Синдром Зуева

Сергей Сергеевич Винтер сидел перед монитором компьютера, находившейся в его спальне около окна. Окно было открыто и из него хорошо было видно, как прямые стрелы дождя прошивают насыщенный густотой серый воздух. Обычно в это время он ходил в лесопарк на прогулку, но непогода не выпустила его за порог квартиры и поэтому он сел с неохотой за компьютер. От безделья он листал страницы сайта «Одноклассники». Туда он заходил только тогда, когда было свободное время, чтобы пообщаться, с теми, кого не видел много лет, которые жили в его городе детства и юности. Свой родной город он покинул полвека назад и через сайт Одноклассников он мог узнать не только городские новости, но и о текущей жизни своих родственников, которых там жило немало. Неожиданным для него было увидеть большое фото когда-то человека, сыгравшего в его жизни роль ярого оппонента. Зуев Николай Васильевич в народе Пуп или Гордей – бывший начальник отдела кадров, а затем заместитель директора крупного завода, строительство которого вели иностранные специалисты. На первый взгляд этот человек располагал к себе, но пообщавшись с ним больше пяти минут, из него начинает лезть напыщенность и совсем неоправданная ничем гордость. Эти вредные пороки, гордость, чванство, моментально превращали его в неинтересного мужчину. За что его и прозвали Гордеем или Пупом. Народ на заводе удивлялся, как он смог с гальваника, потом обычного преподавателя стропальщиков в учебном центре завода сделать резкий карьерный скачок и сесть в кресло начальника отдела кадров. По предприятию ходили слухи, о том, что у Зуева во власти страны имеется важный дядя, который помог своему родственнику перейти на престижную должность. Но эта версия позже рухнула, когда он через два года стал замом директора по кадрам. Родственная кровь его находилась значительно ближе, на два этажа выше его кабинета. На мониторе Зуев был в белой рубашке и на горле выделялась чёрная бабочка, которая неплохо сочеталась с его лысиной. А под фото был комментарий Зуева.

«Вот таким красавцем я заступил на должность заместителя директора по кадрам металлургического гиганта страны».

– Да ты хоть парчовую ризу патриарха на себя навьючь, всё равно рожу скотника не замаскируешь, – под нос себе пробурчал Винтер.

Он без омерзения посмотрел на это, когда-то ненавистное ему лицо и решил добавить свой комментарий под фото. И его пальцы побежали по клавиатуре.

«Мне кажется ты жабо раньше носил и камзол?» – написал он.

Через минуту, ему в комментариях Зуев отвечает: «Крестится надо если кажется».

Винтер улыбнулся, и на него моментально нахлынул хулиганский настрой, и он от комментариев перешёл к сообщениям. Так как решил этого сноба не отпускать в хорошем настроении, и дал ему заслуженный отпор: «Я креститься не умею. Хотя, когда узнал, что вся твоя „отара“ давно червей кормит, стал верить в высшие силы. А тебе желаю подольше пожить, чтобы понаблюдать как счастливы люди себя чувствуют, которым ты в своё время желал зла. А жабо, чтобы ты знал – это бессменный аксессуар всех земноводных жаб, отсюда и название однородное приобрело. А ты даже галстуки не носил, оттого что не мог узлы вязать. Не срами себя Гордей? Удали своё фото и отправь его на киностудию, возможно получишь там роль Фамусова».

Он отправил свой комментарий и через пять минут получил ответ:

«Винт, ты у меня здоровье отнял, жену испортил, жизнь разбил. Угробил семью брата, сестры, из-за чего у них жизнь пошла на перекос. Ты злой и скверный человек».

Да его иногда звали Винтом, за хитрые подрезки за теннисным столом и ему льстила эта кличка, когда он находился в своём спортивном мире. Да и не кличка это по сути дела была, а всего лишь укороченная его фамилия Винтер. После этого комментария у Сергея Сергеевича всплыли интересные моменты, в которых частенько мелькал Зуев, и он мысленно перенёсся на несколько лет назад.

