В плену Тирана

Глава 1

Прекрасное ясное утро. На небе ни облачка, ярко светит солнце, птички поют и бабочки вокруг летают. Ну, просто Божья благодать какая-то! Но вот беда, не прилечь мне где-нибудь под кустиком, не спрятаться под деревце от жаркого палящего солнца, не испробовать прохладной родниковой водички, не собрать на лугу ягоды и в лесу грибочки. Пробегаю все мимо и мимо. Ноги уже обтерла в кровь, голова кружится от палящего солнца, что вот вот лишусь чувств, и кровь стынет в жилах от страха. От чего? Да так, просто за мной гонятся трое огромных, вооруженных до зубов бандитов и хотят убить! Всего-то….

Черт возьми! Спасите!!!

За день до происшествия.

– Аза, тебя вызывает к себе начальник.

Ровно в восемь утра в мой кабинет ворвалась Марина, моя коллега по работе и подруга в одном лице. Ворвалась, как уже заметили, с неприятной новостью. Ах, как я не люблю визиты к Пал Палычу! Так мы называет нашего начальника, а на самом же деле его зовут Виктор Павлович. Снова его до жути противный голос: «Аза Эдуардовна, почему до сих пор не готова статья о праздновании Дня Защиты детей? Фестиваль уж неделю назад как прошел, а мы все еще не выпустили ни одну строку с этим событием? Аза, мне совсем не хочется тебя увольнять….». Бла, бла, бла. И так каждый раз, как только я оказываюсь в его кабинете. Не трудно догадаться, что он мне скажет сейчас. Ведь недавно прошло не менее грандиозное событие – День России!

Нет, не то, чтобы я не любила свою работу – работу журналиста, просто все эти темы до жути скучные и неинтересные, мне осточертело писать о жителях нашего маленького городка, о каждом проведенном празднике, куда приходят лишь парочка десяток местных жителей. Наш город (назовем его N) – не такой большой, каким кажется. Это по территории он обширный, из-за огромного густого леса, полей и широченной реки, а вот населением мы не так богаты. Каждый третий знает друг о друге все, и возможно поэтому, в нашем городе новости и слухи распространяются быстрее, чем это сможем сделать мы со своими газетами, журналами и интернетом. Бабушки наши, что надо! Обо всем расскажут, все опишут, а если надо будет, еще и добавят свою точку зрения и вынесут вердикт совсем не схожий с реальностью. Но решение бабушек не подлежит обжалованию. Да и бесполезно.

Но что-то я отвлеклась. Меня же шеф к себе вызывает.

Глубокий вдох, и я стучусь в кабинет Пал Палычу.

– Да-да, входите. – Прозвучал бодрый голос Палыча.

За своим широким, лакированным столом начальника (не то, что мой стол – обычная, старая школьная парта, без какого-либо покрытия, даже можно с легкостью занозу поставить, но зато свой кабинет), восседал пятидесятидвухлетний мужчина, с покрасневшим от духоты лицом, немного полноватый…. нет, довольно полненький, брюки на подтяжках, рубашка в клетку по-стариковски без рукавов, с немного испачканными, не очищенными сланцами, и главная изюминка в его внешности – блестящая лысина на макушке…. Да, это – мой многоуважаемый начальник. Нет, ну так-то он мужик что надо: веселый, общительный, строгий в меру, но такой зануда! Ну, да ладно, бывают начальники и еще хуже. Грех жаловаться на Пал Палыча.

– Вы меня вызывали, Пал… Кхм, Виктор Павлович?

– Да, Аза, входи.

Странно, настроение у шефа сегодня прекрасное, как никогда: улыбается и глаза как-то странно горят веселым огоньком. И смотрит на меня с каким-то странным взглядом.

– Ты, наверное, уже слышала, что в наш город приехал Стрельцов Михаил Геннадьевич…. – Начал Пал Палыч свою речь совсем не с той темы, которую я ожидала от него услышать.

– А кто это?

– Не понял….

– Ну, кто этот…. Как вы там сказали….

– Стрельцов Михаил….– Мужчина удивленно посмотрел на меня, будто поразился моей неосведомленности. А я что, всех мужчин что ль должна знать? – Геннадьевич….

– Ну и? Виктор Павлович, не тяните кота за яйца. Ой, я хотела сказать, за хвост. Давайте ближе к делу. У меня еще, хотите ли знать, много работы….

