Сеть орбитальной блокады

– Разумно излагаете, барон, – в голосе монарха отчетливо звучит раздражение. – А вам не приходило в голову, что их захват тоже может стать необратимым поступком? Не буду скрывать, в первый момент новость о том, что вы захватили и везете к нам Генриха и Сигизмунда вызвала у меня немалый душевный подъем, но теперь я смотрю на ситуацию несколько иначе. Нам предстоят очень тяжелые переговоры, и их исход далеко не предрешен. Для начала я хочу знать, что вы успели наговорить и наобещать лидерам коалиции за время пути в столицу.

– Ничего, ваше величество, – вот тут я уже не сдерживаюсь и всё-таки обозначаю легкое пожатие плечами. – Мы общались почти исключительно на бытовые темы. Обеспечить монархам привычный им комфорт я по понятным причинам не мог, и это не слишком их радовало. Однако, нужно признать, претензий с их стороны поступало немного. Единственное, что я им сказал, это что мы едем в Москву для переговоров с вашим величеством. Никаких деталей я не разглашал, да и не имел такой возможности.

– И своими соображениями о репарациях и передаче территорий тоже с ними не делились?

– Нет, ваше величество. Никто ведь не наделял меня такими полномочиями.

– Ну, хоть так, – с некоторым облегчением произносит император. – И что же, за время пути никто из пленников не попытался склонить вас к переходу на их сторону?

– Была одна попытка, ваше величество, но, как вы можете видеть, неудачная.

– Кто?

– Князь Михай.

– Понятно. Остальные, судя по всему, оказались умнее, – задумчиво кивает император. – А теперь, барон, раз уж именно вы стали причиной всех этих событий, я потрачу немного своего драгоценного времени и изложу вам реальный расклад, чтобы вы полностью осознали, во что всех нас втянули. С одной стороны, вы дали нам в руки очень сильный козырь. Вот только проблема в том, что один козырной туз не определяет исход всей игры. Несомненно, мы получили столь необходимую нам паузу в боевых действиях. Возможно, и даже почти наверняка, сумеем договориться о выводе войск коалиции с оккупированных ими территорий. Можно попытаться получить и репарации, причем даже не деньгами, а высокоранговыми артефактами. Звучит всё это весьма оптимистично, но вражеские монархи – это тоже товар, и он имеет свою цену. Далеко не бесконечную цену, барон.

Император на секунду прерывается и неспешно делает глоток вина из стоящего перед ним кубка. Всё это время он не отрывает взгляда от моего лица, словно оценивая, хорошо ли я понимаю его слова.

– Если перегнем палку, – чуть тише продолжает Богдан Первый, – не получим вообще ничего. Пленных объявят героями, зверски замученными русскими варварами, и на этой волне война возобновится с ещё большим ожесточением. Так что свои аппетиты по части репараций нам придется изрядно поумерить. И что мы будем иметь в итоге? За счет полученных артефактов наша армия станет несколько сильнее, но заставить врага передать нам слишком много конструктов тайкунов и устройств кибов мы не сможем. Объединенное войско вражеской коалиции всё равно будет ощутимо превосходить нас и по численности, и по качеству вооружения. Война уже наглядно показала, что мы отстаем от врага как по технологиям, так и по количеству и оснащенности морфов. Это понимаем мы, и это же знают наши враги. Да, мы подпишем мирный договор, но кому при таком раскладе интересна бумажка с красивыми печатями? А потом настанет момент, когда в ответ на все уступки противников нам придется отпустить пленных монархов, князя Михая и лорда Уильямса. Как вы думаете, барон, что случится практически сразу после этого?

– Новая война, ваше величество. Если всё сделать именно так, как вы описали, противник перегруппируется, соберет ещё больше сил и опять на нас нападет.

– А вы считаете, у нас есть другие варианты?

– Да, ваше величество. Описанный вами сценарий вполне можно предотвратить.

– И каким же образом? – на лице Богдана Первого отражается неприкрытое сомнение в том, что провинциальный барон способен предложить ему что-то, до чего не додумались его советники и генералы.

