Ангелиана. Свет души

© Тамара Алексеевна Аверьянова /Фоменко/, 2023

ISBN 978-5-0059-9635-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сказание об Ангелиане

1

Однажды, ранним весенним утром, маленький тихий городок, расположенный в чудесной зеленой равнине, проснулся от страшного грохота, шума и криков. Жители с недоумением выбегали из своих домиков на улицу, и тут же бежали обратно, закрываясь на все крючки, замки и запоры.

– Что случилось? – Мирослава распахнула окно, выглядывая на улицу.

– О! Мирослава! Прячьтесь сами и прячьте вашу дочурку! – прокричал, пробегая мимо её домика, высокий седой старик.

– Снова война, снова напал на нас злобный Король Черногории…

– Спасайтесь! Все спасайтесь!

Крик его замер вдали, а Мирослава все не могла прийти в себя. Неужели и здесь настигла её эта ужасная участь. Она так долго приходила в себя после той войны, когда потеряла все, что, имела: дом, семью, любимого человека. Спрятавшись в маленьком провинциальном городке, в другой далекой стране, она надеялась никогда больше не услышать этого страшного слова – война! И самое ужасное имя в её жизни, это – Король Черногории Садон. Сколько горя принес этот человек, сколько страданий причинил ей и её близким людям и их государству.

Король Черногории Садон столько раз уже пытался завоевать их страну, столько усилий прилагал, что бы захватить их немаленькие территории, ему не давали покоя их леса и долины, реки полные рыбы и горы с залежами драгоценных камней. Он даже объединялся с соседними странами, для похода против Короля Святослава, а не получив желаемого, подчинял себе эти самые маленькие страны.

Мирослава заметалась по спаленке, подхватив на руки маленькую девочку, спавшую на кровати.

– Мамочка, что случилось? Что там за крики?

– Милая моя девочка, там плохие люди и нам надо спрятаться!

– Но где, же мы будем прятаться, мама? – девочка забавно развела ручками.

Действительно, где? В маленькой уютной спальне, помещалась только большая кровать, а в соседней комнате, столик и два кресла. Да у окна изящный клавесин, на котором так любила играть Мирослава. На окнах весёлые синенькие занавески и красивые цветы в горшочках. Домик был маленький, но очень уютный и для двоих места было более чем достаточно.

Тут дверь задрожала от ударов.

– Эй, там! Открывайте!

Мирослава посадила девочку на кровать.

– Слушай меня доченька, ты сейчас спрячешься под кровать, помнишь, как хорошо ты пряталась от меня, когда мы играли в прятки? – девочка закивала головой, – вот и хорошо, и сиди там, что бы ни случилось.

– А ты мамочка?

– А я поговорю с этими нехорошими людьми и вернусь.

– Хорошо мама.

– Да вот ещё что, – она сняла с себя медальон и одела его на шею девочке, – носи его все время и никогда не снимай, слышишь доченька, никогда! Когда-нибудь он тебе пригодится.

Она поцеловала девочку и печально улыбнулась.

– Я очень люблю тебя доченька!..

– И я мамочка! Очень, очень! Ты возвращайся скорее, хорошо?

– Хорошо милая, а теперь прячься.

Она с тревогой посмотрела на дверь грозившую слететь с петель под градом ударов.

– А потом я, буду искать тебя, мама? – ребёнок, она ещё не понимала грозившей им опасности и всё принимала за игру.

– Да конечно… – сквозь слёзы прошептала Мирослава. Она только успела заправить кровать и опустить покрывало, как дверь дрогнула и слетела с петель. В домик ворвались солдаты. Оставляя на чистом полу грязные следы, они бросились осматривать домик в надежде, чем ни будь поживиться. На хозяйку дома никто не обращал внимания. Мирослава стояла у кровати, сложив на груди руки, и смотрела, как хозяйничают в домике наёмники. Один из них, рыжий громила с огромным мечом, наконец-то, обратил внимание на женщину.

– Вот это да! Да здесь сама хозяйка бриллиант!

Он с восхищением глядел на высокую, стройную женщину с красивым утонченным лицом.

– Да за тебя, красавица, мы получим больше денежек, чем найдем во всем этом городишке. Собирайся, тебе придется пойти с нами. В доме ещё есть кто-нибудь? – он вопросительно посмотрел на хозяйку.

