Эгиохи

***

Помещение в тёмных тонах. Капли падали на небрежно разложенную гальку и мох. Мерцали под редкими, так же небрежно брошенными маленькими светильниками. Сбегали по рядам зелёных листьев. Настольный сад занял торец вытянутой комнаты, и в тишине стуком капель и мерцанием забирал на себя внимание.

Собеседующие вошли в дверь с дежурными натянутыми улыбками.

– Здравствуйте Ирина, надеюсь, вы недолго ждали. О нет, сидите, пожалуйста, – мужчина улыбнулся чуть искреннее, когда девушка начала вставать с занятого места за столом. Он и его коллега сели напротив и разложили бумаги на столе.

– Меня зовут Виктор, а это Светлана.

Мужчина и женщина были похожи, но не настолько что бы казаться родственниками. Ирина отметила их абсолютно одинаковый стиль в одежде, похожие прически, со скидкой на длину волос, и похожую манеру движений.

– У нас принято обращение на ты и по именам, даже к начальству. Вы не против перейти на ты? – Светлана говорила смотря в бумаги, а затем подняла глаза и не отводила взгляд, пока девушка не закончила произносить ответ.

– Да, конечно, – Ирина уже думала, что давно покончила с переживаниями на собеседованиях, тем более, что как ей говорили, это был последний тур собеседования и сущая формальность. Но эта комната, эти люди, всё заставляло ощущать себя неуютно, как новичок, впервые сидящий перед страшными заслуженными специалистами.

Мужчина продолжил:

– Так вот, – он перебирал бумаги и наконец нашел нужную, – служба безопасности одобрила твою кандидатуру. Так что, никаких вопросов о судимости троюродных дядь или полиграфов. Ира, тебе повезло больше чем многим.

– Из-за полиграфа?

– Из-за работы, – Светлана ногтем ткнула в одну из строк на листе, – для тебя одобрено использование… технологического комплекса. Зарплата больше, работа интереснее. Одни плюсы.

Ира устраивалась в ИТ-отдел службы безопасности, и уже подробно, даже слишком подробно обсудила круг своих обязанностей. Такой поворот был тревожным звоночком. И даже более тревожным, из-за того что на этот финальный этап они с мужем приехали в какую-то глушь, от которой до берега Северного ледовитого океана рукой подать. Она осторожно уточнила:

– Но, мы уже утвердили мои обязанности, я не совсем понимаю…

– О, не беспокойся. Мы с Витей, наверное, ошиблись, преподнося всё как факт. Это предложение, – Света взяла другую бумагу и, не отрываясь от неё, проговорила:

– Положительно оценивает технологии протезирования, имеет опыт операций, в том числе имплантации электронных устройств, – после небольшой паузы Света посмотрела на Иру и спросила:

– Это из сводки по тебе. Всё верно, тут нет ошибки?

– Да, но я думала это просто абстрактные вопросы.

Виктор тем временем достал стопку скрепленных листов и передал Ире.

– Тут согласие на медицинское вмешательство, договор о неразглашении и дополнительное соглашение… у нас тут небольшой парадокс, мы не можем тебе точно рассказать, на что мы просим тебя согласиться, до того как согласишься. В общих чертах это имплантируемая технология, которая влияет на физическое и психическое самочувствие. Помогает в работе, и в целом, в жизни.

Ира успокоилась. В конце концов, это не обязательно. И у неё уже был тактильный интерфейс в ладонях, медицинская татуировка и универсальная RFID-метка. Но с психикой она до сих пор не играла, слишком молодая технология. А, впрочем, скорее слишком дорогая для неё. Интерес, страх, азарт и подозрительность боролись между собой. Она вчиталась в текст согласия на медицинское вмешательство. Обширные имплантации под кожу, несколько имплантаций вглубь тела, мозговые нити.

– Это обратимо? Влияет на внешность?

– Нам известно об успешных извлечениях. И снаружи не будет заметно. Пара портов и всё.

– Стоп, это испытания, я буду подопытной?

– Ни в коем случае. Я не могу сказать слишком много, но эта технология используется военными. А теперь её разрешили использовать на нашем объекте, это большая удача! Вы будете не одна, есть люди которые прошли имплантацию в нашем медицинском комплексе и приступили к работе.

