- -
- 100%
- +
Сначала возникла семья – первобытную полигамию оставим за пределами этой книги. Затем появились «избранные», «назначенные» и узурпаторы – это были вожди и их ближайшие соратники. Позже, когда образовалось государство, соратников стали называть чиновниками – речь о чиновниках высшего звена. Проблема в том, что почти у каждого госслужащего была семья, поэтому конфликт интересов стал неизбежен. Как правило, на первом месте для чиновника – семья. И только на втором – государственные интересы. Если семейные ценности измерять в валюте, то поначалу кажется, что всё логично и потому борьба с коррупцией не приведёт к успеху. Неужели нет эффективного решения? В книге предпринята попытка найти ответ на этот непростой вопрос.
Глава 1. Династии и кланы
Семейное дело – это не обязательно коррупция и кумовство. Есть масса примеров в России и за рубежом, когда семейные связи помогают развивать бизнес, создавать рабочие места и увеличивать налоговые отчисления в государственный бюджет, что в идеале идёт на благо всему населению страны. В качестве примера можно упомянуть владельцев всем известных компаний. Особый интерес вызывают те бизнес-семьи, где дети по праву стали владельцами крупных компаний, поскольку обладали необходимыми знаниями и с ранних лет готовились к упорному труду ради процветания семейной фирмы.
Основатель компании IKEA готовил своих сыновей к управлению семейными активами не один десяток лет и заранее распределил между ними обязанности, предвидя, что скоро придётся отойти от дел.
Мексиканский магнат Карлос Слим не посылал детей в престижный университет, а предпочёл учить их бизнесу самостоятельно. Карлос-младший с 14 лет работал в компаниях отца, входящих в холдинг Grupo Carso.
А вот Леонард Лаудер начал работать в семейной компании ещё раньше – с 10 лет в качестве рассыльного. Ныне он является председателем директоров американской корпорации Estee Lauder. Там же работают его сын и две племянницы.
Джина Райнхарт с детства представляла, как добывают железную руду на рудниках семейного предприятия Hancock Prospecting в Австралии, поэтому ныне успешно развивает этот бизнес.
Дэвид Кох, вице-президент Koch Industries, успел поработать инженером в трёх компаниях. После смерти отца он встал у руля семейной фирмы вместе с братьями, а компанию в честь отца переименовали в Koch Industries. Позже братья расширили бизнес и запустили несколько новых направлений, и сейчас Koch Industries – одна из самых крупных частных компаний США, а состояние братьев оценивается в 82 миллиарда долларов.
Компания Walmart владеет крупнейшей в мире розничной сетью торговых предприятий. Семье Уолтонов принадлежит более половины акций фирмы стоимостью 130 миллиардов долларов. Роб Уолтон, нынешний председатель совета директоров, в детстве работал в магазине отца. Потом изучал бухгалтерию и юриспруденцию. Именно он помогал отцу готовить компанию к размещению акций на бирже и убедил его, что нельзя ограничиваться территорией США и пора выходить на зарубежные рынки.
Стефан Квандт и его сестра Сюзанна являются наследниками Герберта Квандта и владеют пакетами акций в крупнейших компаниях Германии – BMW, Daimler-Benz, Altana AG и многих других. Перед тем, как войти в совет директоров BMW, Стефан учился на инженера, работал в небольших компаниях и только потом стал вникать в дела одной из ведущих автомобильных корпораций мира.
Впрочем, есть и такие примеры, которым не стоит подражать. Джон Е. Дюпон, один из владельцев старейшего американского химического концерна DuPont, в 1997 году был осужден на 30 лет за убийство. Ему был поставлен диагноз «параноидальная шизофрения», и он умер в тюрьме. А в 2014 году ещё один наследник семейной империи Роберт Ричардс Дюпон был обвинен в изнасиловании своей трёхлетней дочери.
Основатель всемирно известной фирмы Microsoft тоже изрядно удивил, хотя никого не убил и не изнасиловал. Билл Гейтс, состояние которого оценивается в 115 миллиардов долларов, лишил троих своих детей наследства, завещав им по 10 миллионов долларов. После смерти миллиардера почти всё его состояние перейдет «Фонду Билла и Мелинды Гейтс», крупнейшему в мире благотворительному фонду, целью которого является улучшение медицинского обслуживания, образования и сокращение масштабов нищеты во всём мире. Вот как Гейтс объяснил решение не отдавать все свои капиталы детям:
«Они не получат миллиардов. Они должны понимать, что следует работать».
