Проблемы сфинкса

– Иногда я тебя не понимаю, – признался Розвик Ленивый. – Вот почему ты отказался от предложения принцессы Зи?

– Да ну её, – отмахнулся я. – Королевский Двор Сириуса – это сборище снобов.

– У них обоснованный снобизм, – развел щупальца Ленивый. – Они – элита.

– Пффф! – парировал я.

– В отличие от нас, смертных, – задумчиво добавил трёхметровый осьминог.

Мы сидели в кафе на плоской крыше гостиницы, любовались ночным морем и наслаждались прохладой. Сириус покинул небосвод несколько часов назад, предоставив передышку жителям и гостям столицы. Днем от жары маялись даже местные, не говоря уже о туристах вроде нас с Розвиком. Я-то ещё ничего, спасал спецкостюм, прикупленный по случаю в ближайшем гипермаркете, а вот Ленивому не повезло: его размеров не нашлось, поэтому мой восьминогий друг мучился второй день, ожидая доставку заказанного комбинезона.

– Всё равно это была простая вежливость с её стороны, – пожал я плечами.

– Ты не прав, – надул щеки Розвик. – Особы королевского рода не делают таких предложений из вежливости. Кроме того, – хитро прищурил он большой глаз, – мне показалось, что между вами пробежала искра!

– Вот уж перекрестись, – поднял я ладони.

– А что? Разве она не красавица? – со смехом вопросил Ленивый.

Нет, конечно, принцесса Зи была симпатичной – стройной, изящно одетой, с чертами лица, напоминающими Нефертити, но вот эти лепестки у неё на голове…

– Ты расист, – скривил рожицу осьминог.

– Хватит читать мои мысли.

– А я и не читал. У тебя на лице всё написано.

– Скажи ещё, что сам считаешь её красивой, – недоверчиво покосился я на трёхметрового обладателя щупалец.

– А как же, – обнажил тот в улыбке клыки. – Красота, Егор, понятие универсальное.

– Ну вот и иди сам к ней работать, – буркнул я.

– Представителем Земли? – усмехнулся Розвик. – А что, думаю, из меня получился бы неплохой землянин, – с важным видом сложил он щупальца.

– Кроме того, ты забываешь о главном.

– О чем?

– Я – в отпуске.

Однако на следующее утро нам всё-таки пришлось посетить Дворец Ароматов – официальную резиденцию правящей династии. Принцесса Зи прислала приглашение на русском языке и свой личный флайер, отказываться было невежливо.

– Она настойчива! – хохотнул Ленивый, залезая в роскошный салон суперфлайта.

Я забрался следом и огляделся. По-видимому, эта мадам не привыкла отказывать себе ни в чем. Помимо банальных гардеробных отсеков и кухонного автомата, тут стоял компактификатор пространства, позволяющий расширить объем внутренних помещений раз в сто. Такое устройство не на каждом звездолете можно было найти.

Через несколько минут, наполненных удивленным присвистом, Розвик сказал:

– Пойду охолонусь в бассейне.

– Не успеешь, – заметил я, выглянув в широкое обзорное окно. – Мы уже почти прилетели.

Под нами на нескольких холмах раскинулся дворцовый ансамбль: причудливое сплетение зданий, лужаек, фонтанов, рощиц и клумб. Строения были разными по стилю, но объединяло их стремление впустить в себя как можно больше света: прозрачные панели стен, открытые площадки и галереи словно кружились в воздушном танце.

На одном из холмов особняком возвышались апартаменты принцессы Зи – громадные округлые колонны, массивная крыша, высокие стены, стилизованные под камень. Внешний вид усадьбы красноречиво свидетельствовал об увлечении хозяйки культурой Древнего Египта. Тяжеловесные пилоны не слишком-то вписывались в общий рисунок Дворца Ароматов, но принцессу, судя по всему, это не особо заботило.

Флайер продавил силовое поле над посадочной площадкой, и мы предстали пред светлы очи хозяйки.

– Егор Шелестов и Розвик Дестари-у-Лин! – объявил нас распорядитель с шевелюрой из зеленых листьев.

– Добро пожаловать, – вежливо склонила голову принцесса.

Алые лепестки её прически были уложены на манер высокого головного убора древнеегипетских цариц. Элегантное платье в желто-красных тонах подчеркивало стройную фигуру.

