- -
- 100%
- +
Поле пересечь было недолго, и очень быстро послышался грохот и треск – щитоносцы , и Халдык во главе, попытались сходу потеснить пикинеров. Отряд Бока схватился с отрядом Фальда но, чувствуя, что в умении их партия тоже уступает, отошли, теперь опираясь на строй пикинеров.
Две баталии с почти трехметровыми оглоблями сошлись, действуя несколько неуверенно, но вместе с тем выверено- вместо привычных тычков на головы и плечи друг друга они обрушивали мощные удары. Перестук стал громче, злее, кто-то начинал выходить из боя, отходя в тыл – дубина дубиной, а через шлем удар все равно почувствуешь – особенно если он пятый подряд.
Майсфельд, наблюдая за схваткой, сначала не понял, почему партия на стороне Хелдора сражается в меньшинстве и, вроде как, потихоньку уступает. Карви, однако же, хмыкнул и показал пальцем за строй – там щитоносцы неспешно, сохраняя силы для рывка, обходили место побоища – вот поравнялись с алебардистами Конрада, выдвинулись вперед и в уже завязший клин, что вел Халдык, ворвались бойцы, костяком которых бойцы Баярда – а там и Жостин мог помочь советом.
Ударный отряд смело, в дело вступили алебардисты Конрада. Часть пикинеров, что покрепче, принялась охаживать Халдыка оглоблями, и тот вынужденно стал пятиться назад. На баталию пикинеров Ивви, что осталась без поддержки, навалились с трех сторон, а сами они уперлись на алебардистов Фальда. Несмотря на явное утерянное тактическое преимущество, мало кто вышел из боя, а части пикинеров из партии Хелдора пришлось бежать за новым дрекольем взамен поломанного, что было свалено за строем.
Разгрому не дал случиться Ивви, судя по всему – он отвесил тишком пару зуботычин сержантам и те стал спешно перестраиваться в «ежа». Строй стал привычно втягиваться вокруг дающих команды сержантов, к ним подтянулись приходящие в себя щитоносцы. Противоположная сторона не без успеха набросилась на защитное построение с трех сторон, пытаясь продавить и опрокинуть.
Несколько минут длилась жестокая свалка, где уже каждый начал скорее работать кулаками, нежели тренировочным оружием. Сам Хелдор, вдоволь натолкавшись, надышавшись пыли и получив пару серьёзных оплеух, вылез из всей кучи малы и забрал рог у Крисса, который держался подле него. Чуть выровняв дыхание, Хелдор посигналил в рог, и партии стали расходиться в разные стороны.
– Я думаю, необходимо было продолжать – поежившись, сказал Карви. – В такой куче-мале закаляется характер бойца, его выносливость, воля.
– И множатся совсем не нужные увечья. – Возразил Лекс, указывая, что несколько бойцов с обеих сторон, судя по всему, бой продолжить не смогут.
– Это часть тренировки… – Кварт ответил, затем вопросительно поглядел на Майсфельда, который перевел взгляд с места побоища на него. Граф кивнул, и лейтенант продолжил: без травм тренироваться невозможно. Только так вколачивается воинская премудрость.
– Я уже отсюда могу заметить, что пара человек там умудрилась не то что вывихнуть, а даже сломать ногу. Скорее всего, из-за неудачного падения или же, напротив, кто-то им на ногу припал неудачно. Какой урок они из этого вынесут? Ровно никакого. Хелдор сделал правильно, что остановил бой.
– Ну, разве что если они намерены продолжать? – Нехотя признал Карви.
– Да, судя по всему. А вот ушибы, разбитые носы и сколотые зубы – кивнул Лекс – вот это они запомнят в дальнейшем учтут.
– Господа, они продолжают, кажется длительного отдыха он решил им особо не давать.
Все трое замолчали, наблюдая за происходящим.
Хелдор едва заставил себя захлопнуть забрало, что с внутренней стороны было насквозь сырым от его дыхания. Сержанты, перекликаясь, готовили бойцов к новой атаке, и командир пикинеров, не давая себе поблажек, вернулся в строй одним из первых. С обеих сторон из боя выбыло десятка по полтора, не более. Многие чувствовали себя , словно заживо сварившиеся раки, но сейчас таких спешно приводили в чувство. Действенный способ всем показал Флера. Девушка выглядела довольно бодро, благоразумно оставшись на ногах и не влезши в самое пекло, поэтому сейчас она, сняв шапель и откинув на плечи кольчужный капюшон, поливала бойцов водой из ковша. Те чуть наклонялись, снимая шлемы, и ледяная вода плескалась на затылки и обильно за шиворот. Такой незамысловатый метод быстро возвращал бойцов в строй и они, довольно фыркая, надевали шлемы обратно.
