Преодолевая. Судьба человека

ПРЕОДОЛЕВАЯ

НОВОТРОИЦК – 2024

УДК 37.032.2

Судьба – такая философская категория, которую трудно доказывать фактами. Хотя и все другие категории очень противоречивы, поэтому, так много в жизни из далёких времён и по настоящее время, всё доказывают и доказывают. Опровергают друг друга, считая, что только он прав. Отвлекаясь, от чьей-либо мировоззренческой стороны интересно наблюдать за спором философов между собой.

В молодости наблюдая за действиями моей бабушки Марины Осиповны за молитвою, я, будучи пионером, а затем комсомольцем, спросил у своего дедушки Иван Егоровича: «Дедушка, а бог существует?» Он, подумав, промолвил: «Знаешь внучок, а кто его знает, толи есть, толи нет». Вот и пойми!

Однажды у старшего брата Петра я спросил: «Мы построим коммунизм?». Он,

иронически улыбаясь, сказал: «Коммунист должен верить в коммунизм, как верующий в бога». Вот и пойми!

.

2.ПАМЯТНОЕ. МОМЕНТЫ МОЕЙ ЖИЗНИ

1.1941 год. Война. г. Куйбышевка-Восточная.

Семье из восьми человек жилось очень трудно. Отец служил в армии, авиамехаником в авиационном полку, а мать работала в детском садике. Помню, я тоже ходил в детский садик, где работала Мама. Самые ранние воспоминания этого периода – это ощущения постоянного голода. А когда удавалось хорошо поесть и меня спрашивали, наелся ли, я проверял пальцами – тугой ли живот.

Помню своё первое публичное выступление. По-видимому, солдат отправляли на фронт, и дети сад-яслей устроили им концерт. Я стою на деревянном помосте, вокруг военные, рассказываю стихотворение. Помню только одну строчку из него: «Солдат схватил винтовку…!» До сих пор помню ощущение боевитости, готовности хоть сейчас идти в бой. Хорошо рассказанное стихотворение, мой внутренний настрой потрясли солдат. Меня долго подбрасывал какой-то военный, я до сих пор помню радостные аплодисменты и одобрительные возгласы солдат. Наверное, это моя, двух-трёхлетнего мальчишки, единственная маленькая лепта в победу над фашистом.

2.2.Проживал я в деревне Вознесеновке 3—4 лет и думал:

«Для чего живёт человек?

Воспоминания о жизни в деревне Вознесеновке очень смутные. Скакал на палочке верхом, изображая кавалериста, катал сундучок по хате, бегал с барашком, который, догоняя, старался непременно боднуть меня под место ниже спины. Любил ходить на речку «Белая», задумчиво смотрел на чистую-чистую воду в реке, а на дне мелькали красивые камешки.

Речка Белая (зимнее время) приток реки Зея, впадающую в реку АМУР.

На левом берегу речки деревня Вознесеновка.

Прятался в малине, изображая толи партизана, толи разбойника. Часто наблюдал деревенскую жизнь, сидя на подоконнике и глядя в окно. «Для чего живёт человек?» – одолевала меня мысль тогда. Зимой я спал на печи вместе с кошкой. Как-то приезжал папа на полуторке. Думаю за продуктами. Решил прихватить с собой кошку, чтобы погонять в квартире расплодившихся мышей и крыс. Кошку посадил в мешок и положил в кабину. Привезли кошку в город, проехав около 35 км. Кошку держали дома не выпуская на улицу недели две, а когда выпустили, она ушла. Тёмной зимней ночью послышалось мяуканье в деревенской хате, когда открыли дверь, вбежала кошка и сразу запрыгнула ко мне на печь. Уши у неё были обморожены. Потом она заболела и умерла. Все мы удивлялись и восхищались кошкой: как она нашла дорогу и преодолела её в зимнее время..

2.3.Вознесеновка. Первые раздумья о жизни.

Ты, что? … Что, ты, Толик, плачешь?

– Я…, я…, не хочу умирать..!

Марина Осиповна встревожено, внимательно посмотрела на своего внучка:

«Не болен ли?»

Взглянула в окно.

