Космические колонисты

Сквозь пространство и время

Звездолёт, представляющий из себя гигантскую ракету 1290 метров в длину, бороздил космическое пространство на скорости миллион метров в секунду. Двести сорок электроракетных двигателей, выдвинутые по бокам длинного корпуса и направленные под углом против движения, работали, создавая малую тягу, и медленно, но верно, постепенно замедляли аппарат на три сантиметра в секунду.

Восемь криокапсул из ста с системами дефибрилляции, вентиляции легких, искусственного поддержания сердечного давления и возможностью различных инъекций открылись, и при помощи микророботов законсервированные тела людей стали быстро и равномерно разогреваться, в их сосуды стала закачиваться предварительно разогретая кровь, вытесняя криопротекторную смесь. Когда колонисты ожили, их тела всплыли, они открыли глаза и тревожно огляделись. Зажегся свет, дисплеи включились. Они находились в помещении двадцати одного метра в диаметре, в центре лестница в круглых отверстиях метром в диаметре, ведущие в другие помещения; по кругу вертикально расположены сто криокапсул.

– Все системы звездолёта в норме, – спокойно прозвучал как будто отовсюду голос, – все жизненные показатели экипажа в норме. Мы находимся в сфере гравитационного влияния звезды HD85390. Вы пробыли в криоконсервации семьсот восемьдесят восемь лет, два месяца и двенадцать суток.

Путешественники судорожно осмотрели себя и переглянулись с выпученными глазами.

Маленький гуманоидный робот Фёдор подплыл к ним и угостил каждого по бутылке с водой, это то, что им сейчас хотелось, в горле пересохло и немного болела голова.

– Мы живы… – констатировал мужчина европейской внешности с именем Джим на нашивке и эмоцией страха на бледном лице.

– Да ладно?! – сказала блондинка средних лет атлетического телосложения с именем Фрея Андерсен на нашивке и с игривой улыбкой на лице.

– Я уж думал, не доживу… – добавил ещё один мужчина европейской внешности Эдуард.

– И какой сейчас год? – поинтересовался Демин Ли, азиат средних лет.

– На Земле тридцатое февраля три тысячи четыреста двенадцатого года, – отвечал бортовой компьютер, – мы летим уже тысяча двести девяносто пять лет, девять месяцев и восемнадцать дней.

– Взглянуть бы, где мы оказались – заявил Стивен, мужчина с густой бородой.

Лестница по центру вела через весь модуль длинной 42 метра сквозь метровые отверстия в перегородках, образующих уровни. Люди один за другим отправились в командный отсек вдоль лестницы, мимо двух жилых уровней с каютами, мимо просторного помещения с гостиной, кухней и спортивными тренажёрами. Всё выглядело как новое, ничего не поменялось, будто люди просто залезли в свои криокапсулы и сразу вылезли.

Оказавшись в командном отсеке за энергомодулем с ядерной электростанцией и магнитным щитом, где приборные панели, восемь сидений экипажа по кругу, элементы ручного управления, множество датчиков и дисплеев, Стивен торжественно сказал:

– Давайте же взглянем на то прекрасное творение природы, куда мы рвались все эти годы!

– Открыть щит телескопа? – уточнил бортовой компьютер.

– Да – подтвердил капитан, мужчина шестидесяти лет с седой бородой, но широкоплечий и мускулистый.

Смотровых модулей двадцать восемь штук по окружности плюс пять радов по двадцать восемь запасных, за ними радиаторы охлаждения реактора и щитов. Подобная мера безопасности казалась избыточной, но что будет делать звездолёт в бесконечном космосе, если лишится глаз?

Поток космических частиц давно разнёс бы всю эту грандиозную конструкцию в плазму, если бы не магнитный щит, который питается от ядерных реакторов, плюс пять механических щита один за другим. Если магнитное поле не выдержит, ослабнет или отключится, тогда защищать звездолёт будут щиты.

От крупных частиц спасает радар, который предупреждает об опасности задолго до столкновения, и звездолёт смещается в сторону с помощью радиальных ионных двигателей.