– Отвечай, когда к тебе обращаются! – визгливо закричал второй солдат, с некрасивым лицом, сплошь покрытым оспинами.

– Нет, здесь больше никого нет.

Стараясь казаться спокойной, Мирослава пошла к выходу, подхватив с кресла большую темную шаль, которой укутала плечи.

Солдаты, переглянувшись, тут же побросали все вещи, которые успели найти, и вышли следом за ней из домика.

Когда стихли шаги, и стало тихо, девочка вылезла из-под кровати и осторожно выглянула в окно. По дороге, поднимая пыль, двигалась колонна пленных. Женщины брели, прижимая к груди маленьких детей, за ними, цепляясь за юбки, шли дети постарше. Мужчины были скованны длинной цепью друг с другом, и шли, в бессильной злобе сжимая кулаки. Все они были кое-как одеты, их сорвали с теплых постелей и, не давая одеться, выгнали на улицу.

Среди них шла и мать Ангелики, она не обращала внимания на брань и ругань солдат, её утешала мысль, что её маленькую дочку не постигла участь тех детей, что плача шли рядом с матерями, все они теперь будут рабами Короля Черногории. Она надеялась, что добрые соседи не дадут погибнуть маленькой девочке, ведь они так любили её.

Девочка долго сидела у окошка и плакала, пока не уснула сидя в кресле. На улице стало тихо, только слышны были, плачь и причитание людей, чьих близких угнали в рабство. В этот день никто не вспомнил про маленькую девочку.

2

Никто не помнил, когда поселилась в этом маленьком домике красивая молодая женщина с печальными глазами. Просто однажды она вышла на крыльцо и приветливо поздоровалась с соседями. Они не спрашивали, откуда она прибыла, и что с ней случилось, они просто приняли её и полюбили. Её и её маленькую дочку. Здесь жили добрые и хорошие люди.

С раннего возраста девочка была веселой и доброй со всеми. Её веселый голосок с утра до вечера звенел в саду.

Одна добрая женщина, посмотрев на неё – засмеялась:

– Ну, какая же она милая, наша Ангелиана – просто маленький Ангелочек, или Ангелика.

Так с легкой руки и прозвали ее – Ангеликой. Глядя на свою дочурку, чаще стала улыбаться Мирослава. Подрастающая девочка уже помогала матери в саду. Они выращивали очень красивые розы и продавали их на рынке. На эти деньги они и жили. Однажды Ангелика подбежала к матери, протягивая ей стебелек репейника.

– Мамочка посмотри, что я нашла! У нас не было такого цветка, откуда он появился? – волосы ребенка растрепались, а глаза радостно блестели.

– Доченька, это сорняк колючий, не надо его брать в руки, не то поранишь пальчик.

Мирослава взяла растение и хотела его выбросить.

– Не надо! – Девочка смотрела на мать глазами полными слез.

– Не надо мамочка, посмотри, он ведь тоже цветет! У него мягкие и нежные лепестки внутри, значит это тоже цветок. Ведь у наших роз тоже есть колючки. Я вот поставлю его в вазу с этой белой розой, cмотри, какой он стал симпатичный!!!

Девочка протянула матери вазу, в которой, растопырив во все стороны колючки, торчал мрачный репейник, а рядом сияла белоснежной чистотой, нежная белая роза.

– Господи! – женщина побледнела и, прижав руки к груди, посмотрела на дочь. Её вдруг охватило острое чувство тревоги. Ещё раз, взглянув на дочь, она ушла в дом.

А Ангелика поставила вазу на тропинку и тоже пошла в дом, она не понимала, почему мама так расстроилась.

Как только люди скрылись из виду, розы, росшие на этой клумбе, склонились в сторону оставленного букета.

– Кто ты странник? – тихо прошелестели они, – ты не из нашего сада.

– Конечно! – заносчиво ответил чертополох, – я из далекой жаркой страны, а принес меня ветер. И теперь нас будет много, а вам не останется места.

– Какой ты злой, зря тебя девочка оставила… – зашептали расстроенные розы. А белая роза, стоявшая с ним в одной вазе, даже заплакала. На её нежных листочках выступили росинки.

– Я не хочу быть с тобой в одной вазе, я лучше умру… – и поникла нежной головкой. Её листочки безжизненно повисли.

А розы сокрушенно качали бутонами.