По деревенской улице мрачно двигалась похоронная процессия.

Марина Осиповна поняла, какие философские мысли одолевают её трёхлетнего внука, сидящего на подоконнике, смотрящего в окно с обильными слезами на глазах и размышляющего о смысле жизни.

– Да, ты, что! Что, ты, Толик!

– Ты не умрёшь! … Это не скоро будет.

Далёкая, но неизбежная смерть не успокоила мальчика.

У него в голове блуждала мысль: «А если я умру, то что будет после меня? А для чего тогда человек живёт, если он всё равно умирает?»

И не подозревал мальчишка, что эта же мысль веками волновала и продолжает волновать всех людей на свете, у кого есть в голове хоть

немного серого вещества. И выдвигают люди различные версии по этому поводу и о бессмертии тоже.

2.4.Преодоление страха.

Приграничный российский городок Куйбышевка-Восточная. Только что отогнали японцев из Манчжурии, но видны последствия. Кругом мусор, какие-то пустые банки, куски арматуры. За околицей окопа, подготовленные к отражению в случае нападения врага, лагерь с пленными японцами за колючей проволокой. Метров 500 от него, перпендикулярно, бараки с недобитыми бендеровцами, отправленными на поселение. Голод. Бандитизм и воровство.

По тёмным улочкам, ёршась от холода и страха, пробирался я, семи лет, зажав пайку ржаного хлеба, полученного в толкучке в воинском магазине на Маяковской. Пайка хлеба получена по талону, выделенному многосемейному старшине авиационному механику.

Семья жила в бараке авиационного городка и строила домик в рабочем посёлке. Домик был срублен, веранда огорожена колючей проволокой. У меня была обязанность, кроме посещения магазина, охранять недостроенный дом от расхищения всяких мелочей. Охотников полазить по стройкам было много. Тащили всё, что увидят.

Я шёл по тёмным улочкам, озираясь и тревожно вздрагивая от каждого шороха, скрипа. Вот озеро, из которого мальчик со старшим братишкой из дна доставали горелую пшеницу. Пленные японцы, работающие на мелькомбинате, устроили пожар, сгорело много драгоценного зерна. После ликвидации пожара горелое зерно выбросили в него.

Подошёл я к углу улицы Мельничная. Волосы стали дыбом. Недавно здесь банда расправилась со своим членом, нарушившим дисциплину. Воспротивился приказу главаря. Семнадцать ножевых ранений. Каждый член банды обязан был вложить нож в бывшего своего товарища. -Как так может быть? Подошёл к своему строению, аккуратно раздвинул проволоку на веранду, пролез. Сел на матрас, набитый соломой, откусил несколько раз от пайки ржаного хлеба. Дрожь прошла. Сон одолевал. Мальчик привязал несколько пустых банок к колючей проволоки заграждения веранды так, чтобы, если кто-то полезет на веранду, банки загремели. Взял для защиты, приготовленный ранее, обрубок арматуры, успокоился и стал ждать дедушку с работы. Так было обычно.

Мой родной дом. Краснофлотская дом 61 (вид 2020 года). В нём сейчас живёт

племянник с семьёй Зиятдинов Павел Александрович (сын моей младшей сестрёнке Панычевой Елене Алексеевне).

2.5.Самурай всегда самурай

После войны 1945 года было взято в плен 609448 японцев, из них было 163 генерала, 26 573 офицера, 582 712 унтер-офицеров и рядовых. Часть из них работали на мелькомбинате в городе Куйбышевка-Восточная. Работа, по тем временам, была лёгкая. Они хорошо питались, в то время, когда мы пухли с голоду. На моих глазах человек не старый, как сидел на лавочке, так и повалился. Умер с голода.

И вот однажды мы увидели, как загорелся на мельькомбинате огромный пожар,. Горел деревянный элеватор с сушилкой и механизированной башней ёмкостью 10 тыс. тонн зерна. В то время для нас это была катастрофа. Мы, жители города, смотрели на этот пожар и многие плакали от досады. Мы посчитали, что поджёг, был произведён каким-то самураем. Когда закончился пожар (всё выгорело дотла) горелое зерно вывозили в озеро Зеркальное и там топили. Затем мы доставали горелое зерно и эти питались, чтобы не умереть. С тех пор я негативно отношусь к японцам. Самурай всегда остаётся самураем!