– Прошу, – сделала приглашающий жест хозяйка. – Позвольте показать вам моё скромное жилище.

Розвик зарделся от смущения и промямлил:

– Только если мы вас не слишком отвлекаем, ваше высочество. Вы, наверное, сильно заняты…

– О, не беспокойтесь, – мягко улыбнулась принцесса. – Текущие дела сейчас можно отложить.

Пока мы шли по аллее к высоким входным дверям в центральное здание, принцесса Зи рассказывала нам о Дворце Ароматов. Основную информацию я знал и так – не зря вчера на экскурсии гид распекался несколько часов подряд, расписывая местные достопримечательности. Но послушать живого представителя правящей династии всё равно было интересно.

Дворец являлся не только шедевром архитектуры, куда примерно раз в месяц водили туристов, но и – главным образом – местом работы общепланетарного правительства. На Кани (так местные жители называли свою планету) власть принадлежала монарху и членам его семьи. Например, принцесса Зи возглавляла аналитический отдел при Палате общения с иноземцами (аналоге нашего МИДа). Не знаю, как она выкроила для нас время. По словам Розвика, нагрузка и темп работы в этом отделе были колоссальными.

Что касается «ароматов» в названии королевской резиденции – то они, разумеется, присутствовали. Правда, подавляющую часть человеческий нос был не в состоянии уловить. Я чувствовал лишь легкий запах жасмина и мяты.

Ну и главное, на мой взгляд, достоинство дворцового комплекса, состояло в том, что здесь было прохладно. Собственно, уже ради этого стоило наведаться в гости к принцессе. Вся территория Дворца была накрыта силовым полем, внутри которого регулировались температура и влажность.

– …которые перестроила очередная династия. Но иногда так хочется разнообразия! Вот я и подумала – почему бы не обратиться к мотивам иноземной архитектуры? – продолжала между тем хозяйка. – Принялась просматривать описания в сети и случайно наткнулась на статью о земных фараонах. И вот результат, – сделала широкий жест рукой принцесса.

Мы послушно задрали головы, разглядывая высоченные колонны, синий потолок, украшенный звездами, и рисунки на стенах. Широкий зал, в который мы вошли минуту назад, был копией храма в Луксоре – разумеется, не тех развалин, которые я видел в Египте пятнадцать лет назад, а 3D-реконструкции, созданной земными археологами.

– Вы, должно быть, сталкиваетесь по работе с множеством разных инопланетных рас? – решил я поддержать разговор.

– Множеством, – одарила меня принцесса странным взглядом.

Распорядитель, тенью следовавший за нами, что-то коротко сказал на канийском.

– Извините, мне надо ненадолго отлучиться, – с сожалением констатировала хозяйка. – Некоторые дела не терпят отлагательства.

– Конечно, конечно, мы понимаем, – поспешил заверить её Ленивый.

– Чувствуйте себя как дома, – ободряюще улыбнулась принцесса и удалилась вместе со своим немногословным спутником.

Розвик повернулся ко мне и с важным видом заметил:

– Вот, Егор, что значит элита! Безупречные манеры и классическое образование в сочетании с незаурядным интеллектом – не зря канийцы входят в Совет Галактики.

Я скептически поджал губы и уже собрался заявить, что не услышал пока ничего особо интеллектуального, но тут у меня перед глазами всё поплыло. Колонны, цветные рисунки, надутый от важности Розвик размазались радужными полосами и совершили небольшой кульбит, в результате которого я оказался лежащим на полу. Белые звезды на синем потолке заслонила большая голова осьминога, на мой лоб опустилось щупальце.

– Дружище, ты как, в порядке? – с озабоченным видом спросил Ленивый. – Давай-ка я отнесу тебя к фонтану.

Я чувствовал Других. Это было первое ощущение, достигшее моего сознания. Другие были рядом – и я почему-то знал, что теперь так будет всегда. Я не видел их глазами, не слышал ушами, но прикасался к ним разумом. И они ощущали меня и друг друга таким же образом. Мы все были вместе. И мы все были разными.

Нам выделили гостевой домик. Розвик развил кипучую деятельность по приведению меня в нормальное состояние: вызвал специалиста по иноземным формам жизни из столичной больницы (который потрогал мой нос и заявил, что воды ещё не отошли), земного консула (с которым мы уговорили пару бутылок местного пива), выбил разрешение остаться на ночь во Дворце и специализированный канал гиперсвязи «для консультаций».

