Проклятое будущее. Предисловие

Глядя на свою руку, Саша понял, что в школу точно идти не стоило. Сквозь кожу по всему телу сочилась непонятная синеватая слизь. Еще напрягал странный озноб. Кое-как вытерев ладошку об одеяло, он нащупал телефон рядом с кроватью.

– 2 сентября, 7:38 – насмешливо светилась надпись на дисплее.

– Надо сказать маме, что заболел, – подумал Саша. – Но сначала зайдем в ВК, – провёл пальцем, снимая блокировку. На экране остался липкий след. В контакте восемь неотвеченных сообщений. – Надо же, – подумал он вновь, – мне никогда столько не писали.

– Саня, сегодня в школу не надо! Карантин… – прочитал он первое сообщения от друга Жеки.

– Норм, чувак! Но, походу, я заболел чего-то, – написал Саша.

– Аналогично, – последовал ответ.

– Блин… Я думал в комп зарубимся сегодня, раз учиться не надо.

– Какой комп! Мне мать скорую вызвала, но та уже целый час едет почему-то…

Саша похолодел от нехорошего предчувствия. Кажется, он начал догадываться, что это не просто грипп. Все плохо. Все очень-очень плохо… Друг, между тем, еще что-то строчит. Следующее сообщение только подтвердило ужасную догадку:

– Говорят, что это из-за того, что мы ходили туда…

Думал ответить, однако скользкие пальцы только оставляли синюшные следы на сенсорном экране смартфона. Фу, блин! Хотел было снова обтереть телефон, но тот выскользнул из пальцев, словно проворная лягушка. В этот момент по глазам ударил нестерпимый свет. Утреннее солнце, как обычно, отразилось в застекленных лоджиях соседнего дома. Сейчас это сияние вызывало раздражение и дикую боль где-то внутри черепа.

Надо задёрнуть шторы и сказать уже маме, чтобы вызвала врача. Только бы она не подумала, что он курил накркотики. Саша никогда этим не увлекался, но мать постоянно в чём-то подобном его подозревала. Скорее всего, из-за красных, от долгого сидения за компьютером, глаз.

Охнув, как старый дед, он поднялся с постели. Вот, блин… Простыня и одеяло тоже в этой слизи! Заслонив лицо от солнечного света, пошёл к окну. Все тело отвратительно свело, движения ломаные, словно рывками. Воздух стал тягуч и горяч как в сауне. Зажмурился и, треснувшись об угол стола, задёрнул занавески. Сквозь звон в голове Саша различил доносящийся с улицы вой сирен. Скорая… Надо вызвать скорую. Как жарко.

Его качнуло. Вскинув руки, упёрся в стену. Такую прохладную… Кайф… Саша прижался к стенке всем телом, приоткрыл один глаз. Знакомые цветочки на рисунке обоев светились и плыли меняя очертания. Он словно скользил по поверхности загадочного лесного озера среди кувшинок и водяных растений. Захотелось плыть. Может уйдет этот изнуряющий жар? Рука с хлюпаньем оторвалась от стены и легла на полметра выше. А это совсем просто. Саша пополз по стене как гигантская ящерица. Вперед, в манящую темноту и прохладу…

Наталья Сергеевна, Сашина мама, зашла в комнату посмотреть, проснулся ли сын, но не обнаружила его в кровати. Только странные мокрые отпечатки на постельном белье.

– Опять энурез, – вздохнула женщина. – Но ведь мой мальчик не делает такого с первого класса. Очень странно. А вдруг, Сашенька наркоманил? Сейчас везде пишут, что школьники сплошь и рядом подсаживаются на…

В этот момент Наталья Сергеевна, подняв голову, истошно завопила, хватаясь за сердце. Её Саша сидел в позе эмбриона в углу комнаты… вниз головой… на потолке… укутанный полупрозрачной голубоватой мембраной.

Днём ранее…

Сержант Игорь Ползунков дунул в свисток и отточенным движением закрутил полосатой палкой.

– Ну, проезжайте быстрее, раззявы! Чего вылупились, регулировщика первый раз видите?

Солнце припекало голову через фуражку.

– За что мне это наказание? Долю «неафишируемого дохода» всегда вовремя отстёгивал… Да, светофор сломался, но почему не поставили стажёра? Может, потому что я из этого района? Скорей всего… Ох, уж это первое сентября. Народ как с ума посходил.