Надёжность высока на столько, насколько это вообще возможно: в трёх модулях находится ядерная энергоустановка и вся боковая обшивка покрыта радиаторами и очень эффективными панелями, которые генерируют немного электроэнергии от тусклого света далёких звёзд. Немного энергии генерируется за счёт нагревания щита от столкновения с частицами. Одна маленькая ядерная энергоустановка находится во втором модуле и питает, в первую очередь, магнитный щит и радар. Она в основном внутреннего охлаждения, использующее эффект Джо́уля – То́мсона: изменение температуры газа при медленном протекании газа под действием постоянного перепада давлений сквозь дроссель (пористую перегородку). Система занимает большую часть модуля, давление изменяется в широких пределах, что обеспечивает понижение температуры газа. Турбина на лепестковых газовых подшипниках способна проработать тысячи лет; впрочем, как и весь звездолёт. Это достигается за счёт композитных материалов с применением нанотехнологий. Также со стороны жилого модуля находятся аккумуляторные батареи, которые своей толщиной и массой частично поглощают радиацию от энергоустановки и от столкновения встречных космических частиц, они способны питать весь звездолёт несколько лет, если реакторы остановятся на ремонтные работы, например.

Все модули способны функционировать по отдельности и стыковываться друг с другом. Огромные ракеты-носители один за другим доставляли модуль за модулем на высокую орбиту, которые стыковались друг за другом, образуя гигантскую ракету, самую большую в истории на тот момент, самую быструю и дальнюю; а также самую дорогую. Некоторые модули были построены на Луне и Марсе. Большинство модулей идентичны по размеру: 42 метра в длину и 24 в диаметре.

В третьим модуле – четыре больших астероидных дрона, для добычи полезных ископаемых на астероидах, в первую очередь, для переработки в топливо, но и в сырьё для создания запчастей тоже; они также способны транспортировать астероиды, что пригодится, например, для терраформирования. В четвёртом, пятом и шестом модуле находятся по четыре космических корабля в специальных отсеках с дверцами, в седьмом и восьмом-роверы по четыре штуки. Девятый модуль-жилой и служебный, где находятся разный полезный груз, запчасти для многих систем звездолёта и 3D-принтер, сто криокапсул с законсервированными людьми, командный отсек, система жизнеобеспечения с каютами, кладовыми, кухней, спортзалом и большой гостиной, где люди смогут проводить время, когда будут оживлены из криогенной консервации. Всё, что находится перед жилым отсеком, экранирует его от космических лучей и от жесткой радиации, которая возникает при столкновении космических частиц с обшивкой.

Далее восемь модулей с электроракетными и ядерными двигателями торможения, затем модуль с ядерной энергоустановкой и прямоточными термоядерными реактивными двигателями, использующих в качестве топлива межзвёздный водород, захватываемый магнитным полем. Они могут работать только на огромных скоростях, чтобы поступление водорода было достаточное. Они крепятся радиально на крыльях-радиаторах обтекаемой формы системы охлаждения реактора в количестве 16 штук. Правда, они быстро изнашиваются. Сейчас они превратились в абазу. Зато на скорости почти 10% световой создавали какое-никакое сопротивление межзвёздного газа за счёт магнитного поля, что облегчало торможение.

Далее модули с двигателями и топливом, а последний, тридцатый модуль – большой термоядерный ракетный двигатель на основе z-pinch эффекта с магнитно-инерциальным удержанием плазмы (температура которой миллионы градусов). Пинч-эффект – явление при протекании очень мощного тока в проводнике. Ток создаёт магнитное поле, которое воздействует на заряженные частицы в проводнике и при достаточной силе сжимает его вплоть до разрушения. Двигатель этот – конструкция из нескольких пинч-устройств, расположенных радиально вокруг рабочей камеры, сзади магнитное сопло. Смесь дейтерия и лития-6 выталкивается в рабочую камеру, где подвергается воздействию короткого и мощного электрического импульса. Плазма резко сжимается, давление и температура повышаются. Создаётся мощное магнитное поле, возникает пинч-эффект, который вызывает сильное сжатие и нагревание, запуская термоядерный синтез. При этом дейтерий работает как катод, а литий – как анод, замыкая электрическую цепь. Под обстрелом нейтронами литий трансформируется в тритий, создавая условия для старта реакции. Это устремляется в сеть из сверхпроводников-магнитное сопло, которое и направляет струю в нужном направлении.

Термоядерный ракетный двигатель разгонял звездолёт в начале пути, затем подключились прямоточные реактивные двигатели, а вторую половину пути звездолёт замедляли электроракетные плазменные двигатели.