– Неизвестная военная технология, которая требует операции по всему телу, – Ира листала дополнительное соглашение, не особо вчитываясь, а затем остановилась на обновлённой зарплате, – и которая требует просверлить дыру в черепе ко всему прочему… Я не взяла ручку, дайте, пожалуйста?

***

Сначала была простая боль. Затем она ушла, но стало только хуже – всё тело чесалось. Ира терпела, пытаясь представить, какие возможности должны ей дать все эти операции. Имплантация таинственного устройства не шла ни в какое сравнение с её предыдущими, совсем простыми имплантациями. Операции, тесты, прикосновения холодных рук с мерзким гелем по всему телу несколько раз на дню. И скука. Мужу тоже выдали имплант, но какой-то совсем простой – его выписали уже на следующий день. А ей пришлось потратить неделю, переходить из палаты в палату, от операции к операции, от врача к врачу.

– Опять принесла тонну еды, и куда мне её здесь девать? – по коридору мимо прошёл пациент с сумкой в руках.

Ира уже оделась и сидела на кушетке, готовая к выписке. Дверь в палату была приоткрыта. Рука опять потянулась за ухо, щупать такой непривычный порт. Медицинский комплекс объекта был маленьким, но превосходил по оснащению всё, что она видела прежде. Операционная без единого человека кроме неё. Хирурги за стеклом, снующие туда-сюда манипуляторы робота над ней. Она ожидала, что уснёт и проснётся уже с имплантами, но вместо этого прошла через несколько операций. И каждый раз, кроме одного, она лежала в сознании, парализованная, но без боли. Спустя несколько минут после начала операции можно было только вращать глазами и дышать. Когда сверлили череп и протыкали мозг исчезающе тонкими иглами, наркоз ослабили, и она развлекала одного разговорчивого хирурга историями про утечки данных и глупые поступки людей. Самым страшным был день, когда наркоз усилили, а она очнулась с перебинтованным лицом. Только день спустя её успокоили, показав, что под бинтами нет ничего особенного.

В палату вошёл человек, которого она до этого много раз видела, но ни разу с ним не говорила. Он присутствовал на каждой операции, из-за чего Ира поначалу злилась. Почему на операции пускают непойми кого?! Светло-серый халат мужчины не мог обмануть её. Совсем не медицинский, скорее халат инженера. И нашивка "АО Заслон". Он и сейчас был в том же халате, лысый и с усами, с планшетом в руках.

– Добрый день. Меня зовут Богдан, я занимаюсь внедрением и поддержкой эгиды.

– Добрый… Эгида. Значит, так это называется. Вы мне наконец расскажете, на что я согласилась?

Мужчина пригладил усы и присел на тумбочку.

– Да, конечно. Само название не секретное, но я всё равно попрошу вас не упоминать его без нужды. Эгида это комплекс индивидуальной физической, психологической и информационной защиты. Вы сможете подключаться к сети объекта в любой его точке и взаимодействовать с системами безопасности. Вне объекта будут автоматически блокироваться те функции, реализация которых защищена режимом секретности. Но не беспокойтесь, комплекс не будет мертвым грузом – базовые возможности всё ещё будут обеспечивать хороший уровень защиты.

Богдан продолжал произносить явно заученный текст, дежурно отвечая на вопросы. И на каждый вопрос уже был ответ. Не сами слова, а факт подготовленных ответов убедил Ирину в том, что имплант действительно хорошо протестирован. Она не первая. Даже вряд ли в первой десятке пользователей.

– А сколько ещё людей с эгидой? Я ведь могу узнать, у меня же теперь есть допуск.

– Конечно. Это твои коллеги. На объекте их уже двое, ты будешь третьей и последней. Один из них уже несколько лет с эгидой. Даже пришлось проводить апгрейд… я здесь как раз что бы вас познакомить. И подключить.

– Двое, так мало? Ты так уверенно говорил, я думала их десятки.

– Это не первая моя командировка, – Богдан ухмыльнулся, – а для этого объекта и правда хватит троих.

Он полистал информацию в планшете, прежде чем продолжить:

– Во время тестов записывали твои мозговые волны, реакции на набор раздражителей, на объекты и разные ситуации…

– Так вот почему та медсестра была такой неуклюжей! Она постоянно пугала меня, вечно у неё всё падало! А ещё подкрадывалась, громко говорила.

