Экстерном в Хранители. Дорогою ушедших поколений

Глава 4

Илья очнулся от боли. Болело всё тело, как будто его пропустили через мясорубку. Странно, когда он отключился, была только боль в груди, правда очень сильная, а больше он ничего не чувствовал. Это и понятно, он словил пулю, предназначенную Сашке. Сейчас же болели ноги, в районе бёдер, правая рука, грудь, живот, левая щека, ну и череп изнутри сверлили тысячи «термитов». Что за ерунда. По нему, что все его оперативники и бандюки топтались или проехал каток. Он попытался повернуть голову и понял, что у него ещё и шея болит. Не без труда, но голова поворачивалась. Илья услышал тихий стон и замер. Тишина. Он чертыхнулся, до него дошло, что звук вырвался из его груди. Значит, кроме чувств вернулись и звуки.

В помещении было темно, слабый свет проникал лишь из открытого дверного проёма. Он лежал на широкой, достаточно жёсткой кровати, вместо одеяла на нём был какой-то лохматый плед. Дотянулся, здоровой, левой рукой до стены. Что за ерунда, точно брёвна, а он подумал, что глаза его подводят в слабом свете. Обычные деревянные брёвна, без всякой отделки. Комната была небольшой, с одним окном, занавешенным шторами, сквозь которые чуть пробивался лунный свет. Значит сейчас ночь. Но, где он? На больницу это совсем не походило. Строение из толстых брёвен, вместо запаха лекарств, пахло деревом и, едва слышно, доносится пряный запах каких-то трав. Кроме кровати, на которой он лежал, в дальнем углу смутно проступали контуры большого квадратного предмета, напоминающего шкаф. Возле кровати стоял старинный стул с резной спинкой. Больше в комнате ничего не было.

Жарко. Илья с трудом сдвинул с себя тяжёлый плед и понял, что он лежит совершенно голый. Даже трусы с него сняли. Тело было покрыто многочисленными повязками и компрессами. Кто же всё-таки меня так уделал. Блин, голова болит ужасно, не до раздумий мне сейчас. Главное живой, а с остальным позже разберёмся. Чёрт, как же здесь душно, воздух чересчур влажный, как в бане. А может это действительно баня. Брёвна, запах похожий. Конечно не парилка, а допустим, комната для отдыха. Но, на хрена его уложили в бане, что в госпитале места не нашли. «Термиты» в голове, всё же что-то отгрызли, вспышка боли, и он опять впал в забытье.

Когда смог вновь открыть глаза, в комнате стало немного светлее. Теперь уже не только Луна светила в окно, скорей всего начинался рассвет. Оконный проём слабо светился рассеянным светом всходившего солнца. Внезапно он почувствовал, что уже не один в комнате. Потихоньку повернув голову, он увидел сидящего на стуле человека. Тот сидел спиной к свету, проникающему через занавеску, и его лицо оставалось в тени. Понятно было только, что это мужчина, его подбородок скрывала окладистая, чуть серебрившаяся борода.

– Здравствуй Илюша, – тихо произнёс незнакомец, – что ж ты меня не послушал, соколик.

Илья вздрогнул, глаза непроизвольно расширились. Он уже слышал этот голос. Это же тот «бомж», которого к нему подослали бандюки. Он ещё в коридоре за спиной Семёна появился. Получается, что преступники победили? Уничтожили всю его группу, а его, хорошенько отделав, увезли за город, в какую-то баню. Но зачем он им нужен? Стоп, а ОМОН Трофимова, что совсем, не появился что ли? Нет, даже в наше развращённое время, такое провернуть не реально. Стрельба в офисном здании в центре города, куча свидетелей, трупы, да и Серёга не мог не подъехать со своими орлами. А им фиолетово, что киллер, что бизнесмен, всех положат, некоторых наглухо. Тем более бандиты с оружием и уже пустили его в ход.

– Ты кто? – хрипло произнёс Илья и не узнал своего голоса, – Что вам от меня нужно и где мои люди?