– Лидеры вражеской коалиции уже знают на своем опыте, что у нас есть техника, намного превосходящая по характеристикам их танки и броневики. Если мы ещё раз убедительно продемонстрируем пленным монархам, что их ставка на новые технологии и хорошо подготовленных морфов однозначно не сработает, это заставит их строго придерживаться условий будущего мирного соглашения.

– Как мы это продемонстрируем? – в голосе Богдана Первого опять прорезается раздражение. – Пока что наши противники знают только то, что у нас есть ОДИН очень опасный танк и ОДИН столь же продвинутый броневик, способные доставить им серьезные проблемы на каком-то отдельном участке фронта, да и то лишь при условии, что ими будут лично управлять барон и баронесса Беловы и княжна Эристави. Ещё они видели ремонтного робота кибов, вооруженного обычным земным пулеметом. Неплохим, не спорю, но нашим, довоенного производства. Робот, конечно, впечатляет. Бронетехника тоже. Но всё это уникальные образцы, существующие в единственном экземпляре. Не нужно быть техническим гением, чтобы понять, что до запуска таких машин в серию ещё очень и очень далеко, если это вообще возможно. Уверяю вас, барон, наши враги это понимают не хуже нас, так что новую войну вы такими аргументами не остановите. Хуже того, теперь франки и бриты будут торопиться, стремясь успеть победить нас раньше, чем мы наладим массовое или хотя бы мелкосерийное производство такой техники.

– Вы правы, ваше величество, – я почтительно соглашаюсь с монархом, тем более что его анализ сложившейся ситуации практически полностью совпадает с моими собственными выводами. – Однако у нас всё же есть способ убедить лидеров коалиции в том, что нарушать будущий мирный договор не следует. Мы должны показать им, что они УЖЕ безнадежно опоздали, и в случае возобновления боевых действий их армиям придется иметь дело не только с единичными экземплярами нашей новейшей бронетехники, но и с оружием, намного превосходящим всё то, что они уже видели.

– Если у вас есть такое оружие, барон, то почему о нем до сих пор ничего не известно ни вашему сюзерену графу Волжскому, ни штабу императора? – неожиданно подключается к обсуждению генерал Бубнов. В глазах главы Императорской тайной службы при этих словах начинают плясать очень нехорошие огоньки, а в зале после их произнесения повисает напряженная тишина.

– Потому что этого оружия пока нет, – спокойно парирую я выпад Бубнова, – Есть только проекты и некоторые предварительные наработки. Однако, если на то будет воля императора, и в моем распоряжении окажутся все необходимые ресурсы, действующий образец будет создан достаточно быстро. Уверяю вас, ваше величество, увидев его в действии, Генрих Пятнадцатый и другие лидеры коалиции очень крепко задумаются, нужна ли им новая война.

– Хотите произвести на них впечатление не количеством, а качеством? – задумчиво произносит император. – Ну, допустим. Свою способность создавать уникальные образцы вооружений вы, барон, уже всем доказали. Надеюсь, не блефуете и сейчас. Что это за оружие? И сколько времени потребуется на его создание?

– У меня есть несколько проектов, ваше величество. Для того, чтобы выбрать конкретный, потребуется провести ряд дополнительных экспериментов. Поэтому прямо сейчас ещё рано говорить о том, что именно получится в итоге, но, думаю, через два месяца я смогу представить один, а возможно, и несколько экземпляров новой наземной боевой техники. Правда, для этого нам с баронессой и княжной Эристави придется немедленно вернуться в мое баронство. Все наши производственные мощности находятся именно там.

– Два месяца – это слишком долго, – отрицательно качает головой император. – Когда на фронте стоят друг против друга и ждут только приказа вооруженные до зубов армии, затянуть переговоры на столь длительный срок будет практически невозможно. У вас месяц, барон Белов. Максимум – пять недель. Вы получите любые нужные вам ресурсы. Деньги, оборудование, материалы и лучших техников императорских заводов. Я дам вам всё, что вам потребуется, но не разочаруйте меня. Вы уже совершили почти невозможное, однако сделали это, не вполне отдавая себе отчет в возможных последствиях, чем поставили империю на грань катастрофы. Вы это начали, вам и исправлять ситуацию. Если справитесь, награда вас не разочарует. Однако в случае вашего провала, барон, мне придется вспомнить, что рейд к Нижнему Тульчину вы совершили, нарушив прямой приказ сюзерена. Вы явно неглупый человек, и возможные последствия, полагаю, вам понятны.

