Оккультист

Глава 1. Леденцы с кровью

Терпеть не могу ночные клубы. Казалось бы, как можно не любить места, которых всю жизнь избегаешь? Но громкая музыка и пьяный смех, доносящиеся изнутри, настраивают на мрачный лад. Заведение «Зебра» оказалось сверхпопулярно в пятничный вечер. Как итог – я стою в очереди под моросящим дождем и мрачно оглядываю охранников на входе. Что я тут вообще делаю? Ответ прост и сложен одновременно – ищу магию.

Нет, мне не пятнадцать лет. Если точнее, послезавтра исполняется тридцать. Я полностью отдаю себе отчет в том, насколько безумно это звучит. Но что поделаешь? Должно же быть у человека хобби. Кто-то марки собирает, картины рисует, а я вот хочу найти нечто волшебное. За последние три года это странное занятие поглотило меня целиком, а после развода и потери работы переросло все рамки приличия, больше напоминая одержимость. Я усмехнулся, отгоняя печальные мысли. Сомневаться в себе – последнее дело.

Поиски начались со всевозможных книг по фокусам и историческим мистификациям, а после чего только не было – попытки проведения оккультных ритуалов, городские сумасшедшие, странные знакомства в сувенирных лавках. Я стал, в некотором роде, местной знаменитостью. Кто еще рискнет обойти всех гадалок, цыганок и потомственных магов в городе? Дешевые шарлатаны. Хотя дорогие, учитывая какие суммы они требовали за сеансы.

На сегодняшний вечер я особо не надеялся. Случайно подслушанная фраза на парковке возле буддийского храма – не лучший источник информации. Однако годы бессмысленных метаний приучили хвататься за любые варианты и планомерно проверять их, отсеивая один за другим. Иначе можно свихнуться в круговерти чужих домыслов и слухов.

Очередь совсем перестала двигаться: возле входа началась потасовка и охрана разнимала драчунов. Может, плюнуть на все и пойти домой? Там еще недочитанный труд Блаватской лежит. Раритетное издание с комментариями автора, как утверждал ушлый книготорговец. Правда, прочитав половину, могу без всяких экспертов сказать: текст – современная поделка, однако это не значит, что в нем не найдется ничего интересного. Елена Петровна сама не брезговала плагиатом, выходил обман внутри обмана. Как, впрочем, и во всем, что касалось тайных обществ любых веков. Современные искатели в этом плане попроще, умнее, что ли. Невольно вспомнился разговор, приведший меня сюда.

– Сегодня, как обычно, в Зебру? – юный монах поправил оранжевые одеяния.

– Нет! Черный человек обещал вернуться к вечеру пятницы. Хватит злить настоятеля. Слишком часто мы отлучаемся. – Его собеседник оказался гораздо старше. Обритая голова блестела на солнце. Я раньше видел его в храме и всегда подозревал, что он ее чем-то натирает.

– Давай расскажем братьям? Мы ведь нашли сиддхи, любой захочет приобщиться.

– Рано. Для начала сами поймем, с чем имеем дело. Нас может ждать лишь авидья.

Случайному прохожему этот разговор покажется неинтересным. Два нерадивых послушника обсуждают грядущую пьянку, что с того? Но для меня будто весь мир перевернулся с ног на голову. Основная трактовка термина сиддхи – сверхъестественные способности. Несмотря на страх монахов оказаться обманутыми (а именно это значение скрывалось под корявым словом авидья), я получил лучшую зацепку за неделю! Ключи от машины так и остались в руке, пока я часами нарезал круги вокруг буддийского дацана, стараясь узнать что-нибудь еще. Правда, не добился ничего, кроме приглашения на вечернюю медитацию и чтение сутр.

Никогда не понимал, зачем тащить в чужой язык столько специфических терминов. Неужели нет аналогов на русском? В первые месяцы знакомства с буддизмом пришлось освоить довольно пухлый словарик, чтобы понимать бурчание местного ламы. А все потому, что по городу ходил слух – старик имеет особую власть над животными. На деле почтенный настоятель отлично управлялся с бездомными собаками и дрессировал голубей с помощью пирожков из местной столовой. Сказался богатый опыт работы в ветеринарной клинике. Очередная сплетня, ведущая в никуда. Иногда мне казалось, что усталые люди просто придумывают себе чудеса, чтобы судачить о них по выходным. Но я не переставал проверять абсолютно все зацепки, скрупулезно отбрасывая ложные.