Дети Билла и Мелинды Гейтсов получат хорошее образование, которое, по замыслу родителей, поможет им раскрыть свои способности, вместо того, чтобы рассчитывать на богатство родителей. Гейтс заявил, что примером для него стал Уоррен Баффет.
Крупнейший в мире инвестор Уоррен Баффет действительно может служить примером для многих богатых бизнесменов. Вместе с женой Сьюзан Томпсон он вырастил троих детей. Несмотря на занятость, Баффет много сил вложил в их воспитание:
«Наши дети росли в обычных условиях. Мы всю жизнь прожили в одном доме, который я купил в 1958 году. Они не расселялись в дорогие новомодные дома, не летали на частных самолетах. Они ездили до школы на автобусе. Каждый член семьи Баффет в Омахе ходил в государственную школу. Дети ходили в ту же школу, где училась их мать. <…> В конце 1990-х я сформировал три фирмы, и однажды на Рождество подарил их детям. Мы начали с десяти миллионов долларов каждому, но сказали, что будет ещё, и наказали не судиться друг с другом. В благотворительности не всегда понятно, какая деятельность оправдает себя. Так что мы намеревались добавлять деньги по ходу дела, но добавлять поровну. Я не входил в советы директоров этих трёх фондов. Жена тоже была далека от советов. Фонды были целиком предоставлены детям. Мы несколько раз увеличивали сумму, и однажды сделали это в последний раз – на мой день рождения я удвоил сумму, которая пошла в каждый фонд».
По данным Forbes в рейтинге богатейших американцев Уоррена Баффета обошёл Джеффри Безос, основатель компании Amazon, – по данным на октябрь 2010 года его состояние составляло около 20 миллиардов, и он уступал только Биллу Гейтсу, а теперь его состояние оценивается в 175 миллиардов долларов. В отличие от Гейтса, Джефф Безос начинал свой бизнес, не имея богатого партнёра – он использовал собственные средства и сбережения своих родителей. Идея интернет-магазина, который продавал бы всё на свете, пришла ему в голову, когда он работал в должности вице-президента одной из небольших инвестиционных фирм на Уолл-стрит. Решив для начала сосредоточиться на продаже книг, Безос сумел заинтересовать издателей и получил от них дополнительное финансирование, значительная часть которого была использована для оплаты работы программистов, которые создавали сайт компании.
Всего через месяц после открытия интернет-магазин Amazon.com уже поставлял книги покупателям не только в США, но и отправлял их в другие страны мира. Ещё совсем недавно любой автор мог разместить макет своей книги на сайте Amazon – для этого он должен был воспользоваться сайтом CreateSpace, уникальным по своей простоте и удобству для пользователя, который хочет, чтобы его книга продавалась в бумажном варианте. Для авторов, которые предпочитают, чтобы их книги распространялись в электронном виде, существует сайт Kindle Direct Publishing (KDP), который, увы, значительно уступает сайту CreateSpace по основным параметрам. Однако времена меняются, и бизнесмен обязан учитывать новые веяния в политике, иначе рискует потерять значительную часть прибыли. Безос провёл реорганизацию в своей компании, ликвидировав CreateSpace и передав его функции на KDP, но цель этой операции заключалась в том, чтобы лишить русских писателей возможности публиковаться на Amazon. Всё дело в том, что KDP, в отличие от CreateSpace, никогда не публиковала книги на русском языке – якобы по техническим причинам.
Однако книги составляют лишь малую часть товаров, которые продаются через Amazon, принося компании огромную прибыль. Это стало возможным благодаря таланту Безоса – новатора и менеджера. Вот как он формулировал принципы, которым следовал при создании компании и позже, когда развивал свой бизнес:
«Прибегать к инновациям нужно всегда. Это надо делать и в хорошие времена, и в плохие. В новаторстве вы должны быть одновременно упрямыми и гибкими. Если вы не упрямый, вы будете отказываться от экспериментов слишком рано. Если вы не обладаете гибкостью мышления, вы будете биться головой о стену, но не найдёте решения проблемы».