Игорь недовольно обернулся. Напарник лейтенант Федченко и не думал его подменять. Сидит, гад, в служебной машине. С девками опять переписывается судя по дурацкой улыбке.

Внезапно на залитый солнцем проспект упала тень. Хоть что-то приятное за день. А то с утра ни облачка.

– Проезжайте, гражданин! – выкрикнул Игорь, выплюнув свисток. – Едем, едем быстрее!

Но дедок в зеленоватом Логане, казалось, не слышал. Сощурив глаза под толстыми линзами очков, выставил голову наружу и что-то высматривал в небе. Сигналящие разъяренные водители вдруг утихли и тоже уставились вверх. «Да что ж такое? Почему они не едут?» – подумал сержант. Когда со всех сторон понеслись панические крики, он медленно развернулся и поднял круглое лицо. Зрачки расширились от ужаса, фуражка упала на асфальт, он тут же забыл про нее.

В небе над столицей бушевал настоящий ад. Гигантский плюющийся огнём дымный след перечеркнул небосвод, затмив полуденное солнце. Игорь почувствовал слабость в ногах.

– Это конец! Конец света! – мысли мелькали с бешеной скоростью. – Началась ядерная война?! Астероид? – в атмосфере вспыхивали все новые и новые огненные пятна, оставляя оранжево-чёрные росчерки. – Почему не слышно, почему так тихо? – в следующую секунду неотвратимым молотом богов пришла звуковая волна. Лопались стёкла в зданиях, падали на землю люди, пытаясь забраться под машины. Взорвались обиженным ревом сигналки припаркованных машин.

– Всё, походу война началась, – услышал Игорь чью-то реплику.

Он только успел подумать, что нужно прятаться в бомбоубежище, или хотя бы в метро, как огненная стрела ударила где-то за домами. От взрыва дрогнула земля. Черное облако взметнулось над крышами.

– Господи! Там же где-то рядом школа…

Напряглись покрытые татуировками бицепсы. Здоровенный кулак, словно кувалда, треснул по двери. Как ни странно, дверь, обычная, даже не стальная, выдержала. Детина под два метра ростом по прозвищу Кочан вопросительно обернулся к напарникам. Один из них, самый щуплый в команде, гадливо улыбался. Второй поправлял на плече тяжелую сумку с «инструментом», задумчиво пуская дым, и что-то разглядывал в окошко подъезда. Третий, мужчина с залысинами в дорогом костюме, кивнул, мол, продолжай.

Кочан с удвоенной силой заколотил в дверь, потом для верности пнул массивным «Гриндерсом».

– Походу, нет никого, Павел Сергеевич, – грустно произнес громила.

– Или через балкон дернул наш клиент, – сплюнул мелкий.

– Не болтай чушь, Геннадий, – ответил ему мужчина в костюме. – Наш водитель приглядывает за балконом, Кеша бы доложил, если что не так.

– Простите, босс, – отвёл глаза Гена. – Просто долго ехали… подумаешь, метеориты вчера упали! Я конечно, труханул маленько, но откуда эти, к такому-то лешему их, пробки?

Чутьё никогда не подводило Павла Сергеевича. Именно благодаря этому его команда выездных специалистов по взысканию считалась лучшей в коллекторском агентстве. Они не занимались детской чепухой типа заливки монтажной пеной замочных скважин и не портили стены подъездов дурацкими надписями с угрозами, и уж, конечно, не названивали родственникам и знакомым неплательщика. Нет, просто находили человека, и Павел Сергеевич лично проводил беседу. Если должник проявлял непонимание, к «беседе» подключались его ребята, которые мастерски владели другими средствами убеждения. В ход шли утюги, паяльники, острозаточенные мясницкие ножи, скальпели, паяльные лампы и электрошокеры. В девяноста процентах случаев даже одного вида «инструментов» хватало, чтобы у должника чудесным образом отыскивалась вся сумма с процентами.

И теперь Павел Сергеевич не сомневался – подопечный в квартире. Таких, как этот, он особенно не любил. Дешёвых бизнесменов, считающих себя прошаренными королями по жизни. Они приходили в банк с надменным видом, расписывали в красках свои, якобы, гениальные стартапы и бизнес-планы… а потом мямлили и заикались, когда Кочан совал им под нос огонь паяльной лампы. На таких он насмотрелся еще в девяностые, когда, собственно, и набрался нужных навыков ведения переговоров.

