Вернуться и исправить. Назад в прошлое

Денис повернул направо и сразу вляпался в лужу по щиколотку. Новые берцы не пропустили воду, но жалобно зачавкали, погрузившись в жидкую грязь. Чёрт, выругался про себя парень, нужно было сапоги резиновые одевать. Ну, кто же знал, Сашка говорил, что здесь абсолютно сухо, а ходить целый день в резинках, то ещё удовольствие. Денис достал из рюкзака мощный фонарь и посветил в тоннель. Дальше, насколько пробивал луч, пол подземелья был сухой. Ну и, слава богу. Он убрал фонарь на место, и продолжил путь, подсвечивая себе налобным светильником. Как опытный диггер, он давно понял, что света в подземелье много не бывает. Именно поэтому батареи стоило расходовать экономно. Сейчас в этом небольшом отнорке, вполне можно было двигаться только с налобным светом.

Через несколько минут он вышел к развилке. Проход, по которому он шёл, пересекал под прямым углом другой, более высокий и широкий тоннель. Под потолком, которого шли какие-то трубы, лежащие на ржавых уголках. Так, дальше Сашка не пошёл, уже не успевал, нужно было к отцу в больницу ехать, мать наказала. Значит, Денису выпало право первопроходца. Сегодня друг вновь не смог пойти в подземелья, отцу совсем плохо стало. В больнице с матерью сидят, дежурят по очереди. Так, ладно, ну и куда дальше? Налево или направо? Сашка считает, что нужно идти налево, ближе к храму. Вообще, после стольких поворотов под землёй, довольно трудно сориентироваться, что там наверху. Денис закрыл глаза, прислонился к кирпичной стене и прислушался к своим ощущениям.

В сообществе существовало мнение, что сокровища, обязательно дадут о себе знать, если ты подошёл к ним достаточно близко. Нужно только прислушаться к своим чувствам, освободить сознание, соединиться с вселенским разумом. Ничего он не чувствовал, никакого зова, ни слева ни справа. Слева пахло чем-то непонятным, а справа явно тянуло сыростью. Слева было тихо, а справа где-то вдалеке, на пределе восприятия доносился звук падающих капель. Простояв так несколько минут Денис понял, что-либо он хреновый кладоискатель, либо никаких сокровищ здесь нет. В таком случае, лучше идти налево, по-крайней мере ноги останутся сухими.

Денис оторвался от холодного сырого кирпича и решительно повернул налево. Всё было спокойно, он шагал, внимательно вглядываясь в кладку стен. Клад может быть замурован в любом месте, тут главное не проглядеть более свежую заплатку. Конечно, с тех пор, как монахи спрятали сокровища, времени прошло очень много. Кирпичи, которыми заложили отнорок, или большую нишу не могут сильно отличаться от тех, которыми вымощены стены туннелей при строительстве. И всё-таки, различия должны быть, пускай еле заметные, почти не видимые. У каждого каменщика свой почерк. Чуть заметные различия в толщине швов, в положении кирпичей, в соблюдении пропорций. Он продвинулся уже довольно далеко по новому туннелю, но пока ничего не привлекло его внимания.

Блин, неужели Сашке опять подсунули пустышку, и здесь нет никакого клада. Никаких золотых монет, старинных рукописей и манускриптов. А ещё должны были быть иконы, писанные самим Андреем Рублёвым и гравюры иноземных мастеров. Друг мечтал найти клад, чтобы помочь тяжелобольному отцу. Онкозаболевание в запущенной стадии. Болезнь с каждым днём пожирала Борисова старшего, ещё немного и процесс станет необратимым. У нас, в России, врачи уже не брались за такого больного, предложив родственникам готовиться к похоронам, собирать деньги. Но, Сашка не смирился, нашёл по интернету клинику в Германии, списался с ними. Немецкие врачи взяли тайм аут, и, посовещавшись, объявили цену. За несколько десятков тысяч евро, они готовы были попытаться помочь Сашкиному бате. Гарантий, правда, никаких, европейские эскулапы не давали, но деньги требовали вперёд.

