: Иди. Тебя здесь никто не держит.

Куприянов уходит.

Половенко набирает на мобильнике номер и прикладывает трубку к уху. Ему отвечает Гришин.

ПОЛОВЕНКО: Костя, что показало вскрытие нашего свеженького трупа?

ГРИШИН: Наш свеженький труп не такой уж свеженький, Гена. Клиент умер своей смертью предположительно в январе 1942 года от голода.

ПОЛОВЕНКО: Это точно?

ГРИШИН: Обижаешь, Гена. Экспертиза сейчас достигла огромных высот.

ПОЛОВЕНКО: А она, эта ваша экспертиза случайно не может назвать имя и фамилию этого трупа?

ГРИШИН: К сожалению, это придется выяснять тебе.

ПОЛОВЕНКО: Жаль. Ну, и за это спасибо.

В отдел входит Кречетова. Кашин поднимается из-за стола.

КАШИН: Ольга Львовна, разрешите доложить о быстром выполнении вашего задания.

КРЕЧЕТОВА: Какого задания?

КАШИН: О найденном трупе на мусорке.

КРЕЧЕТОВА: Спасибо. Надеюсь, что прокуратура не будет его возвращать нам на доследование.

КАШИН: Ну, что вы, Ольга Львовна. Там и без нас всё ясно, как Божий день.

ГРИШИН: Если не считать, что труп сам себя зарезал ножом. В спину…

Кашин удивленно вскидывает брови.

КАШИН: А ты откуда знаешь про нож?

ГРИШИН: Из анекдота. Труп упал на нож одиннадцать раз.

КАШИН: Мой не падал. Согласно судебно-медицинской экспертизе, мой умер собственной смертью.

ГРИШИН: А причем здесь нож?

КАШИН: Какой нож? Что ты меня путаешь? Никакого ножа не было.

КРЕЧЕТОВА: Хочу обрадовать вас, Виктор Петрович, что я подала в финансовый отдел рапорт на выплату премиальных по итогам работы за месяц.

КАШИН: Спасибо, Ольга Львовна. Я себе новую удочку куплю. Чтоб на пенсии рыбку ловить…

КРЕЧЕТОВА: Ну, вы здесь радуйтесь этой новости, а я на обед пошла.

У Кречетовой звонит телефон. Она отвечает на звонок.

КРЕЧЕТОВА: Слушаю, Офелия Шахволадовна? Что-то со Славиком? Нет… А что мама? Поняла. Сейчас буду.

КАШИН: Что-то серьезное, Ольга Львовна?

ГРИШИН: Что от вас хотела загадочная Офелия Шоколадовна?

Кречетова вздыхает.

КРЕЧЕТОВА: В саду сегодня будет проводить санобработку в связи с карантином. Заведующая попросила срочно забрать детей.

ГРИШИН: Может я чего-то не знаю, Ольга Львовна. У вас есть дети детсадовского возраста?

КРЕЧЕТОВА: Костя, не хами… Неужели, я так плохо выгляжу?

Гришин понимает, что сморозил глупость.

ГРИШИН: Я не хотел вас обидеть.

КАШИН: Внуки, Костя. У Ольги Львовны есть замечательный внук Слава.

Кречетова машет рукой.

КРЕЧЕТОВА: Ему простительно, Виктор Петрович. Он у нас новенький. Ещё не успел изучить всю мою родословную.

ГРИШИН: Я постараюсь, Ольга Львовна. Со временем. Обещаю.

Кречетова уходит. Гришин вздыхает.

ГРИШИН: Неудобно получилось…

Кашин собирает бумаги, лежащие на столе, в одну стопку. Ручки и карандаши определяет в стаканчик.

КАШИН: Костя, ты идешь на обед?

ГРИШИН: Сегодня я буду поститься.

КАШИН: По церковному календарю пост ещё не начался.

ГРИШИН: Виктор Петрович, мой пост связан не с великой верой во Всевышнего, а с элементарной нехваткой денежных средств. Я сейчас на мели.

КАШИН: Может, тебе одолжить?

ГРИШИН: Премного благодарен. Но не стоит меня развращать. Я должен сам научиться планировать свой бюджет. Если я сейчас возьму у вас деньги, мне их нужно будет потом отдать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.