Тем временем в командном отсеке на большом экране появилось изображение планеты HD85390f. В середине белое пятно полярной шапки (плоскость орбиты почти перпендикулярна движению звездолёта). Планета радиусом в два раза больше Земли и имеет луну размером с Марс. Есть океаны и моря. На поверхности достаточно много растительности. Звезда HD85390 – оранжевый карлик в созвездии Паруса на расстоянии 111 световых лет от Солнца и 27990 световых лет от центра галактики. В 2019-м году решением IAU[1] звезде было присвоено имя Наташа. Название было выбрано Замбией в рамках кампании NameExoWorlds, посвященной 100-летию IAU. "Наташа" означает "спасибо" на многих языках Замбии. Звёздная система была изучена телескопом имени Джеймса Уэбба в 30-х годах двадцать первого века и выяснилось, что она имеет целых три потенциально обитаемых мира. Рай для космических колонистов. Но придётся отправится на почти 111 световых лет через пространство и 1295 лет вперёд через время, принимая риск никогда не ожить, не говоря уже о множестве других опасностях. Звездолёт преодолел этот путь со средней скоростью девять процентов от скорости света, а максимальная скорость достигла чуть меньше десяти процентов. Сейчас он двигался, постепенно замедляясь, но всё равно слишком быстро.

– Плановое увеличение тяги, пожалуйста, держитесь за поручни – предупредил бортовой компьютер.

Из разгонных модулей звездолёта выдвинулись сто двадцать ядерных ракетных двигателей, направленных против движения, в дополнение к уже работающим электроракетным двигателям.

В твёрдофазных ядерных ракетных двигателях делящееся вещество, как и в обычных ядерных реакторах, размещено в сборках-стержнях сложной формы с развитой поверхностью, что позволяет нагревать газообразное рабочее тело (водород, в данном случае), одновременно являющееся теплоносителем, охлаждающим элементы конструкции, и вырывающиеся из сопла при температуре почти 3000 градусов по Кельвину.

Потребляя большое количество электричества, электроракетные двигатели разгоняют до огромных скоростей плазму и имеют очень хороший удельный импульс.

Члены экипажа упёрлись ногами в потолок, который теперь стал полом. По мере увеличения тяги ускорение составило 2 м/с, что создало перегрузу в 0,2 g.

На одном из дисплеев была показана траектория полёта к цели с учётом осуществляемого манёвра и расчётным временем. За цель бала взята HD85390f.

– Я думал, что умру! – пожаловался Энтони.

– Сколько нам до неё лететь? – спросила Фрея.

– Больше года, если успеем затормозить и сесть на орбиту – ответил капитан, глядя на дисплей, где была показана эта информация.

Члены экипажа некоторое время сидели в креслах, отдыхая и поглядывая на дисплеи; а также пытаясь осмыслить происходящее.

Капитан через некоторое время торжественно произнёс:

– Ну что ж, джентльмены, я вас поздравляю!

– Джентльмены?! – возмутилась Амината, женщина африканской внешности со здоровенной шевелюрой из афрокосичек.

– И дамы – спокойно добавил капитан.

Фрея поднялась по лестнице в гостиную, которая по совместительству ещё и общая кухня. Амината отправилась за Фреей.

Войдя в отсек, именуемый гостиной, Фрея включила Музыку на специальном дисплее на стене, попив воды у кулера, направилась к холодильнику. Вокруг входа восемь колонн, дополнительная прочность не помешает. Все внутренние помещения звездолёта красиво оформлены, совмещая красоту и эстетику с максимальной практичностью. Дисплеи по умолчанию показывали прекраснейшие земные пейзажи.

Приготовив себе сублимированного растворимого кофе без кофеина с молоком в специальной бутылке для питья в невесомости, хоть в этом сейчас и не было необходимости, Фрея принялась жадно хлебать этот вкуснейший напиток.

Амината же пошла в свою каюту. Каюты довольно тесные: входная дверь шириной меньше метра, противоположенная стенка-чуть больше метра. Женщина внимательно изучила себя в зеркале, переоделась в красное короткое платье и тоже направилась в гостиную.