И вот я здесь. В пятницу. Ищу черного человека. Единственный известный мне факт – он где-то в клубе. Кто же знал, что попасть внутрь окажется такой проблемой! Казавшаяся бесконечной очередь дошла до меня. Охранники у входа подозрительно покосились на мою помятую рубашку и заношенные брюки. Прошлись внимательными взглядами по усталому небритому лицу, заметили круги под глазами от недосыпания. М-да, стоило одеться более молодежно. Прямо передо мной без проблем пропустили школьника в кислотном свитере с оленями. Один охранник дал знак подходить трем подвыпившим студенткам, стоявшим за мной, а второй мужчина аккуратно взял меня за локоть.

– В чем, собственно, дело?

– Пройдемте. Стандартная процедура.

Шли мы недалеко – буквально пара шагов к небольшой картонной коробке, стоявшей прямо на асфальте. Странный мне достался секьюрити. Вместо обычной для этой профессии короткой стрижки он щеголял модной челкой ярко-красного цвета, закрывающей пол-лица. Мужчина принялся меня обыскивать, бесцеремонно вытряхивая содержимое карманов в эту коробочку. Несколько невежливо, но я не стал сопротивляться. Ключи от машины и съемной квартиры, практически пустой бумажник – вот и все мое добро. Нечего скрывать и защищать. Паспорт вместе с правами и недорогим мобильником остался в бардачке старенького седана. Что-то долго он возится со штанинами, надеюсь, мужик не из этих… свободной ориентации. Закончив ощупывания, охранник вернул мне вещи и задумчиво замер.

– Ну что еще?

В самом деле, не развернут же меня из-за возраста? Здесь по-любому ошивается куча похотливых стариков. Да и выгляжу я вполне прилично для безработного. Задумчиво пожевав нижнюю губу, страж порядка, наконец, выдал:

– С какой целью идете в клуб?

– Потанцевать, выпить, расслабиться… – А впрочем, какого лешего? – Найти черного человека.

На последних словах охранник немного побледнел.

– Босса?

– Паша, чего возишься? – привлек внимание его напарник.

Любитель модных челок вздрогнул и махнул рукой, позволяя мне зайти в помещение. Как же все сложно. Похоже, у меня на лбу написано: «Этому чудику тут не место».

Внутри клуба все оказалось примерно так, как я и предполагал: оглушительная музыка, лазеры, слепящие прямо в глаза и толпа неуклюже прыгающих людей разной степени опьянения. Хуже всего было с треком – местный диджей просто обожал смешивать популярный рэп с тектоником. А я думал, этот отвратительный, бьющий по мозгам жанр музыки устарел. Надеюсь, эти жуткие звуки не войдут в моду. К тому времени как я добрался до барной стойки, мои уши уже не способны были воспринимать чужую речь. Чувствуя себя полным идиотом, прокричал в сторону бармена:

– Мне нужен черный человек! Босс!

Толстяк на пару секунд перестал протирать стакан, в глазах промелькнул испуг. Да что это за человек такой? Может, зря я его ищу? Оправившись от шока, бармен махнул рукой в сторону металлической винтовой лестницы, ведущей на второй этаж.

Логично, где еще может отдыхать подобный персонаж. Собственно, на этом стоило закончить поиски и с чувством выполненного долга вернуться домой. Вероятность, что меня пустят в вип-зал, равна нулю. Но я слишком долго стоял под моросящим дождем, чтобы уйти сейчас.

Лестница закончилась узким коридором и всего одним охранником возле единственной двери. Впервые за вечер мне повезло. Не только потому, что его напарник отлучился. Все куда лучше: качок у двери был под наркотой. Я не настолько специалист по веществам, поэтому точно не скажу, что именно он принял. Эх, сюда бы старого мексиканца, с которым мы познакомились по интернету на почве книг Кастанеды. Жаль, что контакт с ним потерялся. Я успел пройти всего три урока по скайпу до его удаления со всех форумов. Первый из них как раз посвящался тому, как воспользоваться таким состоянием. Мало кто знает, насколько сильно Кастанеда дурил народ на последних своих встречах. Внушаемость людей под препаратами просто поражает.

Итак, зрачки расширены, правая рука слегка подрагивает, дыхание частое. Маятник можно не использовать, да и нет его с собой. Надеюсь, хватит зрачков.