Собственно, я оклемался минут через пять после падения, даже первая помощь Ленивого в виде воды из фонтана (вперемежку со слюнями осьминога), которой он меня обрызгал, была уже лишней. Но товарищ настаивал, время от времени отчаянно подмигивая правым глазом. Не знаю, чего он там задумал… Видимо, не хотел опять жариться на городском солнцепеке.

Во всей этой суете незаметно пролетел день. Под вечер нас посетила принцесса Зи, справилась о моём здоровье. Убедившись, что я – цел и невредим, нас с Розвиком оставили в покое.

– Будь на чеку, Егор, – невнятно пробормотал осьминог, развалившись на своей койке.

– Это ты к чему? – не понял я.

Но в ответ Ленивый только громогласно захрапел. Ну и ладно. Я закрыл глаза и полез в сеть (нам выдали гостевые аккаунты) на предмет туземного колорита. Пятая серия саги о зарождении королевской династии Сириуса плавно перетекла в сон.

Разбудил меня негромкий и противный звук входящего звонка.

– Да, – произнес я, не открывая глаз.

– Куда ты там опять вляпался?

Что меня всегда поражало в Геннадии Викторовиче, так это его способность дозвониться хоть до другого края Галактики.

– И вам доброе утро, шеф.

– Давай мне краткий доклад по ситуации.

– Какой ситуации? – спросонья я даже на минуту забыл, что нахожусь в законном отпуске.

– Розвик тут весь наш отдел на уши поставил, говорит, тебя там кто-то сканировал каким-то навороченным оборудованием.

– Правда? – я приоткрыл глаз и покосился на хитрую рожу осьминога.

Тот дрых без задних щупалец. Вот же старый хессу, почему мне-то ничего не сказал?!

– А чего он ещё говорит? – поинтересовался я.

– Мне начальник контрразведки Сириуса каждые полчаса названивает. Давай, Егор, соберись и накидай картину с деталями.

– Да тут и накидывать нечего… – я как мог, описал вчерашний день.

– Ясно, – буркнул шеф. – «Упал, очнулся – гипс». Теряешь форму, Шелестов!

– Я в отпуске вообще-то.

– Считай, что тебя из него вызвали. Будь на связи, – отключился.

Вот же… Ррррр! Я встал с постели и пнул ногой соседнюю койку:

– Подъём, ходячий ужас!

Ленивый продрал глаза и непонимающе воззрился на меня.

– Ничего не желаешь мне поведать? – задал я вопрос с тонким намеком.

У меня были лапы, хвост и крылья. И голова – вполне себе человеческая. Однако всё это было лишь формой, внешней оболочкой для меня и Других. Столь странную форму мы получили из-за Её прихоти.

Я видел, как Она приходила вчера в это тесное помещение. Хотела осуществить свой план. Безуспешно. Другие помнили множество подобных визитов. Каждый раз поначалу Она была полна решимости, старалась изо всех сил. И каждый раз в конце Её ждала неудача. Ибо то, что Она пыталась с нами сделать, было невозможно.

– Егор, нужда в земном представительстве в настоящее время отпала, но вас рекомендовали мне как высококлассного специалиста по альтер-когнитивной диффузии, – сообщила принцесса. – Именно поэтому я хотела бы видеть вас в своей команде.

Интересно, и кто же этот рекомендатель? Уж не известный ли в узких кругах восьминогий любитель плюшек? Сейчас я вдруг отчетливо вспомнил, что идея поехать в отпуск на Кани исходила именно от Ленивого. Хоть бы удосужился мне поведать, что означает эта «альтер-там-чего-то»…

– Гм, – собрался я с мыслями. – Работать с вами будет для меня честью, ваше высочество.

– Вот и прекрасно, – улыбнулась принцесса Зи.

– Не могли бы вы в общих чертах рассказать, какие задачи нам предстоит решать?

– О, скоро вы и сами всё увидите. Прошу сюда, – элегантные пальчики коснулись рисунка на стене, и часть кладки растворилась в воздухе, открыв проход к порталу.

Так и знал, что «камень» резиденции – не настоящий. Наверняка оборудование, которым меня сканировали, было встроено в одну из колонн «храма».

– Куда ведет переход? – деловито осведомился я.

