- -
- 100%
- +
Но тут позади нас раздался спокойный голос:
– А у вас, кстати, неплохо получилось. Прикольно.
Мы синхронно обернулись. Перед нами стоял Серёжа – руки в карманах джинсов, взгляд вроде бы равнодушный, но в голосе слышалась едва заметная нотка одобрения.
А у меня внутри всё сжалось. Он первый раз заговорил со мной после того дня…
Лиля лишь закатила глаза.
– Премного благодарны за комплимент, – протянула она с сарказмом.
– Нет, правда, – пожал плечами он.
Ксюша улыбнулась:
– Ну наконец-то сдали!
– Девчонки, а не хотите помочь? Работёнка есть, – Серёжа почесал затылок и быстро скользнул взглядом по нашим ногам. – Только в юбке нельзя.
Я вскинула брови.
«Юбка? Я же в чёрных джинсах…»
– Что делать-то? – настороженно спросила Лиля.
– Буквы вешать. Вдвоём быстро не справиться, а стремянка всего одна. Меня отправили искать помощниц, – он выпрямился. – Я подниму кого-то на плечи, а дальше дело техники.
Мы переглянулись. Ксюша тут же сделала шаг назад, опустив взгляд.
– Ну, у меня юбка, – пожала она плечами.
Серёжа перевёл взгляд на Лилю.
– Э-э-э! – та замахала руками. – Я высоты боюсь, так что без меня!
Я задержала дыхание, ожидая, что он посмотрит на меня… но этого не произошло.
– Ладно, пойду тогда ещё девчонок поищу, – пробормотал он и уже отвернулся.
– Серёж, так Оля же в штанах, – заметила Лиля. – Подсади её.
Внутри будто что-то упало, когда Серёжа наконец посмотрел на меня. В его глазах мелькнула какая-то неуверенность, словно он вовсе не хотел связываться со мной. А ведь я так хотела украсить актовый зал…
– Поможешь? – растерянно спросил он.
– Да! – слишком поспешно выпалила я.
«Всего несколько минут. Просто работа».
Но когда я оказалась у него на плечах, жуткая неловкость накрыла меня с головой.
– Серёж, тебе не тяжело? – я инстинктивно запустила пальцы в его волосы, пытаясь удержать равновесие. – Есть же девчонки, которые легче меня…
Мне передали огромный лист бумаги – буква «С». Фраза должна была получиться: «Улыбайтесь, господа!»
– Ты же лёгкая, как пушинка, – спокойно ответил Серёжа.
Я нервно сглотнула, стараясь сосредоточиться на буквах, а не на его крепких плечах подо мной.
– Ага, пушинка… – пробормотала я себе под нос.
Чувствовала, как его пальцы крепко держали меня за бёдра, но он не делал ничего лишнего – просто держал, чтобы я не упала.
– Да всё нормально, – он слегка поднял голову, и мне показалось, что в уголках его губ мелькнула улыбка.
Я глубоко вдохнула, прогоняя тревогу, и продолжила крепить буквы булавками. Всё получилось ровно.
Актовый зал был готов. Украшения висели, гирлянды сверкали, и мы все с облегчением выдохнули. Но вместе с этим пришло осознание: «Завтра концерт». И моё волнение начало стремительно нарастать.
***
Всю пятницу мы носились по школе, поздравляя учителей с праздником. Дарили им цветы, коробки с чаем и кофе, конфеты. Фотографировались, смеялись, обнимались, дурачились – атмосфера была просто потрясающая.
А ещё… Домашку нам не задали. Ни на субботу, ни на понедельник.
К тому же, в субботу обещали всего два урока по тридцать минут – учителя уезжали загород отмечать праздник. Но раз уж так… может, стоило вообще отменить занятия?
– Завтра кто-нибудь в школу идёт? – поинтересовался Мишка Онисимов на пятом уроке, когда учительница вышла из класса.
Миша в классе был главным шутником. Невысокий белокурый парень с веснушками, один из самых добрых и весёлых одноклассников. А недавно к этому добавилось новое звание – друг Серёжи.
– Да ну, конечно нет! – ответили ему почти хором.
– А ты, что, собрался? Дурак, что ли?
– Почему сразу дурак? Уже спросить нельзя?! – возмутился Мишка, но быстро смекнул, что весь класс единогласно решил прогулять.
Но тут раздался голос нашей старосты:
– Вы хоть понимаете, что с нами сделает Людмила Михайловна?