– Что тут происходит? – Вдруг услышали они. Это мама Ангелики

пришла поливать цветы.

– Посмотрите-ка, дня не простоял в саду, а уже наделал бед. Ну, ничего ты тоже можешь приносить пользу, я сделаю из тебя чудесное репейное масло, а пока постой здесь в тенёчке.

Розу она осторожно вытащила и вплела в свои волосы. Затем Мирослава полила клумбы, взрыхлила землю, и устало присела на крылечко, Ангелика присела рядом и обняла её за плечи:

– Милая мамочка ты устала. Давай я тебе расчешу волосы, – она нежно перебирала длинные, черные, роскошные пряди.

– Мамочка, а почему у тебя волосы темные, а у меня светлые?

– Моя девочка, у тебя волосы и глаза, такие же, как у твоего отца. У него были самые красивые на свете глаза…, – голос Мирославы дрогнул.

– Были? Значит, он умер? – тихо спросила девочка, – почему я его не помню?

– Ты была совсем маленькой крошкой, и он очень любил тебя… – Мирослава обняла дочь за плечи, и чуть покачиваясь, рассказала ей

какой замечательный был у неё отец.

– Он был красивый, веселый, добрый и самый великодушный человек на свете. Его любили все в нашем королевстве….

– Мамочка, а где же это королевство? И почему мы не живем там?

– Это была война, была страшная битва, кто-то предал нас…, – воспоминания заставили дрогнуть голос женщины, – и,… погибли почти все… и твой отец, то же…. Нам с тобой удалось спрятаться. Когда – ни будь, я все тебе расскажу. А сейчас нам пора спать, посмотри, уже и птички уложили своих птенцов спать, пошли моя дорогая в постельку.

Она уложила девочку спать, и долго ещё сидела у кроватки. А за окном быстро надвигалась ночь, и звуки гасли под её черным покрывалом. Уснули все, уснула и Мирослава, не зная, что принесет им следующий день.

В полдень, когда солнце теплой ладошкой потрепало девочку по щеке, Ангелика проснулась и позвала маму. Но тишина была ответом на её зов. Только за окном громко запела какая-то пичужка. Она ещё не знала, что в домике поселилось горе, и ждала, когда же откроется окошко, и добрые руки хозяйки, насыпят в кормушку вкусные хлебные крошки.

Но прошел день, а девочка оставалась одна. Она прибралась в комнате, расставила по местам раскиданные стулья, заправила кровать. Но никто не пришел навестить маленькую девочку. В тот день во многих домах поселилось горе. Тогда она положила в корзиночку немного еды, и отправилась искать маму.

И скоро её маленькие ножки шагали вдоль леса по большой дороге. А домик с голубыми ставнями грустно смотрел ей в след, чисто вымытыми стеклами, да плакали в саду покинутые розы.

3

Король Черногории смотрел в окно, когда к нему обратился придворный с просьбой, посмотреть на пленных, которых только что пригнали во дворец.

– Что ты лезешь ко мне с такими глупостями?! Запри всех в темнице, ты, что не знаешь, что с ними делать? – заорал Король, свирепо глядя на придворного. Тот даже посерел от страха:

– Но там…, там, эта женщина … – Может вы сами, посмотрите? – прошептал он.

– Что?! Ты не слышал, что я сказал? – он вдруг снова глянул в окно, – с тобой я потом разберусь, а сейчас позови-ка ко мне Принца Гордона.

– Слушаюсь, Ваше Величество! – придворный, пятясь и кланяясь, выскользнул из комнаты.

Вот еще, будет он на себя навлекать гнев господина, ну и пусть среди пленниц он заметил женщину очень похожую на ту, что разыскивает правитель соседней страны. Просто он несколько раз видел плакаты с её изображением, когда был в гостях у родственников. Он попытался рассказать, ничего не получилось и теперь его дело сторона, пусть сами разбираются, на то они и главные. Оглядевшись, он гордо выпрямился и поспешил выполнить приказ короля.

Король хмуро продолжал смотреть в окно, и чем больше смотрел, тем мрачнее становилось его лицо. Он был невысокого роста, но широкие плечи и большой живот, делали его огромным и грузным. Беспорядочная копна волос и борода дополняли его свирепый облик.

И когда в зал быстрым шагом вошел высокий стройный молодой паренек, Король был мрачнее тучи, а глаза метали молнии.