– Дружище, глянь, у меня что-то в глазу!

Охранник непонимающе уставился мне в лицо, а я медленно переводил взгляд: влево-вправо, влево-вправо. Упрощенная вариация Эриксоновского гипноза, без подстройки к дыханию. Люблю этот метод. Эффективность не стопроцентная, но в случае неудачи всегда можно сослаться на болезнь глаз. Самая сложная часть – заставить гипнотизируемого смотреть прямо на зрачок. Мало кто в нашей стране любит играть в гляделки с незнакомцами. Есть! Взгляд охранника затуманился, ноги расслабились, и он начал сползать по стене. Жаль, нет времени на полноценное внушение с установками голосом. К тому же парень может оказаться менее подвержен гипнозу, чем кажется на первый взгляд. Со спортсменами никогда не знаешь наверняка. Поэтому просто добавил в голос уверенности:

– Я к боссу, он ждет, – и прошел мимо пускающего слюни охранника.

Через несколько секунд мужчина очухается. Очень надеюсь, что он не решится врываться в комнату. Тем более что все здесь до дрожи боятся своего таинственного босса. Стоило заранее навести справки по владельцу клуба. Почему-то казалось, что черный человек – обычный посетитель.

Толкнув дверь, я оказался в странной смеси кабинета и будуара. Ярко-фиолетовый свет, заливающий помещение и пошлый круглый диван с двумя обнаженными красотками, совершенно не располагали к деловому общению. Однако это точно был кабинет. Возле дальней стены стоял заваленный бумагами стол, за которым сидела моя цель: невнятной наружности молодой человек в черном сюртуке. Именно это слово приходило на ум, при взгляде на его старомодный пиджак, будто украденный из реквизита театральной труппы. Визгливые звуки с первого этажа сюда не проникали, а едва звучавшая из динамиков под потолком классическая музыка казалась блаженной тишиной. Наверняка для подобного эффекта стены пришлось звукоизолировать круче, чем в аудиостудии.

Девушки нисколько не смутились новому посетителю и принялись извиваться в мою сторону, выставляя аппетитные части своих тел. Китаянка и негритянка явно профессионально занимались гимнастикой. Засмотревшись на то, что они вытворяют, я не заметил, когда черный человек заговорил:

– Хороши чертовки, верно?

– Очень. Правда, темный цвет кожи не в моем вкусе.

– И не в моем, – легко согласился мужчина, – но что поделаешь? Экзотика сейчас в моде.

Девушки дисциплинированно молчали, будто не их мы обсуждаем, словно товар на рынке. Профессионалки. Тьфу, совсем вылетело из головы, зачем я здесь. Мужчина тоже молчал, будто его кабинет – проходной двор для незнакомцев.

– Слышал, у вас есть волшебство?

Только произнеся это вслух, я понял, насколько двусмысленна фраза. Весело будет, если он обычный наркоторговец.

– Откуда информация? – заметив мое смущение, парень слегка улыбнулся. – Впрочем, неважно. Надеюсь, вы осознаете, что цена за такой шанс достаточно высока.

Он извлек из ящика стола шкатулку. Черное дерево, размер – немного крупнее сжатого кулака, сигиль на крышке, орнамент из оккультных символов, форма шестигранника… Нет, я точно попал по адресу! Настораживает, что парень сразу повел разговор о цене. Обрабатывает меня, чувствую, будет разводить. Сделаю вид, что купился:

– У меня не слишком много наличности с собой.

– Если точно, пятьсот двадцать рублей, – парень кивнул на десяток экранов на стене, показывающих весь клуб и несколько выходов. – Но кто говорит о деньгах?

– Тогда я не очень понимаю…

Черный человек перестал улыбаться и резко встал, взяв коробочку в руки.

– Жаль, я не веду дел с дилетантами.

Он бегло взглянул на экраны, надавил красную кнопку на столе. Кажется, сейчас меня будут бить. Вместо этого, за моей спиной с тихим шорохом отодвинулась пошлая картина, открывая вид на лестничный пролет.

– Что?.. – закончить фразу мне не дал ввалившийся в комнату охранник. Тот самый, на которого я накладывал гипноз. Сейчас он выглядел более собранно и в руках держал внушительный обрез. Ничего себе у них здесь вооружение.