Большую часть своих доходов Джефф Безос тратит на инвестиции в новые проекты и на благотворительность, при этом семья живёт достаточно скромно для главы столь крупной корпорации. У Безоса четверо детей от семи до двенадцати лет, воспитанию которых он уделяет немалое внимание. Нет сомнения, что основатель Amazon свой бизнес передаст в надёжные руки.
В США предпринимались попытки создать и династии политиков, но эти попытки нельзя признать удачными – двое из братьев Кеннеди были убиты, а Джордж Буш-младший оставил о себе недобрую память вторжением в Ирак. Угасла надежда продолжить семейную традицию президентов Клинтонов, поскольку Хиллари на выборах проиграла Дональду Трампу. Более успешными в этом деле были азиатские диктаторы, однако анализ достижений семейных кланов в Азии и Африке не является задачей этой книги.
Нет сомнений, что Америка впереди планеты всей по количеству кинознаменитостей, причём многие из них принадлежат к семейным кланам. Американское кино – это не только искусство и средство развлечения, но и весьма доходный бизнес. Поэтому вполне естественно, что дети киноактёров предпочитают идти по стопам своих родителей.
У замечательного комика Чарльза Чаплина было двенадцать детей от разных жён. Если бы каждому он оставил хотя бы часть своего таланта, эта актёрская династия могла бы стать само богатой и знаменитой. Из всех его детей самую успешную карьеру в кино сделала Джеральдина, внучка известного драматурга Юджина О’Нила. Скорее всего, именно деду она обязана своим талантом, а вовсе не отцу – как известно, талант на детях отдыхает. Джеральдина дебютировала в кино более шестидесяти лет назад в детской роли, и с тех пор снялась в ста сорока фильмах. Куда скромнее фильмография у Джозефины – «всего» девятнадцать кинолент, а ещё четверо братьев и сестёр даже таким количеством ролей не в состоянии похвастать.
Джуди Гарленд была популярна в 30-х и 40-х годах, а в 70-х семейную традицию поддержала её дочь Лайза Минелли. Брюс Уиллис и Деми Мур также надеются на успехи своих детей. Жан-Клод Ван Дамм активно участвует в восхождении сына и дочери на артистический Олимп, приглашая их сниматься в собственных кинокартинах. Нельзя не вспомнить и о братьях Болдуин – все они сделали карьеру в Голливуде, хотя премиями может похвастать только Алек. В его активе «Золотой глобус», присуждаемый голливудской ассоциацией иностранной прессы, и «Эмми», телевизионный аналог «Оскара».
Среди достижений детей известных актёров недавнего прошлого, пожалуй, самым впечатляющим стал успех Майкла Дугласа. В этом он превзошёл и своего отца, Кирка Дугласа, получив два «Оскара» – в качестве продюсера за фильм «Пролетая над гнездом кукушки» и как лучший исполнитель главной роли за фильм «Уолл-стрит: деньги не спят». Всего же он снялся в 176 фильмах! Последняя его жена, Кэтрин Зета-Джонс, также удостоилась премии «Оскар» – за роль в фильме «Чикаго».
Не посрамили славу своего отца и дети Генри Фонда – у Питера есть два «Золотых глобуса», а Джейн получила две статуэтки «Оскар». Кифер Сазерденд также имел все шансы стать не менее популярным актёром кино, чем его отец Дональд Сазерленд, если бы не увлечение алкоголем. Впрочем, Кифер смог сделать успешную карьеру на телевидении, став обладателем трёх престижных премий.
Вот кто на самом деле затмил славу своего отца, актёра Джона Войта, так это любимица кинозрителей всего мира Анджелина Джоли. Сыграв не более пятидесяти ролей в кино, она стала обладательницей премии «Оскар», трёх «Золотых глобусов» и двух премий Гильдии киноактёров США. Однако не только баснословные гонорары и участие в голливудских блокбастерах сделали её столь популярной. Посетив лагерь афганских беженцев в Пакистане, Анджелина была потрясена условиями, в которых там живут люди, и сочла необходимым пожертвовать один миллион долларов в фонды Комиссии ООН по делам беженцев. За это она была удостоена звания «посла доброй воли», и позже, даже несмотря на беременность, продолжила свою благотворительную деятельность. С этой целью Анджелина и Брэд Питт основали фонд Maddox Jolie-Pitt Foundation, который помогал развитию общин и сохранению окружающей среды в Баттамбанге, северо-западной провинции Камбоджи. Позже Джоли участвовала в создании фонда Education Partnership for Children of Conflict, предназначенного для помощи детям, пострадавшим от техногенных и природных катастроф. У Анджелины и Брэда трое детей, а ещё троих Анджелина взяла на воспитание. Возможно, со временем может возникнуть династия не только актёров, но и благотворителей.