– Вы звали меня отец?

– Что ты делал в саду?! – зловещим голосом спросил Король.

– Я… Мы с мамой сажали цветы, – спокойно ответил юноша.

– Что? Что сажали?! – Король Садон даже покраснел от гнева.

– Розы, Ваше Величество, – так же спокойно ответил Принц.

– Мой Наследник! Великий Принц! Будущий Король Черногории! – закричал Король, – У тебя великое будущее…! Ты будешь управлять огромной Империей, которую я создал…! – ему не хватило воздуха, и он стал хватать ртом воздух. – А ты цветочки сажать! – просипел он, хватаясь за грудь.

– Да розы… белые…, – Принц спокойно смотрел на отца, в лице его ничего не изменилось, ни дрогнул, ни один мускул, только черные глаза его стали еще темнее, и в них медленно разгоралось холодное пламя.

– Воды отец?

Король встретил его холодный взгляд и замолчал, задумчиво поглаживая свою бороду.

– Хорош! Ох, и хорош! – вдруг захохотал он, – И ведь не боится, совсем не боится! Молодец сын! Перебирайся-ка ты на мою половину, пора тебе войсками командовать, а не цветочки сажать! В конец тебя Королева испортила, поэмы, танцы, музыка, цветочки!

Король подошел к столу и смахнул все со стола. Во все стороны брызнули осколки хрустальной вазы.

– Смотри, – Король развернул на столе большую карту, – вот это твоё будущее! Королевство Черногории! Я уже покорил все соседние государства, мне платят налоги девять королевств. Есть только одно Королевство, которое мне не удалось захватить ни разу. Проклятый Король Святослав, и его королевство находятся в очень выгодной позиции, оно простирается от южных гор до северного моря, а его замок окружен рукавами реки Морш, которая впадает в море. Со стороны моря непреступные скалы. Говорят, там есть маленькая гавань, но большие корабли туда не заходят. Да и армия у него сильная, после моей армии, конечно, – самодовольно заявил он.

– Один раз, он уже почти был в моих руках… – с сожалением вспомнил Король, – великая была битва! Много полегло и моих и его

солдат, поле было просто залито кровью. Мне сообщили, что Король Святослав ранен. Я поспешил туда, что бы лично убедиться в том, что он умирает, но я не нашел его. Ни его, ни его приближенных. Он, каким-то образом умудрился вернуться в свой неприступный замок. Исчезла так же и Королева Мирослава с дочерью. Святослав до сих пор не может их найти. Вот если бы я нашел их первым…. Но мои люди искали её по всем соседним странам, дворцам и замкам, но нигде даже следов не обнаружили.

Король с досадой стукнул по столу кулаком.

– Отец, а что делала Королева на поле битвы? – юноша стоял у окна и смотрел, как медленно угасает день, и на небе стали появляться первые звезды.

– Мирослава? О, это самая бесстрашная женщина, которую я знаю, – Король сел на кресло и, откинувшись на спинку, с наслаждением протянул ноги к камину. – Она часто сопровождала своего мужа, во всех его походах. Только в этот раз она задержалась, из-за своей маленькой дочери. Мы нашли её карету недалеко от места сражения, но, ни её, ни девочки там не было.

– Вам нравилась эта женщина? – Гордон с интересом посмотрел на отца.

– Нравилась? Какие глупости! Она была наследницей! Это она на блюдечке преподнесла Королю Святославу – « Голубую Долину».

Я просил её руки у отца Мирославы. Но этот старый маразматик заявил мне, что выдаст дочь только за того – кого она сама полюбит, – мужчина фыркнул и, протянув руку, взял со столика бокал с вином.

– И она выбрала этого красавчика, Святослава. Наверное, потому что пел как соловей и не пропускал ни одного бала, где они и танцевали все ночи, напролет. А мне некогда заниматься подобными глупостями. Мне жена нужна была для продолжения рода, ну или большого приданного.

И вообще эти женщины, только и умеют, что портить настоящих мужчин.

Король недовольно глянул на сына.

– Иди и скажи своей матери, что теперь ты будешь, занят настоящим мужским делом, пора мой сын, пора!

Король повернулся к камину и забыл о присутствии сына.

Принц быстрым шагом вышел из комнаты.