Он находился у себя в кабинете, когда раздался пронзительный звонок телефона. Сняв трубку, он услышал голос своего соседа, председателя профкома металлургического гиганта Алексея Ивановича Огнева, который умолял Сергея срочно зайти к нему в профком. Сергей вымыл руки и не спеша направился в заводоуправление, находившееся в двух километрах от их листопрокатного цеха. Тему разговора с председателем примерно он знал, так как до этого Огнев неоднократно предлагал ему бросить не возведённый ещё в эксплуатацию листопрокатный цех и возглавить спортивную работу на заводе. Такое предложение он получал и от своего друга и напарника по тренировкам Грунина Владимира Фёдоровича, работающего на заводе коммерческим директором. Тот его сразу начал сватать на эту должность, как только, после ревизии обнаружились грубейшие нарушения у заместителя председателя профкома по спортивной работе Алёхина, – переложившего свою работу на общественников из цехов, не нёсших никакой ответственности за свои действия. Это было его ошибкой, работа была завалена.

«Работа вроде мне и не чужая, – думал он, – но начинать надо почти с нуля. И мой цех неизвестно когда введут в эксплуатацию? Ни одного стана не смонтировали, а это значит сидеть на голом тарифе. Наверное, я дам согласие на спортивную работу?» – окончательно решил он.

Он поднялся на второй этаж и открыв стеклянную дверь, вошёл в кабинет Огнева. Тот поприветствовал Сергея за руку и выдвинув стул предложил ему присесть ближе к столу.

– Ну что сосед решился на новую должность? – и не дав тому ответить начал расписывать перспективы будущего спорта на их гигантском предприятии:

– Ты не думай, что придёшь на голое поле: стадион, бассейн, клуб игровых видов спорта строят, идёт к завершению строительства дома спорта. У тебя сейчас в ведении будут две базы, отдыха и лыжная. Ты только представь себе: будешь директором самого большого спортивного комбината не только в регионе, а может даже в стране. Давай Сергей решайся, а то меня и директор за горло берёт и область под зад пинает.

Сергей посмотрел на бедное обилие кубков, уставленных на стенде, и тяжело вздохнул.

– Коль я сюда пришёл, то ясно чтобы не сказать «нет!». Я согласен, но при условии не навязывать мне блатных кадров.

– Ты тут единовластным хозяином будешь, спору нет, – обрадовался Огнев, – а я тебя поддержу в случае чего. Оформляй перевод и приступай к новой работе. Твой кабинет, будет рядом с моим, но это пока. С культурой там столы поделите, это Гера Звонков, он певец. Он уехал на курсы в институт культуры в город Орёл. Но, помимо этого, ты сейчас можешь себе оборудовать кабинеты на двух базах, на лыжной и отдыха. Кстати, на лыжной базе имеется двухэтажная гостиница, с полным штатом обслуги. Сейчас на ней верховодит всем завхоз Наталья Петровна, – удивительная женщина, но она не командир. Поэтому подбери туда хорошего директора. От тебя сейчас требуется одно: заниматься подбором компетентного кадрового состава, – втолковывал ему Огнев, – штатное расписание возьмёшь у главного бухгалтера Лиры Гавриловны. И второе: будешь периодически вместе с управлением жилищного гражданского строительства, курировать ход работы своих недостроенных объектов. А сейчас садись и пиши заявление на перевод. И ничего не бойся твой перевод со всеми, с кем нужно согласован.

Всё это Огнев выпалил Сергею со скоростью звука, не дав ему ни подумать, ни возразить и после этого смотрел в упор ему в глаза, понимая, что от такого предложения отказаться могут только безумцы.

– Можно ли быть директором спортивных сооружений, которых не существует? – вопросительно посмотрел Сергей в глаза председателя.

– Вероятно можно, если ты добро уже дал, – ответил Огнев, – только ты не забывай, что в твоей структуре уже функционируют несколько объектов, поэтому дерзай дальше. Фронт работы у тебя необъятный, – и он сунул в руку Сергея подписанное заявление о переводе. – Вот с ним сейчас спускайся на первый этаж к начальнику отдела кадров и оформляй перевод. С завтрашнего дня ты уже директор спортивного комбината и можешь смело набирать себе штат. Я не сомневаюсь, что ты со своим рвением и плодотворным вдохновением непременно справишься с этой руководящийся должностью, – с пафосом заявил профсоюзный лидер. – Тем более ты на заводе и в городе человек известный, поэтому штурвал тебе в руки.

– Постараюсь оправдать доверие руководства завода, – без оптимизма произнёс Сергей, – всё-таки новая организация и кого я наберу в штат – таков и результат моей работы будет. Я знаю, что в любом начинании, первичный цикл самый важный.