– Вот же козлина неблагодарная, – злобно шипит в моем ухе голос Ло. – Он ещё и угрожает! Знала бы, как всё повернется, пальцем бы не пошевелила для этих надутых индюков. Слушай, охотник, может устроим им тут дворцовый переворот? А то этот ваш Богдан Первый совсем берега потерял.

– Хм… А ведь не лишено… – задумчиво произносит Кан, которому ход моей беседы с императором тоже явно не слишком нравится.

Усмехаюсь про себя и вежливо наклоняю голову в ответ на слова монарха.

– Разрешите приступить к работе немедленно, ваше величество?

– Действуйте, барон, – сверля меня взглядом, отвечает Богдан Первый. – И не забывайте о сроках. Через месяц я жду вас в столице, но помните: то, что вы сюда привезете, должно повергнуть наших врагов в настоящий шок, иначе все сказанные вами красивые слова не будут иметь никакого смысла.

Когда Хаг пришел в себя, он сразу понял, что находится совсем не там, где потерял сознание. Он лежал на боку, и его взгляд упирался в толстый ствол дерева, загораживающий весь обзор. Полковник попробовал пошевелиться и осознал, что его руки и ноги крепко связаны прямо поверх скафандра. Шлем, правда, оказался на месте. Судя по всему, неизвестным, нашедшим их с кейром Гушем на берегу болота, не удалось снять с него экипировку.

– Вычислитель, где мы, и что произошло?

– Вас и кейра Гуша обнаружили аборигены. Состояние вашего организма не позволяло ввести ещё одну порцию стимуляторов – он бы её просто не выдержал. Энергии в накопителе практически не осталось. Поэтому никак воспрепятствовать вашему захвату я не мог. Аборигенов четверо. Все вооружены местным огнестрельным оружием. Они связали вас и кейра Гуша и отнесли в свой походный лагерь, расположенный в лесу в двух километрах от места приземления.

– Что с Гушем?

– Союзник жив. Никаких ранений, не считая мелких ссадин и царапин он не получил. Все имевшиеся при нём артефакты забрали аборигены. Сам он связан и находится в двадцати метрах за вашей спиной. Рядом с ним постоянно дежурят двое местных.

– Доложи статус экипировки.

– Скафандр повреждений не имеет. Заряд энергонакопителя меньше процента. Генераторы силового щита и маскировочного поля аборигены пытались снять, но не смогли справиться с креплениями. Они функционируют нормально, однако при таком уровне заряда щит активировать невозможно, а маскировка работает в минимальном режиме. Отключать её полностью пока опасно. Возможно, корабли противника всё ещё ведут наблюдение с орбиты за окрестностями точки, над которой был сбит ваш дрон.

Маскировку полковник всё же отключил. На его взгляд, в ней уже не было никакой необходимости. Если бы корабли третьей силы продолжали сканировать поверхность, их с кейром Гушем уже давно бы обнаружили. Ну не могло противостоять таким сканерам работающее в минимальном режиме маскировочное поле, так что зря расходовать остатки энергии в накопителе Хаг смысла не видел. К тому же союзник всё равно не был прикрыт пологом скрытности, ведь все артефакты у него забрали. Так что, судя по всему, никто их на планете не искал. Похоже, третьей силе вообще не было до них дела. Вполне, кстати, рабочая версия. Логика нового противника и раньше вызывала у Хага множество вопросов. Корабли Республики и Державы враг к планете пропускать не желал, но пока они не пытались к ней прорваться, он их просто игнорировал. Возможно, и судьба двух выживших людей, каким-то чудом добравшихся до поверхности, противника тоже совершенно не интересовала.

То, что снять генераторы щита и маскполя у местных не получилось, Хага порадовало, хотя толку от них сейчас было немного. А вот отсутствие у него хотя бы легкого ручного оружия вызывало досаду. Но кто же знал? Высадка на планету верхом на роботе команды борьбы за живучесть в изначальные планы полковника совершенно не входила.

– Как местные вообще нас обнаружили, если маскировка всё это время работала?