– Ах, мои глаза… Они слепнут от такой красоты! – заявила Фрея, увидев Аминату в роскошном платье, которая в ответ расплылась в самодовольной улыбке. Амината взяла себе тоже кофе, и женщины встали за высоким столом в гостиной, обмениваясь любезностями и хихикая.

Затем сюда явились все, кроме капитана. Он слишком суров, чтобы тусоваться со всеми. К тому же, хотел ещё раз самолично проверить все системы звездолёта и убедится, что миссии ничего не угрожает, а также продумать план дальнейших действий.

Эдуард сразу направился к холодильнику. Он разогрел себе пару сэндвичей и подошёл за стол к женщинам.

– Приятного аппетита – сказал он.

Энтони тоже взял себе чай с плюшкой и присоединился к трапезе. Джим внимательно и тревожно оглядывался по сторонам и прислушивался.

– Да всё в порядке! – сказал Эдуард.

– Мы летим уже тысячу лет, не может быть такого, чтоб всё было идеально! – скептично возразил Джим.

Затем он заварил себе чай. Подсластив оный, разморозил пару плюшек и принялся за трапезу.

Люди разговаривали каждый на своём языке и прекрасно друг друга понимали, все полиглоты. Капитан по-русски; Стивен, Джим и Энтони по-английски; Фрея по-норвежски, Дэмин по-китайски, Эдуард по-немецки, а Амината, хотя её родной и испанский, выучила язык своего народа Воло́ф и говорила на нём, чтобы окружающим жизнь мёдом не казалась. Все надписи в звездолёте на языке Эсперанто, бортовой компьютер и робот тоже говорят на этом прекраснейшем языке. Изобретённый ещё в лохматом девятнадцатом веке, язык был бесчисленное количество раз реформирован, сильно изменился, вобрав в себя всё лучшее из всех языков мира. При этом он стал максимально гибким: так, например, в нём появились падежи, но они не обязательны, можно и обходиться только именительным.

Языки космические засланцы быстро выучили благодаря прекрасному устройству – наушникам, в реальном времени переводящим всю слышимую речь на определённый язык. В то время, как большинство людей просто выучили Эсперанто, прогрессивные люди решили немного культурно обогатиться. Космические колонисты все такие.

– Что толку перепроверять состояние звездолёта, когда сильная космическая радиация может в любой момент уничтожить всю электронику, не говоря уже о нас? – продолжил Джим свою депрессивную мысль.

– Мы надёжно защищены от космической радиации – констатировал Эдуард, закатив глаза, говоря тем самым, что собеседник озвучил явную глупость.

– А если мы попадём под вспышку сверхновой или просто концентрированный луч от вспышки? – не унимался Джим.

– А если космический хищник? – саркастично предположил Эдуард.

– Тогда нам точно кирдык! – серьёзно заявил Джим.

– С тобой невозможно спорить.

– Это только потому, что я прав.

– Ох… – Эдуард ладонью прикрыл лицо, в знак бессилия. Остальные хихикали.

Затем слово взял Дэмин:

– Всё хорошо себя чувствуют? Проверьте жизненные показатели!

Люди посмотрели на свои браслеты, на дисплеях которых показалась информация о состоянии здоровья.

– Я хорошо, спасибо, Демин, ты всегда такой заботливый… – ответила Амината.

Стивен, который с удивлением изучал всё вокруг, смотрел и трогал, внезапно заявил:

– Кажется, ещё сегодня я был здесь, это не укладывается в голове: в одно мгновение пролетело тысячу лет! – последние два слова он прокричал.

– А ты и не укладывай – посоветовал Эдуард.

– Считай, что ты просто переместился в будущее на машине времени – добавила Фрея.

Джим, задумавшись, как бы самому себе сказал:

– Да так и есть, по сути… Но едрёнтать, тысячу лет прошло с тех пор, как мы покинули Солнечную систему… Ещё вчера же взлетали с Байконура… А сейчас неизвестно, что стало с Землёй… Метеорит разнёс её в пыль… Или в результате глобального потепления превратилась в пылающий ад или ледяную радиоактивную пустыню… Уж молчу про ядерную войну… А может быть, искусственный интеллект поработил человечество, превратив всех в послушных обезличенных биороботов… Скорее всего, мы – всё, что осталось от человечества… А-а-а-а-а! – Джим схватился за голову и издал неподдельный крик ужаса.