– Верно мыслишь, чувствуются задатки руководителя, – заключил Огнев.

– Моя специальность инженер – механик, а в спорте я всего два года работал при горисполкоме.

После чего Сергей легонько толкнул плечом дверь и повернувшись к своему соседу, потряс заявлением и ухмыльнувшись сказал:

– Если что не так, я тебе эту бумажку в почтовый ящик брошу.

– Иди, с богом, – помахал Огнев ему ручкой.

После этого он прямым ходом направился к начальнику отдела кадров. Спускаясь по лестничным маршам, он наткнулся на свою бывшую знакомую Лидию Васильевну Новикову, работавшую раньше бухгалтером в спорткомитете города, где он тоже тогда работал инструктором:

– О, Серёжа привет! – обрадовалась она встрече, – слышала тебя назначают директором престижного спортивного комбината. Если бухгалтера тебе нужны будут, я с удовольствием перейду отсюда. Надоело ездить на работу вдаль.

– И давно ты узнала про мою новую должность? – ухмыльнулся он.

– С тех пор, как директор приказ издал об объединении и создании новой структурной единицы, где-то неделю уже.

– Надо же, а я вот только сегодня узнал, – удивлённо покачал он головой.

– Ты же далёк от нас, а сидел бы в управлении первым узнал. Я как прослышала про тебя, мне сразу пришла мысль перейти к тебе. Всё-таки я одиннадцать лет отдала спорткомитету, а возьмёшь неопытную, – горя хватишь.

– Я понял и ты, наверное, будешь самой первой у меня в штате. Хотя там есть старые кадры на двух объектах. А ты лучше сходи в бухгалтерию профкома и узнай у Лиры Гавриловны, в штате есть бухгалтер? – посоветовал он. – Если да, то конечно я тебя возьму.

– Всё, поняла, – улыбнулась она в ответ, – я прямо сейчас к ней зайду.

С начальником отдела кадров благодаря внутризаводским соревнованиям он имел только шапочное знакомство.

Зуев Николай Васильевич, участвовал практически во всех дисциплинах за команду Заводоуправления. Это был толстячок среднего роста, с виду общительный человек, но все его за глаза почему-то называли Гордей, а иногда в спину ему бросали «пуп земли». Зуев оформил ему перевод и отдал трудовую книжку.

– — Отныне ты работник общественной организации и твоя книжка будет находиться в профкоме, но это всё условности. Всё равно генералитет – это заводоуправление, и ты на прямую будешь подчинён нам.

Затем они подняли тему спорта на заводе, и Сергею он показался рубахой парнем. Дальше был кофе с печеньем и за этой церемонией кадровик ему начал уже бесцеремонно навязывать своих людей на блатные должности в спортивный комбинат, где проявлялся его гонор. После общения с Гордеем у Сергея создалось неприятное ощущение будто собеседник вызвал ему зубную боль.

Лира Гавриловна вручили ему ключ от кабинета и предупредила, что на его столе лежит штатное расписание всех сотрудников спортивного комбината включая младший обслуживающий персонал.

– Изучайте его, – посоветовала она, – приглашайте на работу тех, кто вам в первую очередь необходим, чтобы зря деньги не распылять. А Новикову можете приглашать хоть сейчас, она вчера была у меня. И я не против её кандидатуры.

– Да, конечно, – согласился он с ней, – эту женщину я давно знаю. И она меня вполне устраивает. Вот с ней то я и обсужу штатное расписание.

– Она опытный бухгалтер, прислушивайся её.

– А где сегодня Огнев, я хотел бы у него проконсультироваться по одному щепетильному вопросу, – спросил он.

– Он сегодня в обкоме профсоюзов и есть версия, что мы его больше не увидим. На повышение идёт Алексей Иванович. А что он вам разве ничего не говорил?

– Нам вчера было не до свободных тем, – затаил он дыхание, понимая, что Огнев с ним поступил не совсем красиво, скрыв такой факт. На душе стало неприятно.

– Ничего страшного, мы же живём с ним на одной площадке, – улыбнулся он, – найду время к нему зайти.