Шеф еще долго, молча смотрел на меня, но потом все же продолжил:

– Мда, Аза, вы не перестаете меня удивлять…. Стрельцов Михаил Геннадьевич – наш земляк, уроженец, если хотите по-другому, и о нем ты напишешь статью.

– Вот как? А давайте я обо всех жителях нашего города напишу? Пойду вот прямо сейчас и всех допрошу, то есть, я хотела сказать расспрошу. И начну я, пожалуй, с вас. Вы ведь тоже уроженец?

– Прекращай язвить! Я, может, тоже из этого города, но не построил свою империю и не заработал миллиарды.

– А что, этот Михаил миллиарды косит?

– Что? Черт возьми, Аза! Вы работаете журналистом, а выражайтесь, что базарная баба. Пожалуйста, говорите понятным, внятным русским языком. Мне все эти ваши словечки не нужны! В общем, разузнайте, где остановился Михаил Геннадьевич и марш брать у него интервью!

– Что?! Так вы даже не договорились с ним о встрече?! Но что если он меня сразу пошлет, как только узнает, что я журналистка? Знаете ли, такие важные люди, как этот Михаил, не очень-то любят раскрывать свою жизнь всем на всеобщее обозрение, тем более такой жалкой газетенке, как наша. Без обид.

– А вот, как и каким образом брать интервью – решать только вам одной. Покажите нам, в конце-то концов, свой талант и профессионализм, включите свое, где-то глубоко зарытое, обаяние и вперед! Кто знает, может он клюнет на твою красоту.

Да, я все-таки задела профессиональные чувства шефа, оскорбив его жалкой газетенкой. И он ответил мне тем же, назвал меня, другими словами, «серой» замухрышкой.

Но я не в обиде. Потому что знаю, я не такая. Вот чего-чего, а комплекса по поводу своей внешности у меня нет. Ну и пусть, если я давно не покупала себе соблазнительные сексуальные платья, не малюю лицо ярким макияжем, и не наращиваю ногти с ресницами. У меня все натуральное и спо ГОСТУ: натуральная блондинка (это у меня от мамы), черные, от природы длинные ресницы и смуглая кожа (это от папы), в общем, миниатюрная, среднего роста милашка. А главное: у меня прекрасные темно-зеленые глаза. От кого получились такие выразительные, редкие цвета глаза? Не известно. Мама всегда шутливо говорит, на вред папе, что глаза у меня от соседа.

Так, что, Виктор Павлович, вы не обидите меня, назвав серой замухрышкой. Я прирожденная милашка!

– А что если у него интервью возьмёт Марина? Она вот красавица, не то, чтобы я….

– Эту работу я дал тебе и на этом точка. Если через неделю на моем столе не будет лежать интервью…. Ты знаешь, что тогда будет.

– Уволите?

– Да.

Его твердый резкий ответ, признаюсь, меня даже убедил и немного припугнул. Мощный «мотиватор», можно сказать, для интервью. Пусть даже если он не раз грозился меня уволить.

– Хорошо, я попробую.

– Нет, ты не просто пробуй. Ты возьмешь-таки у Стрельцова интервью. И не когда-нибудь, а прямо сегодня!

***

Черт! Куда меня занесло? Где я? Сколько прошло времени, с тех пор, как я сбежала от тех бандитов?

Ох, со страху бежала так, как никогда еще не бегала. Организуй сейчас спортивный марафон, уверена, я бы получила главный приз. Не ожидала от себя такой выносливости и скорости. Вот никогда не любила бегать. А сейчас ну просто рада бежать, и причем без остановки.

Но, к сожалению, ничего не бывает вечным. Моя дыхалка вскоре села, а вместе с ней и батарейки. Ноги ужасно гудели, в них чувствовалась такая слабость, что невозможно было стоять, голова раскалывалась словно на тысячи мелких кусочков, поэтому здраво мыслить не представлялось никакой возможности. Ко всему прочему, еще и в горле образовалась засуха.

Замерла. Прислушалась. Тишина. Лишь слышала свое хриплое дыхание. Кажется, те бандиты от меня отстали. Еще бы, это они лишь внешне мощные, сильные, а на самом же деле в них лишь громадная масса, полученная благодаря протеинам и повышенному белковому рациону. Сила есть – скорости никакого.

Но все же, на всякий пожарный я спряталась за огромным камнем, расположенном вблизи водопада.