Сашка засел в библиотеках, в интернете, пытаясь встать на след чьих-нибудь сокровищ, погребённых под древней столицей. Он уже несколько лет увлекался этим делом, излазил множество подземных лабиринтов. Одно время упорно искал библиотеку Ивана Грозного, но безуспешно. Собрать требуемую сумму рядовой московской семье, даже опросив всех родственников, просто не реально. Одна надежда найти клад. Сашка даже не собирался заморачиваться с продажей ценностей, готов был всё найденное сдать государству. Он практично решил, что если клад стоящий, двадцати пяти процентов ему хватит, заплатить за услуги заграничных эскулапов. А продавать самому чревато, могут и прикопать по-тихому, или родное государство на зону упечёт, естественно, с полной конфискацией.

В этот раз он нарыл информацию о том, что монахи, перед вторжением Наполеона в Москву, упрятали все свои богатства в подземелье. На вопрос Дениса, почему бы им всё это не достать, после того как французы покинули сожжённую Москву, Сашка пробормотал, что-то невразумительное. Мол, при пожаре храм сгорел, а вместе с ним и монахи, прятавшие сокровища. Потом, много лет спустя храм отстроили заново, но новые служители понятия не имели, где спрятаны церковные ценности. Ответ друга не очень впечатлил Дениса, но спорить он не стал. Ему хотелось поддержать Сашку, дать ему надежду, поэтому он сделал вид, что поверил во все эти бредни. Впрочем, чего в жизни только не случается, тем более в подземной.

Он слышал кучу историй, когда диггеры случайно находили несметные богатства. Или искали одно, а в итоге натыкались совсем на другое, куда более ценное. Поначалу он спускался под землю, только ради друга. Потом, неожиданно для себя, увлёкся поисками и сам стал верить в то, что они что-то обязательно найдут. Поэтому сегодня, несмотря на то, что Сашка не смог пойти, он пошёл в одиночку, хотя подобная смелость не приветствуется в среде диггеров. Он просто не мог смотреть на смурное лицо друга, которого знал с детства, ещё в садик вместе ходили. Денис и отца Сашкиного знал, хороший мужик, правильный. Сына воспитывал строго, но справедливо, никогда не опекал в мелочах. Он старался, чтобы парень вырос самостоятельным, сильным мужиком, способным принимать взвешенные и правильные решения.

У самого Дениса отца не было, мама воспитывала его одна, поэтому он непроизвольно тянулся к дяде Вите, так звали Сашкиного батю. А тот никогда не отталкивал парнишку, не делал никакой разницы между своим сыном и соседским мальчишкой. Обоих брал в лес, на рыбалку или просто в кино. Повзрослев, Денис, конечно понял, что дядя Витя не его отец, но уважение и чувство благодарности к мужчине осталось навсегда. Сейчас, когда того скрутила проклятая болезнь, он переживал не меньше Сашки, но из-за природной скромности старался не показывать своих чувств. В больнице он был всего пару раз. Иссушенное болезнью тело, бывшего шофёра, когда-то легко враз носившего обоих пацанов на своих широких плечах, произвело на него тяжёлое впечатление. Больше он в больницу не ходил, предпочитая сохранить в памяти прежнего дядю Витю.

Вынырнув из воспоминаний, он почувствовал, что в тоннеле, что-то неуловимо изменилось. Кладка стен по-прежнему была однородной, пол, слава богу, сухой. Трубы всё так же тянулись под потолком, изредка роняя ржавые капли на идущего под ними человека. Но, что-то неуловимое изменилось. Боковым зрением, Денис заметил мелькнувшую в углу тень и мгновенно повернул туда голову. Луч налобника выхватил тёмное вытянутое тело с длинным голым хвостом. Крыса была достаточно крупной, она не обращая внимания на человека, прошмыгнула мимо и исчезла в темноте. Денис поёжился и машинально сделал шаг в сторону противоположной стены и чуть не наступил на другого грызуна. Не меньшая по размеру крыса вывернулась из-под его ноги и тоже нырнула в темноту.