Богдан посмеялся:

– Всё так. Если человек готов к неожиданностям, мозговая активность не совсем та, которую мы ищем. Так вот, утром мне прислали обученные под тебя модели, осталось загрузить их веса в импланты. И включить остальные функции, конечно.

Мужчина достал из кармана шнур и подключил к своему планшету, а затем встал, подошёл ближе и протянул руку к уху девушки.

– Позволь?

Она чуть склонила голову, он отогнул её ухо и вставил тонкий штекер в порт. Штекер вошёл с ощутимым сопротивлением. Несколько минут шла загрузка, и Ира не ощущала ничего необычного. Она то рассматривала провод, идущий к её голове, то планшет, то палату. Разглядывала нашивку на халате Богдана. В это время файлы с весами моделей машинного обучения загружались в память имплантов. Затем, каждый из имплантов начал загружать собственную базовую модель. Имплант видел, что рядом лежит файл дополнений – "irina_zudina_n.lora". Базовая модель дополнялась новыми данными и загружалась в гипертензорные ядра.

Отечественный литограф большими трудами был запущен только к тридцатому году, но сразу превзошёл все ожидания. Российские компании оказались не готовы к использованию такого потенциала, и больше года аппарат производил устаревшие чипы. Всё изменилось с началом выпуска гипертензорных ядер. В одночасье страна получила возможность обеспечить себя собственным оборудованием для тренировки и использования нейросетей. Оборудованием, опережающее время как минимум на три года. Но этого бы не произошло, если бы не политическая воля премьер-министра. Пришлось вмешаться на самом высоком уровне, чтобы изменить сформированную очередь на производство.

Девушка продолжала молча разглядывать интерьер, когда ощутила волну тревоги. Она была уверена, что за дверью кто-то есть. Что за ней её ждет серьезная угроза.

– Что-то случилось? Ты как-то резко поменялась…

Она испуганно посмотрела на мужчину, не смея сказать о таком странном наваждении. Но тот поджал губы и кивнул будто бы сам себе. Он нажал на кнопку на планшете, и тревога растворилась. Специалист вытащил штекер и отошёл.

– Это был я, простая проверка. Я добавил в охранную систему объекта образ вооруженного врага за дверью. Эгида получила эту информацию, и перевела её в понятную для мозга форму. Со временем, туманные образы станут яснее.

***

Ночной тир был совершенно пуст. Высокий пожилой мужчина так же носил эгиду, как и она, и как оказалась, имел допуск и в тир, и к оружию. Втроем с ещё одним носителем импланта они зашли в зал, лампы осветили огневой рубеж и мишени в конце тира. Олег закрыл шкафчик с оружием, подошёл к огневому рубежу и со щелчком загрузил магазин в пистолет Макарова.

– Эгида не защитит тебя от калаша или от выстрела в упор. Но она держит осколки, компрессионные поражения… Знаешь статистику боевых действий?

– Эм? Какую именно? – Ира не могла поверить, что кто-то согласился провести сложную операцию на человеке такого возраста. После нескольких дней знакомства Олег казался ей профессионалом, но разве не было медицинских рисков?

– Большая часть ранений, в том числе смертельных – совсем не пули! Осколки. Они легко рвут плоть, но даже тонкий лист стали удержит большую их часть. Сталь нам не выдали, но и того что есть, хватит. Встань туда, – он показал в сторону мишеней.

– Что? Зайти за огневой рубеж?

Ещё один носитель эгиды, молодой парень Дима, объяснил ей:

– Это запрещено. Но, иначе ты не поймешь, – он на несколько секунд задрал рубашку и показал ей довольно крупный синяк на животе, – пойдем, я постою рядом для твоего спокойствия.

Ира посмотрела на пистолет, затем на Олега и Диму, и снова на пистолет. Она не могла сейчас отступить, после всего, что уже сделала. Да и грызла бы себя ещё многие месяцы. И это странное предложение Димы… Ира уже начала ощущать сигналы эгиды о других людях. Анализ речи, вероятность лжи, скрытые мотивы. Но всё было слишком туманно. Не понятно, Дима просто проявлял рабочую солидарность или нечто иное.