В России с династиями царей, князей, купцов и фабрикантов было покончено в 1917 году. Если учесть, что значительная часть интеллигенции покинула страну, всё пришлось начинать с нуля. Пока подрастали дети новой элиты, проблем с семейственностью не возникало, да и следили за этим очень строго – за кумовство можно было получить выговор по партийной линии. Только в годы правления Леонида Брежнева детям стали уделять «достойное» внимание – именно поэтому зять генсека стал генералом МВД.
А вот возникновению артистических династий в России не препятствовал никто и никогда, хотя не все сумели оставить заметный след в искусстве. На память приходят Иван Москвин и Михаил Тарханов, Сергей Герасимов и Тамара Макарова, Бруно и Алиса Фрейндлих, Александр Вертинский и его очаровательные дочери, Олег и Глеб Стриженовы, Борис и Василий Ливановы, да и Никита Михалков с Андреем Кончаловским тоже друг другу не чужие. Особенно многочисленной была семья актёров Янковских, в которую до кончины Олега Янковского входили, как минимум, семь человек. Однако даже этой семье не сравняться по численности с цирковыми династиями – к примеру, цирковой клан Запашных насчитывает двадцать человек.
Увы, при нынешнем министре культуры российским артистическим династиям может прийти конец. В августе 2016 года Минкульт разослал подведомственным организациям циркуляр, основанный на подписанном Дмитрием Медведевым постановлении правительства. В соответствии с этим документом, работникам, замещающим должности руководителей, их заместителям и главным бухгалтерам организаций запрещено осуществлять трудовую деятельность в случае близкого родства или свойства с работником этой организации, который подчинён ему по службе. Вот как отреагировал на это решение Эдгард Запашный: «Минкульт приказал мне уволить брата Аскольда. Это же цирк в худшем смысле слова!»
Заместитель министра культуры попытался оправдаться:
«Мы, как законопослушные граждане, должны были проинформировать сотрудников, что такая норма права есть. Но одновременно мы подготовили проект Акта, который предлагает изменить эту ситуацию и не распространять постановление на творческие профессии в сфере культуры. Этот Акт нам нужно ещё согласовать с Минтрудом и Министерством экономического развития».
Понятно, что постановлениями правительства семейную коррупцию не побороть – ни в США, ни в России, ни в Китае. Но прежде, чем делать окончательные выводы, следует в этом деле более досконально разобраться.
Глава 2. Хвала семье!
В 2003 году на прилавках магазинов появилась книга Адама Беллоу, сына лауреата нобелевской премии по литературе Сола Беллоу. Книга называется «In Praise of Nepotism: A Natural History» («Хвала семейственности: естественная история»). Вот что написано в этой книге:
«Во всех правительствах, будь то демократическое или нет, существует тенденция возникновения семейных связей либо в самом начале, как в Римской республике, либо они развиваются с течением времени, когда оформляется политический класс».
Против этих слов трудно возразить, хотя политика напрямую никак не коррелирует с родственными отношениями. Понятно, что в европейских монархиях члены королевской семьи имели больше возможностей влиять на происходящее в стране, нежели обычные граждане, но это вовсе не значит, что они злоупотребляли своими привилегиями. Таковы традиции, доставшиеся нам от прежних времён, и с этим иной раз приходится мириться. Судя по всему, сын нобелевского лауреата не знает, как выйти из этой ситуации:
«Мой основной аргумент в том, что, так как мы не можем избавиться от кумовства, и так как оно имеет много положительных моментов, от которых мы не хотели бы избавиться, даже если бы мы могли, единственное, что мы можем сделать, это установить какие-то юридические нормы и попытаться понять, как они работают».