Девушка обратила внимание на командира, смотревшего на него. Тот приветственно приподнял забрало и улыбнулся – и та улыбнулась лишь уголками губ, продолжая поливать буйные головы товарищей из бочки. Хелдор бы тоже не отказался от ушата холодной воды за шиворот, но снимать шлем он уже считал неуместным – тем более, что соперники уже строились в боевые порядки.
Похоже, с подачи Ивви сержанты решили спаять отряд алебардистов и пикинеров вместе, выстраивая сильный, монолитный строй. Поодаль стояли лишь щитоносцы за Халдыком. Теперь они наверняка постараются не подставить фланг – порядки соперников были растянуты, теперь они попробуют обхватить их широким фронтом, а потом уже щитоносцы и лично Халдык, в общем-то, отзеркалят ситуацию, произошедшую в предыдущей схватке. Правда вот орк в тылу, пусть и не стремящийся никого покалечить или убить, может позволить все закончить разгромом.
Хелдор с долей фатализма улыбнулся своим мыслям. Он уже видел слабые стороны этого плана, но старательно молчал, не подсказывая. Что же, если сержанты не догадаются, то получит тумаков со всеми наравне. Оставалось лишь, пожимая плечами, переглядываться с Фионой, которая эту уловку, возможно, раскусила и того раньше.
Флера, назначенная десятником на испытательный срок, возможно, спасла положение. Хелдор хотел бы видеть девушку и вовсе сержантом, но боялся, напротив, подпортить ей жизнь таким решением – мало того, что кое-кто мог почитать ее в числе любимчиков , так еще и ее невысказанная симпатия к командиру могло испортить ее отношение с прочими бойцами. Сейчас она, подойдя к своему сержанту, который был ей земляком, пошушукалась с ним. Молодой парень, но с цепкими, быстро бегающими глазами на несколько мгновений ушел в себя, после чего окликнул других младших командиров.
Дело стало спориться, неопределенной формации строй стал выстраиваться в четкие, о семи человек в ряд и до десяти человек вглубь колонны. Пикинеры с укороченными дрынами, алебардисты и щитоносцы перемешивались меж собой, прикрывая друг друга. Всего вышло пять колонн, причем перестроение провели очень быстро. Хелдор торопливо и исполнительно занял свое место в третьей шеренге, колонны по центру, с левого края. Однако же, буквально за минуту до сигнала к сражению, сержант, которому он временно подчинялся, выдернул его из строя.
– Ваше благоро…
– Сейчас не благородие.
– Эм… Хелдор?
–Продолжайте, сержант – командир пикинеров подбодрил бойца.
– Не могли бы вы… Только вы… Ты…
– Любой приказ, сержант.
– Вы единственный, кто сможет остановить орка. Он может завалить колонны, построенные нами как… Как карточный домик.
– Меньше метафор, больше дела.
– Мета… Что? В общем, вы единственный латник в отряде, и будете сражаться вне колонны. Задача будет… Остановить прорыв, в случае, если…
– Вот сразу бы так. Будет сделано – Хелдор не преминул отвесить легкий поклон, вживаясь в роль.
Мальчишки-адъютанты начали перекликаться сигнальными рожками – примерно у половины получилось не ахти, звук напоминал не то лося, не то быка с несварением желудка, чем вызвал смех в рядах сражающихся. Однако бой, пусть и потешный, необходимо было продолжать.
Линия, выстроенная по Ивви, двинулась вперед, медленно, но неумолимо. Колонны двинулись навстречу, но все также неспешно, стараясь сберечь силы для решающего рывка. Все зависело от того, смогут ли колонны быстро перебить импровизированную фалангу противника, или же бесславно завязнут. Хелдор двинулся за крайней левой колонной, но старался особо не маячить, чтобы Халдык его не заметил и двинулся поближе к нему, по кратчайшему пути. Если же зеленыон увидит, как командир маячит впереди, но направление удара он неизбежно сменит, и поди догони в полных латах этого здоровяка.
Две стороны , наконец, оказались друг от друга в полусотне шагов, и события понеслись вскачь. Едва ли кто из сражающихся обратил внимание на Майсфельда и его небольшую свиту, которые, замерев в напряжении, следили за развязкой.