Подноготную сегодняшнего клиента Павел Сергеевич знал досконально. Мутноватый типчик из Костромы, очередной покоритель Москвы. Каким-то чудом ему удалось получить полтора миллиона от банка на открытие интернет-магазина запчастей и благополучно за неделю просадить в казино. Он думал скрыться от отдела взыскания, меняя съёмные квартиры, выкинув сим-карту и вписав дополнительным телефоном номер Евгения Вольнова, но даже не удосужился отключить геолокацию на фотографиях во «В контакте».

– Дмитрий, твой выход, – произнёс Павел Сергеевич.

Молодой человек, кивнув, поставил сумку на пол и расстегнул молнию. В прошлом сотрудник ДПС, уволенный за взятки, а ныне талантливый специалист коллекторского агентства, перекинув сигарету в уголок рта, достал кувалду и долото, намереваясь выбить личинку замка. В этот момент дверь содрогнулась от удара изнутри. Дима отскочил от неожиданности, приземлившись на пятую точку.

– Босс, вы как всегда, правы! – захихикал Гена.

– Надрался, урод, вот и буянит, – хохотнул Кочан и шлепнул кулаком в ладонь.

Дверь затряслась с новой силой.

– Вот и отлично, ребята, – краешком губ улыбнулся Павел Сергеевич.

Он вынул из кобуры под пиджаком верный Desert Eagle и встал наизготовку. Парни возбужденно подоставали оружие. Павел Сергеевич был спокоен. В отличие от своих оболтусов он никогда не пренебрегал бронежилетом.

и совсем уж в другой стороне…

– Гляди, Танюх, какой-то пацан заснял метеорит, который упал рядом со школой в Бутово! – Леха развернул планшет к подруге.

– Заколебали уже эти новости! – она нервно замахала журналом разгоняя духоту. Вентиляция не справлялась в переполненных залах ожидания аэропорта Домодедово. Все вылеты отменили на непонятный срок, но парочка не сдавала билеты. Надежда вылететь на курорты Египта еще не умерла, хотя они сидят здесь уже десятый час.

– Уже два миллиона просмотров!

– Блин, ну подумаешь метеориты! Когда наш вылет? Это просто какой-то кошмар!

– Ну, Танюш, – Леха нажал паузу, останавливая кадры школьной линейки. – Это же все делается для нашей безопасности. В воздухе могла остаться пыль. Несколько лет назад вулкан, забыл название, извергался в Исландии, тогда отменили рейсы по всей Европе.

– Надолго?

– На несколько дней, вроде бы…

– Спасибо, ты умеешь успокоить!

– Ну, займись чем-нибудь, пока ждём. Ты же блоггерша, сделай пост.

– Уже сделала… – вздохнула Таня. – Четыре раза, блин! Что мне, в пятый раз писать про одно и тоже, как мы тупо сидим?!

– Не переживай, все будет хорошо. – Он улыбнулся и сделал то, что всегда срабатывало. Положил руку на колено, начал поглаживать нежную кожу.

– Прости, Лёша, просто я немного расстроена, – тут же оттаяла девушка. – Я так долго мечтала об этом путешествии, как мы поедем в пустыню на джипах, как увидим пирамиды, как будем нырять с аквалангами в Красном море… столько новых ощущений, эмоций… мой блог просто расцветет!

– Так и будет! – подтвердил Лёха. – Ты у меня просто умница, никогда в тебе не сомневался! Давай хоть в инсту сделаем селфи.

– Точно, давай!

Они прижались друг к другу мило улыбаясь. Таня отвела руку. Щелкнула камера айфона, запечатлев счастливых влюбленных. В тот момент они не знали, что подобных кадров уже никогда больше не будет… Громкоговоритель ожил, народ вокруг засуетился, объявляли их рейс…

Обычно Семён Степанович выкуривал три сигареты в день. К такому консенсусу со своими легкими он пришел после выхода на пенсию много лет назад. Старик прислушивался и не превышал норму, взамен организм платил тем же. Обычные стариковские болезни обходили стороной, ноги крепки, а голова работает, как хорошо смазанный пулемет Дегтярёва. Эту особенность он отмечал с каждым годом. Уходили в прошлое ненужные связи, больше не волновали проблемы и не докучали суетливые мысли, как в молодости. Только чистота и ясность горного озера.