Он открыл кабинет, снял с себя куртку и повесил её в шкаф, затем открыл форточку. И сев за свой стол, начал изучать штатное расписание, от которого у него голова кругом пошла. Он отодвинул от себя этот «трудовой потенциал» и пошёл в бухгалтерию к Новиковой. Её он нашёл на третьем этаже среди многочисленного коллектива бухгалтеров и экономистов. Поздоровавшись со всеми, он подошёл к её столу.

– Лидия Васильевна пиши заявление на перевод, – вполголоса сказал он ей, – подпишешь у своего начальника и отдашь мне. А я сегодня вечером подпишу его у Огнева. А то у него какие-то непонятные маневры начались по продвижению, боюсь он может улизнуть от нас. А там чёрт его знает, кто вместо него будет.

Она молча достала из папки заявление и передала своему будущему директору.

– Я вчера всё сделала, так что месяц доработаю и приду к тебе. И вновь мы с тобой рядом будем работать. Я очень рада такому стечению обстоятельств, а ты рад?

– Не задавай мне такой вопрос, ты же знаешь моё отношение к тебе. Так что поработаем. Только странно всё это: «ты почему-то знала, что его сегодня не будет». А мне он своему соседу не удосужился сказать». Ну я ему сегодня вечером проповедь зачитаю.

Она приятно улыбнулась в ответ и привстав со стула склонилась над ним.

– Не получится, – усмехнулась она, – твой сосед вчера прощальный банкет устроил, на котором была и я. Сегодня он поехал в обком профсоюзов, и сегодня же поездом отправится в Москву. И вряд – ли ты его увидишь в ближайшее время. Так что перед тобой сейчас открыт большой творческий проспект. Будешь рулить без всяких помех. Я уверена в тебе. И вообще считаю тебе эта должность к лицу.

– Как дорогая итальянская шляпа – Федора? – сострил он.

– Я тебя ни разу в шляпе не видела, поэтому сравнить не могу. Ты лучше скажи с чего работать начнёшь? Ведь мы с тобой попали можно сказать, на половину, на не вспаханное поле.

– Сегодня дам объявление в многотиражку и городскую газеты о новых вакансиях на заводе. Пока, конечно, без младшего обслуживающего персонала, а только тренеров и инструкторов. Пускай временно начинают работать в подшефных школах. А летом сдадут в эксплуатацию дом спорта, тогда и пойдёт за ним движение. На подходе две детские спортивные школы, стадион и другое. А пока суд да дело, будем довольствоваться подшефными базами.

– Ну вот видишь, как ты всё хорошо знаешь, – одобрительно взглянула она на него, – а ведь я тебе то же самое хотела посоветовать. Кстати, у Огнева остались три заместителя, можешь смело с ними решать свои вопросы.

– Я в курсе, – сказал он и вернул ей заявление. – А это забери, теперь ты не только бухгалтерией будешь заправлять, но и заведовать кадрами, плюс двадцать пять процентов к окладу.

– Мне вчера Лира Гавриловна показывала штатное расписание, поэтому я безоговорочно согласилась на эту должность.

– Ну тогда до встречи я пошёл обживаться в новом кабинете. – Удачи тебе, – бросила она ему на прощание.

– Нам, – поправил он её.

Он в этот день сблизился с кураторами управления проектного строительства. В его обязанности входило дублирование их работы. Все недоделки и браки в виде замечания он выдавал им в письменном регулярно. А кураторы все эти замечания передавали строителям для устранения неполадок.

С начала месяца с ним в кабинете уже сидела Лидия Васильевна. И до обеда поступали звонки желающих работать в спорте. Кого – то он приглашал на оформление, а кого – то просил подождать некоторое время. Заходили люди и по внутреннему перемещению, работающие в разных цехах завода. В основном это были люди, имеющие спортивное образование на уровне техникума. Все эти кандидаты не являлись коренными жителями города, а приехали по вызовам на строящейся металлургический гигант. Народ охотно стекался в самый большой электрометаллургический завод Европы. Кто за высокими заработками, а кто за должностями.

Один из приезжих с глубокими залысинами и маленькими ушами без мочек, появился у него в кабинете рано утром и заявил, что он бывший офицер и имеет звание мастера спорта по плаванию.

– Классификационный билет имеется? – спросил Винтер.

– Армия всё похерила, когда наши войска выводили из Германии, там такая неразбериха стояла. Некоторые офицеры даже удостоверения личности не могли свои найти.