Фаланга замерла, поняв в последний момент, что плотно сбитые колонны им будет не окружить, потому как их строй был намного мобильнее, а уж опрокинуть оные нечего было и думать – фаланга будет вспорота, словно волна, налетевшая на скалы.
Запоздало донеслась команда остановиться и изготовиться к обороне, но это действие это было выполнено сумбурно. Раздался грохот, треск палок, и в фалангу влетели три колонны, что были по центру. Завязалась схватка – фаланга не могла окружить три колонны храбрецов, подавив их числом – ведь тогда уже по расстроенному строю ударили бы в тыл и фланги оставшиеся на месте противники.
Раздался сигнал рожков, колонны нехотя, с боем, стали отходить. Почти все остались стоять на ногах, но дышали тяжело, надсадно, хрип бойцов сливался в унисон. Командиры, управлявшие фалангой, очень рано расслабились, не успех восстановить строй, и тогда маневр повторили остальные две колонны, что стояли по краям.
Халдык, который вел щитоносцев, выгадал единственно верный момент, понимая, что колонны так и будут таранить скованную фалангу, пока, наконец, не навалятся скопом. Изначальный план явно полетел в тартарары, пришлось импровизировать. Орк, вырвавшись вперед, собрался влететь в левую колонну, что остановить ее, а там щитоносцы уже смогли бы ее опрокинуть. Хелдор был единственном козырем в обострившейся ситуации – он, даже не пытаясь поразить своего зеленокожего телохранителя орясиной, просто бросился ему наперерез, используя вес своих доспехов. В них он весил, пожалуй, не меньше Халдыка, но при этом был ниже. Выставив вперед деревянную дубину, он влетел в бочину орка, сшибая здоровяка с ног. Щитоносцы замерли, совсем не ожидая, что кому-то это окажется под силу. Разбег стоил Хелдору немалых сил, в этой схватке он буквально вложился в один единственный бросок. Теперь он мог лишь придавить орка коленом, не давая встать.
Щитоносцы бросились на него, осыпая ударами, один своего командира так и вовсе что было сил ударил углом щита в висок. Как знать, может, им и удалось бы спасти орка от столь странного пленения, но в этот момент новость о том, что командир смог свалить орка, пронеслась по всем колоннам, после чего они разом ударили по соперникам. Схватка сместилась в сторону, Хелдор, шатаясь, поднялся с орка, помогая ему встать. Теперь исход тренировочного сражения решался без них – на фалангу удары теперь сыпались со всех сторон, прорвавшиеся к ним щитоносцы помогли им выстоять, но все больше бойцов падало, не в силах выдержать столь много тупых, но весьма ощутимых ударов. Некоторым уже становилось дурно в той давке, которая началась, когда сержанты, ободренные зуботычинами Ивви, заняли круговую оборону.
– Здорово ты мне намял бока – наконец, прервал их молчание Халдык.
– Сам не ожидал. Но самое приятное, что это мне предложили сержанты.
–Поди раскусил нас, но не стал вмешиваться.
– Именно. Тем приятней то, что у них стало получаться.
– Уже один дерется с тремя, не пора ли…
– Да, пожалуй.
Хелдор, раздобыв у одного из адъютантов рог, дал длинную, тягучую трель, возвещая о том, что схватка была окончена.
Время итогов подойдет позже, но Хелдор твердо решил, что не будет выделять победителей и проигравших. Это приведет к ненужным склокам, и конкуренции, которая уж точно не нужна была. Как минимум, с тех самых пор, как они прошли боевое крещение в Фахро.
Бойцы оказывали помощь товарищам, вне зависимости от того, в чьей партии они сражались. Хелдор старательно и с заботой осматривал вывихи, переломы и сильные ушибы, настаивая на посещении Джеремуса. В конце концов, к хирургу собралась целая делегация. Старик помянет его за эту работенку с утра пораньше добрым словом.
В тот самый момент, когда командир пикинеров со знанием дела со смачным хрустом вернул на место пару пальцев на руке Трубадура, к нему подошел Майсфельд.
– Признаться честно, это было поучительно. Эдакое… Самоуправление, да еще и хорошая драка – признал маркграф.
– Да, красиво получилось, согласился Лекс – сам поди подсказал?
– Возможно, это была Флера, но тсс…
– Умные женщины самые опасные – покачал головой его бывший учитель.