– Ну, нет. Я пойду. Одна, – она сняла пиджак и положила его на стол. Дальше раздеваться она не планировала, так что пришлось смириться с тем, что блузка будет испорчена.

Ира зашла за огневой рубеж и пошла к мишеням. Она ожидала страх или что-то вроде, но ничего такого не происходило. Девушка дошла до мишени и начала разворачиваться, когда резкий удар тревоги захлестнул сознание. Голова сама по себе дернулась вбок, довернула в сторону угрозы. Ира увидела, как Олег целится в неё. Восприятие времени поменялось, тело начало двигаться само собой, медленно разворачиваясь. Вся поверхность тела, вся кожа начала сильно жечь. Она увидела вспышку. Эгида работала на пределе, но не наделяла девушку сверхспособностями. За доли секунды, что были у неё в распоряжении, тело под действием имплантов немного сместилось так, что бы пуля ударила в менее опасное для здоровья место. Последовал удар, который развернул Иру вокруг оси и она упала.

Прошла секунда, а она уже снова оказалась на ногах, в двух метрах оттуда. Олег опустил пистолет, и тревога девушки растворилась. Кожа перестала гореть, а в плече стала нарастать боль. Она посмотрела на дыру в блузке – кожа под ней была красная, с маленькими обугленными пятнами. Но пуля не пробила тело.

– Вижу, ты в порядке, – крикнул Олег.

Пока она медленно возвращалась, он продолжил:

– Ты испытала возможности этой штуки в деле. Но не рассчитывай на неё слишком сильно. Если бы я был ближе, или стрелял бы из чего получше, мы бы сейчас вызывали медиков.

Пока он говорил Ира подошла и облокотилась на рубеж одной рукой.

– Ты же ощутила, как эгида сама двигает твоё тело?

– Я не на такую работу устраивалась, – ответила девушка.

***

Ира сидела за своим домашним компьютером и поглаживала место попадания пули. Заметный синяк проступал по бокам большого пластыря, и хотя не сильно болел, очень уж раздражал. Ради интереса она зашла на сайт АО Заслон в поисках информации об эгиде. РЛС, пусковые установки, медицинское оборудование… Эгида нашлась в разделе готовых встраиваемых модулей. Вот уж действительно, встраиваемый модуль. Под картинкой какого-то древнего прибора она прочла следующий текст:

Бортовая система модулей "Эгида" предназначена для всестороннего анализа ситуации на местности. Обеспечивает комплексную защиту.

Изделие выпускается в ограниченном объеме и доступно аккредитованным организациям согласно 5721-ФЗ РФ от 28.12.2029. Для получения дополнительной информации свяжитесь с нами по следующим контактам.

Она нашла ещё два изделия с такими же смутными описаниями и ссылкой на необходимую аккредитацию.

– Что смотришь?

Муж как всегда подкрался сзади. Он так гордился своей тихой походкой, но даже сильно урезанная эгида заранее предупредила о его приближении. Она постаралась не подать вида, не обернуться слишком рано.

– А, я понял. Сайт той компании, которая по всему объекту устанавливает какое-то секретное оборудование. У тебя случайно не их…

– Ага. Вот смотрю, но тут пустышка.

– Модуль "Плащаница". Господи, ну и название! У тебя эта штука?

– Ром…

– Ладно, ладно. Зато мне всё говорить можно.

Он ничего больше не сказал. Молча отошёл, и надел шлем. Тысячи крупинок, рассыпанные под его кожей, улавливали малейшее движение, отслеживали положение, даже могли трястись и менять размер, чтобы передавать ощущения. Система полного тактильного погружения. Новое поколение, без громоздких костюмов, без проводов под кожей. Мало кто мог себе такое позволить. Ира уже две недели осваивалась с работой, но, даже имея обширный доступ, всё ещё не могла понять, в чем назначение объекта. Чем они тут занимаются. Северный экономический порт? Полярный Иннополис? Публичная информация была в лучшем случае полуправдой. Рома не скрывал, что целыми днями ходит по виртуальным мирам – макетам реальных зданий. Проверяет их удобство, проверяет, как люди могут выбираться из них в случае катастрофы и могут ли в принципе. Но это была только малая часть картины, а полная картина всё не складывалась. Как защищать объект, про который так мало информации? За весь свой рабочий стаж она привыкла читать сетевые пакеты и проверять компьютеры нерадивых работников, пробивать новых соискателей и прости господи, следить за женами и мужьями начальства. А суть её новых рабочих обязанностей никто не мог объяснить. Всё что она видела – закрытые корпуса, куда не заглянуть, вентиляционные киоски на пустырях и подозрительных холмах.