– Я тебе уже говорил Илюша, – тяжело вздохнул мужик, – я Белослав, божий человек, а ещё я ведун из касты волхвов. Слышал о нас? С друзьями твоими всё в порядке, только Эдуарда ранили, но жить будет и на службу вернётся. А вот тебя Илюша убили. В своём мире ты умер. Пуля сердце задела, шансов у тебя не было. Ну, что ты глаза округлил, не веришь? Это уже не твой мир, милок, точнее мир твой, вернее наш, общий, а вот время совсем другое. Тяжёлое время, смутное.

– Это, что сон, или розыгрыш? Хватит мне мозги пудрить, – резко выкрикнул Илья. Грудь пронзила резкая боль, он застонал.

– Потише сокол, у тебя рёбра сломаны, нельзя тебе пока напрягаться. Вот Варлаам тебя подлечит, тогда и будешь дергаться, и кричать на своих дружинников. Да и переселенцев ещё не раз придётся сопровождать, – чуть усмехнулся мужик, – их ещё много в Даарии осталось.

– Каких переселенцев, – уже тихо спросил Илья, – ты что несёшь? Накурился что ли, или ширнулся?

– Да, трудно тебе это принять, но придётся. Ты что думаешь ты всё ещё Илья Зверев, майор полиции? Я же тебе говорю, убили тебя, а душа твоя, не без моей помощи, конечно, перенеслась в тело Солохмира из рода Светоча. Ему вчера не повезло, убили его карги. Впрочем, я думаю, ты всё равно не поверишь, нужно память Солохмира выпускать, – Белослав поднялся.

– Ты, наверное, пить хочешь Илья? Сейчас я тебе целебный отвар приготовлю. Подожди немного, сразу легче станет, глядишь, и голова просветлеет. А пока, чтобы ты не скучал, можешь потихоньку своё новое тело изучать. У тебя вроде раньше бороды не было, да и волосы, кажись, покороче были? – мужик хмыкнул и вышел в дверной проём.

Илью словно током ударило. Он быстро поднёс левую руку к лицу. Точно, небольшая окладистая бородка, усы. Волосы намного длиннее, чем были. Он всегда стригся коротко, а здесь пряди легко закрывали уши. Что за ерунда, сколько он интересно был без сознания, что так оброс. Нет, это невозможно, тогда и ногти бы отрасли до безобразия, а они в норме. Он поднёс руку к лицу, стараясь разглядеть её в слабом свете. Ногти как ногти, однако, кисть он не узнавал. Ладонь будто шире, кожа жёсткая и пальцы более толстые. Он провёл ладонью по лицу.

Лоб стал выше, или залысины появились? Чёрт, в голове опять ожили термиты и в паху зачесалось. Он убрал руку с головы. О! А это, что за хрень? Член был точно не его. Хотя детородный орган его всегда устраивал, да и не только его. Жена, а потом и случайные подруги никогда не жаловались, наоборот стремились к продолжению отношений. Однако данное достоинство намного превосходило его писюн. Чтобы понять это, глаза ему были не нужны. Илье стало ещё жарче, сердце бешено заколотилось в груди. Что происходит? Борода, волосы, это как-то ещё можно объяснить, прошедшим в беспамятстве временем. Но, чтобы у взрослого мужика в бессознательном состоянии вырос член… Оп-па! Ему сделали пластическую операцию, полностью изменили внешность и тело. Вот почему он весь в повязках. Но зачем?!

– Вот Илюша, выпей, тебе сразу полегчает? – в комнату тихо вошёл Белослав, неся обеими руками сосуд, напоминающий кубок. Илья уловил приятный запах мяты и ещё какого-то знакомого растения, но какого, вспомнить не смог.

– Давай, я помогу тебе сесть, так удобней пить будет, – он поставил кубок на стул и шагнул к кровати.

– А не отравишь? – Илья почувствовал, что безумно хочет пить. Во рту всё пересохло, как с самого тяжёлого похмелья. Сопротивляться жажде не было сил. Да ну, если бы хотели убить, давно бы убили и на операцию бы не тратились, подумал он, пытаясь сесть.