– Я думаю, надо подобное состязание устроить и остальной дружине. А лучше бы и страже. – Карви заложил руки за спину, осматривая место прошедшего побоища, которое было усыпано щепой от переломанных палок. – И доспехи целее будут, казначею должно понравиться.
– Зато Джеремусу подкинем работенки – улыбнулся Хелдор.
– Есть интересные новости от устья реки. Ты просил, чтобы тебе рассказали – только сейчас Хелдор понял, что Майсфельд светился от радости.
–Тем более я ценю, что Вы пришли лично. Давайте не будем возвращаться для этого в город. Можно обсудить это и в шатре.
– Вот так вот, служишь, служишь, а своего шатра у меня так и нет! – Воскликнул Карви. Майсфельд приподнял бровь от удивления, но потом вместе со всеми посмеялся над этой шуткой.
Солнце начинало пригревать, но бойцы дисциплинированно привели в порядок плац, вернули снаряжение в лагерь, и лишь после отправились всей гурьбой к прохладной и быстрой реке. Сегодня они отдохнут в городе, это уж точно необходимо, весь через пару дней к ним приведут ополченцев на обучение, и будет неплохо, если они знают где право и лево.
Глава 2
Крики чаек доносились вдали. Теодорик редко бывал у берега океана, и ему думалось, что птицы были страшно недовольны тем, какая серьезная рыболовная флотилия вышла в океан впервые за многие годы. Было решено использовать старую крепость Хумы и бухту при ней с умом –войско нужно будет чем-то кормить осенью и зимой, и добытая в соленых водах рыба лишней не будет.
Теодорик задумчиво наблюдал за тем, как рыбаки растягивали новые бредни и собирали старые. Если бы старик Хума знал, что эти воды кишат рыбой – никогда бы не оставил свое родовое гнездо. Но и, чего греха таить, тут было очень красиво. Сейчас здесь почти не было его войск – лишь его гвардейцы, да и то он позволил им не облачаться с ног до головы. Одним из сопровождающих был угрюмый гвардеец, которого он в порыве гнева оставил без глаза. Наверное, суровый правитель о том сожалел, но виду не показывал.
Сейчас вся округа пропахла рыбой и кострами – прямо тут же выпаривали соль, заготавливали дары моря, чтобы те не испортились во время будущих кампаний. Через тяжелый рыбный запах пробивался резкий запах дегтя и более приятный- древесной стружки. Сосновый лес в округе без всякой жалости вырубался ради нужд его войска.
– Красиво здесь, а главное, не так жарко- подле Теодорика находился Свен – несмотря на то, что до ближайшего противника было несколько дневных переходов, овелитель гномов был в своей верной кольчуге, усиленной пластинами. . -Но на том положительные стороны и заканчиваются.
Свита повелителя гномов в две дюжины здоровенных бородачей была при полном параде – только без шлемов.
– Когда мы были на юге, ты выглядел довольным.
– Мда… – Его союзник потер большую гладкую голову, похожую на валун – гарем у султана был мое почтение. Хоть бы сюда кого привез, а то… Погреб спалили, девок нет…
– Ты здесь вроде ненадолго – несколько резко сказал Теодорик – да и я тоже. Не возить же с собой султанский гарем. Вина не обещаю, но пиво привезут к вечеру самое лучшее.
– Годится – Свен огладил растрепанную бороду. В отличие от своих соплеменников, он не особо за ней ухаживал – напротив, размышляя о чем-то или нервничая обдирал ее, отчего она торчала клочками – тем более завтра в путь. Где уж там наша с тобой межа, напомни-ка?
– Я пока довольствуюсь побережьем – пожал плечами Теодорик. А тебе я отдал немало земель для твоих поселенцев, под пашни. Но…
– Гномы опять через лес не полезут – возразил гном. Найдем брод в другом месте!
– О, если бы ты смог еще и добыть мне голову Хумы в другом месте… – Съязвил Теодорик. – Но они не растут на деревьях.
– Почти все снаряженное туда войско положили под стенами. Едва ли треть моих вернулась – не стоит того его седая сморщенная башка.
– Не забывай, что мои люди тоже там были. – Теодорик, скрипнув зубами, отвернулся от живописного пейзажа и вперил взгляд на своего коренастого собеседника.
– Мы потеряли Ничейные горы, и все что там было, вот о чем надо беспокоиться – вздохнул гном. Теперь кузницы в наших родных горах работают на износ. Чтобы вооружить и своих молодых воинов, и твоих рейдеров.