В классе на секунду повисла тишина.
– Да-а… Она отомстит, – протянул Миша, осознавая масштабы катастрофы.
– Вот именно! – кивнула староста. – Так что, как хотите, но я завтра в школу иду!
– Слав, ну ты всё портишь! – раздалось со всех сторон.
– Да сжалься ты над нами! – с надрывом выдал Серёжа. – Сама, небось, устала. Отдохни, выспись. Если весь класс не придёт – никто даже не заметит!
И началось… Все принялись её уговаривать, кто-то даже встал на колени, сложив руки в мольбе. Слава смотрела на нас ошарашенными глазами, а потом резко вскочила со стула и рявкнула:
– Обнаглели совсем?! Не дождётесь! Я не собираюсь портить отношения с учителями!
«Эх… Никакие уговоры на неё не действуют. Придётся идти».
После уроков я отправилась в актовый зал для выступления на концерте. Когда вышла на сцену, ноги предательски задрожали. Зал был полон. Учителя, директриса, ученики… Все улыбались, переговаривались, смотрели на нас.
«Главное, не думать», – я всегда придерживалась этого правила перед выступлениями. Всё должно быть на автомате. Если голова, руки и ноги сами знают, что делать, волнение не помешает.
Выступление длилось около часа. А потом… Свобода! Оставалось пережить завтрашние два урока – и наконец-то отдых.
***
С великим трудом я вылезла из-под одеяла в субботу и, словно зомби, поплелась в ванную. Эти бесконечные ночи в интернете меня выматывали. Ужасно надоедало ложиться спать в два, а то и в три часа ночи. Но что ещё оставалось, если уроки я делала до одиннадцати, и свободное время появлялось только ночью? Только тогда я могла расслабиться и нырнуть в любимые сериалы.
В итоге я хронически не высыпалась, становилась раздражительной, срывалась на всех подряд, а потом возвращалась домой и просто падала на кровать – спать, спать, спать… Голова болела всё чаще, учёба катилась в тартарары, силы таяли. А ведь прошёл всего месяц с начала учебного года!
Так что единственное, о чём я мечтала, – это осенние каникулы. Хотя, зная себя, я бы всё равно не высыпалась: просто сменила бы учебники на сериалы и снова залипала бы до трёх ночи.
С утра в голове крутилась единственная мысль: «Сколько же человек сегодня появится в школе? Ведь вчера весь класс решил устроить массовый прогул, так что, по идее, в школе должно быть пусто».
«Ох, как же тем, кто не придёт, достанется в понедельник!»
Я зашла в кабинет обществознания и… чуть не рухнула от смеха. В классе сидели: Славка, Ксюша с Лилей, и… Серёжа. А рядом с ним – Костя и Мишка. Удивительно было застать эту троицу именно здесь: я была почти уверена, что они останутся дома и будут рубиться в компьютерные игры целый день.
Эти трое сдружились сразу, как только Серёжа перевёлся к нам. Костя – высокий, смуглый, коротко стриженный парень, вечно таскающий медали с соревнований по самбо – хоть и был грубоват в общении, но очень быстро стал лучшим другом Серёжи. А Мишка к ним приклеился, и с тех пор они держались неразлучной компанией: куда шёл один, туда следом отправлялись и двое остальных.
Я с огнём в глазах подошла к Серёже, облокотилась на парту и уставилась на него, светясь от радости.
– Ой, а кто вчера кричал, что ни за какие коврижки в школу не пойдёт!
Серёжа был явно не в духе. Он откинулся на спинку стула и лениво посмотрел на меня.
– Надо же сделать приятное учителям в их праздник, – протянул он. – Почтить их своим присутствием.
Я громко рассмеялась.
– Садись со мной за парту, – вдруг предложил он.
– Ого… – я приподняла брови. – Я думала, ты со своими братанами сидеть будешь.
– Не сегодня, – буркнул Серёжа, кивая в сторону, где Мишка и Костя уже садились за парту на соседнем ряду.
– А как же Катя? Она не придёт? – осторожно спросила я.
Он нахмурился и метнул на меня недовольный взгляд.
– Мы вообще-то расстались, если ты не заметила, – бросил он с упрёком. – И мне как-то пофиг, явится она или нет.
– А… ну, я просто уточнила, – пробормотала я, задумавшись: «Вроде и так было понятно – они с понедельника не разговаривают и не сидят вместе, но всё равно решила спросить».