– Босс, это не менты! Стреляют сразу, гражданских не жалеют. Столько тр… хр… фр…

Его горло взорвалось фонтаном крови, и в кабинет влетели трое спецназовцев с автоматами наперевес. Вспомнив многочисленные сюжеты из новостей, я упал на пол, сложив руки за спину. Черный человек поднял ладони над головой, но, видимо, прав был секьюрити. От стражей правопорядка у мужчин только форма с крупными буквами «ОМОН» на спине. Они не приказывали бросить оружие и не доставали наручники. Лишь застрекотали три очереди, сливаясь в одну, и тело босса, смешно дергаясь, отбросило на стену. Шкатулка при этом отлетела в мою сторону. Не особо соображая, что делаю, я схватил ее и спрятал за пазуху. Зря дернулся:

– Движение у стены! Зачистить помещение!

Не уловил, кто именно из троих это сказал. В черных тканевых масках они выглядели абсолютно одинаково. Еще дымящиеся дула развернулись в мою сторону, но раздались совсем другие звуки. Оглушающие, редкие. Головы двух омоновцев разорвались, словно спелые арбузы. А третий упал на одно колено, зажимая развороченное до кости плечо. В фиолетовом свете ламп все выглядело нереально, словно постановочное видео.

Стреляла одна из девушек, про которых все, включая меня, благополучно забыли. Для китаянки происходящее оказалось не меньшим шоком. Красивая грудь часто вздымалась, вены на шее вздулись от напряжения. Не знаю, откуда она вытащила такой большой револьвер. Кажется, его называют магнум. Бух! Еще один выстрел ушел в стену над головой последнего выжившего агрессора. Никогда не интересовался огнестрельным оружием, но вряд ли такие огромные стволы рассчитаны на женскую руку. Стриптизерша не сумела удержать свой магнум. Мгновение – и она уже безоружна, кривится от боли, держась за отбитую кисть. Последнему омоновцу надоело покорно ждать конца, и очередь из автомата заставила обнаженное тело китаянки дергаться в пляске смерти. Затем раздались сухие щелчки – у мужчины кончились патроны. Прежде чем африканская девушка бросилась к магнуму подруги и пространство вокруг снова наполнилось ультранасилием, я решил действовать. Особо не скрываясь, вскочил на ноги и побежал к открывшемуся за спиной проходу к лестнице.

Сзади громыхнул выстрел, затем мощный взрыв, и автоматы застрочили с новой силой. Похоже, к омоновцу подоспело подкрепление. Если в ход пошли гранаты, что мешает бросить одну сюда? Рубашка на спине стала мокрой от пота, в левом ухе неприятно звенело после выстрелов. Кажется, оттуда вытекала кровь. Плевать на здоровье, в голове испуганно металась лишь одна мысль: «Что, если внизу заперто, а ключи остались в кармане сюртука?».

С разбегу врезавшись плечом в дверь, я вывалился прямо на мокрый асфальт. Сердце бешено стучало. Наверху громыхнули еще два взрыва. Они что там, третью мировую развязали? Приподнявшись на локте и стряхнув грязную дождевую воду с лица, я уперся лбом сразу в два пистолетных дула. Держал их, правда, всего один человек – мой знакомый любитель разноцветных челок. На его напряженном лице явно читалась растерянность. Меня он узнал, но оружие не опустил:

– Где босс?

– Мертв.

Показалось, или в глазах промелькнуло облегчение?

– На парковку не пробиться, уходи переулками.

Кивнув, я не стал дожидаться повторного приглашения или спрашивать, почему он сам не убегает. Мужчина сильно нервничал, к тому же явно не блистал умом. Все эмоции и редкие мысли мгновенно отражались на внушительной физиономии. Плохое качество для человека, тем более, охранника. Это пришло мне в голову только через два квартала. До этого боль в ухе и собственное хриплое дыхание заглушали любые мысли.

Давненько я так не бегал, а возможно, и никогда. Легкие горели, а ноги будто налились свинцом. Пришлось остановиться перевести дух в абсолютно непримечательном дворе. Присев на квадратный бетонный блок, установленный посреди дороги, я привалился спиной к изгороди. Любят же в Питере дворы перегораживать. В любом случае стояла глухая ночь, вокруг тихо и безлюдно. То, что нужно. Единственный работающий фонарь тускло освещал свежие ссадины на грязных руках.