– Именно потому нужен выход в Фахро. Сейчас против нас два противника. До сих пор. Они изрядно помяты, но их поддерживает Арн-Дейл вне досягаемости от наших ударов. Мы туда забрасывали одиночные отряды, но они заканчивают плохо.
– Неужто вороны Майсфельда поспевают везде и всюду? Они разбили нас в Фахро – гном загибал толстые короткие пальцы – обнесли наши шахты и литейные в горах. И чуть позже и твой рейд на крестьян закончился провалом, насколько я помню.
– В третьем случае это были сами… Крестьяне. – Неохотно признал Теодорик – Проклятье, им дали волю, дали оружие, дали… Ну или оставили им землю . Они поверили в себя – нагло и скопом лезут на более опытного противника и главное – побеждают!
– Каждый гном у нас – воин, если потребуется, но для людей это, конечно, странное дело! – позволил себе гном некоторую издевку.
– Зато меня пока не предал ни один генерал – вяло огрызнулся Теодорик, припоминая ему, что же на самом деле случилось в горах.
Несколько минут союзники злобно друг на друга дулись, а их телохранители, которые до этого момента вполне дружелюбно беседовали о погоде и выпивке, неуверенно друг с другом переглядывались, не зная, что сейчас произойдет. Напряжение нарастало, воздух, кажется, между предводителями можно было уже резать ножом. Хотя на смотровой башне вольно гулял свежий морской ветер, на лбах у всех присутствующих выступила испарина.
По лестнице, ведущей к ним, застучали башмаки, наверх поднялся кто-то из свиты Теодорика – он был облачен в черный дублет и шоссы. Из-под черного же колпака выбивался белый чепец:
– Мой повелитель, к нам движется вооруженный отряд. Обернитесь.
Правители, совершенно позабыв, что кроме них и бескрайнего океана есть кто-то еще, перешли к другой части башни, посмотрели с нее на дорогу, что вела вглубь захваченных земель. К родовому гнезду Хумы двигался крупный отряд – несколько сотен человек, если не больше. Невозможно было определить, кому он принадлежал, а потом все, кто присутствовали на площадке, поспешно схватились за оружие. Телохранители начали в открытую обсуждать, как, в случае чего, общими усилиями уводить оттуда своих владык. Что ж, несмотря на разногласия, никто друг на друга не пенял – сразу стали предполагать, что это могли быть общие враги. Тот же Гектор, если получит помощь от Арн-Дейла, мог бы решиться на такой дерзкий маневр…
Свен , небрежно опершись на топор, ухмыльнулся:
– Кажется, это твои рейдеры, Теодорик. Если это твоя уловка, чтобы выкрутить мне яйца и пересмотреть наш с тобой договор – с фатализмом произнес он – то можешь не терять времени и начать излагать уже сейчас.
– Я не люблю встречаться со своими рейдерами, когда у меня за спиной едва ли половина моих гвардейцев. Так что кабы не пришлось пару договоров и мне с ними пересмотреть.
Свен вдруг протянул ему здоровенную руку с обманчиво короткими и пухлыми пальцами:
– Я и мои бойцы в твоем распоряжении – если будет нужно – незамедлительно снесем пару дюжин буйных голов.
Теодорик несколько посторонился, глаза его удивленно забегали – либо от неожиданности, либо от столь искреннего заявления союзника. Не найдя ничего ответить, он крепко, насколько мог, пожал широкую ладонь гнома, делая это как можно сильнее. Свен хмыкнул, удовлетворенный крепостью рукопожатия.
Ворота, от греха подальше, были как бы невзначай прикрыты, немногочисленный штатный гарнизон и телохранители обоих правителей выжидали на стенах. Действительно, то были рейдеры. Они изо всех сил старались выглядеть расслабленно, даже непринужденно – щиты и арбалеты за спинами, мечи и топоры в петлях и ножнах, на виду лишь копья да короткие вужи, на которые некоторые опирались при ходьбе. Однако же, с их рожами и повадками – они всех местных работников напугали до икоты, заставляя бросать работу и прятаться кто куда – от них можно было ждать чего угодно.