Но в этот день, выйдя в который раз на балкон старенькой хрущёвки, обшитый, однако, по-современному сайдингом и металлопластиковыми окнами, он с досадой открыл пустую пачку. Она ведь должна закончиться только завтра. Смяв ее крепкими сухими пальцами, положил на подоконник. Конечно, есть запас, но сам факт говорил о том, что он не в норме. Далеко не в норме.

Тому были причины. Второй день нет связи. Он не мог дозвониться ни дочери в Бутово, ни сыну в Ярославль, ни одному из многочисленных внуков. Похоже, это ненадежная сотовая связь не справилась с нагрузкой, вызванной паникой миллионов абонентов. У Семёна Степановича имелся и вполне классический проводной аппарат, но какой в нем прок, если недальновидные родственники давно не пользовались таким раритетом и не держали за ненадобностью.

Поговорить удалось только со старым сослуживцем Фёдором Фёдоровичем. Тот был уже не так бодр как в Новый год, когда они последний раз созванивались. Фёдор тоже не сказал ничего конкретного, хотя и были связи в Генштабе. Только слухи, что лучше всего убраться из города на время. Куда? Да хотя бы на дачу. Они попрощались, пообещав созвониться, как все уладится. Старая потрескавшаяся трубка, звякнув, легла на рычаги. Семён Степанович тяжело вздохнул. Пришло отчетливое понимание, что больше не услышит боевого товарища.

Он прошёл в комнату. Супруга Татьяна вместо привычных телешоу смотрела новости. Снова крутили осточертевший ролик из интернета, который снял какой-то школьник. Самая обычная линейка, дергающиеся кадры, смешки на заднем плане прервались картиной эпичного светопреставления. Надо отдать должное, пацан не струхнул и не убежал, как большинство собравшихся учеников и родителей. Нет, он не прервал съемку, даже когда небесный каменюка упал метрах в трёхстах, разметав гаражный кооператив. Дальнейшее напоминало нарезку из горячей точки: пыль, осколки, горящие гаражи. Пацаны первыми добрались к воронке и отважно снимали. Когда пыль стала рассеиваться, появились и другие обыватели, а чуть позже службы спасения, скорые, пожарные. Все увидели почерневший камень, похожий на яйцо. А когда он треснул, оттуда повалил синеватый едкий дым…

Дед немного постоял рядом с женой и, ни слова не говоря, прошёл на балкон. Вся эта катавасия здорово напоминала морозную осень сорок первого, когда немцы шли на Москву. Семёну тогда было всего четырнадцать, но то ощущение тревоги и огонь зарождающейся паники не спутать ни с чем. Открыв раздвижную дверцу шкафа, хмуро оглядел полки. Здесь стояли не только банки с разносолами и вареньем, но и мешочки с сахаром и солью, пластиковые бутылки, набитые крупами; естественно, блоки сигарет «Тройка», пачки «Примы», упаковки мыла и коробки спичек, обёрнутые полиэтиленовыми пакетами. Привычка хранить запасы на черный день осталась с голодных сороковых, здорово выручила в проклятые девяностые, и, похоже, спасёт и сейчас.

Эх, связаться бы с детьми и внуками… Старик не сомневался: безалаберные отпрыски даже не думали запасать самое необходимое. Избалованы мнимым изобилием супермаркетов. Он сдвинул в сторону коробки и банки с третьей полки, просунул руку вглубь и вытащил плотно замотанный тяжёленький пакет. Развернул целлофан и промасленную тряпочку, легкая улыбка тронула морщинистое лицо. Блики солнца тускло играли на ребрах пистолета ТТ. Зарядив магазин, дед дослал патрон в патронник, сунул ствол в холщовую сумку, с которой обычно ходил за продуктами, и стал собираться. Многое еще предстоит закупить, пока магазины работают и деньги еще в ходу.

Детское счастье…

Алиса проснулась, и сердце нервно затрепыхалось. Сразу вспомнился вчерашний день. Сборы сестрёнки в первый класс, плетение ей бантов и косичек, гордый поход малютки до школы с папой и мамой, а также огромным букетом в руках и новеньким портфелем за плечами. Эти метеориты, конечно, слегка подпортили праздник. Говорят, несколько даже упали на окраине Москвы. Но линейку в школе не отменили, хоть папа сначала и порывался бежать и прятаться в метро. Сестрёнка Алисы тогда начала плакать. Мама посмотрела на папу своим особым взглядом, и мужчина сдался.