2.6.1947 год. г. Куйбышевка-Восточная (с 1957 года Белогорск).

Тяга к знаниям.

1 сентября 1947 года я пошёл учиться в Среднюю школу №3. Мы уже жили в новом недостроенном доме по улице Краснофлотская, №61.

Воодушевлённый, я шёл со школы после первого дня, прикидывая в уме, сколько мне ещё осталось учиться, чтобы достичь заветной мечты – стать генералом. Дедушка видел, что я с удовольствием хожу в школу, и, пряча улыбку в усы, частенько иронически надо мной подтрунивал: «Хватит, внучок, тебе уже учиться, научился читать, писать, расписываться умеешь и ладно!» В школе я был озорным, задиристым мальчишкой. Первой учительницей была Любовь Львовна Михельсон, я не питал к ней особого уважения. Возможно, это связано с тем, что она решила поправить моё особое произношение буквы «Л», начав иногда дразнить меня, а также подговорила других учеников делать то же самое.

Излюбленным местом отдыха нас, мальчишек, были окопы. Эти оборонительные сооружения были вырыты во время войны за околицей посёлка на случай нападения японцев на город. Там мы играли в войну, гоняли самодельный из тряпок мячик и в прочие игры, что только ни выдумывали детские головки. Туда же мы выгоняли домашних гусей, здесь же было ближайшее место выпаса коров.

Семья из семи человек жила впроголодь. Помню такой случай. Я собирался идти в школу, а поесть было абсолютно нечего. Мама отправила меня за окопы, там трактор пахал землю под весеннюю посадку картофеля. Я вместе с другими людьми шёл за трактором, мы внимательно смотрели на вспаханную землю и искали прошлогоднюю гнилую картошку. В тот день мне подвернулась удача. Я нашёл три или четыре картофелины. Радостный я прибежал домой, отдал Маме, она вытащила оттуда червяков, слепила в форме котлеты, смазала сковороду солидолом, поджарила. Я удовлетворённый схватил эту котлету и уже опаздывая побежал в школу. Ел эту котлету на перемене, да ещё и с кем-то поделился. Тогда принято было делиться, на тех, кто этого не делал, смотрели неодобрительно. Да и Мама никогда не отказывала просящему прохожему миску приготовленного супа, порой из лебеды.

2.7.1948 год. Возжаевка. Становление

Во второй класс я пошёл уже в Возжаевскую среднюю школу. До этого там учился мой братишка Витя. Способный, но очень балованный в то время мальчишка. Несмотря на то, что и дедушка работал плотником в этой школе, и директором школы был Хренов Николай Никифорович, наш дядя по отцовской линии, то есть контроль был обеспечен надлежащим образом. Однако, Витя умудрился во втором классе остаться на второй год. Хотя ребёнок был смышлёный. В дальнейшем он стал крупным учёным.

Раздосадованный и рассерженный отец забрал Витю в город, а меня, как более прилежного, послушного и ответственного мальчишку, отправили жить и учиться в Возжаевку.

Прошёл военный гарнизон. Затем по дороге мимо водокачки, несколько круглых японского типа домиков остались справа, а слева показался глубокий овраг, перешёл через длинный качающийся мостик, отсчитал третью квартиру в первом бараке и вошёл в него. Бабушка с дедушкой были удивлены, что я пришёл один. Прошло немного времени, появляется улыбающийся Петя, он всё время следил за мной. Я получил от него и от бабушки с дедушкой похвалу, да и сам я был горд своей самостоятельностью до такой степени, что до сих пор помню этот случай до мельчайших подробностей, хотя прошло уже 75 лет.