Опустилась на стул рядом с ним, чувствуя лёгкое смущение.
На первом же уроке выяснилось, что Серёжа пришёл вовсе не ради учителей.
– Комп сломался, – уныло сообщил он. – Сердце кровью обливается на него смотреть, вот и решил отвлечься.
– Ну хоть зрение не посадишь, – прошептала я.
– Уже… – буркнул он.
Серёжа сидел всего-то за второй партой, но так щурился, чтобы что-то разглядеть с доски.
– А тебе очки не прописали? – спросила я.
– Да ну их, – быстро отмахнулся.
– Может, всё-таки сходишь, проверишься?
– Ой, конечно, прям сейчас побегу, – фыркнул с сарказмом.
«Да уж… На своё здоровье ему, похоже, тоже наплевать. Сколько времени он проводит в своих онлайн-играх? Вот и посадил зрение. Хотя… Интересно, как бы он выглядел в очках?»
После двух уроков мы всей компанией вышли из школы и направились к автобусной остановке. Пока шли, я заметила, как Ксюша смотрела на Серёжу – влюблёнными глазами.
«Неужели, я тоже так глупо выгляжу?»
– Ладно, народ, мне в магаз надо, – сказал Серёжа. – Всем пока!
– Эй, подожди! – Ксюша вдруг кинулась за ним. – Я же рядом живу.
– Да? Составишь мне компанию? – улыбнулся он.
Они пошли вместе, весело махнув нам рукой. Я смотрела им вслед, а внутри что-то сжималось.
«Это что… ревность? Как же хочется забыть всё, что между нами было».
Глава 8
Две ночи подряд я плакала в подушку. И всё из-за того, что Ксюша не уставала хвастаться, как классно они погуляли с Серёжей. Как ей было весело. Как ей показалось, что она ему понравилась. Я не видела её, но легко могла представить – сияющие глаза, восторженный голос, улыбка до ушей… Не хотела отвечать на её звонки. Не могла слышать её голос. Но и игнорировать её тоже не могла – ведь она моя лучшая подруга.
Мне так хотелось хоть кому-то рассказать о том, что творится у меня на душе. Но кому?
Ксюше? Нет, ей точно нельзя было. Она никогда бы мне этого не простила.
Лиле? Она не поняла бы. Начала бы читать лекции в своём стиле: «Лучше бы об учёбе думала!» Иногда мне казалось, что Лиля была больше похожа на сварливую пенсионерку, чем на мою одноклассницу.
Маме? Ну уж точно не ей! Я бы сгорела от смущения.
«Может, стоит поговорить с Серёжей? Выяснить, что между нами на самом деле?»
Я уснула поздно ночью в воскресенье с мыслью: «Да. Я должна это сделать».
Но в понедельник, когда увидела его в школе, я так и не решилась поговорить с ним.
Серёжа был таким беспечным, будто между нами пропасть. Мы почти не разговаривали – только на английском, и то лишь для того, чтобы обсудить задание.
Мне было очень одиноко.
Понимала, что нужно отпустить прошлое, как это сделал он. Жить дальше, забыть всё. Но, чёрт возьми, как же это было сложно! Мне было так хорошо с ним, и я просто хотела знать правду: «Почему он так поступил со мной?»
Во вторник на уроке мировой художественной культуры нам нужно было подготовить небольшую сценку – «Один день человека из Месопотамии». С девочками мы решили разыграть сцену о парикмахере. Всё подготовили, выучили… но оставалась одна проблема – нам не хватало ещё одного человека. Где его взять, мы не знали, но решили справиться своими силами.
До шестого урока оставалось пару часов, и тут к нам на перемене буквально подлетел Серёжа.
– Девчонки, вы моя последняя надежда! – воскликнул он, явно волнуясь. – Возьмёте меня в команду?
Мы переглянулись. Удивительное совпадение! Можно сказать, нам тоже повезло. Ксюша тут же оживилась, уже готовая вручить ему текст, но Лиля её остановила:
– Только не говори, что все отказались взять тебя в команду, – прищурилась она.
Серёжа театрально закатил глаза:
– Всё именно так, как ты говоришь.
– Врун!
– Да нет же, серьёзно!
– Неужели даже Костя с Мишкой отказались?
– Они вообще ничего не стали делать, сказали, что это полнейший идиотизм.
– А ты, значит, считаешь по-другому?