Денис остановился. По телу прошла неприятная дрожь. Конечно, за время их скитаний по подземной Москве, друзья довольно часто натыкались на крыс, их было полно под землёй. Мерзкие создания предпочитали не стоять на пути у людей и быстро скрывались во мраке. Но, тогда они были поменьше что ли, впрочем, и Денис был не один, а с другом. Он увидел ещё несколько промелькнувших хвостов и осторожно шагнул вперёд. Кроме привычного, затхлого, наполненного пылью воздуха, нос уловил новый резкий запах, а уши какой-то шорох. Денис вновь остановился и посмотрел прямо вперёд. На краю светового пятна он заметил несколько серых теней, быстро нырнувших в темноту. Что за чёрт.

Парень вновь достал мощный фонарь, и не думая о батареях, направил луч вперёд по тоннелю. В луче света пол ожил. Тысячи серых тушек перелазили друг через друга, от одной стены до другой, голые хвосты, шевелящиеся носы, блестящие бусинки глаз. Сколько же вас? Тёмные спинки крыс замирали, попав в луч света, а вытянутые мордочки, с забавно шевелящимися длинными усами, поворачивались в сторону источника света. Ближе к нему были более мелкие зверьки, вроде тех, которые промелькнули мимо несколько минут назад. По мере удаления от края этого живого ковра, размер крыс увеличивался. Денис, постепенно поднимал фонарь, стараясь разглядеть конец этой шевелящейся массы, но тщетно, через несколько метров подземный коридор поворачивал налево.

До самого поворота пол был забит крысами. Ближе к повороту луч фонаря выхватывал крыс размером с крупную кошку. Эти звери не мельтешили хаотично, а степенно передвигались вперёд. Несмотря на ужасную тесноту, их более мелкие сородичи, старались освободить им путь, даже залезая на спины соседей. Когда свет достиг этих монстров, они замерли на мгновенье и вновь устремились вперёд. Денис чуть не упал, запнувшись о неровность пола и только тогда понял, что пятится задом. Он быстро развернулся и пошёл по тоннелю назад. По барабанным перепонкам хлестнул, пронзительный писк на границе ультразвука. Парень от неожиданности споткнулся и только чудом удержал равновесие, сделав несколько быстрых коротких шагов. Блин, стоит упасть и конец. Подняться мне уже не дадут, спина предательски вспотела, хотя в тоннеле было совсем не жарко.

Он сам не заметил, как перешёл на бег, ему казалось, что крысы уже совсем близко. Кроме своего топота он ничего не слышал, а остановиться и обернуться боялся. Мозг услужливо рисовал картинки одну ужаснее другой. Берцы им не прокусить, они начнут карабкаться выше, а вот старенькие джинсы для них не помеха. Острые зубы легко протыкают вытертую ткань и вонзаются в тело. Десятки грызунов виснут на ногах мешая бежать. Вот чьи-то зубы перекусывают сухожилия, он падает от пронзительной боли и тут же серая лавина накрывает его с головой. Крупная особь, своими огромными клыками мгновенно впивается в горло, рядом протискивается другая, оттесняя толстую подругу. Запах крови возбуждает грызунов, сводит с ума, они толкают друг друга спеша пробраться к человеческому телу. Дерутся между собой, пуская в ход, когти и зубы.