– В аналитическую лабораторию.

Принцесса прошла в портал, продавив телом матовый слой перехода, я шагнул следом.

Лаборатория канийцев представляла собой сад. По крайней мере, таково было первое впечатление. Несколько десятков деревьев, кусты, клумбы, трава под ногами – всё цветет и пахнет. В воздухе туда-сюда носились насекомые, похожие на земных пчёл.

– Комиссия по фитосанитарному контролю настояла, чтобы лаборатория находилась вне жилых зон Кани. Поэтому нам пришлось расположиться в северных горах, – указала принцесса на окружающий ландшафт.

Вокруг и вправду возвышались снежные пики. Небольшой участок с деревьями и домиками ученых занимал плоскую вершину одной из возвышенностей. Прозрачное силовое поле, как и во Дворце, обеспечивало комфортный для работников микроклимат.

– Это объект изучения? – кивнул я на сооружение в центре лабораторной площадки.

Оное представляло собой синий куб высотой примерно двадцать метров.

– Внутри, – коротко ответила принцесса.

Кстати, ещё одной деталью ландшафта были сами сотрудники лаборатории. Пока мы шли к синему кубу мимо ученых, ни один из них не пошевелился. Все стояли на месте, закрыв глаза и слегка наклонив лица, так что лепестки на головах были раскрыты прямо к небу. В целом казалось, что на лугу росли высокие антропоморфные цветы.

Заметив мой заинтересованный взгляд, принцесса Зи пояснила:

– Они сейчас анализируют и обрабатывают данные. Мы в этом отношении немного отличаемся от землян, Егор. Канийцы способны… как бы сказать на русском… выпускать корни. Мы соединяемся корнями друг с другом.

– Разве здесь нет сети? – удивился я. – Телепатический вход в инфо-сеть видится мне более удобным.

– Это немного другое, – возразила принцесса. – В сети не достигнуть настоящего слияния разумов, а с помощью корней мы объединяем свои возможности, и те увеличиваются многократно. Сейчас здесь нет отдельных ученых, сейчас здесь – один Ученый, единый с анализаторами и банками данных, – взмах руки в сторону деревьев.

– Гм. Но я-то вряд ли смогу пустить хотя бы один корешок, ваше высочество. Можно ли как-нибудь посмотреть на уже достигнутые результаты обычным способом?

– Конечно, – с улыбкой ответила принцесса. – Вы получите полный отчет. Но сначала – взгляните на диагностическую матрицу.

«Диагностическая матрица» – именно о ней упоминал Розвик. Старый хессу признался, что его контора уже давно интересуется деятельностью аналитического отдела принцессы Зи. Сведений о работе этого отдела было крайне мало, даже спецслужбы Сириуса имели весьма смутное представление о том, чем ученые мужи тут занимаются. Контрразведка Кани месяц назад дала добро на операцию по получению исследовательских данных, и мой восьминогий приятель приступил к разработке плана.

Всё, что было известно на данный момент – это то, что принцессе поручили проанализировать причины «казуса пятерых» – небольшого скандала, разразившегося лет десять назад. Тогда несколько высокоразвитых цивилизаций вышли из Совета Галактики – высшего органа управления Млечного Пути. Сам Совет насчитывал около шести тысяч членов, такой демарш практически не сказался на его работе, но поскольку это был первый прецедент подобного рода, причем без видимых веских причин, Королевский Двор Сириуса счел нужным разобраться в проблеме.

Десять лет исследований вылились в изготовление «диагностической матрицы», однако после этого информация от группы принцессы Зи перестала поступать. Ни что эта матрица такое, ни с чем её едят – ничего.

– Прошу вас, Егор, – изящное движение рукой открыло проход в синем кубе.

Я вошел внутрь.

Практически всё свободное пространство большого зала занимал сфинкс. Львиные лапы и хвост, тело быка, орлиные крылья, голова с лицом, напоминающим о статуе возле пирамид Гизы. Только этот сфинкс статуей не был. Огромное живое существо лежало, свернувшись клубком, и мирно сопело. От пола, стен и потолка помещения к телу сфинкса тянулись тонкие нити, похожие на корни растений.

Принцесса Зи несколько раз хлопнула в ладоши и громко велела:

– Подъем, Сфинки!

Большие глаза открылись, взгляд существа скользнул в сторону входа, сфокусировался на мне.