– Ах-ха-ах! – рассмеялась Фрея, поперхнувшись уже не первой порцией кофе, – Ты хоть иногда допускаешь мысль, что всё будет хорошо?!

– Вероятность этого настолько мала, что ей смело можно пренебречь…

– А ты считай, что в любом случае всё будет хорошо! – посоветовала женщина.

– Ха… Даже если наша супернадёжная посудина столкнётся с пылинкой на околосветовой скорости, и мы все мигом распадёмся на элементарные частицы?!

– Зато быстро, мы даже ничего не почувствуем. К тому же, мы уже снизили скорость…

– Ладно, – перебил её Джим, – а если вспышка на звезде, мы все получим смертельную дозу облучения и будем медленно мучительно умирать?

Фрея закатила глаза, и товарищи вместе с ней.

Явился капитан. Шестидесятилетний капитан был в отличной форме и полон сил. Не только благодаря здоровому образу жизни, но и достижениям медицины: к концу двадцать первого века средняя продолжительность жизни перевалила за сто лет. Не обошлось без генной инженерии: так, например, был дублирован ген, отвечающий за апоптоз в случае мутаций в клетке, что позволило на порядок сократить случаи онкологических заболеваний. Всем остальным космическим колонистам за тридцать.

– Джимми, опять подрываешь моральный дух личного состава? – он находился в приподнятом настроении и, направляясь к холодильнику, доложил:

– Я провёл диагностику всех систем, и судя по всему—всё идеально, спасибо нашим учёным, инженерам и материально—технической базе нашего общества!

Пока молодёжь молчала, весёлый капитан взял себе кофе с молоком и присоединился к трапезе. Хлебнув сего вкуснейшего напитка, он закрыл глаза, наслаждаясь восхитительным вкусом.

– Тысячу лет не пил кофе! – он рассмеялся.

___________

1 Междунаро́дный астрономи́ческий сою́з (англ. International Astronomical Union) – организация, объединяющая астрономические сообщества всего мира. Основан в июле 1919 года в Брюсселе (Бельгия)

Космическое вече

Звездолёт, наконец, замедлился настолько, что оказался на орбите звезды. Двигатели выключились, и люди снова оказались в невесомости.

В это время экипаж оживил остальных девяносто двух человек. Люди так же озирались по сторонам. Затем бурно радовались тому, что они пережили криогенную консервацию. Восстали из мёртвых, фактически. Кто размахивал конечностями и голосил, кто молча охреневал. Всего в звездолёте было 65 мужчин и 35 женщин.

Когда люди более-менее угомонились, капитан объявил по громкой связи:

– Поздравляю всех с тем, что вы живы! Нам скоро предстоит выбрать, кто куда отправится, и пройти тесты на вменяемость. А пока отдыхайте!

И люди отдыхали: с выпученными глазами изучали снимки планет, общались. Некоторые перекусили, многие вздремнули. Кто-то даже начал заниматься на тренажёрах.

Но сейчас плоскость орбиты звездолёта была почти перпендикулярна плоскости орбит планет. Звездолёт постепенно медленно разворачивался, чтобы затем подкорректировать орбиту. Через несколько часов он развернулся в нужном направлении, используя множество гиродинов. Гиродин – вращающееся инерциальное устройство для высокоточной стабилизации и ориентации, действие основано на законе сохранения момента импульса.

Затем в нужный момент заработали ядерные и электроракетные двигатели, чтобы орбита звездолёта орбита оказалась в плоскости орбит планет и ещё уменьшилась, пересеклась с орбитой HD85390b.

Пассажиры снова ощутили ускорение.

***

Звездолёт завершил манёвр, отключил двигатели, и в салоне снова воцарилась невесомость. Орбита звездолёта была уже не только в плоскости орбит планет, но и значительно уменьшилась, пересекая орбиты HD85390b и HD85390с. Последняя – здешний газовый гигант, похожий на Нептун, но массивнее.

– Народ, собираемся все в гостиной через час на совещание – объявил капитан по громкой связи, когда все отдохнули более-менее пришли в себя.

Народ набился в гостиную и расположился полукругом вокруг капитана, который расположился у большого дисплея, служившего обычно телевизором. Кто-то расположился у условного пола, кто-то парил у условного потолка.