– У них есть сканеры и артефакты наблюдения иншеров, – пояснил вычислитель. – Всё старое, ещё времен прошлой войны, но вполне работоспособное. Если бы ваш генератор маскировочного поля и конструкт скрытности кейра Гуша работали в штатном режиме, вас бы почти наверняка не нашли, но на короткой дистанции и при минимальной плотности маскировки поле не справилось.

– Чем заняты аборигены?

– Направляются к вам. Они обсуждали, что с вами делать, но теперь заметили, что вы пришли в себя. Похоже, вас собираются доставить в какой-то поселок, но их сильно напрягает ваш скафандр и закрепленное на поясе оборудование. Скорее всего, они попытаются заставить вас снять экипировку.

– Интересно, как они собираются это сделать?

– У них кейр Гуш, у которого нет никакого защитного снаряжения. Возможно психологическое давление.

Хага не слишком грубо, но и без лишних церемоний перевернули на спину. В его поле зрения оказались трое мужчин в разношерстной полевой экипировке и с каким-то незнакомым оружием, видимо, местного производства. Впрочем, на поясе самого крупного из них, выделявшегося темно-коричневым, почти черным цветом кожи, полковник заметил довольно необычный жезл иншеров. Не похоже, что боевой, но явно не самого низкого ранга. Впрочем, Хаг не настолько хорошо разбирался в конструктах бывших противников Республики, чтобы утверждать это наверняка.

Остальные двое имели более светлый цвет кожи, однако постоянное пребывание на открытой местности под прямыми лучами местной звезды покрыло её коричневым загаром. Четвертого аборигена полковник не видел. Судя по всему, он остался присматривать за кейром Гушем.

Чернокожий что-то громко произнес, глядя на Хага сверху вниз.

– Кто вы такие и как здесь оказались? – перевел вычислитель скафандра.

Хороший вопрос. И что ему ответить? Впрочем, врать и что-то придумывать Хаг особого смысла не видел.

– С неба упали, – ответил он через внешний спикер скафандра. Вернее, ответ транслировал вычислитель, уже на местном языке. – В вашей планетной системе произошло крупное сражение. Погибло много боевых кораблей. Наш крейсер тоже был уничтожен, и, вероятно, мы единственные, кому удалось спастись. Впрочем, точно я этого не знаю. Высаживаться на вашу планету мы не собирались, но так уж получилось.

– Это вы устроили бойню на Земле полтора века назад и почти полностью уничтожили нашу цивилизацию? – абориген нехорошо прищурился, присев на корточки рядом с Хагом.

– Не мы. Наши предки. Хотя некоторые из участников тех событий всё ещё живы.

– Не боишься, что я тебя сейчас просто пристрелю? – зло ощерился чернокожий абориген. – Ты один из тех, кто убил миллиарды людей и уничтожил всё то, что создало человечество за многие тысячи лет. С первого выстрела может твой скафандр и не пробью, но патронов у меня много.

– Валяй, – равнодушно ответил полковник. – Наверное, ты имеешь на это полное право. Не думаю, правда, что твой командир, кем бы он ни был, одобрит такой поступок. Мы слишком многое можем рассказать.

– Только поэтому ты до сих пор жив. Сними скафандр. Будет лучше, если ты сделаешь это сам.

– Зачем? Мне и в нем неплохо, – усмехнулся Хаг, сделав стекло забрала прозрачным, чтобы абориген мог видеть выражение его лица.

На самом деле, снять защитную экипировку Хагу и самому очень хотелось. Системы жизнеобеспечения, конечно, справлялись с отходами жизнедеятельности организма, но сутками не вылезать из скафандра – это тот ещё экстрим. Впрочем, в данном случае стоило потерпеть. Полковник знал, что если достаточно долго находиться под лучами местной звезды, накопитель скафандра может немного подзарядиться, а это дало бы ему целый ряд интересных возможностей.

– Хочешь, чтобы мы на твоих глазах начали резать на тонкие ленты твоего приятеля? – чуть подался вперед чернокожий амбал. – Это легко устроить. Более того, скажу тебе честно, снежок, я предамся этому занятию с большим удовольствием. Посмотри вокруг. Здесь, куда ни глянь, везде следы того, что вы сделали полторы сотни лет назад. Они будут меня вдохновлять. Поверь, я не стану торопиться, и ты сможешь в полной мере насладиться мучениями своего друга. Туа́ри, тащи сюда эту небесную падаль.