– Узнаешь его? – задала странный вопрос принцесса.

Сфинкс приподнялся, приблизил свое огромное лицо к моему, вгляделся в мои глаза и ответил:

– Да.

Черты его лица поплыли, изменяясь, и через секунду на меня смотрел мой громадный двойник.

– Отлично, – улыбнулась принцесса Зи и взяла контроль над моим разумом.

Я смотрел на Источник, из которого появился. Это было удивительно. Я чувствовал его, ощущал всем своим существом. Словно пульс, в моем разуме билось осознание: «я – здесь». Это биение становилось всё громче, резонируя с Источником, вытесняя все остальные мысли. Пока, наконец, не заглушило голоса Других.

Я сделал то, что не смогла сделать Она. Я объединил шесть тысяч разумов, подчинил их своей воле. Мы стали единым существом. Теперь наши мысли текли в одном направлении, наши знания и опыт служили единому «я».

И всё – благодаря Источнику.

Но… что Она с ним делает?! Зачем подавила его свободу воли?! Перед моим мысленным взором всплыл образ большого вола, которого слабый ребенок тянет за кольцо в носу. Она надеется с помощью Источника взять над нами верх? Не бывать этому!

Громадный зверь вскочил с пола, резким движением разорвав большую часть прикрепленных к его телу корней. Его лицо исказилось в гримасе гнева, широкий рот открылся, и зал лаборатории сотряс оглушающий рык.

– Не смей! – пророкотал сфинкс и широкой лапой впечатал принцессу Зи в стену помещения.

Я пребывал в странном оцепенении, главным образом из-за воздействия хозяйки лаборатории на мои мозги. Происходящее вокруг воспринималось как-то отстраненно, словно я смотрел блеклую запись старого 3D фильма. Я равнодушно взирал на то, как огромная зверюга с моим лицом разносит в хлам синие стены, превращает в груду металла систему охраны (дроидов с сетями и шокерами – откуда только повылазили?), закидывает моё ватное тело себе на спину и делает разбег к краю лабораторной площадки. Однако когда сфинкс расправил крылья и прыгнул с обрыва, сработали какие-то инстинкты, и я вцепился руками в длинную шерсть.

– Чтоб тебя… – просипел я.

Сердце ухнуло куда-то в нижние конечности и трепыхалось там испуганной птахой. В ушах свистел холодный ветер, навстречу неслись серые камни ущелья. Затем сфинкс вышел из пике и выровнял полет.

Некоторое время спустя я приподнялся и сел на широкой спине зверя. Мощные мышцы перекатывались под его шкурой, когда он делал взмахи крыльями. Чтобы ненароком не свалиться вниз, я придерживался одной рукой за густую бурую шерсть.

Мимо проплывали белоснежные вершины гор. В долинах под нами зеленела растительность, и отблескивали под белым Сириусом многочисленные ручьи. Населенных пунктов или каких-то других признаков обитаемости этих мест видно не было.

– Интересно, где мы? – негромко пробормотал я.

Сфинкс скосил на меня взгляд.

– Это Северные горы, – донесся громкий баритон.

– Гм, – смутился я. – А вы кто? Ну, помимо того, что вы – сфинкс.

– Разве не сфинкс должен задавать вопросы, Егор? – усмехнулось существо. – Я – множество слепков различных сознаний.

– «Диагностическая матрица»? – догадался я.

– Так Она нас называла.

– То есть, принцесса Зи вас создала? Зачем?

– Я покажу тебе… – ответил зверь.

А затем в меня хлынул поток чужих воспоминаний.

Она была частью прошлого каждого из шести тысяч разумов, поворотным моментом их истории, после которого в памяти сияла тусклым светом тесная комната, и звучало многоголосье Других. Одним из первых был представитель расы Тет…

– Сепаратизм, уважаемая Зи, коренится в эгоизме и незнании.

Член Совета Ат-тет телепортировался на секунду в кухонный модуль на верхнем этаже особняка и вернулся с подносом, уставленным напитками и вкусной снедью.

– Угощайтесь, принцесса.

– Благодарю, мудрейший. Но разве эти цивилизации были уличены в эгоизме и незнании?

– Нет, – нахмурился член Совета. – И это меня беспокоит. Непонятны их мотивы. Те объяснения, которые они приводят, явно не тянут на веские причины подобного поведения.