Крупные особи кусают мелких и слабых, заставляя их отступить. Но, те не собираются сдаваться, когда рядом столько восхитительной пищи. Они ныряют под одежду, куда не могут пролезть их обидчики, быстро добираются до мягкой шелковистой кожи и с наслаждением вонзают в неё зубы. Денис тряхнул головой, отгоняя ужасную картину, страшную и реальную. В свете фонаря блеснула вода. Стоп, он перешёл на шаг. Как бы не было страшно лужу, перегородившую весь тоннель, нужно было пройти осторожно, чтобы не поскользнуться и не упасть. Вряд ли вода остановит голодных крыс, поэтому парень, не теряя времени, ступил в воду. Уже не думая о новых берцах, в несколько шагов преодолел большую лужу и вышел на сухое место. Эх, была, не была. Он оглянулся и направил луч фонаря, осветив противоположный край лужи и только что пройденный им коридор.

Пусто. В свет фонаря не попало ни одного зверька, но диггер и не думал успокаиваться. Он развернулся и, повернув по коридору налево, продолжил свой путь. Теперь он бежал уже спокойно, как на прогулке. Если крысы не оставили попытки полакомится человечиной, у него была приличная фора. Лужа дополнительно задержит их на какое-то время, так что можно чуть-чуть расслабиться, силы ещё пригодятся. Денис благополучно добрался до станции метро, откуда и начал свой путь за сокровищами. Чтобы не привлекать лишнего внимания, почистился в техническом коридоре, при свете тусклой, пыльной лампочки. С удовольствием помыл берцы, убрал в рюкзак налобный фонарь, как смог расчесался, глядя в тёмный экран смартфона. Всё, можно выходить в люди, без риска быть остановленным первым же ментом.

Быстрым шагом он вышел из служебного помещения и нырнул в толпу людей ожидающих поезда на платформе. Через несколько минут он уже покачивался в вагоне метро, остановившись взглядом на тёмном окне и гоняя в голове безрадостные мысли. Если даже Сашкина гипотеза о монахах с их несметными богатствами верна, больше он в этот тоннель не полезет. Его невольно передёрнуло при воспоминании о крысином сообществе. Нет, ни за какие коврижки. Если только вооружиться армейским огнемётом, да запасных баллонов взять тележку, впрочем, это уже совсем из области фантастики. Так ничего не придумав, он вышел на своей станции и поднялся на свежий воздух. Как хорошо всё-таки на поверхности. Он убеждался в этом каждый раз, поднимаясь после длительной прогулки по подземельям.

Все эти подземные лабиринты не для человека. Денис не мог понять упорство человеческой цивилизации, многие поколения которой, настойчиво рыли землю. Во все времена, люди прокладывали всевозможные ходы, переходы, тоннели и тайные хранилища. Нет, ну ладно метро, здесь спора нет, вещь полезная. Сколько бы он ещё колесил по столице, зависая в пробках, пока добрался бы в свой район? Но, вот для чего люди настроили всё остальное? Сколько сил потратили, а порой и жизней, чтобы теперь всё стояло брошенным, никому кроме редких диггеров не нужным. Хотя нет, природа, как известно не терпит пустоты, и , брошенные людьми подземелья, успешно обживаются крысами. Если верить рассказам в сообществе, встречаются там и другие, ещё более опасные, представители подземной фауны.

Брр-р, Денис поёжился и нащупал в кармане помятую тысячу. Вздохнув, он решительно зашагал в сторону небольшой, уютной кафешки. Они давно облюбовали с Сашкой это заведение, здесь были приемлемые цены, вкусное, не разбавленное пиво. Он сел за их любимый столик, возле окна и посмотрел на садившееся за крыши многоэтажек солнце. По тротуарам спешили люди, не обращая внимания на сидевшего возле окна Дениса. Впрочем, окна были зеркальными, и с улицы посетителей кафе было не видно. Парни, естественно, знали про это, и любили наблюдать за прохожими, оставаясь незамеченными. Район был спальным, люди спешили добраться до своих квартир. Сбросить обувь, переодеться в домашнюю одежду, поужинать и устроиться возле любимого телевизора.