Вполне предсказуемый ход. Собственно, об этом полковника и предупреждал вычислитель. Что ж, теперь ему предстоит сделать непростой выбор. Хотя, из чего тут можно выбирать? Хаг отлично понимал, что на самом деле никакого выбора у него нет.

Несмотря на жесткие временные рамки, поставленные мне императором, быстро покинуть столицу у нас не получилось, да и в любом случае стоило сделать хотя бы короткую остановку после бесконечной гонки последних дней. Отдохнуть, конечно, толком не удалось, но зато хоть тряску в броневике по разбитым войсковыми обозами трактам получилось ненадолго сменить на переговоры с имперскими чиновниками, поездки на заводы и прочую организационную суету, которой оказалось более чем достаточно.

Бумажная волокита, правда, свелась к минимуму. Высочайший указ открыл передо мной многие двери, а содействие генерала Бубнова заставило столичных бюрократов исполнять мои заявки с удивившей даже Шелу и Ло расторопностью. Главу Императорской тайной службы местные чиновники, похоже, боялись до дрожи в жирных коленках. Впрочем, этого человека и мне явно не следовало недооценивать.

Для начала Бубнов ненавязчиво предложил не заниматься доставкой всех необходимых мне материалов, оборудования и техников на южную границу империи, а наоборот, перевезти в столицу наверняка не столь уж масштабные производственные мощности, которые я успел создать в своем баронстве. Вместе с моими специалистами, естественно.

– Так получится намного быстрее и удобнее, – пытался меня убедить Бубнов. – Перевезти к вам на юг крупногабаритные станки в приемлемые сроки невозможно. Придется ограничиваться тем, что смогут увезти грузовики. А здесь у вас и ваших людей будет практически мгновенный доступ к любому самому сложному оборудованию и спецхранилищу с тысячами артефактов тайкунов и кибов. Вы ведь, как я понял, сами пока точно не знаете, что именно вам может понадобиться, а в столице всё необходимое сразу окажется в вашем распоряжении.

Логика в словах Бубнова, несомненно, присутствовала. Вот только главная его цель заключалась не в том, о чем он мне так вдохновенно рассказывал. Глава тайной службы стремился поставить столь важный проект под свой полный контроль. Понятно, что в столице это сделать было намного проще, чем где-то в далекой провинции на территории моего баронства, которое к тому же ещё и находится в глубине утерянных земель.

Естественно, я отказался. Над аргументацией, правда, пришлось хорошо подумать. Ну не рассказывать же Бубнову про нашу базу и целый отряд трофейных ремдронов и инженерных големов. Хватит и того, что одного робота пришлось засветить. К сожалению, без этого было не обойтись. Боюсь, в ином случае император просто не поверил бы в мои обещания изготовить в короткие сроки нечто такое, что заставит лидеров вражеской коалиции отказаться от возобновления боевых действий.

– При всех очевидных плюсах вашего предложения, господин генерал, – аккуратно ответил я Бубнову, – реализовать его, к сожалению, не получится. Увы, я не могу перенести в столицу всю Каинову чащу, а заодно и Змеиный лес, а они играют в моем проекте ключевую роль. Эти места одновременно являются для меня и источником уникальных ресурсов, и полигоном для испытаний наших разработок. Я понимаю, что в окрестностях столицы тоже есть немало утерянных земель, но на то, чтобы в них освоиться, уйдет много времени, а в Каиновой чаще и Змеином лесу я ориентируюсь так же, как вы в парке императорской резиденции. Знаю места размещения укрепрайонов, границы минных полей и точные координаты стационарных огневых точек. Давно проложил между ними относительно безопасные маршруты, и хорошо представляю, чего можно ждать от местных тварей. Здесь у меня всего этого не будет.

В общем, настоять на своем у меня получилось, и уже через пару дней из Москвы одновременно выехали мы с Шелой на нашем бронетранспортере, и выдвинулась колонна снабжения из пятнадцати грузовиков и автобуса с техниками под охраной танка и двух взводов императорских гвардейцев при трех броневиках. Естественно, не обошлось и без оперативников тайной службы, но тут уж ничего не поделаешь – это неизбежное зло. Со стороны императора было бы очень странным шагом оставить столь важный проект без надлежащего надзора.