В Возжаевской школе я проучился со второго по пятый классы. Учился хорошо. Особенно легко мне давалось решение примеров и задач, любил географию, увлекался чтением книг, которые брал в школьной библиотеке. Читали книги, соревнуясь с моим другом Васькой Самодуровым. Он глотал книги быстро, а я с раздумьем долго. Частые были случаи, когда я единственным был в классе, который решил задачу или пример, и тогда моя тетрадка гуляла по всем партам

Жизнь моя в Возжаевке по тем тяжёлым временам была сносной. Бабушка воспитывала меня по-христиански. То, что было плохо и нельзя было делать, это грех. Она была набожная женщина, регулярно посещала церковь, в семье была лидером. Дедушка работал плотником вначале в школе, а затем в военном гарнизоне. Бабушка была доброй, ласковой. Дедушка старался проявлять строгость, чтобы я его побаивался. Жил я не закрепощённо. Знал свои обязанности и свободно распоряжался своим временем. Катался с горки на лыжах и санках, ходил в гарнизон в кино, на примитивные театральные представления, встречи. Очень потрясло меня посещение встречи солдат с участником восстания моряков на «Потёмкине». Дружил с солдатами на точке, подпаивал их домашним молочком, а они взамен давали ракеты.

Друзей было много, но особенно тёплые отношения сложились с Васькой Дуровым. Здоровый балбес был, учился на тройки-двойки, и я ему полезен был тем, что постоянно давал списывать домашние задания. Он меня звал «Опрст», а я его «Очклмн». Такие у нас были клички по общему согласию, и мы с удовольствием воспринимали их. Как-то на большой скорости упали с велосипеда на щебёнчатой дороге, крепко разбились, долго лежали неподвижно, возможно, потеряв сознание, а затем, окликнув друг друга по кличкам, взбодрились и начали медленно подниматься.

После окончания пятого класса родители меня вернули в город. Нужно было помогать семье растить и воспитывать маленьких детей – Надю, которой в то время было четыре года, и годовалого Мишу. Семилетний Гена уже не успевал выполнять все необходимые обязанности: и пасти корову, и воспитывать маленьких. Когда он брал их с собой пасти, они ему мешали. Поэтому мне сказали, что пора кончать лодырничать, нужно помогать семье. Да я и сам это понимал. У меня сердце сжималось, когда я думал о доме, о том, как трудно достаётся моему младшему брату.

Первый ряд, 3-ий слева, на коленях Анатолий Панычев.

Средняя школа ст. Возжаевка, 1950 год.

3.ЧТО ИЛИ КТО МЕНЯ СПАС?

3.1 Не понятное спасение на речке.

В Белогорске два озера Зеркальное и Лётное и река Томь, приток Зеи, в 50 км от её устья. Река Томь бурная, с сильным течением и коварная. Опасность её заключалась в наличие частых водоворотов. Попав в водоворот пловец только с большим навыком мог вырваться из водяного плена. Его с большой скоростью закручивало и тянуло на дно.

Мне тогда было 7 лет. На озере Лётное мы с соседским ровесником мальчишкой Витькой Зубковым ловили удочкой гольянов, у его ловля получалась очень успешной, а у меня, почему-то, никак не ловилось. Он брал удочку у меня и таскал гольянов один за другим. Затем, когда мы шли домой, то улов мы делили поровну. Таковы были правила порядочности при дружбе.

А на озере Зеркальное мы порой с раннего утра до позднего вечера поднимали со дна горелое зерно, которое попало туда при пожаре мелькомбината. Предположительно подожгли его японские пленные, работающие в то время на объекте. Это горелое зерно смешивалось с гнилой картошкой и из этой массы пеклись лепёшки для еды. Так мы спасались от голода после войны. На этих озёрах в перерыве от работы я учился плавать

по-собачьи.

И вот с такой подготовкой к плаванию я согласился на призыв моих друзей Витьки Зубкова и тёски Стародубцева пойти на речку. Была жара около 40 градусов, поэтому предложение покупаться было увлекательным. Отпросившись у матери, она разрешила идти. В начале она запротестовала, но под напором просьб моих друзей в конце-концов согласилась. При этом меня спросила: «А ты плавать-то умеешь?» Я в то время мечтал стать моряком, поэтому гордо ответил: «Конечно, умею». Она сказала: «Ну, иди и осторожно, далеко не заплывай». Мы взяли мяч и двинулись на речку.