Белослав подсунул руку ему под спину, помог сесть и подложил под спину подушку. Илья осторожно взял сосуд левой рукой и сделал первый глоток, тёплая жидкость смочила ссохшееся горло. Действительно травяной отвар. Он так и не вспомнил, какой травой пахнет напиток, но вкус был приятный. Немного с кислинкой, он прекрасно утолял жажду. Сделав несколько больших глотков, Илья почувствовал, что уже напился. Он хотел поставить кубок на стул, что бы потом допить, когда в горло вновь вернётся пустыня, но Белослав придержал его руку:

– Ты должен выпить до дна. Это не просто вода, это лекарство. Тебе нужно восстанавливать силы, а воды я тебе ещё принесу, целый кувшин.

Илья, пожал плечами, большими глотками допил напиток и протянул сосуд мужчине. Он решил пока не ложиться. Света в комнате становилось всё больше, и он с интересом рассматривал своё новое тело. Оно казалось ему слишком длинным. Он теперь точно выше этого «бомжа», хотя при первой встрече тот показался немного повыше его. Шерстяной плед, который он откинул к стене, оказался шкурой какого то животного. Мех был короткий светло коричневый с тёмными пятнами, очень мягкий. Сама шкура была искусно выделана, настолько мягкая, что своей структурой напоминала ткань. Поэтому он в темноте и принял её за плед. Белослав стоял молча, внимательно за ним наблюдая.

– Зачем вы сделали мне пластику? – Илья посмотрел в голубые глаза мужчины. Тот слегка улыбнулся, по-прежнему храня молчание.

Илья уже собирался повысить голос, даже начал осторожно, помня о сломанных рёбрах, набирать в грудь воздух, и тут его накрыло. В голове взорвалась световая граната. Вспышка ослепила его полностью, а в ушах стоял противный свист. Какое-то время он ничего не видел и не слышал. Потом почувствовал, что в голове мелькают какие-то мысли. Причём это были не его мысли, он точно не мог об этом думать. Внезапно мысли материализовались в видения. Какие-то большие чёрные обезьяны окружали группу людей. Люди встали в круг спинами вовнутрь. Причём он видел только их спины, видимо находился внутри круга. Рядом находились какие-то вещи, женщины и ребятишки. Огромные животные впряжены в большие крытые повозки.

Обезьяны медленно подходили, прикрываясь большими щитами, и издавали громкие крики. В руках одних были копья, другие размахивали огромными деревянными дубинами. Были и такие кто крутил над головой палку с привязанным к ней плоским камнем, сколотым с одной стороны. Этакий первобытный топор. Но, кто это? Что за кино? Стоило задать вопрос, ответ мгновенно всплыл в мозгу это карги, а люди – асы. Другая картина, бой в самом разгаре. Люди бьются с каргами, кругом шум, звуки ударов, неистовый рёв животных. Люди сражались молча, лишь предупреждали друг друга, резкими криками, об опасности, да иногда раздавались команды. Команды выкрикивал он, то есть воевода дружины Солохмир. Он видел, как его меч рубит тела врагов, чувствовал, как вздрагивает металл, разрубая кости.

Горячая кровь фонтанами выплёскивалась ему в лицо, приходилось иногда смахивать её с глаз левой рукой. Бласт висел на поясе, но сейчас он был бесполезен. Кто-то снабдил каргов защитными кристаллами, впрочем, он знал кто. Проклятые кащенны, слуги тёмных сил. Он видел на шеях дикарей, висящие на тонких нитях, блестящие синие кристаллы. Они нейтрализовали выстрелы из бластов, уводя сгустки плазмы в сторону. Именно поэтому люди вынуждены были рубиться на мечах. Ну, его-то дружине не привыкать, не зря он их гонял, а вот другим мужикам приходилось туго. Большинство мужей, отвыкли от холодного оружия. Тем не менее, они побеждали, враги постепенно отступали. Поляна была усеяна телами, покрытыми чёрной шерстью, у них же, слава Перуну, потерь почти не было. Иногда раненые бойцы, сами отходили к женщинам, где их быстро перевязывали, прикладывая к ранам специальные мази. Ну а легкораненые, не прекращали сражения. Солохмир тоже был несколько раз ранен, но боя не прекращал.