– Всем привет! – начал капитан, – Надеюсь, все отдохнули. Все мы праведники, так что будем распределяться, кто в какой рай отправится. Передаю слово Стивену, нашему эксперту планетологии.

– Друзья мои беззаботные! – торжественно обратился Стивен, – Давите же вспомним: ради чего мы сюда неслись на всех дейтерий-тритиевых термоядерных реакциях?! Итак, у нас тут имеется целых три райских мира: первый спутник HD85390b, HD85390f с силой тяжести два джи и HD85390e. Начнём с первого: HD85390b(он же "Мадалитсо")–газовый гигант массой 31.46 массы Земли, с температурным режимом пояса астероидов. "Мадалитсо" переводится с замбийского как "благословение". Планета с кольцами из мелких астероидов и пыли, выглядящие как гладкий диск и, таким образом, похожа на Сатурн. Орбитальный период-781 день. Первый спутник–вылитая Земля, но замёрзшая, на которой, как видно из снимка, только на экваторе немного сохранились участки без льда и снега. Вероятно, её так остудило падение астероида, коих по близости много шастает. Ускорение свободного падения там 126% земного: 12,36 м/с.

На экране появилось изображение планеты.

– HD85390f почти в восемь раз массивнее Земли и имеет спутник-вылитый Марс, разве что атмосфера чуть плотнее – продолжил Стивен и на экране появился снимок планеты, – Очень серьёзная гравитация: первое время нам придётся рассчитывать на экзоскелеты, потом приспособимся; покинуть планету не просто, но по силам имеющимся у нас технологиям; зато посадку облегчает плотная атмосфера. Орбитальный период–496 земных суток. Все наши роверы предназначены именно для этой прекраснейшей планеты. Звездолёт наш мы тоже оставим на её орбите. HD85390e–планета с температурным режимом Земли – на экране появилось изображение следующей планеты, – Орбитальный период–298 земных суток. Ускорение свободного падения примерно 10 м/с.

– Почему, чёрт возьми, мы до сих пор не дали нормальные названия?! – спросил Эдуард.

– Потому, что рано ещё. Вдруг дадим совсем не подходящие названия… – ответил капитан.

– Да, а то ещё назовём планету именем Наоми, а она окажется совсем не такая уж и горячая… – сказал Егор, рассмеявшись, и с ним ещё несколько человек. А тем временем заметно засмущалась, прикрывшись ладонью, Наоми, женщина африканской внешности.

А Стивен продолжил:

– В базе данных есть вся известная подробнейшая информация о планетах, у вас достаточно времени, чтобы выбрать. Но в любом случае все роверы планируется отправить на HD85390f и звездолёт оставить на её высокой орбите. Кто оправляется на HD85390f, вам нужно будет усиленно заниматься физкультурой, чтобы подготовится к большой силе тяжести. Два джи, ещё раз напоминаю. Это как носить на себе ещё один свой вес всё время. Распределённый, конечно, но всё же… Подробнее о влиянии такой большой силы тяжести расскажет наш следующий спикер – доктор Демин Ли! Аплодисменты!

Вперёд вышел китаец, а народ захлопал в ладоши. Конечно, вся это формальность была шуточная. Любая субординация осталась за сто световых лет позади в пространстве и на тысячу лет в прошлом во времени.

– Спасибо, спасибо! – начал Демин, – Начнём с того, что увеличится риск сердечно-сосудистых заболеваний. Простейшая рекомендация-пить больше воды и принимать контрастный душ. В особо серьёзных случаях, возможно, придётся использовать кардиостимуляторы. Так же риск травмирования в повседневной жизни будет намного выше: даже простое падение грозит вывихами, ушибами и иногда переломами. И ещё: во время сна необходимо каждые три часа вставать и разминаться-долгая неподвижность грозит пролежнями и многими другими проблемами, включая сердечно-сосудистые и онкологию.

– А какие же преимущества жизни там? – поинтересовался Эдуард.

Ответил Стивен:

– С чего бы начать? Например, станешь очень сильным, даже если вообще не будешь заниматься физкультурой. Но жизнедеятельность всё равно требуют хорошей физической формы. Много пространства и много всевозможных ресурсов; достаточно тепло; рядом двойник марса, только более плотная атмосфера и больше льда, кое-где там, даже, есть жидкая вода.