– Ну и кем бы вы хотели работать у нас? – спросил Винтер, – если тренером по плаванию, то бассейн будет сдан в эксплуатацию примерно через год.

– Я человек активный, в армии заправлял спортивной работой. Могу и здесь проводить спортивные смотр – конкурсы.

После такого нелепого ответа соискателя Винтер был невозмутим, но не забыл объяснить бывшему офицеру, что на заводе больше в чести спартакиады. Это был короткий нокдаун с закрытыми глазами претендента на спортивную должность. Он быстро перевёл разговор в другое русло.

– Плохо конечно, что бассейна нет, а то бы я охотно показал мастер – класс.

– Бассейн есть, но только в подшефной школе, – объяснил Винтер. – Не имея своих условий, пока там будем проводить заводские соревнования по плаванию.

– Я же не лезу в тренера, мне больше по душе организационной работой заниматься.

В это время зазвонил телефон. Звонил начальник отдела кадров Зуев.

– Сергей Сергеевич, к тебе сейчас подойдёт Аким Аронович Барабаш. Это бывший офицер и мастер спорта по плаванию. Ты оформи его своим замом. Очень важные люди из столицы просят.

– А чем он сейчас будет заниматься у меня? – с иронией спросил Винтер, – За мной следом ходить по объектам? Так мне одному не скучно этим делом заниматься.

– Ты вот что, с этим человеком не надо тянуть. Подпиши ему заявление и пускай он проходит комиссию. И не забывай, что генералитет у нас находится на третьем этаже, а не на втором. Так что в контру не надо идти с этим штабом, – сомнут.

Винтер положил трубку и попросил Лидию Васильевну заняться оформлением кандидата на должность заместителя директора управления. Сам же вышел в коридор и спустился до отдела кадров.

– Я знал, что ты придёшь ко мне, – сказал Гордей. – Но поверь мне это не моя прихоть. Генеральному позвонили из Москвы очень важные чины и попросили за Акима.

– Мне не нужны в подразделении сомнительные кадры и дилетанты, – спокойно заявил Винтер, – ну сам посуди, он спартакиаду называет смотр конкурс. И я бы не удивился если бы он озвучил смотр военной песни и строя.

Гордей ехидно засмеялся и своим чванливым и неприятным диалектом, прошамкал:

– Это всё временно, так что потерпи немного. Работая рядом с толковым сотрудником, случайные люди рано или поздно сами отсеиваются. Таков удел неумех.

– Если вы мне ещё подобного кадра пришлёте, то я пойду до генерального директора, – пригрозил Винтер. – То ли дело на прошлой недели двух ребят прислали борцов. Ничего не скажешь, – это спецы. Побольше бы таких. Они за считанные дни смогли организовать секцию в сорок четвёртой школе. И уже у них насчитывается восемьдесят пять ребят.

– Ну что я тебе скажу, – хорошо! Только и ты меня пойми, что офицера не я к тебе прислал. А меня попросили убедительно поговорить с тобой. Так что дыши ровно и не порти себе нервы. Многие вопросы зависят не от нас, а нам только приходиться их решать.

– Ясно всё, – буркнул Винтер, и покинул кабинет.

Спортивных объектов, готовящихся к сдаче, было немало в городе, и Сергея в этот день обрадовал Грунин. Для перемещения он выделил ему персональный транспорт – микроавтобус. Отныне ему не придётся добираться до города на трамвае, а будет ездить с шиком на «Рафике» и у ему был предоставлен личный водитель Пётр. Лидия Васильевна к этому времени сидела рядом, но в своём кабинете с телефоном и большим сейфом. Он взял себе помощницу инструктора по спорту Ирину Валееву из Дербента. Это очень полезная была сотрудница, хорошо разбиравшаяся в документации. У неё в бумагах всегда был порядок. Прошло некоторое время, народ приходил оформляться на работу почти ежедневно. Всех тренеров временно пришлось пристроить в школы. А большую часть новых сотрудников вместе с Барабаш он отправил в подсобное хозяйство завода на тепличный комбинат, где он был руководителем прикомандированных людей. Но главным своим результатом он считал вызов двух опытных тренеров по настольному теннису из Сибири и трёх мастеров спорта, которые будут зачислены в высшую лигу Чемпионата СССР. Хотя в этом вопросе ему большую помощь оказал его друг, зам. директора по коммерции Грунин Владимир Фёдорович. Сибиряки приступили к работе на базе металлургического техникума.