Следующая картинка. Разгорячённый боем, он пытается достать мечом отступающего карга. Шагнув за ним, углубляется в лес. Мужчины уже полностью очистили поляну от врагов и начали заходить под кроны деревьев, чтобы окончательно поставить точку в сражении. Карги отступали, но продолжали сражаться. Если бы они побежали, никто бы не стал их преследовать, но приматы, отступая, отчаянно продолжали рубиться. Он отбил направленное ему в грудь копьё и нанёс ответный удар, разрубая щит противника пополам. Краем глаза он заметил мелькнувшую из-за толстого дерева тень, но сделать уже ничего не успел. Множественные раны притупили реакцию. Меч, из-за ранения правой руки, уже давно перекочевал в левую. Сильный удар по голове бросил его на землю. Ускользающим сознанием, он услышал торжествующий рёв множества глоток. Засада, мелькнула последняя мысль, перед тем как тьма поглотила его.

Илья открыл глаза и не сразу понял, где находится. Взгляд скользнул по брёвнам стены, миновал дверной проём и остановился на спокойном лице бородатого мужчины.

– Что это было? – хрипло произнёс он.

– Это последние воспоминания Солохмира. Он погиб сражаясь с каргами. Эти животные стали всё больше умнеть. Раньше это были просто большие обезьяны. Они питались растительной пищей и никогда не нападали на асов. Если люди вторгались на их земли, они лишь угрожающе ревели, пытаясь их напугать. Кащенны, уже несколько лет работают с их детёнышами, да и на взрослых особях проводят какие-то эксперименты. Вначале карги научились делать примитивное оружие, а теперь уже способны организовывать засаду. Их разум развивается очень быстро, опасно быстро.

– Странно, – задумчиво протянул Илья, поглощённый своими мыслями, – ты мне сейчас рассказываешь об этих приматах, а я ловлю себя на мысли, что всё это уже знаю. Вспоминаю многочисленные встречи с ними, в том числе и мирные. Помню, как расходились с ними миром, вижу свою первую схватку с каргами. Тогда у них ещё не было кристаллов, и мы за секунды расстреляли их из бластов.

– Это не твои воспоминания Илья, – спокойно, как упрямому, неразумному ребёнку, сказал Белослав, – это воспоминания Солохмира. Все его знания достались тебе, вместе с его телом. Естественно, твой разум доминирующий, а его подчинённый. Можно сказать, что весь его жизненный опыт и знания, в твоём распоряжении. О чём бы ты ни задумался, кого бы ни встретил, воспоминания Солохмира об этих событиях или людях будут всплывать у тебя в голове.

Илья долго молчал, прислушиваясь к чужим мыслям и вызывая не свои воспоминания. Он вспомнил свою дружину, свой род. Перед его мысленным взором проходили женщины в странных одеждах, напоминающих древние крестьянские сарафаны. Это были его младшие сёстры Влася, Гала, Данута и Градислава. Отдельной группой стояли их ребятишки, его племянники и племянницы. Некоторые были уже совсем взрослые, рядом с ними он видел уже их детей, своих двоюродных внуков. Дальше он увидел мужчин, все с бородами, высокие статные. Они были одеты в разные одежды, так как принадлежали к разным кастам. Это были его братья. Рядом с ними стояли их дети и внуки, были уже и правнуки. Чёрт, сколько же ему лет? Память услужливо подсказала, что он заканчивает третий круг жизни, а каждый круг длится около ста пятидесяти лет. Ни хрена себе, мысли спутались.

– Зачем ты это сделал? Почему моя душа попала в это тело? В чём смысл этой рокировки? Если ты не хотел, чтобы мой разум погиб, почему допустил, чтобы моё тело убили? Если тебе нужен разум Солохмира, почему не остановил его, когда он кинулся за этой обезьяной и попал в засаду? – весь вид Ильи был один сплошной вопрос. Серые глаза воина сверлили ведуна.

– Ну, наконец, ты осознал своё положение, – улыбнулся в усы Белослав, – застрочил вопросами, как пулемёт. Не всё так просто, я ведун, а такие решения принимают боги. Боги решили сделать из тебя хранителя знаний, ведуна. Причём, как говорят в твоём, современном мире, сделать экстерном, за достаточно короткий промежуток времени. Не спрашивай зачем, мне это не ведомо. Ты будешь проживать определённый промежуток жизни в одном теле, сохраняя весь опыт и знания его прежнего хозяина. После гибели этого тела, твоя душа будет перемещаться в следующее, более поздней эпохи. Сколько перемещений боги тебе уготовили я не знаю, но, душа твоя, в конечном счёте, доберётся до того времени из которого ты попал сюда. Могу только точно сказать, что в своё прежнее тело ты не попадёшь, оно мертво.

