Пулковская высота

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Памяти Гордеевой Марии Ивановны, саперу-минеру Ленинградского фронта, а так же всем павшим в кровопролитных боях на подступах к Ленинграду посвящается…

Повесть «Пулковская высота» основана на реальных событиях из жизни русской женщины по имени Мария, которая ушла на фронт солдатом и прошла всю Великую Отечественную войну ради спасения сына Володи от голодной смерти в блокадном Ленинграде. Произведение повествует о патриотизме и самоотверженности, силе духа и стойкости женщины, матери, солдата.

Прототипами героев повести стали бабушка и отец моей мамы: Гордеева Мария Ивановна и Гордеев Владимир Степанович. Свою прабабушку я не застал в живых, а дедушки не стало совсем недавно. По воспоминаниям дедушки и составлена сюжетная линия повести.

Мария Ивановна до войны трудилась электромонтером на 20-й подстанции Высоковольтных сетей «Ленэнерго» в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург. Она одна растила сына, которому на момент начала Великой Отечественной Войны не исполнилось и двух лет. Когда вокруг города сомкнулось вражеское окружение, и ленинградцы остались без продовольствия, топлива и сообщения с другими городами, наступившая суровая зима почти не оставила жителям шанс на выживание.

Марии Ивановне под страхом трибунала, удается вывезти сына из блокадного Ленинграда к сестре в Калининскую (ныне Тверскую) область, посадив в солдатский эшелон.

Почти до конца войны сын и мать ничего не будут знать друг о друге. Мария Ивановна пройдет войну солдатом-минёром в инженерных войсках Ленинградского фронта с 1941-го по 1947 год, находясь в районе Пулковских высот.

Пулковские высоты являлись важным стратегическим объектом, доминирующим над Ленинградом, поэтому немцы стремились любой ценой захватить Пулковский рубеж. Но советские бойцы стояли здесь насмерть и, главное, смогли продержаться в течение всех 900 дней блокады, не отдав высоты врагу. После войны инженерные подразделения Западного военного округа приступили к завершающему этапу обезвреживания зоны Пулковских высот, и эхо войны унесло сотни жизни минёров в уже мирное для всей страны время. Мария Ивановна прошла путь солдата до конца, не сломалась и выжила ради того, чтобы в 1947 году обнять сына. Она была награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», орденом Отечественной войны II степени, медалью «За оборону Ленинграда» и медалью «За боевые заслуги»!

Не существует в России семьи, которую бы не затронула Вторая Мировая Война. В каждом из нас живет частичка тех, кто встал на защиту родной земли. И до тех пор, пока жива память о героических защитниках, будет сильна и могущественна Великая Россия! Из поколения в поколение должны передаваться предания о тех, кто смог выжить в неравной борьбе и о тех, кто отдал на поле боя свои жизни ради мирного неба над головой. Награды предков необходимо свято хранить и почитать, чтобы война больше никогда не коснулась нашей земли!

ПУЛКОВСКАЯ ВЫСОТА

Со старинной пожелтевшей фотографии на меня смотрят стальные глаза красивой женщины. Её образ как будто сошел с плаката «Родина-мать зовет». Невозможно представить, что эта молодая женщина была на фронте и несколько лет ежедневно, рискуя жизнью, смотрела смерти в лицо! Но глаза говорят о другом… В них навсегда застыла суровая печать военных лет. Каждый раз, вглядываясь в эту фотографию, я вижу тревогу, боль, отвагу и что-то еще, что неведомо нам, тем, кто родился и живет под мирным небом. Эта женщина – моя прабабушка, Гордеева Мария Ивановна, сапер-минер отдельного моторизованного инженерного батальона Ленинградского фронта. Всю войну, с 1941 г. и до 1945 г., она участвовала в ожесточенных боях на Пулковских высотах, которые так и не смогли взять фашисты и войти в Ленинград! А потом, до зимы 1947 года, она ликвидировала отголоски войны, уничтожая мины на Пулковских высотах. Я не застал прабабушку в живых, но её сын и внучка (мои дедушка и мама) много рассказывали о ней и о событиях тех лет. У прабабушки много медалей, в том числе медаль «За боевые заслуги» и Орден Великой Отечественной войны II степени. Эти награды свято чтятся в нашей семье.