То, что я пересекла границы нашего города – знала точно. А где именно сейчас нахожусь – вот этого не могу понять. Вокруг все неизвестное: равнина переросла в горную местность, моя привычная речушка сменилась небольшим горным водопадом, и луга, совсем не те, что расстилаются вокруг города N.

Судя по уходящему за горизонт солнцу, время близится к вечеру. Должно быть, времени сейчас где-то полчетвертого.

Блин, кушать так хочется…. И спать…. ААА!!! Я домой хочуууу!

Сразу после Пал Палыча, не теряя больше ни минуты своего рабочего дня, я покинула редакцию, с тем, чтобы посетить салон красоты. Зачем? Да чтобы выглядеть идеально для обольщения этого знаменитого Стрельцова Михаила Геннадьевича. А как иначе мне получить от него интервью? Да и так, уж давно я хотела посетить салон и привести себя в порядок. Не то, чтоб я сейчас выглядела дикаркой, просто маникюр, педикюр, коррекция бровей и автозагар мне сейчас все же были необходимы. Давно я всего этого не делала.

– Добрый день! Чем я могу вам помочь? – Как только вошла в салон, навстречу ко мне вышла расфуфыренная девица, с восхитительной внешностью модели.

– Махнемся внешностью на вечер? – Фыркнула я в ответ.

– Извините?

– Можете сделать из меня соблазнительную обольстительницу влиятельных миллиардеров?

На какое-то время моделька вначале опешила, потом призадумалась, хмуро оглядев меня с ног до головы, а после тут же улыбнулась и ответила:

– Конечно! Проходите! – Отступила в сторону, пропуская меня вперед в волшебную комнату преображения и бессмысленной траты половины всей моей мизерной зарплаты.

Нет, я ошиблась. Всей моей зарплаты! Согласись я на покраску своей длинной шевелюры на голове – мне бы пришлось оставить здесь одну из своих почек. А как умело меня уговаривали…. Но я твердо оставалась на своем. Мне достаточно маникюра, педикюра, депиляции в основных участках тела (Зачем я сделала депиляцию в интимном месте ? Да фиг знает), легкая завивка волос, коррекция бровей и залепила все-таки на себя накладные ресницы, что так же по мне было бессмысленным.

Просто мастера салонов красоты обладают невероятным умением убеждения, словно цыгане, выманивая из своих клиентов все больше и больше денег.

– Итак, остался последний штрих – ваш загар. Позвольте вам дать совет…

– Слушаю. – Устало отмахнулась я, глядя на свое отражение в зеркале.

Ну, ничего так, все вышло довольно… мило.

– Я думаю, вам не стоит делать автозагар….

– Это почему?

– Автозагар вас сделает слишком…. Ммм… как бы вам яснее выразиться….

– Слишком какой?

– Оранжевой. Поверьте, вам не нужен никакой загар. Вы и так хороши.

– Оранжевой? – Взглянула на свое отражение в зеркале. – Хм… Нет, я все же буду делать автозагар. Я кажусь какой-то бледной…. – Приняла решение в следующую секунду. Наверное, это дело принципа.

– Что ж…. Хорошо. Идите прямо по коридору и налево.

Как только процедура с загаром закончилась, ко мне позвонила Марина.

– Аза ты где?!

– Что орешь? Я чуть не оглохла. В салоне я еще. Что хотела?

– Вот пока ты засиживаешься в салоне, твой Стрельцов собирается из города уехать.

– Что?! Как уехать?! Откуда ты узнала об этом?!

– Скажем, у меня есть свои связи.

– Черт! Марина, я не могу его опустить! Пал Палыч меня точно уволит, если я его потеряю! Может, ты знаешь, где он остановился?

– Конечно. Записывай…. Или запоминай.

Через пару секунд я выбежала из салона, словно ошпаренная. Бросив напоследок девушкам денежку за свое преображение.

– Ах! – Встретили меня восторженно сотрудницы салона, когда я пробегала мимо них.

Знаю. Знаю я, что красавица. Не нужно аплодисментов. Некогда, я тороплюсь.

– Такси! – Кажется, мой зов был слышен на все ближайшие кварталы.

Уже через десять минут подъезжаю к загородному особняку Стрельцова Михаила Геннадьевича.

Размалеванная, завитая, депилированная и с легким загаром. Красавица, в общем. Даже таксист, кстати, симпатичный парень, лет двадцати пяти, не мог оторвать от меня своего взгляда. Всю дорогу то и делал, что любовался мною в зеркале заднего вида и улыбался.