Некстати вспомнилась фраза старого разнорабочего со стройки: «Не сиди на бетоне, сынок, почки простудишь». Хотя состояние внутренних органов сейчас интересует меня меньше всего. Лишних дырок в теле нет – и то счастье. Адреналин постепенно отпускал, и картины пережитого вставали перед глазами: разбросанные по полу тела, стриптизерша с оружием. К рукаву прилип кусочек мяса одного из нападавших. Или это охранник? Едва успел согнуться пополам, как меня вырвало прямо на туфли.

Впервые вижу смерть настолько близко. Отвратительное чувство. Еще и звон в ухе не прекращается. Вроде пули меня не задели, а все равно целым не ушел. Совсем не похоже на то, что показывают в боевиках. Ладно, это все лирика. Я потер виски, стараясь вернуть мыслям обычную отстраненность. Что мне досталось в качестве добычи?

Шкатулка приятно холодила ладонь. Насчет черного дерева я поторопился. Судя по тяжести, это какой-то металл, правда, довольно странный на ощупь. Некоторые линии и надписи слегка светятся, но в этом нет ничего необычного. Люминесцентный лак или специальная пропитка. Крепкая вещица. На первый взгляд распилить ее обычной болгаркой не выйдет. Ручки или отверстия для ключа незаметно. Понажимал на углы и грани в разных вариациях – нулевой эффект. Ладно, пойдем другим путем. Почти все символы на крышке мне знакомы.

Довольно распространенные в теургии закорючки. Ох, не люблю эту теорию. Много ритуалов, смутные идеи смешения собственной души с богом. В своих исследованиях на это направление я рассчитывал меньше всего. Даже магические формулы у теургов больше напоминают молитвы. Правда, находящаяся у меня в руках вещица обращалась к противоположным сущностям. Три символа снизу обозначают слово демон в разных вариациях. Только вот расположены они неверно.

Стоило надавить на них в правильном порядке, и крышка слегка сместилась. Правда, все еще заблокирована, в щель едва ли влезет лезвие ножа. Силой сдвинуть дальше не удалось. Так, чего-то не хватает. Может пройтись пальцами по этой вязи, обозначающей кривоватое древо жизни из каббалы? Хотя нет, слишком просто. На дне ларца с трудом прощупывался полустертый символ ученичества или учителя… тяжело трактовать мертвые языки без словаря. Нажав на него, я отбросил шкатулку в сторону.

Для страха есть причины: запретные знания защищают всеми доступными способами. После четырнадцатого века методы стали изощреннее, а я не смог навскидку определить возраст артефакта. В том, что вещь подлинная, сомнений нет. Скорее всего яд давно выдохся, но повредить руки выдвигающимися из стенок иглами вполне вероятно. Крышка открылась с таким громким щелчком, что в доме напротив залаяли собаки и заверещал разбуженный попугай. С крыш закаркали встревоженные вороны. Надо убираться отсюда: стою, как дурак, посреди двора, заляпанный чужой кровью. Но я уже не мог остановиться, любопытство жгло изнутри. Даже если внутри бессмысленный манускрипт, можно продать его богатым коллекционерам. С деньгами в последнее время совсем туго. Замирая от предвкушения, склонился над раскрытой шкатулкой и разочарованно выдохнул. Внутри оказались разноцветные, почти прозрачные леденцы. Ровной овальной формы с каймой, явно из-под современных промышленных прессов. Все-таки наркоторговец! А сколько пафоса: черный человек, продавец магии… едва сдержался, чтобы не наградить проходимца эпитетами покрепче. О мертвых либо хорошо, либо ничего. Кто его знает, что ждет на той стороне.

Захлопнув крышку, положил шкатулку в карман брюк. Может, удастся сбыть как раритетную вещь. С этого дня я официально заявляю: ненавижу ночные клубы!

Глава 2. Неудачное знакомство

Не помню, как добирался до нужной девятиэтажки. Точно прятался от дворников и ранних прохожих, старался не попасть под фары случайных машин. Ближе к съемной квартире снова зарядил дождь. Сколько я уже в Питере, лет десять? И все равно никак не могу привыкнуть промокать насквозь в любое время года. Из-за холодных ветров с Невы зонты бесполезны, даже дождевик не слишком помогает остаться сухим. Вечная осень.