Король, сидя в кресле уснул. В полутемной комнате, заставленной тяжелой массивной мебелью, что-то тихо прошелестело. То ли вздох, то ли шепот. Из-за портьеры выскользнула темная тень и, приблизившись к Королю, замерла за его спиной. Почти прозрачная в начале, она постепенно приобретала плотность, и вскоре приняла форму сгорбленного старика в черном балахоне. Он потер вечно мерзнувшие руки, и вскинул их вверх. Из его ладоней вытянулось темное облачко и поплыло к спящему Королю. Оно повисело над головой Короля и медленно опустилось ему на плечи. Король вздохнул и открыл глаза.

– А, это ты старый черт…, – запахивая на себе, теплый меховой халат с широкими рукавами, недовольно проворчал он, – почему-то я стал мерзнуть Колдон, подбрось-ка дров в камин.

Колдон склонился в поклоне и бросился выполнять поручение.

Он суетился вокруг Короля, угодливо поддакивал, и заискивающе улыбался, но глаза его оставались холодными, злобными и темными как колодцы.

4

По лесной дороге весело катились крытые повозки. Кони потряхивали гривами и звенели вплетенными колокольчиками. В повозках слышались детские голоса и смех. Светило яркое весеннее солнышко, радовала глаз яркая зелень, впереди поднимались стены большого города. А значит, будет работа и сытный ужин.

Первой повозкой управлял высокий, худощавый человек с умными, смеющимися глазами. Совершенно седые, длинные волосы собраны на затылке в хвост. Он что-то говорил сидящей рядом с ним, белокурой девушке с нереально яркими голубыми глазами. Она весело смеялась.

Стража на воротах сразу пропустила труппу, и Аскер поднял вверх указательный палец.

– Смотри дочь моя! Муза, не нуждается в представлении, нам все рады, мы приносим веселье, радость, повод к раздумью. Актер – великий человек. Не каждый смертный сегодня может быть Королем, а завтра нищим, сейчас он заставляет плакать и рыдать, а через минуту смеяться до слез. Это великое искусство! И я горд, что я – актер!

– Я счастлива Аскер, что я с вами! И благодарю судьбу, что в самое трудное для меня время, именно вы подобрали меня, и не дали погибнуть от холода и голода.

– Дорогая моя, мы все тебя очень любим. И я благословляю тот день, когда мы встретились. Ты была такая забавная, но очень решительная маленькая девочка.

Они засмеялись, вспоминая тот день.

Ангелика уже устала и с трудом переставляла свои маленькие ножки. Еда в корзинке давно кончилась. Но она шла и шла, преодолевая один пригорок за другим. Городок давно уже скрылся из виду, возделанные крестьянами поля то же закончились. Впереди виднелся темный лес. Ангелика присела на обочину дороги, положив на колени маленькие ручки.

– Я только немного посижу, и пойду дальше искать маму…, – прошептала она устало.

А вначале было идти так весело. Светило ласковое солнышко, теплый ветерок легко подталкивал в спину, и ей казалось, что вон за тем пригорком, она найдет свою маму. Но дорога тянулась и тянулась без конца и края. Только однажды мимо неё проскакал одинокий всадник. Но он так спешил что, скорее всего даже не заметил маленькую девочку, бредущую по дороге.

Ангелика ещё раз заглянула в свою корзинку в тайной надежде, что там осталось, что ни будь съедобное. Но корзинка была совершенно пустой. Девочка отложила её в сторону, и решила не брать её, что толку от пустой корзинки, только руки оттягивает.

И тут она услышала звон колокольчиков. Сначала она подумала, что ей это просто, кажется, но в раскаленном от жары воздухе появилось необыкновенное видение. Из знойного марева дороги выплывали самые красивые лошади на свете. В их роскошные гривы были вплетены красивые ленты, сбруя украшена колокольчиками и цветами. Эти прекрасные лошади везли самые красивые повозки, какие только она видела, раскрашенные яркими цветами и рисунками.

Они уже почти проехали мимо маленькой девочки, замершей в немом восхищении, и вдруг остановились. Из повозок выскочили дети и взрослые, они окружили девочку, наперебой задавая ей вопросы. От этой суеты Ангелика испуганно сжалась, прижимая к груди, пустую корзинку.

Но тут все замолчали, и расступились. К ней подошел высокий, худощавый человек с совершенно седыми волосами.