Но самое главное – ей наконец-то купили давно обещанный телефон! И от этого хотелось прыгать и скакать на кровати, как мишки гамми из старого мультика, который скачал папа. Когда пришли домой, они установили сим-карту, а дальше… дальше Алиса и сама знала, что делать. У многих подружек уже были телефоны. Подключившись к домашнему вай-фаю, она до полуночи скачивала интересные игры и приложения. Пока родители не отобрали заветную штуку и не отправили спать.

Но теперь-то она от души наиграется. Ведь сегодня выходной! Можно даже не ходить гулять! Хотя нет, надо сходить. Пусть Ленка и Полина увидят ее крутой телефон. Только тут Алиса заметила странную тишину в квартире. Обычно в это время мама уже гремела посудой на кухне, а папа включал на полную телевизор с дурацкими спортивными каналами. Сестрёнка спала в дальней комнате, её обычно не было слышно. Может, родители в магазин ушли? Только бы не с её телефоном!

Спрыгнув с постели, Алиса вышла из комнаты и пошлёпала на кухню. Никого. Но вот ее айфончик лежит на столе! Йес! Она побежала к себе, но возле прихожей резко остановилась. Папины пыльные ботинки и мамины босоножки стоят на месте и одежда на вешалке. Неужели спят? Они же всегда встают так рано… Девочка прошла к спальне родителей и остановилась перед закрытой дверью. Ну да, спят. Всегда запираются, когда ложатся. Она даже догадывалась для чего. Подружки рассказали.

Но так поздно…

– Мам-пап, вставайте! – воскликнула Алиса и крутанула ручку двери.

Звонкий крик застрял в горле. Двуспальная постель заляпана противной слизью, а на потолке висят родители, слипшиеся и покрытые пульсирующей дрянью.

Первое правило снайпера – это терпение. Холодный ум, острое зрение, искусство маскировки тоже играют немаловажную роль. Но главное – умение ждать. Этому Стас научился еще в Чечне, отстреливая ваххабитов в лесистых ущельях Кавказа.

Он занял позицию в шесть утра, за пять часов до появления Цели. Никто не обратил внимания на неприметного мужчину в бейсболке, который спокойно и уверенно, как к себе домой, прошёл в подъезд обшарпанной десятиэтажки. Одет неприметно: стоптанные кроссовки, оставляющие максимально неразборчивые следы, джинсовый костюм, на голове бейсболка, за спиной простенький рюкзак, на плече гитара в чехле. Вот что мог увидеть посторонний наблюдатель.

Поднявшись пешком на самый верх, Стас с помощью заранее изготовленного ключа открыл решётчатую дверь, ведущую на техэтаж. Запирать не стал, просто прикрыл. Возможно, потребуется быстрый отход. Чердачное помещение встретило гулкой пустотой и сухим полумраком. Слегка пригибаясь, чтобы не зацепить низкий потолок, он прошел вдоль стены и остановился возле бойницы слухового окна, рядом с которым стоял нарисованный мелом крестик. Слегка повозившись с болтами, Стас снял деревянный экран с оконца.

Нужный сектор он тоже вычислил заранее. Затем шагнул к строительным козлам, стоявшим посреди чердака. Стас обнаружил их в прошлый раз. Судя по пятнам краски, их оставили здесь рабочие, делавшие когда-то ремонт в подъезде. Отлично. Не пришлось тащить сюда стол. Он вытащил из рюкзака и расправил на козлах туристический коврик.

Затем расстегнул гитарный чехол и с любовью посмотрел на своего дальнобойного монстра. СВЛК-14С. Совершеннейшая снайперская винтовка элит-класса. Она обошлась Стасу в два миллиона триста тысяч рублей. Но эти затраты давно отбились, очередь на его «услуги» расписана на много месяцев вперед. С каждого задания ему капало на счет полтора миллиона. Ведь не так уж много специалистов, способных работать с дистанции более километра. Его рекорд – 2700 метров. И всё – благодаря орудию, не знавшему себе равных.