– Девушка… – И вот он впервые за весь путь от салона до особняка заговорил со мною. Ну, щас попросит мой номер телефона, назначит встречу. – Где вы так зажарились? Заснули на пляже?

– Что?

– Где так обгорела, я спрашиваю?

– Да иди ты! – Зло бросила в него денежку и, громко хлопнув дверью, вышла из машины. – Сам ты….

«Аза, успокойся. Дыши ровнее….» – Попыталась себя успокоить. – « Побереги нервы и силы для интервью».

Как только таксист скрылся из виду, я успокоилась, но не надолго. С целью убедиться, что красота моя все та же, что и была до автозагара, я взглянула в зеркало и….

– Что!?? Что это такое?! Я… рыжая!?

Ужас и панка застыли в глазах. Что мне теперь делать? Мое лицо, руки, ноги и наверняка остальная часть тела были цветом… тыквы! Черт побери!

Другого выхода нет. Мне придется в таком виде заявиться к миллиардеру. Неизвестно когда Стрельцов еще появится в нашем городе.

Эх, а я даже не успела переодеться, надеть, например, сексуальное вечернее платье. Разве такой влиятельный мужчина обольстится курицей гриль?

О Боги! За что вы меня так караете?

Подхожу к нужному особняку. Уф ты! Какой высокий забор! У самых ворот установлен диктофон с камерой. Подаю звоночек. Тишина. Наверняка охрана сейчас ржет надо мною за своими мониторами. Звоню еще раз.

– Да! – Брякнул грозный мужской голос в ответ моему звонку.

– Добрый вечер! Я к Михаилу Геннадьевичу. – Пропищала зачем-то я. Что это с моим голосом?

– Вам назначено?

– Да. – Соврала ни разу не моргнув. – На…. – взглянула наручные часы, – на шесть вечера.

А времени как раз без пяти шесть.

– Минутку.

И, правда, на минутку.

– Михаила Геннадьевича нет на месте. Приходите через месяц.

Мужчина за монитором наверняка, как и я, соврал ни разу не моргнув. А иначе, для чего ему понадобилась минута?

Звоню еще раз. Я настырная.

Но на этот раз, охранник не стал мне отвечать, а вышел!

– Девушка, вы плохо понимаете по-русски? Повторяю еще раз: Михаил Геннадьевич отсутствует. Приходите через месяц.

– Павел, что у тебя там происходит?

Со стороны особняка до меня донесся чей-то властный мужской голос. А потом появился и сам носитель этого невероятно-сексуального голоса.

О Боже! Неужели это и есть Стрельцов?! Ах, как он хорош! Даже за его черными, солнцезащитными очками я разглядела невероятной красоты, аристократической черты, мужское лицо. Ну, просто модель с мужского глянцевого журнала “Маруся”! А как на нем сидит его черный, деловой костюм! А его волосы! Черные и густые. Ммм, фантастика! Неужели такие мужчины не вымерли с динозаврами в период ледникового периода или наводнения? Блин, как не вовремя я поджарила себя.

Сам того не ведая, он навсегда засел в моем сердце, так глубоко, что просто так его не вытащить оттуда.

Интересно, женат ли он?

– Дамир, эта девушка пришла к Михаилу Геннадьевичу.

Дамир? Так он не Михаил Геннадьевич?

В ту же секунду на меня устремился проницательный темный взгляд красавца, от которого у меня мурашки пробежались по всему телу. Такое чувство, будто он сейчас меня полностью сканирует своими необыкновенного цвета глазами. Я не могла понять цвет его глаз: то ли они зеленые, то ли серые, и есть в них также и карий оттенок. Разглядеть его глаза мне так же мешали длинные черные ресницы. Обалдеть какой он милашка! Прям как я.

«Так, Аза, соберись. Вспомни, зачем ты сюда пришла».

– Да, мне назначено на шесть вечера. – Неуверенным голосом подтвердила слова молодого охранника Павла.

Но Дамир больше не смотрел на меня, молча отвернулся и пошел от меня прочь к дому.

– Павел, не тревожь меня больше по пустякам. – Бросил напоследок через плечо.

-Так, девушка, – всем своим огромным ростом парень перегородил мне путь к дому, – если сейчас же вы не уберетесь отсюда, я вызову полицию. И ночь вам придется провести в кутузке. Вам все ясно?