Серёжа поднял брови, наигранно надул губы и затряс головой. Мы дружно рассмеялись и всё-таки дали ему текст.
– Выучишь за два урока? – недоверчиво уточнила Лиля.
– А куда я денусь? Конечно!
Показали ему бумажную, нарисованную, вырезанную нами «бороду» и гордо протянули. Серёжа взял «бороду» двумя пальцами, будто это была какая-то реликвия, и с выражением мученика взглянул на нас:
– Вы, конечно, простите, но Да Винчи бы расплакался от такой художественной мощи. Где вы этому научились?
– Это Ксюшка рисовала, – быстро вставила я, стараясь не рассмеяться.
– Ну, тогда понятно, – он кивнул, пристально глядя на Ксюшу. – С таким талантом тебе бы не в Месопотамию, а сразу в Лувр.
Ксюша покраснела, Лиля закатила глаза, а я фыркнула.
Почему-то на душе у меня стало тепло. Всё-таки даже сейчас, после всего, что было, он мог заставить меня рассмеяться.
На пятом уроке Серёжи в классе не оказалось. Он пошёл за школу учить текст. С его феноменальной памятью это, конечно, не заняло бы много времени. Я никогда не видела, чтобы Серёжа серьёзно напрягал мозги, стараясь что-то запомнить. У него всегда всё получалось само собой!
Но прорепетировать мы, конечно, не успели.
Учительница по МХК была известна своим скверным характером, так что опаздывать на её уроки категорически нельзя.
Как назло, нас вызвали первыми.
Мой текст был небольшим, и я выучила его без проблем. Но когда по сценарию мне пришлось «подстричь» Серёжу, руки вдруг предательски задрожали. Я осторожно коснулась его волос… Они были такими мягкими, что я даже на секунду забыла, что мы на уроке.
Класс дружно расхохотался, когда Серёжа примерил нашу бумажную бороду. Учительница, похоже, тоже осталась довольна. Но больше всего меня удивило другое – он идеально выучил свою роль.
После урока Серёжа очень благодарил нас за то, что мы взяли его в свою команду, потому что буквально на большую часть класса учительница разгневалась и поставила всем двойки за невыполнение домашнего задания. А нам очень даже повезло.
***
В пятницу на последнем уроке истории учительница вышла из кабинета, и, как обычно, в классе сразу поднялся гул. Все начали переговариваться, кто-то смеялся, кто-то переглядывался.
А я с самого утра встала не с той ноги, так что настроение было хуже некуда. Наушники в уши – и проблема решена. Я почти никого не слышала.
Спустя пару минут я заметила, что по кабинету начали летать школьные принадлежности. Мальчишки отбирали у девочек тетради, пеналы, перекидывали их друг другу, а девчонки пытались поймать свои вещи.
«Ну, что за цирк?» Учительницы не было уже минут двадцать, и я начала задумываться, когда же мои одноклассники успокоятся. «Словно дети малые…»
Положила руки на парту, уткнулась в них лицом и попыталась хоть немного расслабиться…
Но вдруг позади раздался дикий визг. Ксюшкин.
Она резко вскочила с места, схватившись обеими руками за ухо. Лицо побагровело, по щекам текли слёзы, а тушь размазалась, оставляя тёмные разводы.
В классе моментально повисла тишина.
Краем глаза я увидела, как к ней бросился Серёжа. Он крепко обнял её, гладя по спине, что-то шепча, пытаясь успокоить. Его лицо было напуганным и растерянным.
Несколько человек тоже кинулись к Ксюше. Я растолкала всех и подошла ближе. Серёжа буквально передал её мне в руки.
Посмотрела на её красное ухо – из него выпала серёжка, но, к счастью, ничего серьёзного. Я, Ксюша, Лиля и Серёжа вышли из кабинета и направились к ближайшему умывальнику перед столовой.
Намочила платок ледяной водой и приложила к её уху.
– Легче? – спросила я.
– Угу…
Лиля принялась аккуратно вытирать потёкшую тушь с её лица.
– Ну и как я теперь домой в таком виде пойду? – загрустила Ксюша.
– Ты не о своём виде должна сейчас волноваться! – рявкнула Лиля.
– Уже и пошутить нельзя, – буркнула блондинка.
Мы улыбнулись. Серёжа стоял чуть в стороне, прислонившись к стене. Наконец, он поднял голову:
– Ксюш, правда, прости… Я не думал, что так выйдет. Я даже не видел, куда он полетел…
– Из тебя никудышный стрелок, – пробормотала она.