Итак, Беллоу предложил поэкспериментировать – принять закон, затем оценить его последствия, внести поправки и так до тех пор, пока не убедишься, что всё без толку. Весьма поучительный монолог на эту тему находим в романе Вячеслава Шишкова «Угрюм-река»:
«Закон, что дышло, хе-хе, – забубнил Ездаков, – куда повернул – туда и вышло. Законы пишут в канцеляриях. На бумаге всё гладко, хорошо… Нет, ты попробуй-ка в тайге… с этим каторжным людом. Надсмеются, голым пустят… Ого! Эти народы опасные. Палец в рот не положи – всю руку откусит… В тайге, милые люди, господа учёные, свои законы. Да-с, да-с, да-с… Жестокие, но свои-с…»
Удивительно, как точно бывший железнодорожник, ставший популярным писателем, описал смысл и суть существования всякой власти. И в самом деле, законы пишут для простых людей, а там, наверху, совсем другая жизнь – сытая, однако чреватая тем, что могут не только «руку откусить», поскольку люди способны на самые отвратительные проявления низменных инстинктов. И всё ради сохранения привилегий и своего места на Олимпе. «Каторжный народ» – этот образ как нельзя более соответствует реальности, поскольку многие из власть имущих за свои прегрешения давно должны обретаться за колючей проволокой, на тюремных нарах.
Впрочем, кумовство на службе – далеко не самый страшный из грехов, если только это не приводит к коррупции. К примеру, назначение Роберта Кеннеди генеральным прокурором во время президентства его брата Джона никак не связано с материальной выгодой – клан Кеннеди и без того достаточно богат. А вот привлечение супруги Билла Клинтона к работе группы по разработке реформы здравоохранения вызывает подозрения – юрист по образованию, она имела дело с медициной разве что при посещении врача.
Видимо, прав Беллоу, когда заявляет, что кумовство это естественный импульс, как «секс и агрессия», поэтому нет никакой возможности его искоренить. Но вот что удивляет: по мнению Беллоу, кумовство имеет множество положительных элементов – якобы оно создаёт доверие и очеловечивает то, что автор книги назвал «аморальной бюрократией».
Прежде чем анализировать состояние, в котором пребывает мораль современного общества, надо бы разобраться в «импульсах». Как известно, все мы существуем благодаря инстинктам. Однако инстинкт самосохранения может привести к предательству, а инстинкт продолжения рола – к воровству ради обеспечения благополучия семьи. Тут многое зависит от нравственного начала в человеке, которое формируется с детских лет под влиянием окружающей среды. Что же до кумовства, то оно к «импульсам» не имеет почти никакого отношения – это всего лишь одно из вторичных проявлений инстинкта продолжения рода. Кто как не близкая родня поддержит в минуты испытаний или посодействует в устройстве на престижную работу, причём с такой зарплатой, которая бы не поставила под сомнение рентабельность такого кумовства.
Приводя примеры кумовства в администрации Джорджа Буша, Беллоу утверждает, что в этом нет ничего предосудительного. Действительно, что плохого в том, что Майкл Пауэлл, сын госсекретаря Колина Пауэлла, стал председателем Федеральной комиссии по связи? Ведь это же не он подсунул своему отцу пробирку со стиральным порошком, когда решался вопрос о нападении на Ирак – на самом деле в той пробирке должно было быть «оружие массового поражения», разработанное в лабораториях Саддама Хусейна. Столь же очевидно, что Пауэлл не по собственной инициативе назначил своим помощником дочь вице-президента Дика Чейни – наверняка его заставили! Что она там насоветовала Пауэллу – один Бог знает. Однако результат действий такой администрации не впечатляет – ни в Афганистане, ни в Ираке американские стратеги не достигли того, к чему стремились, хотя некоторые чудаки утверждают, что целью было именно то, что получилось – безвластие и хаос.
К счастью или ко всеобщему огорчению, Беллоу нашёл в кумовстве не только «положительные элементы»:
«Семейственность, очевидно, может стать формой коррупции. В то же время, это простейшая форма коррупции, и всё, что вам нужно сделать, это пролить свет на это явление и сразу в обществе возникнет негативное отношение к этому явлению».