– Что так грубо? Да поняла я, не нужно вызывать никакую полицию. Я ухожу. До свидания.

Парень выдохнул с облегчением, и передо мною тут же закрылись ворота.

Ну, ничего, я так просто не сдамся. Я обязательно доберусь до тебя, Стрельцов!

Еще пять минут я бродила вокруг да около двухметрового мощного каменного забора, пока в мою маленькую головушку не пришла одна глупая идея: перелезть забор и тихо проникнуть в дом. Знаю, это незаконно, вламываться в чужие владения. Но, ничего, отсижу сутки в кутузке, а после выйду. Так хоть безработной не останусь, Пал Палыч оценит мои старания и не станет увольнять с работы. А без ничего, с пустыми руками и пустой головой, мне лучше не возвращаться.

На другой стороне от главного входа, я заметила дерево, и как раз на той стороне не было никакой камеры.

Удача сейчас на моей стороне.

Словно разжиревшая старая обезьяна, с трудом взобралась на дерево и, пыхтя себе под нос, полезла вверх до уровня высоты забора. С таким же трудом взобралась на забор и вуаля! Я спрыгиваю с забора на мягкий, аккуратно стриженный газон.

Но вот беда! Теперь я понимаю, зачем на задней стороне усадьбы не было камер. Ведь «черный выход» охраняют два огромных черных ротвейлера!

Ааа!!!

Злобное рычание медленно приближалось ко мне. А вместе с ним пошел обратный отчет, показывающий сколько мне осталось жить: пять, четыре, три, два….

– Ути – ути песики. Какие же вы милые….ааа…. черные, клыкастые, злобные…. Ой, мамочки, что же мне делать?!

Что я только не делала, посвистывала, цокала, широченно нервно улыбалась, как бы показывая песикам, что пришла я сюда с миром. Даже последний свой круассан, что лежал с утра в сумочке, бросила этим злобным людоедам. Но безуспешно. Они даже не понюхали мое лакомство.

Мясо, видите ли, им подавай.

Так я сидела примерно полчаса, прижатая в стену забора, боясь даже пошевелиться или позвать кого-либо на помощь, и все еще окруженная двумя милыми ротвейлерами. Пока вдруг не услышала громкий шум из дома. А еще через минуту передо мною предстали пятеро крупных и высоких мужчин в черных костюмах и Дамир, уже известная мне личность.

– Простите…. – Тихо пропищала я мужчинам, зовя их на помощь. Но тут же проглотила остальные слова, так как страх еще больше парализовал меня. Собачки куда безобиднее этих жестоких людей-варваров.

За теми мужчинами, далее последовали еще двое и волокли они за собою окровавленного мужчину, или просто его тело.

«О Господи, что они сделали с ним?! Он что, мертв?!»

Встав посреди газона напротив меня, мужчины бросили бедолагу на землю и стали ждать…. Ждать пока он сам встанет. Значит, жив.

Не в силах все еще пошевелиться, я так и продолжала сидеть, с широко раскрытыми глазами и наблюдала за всей этой картиной.

– Пожалуйста, простите меня! Я больше так не буду! Ну, пожалуйста! – Еле слышно повторял снова и снова эти слова несчастный.

Вдруг, Дамир сел на корточки напротив него, схватил за его окровавленные длинные волосы и холодно произнес:

– Я никого и никогда не прощаю. Ты знал, на что шел, а сейчас веди себя достойно и получи то, что заслужил.

Дамир засунул руку под свой пиджак и вытащил оттуда… пистолет?! О Боже!

Звонкий гул прозвучал по всей округе. Бедолага тут же бесчувственно опустился на землю, и, неожиданно для себя, я вдруг вскрикнула, как только разглядела маленькую дырочку на лбу убитого.

В ужасе прикрыла рот рукой, но поздно. На меня тут же уставились восемь пар свирепых взглядов.

– Что, черт возьми, это такое!? Кто пустил ее сюда!? Павел! – Дамир уже не тот соблазнительный красавец, который засел в моем сердце, он словно дьявол, бесчувственный, жестокий убийца.

На его крик тут же прибежал испуганный до бледной кожи Павел.

– Дамир! Я не впускал ее! Я не знаю, как она здесь оказалась!