Ира могла бы поискать информацию более тщательно, но не была уверена в том, что именно записывает эгида, даже находящаяся в домашнем режиме.

***

Небольшое помещение на четверых занимало три человека. Один стол пустовал, заваленный бумагами, которые были придавлены чьим-то ноутбуком. С высоты десятого этажа главного здания объекта открывался прекрасный вид на Обскую губу, а внизу, под прозрачным навесом, можно было наблюдать вечно паряще-курящих офисных работников. Олег за своим столом вставлял в узкую прямоугольную рамку бумажку с надписью "Эгиохи", чтобы повесить снаружи двери, под табличкой "Отдел безопасности №5".

– Готовится нападение? – Ира стояла у окна и читала туманный приказ об усиленном обеспечении безопасности объекта, и не могла понять, что конкретно от них требуют.

– Нападение готовится всегда и везде. Произойдет ли оно – зависит от цены атаки, цены провала и возможного куша. Да… Были сообщения о неизвестных дронах. Ещё до твоего прихода. И редкие специалисты неожиданно отказывались от выхода на работу. Вместо не вышедших пришлось нанимать менее квалифицированных – и менее проверенных.

– Почему взяли менее квалифицированных?

– Трудно нанять нужного специалиста, если таких попросту нет. Вот их десяток на всю планету, и никакими деньгами ты не сделаешь сотню. И ещё траффик. Появился странный траффик.

– Насколько странный? Качают сериалы с VPN?

– Нет, нет. Иногда паттерны работы оборудования резко меняются. Вместо обычного обмена данными начинают слать запросы непойми куда. Проверяешь – в это время оборудование с таким мак-адресом временно не было подключено к сети из-за сбоя.

– Так. Ну, давай я займусь отслеживанием этих событий, а потом…

– Нет, этим Семён Николаевич уже занимается. Нам придётся разделиться по подозрительным отделам. Внедримся, проверим всех кто работает при непосредственном контакте.

Ира впервые за несколько недель услышала, как кто-то, кого-то называет по имени-отчеству. Но после слов о внедрении, интерес к этой теме резко исчез.

– Я не поняла, что значит при контакте? Личный контакт это не моя специализация! Назовите цель, дайте доступ к его компу, я найду что нужно!

Впервые после внедрения имплантов она задумалась о том, что это могла быть ошибка. Даже идти под прицелом, даже болезненная рана от удара пули были лишь опасным развлечением, доказательством её исключительности, свидетельством обладания уникальным имплантом. Смена профессионального направления пугала сильнее пули. Придётся учиться притворяться кем-то другим, поддерживать милое общение с тем, против кого сейчас работаешь. Иными словами делать то, чего она всегда избегала. И прямо сразу, без подготовки?

– Не переживай, Дима вон тоже не спец. С эгидой сходил, проверил человечка, в тот же день вернулся. Молодец!

Дима не ответил, но засиял. Олег продолжил:

– Пока отдохни, конкретное задание нам сверху придёт.

***

Прохладный ветерок трепетал листья высаженных в небольшом парке деревьев. Прозрачный навес мог куполом закрыть весь парк при офисном здании, но сейчас был открыт по бокам всем ветрам, пока не наступила суровая северная зима. Тогда купол закроется больше чем на полгода, и будет радовать людей мягкой осенней температурой, на фоне морозных вьюг и глубокого снега за куполом.

Короткий звонок прямо в голове. Ира попыталась воспроизвести нужный мысленный паттерн, но получилось только с третьего раза.

– Да? – Она ещё не освоила общение мыслями, ведь они постоянно прорывались наружу в виде шума или того хуже, словесной оценки собеседника. Поэтому пока что она общалась вслух.

– Добрый день, меня зовут Семён Николаевич, я занимаюсь информационным сопровождением вашего отдела. Ты должна немедленно явиться в кабинет 6017-в, за новым пропуском. Там же будет произведена корректировка внешности.

– Что? Что ещё за корректировка?