Как обычно у детей это бывает, мы азартно заигрались в мяч и, когда мяч был на моей стороне, он залетел в опасную зону. Я рванулся за мячом, не подозревая опасности. И вдруг меня закрутило с огромной скоростью, такого я никогда не ощущал. Я хлебал воду, старался барахтаться, но это было бесполезно. Меня потянуло ко дну. Я стал терять сознание и перестал сопротивляться водовороту.

Вдруг пришло спасение – меня вытащили из водоворота. Кто-то сильно поднял и вытащил на берег. Это Кто-то неожиданно для присутствующих, как появилось, так и исчезло. На берегу друзья меня откачали: вылили из меня воду, с делали искусственное дыхание и привели в сознание. Я стал озираться и спрашивать друзей: «Кто меня вытащил?». Друзья пожали плечами и никого не видели. Тогда я этому, не придал значение, а повзрослев начал размышлять: кто меня спас, где мой спаситель? Мистика какая-то

3.2. Что меня спасло от напряжения 1780 вольт

постоянного тока.

Будучи молодым специалистом, меня поставили начальником смены. Энергия била ключом. Чтобы ускорить процесс и сократить простой я во всём помогал рабочим.

В зимнее время пришлось разгружать железнодорожные вагоны с глинистой рудой. Руда примёрзла к стенкам вагона и замедляла рабочий процесс. Рабочие старались, как могли. Затяжка времени меня не устраивала. Я заскочил на борт вагона, схватил шуровку и начал обрубать, налипшую к борту, глинистую массу.

В какой-то момент мне стало тревожно, приподнялись волосы. Я почувствовал опасность. Машинально я чуть-чуть приподнял взгляд вверх. На расстоянии от головы примерно 1—2 сантиметров висел контактный провод напряжением 1780 вольт постоянного тока. Как я ни шуровкой, ни головой не дотронулся до него? Это мне грозила явная смерть!

3.3. ДТП на дороге Орск-Оренбург

В 90-е годы прошлого столетия меня избрали Председателем городского Совета г. Новотроицка. Нужно напомнить, что это было ещё Советское время и Председатель Совета, в отличии от сегодняшнего времени, являлся главой города. Забот нахлынуло очень много. Для решения проблем города я ездил в Москву на приём к Ельцыну, был у Хасбулатова, Время было политически нестабильное

В один из дней срочно приглашает меня приехать в г. Оренбург Председатель Оренбургского областного Совета Григорьев. Было дневное время, машин в гараже не оказалось и мне предоставили такси.

Водитель понимал, что у меня срочная поездка, и старался ехать на максимально возможной скорости. За с. Каснощёково дорога имела дугообразный поворот. Водитель, потеряв внимание, на скорости 150 км в час поехал в обрыв. Кувыркались мы долго. Потеряли сознание. Приехали ППС и вытащили нас из машины. Покалечены мы были здорово. Лечились. Но я и водитель остались живы. Не судьба было умереть!

3.4.Опасный переезд на гужевом транспорте.

Описывая ДТП на дороге, Орск-Оренбург я вспомнил случай из детства.

Войну я пережил у бабушки и дедушки в деревне Воскресеновка, На фронт дедушку не взяли, так как он был инвалидом 2-й группы, получив увечье на фронте в период Первой мировой войны. Работал в колхозе. По окончанию войны они собрались переезжать в город к семье сына. Машин в то время не было. Все лошади были заняты на работах в колхозе. Дедушка выпросил лошадь на ночь. Стало темно. Бабушка и Дедушка загрузили всю домашнюю утварь на телегу. Арба была заполнена до отказа. Меня укутали кое-чем и посадили сверху. Двинулись в путь. Дорога была просёлочная, ухабистая, грязная. Где-то в районе Возжаевки телега, попав в яму, перевернулась. Вся утварь рассыпалась, а меня как из пушки выбросило на 5—10 метров. Бабушка подбежала ко мне, рассмотрела – цел!

Бабушка была очень набожной. До этого она меня таком окрестила. Посчитала, что веление всевышнего. Перекрестила меня и сказала: «Значить богу суждено, чтобы ты жил. Будешь жить долго»