* * *

Шла осень 1941г. Кольцо немецких войск сомкнулось вокруг Ленинграда. Запасы продуктов быстро заканчивались, а после того, как были уничтожены Бадаевские склады, в каждый дом пришел голод. Мария работала электромонтером в «Ленэнерго», и рабочие получали пайки, но дома ждал маленький сын Володя, которому не исполнилось и двух лет и который с каждым днем слабел от голода. Через месяц Володя почти перестал плакать, только жалобно смотрел на Марию своими бездонными огромными глазами цвета мирного неба.

Вскоре город замер. Наступила зима, люди вокруг гибли от бомбежек, изнуряющего голода, а также от беспощадного холода, сковывавшего ослабленные тела. За Володей и другими детьми из подъезда присматривала соседка. Дети называли её ласково – няня. Когда ей удавалось хоть немного занять детей, они в игре забывались и даже начинали смеяться, но в любой момент этот смех мог прервать вой сирены, и тогда, подхватив Володю на руки, няня бежала в бомбоубежище, а дети постарше семенили рядом, держась за ее подол. Каждый раз от звуков сирены сердце Марии сжималось так, что было невозможно дышать, а в голове стучала только одна мысль: найдет ли она свой дом и сына, когда вернется с работы.

В зимнем оцепенении застыли провода. Ленэнерговцы не успевали восстановить поврежденные линии. Перестал ходить транспорт, в квартирах не было электричества, только хлебозаводы, оборонные предприятия и госпитали получали бесперебойно свет, давая ленинградцам шанс на выживание. Вскоре Володя почти перестал говорить и, как иногда казалось, совсем не узнавал мать. Он ослаб от голода так, что остались одни глаза, которые теперь стали безразличными и почти бесцветными. Мария сходила с ума, не зная, как помочь своему ребенку. Однажды, стоя перед церковью, она вдруг воскликнула: «Господи, ну если хочешь, забери мою жизнь, только сохрани её сыну!!!». В тот же день, придя на работу, Мария узнала, что идет набор людей на курсы обучения сапёрному делу. Мария решила, что это знак свыше! Если её возьмут на фронт, она будет получать паёк, который больше, чем тот, что у неё сейчас… Это шанс еще немного продержаться… О смертельной опасности каждой секунды работы сапёра Мария в тот момент совсем не думала…

Она с легкостью (потому что была электромонтером) окончила курсы и вскоре была направлена на подступы к Пулковским высотам в составе отдельного моторизированного инженерного батальона Ленинградского фронта. Начались суровые армейские будни. Мария никогда не боялась тяжелой работы, но копать блиндажи и часами сидеть в окопах, когда рядом рвутся снаряды и закладывает уши то ли от этих взрывов, то ли от криков раненых бойцов, оказалось испытанием на пределе её возможностей. Сил придавало лишь то, что солдатский паёк, действительно, стал спасительным, и в глазах сына появилось жизненное тепло. Но вскоре случилась беда. В дом, где жила Мария, попала бомба. Няня успела вывести Володю в бомбоубежище, но возвращаться было некуда. Несколько дней Мария прятала Володю на линии фронта в блиндаже, но понимала, что долго так жить невозможно. Отдать же сына в детский дом для неё было смерти подобно, ведь Мария боялась, что не найдет его потом. Но, видимо кто-то свыше, кому так усердно молилась она день и ночь, решил не оставить их в беде. Мария стала случайным свидетелем важного разговора, из которого узнала, что скоро мимо Мги на Москву пройдет эшелон с ранеными солдатами. «Вот оно, спасение – промелькнуло тогда в голове у Марии, – Если удастся посадить на поезд Володю и он сможет добраться до Калинина, то оттуда рукой подать до родины, до деревни Старицы, а там сестра, она поможет!» Мария бросилась в ноги замполиту, чтобы он отпустил её на день в город. Что она говорила, как смогла убедить замполита, она потом так и не вспомнит. Он согласился, правда, наказал, что отпускает до темноты, но если в срок она не вернется, то отдаст под трибунал. Мария не могла вернуться в срок, потому что поезд должен был прибыть только к вечеру, но ради спасения сына, она была готова на всё!

С тех пор, как дом был разрушен, няня сына ютилась в госпитале и помогала присматривать за ранеными. Упросив няню сопровождать Володю в деревню, Мария, воспользовавшись военным билетом, договорилась с машиной в госпитале, и они успешно добрались до станции. Стемнело. Эшелона всё не было. Мысленно Мария прощалась с Володей навсегда и пыталась ему, двухлетнему малышу, рассказать за несколько оставшихся часов или минут, как вырасти хорошим человеком. Володя смотрел широкораскрытыми голубыми глазами на мать и улыбался от того, что сидел у нее на руках. Послышался гудок поезда. Мария знала, что эшелон не остановится, а только замедлит ход на станции… В одном из проемов дверей поезда показались солдатские руки, которые подняли няню в вагон. Мария бежала рядом с вагоном с сыном на руках и, наконец, передала Володю в руки солдат. Эшелон набирал скорость и вскоре скрылся за поворотом, а она стояла, не в силах тронуться с места, ощущая на своей щеке запах сына, которого ей уже не суждено, как она полагала, увидеть.