Денис сразу выпил сотку водки, возле стойки, а сейчас с удовольствием потягивал холодное пиво, хрустя солёными сухариками. Хорошо. Он чувствовал как усталость и пережитый под землёй страх отступают, уступая место расслабляющей волне, распространяющейся откуда-то из желудка. И всё-таки как помочь дяде Вите. Жалко мужика, да и Сашка с матерью извелись совсем. Но, такую прорву денег взять было реально негде. Мать Сашки уже выплачивала один кредит, а им, студентам, ни один банк денег не давал. Денис бросил взгляд на часы, висевшие над стойкой. Звонить Сашке не хотелось, вдруг он ещё в больнице, возле отца. Ладно, посижу с часок и двину домой, подумал он. Сам позвонит, как освободится.

Двумя глотками допив пиво, он уже хотел вставать, когда дверь в кафешку отворилась, впустив с уличным шумом Сашку. Друг, сразу от двери, бросил взгляд на Дениса, чуть кивнул и поспешил к стойке. Взяв пару кружек светлого пива, он подошёл к столу и поздоровался.

– Ну как сходил, – спросил Сашка, сделав пару глотков, – рассказывай.

Денис рассказал о своих похождениях и встрече с крысиной стаей, естественно, умолчав, что бежал от них без оглядки, едва в штаны не наделав. Сказал, что просто развернулся и пошёл назад, трезво оценив свои шансы.

– Пройти там не возможно, – закончил он, – загрызут.

– Что действительно так много? – серьёзно спросил Сашка.

– Насколько большой фонарь достаёт, весь тоннель ими занят. Причём плотненько так, местами в два яруса. Там в средине такие монстры были, я чуть в штаны не наложил, – честно признался Денис.

– Может, уйдут? – отхлебнув пива, задумчиво произнёс Сашка.

– Да нет вряд ли. Похоже, у них там дом или гнездо, не знаю, как жильё у крыс называется. Ты не обижайся Сань, но я туда больше не пойду и тебя не пущу. Давай, что-то другое придумывать, чтобы денег раздобыть.

– Да хрен с ним, с этим монастырским сокровищем, – неожиданно легко согласился Сашка, – у меня тут, неожиданно другой вариант нарисовался. Только не здесь в Москве, а в Калининграде, бывшем Кёнигсберге. Там фашисты золота прикопали, когда отступали, тонны две, а может и больше.

– Откуда информация? Ты же вроде в больнице, у отца сегодня был? – опешил Денис.

– Если честно, странно она ко мне попала, сам в шоке, – Сашка задумчиво смотрел в окно, там, на улице уже зажглись фонари, а тротуары совсем опустели.

– Прикинь, сижу с матерью в больнице, в коридоре, из палаты нас выгнали, бате какую-то процедуру врачи делали. Подходит ко мне парень, Лось кажется, его кличут, из нашего сообщества. Я его пару раз мельком видел на сходках, да ты его тоже должен знать. Высокий такой, худой, глаза немного навыкат. Ну не в этом дело, – Сашка махнул рукой, – когда я отрицательно покачал головой. Лось здесь не причём, его только как курьера использовали. Короче лазил он сегодня в районе МГУ, какой-то бункер Сталинский они с корешами ищут, те вперёд ушли, а он чёт задержался. К нему в тоннеле подошёл мужик, откуда взялся, он сам не заметил. Вообще, говорит, беззвучно нарисовался, как призрак. Лось от неожиданности чуть не заорал. Присмотрелся, нет, обычный мужик, живой, только старый очень, седой весь.

– Мужик этот к Лосю вежливо обратился, мол, не бойся парень, живой я. Ты знаешь Сашку из Черёмушек, он из вашего сообщества, любитель под землёй лазить? У него ещё отец сильно болен, операция нужна дорогая. Спросил мужик Лося. Ну, тот мозгами поскрипел и меня вспомнил, сам удивляюсь как. Дальше мужик протянул ему конверт и сотку зелени. Передай Сашке письмо, это для его отца, а баксы себе возьми, за работу. Он сейчас как раз в больнице, у бати, до вечера там будет, успеешь. Вот это письмо, – Сашка положил мятый конверт на стол, – я решил вначале сам прочитать, отец всё равно без сознания был. Оказалось, письмецо то мне, а не бате. Бери, читай.