– Тебе достанется другое, – предваряя вопрос Ильи, сказал ведун, – выбранное богами тело из твоей эпохи. Майор Зверев, свою миссию на Земле выполнил. Боги не делятся своими планами даже со своими служителями. Вот в принципе и всё, что я знаю. Учись владеть своим новым телом и разумом, я свою задачу выполнил. Дальнейшие перемещения твоя душа будет совершать уже самостоятельно, мне нужно было только её направить в первый раз. Может, конечно, судьба ещё сведёт нас, мы же теперь с тобой одной касты Илюша, или всё-таки Солохмир?

– Почему выбор богов пал на меня, – тихо спросил Илья и, помолчав несколько секунд, чуть громче добавил, – могу я отказаться?

– Ну, ты насмешил, – коротко усмехнувшись, заговорил Белослав, – это тебе что, приказ твоего начальства. Насколько я знаю у вас в армии и даже полиции, не принято отказываться выполнять приказы, а это боги. Почему выбрали тебя, не пытай, не знаю. Помнишь поговорку вашего времени – пути господни неисповедимы. Она действительно справедлива, только богов на самом деле много. Ну, а насчёт отказаться. Как ты себе это представляешь? Наложишь на себя руки, точнее на Солохмира? Это не в твоём характере, боги не ошибаются. Или начнёшь всем встречным рассказывать, что ты не Солохмир, а Илья, майор полиции из далёкого будущего? Как думаешь, какая будет у них реакция?

– Нет у тебя выбора Илья, – сделав паузу, продолжил ведун, – но ты не терзайся. Ты будешь служить богам и одновременно всем светлым силам, а заодно и всему населению планеты. Разве ты не тем же самым занимался в своей прошлой жизни, конечно в более скромных масштабах. Ты всегда боролся со злом, а оно однозначно идёт от тёмных сил.

За окном уже совсем рассвело. Илья молча смотрел на скудное убранство комнаты, а в голове роился вихрь из мыслей. Мелькали знакомые образы парней из группы, родителей, бывшей жены, тут же он видел род Солохмира, сестёр, братьев, старцев и стариц, множество ребятишек. А где жена Солохмира, дети, мелькнула мысль. Тут же в голове возник ответ – ты воин, тебе нельзя заводить семью и иметь детей. Привычные с детства природные ландшафты сменялись реликтовыми лесами. Деревья, диаметр стволов которых превышал несколько метров, подпирали своими верхушками облака. Стада крупных животных, напоминающих мамонтов, неторопливо брели по равнине. В отдалении от них, у кромки леса бежала стая волков, только очень больших. И вновь родители, отец, с матерью обнявшись, стояли на крыльце своего загородного дома и с тревогой смотрели на него. Усилием воли он успокоился и прекратил начинающуюся панику. Образы и Мысли Солохмира исчезли.

– А это точно Земля? – он с интересом посмотрел на Белослава.

– Она самая, не сомневайся. Только выглядит она в это время совсем по-другому, и называют её Мидгард-Земля. Привычных континентов и материков ты здесь не найдёшь, моря и океаны пресные и расположены в других местах. Естественно, и климат сильно отличается от вашего, здесь он гораздо мягче и комфортнее. Вследствие этого другая растительность и живность. Люди тоже отличаются, от твоих современников. Ты уже это заметил. Средний рост около трёх метров, я со своими метр девяносто, здесь как ребёнок. Ну, и живут они, по-вашему, до тысячи лет. Однако не сомневайся, это твои предки, – он поднялся со стула, который был явно высоковат для него, – пройдут тысячи лет, и они станут такими же, каким был ты.

– Изучай знания Солохмира, – повторил он, подходя к дверному проёму, – люди здесь живут долго, поэтому хорошо помнят своих предков до десятого, пятнадцатого колена. Являются носителями знаний своего рода и передают эти знания своим потомкам. Прощай Илья-Солохмир, скоро Варлаам придёт, не нужно нам встречаться. У каждого своя миссия на этом свете. Удачи тебе, даст бог, свидимся.