– Это уже не важно. – Кажется, Дамир немного успокоился и говорил уже глухим тоном. – Схватите ее. – Он кивнул в мою сторону и на меня тут же побежали трое рослых парней. Схватили за руки и поволокли к дьяволу. – Павел, ты же знаешь, как я не люблю тех, кто ошибается. А ты сейчас совершил такую ошибку, проглядел какую-то девку….

Рука убийцы снова потянулась под пиджак.

– Дамир! Я исправлюсь! Дай мне еще один шанс! Ну, хочешь, я сейчас же вышвырну ее отсюда? – В глазах молодого охранника блеснули слезы.

– А вот и вторая твоя ошибка. Ты собирался отпускать свидетеля преступления? Павел, ты со страху перестал здраво мыслить?

– Но… Она же девушка…. Она не при чем…. Она же никому ничего не расскажет….

– Ты слаб. Пока в тебе есть сочувствие и жалость – ты марионетка, в руках сильнейших. И ты мне бесполезен….

Еще один выстрел, и Павел опускается на землю рядом с первым убитым.

Я почувствовала прилив слабости в ногах и легкое головокружение. В глазах потемнело, будто на веки опустили темный, тяжелый занавес и гул в ушах…. Такой приглушенный и противный.

– Заприте ее. Нужно узнать, кто послал ее сюда. – Откуда-то, словно издалека послышался отстраненный голос убийцы, и я погрузилась во мрак, потеряв последнюю возможность для своего спасения – сознание.

Ах, сколько раз я пыталась выбраться на природу и на тебе, дыши свежим воздухом и вдыхай сколько хочешь: аромат самых разнообразных полевых цветов и недавно распустившихся еловых почек. Все бы ничего, если бы не те бандиты, что преследовали меня, с печальной целью – убить. А так, можно было бы устроить прямо здесь пикничок.

От мысли о еде, мой живот тут же пробурчал глухим урчанием. Нужно срочно что-нибудь поесть. Иначе я тут с голоду помру, и найдут бандиты лишь мое мертвое, распластавшееся по земле, бездыханное тело.

Огляделась вокруг: недалеко от меня росла дикая яблоня, с мелкими, недозревшими плодами, и ничего съедобного я больше не наблюдала. Ничего другого не оставалось, как съесть пару кислых, зеленых яблок. Эх, главное, чтобы живот не разболелся от них.

Не скажу, чтобы я наелась, но вот пить мне ужасно хотелось. Кроме маленького водопада и маленькой речушки от него здесь ничего не было. Сомневаюсь, что эту воду можно пить. А вот искупаться было бы прекрасно.

Снова прислушалась на всякий пожарный. Тишина.

Хромая, подошла к водопаду и разделась до нижнего белья. Водичка оказалась довольно прохладной, но как раз этого мне не хватало: охладиться и немного расслабиться. Села на камень, расположенному прямо посередине неглубокого водоема, и аккуратно стала промывать раны на ногах. Мозоли полопались и оставили за собою болезненные, но терпимые ощущения. Болели и руки, но не от мозолей. Один из бандитов, еще в усадьбе крепко связал мне руки по локоть. Связал так, что на коже тут же вылезли темные синяки.

Что же скажу родителям, когда они увидят мои раны и ссадины? Ведь я живу с ними в одном небольшом доме, из трех комнат. Скрыть синяки от их глаз мне не удастся.

Но это не главное. Главное мне все же добраться-таки до дома.

Отдохнула, посидела, высохла, снова натянула на себя испачканную, рваную одежду и направилась дальше, в неизвестное мне направление. Надеюсь, рано или поздно все же доберусь до какого-либо места, где можно найти спасение.

На улице стало темнеть, как вдруг я увидела перед собою асфальтированную дорогу с указателем недалеко расположенной, неизведанной мне деревушки. И передо мною предстал выбор: ловить прямо сейчас машину и ехать домой, или же направиться в ту самую деревню за пару сотен метров от трассы?

Решение, что делать дальше пришло само по себе: вдалеке вначале засиял яркий свет приближающихся фар, а после появилась и сама машина – «Москвич». Я чуть не заплакала от счастья, когда машина вдруг остановилась передо мною. Слава Богу! Моими спасителями оказалась пожилая пара, возвращавшаяся в город из дачи.

Как выяснилось позже, все это время я была за пару километров от города, можно сказать, совсем близко. Видимо, вначале я сбилась с нужного курса и ушла от города подальше, но потом, сделав круг, вновь стала приближаться к цивилизации. Что-то вроде бумеранга.