– Девочка, что ты тут делаешь, одна? Где взрослые? Может ты, заблудилась? – он присел перед ней на колени. Его яркие, карие глаза лучились добротой и пониманием.

– Девочка, а где твои родные мама и папа, может тебя нужно к ним отвезти. Ты только скажи, где ты живешь. И мы быстренько доставим тебя к родителям.

– Мою маму забрали плохие люди, а папу я не помню…, – Ангелика развела руками и вздохнула, – я же была маленькая….

– И куда же ты сейчас идешь?

– Я, иду искать свою маму. Она сказала, мне спрятаться пока не уйдут плохие громкие люди, а потом, когда я вылезла, её уже не было. Мы часто играли с ней в прятки, но раньше я всегда её находила.

– Да…, сколько горя приносят эти проклятые войны. Ну что ж друзья, поможем девочке в её поисках?

– Да! Конечно, поможем! – закричали стоящие вокруг дети и взрослые.

– Ну что ж, тогда в путь!

Так и оказалась Ангелика в передвижном театре. Много дорог исколесила труппа за эти годы, но так нигде и не нашли её маму. Повозка остановилась, и Ангелика очнулась от своих воспоминаний. Они прибыли в очередной город, где им предстояло выступление. Аскер планировал малое вечернее представление, и большое утреннее.

5

– Скажи, пожалуйста, Добруэль, что за праздник у нас сегодня?! – Король Святослав лежал в своей огромной, роскошной кровати и вопросительно смотрел на своего старого и преданного слугу, который был для него скорее другом, чем просто придворным.

– Праздник!? – Добруэль достал свой большой платок и стал вытирать вспотевшее лицо, – нет у нас сегодня праздника….

– Ну, как это нет! Я же слышу, шум на площади, Добруэль… – Король сел в кровати, – ты что-то от меня скрываешь мой друг?

– Что вы! Ваше Величество! Как можно! – Засуетился придворный, – Вы меня простите старика, это я виноват, что вас разбудили. Но сегодня у нас в городе, гостит труппа Аскера, и вот… я с утра… разрешил им выступать на главной площади.

– На площади? И что, хорошая труппа? – Король выбрался из кровати и подошел к окну.

– Лучшая! Ваше Величество! – Добруэль подбежал к окну и распахнул окно.

В покои вместе с запахами цветущего сада ворвалась чарующая мелодия. Музыканты были действительно хороши.

– Не хотите, ли пройти на балкон, Ваше Величество? – Добруэль наконец-то успокоился, сегодня, у Короля было хорошее настроение, – там лучше видно и слышно.

– Нет Добруэль, не буду никому мешать, – он лукаво улыбнулся, – там, наверное, и без меня полно народу…!

– Да, почти все придворные там…. А на площади все горожане.

– Ну, вот и хорошо, а мы пока посмотрим, что у нас за дела запланированы на сегодня, мой добрый, старый друг.

Святослав оделся с помощью слуги и собрался выходить из комнаты, но в последний момент остановился и вернулся к окну.

За окном звучала изумительная мелодия. Высокий, чистый, наполненный невыразимой тоской, женский голос, исполнял песню о разлуке с очень дорогим человеком – с матерью. От этого голоса, от звучащей в нем тоски и боли, першило в горле, и на глаза наворачивались слезы. На площади многие женщины откровенно плакали, а мужчины старательно прятали глаза, и что бы ни выдать свои эмоции старательно искали что-то по карманам, кто табак, кто трубку, кто просто неизвестно что.

Вот мелодия закончилась и несколько мгновений стояла оглушительная тишина, которая взорвалась аплодисментами.

Король, держась побелевшими пальцами за подоконник, пристально вглядывался в тоненькую фигурку на подмостках.

– Добруэль…, – он повернулся к испуганному придворному, который про себя уже проклинал и этот день и эту труппу, что так разволновали Короля.

– Ты посмотри, эта девушка примерно того же возраста, что и моя пропавшая дочь.

– Мой Король! Прошло столько лет….

– Пятнадцать… сейчас, ей было бы семнадцать лет.

– И вы все еще надеетесь…. – Добруэль с печальной нежностью смотрел на поникшие плечи Короля.

– Да мой друг…. Иногда я думаю, может, они и не погибли тогда, ведь мы нашли только пустую карету….