Тертые вояки остановились, после чего послышалась отрывистая команда и они преспокойно сбросили с себя мешки, оружие и прямо на траве, близ натоптанной дороги, расположились на отдых. К воротам стал приближаться только один. Этот воин был владыке Стюрангарда незнаком, но внимание среди прочих привлекал – выглядел он опрятно, подтянуто, пластины доспеха словно недавно подновлялись черной краской, равно как и шлем, который тот повесил за ремень у своего бедра. В ножнах два меча. Лицо, кстати, тоже было гладко выбрито, как и виски. Волосы были незамысловато, но довольно ровно подстрижены под горшок. Он был меньше всех похож на рейдера, но, судя по всему, таковым являлся, возглавляя всех этих людей
– Я не помню, чтобы назначал на командование столь большим отрядом… Кого-то подобного… – Начал говорить Теодорик.
– А я не помню более бездарного плана, чем тот, в котором с полтыщи войска нанизали на колья Арн-дейлские холопы.
– Ты про то, когда…
– Если это был ваш план, – неизвестный сложил руки на груди – то я настолько разочарован, что лучше пойду и предложу наши мечи Хуме.
Воцарилось гробовое молчание. Свен хотел рассмеяться, но лишь просипел, и теперь старался не издавать ни звука, теребя бороду. Теодорик несколько опешил перед такой наглостью, но изо всех сил старался не уронить достоинства:
–Я право был занят Гроздом и надеялся, что уж… МАСТЕР НАД РЕЙДЕРАМИ сможет устроить РЕЙДЫ без моего участия. Однако я слышал, что он погиб, и большинство вместе с ним…
– Мастер заигрался, связавшись с какими-то шарлатанами. И, кажется, я теперь вместо него.
– И почему именно ты?
–Честно сказать, я устал стоять, задрав голову – возразил Бакх – кто-то должен подняться. Или кто-то спуститься.
Кажется, Теодорик что-то злобно прошипел сквозь зубы, но вслух лишь сказал:
– Открыть ворота! Ты можешь зайти. Полагаю, это с тобой люди, что выбрались из Арн-Дейла? Я вижу не меньше семи сотен.
– Бакх не стал говорить, что почти половину из них он выловил по схронам и заимкам уже позже, чтобы придать себе веса.
– Я угощу твоих людей хорошим пивом, раз так. – Собираясь спускаться с надвратной башни, Теодорик добавил: обоз скоро прибудет.
Владыка Стюрангарда, Южного Моря и Побережья океана, как он без ложной скромности себя титуловал, ждал один во дворе крепости. Телохранители стояли несколько поодаль, на стенах и лестницах. Его жутко раздражало, когда во время аудиенций охрана «пыхтела ему на ухо». Более того, он полагал, что и сам был неплохим мечником, и мог за себя постоять. Знай он, что мог вытворять Бакх, то попросил бы телохранителей быть поближе. И своих, и охраняющих Свена.
– Я спас всех этих бойцов, выведя из-под удара. Многие были перебиты, а потом и рейдеры, и бойцы Черной Пехоты были окружены у главного брода. Многие, скорее всего, в плену. Точнее, зная их графа – на каторге. валят лес или долбят камень.
– Урс докладывал об этом. Он получил еще пару шрамов в свою коллекцию, но теперь идет на поправку.
– Рад тому, что он выжил –ничуть не покривив душой, произнес Бакх. – Людей и без того было потеряно немало. Но их выводил оттуда я, пока старый медведь зализывал свои раны – твердо продолжил он.
– Смотрю, ты все опасаешься, что тебя вернут командовать… Сотней, если не ошибаюсь.
– По моему положению да – но водил и больше. И не только водил, но и ВЫводил из задницы, в которую нас посылали, тоже больше.
– Это когда же? – заинтересовался Теодорик.
Бакх сложил руки на груди, поглядывая в сторону.
– Ваше высочество обязано мне некоторыми своими успехами, а именно – Бакх стал загибать пальцы – если бы мы не навели суету в разбойничьих бандах Арн-Дейла, то их бы передавили, как клопов, это раз. Не говоря об уйме скота, серебра, рабынь и прочего фуража, что помог Вам в осеннюю кампанию.
– В горах, я слышал…
–Тоже мои люди. Несколько десятков самых толковых, но именно мы почти семейные разборки горцев превратили в кровавую резню. Более того, после того, как бестолочь Аллан проиграл бой, мы смогли перехватить и привести вам….
Молчи… Молчи – сквозь зубы просипел Теодорик, стреляя глазами в гномов.
– ПривеЗти вам несколько бригантных доспехов, что потом вышло удачно скопировать и упростить – продолжил Бакх. Ну и в конце концов оказался в вашем войске я лишь потому…. Что остатки верного мне отряда передали вам Вивьена фон Гешлагена.