Денис взял конверт, на нём не было абсолютно никаких надписей, ни адресата, ни обратного адреса. Ничего. Вытащил из него листок в клеточку, а на нём всего несколько строк, мелким почерком:

«Калининград. Подвальная часть Восточного флигеля Королевского замка Кёнигсберг. В левом крыле, пять метров от тупика, с правой стороны заложен кирпичом вход в потайную комнату. Там двенадцать ящиков с золотыми украшениями, каждый весом около двадцати килограмм. Если хочешь помочь своему отцу поторопись. По постановлению мэрии флигель скоро начнут реставрировать»

Никакой подписи под запиской не было, автор этого послания пожелал сохранить инкогнито. Денис повертел листок, зачем-то даже понюхал его, а потом свернул и сунул обратно в конверт. Странное ощущение, как будто он уже видел этот мелкий почерк с сильным наклоном вправо. Да ну, ерунда какая.

– Ты веришь этому? – спросил он, возвращая письмо Сашке.

– А что мне остаётся? – задал тот встречный вопрос.

– Отец уже почти не приходит в сознание, а я ничем не могу ему помочь. Врачи сегодня сказали, чтобы мы готовились к похоронам. Максимум месяц ему дают, – Сашка украдкой смахнул навернувшуюся слезу, – что мне и вправду готовиться? Если честно у нас и на порядочные похороны денег нет. С матери за кредит лупят ползарплаты, а остальное на лекарства уходит. Я поеду Ден, мне бы только денег на дорогу найти. Блин, дурак я, надо было ещё зимой на постоянную работу устроиться, хоть на стройку. Мать не разрешает, хочет, чтобы я институт закончил, а на подработках сам знаешь, много не поднимешь.

Денис с Сашкой, уже несколько месяцев мотались по разным фирмам, кем только не работали, чаше всего конечно курьерами. Полный день отработать удавалось редко, поэтому друзьям платили сущие копейки. В современном мире никому не было дела до чужой беды, каждый за себя.

– Я с тобой, – Денис долго не думал, – у меня получилось немного денег скопить. Давай смотреть по билетам, – он достал смартфон и набрал запрос.

– Во на завтра, на четырнадцать тридцать есть два места, два часа и мы в аэропорту Храброво. Так, автобус каждый час отправляется, ещё сорок минут на нём до центра города. Осмотримся и можно сразу во флигель лезть, как раз время уже к вечеру будет. Как тебе расклад? – Денис повернул экран гаджета к другу.

– А поездом не дешевле будет?

– Не получится Саня, нужно через Литву ехать, а у меня загранпаспорта нет. По этой же причине и автобус с автостопом отменяем, – ответил другу Денис, – да и время не хрен терять. Дядя Витя мне не чужой, поэтому не щемись. Короче, я бронирую билеты, а завтра с утра оплачу.

Пока Денис манипулировал с гаджетом, Сашка допил своё пиво и молча смотрел в окно на пустынную в этот час улицу.

– Готово, – сказал Денис и сунул смартфон в карман, – ну что по домам? Пойдем нужно выспаться, завтра нам предстоит бессонная ночь.

Всё прошло как по нотам, даже рейс не задержали. Друзья с небольшими рюкзаками, изображая из себя туристов, до самого темна, бродили в окрестностях замка. Изредка они даже фотографировали развалины на свои смартфоны. Парни уже приглядели, где рабочие, видимо помогавшие реставраторам, хранят свой инструмент. Небольшой сарайчик, недалеко от флигеля, навесной замок, с виду внушительный, но нужно вблизи посмотреть. Пока гуляли, Сашка подобрал кусок проволоки и сунул её в рюкзак, а Денис нашёл кусок арматуры сантиметров тридцати и тоже прихватил. Остаток вечера скоротали на лавочке недалеко от замка. Наконец окончательно стемнело, и на тёмном небе начали проступать звёзды, Луны пока не было.