Он скользнул в дверной проём и исчез. Илья потянулся и с трудом поднял принесённый ведуном кувшин. Сделал несколько больших глотков. Вкус воды был привычным и в то же время чем-то неуловимо отличался. Впрочем, вода и в наше время бывает разная, подумал он. Да-а, наше время. Что о нём теперь вспоминать. Сейчас нужно продолжать жить за Солохмира. Ничего майор, прорвёмся. Первым делом нужно поправиться, раны подлечить, а там разберёмся. Илья не очень любил фантастику, ему больше нравились исторические книги. Но, пару книг, про «попаданцев», он всё же осилил. Кто-то из ребят принёс на работу, вот он вечером и захватил. Тогда ещё, до дела «историков», были и у него свободные вечера.

В одном романе человек умер, а его душа попала в своё же тело, в юности. Используя опыт и знания прожитых лет, конечно, он построил свою жизнь по-другому. Достиг чёрт знает, каких высот и положения. Стал богатым и знаменитым, ещё и на ряд исторических моментов смог повлиять, чтобы жизнь под себя изменить. Другой герой попал в годы Великой Отечественной войны. Тоже стал не последним человеком, а чуть ли не правой рукой Сталина. Смог серьёзно изменить ход войны и её последствия. А что он? Как использовать опыт опера, пусть даже опытного, в жизни древнего воина. Какие знания из его жизни помогут повлиять на здешние события. Что, расследовать нападения на людей здешних горилл. Ха-ха, смешно.

А собственно, зачем ему, что-то менять? Никто перед ним такой задачи не ставил. Ему сказали копить знания, вот он этим и будет заниматься, а там видно будет. Конечно, он не собирается быть балластом в теле Солохмира, да это и не получится. Он воевода, ему нужно будет принимать какие-то решения, командовать дружиной. А коли его разум в этом теле главный, ему и предстоит эти решения обдумывать. Но, делать это нужно тонко, чтобы не выходить за рамки поведения прежнего хозяина. А то, ведь бывшие друзья и родственники могут почувствовать неладное. Спишут на последствия ранения, да и отстранят от дел. И что? Для этого его сюда поместили, чтобы доживать свой век блаженным изгоем. Нет, это не для него, не такой характер у майора Зверева, постарались батя с мамкой.

Поэтому, чтобы не накосячить, нужно вначале изучить знания Солохмира, ну и думать, прежде чем что-нибудь ляпнуть. Он попробовал встать. Очень уж хотелось подойти к окну и взглянуть на этот мир своими глазами. Ага, своими, мелькнула предательская мысль. Да, теперь моими, решительно прогнал он её, с трудом опуская ноги на пол. Посидел на краю кровати, пережидая приступ боли в рёбрах, в ногах, в правой руке. Да где только не болело. Ещё хлебнул воды и, опираясь здоровой левой рукой о кровать, начал вставать. В голове опять ожили «термиты», теперь они перестали сверлить кости черепа, а раскрутили хоровод. Он всё-таки выпрямился, превозмогая боль в ногах. Пошатнулся, но устоял, опёршись на стену.

Когда головокружение отступило, сделал первый шаг в сторону окна, за ним второй. Шаг, это сильно сказано. Он почти не отрывал ступней от пола, двигаясь как на лыжах и постоянно готовый упасть. Но, всё обошлось. Он добрался до окна и не в силах больше сдерживаться, заглянул за занавеску. Боль отступила, её вытеснили новые чувства, главным из которых был восторг. Изба стояла на краю обрыва, вид был потрясающим. Скала, через пару метров от стены почти отвесно уходила вниз, лишь в самом низу была видна осыпь огромных валунов. Рядом с камнями текла мощная горная река. Сейчас до него стал доноситься отдалённый грохот воды, пробивающей себе путь между скал. За рекой начинался лес, огромные деревья цеплялись корнями за каменные осыпи, выискивая между ними плодородную землю. Верхушки деревьев устремлялись ввысь, соперничая высотой с вершинами скальных выступов. За верхушками деревьев уже показалось солнце, но внизу, по берегам реки ещё прятался ночной сумрак.