Лишь много месяцев спустя она узнает, что где-то за Боровичами были взорваны пути и, ожидая, когда солдаты восстановят железнодорожное полотно, эшелон простоял в лесу несколько дней. Была страшная духота, вокруг стонали раненые. Некоторые умирали, и их хоронили прямо там, в лесу, боясь распространения эпидемии. Людей кормили партизаны, они же приносили воду. Мария узнает о том, как Володя с няней выжили и добрались до деревни, где их встретила Пелагея, сестра Марии. Но, к сожалению, няня не выдержала переезда, тяжело заболела и вскоре тихо скончалась. Ей расскажут, что через несколько месяцев рядом с деревней Старицы появился отряд карателей, и Пелагея с Володей успели уйти в деревню Репино. До Репино фашисты так и не дошли. Володя переболел цингой и малярией, но выжил. А так же выяснится, что малограмотная сестра не помнила адрес Марии, и письмо, которое она отправила, было незатейливо подписано: «Ленинградский фронт. Пулковская высота. Для военнослужащей Гордеевой Марии Ивановны». Это письмо Мария увидела только через полгода и только тогда узнала, что сын жив. Но всё это было потом, а сейчас Мария стояла на перроне и на негнущихся ногах возвращалась в часть.

Попутку поймать удалось не скоро, и она появилась в своей части только через двое суток. То, что было дальше, не иначе как милостью свыше, назвать нельзя. В ту ночь, когда Мария провожала сына, их часть подверглась бомбардировке с воздуха. Замполит погиб, а вместе с ним погибло еще больше десятка человек. Блиндаж, в котором прятался Володя раньше, был разрушен. Марию никто не искал… Она пришла в штаб, который располагался в блиндажах, в насыпи железной дороги к северу от Пулковских высот и сообщила, что была контужена, больше суток пролежала в окопе, потеряв ориентацию. То, как она выглядела, как говорила, не оставило сомнения в правдивости её слов. В суматохе разбираться никто не стал, и Мария снова оказалась в строю.

* * *

Немцы постоянно штурмовали Пулковские высоты. Их бомбили с воздуха, делали вылазки с земли. На помощь подоспели стрелковые дивизии народного ополчения. Общими усилиями советские войска удерживали этот рубеж в течение всех дней блокады. Шло лето 1942 года. Начались полевые работы.

      Необходимо было разминировать дороги и поля. Самое сложное – в высоких травах и кустарниках обнаружить мины. Чаще всего погибали именно на минных заграждениях в кустах. Минеры должны были ходить по двое, но людей не хватало, поэтому в основном ходили поодиночке. Счет обезвреженных мин Мария не вела. Взрыватели от них, не считая, сдавали командиру взвода. За один день сапер мог обезвредить десятка два мин. Самыми страшными были прыгающие мины. Ими немцы минировали дороги в шахматном порядке. Они взрывались на высоте больше метра, а осколки разлетались на несколько метров вокруг. Если ошибиться и дернуть мину, отложив её в сторону, то срабатывал взрыватель. Сапера разрывало в клочья. Несколько раз напарники Марии подрывались буквально на ее глазах. Но страха не было. Не выдерживали нервы у самых мужественных бойцов, особенно когда днем, в невероятном напряжении, приходилось ходить по минному полю, а ночью шёл обстрел с воздуха. А Мария словно окаменела. От усталости не было чувств, не было эмоций, не было боли. Только иногда, лежа в блиндаже, в редкие минуты затишья, она думала о сыне, о котором по-прежнему ничего не знала. И тогда сердце начинало бешено стучать, а на глаза наворачивались предательские слезы.