Богдан Первый с некоторым недоумением смотрел на грубо оштукатуренные стены длинного коридора, плавно спускавшегося всё ниже и уводившего их куда-то в глубокие подвалы одного из корпусов императорской резиденции. В нескольких местах монарх замечал мощные сканеры, установленные в специальных нишах. Где-то наверняка скрывались и морфы с конструктами наблюдения тайкунов. Особого беспокойства император не испытывал. Место, в которое его сейчас вёл глава тайной службы, было заранее тщательно проверено командиром его личной охраны, безоговорочно преданным правящей династии. Правда, несколько смущало то, что даже он, вернувшись из этих подземелий, так и не ответил на вопрос, зачем понадобились такие сложности, ограничившись лишь общими словами и пообещав рассказать все подробности чуть позже.

Они уже трижды проходили через тамбуры между двойными стальными дверями, причем каждую из них сразу за их спинами закрывали гвардейцы и оперативники тайной службы. Командир личной охраны реагировал на эти действия спокойно, и Богдан Первый решил пока воздержаться от резких высказываний, хотя ситуация уже начинала его напрягать.

– Ваше величество, в следующем отсеке будет подсвеченный яркими прожекторами туман, – предупредил генерал Бубнов. – Прошу вас не беспокоиться, это всего лишь специфические меры безопасности. Я всё объясню, как только мы прибудем на место.

В ответ Богдан Первый лишь молча кивнул. Весь этот цирк уже начинал ему изрядно надоедать. Впрочем, метров через восемьдесят коридор наконец закончился, и они вышли в довольно просторное помещение. Окон здесь, естественно, не было, но обстановка оказалась вполне комфортной. Император тут же опустился в приготовленное для него кресло за небольшим подковообразным столом и жестом пригласил спутников последовать своему примеру.

– Рассказывайте, господа, – с демонстративной усталостью в голосе произнес монарх. – Раскройте мне, наконец, причину всей этой паранойи с подземным бункером. Надеюсь, вы не собираетесь пересидеть здесь ещё одну Чужую войну?

– Нет, ваше величество, – отрицательно качнул головой генерал Бубнов. – Это место действительно способно выдержать серьезный артиллерийский обстрел или ракетный удар, но мы оборудовали его столь сложными системами безопасности совсем для другой цели. Реальной причиной, заставившей нас пойти на столь неординарные меры, стала информация, собранная моей службой о действиях барона Белова и его спутниц.

– Этот бывший деревенский охотник и его небольшой гарем смогли настолько сильно вас напугать? – император изобразил на лице удивление, однако сам вопрос прозвучал предельно серьезно.

– На то есть веские основания, ваше величество, – невозмутимо ответил генерал. – Барон Белов – очень опасный человек.

– Вы подозреваете его в предательстве?

– Нет, ваше величество. Пока нет. Всё, что он сделал с момента начала войны, было направлено исключительно на благо Русской Империи. По крайней мере, он явно искренне считал, что это так, хотя в чем-то, возможно, и заблуждался.

– И в чем тогда вы видите проблему?

– В том, что для Белова Русская Империя и её император – это не одно и то же. Есть очень большая вероятность, что он ведет свою игру, которая может представлять серьезную опасность для вас лично и для всей правящей династии в целом.

– А вот теперь подробнее, – резко подался вперед Богдан Первый.

– За последние несколько месяцев мои люди провели большую работу, – продолжил генерал, – но свести все факты воедино удалось совсем недавно. О Белове выяснилось очень много интересных и сильно настораживающих подробностей. Начну я, пожалуй, с причин, заставивших меня докладывать вам о результатах проведенного расследования именно в этом месте, максимально защищенном от любых форм скрытого наблюдения и прослушки.

– Будьте так любезны генерал, а то такими темпами мы просидим здесь до завтрашнего утра.

– Поверьте, ваше величество, вы не пожалеете о потраченном времени. Значительная часть этих систем безопасности разработана не сотрудниками моей службы. Мы просто заимствовали и несколько доработали уже однажды применённую против Белова схему, показавшую себя достаточно эффективной.