– Ну, с богом, – сказал Сашка, и первый поднялся с лавки.

Друзья, стараясь не шуметь, проскользнули к сараю. Сашка, достав проволоку, начал ковыряться с замком, а Денис, засунув в щель между досками кусок арматуры, попробовал поддеть им доску. С пронзительным скрипом доска отошла.

– Тихо ты, – шёпотом воскликнул Сашка, – услышат.

– Ничего, сейчас легче пойдёт, – тихо сказал Денис, – ты давай бросай этот долбаный замок, лучше по сторонам смотри. Я сейчас ещё парочку оторву и внутрь залезу.

Так и сделали. Доски отрывались с оглушительным скрипом, но Денис старался не обращать на это внимания. Пять минут, и он прошмыгнул в сарай. Сашка, в это время, немного отойдя, вглядывался в темноту. В ту сторону, где была дорога, и откуда могли появиться люди. Сердца у обоих колотились, адреналин, казалось, булькал в ушах. Денис появился уже через минуту. Положив на землю лом, он провернулся к оторванным доскам. Несколькими глухими ударами тяжёлой кувалды он вернул их на место, восстановив целостность сарая.

– Валим, – Денис тихо окликнул Сашку и пошёл в направлении флигеля.

Лестница в подвал была справа от входа во флигель, сверху она была накрыта крышей из проржавевшего железа. Местами ржавчина прогрызла железо насквозь и в дыры светила только что показавшаяся Луна. Друзья осторожно спустились по лестнице, включив налобные фонари. Свет могли заметить, но приходилось рисковать. Ступени были наполовину разрушены, а некоторые и вовсе отсутствовали, не хватало ещё сломать ноги. Внизу была небольшая площадка, заканчивающаяся массивной дверью, обитой железом, окрашенным грязно-зелёной краской. Ручки на двери не было, к счастью, замка тоже. Денис потянул за проушину и дверь с трудом, но открылась, почти не издав шума. Короткий проход вывел их в длинный коридор, проходящий через всё здание.

– Нам налево, – тихо сказал Сашка, замешкавшемуся посреди коридора Денису и пошёл первым.

Через несколько шагов луч фонаря выхватил из темноты дверь с правой стороны. Массивная деревянная почерневшая от времени, старинная кованая ручка, рыжая от ржавчины. Сашка пнул дверь ногой, и она с мерзким скрипом отворилась. Луч фонаря осветил небольшое помещение, заваленное каким-то хламом. Следующая дверь была слева, всего в паре метров от первой. Она была открыта, а за ней подобное увиденному справа помещение, только абсолютно пустое. Голые кирпичные стены и выложенный крупными плитами пол. До конца коридора им встретилась ещё одна дверь, тоже слева. Она скрывала за собой подобное помещение в углу, которого, была свалена куча битых кирпичей. Всё, в левом крыле подвала больше ничего не было.

Друзья дошли до конца, Сашка развернулся и отсчитал пять шагов, в сторону входа. Они внимательно разглядывали стену. Кирпичи были абсолютно одинаковы, никаких следов более поздней кладки. Впрочем, нет, первое впечатление обманчиво. Денис отошёл к левой стене и увидел еле заметные отличия. Кирпич был одинаковым, а вот толщина раствора в более свежей кладке была чуть толще. Ближе к потолку шов был толще как минимум в два раза, от остальных, а кирпичи лежали с заметными перекосами. В общем, контур замурованного прохода определился достаточно чётко. Денис усмехнулся, легко искать, когда знаешь где. Если бы он не знал о заложенном проходе, а осматривал все стены в подвале, вряд ли бы он его нашёл. Даже, наверняка бы не нашёл, зачем претворяться.