И вот наконец ему Зуев прислал кандидата на должность директора лыжной базы. Это был светлый мужчина, которых обычно в народе называют альбиносами. Одет он был в чёрный плащ модного покроя, который совсем не смотрелся с его льняными волосами. Резкий контраст бил по глазам. Ему было тридцать лет, и он имел высшее спортивное образование и хорошую лыжную подготовку. Звали его Сергей, как и директора, а фамилия Холёный. Приехал он по вызову из Первоуральска, а значит с квартирой у него проблем не будет. Все специалисты, приехавшие по вызову на этот завод, обеспечивались жильём в первую очередь. Винтер ознакомился с его документами и понял, что этот спортсмен вполне может устраивать его. По рекомендации Зуева он Холёному предложил должность директора лыжной базы.

– Будешь лесным воздухом дышать, – объяснил он лыжнику. – Находиться база в благоприятной природной зоне в Осиновом урочище. С транспортом проблем не будет, трамваи регулярно там курсирует. От остановки до базы пятьсот метров ходу. Думаю, тебе там понравиться, только не перепутай базу с курортом, там работать надо. До полной комплектации штата, тебе нужно будет пригласить одного тренера и одного инструктора, но это ближе к зиме.

– И всего-то? – обрадованно воскликнул он. – Нормально, меня это устраивает, – с радостью принял он выгодное для себя предложение.

– Погоди – это ещё не всё, – остановил его Винтер. – В твоё хозяйство входит гостиница на сорок пять мест. Она функционирует круглогодично. Лыжный сезон короткий, поэтому там чаще отдыхают люди, кто любит природу, – это грибники, охотники. Штат там набран, ты в одном лице директор всего объекта. – Я разберусь, – решительно заявил Холёный, – главное, то, что я попал в свою стихию. Мне приходилось заниматься подобным хозяйством, конечно, не в таких широких масштабах. – Ну если тебя всё устраивает, пиши заявление и в соседний кабинет на оформление к Лидии Васильевне. А после обеда мы с тобой съездим в «Осиновое урочище». Я тебе покажу твои владения.

Он дождался, когда лыжник напишет заявление и подписав его, проводил того до кабинета бухгалтера. Сам же прошёлся до газетного киоска. Его уже везде узнавали и всегда здоровались даже те люди, с которыми он был не знаком. И это была заслуга СМИ и местного телевидения. Они сделали сообщение об создании новой спортивной организации на заводе, директором которой назначен мастер спорта СССР Винтер Сергей Сергеевич. И к тому же он был известным человеком в городе, побеждавший в своей дисциплине на соревнованиях высокого уровня, включая и Международные турниры. А ещё он был единственным тренером в городе по настольному теннису, оформленным на полставки в ЖКО, но тренировал на базе Металлургического техникума, где занимались у него не только студенты, но и трудящиеся завода. Он купил в киоске газету Советский Спорт и повернувшись на зад наткнулся на своего высокопоставленного друга Грунина Владимира Фёдоровича.

– Ну наконец – то, – вместо приветствия произнёс Винтов, – как не зайду к тебе, кабинет вечно закрыт и спросить не у кого. Где отсутствовал? – Я вместе с секретарём был в Керчи, металл наш по морю отправляли, а потом ездил на родину, стариков своих проведывать. – Он с ног до головы обвёл своим взглядом Сергея и восторженно произнёс: – Смотрю ты освоился на новой должности, выглядишь по-деловому. Рассказывай, как там у тебя на спортивном поприще?

– Вроде вжился в должность, наши сибиряки уже приступили к тренировкам. А мне сейчас будут объект за объектом сдавать. Готовлю себя к интенсивной и нервной работе, – ответил Винтер. – И думаю скоро будем заниматься в новом

в новом стационарном зале. Я заявку на столы и на инвентарь уже подписал. Генеральный завизировал её, написав «изыскать средства» и перенаправил её тебе.

– Молодец! – похвалил его Грунин, – хваткость твою одобряю. Так и поступай дальше. А будешь тихо шипеть дел никаких не будет. И сообщи мне, когда мы встретимся с тобой у теннисного стола, только не сегодня. Я ведь сразу с поезда сюда.