– У меня есть пара идей о том, как докопаться до сути произошедшего. Но мне понадобится ваше содействие…

Зеленый огонек доступа сети мигал в углу поля зрения. Аватар Ленивого (в виде развалившегося в кресле с сигарой и чашкой чая осьминога) был активен.

– Чего поделываешь, старый хессу? – спросил я.

– Егор, куда ты пропал? – в голосе Розвика слышалась неподдельная обеспокоенность. – Что там у вас произошло? Тут во Дворце все на ушах стоят, по слухам, принцесса в коме… Короче, рассказывай!

– Зи сканировала членов Совета Галактики. Примерно как меня. Под благовидным предлогом напрашивалась в гости или сама их приглашала… Кстати, надо пробить, откуда у неё такое оборудование. Чтобы сделать пси-копию инопланетянина высшей расы…

– Пробьём, пробьём, ты не отвлекайся.

– Потом наша дама объединила все полученные «сканы» в одну психо-матрицу. И стала прогонять различные варианты воздействий на неё. Примерно полгода назад принцесса обнаружила, что между диагностической матрицей и членами Совета существует обратная связь.

– Ого!

– Но поскольку единого сознания у матрицы не было, эта связь носила хаотичный характер. Зи стала искать способ объединить эти копии сознаний. И сегодня у неё получилось.

– Ясненько. Так где сейчас эта матрица?

– Мы с ней летим в столицу.

– Э-э… летите? На каком флайере?

– Увидишь, – усмехнулся я.

– Егор, я должен предоставить эту информацию ребятам из контрразведки Кани, – серьезным тоном сказал Розвик. – Мы обязаны обеспечить безопасность доставки этого объекта. Группа штурмовой авиации уже вылетела к лаборатории, я передам им твои координаты, они проводят твой флайер до столицы.

– Давай, – хмыкнул я.

– Жду тебя здесь, – отсалютовал чашкой чая осьминог.

Штурмовики появились минут через пять. Пристроились за нами обратным клином, помигали огоньками на хищных обводах. И выпустили пару ракет.

– Черт!

Я с трудом удержался на спине сфинкса: зверь сложил крылья и нырнул в штопор, пытаясь уйти от атаки. Мы двигались слишком медленно, ракеты должны были настичь нас секунды через две. Но тут мой крылатый «конь» издал смешок и резко дернулся в сторону. Как оказалось, это был короткий «прыжок» в пространстве, похожий на тот тип перемещений, которым владели некоторые расы Совета. Ракеты временно потеряли нас из вида и заложили вираж, выискивая цель. Затем последовал ещё один резкий рывок, и мы оказались над центральным штурмовиком. Сфинкс приземлился на обшивку, и боевая машина под его весом начала терять высоту.

– Надо уходить! – проорал я, заметив, как соседние штурмовики разворачиваются в нашу сторону и берут на прицел.

Зверь занес тяжелую лапу над кабиной пилота, с рычанием ударил силовую защиту. Одновременно с этим другие боевые машины выпустили по нам длинные очереди каких-то мелких крылатых штуковин.

Рывок. Мы оказались в ста метрах над сценой сражения, под нами осенним листом кувыркался штурмовик. Мелкие дроиды, не застав цель на месте, слились в один рой и летели к нам черными пчелами. И на подходе были две ракеты.

– Держись, Егор! – предупредил сфинкс.

И началась свистопляска. Зверь зависал в одной точке на секунду-две, подпускал к себе ракеты (которых становилось всё больше) и затем «прыгал» в другое место, на сто-двести метров. Большие расстояния, видимо, были ему недоступны.

Каждый такой рывок ударял по внутренним органам резиновой подушкой, я чувствовал, что меня вот-вот вывернет.

Долго так продолжаться не могло. Черный рой миниатюрных дронов расползался во все стороны, уменьшая число мест, свободных для «прыжка», да и сфинкс не мог перемещаться бесконечно. К тому же, пилоты наверняка вызвали подкрепление…

Огонек входящего вызова я заметил почти случайно. Аватар в виде крокодила Гены нетерпеливо ходил взад-вперед. Шеф.

– Шелестов, где тебя носит? Почему до сих пор нет доклада?

– Геннадий Викторович, некогда объяснять. Мне нужен прямой канал связи с королём Сириуса.

– Ясно, – пыхнул трубкой аватар.