Блажен, кто верует… Но, дав простейшую рекомендацию, как можно искоренить или хотя бы ограничить ненавистную коррупцию, Беллоу вносит ноту безысходности:
«С исторической точки зрения, формирование элит неизбежно, поскольку мафиозный принцип – это основной институциональный принцип. Всё, в конечном счёте, основывается на семье и на её расширении с помощью различных видов квазисемейных отношений. Это происходит в странах, где степень доверия в обществе находится на низком уровне, как например в России».
Но о каком доверии идёт речь? Как полагает Фрэнсис Фукуяма в книге «Trust: The Social Virtues and The Creation of Prosperity» («Доверие: социальные добродетели и создание благосостояния», 1996 г.), доверие есть «возникающее у членов сообщества ожидание того, что другие его члены будут вести себя более или менее предсказуемо, честно и со вниманием к нуждам окружающих, в согласии с некоторыми общими нормами».
O sancta simplicitas! О, святая простота! На самом деле, инстинкт почти повсеместно побеждает нравственность, когда речь заходит о больших деньгах. Во взаимоотношениях госчиновников и бизнесменов доверие базируется на принципе «рука руку моет». А в семейных кланах всё куда надёжнее – как-никак родная кровь!
Видимо, именно эта «родная кровь» стало причиной правонарушений, в которых обвинялась Мирьям Файерберг-Икар, мэр израильского города Нетания. Это самый крупный курортный город на средиземноморском побережье Израиля, расположенный между Тель-Авивом и Хайфой. Мирьям подозревалась в получении взяток при продвижении нескольких строительных проектов. В число подельников входили, помимо её заместителя раввина Шимона Шера, ещё и сын, адвокат Цафрир Файерберг, имевший долю в строительных проектах, и даже бывший муж, Элиягу Файерберг, а также ряд муниципальных служащих и строительных подрядчиков.
Судя по всему, аресты были произведены по результатам расследования, проведённого газетой Haaretz и опубликованного в июле 2016 года. Выяснилось, что Мирьям Файерберг-Икар приобрела квартиру стоимостью около 4 миллионов шекелей (чуть более одного миллиона долларов) в элитном доме, построенном Авраамом Тшува, братом крупного бизнесмена Ицхака Тшува. Однако жилплощадь была зарегистрирована на имя адвоката Авраама Гугига, в офисе которого работает сын мэра. Журналисты Haaretz получили возможность заглянуть в календарь руководителя мэрии и обнаружили, что в течение четырех месяцев в 2009 году Файерберг регулярно встречалась со строительными магнатами Ициком, Ицхаком и Авраамом Тшува, чтобы обсудить проект городского обновления, однако протоколы этих встреч отсутствуют.
Суть дела заключалась в том, что Файерберг купила участок земли, затем муниципалитет по её указанию провёл перепланировку этого участка, разделив его на несколько частей с различным целевым назначением и правовым режимом использования. В результате стоимость жилья, построенного на этой земле, значительно возросла, а прибыли строительных компаний увеличились. С учётом того, что площадь береговой линии, отведённой под строительство, была увеличена в пять раз, строительные компании получили воистину княжеский подарок.
Любопытно, что муж Файерберг официально не работал в мэрии, но проводил деловые встречи именно там, а её сын так же был частым гостем в мэрии. Возникает подозрение, что мэрия превратилась в подобие семейной фирмы.
Журналисты обнаружили, что нынешний муж Файерберг, Рони Икар, возглавлял городскую водопроводную компанию, но вынужден был подать в отставку после жалобы, в которой оспаривалась правомерность его назначения с учётом того, что его жена была мэром. Выяснилось также, что шесть человек, которые помогли с переизбранием Мирьям Файерберг на пост мэра, позже получили выгодные должности в городских структурах, причём два из этих постов появились только после выборов. К примеру, Рой Зельцер был назначен на должность, которая прежде не существовала, – руководитель отдела культуры Торы. Отдел специальных проектов был создан специально для Ронена Ментина, который имел лишь среднее образование. Haaretz также стало известно, что сотрудники городских учреждений склоняли горожан к вступлению в партию Ликуд. Впрочем, Файерберг заявила, что никогда никому в мэрии не давала подобных поручений. А через год дело против Мирьям Файерберг было закрыто – судя по всему, доказательств не хватило, а подозрения в нечистоплотности не могут служить основанием для приговора.