Однажды, уже осенью, ей довелось участвовать в вылазке в тыл врага. Разведчики обнаружили штаб артиллерийского полка, орудия которого вели огонь по Ленинграду. Заданием саперов было заминировать у подножия высоты основной путь отступа спящего врага, а тем временем автоматчики должны были подобраться к врагу вплотную на верхнем рубеже. Фашисты спали, не ожидая атаки. «За Родину! За Ленинград! Вперед!» – раздались крики, и офицеры батальона первыми ворвались в траншеи. Не отставали от них и сапёры. Фашистов охватила паника. Многие пытались спастись бегством, офицеры же бросились к мотоциклам и помчались к подножью высоты на верную смерть минного заграждения. Сапёры закидывали оставшихся фашистов бутылками с зажигательной смесью, сверху солдаты поливали их автоматными очередями. Было уничтожено почти полсотни врагов. Но самым главным трофеем оказались дальнобойные артиллерийские орудия. За этот бой Мария получила в тот же месяц награду – медаль «За боевые заслуги». Когда на поле боя вручали награды, ни простые солдаты, ни офицеры не могли сдержать слёз. Эту медаль Мария ценила больше всех остальных. Она говорила, что это награда, которая пахнет победой!

А вскоре пришли хорошие вести. В сентябре 1942 года была прорвана энергетическая блокада города. Энергетикам удалось проложить кабель по дну Ладожского озера. Это событие дало надежду Ленинградцам на победу, на жизнь, хотя впереди еще было несколько лет войны.

Зимой Мария получила весточку от сына, тогда же смогла и сама послать им письмо, но, как часто было на войне, письмо затерялось, и о судьбе матери Володя узнал только после победы 1945 года. Всю войну Мария прошла без ранений и контузий, словно кто-то свыше закрывал её от смерти ради сына, который ждал её с фронта. В январе 1944 года была снята блокада Ленинграда, ожесточенные бои начали уходить из этих мест. Район Пулковских высот стал тылом. До конца войны советские войска держали оборону Пулковских высот, так и не позволив врагу преодолеть этот рубеж.

В мае 1945 голос Левитана сообщил о Великой Победе! Но для минёров Пулковских высот война не закончилась… Еще целых два года они трудились день и ночь над разминированием территории, пытаясь ликвидировать остатки войны. Неразорвавшиеся мины уничтожали на месте. Много сапёров полегло в эти мирные послевоенные годы. Марию отпустили в отпуск в июле 1945 года, дав всего неделю на встречу с сыном. Володя с Пелагеей так и не вернулись в Старицы, потому что их дом фашисты сожгли, а остались в деревне Репино. Володя не помнил мать и долго плакал, не желая её признавать. Тяжелый взгляд стальных глаз этой суровой женщины так отличался от взгляда ласковой Пелагеи, которую и называл мамой Володя. Мария уезжала с тяжелым сердцем, но в душе поселилась радость от встречи с сыном.

Через два года, когда она вернется за Володей, он уже будет её с нетерпением ждать, гордясь тем, что мама – герой-красноармеец, и на груди её красуются медали.

* * *

Время течет… Всё меняется… Останется позади тяжелый путь отважной женщины-минера с простым русским именем Мария… Жизнь начнет кипеть с удвоенной силой под мирным небом страны, победившей фашизм.

Мария с Володей вернутся в Ленинград, им выделят комнату в старом доме, в котором пройдет всё детство Володи. Он окончит школу, выучится на электромонтера и пойдет по стопам матери. Впоследствии Володя станет главным инженером электростанции, и мать будет безмерно им гордиться. Так сложится, что его жизнь навсегда будет связана с поездками по стране, и Мария постоянно будет ждать редких встреч с сыном. У Володи родится дочь, рядом с которой и пройдет остаток жизни Марии. Она проживет долгую жизнь и тихо уйдет, разменяв девятый десяток лет.

Внучка Марии потом расскажет своему сыну, как однажды она спросила: «Бабушка, почему ты не ходишь на парад победы, на встречи ветеранов?». И получила ответ: «Потому, что встречаться не с кем. К концу войны из батальона осталось 10 человек, да и тех уже, возможно, нет…»

Своё последнее пристанище Мария найдет на Южном кладбище Пулковских высот. Володя переживет её на 20 лет, уйдя из жизни так же тихо, на руках дочери и внука, и упокоится рядом с матерью, которая всю жизнь его ждала.

Круг замкнулся. Теперь мать и сын навечно вместе…А с фотографии смотрят на своих потомков стальные глаза великой женщины и глаза её сына, цвета мирного неба над Пулковской высотой…

День Победы – торжественный праздник

С дрожью в голосе, с болью в сердцах!

Прикоснусь осторожно к медалям,

До земли поклонюсь орденам!

И спасибо скажу тем героям,

Кто смог выжить в неравной борьбе,

Тем, кто жизнь отдал на поле боя,

Чтоб жилось в мире мне и тебе!