Впрочем, мне не до причуд погоды. Я крался по двору, опасаясь встретить соседей. В наше время люди недооценивают важность социальных связей. Очень зря. Никогда не знаешь, чем может помочь алкаш из квартиры напротив или бабушка – божий одуванчик с верхнего этажа. Переехав в этот дом всего месяц назад, я успел перезнакомиться с большинством жителей. И поддерживал с ними не просто видимость общения, ограничиваясь «привет-пока». В каждую квартиру своего подъезда я запросто могу зайти на чашку чая. Нашел подход даже к стеснительному парню-затворнику с первого этажа, а по пятницам играю обязательную партию в шахматы с управдомом.

Живя рядом поколениями, приличные семьи не знают друг о друге. Их дети учатся в одной школе, а машины стоят на одной парковке, они сталкиваются в очереди продуктового магазинчика и ходят в местную парикмахерскую. Героически преодолевают бытовые проблемы в гордом одиночестве, вместо того чтобы легко решить их сообща. Проще не замечать повторяющиеся лица соседей в толпе прохожих, ведь на общение тратится куча времени. К счастью, у меня свободного времени хоть отбавляй.

Однако у моей информированности и общительности достаточно ограничений. Например, нельзя показаться людям в одежде, запачканной чужой кровью. Незнакомцу такое простят, даже не обратят внимания. Ну испачкался в чем-то алкоголик, не умирает же. Сам справится! А мне обязательно посочувствуют и предложат помощь. Жители вряд ли свяжут мой вид с происшествием в клубе, но задумаются о каком-нибудь криминале. Достаточно легкого подозрения, чтобы разрушить хрупкую маску добрососедства. Пришлось остановиться возле детской площадки, в стороне от дороги. Специально за людьми я не следил, и распорядка их дня не знаю. Но что может быть примечательного в жизни обычного горожанина? Предсказать их маршруты несложно. Вот заспанные родители потащили упирающихся малышей в садик, сейчас старичок управдом прошаркает мимо за водкой, и можно рискнуть. Стоп, еще Мария Алексеевна на той неделе жаловалась на подагру, наверняка с утра в поликлинику на процедуры. Главное, не ждать слишком долго. Основная масса двинет на работу к девяти, учитывая пробки, через полчаса двор наполнится хмурыми людьми. Пропустив что-то бормотавшую под нос Марию, я бросился к подъезду и быстрым шагом поднялся на восьмой этаж. Бегом нельзя, у девушки на третьей площадке чуткий слух и дурная привычка подсматривать в глазок.

Стоило закрыть за собой входную дверь, как навалилась усталость от пережитого. Кто бы мог подумать, что бегать под пулями настолько утомительно. Вырубился, не раздеваясь, едва рухнув на диван. Сон всегда помогает. Настоящее блаженство послать весь мир с его проблемами и окунуться в темноту без сновидений. Вынырнул оттуда лишь следующей ночью, проспав целый день. Стоило один раз вкусить клубной жизни, и режим псу под хвост. Хотя когда я его соблюдал? Слишком приятно читать книги в ночной тишине. Так что потерянного дня совершенно не жаль, хоть выспался. Может, круги под глазами уменьшатся, а то уже становлюсь похожим на панду.

Потянувшись, уперся боком в шкатулку, и тут же вернулась боль в ухе. Заставляя десятый раз прокручивать в голове произошедшие события. Всякое приходилось видеть за последние годы, но впервые смерть прошла настолько близко. Оцепенение при звуках выстрелов понятно и даже логично, а вот что совершенно не понравилось – собственное отношение к смерти других. Слишком буднично я принял факт убийства. Мерзко, неприятно осознавать, однако меня больше занимала испорченная рубашка, чем гибель людей. Разумеется, мы не были знакомы, но такая черствость больше подходит профессиональному военному. А я даже в армии не служил. В любом случае, всегда полезно узнать о себе что-то новое.

Пока раздумывал, как эту особенность психики можно использовать в жизни, пальцы нащупали нужные символы, открывая шкатулку. За стеной протяжно завыл соседский пес. Вот это уже странно. Крышка отходит не настолько громко, как мне показалось в первый раз. Почему животные так реагируют? Может, запах? Дело в том, что с обонянием у меня серьезные проблемы. С самого детства не чувствую никакие ароматы, даже сильные. В случае пожара я скорее увижу огонь, чем унюхаю гарь. Правда, в современном мегаполисе этот дефект скорее помогает. Нет, не может запах так быстро распространиться. Надеюсь, изнутри артефакт не фонит чем-то опасным.