– Там всё объяснят. Кабинет 6017-в.

Путь до нужного кабинета лежал через переполненный лифт и длинный коридор. Пока девушка шла, в голове роились мысли, смешивались страхи. Что ещё за корректировка внешности? К новому пропуску она была готова, и, конечно, предполагала, что потребуется выучить новую легенду. Но внешность? Она постучала и открыла дверь. Женщина, взрослая блондинка, выглянула из-за стеллажей, попросила её присесть и снова пропала.

Спустя несколько минут она вернулась. На её сером халате была уже знакомая нашивка "АО Заслон". Женщина вручила Ире новый пропуск. На фотографии была похожая, но все-таки, совсем другая девушка.

– Пойдем сюда.

За рядами стеллажей оказался простой стул, окруженный камерами и светом. Блондинка молча указала сесть, а затем села поодаль за компьютер. Яркий свет ламп ударил в глаза.

– Так… первый, значит, раз… так… Кхм, Ирина, Ира. Сейчас я передам в Эгиду новые параметры лица. Оно чуть-чуть, совсем немного поменяется. Не пугаемся, это полностью обратимо.

– Но мне сказали что внешность…

– Всё будет в порядке с твоей внешностью, не переживаем! Сейчас всё настроим, сможешь переключаться между своим лицом и новым за секунды.

Женщина не успела договорить, как Ира ощутила лёгкое жжение, покалывание по всему лицу. Она сразу же коснулась его руками.

– Лицо не трогаем, сидим прямо! Голову держим прямо!

Жжение исчезло, картина перед глазами как будто немного поменялась. Спустя несколько секунд Ира поняла, что нос, который она никогда не замечала перед глазами, как-то поменялся. И это изменение притягивало на себя всё внимание.

Лампы потухли. Блондинка, так и не представившаяся, поманила Иру за собой и привела к ростовому зеркалу, сразу за ближайшим стеллажом. Теперь фото на пропуске полностью соответствовало внешности. Девушка опять потянула руки к лицу, но на этот раз её не одёрнули. Другая форма носа, более крупная. Бугорок на лбу, более широкие скулы. Подбородок ниже и более заострённый. Она вспомнила старую корейскую моду на лица-сердечки. Было не настолько похоже, но общее направление угадывалось.

Ира подавила приступ паники и отторжения чужой внешности. Она улыбнулась самой себе – вышло вполне естественно. Блондинка дала ей карточку с образами.

– Верхний ряд – вызвать эту внешность. Нижний – убрать все изменения. Нижний универсальный, а таких кодов как верхний может быть несколько.

Быстро сосредоточиться не удавалось. Пришлось закрыть глаза и подышать. Но, спустя несколько попыток снова возникло покалывание, жжение. Лицо менялось, очень медленно, но каждое небольшое изменение делало её другим человеком. Спустя полминуты она вновь смотрела на настоящую себя.

– На обороте коды для изменения походки и голоса… с голосом не очень получается, сама ещё потренируйся менять. Говорят всё это безопасно, но на твоем месте я бы не частила, ну знаешь, кожа туда-сюда растягивается… А, да, держи бумажку, это твоя легенда.

***

Не успела Ира выйти, как снова поступил звонок. Сквозь дымку поступающих сигналов-ощущений, она поняла, что звонит Семён Николаевич. На этот раз ей удалось ответить с первого раза.

– Ало, я получила пропуск.

– Отлично. А легенда?

– Да, тоже выдали.

– Прочитай несколько раз, и через двадцать минут будь на новом рабочем месте, с новым лицом.

– Этого мало! Я толком не запомню, и ещё ничего не знаю о профессии… куда меня вообще направляют?

Ира взяла новый пропуск и под большими буквами с фальшивым именем прочла маленькую надпись "отдел снабжения".

– Не стоит переживать, при возникновении профессиональных вопросов я прикрою. Просто не завершай звонок.

– Что, ведь день?

– Да, я буду на связи постоянно.

– Стоп, так ты робот?

– Позже можно будет поболтать ни о чём. Сосредоточься на задании.

Девушка нашла место и медленно, три раза прочитала свою легенду и вводные. Целый отдел под подозрением. Ничего конкретного. Она пошла в сторону нужного офиса и по пути изменила внешность, походку и голос.