– Кстати, а что это было? – уточнила я.
– Ластик.
– Нет уж, Ксюш, ты не права. Попасть ластиком прямо в ухо с такого расстояния… Это талант! – злобно усмехнулась я. – Ну-ка, Серёж, рассказывай, где практиковался?
– Я же извинился! – возмутился он.
– А, ну раз извинился – и всё? Думаешь, этого достаточно?
Я сердито смотрела на него. Хотелось хоть немного отомстить за подругу.
– Давай так: Ксюшка загадывает желание, а ты его исполняешь. Отличный вариант, по-моему, – я хитро улыбнулась.
– Оль, ну ты чего… Не надо, – пробормотала Ксюша.
– Давай, давай! Я уверена, Серёжа не откажется! – я посмотрела на него с вызовом.
Он скривился, но потом подошёл к Ксюше.
– Ну, как мне искупить свою вину? – спокойно спросил он.
Ксюша смутилась:
– Просто больше так не делай…
– Ну ты даёшь! Такой шанс отомстить упускаешь! – возмущалась я.
Ксюша только покачала головой.
– Я, правда, не знаю… Мне ничего не нужно.
Серёжа задумался на секунду, а потом предложил:
– Тогда давай я тебя сегодня провожу до дома и понесу твой рюкзак. В знак извинения.
Я закатила глаза:
– Нашёлся рыцарь…
Но Ксюша просто засияла от счастья.
– Давай! – радостно согласилась она.
Раздался звонок с урока. Мы вернулись в класс за вещами, но тут Серёжу и Ксюшу окликнула учительница – ей нужны были объяснения. Ксюшу отпустили почти сразу, а вот Серёжа остался в кабинете. Даже в коридоре было слышно, как его отчитывают.
Когда мы уже выходили из школы, Серёжа догнал нас. В его руке что-то блестело – серёжка.
– Ого, ты её нашёл! – воскликнула Ксюша. – А я уже думала, потеряла… Спасибо Серёжке за серёжку, – улыбалась она.
– Под твоей партой валялась, – слегка улыбаясь, пояснил он.
И вдруг Ксюша встала на носочки и поцеловала его в щёку. Серёжа расплылся в смущённой улыбке.
– Это мои самые любимые серёжки, – тихо сказала она. – Я так рада, что ты её нашёл.
Мы все вместе проводили Ксюшу до дома. Серёжа нёс её рюкзак на плече. Когда она скрылась в подъезде, мы все разошлись.
А у меня… На душе было погано. Ксюша же поцеловала его.
***
В субботу я жутко опаздывала на первый урок литературы. Когда, запыхавшись, вбежала в класс уже через пять минут после звонка, тут же пожалела об этом.
– О, Оля! – радостно объявила Людмила Михайловна. – Как раз вовремя! Ты будешь дежурить с Серёжей, который тоже опоздал.
«Что?!»
Оказывается, класс уже распределял дежурства на следующую неделю.
– А… – я растерянно открыла рот, но ничего внятного сказать не смогла.
«Почему именно с ним? Как так вышло?»
– А где? – наконец, спросила я, надеясь, что хоть место окажется нормальным.
– В младшем блоке, второй этаж, – уточнила классная.
В этот момент я уже не сдержалась:
– Нет! Только не это! Людмила Михайловна, пожалуйста, поменяйте меня с кем-нибудь!
Это же было самое худшее место для дежурства – вечно шумные дети, которых не унять, мусор, беготня, беспорядок…
– Нечего было опаздывать, – безжалостно отрезала учительница. – Мы всё обсудили до урока, а вы сами виноваты, что не были в классе вовремя.
«Блин, нет! Просто кошмар!»
Глава 9
Нам сказали, что к восьми утра нужно уже было быть в школе, когда занятия начинались в 8:30. А я, как дура, пришла в 7:30. Ответственная, чёрт побери. Зато удалось увидеть школу в её редком состоянии – абсолютно пустую. На вахте скучал сонный охранник, а я устроилась неподалёку на диванчике.
«Тишина. Вот прямо сейчас бы и заснуть. Ну и чем мне заняться эти тридцать минут?»
Я пересела на лавочку подальше в коридоре, всунула наушники и закрыла глаза. Почти задремала.
Резкий хлопок в ладони перед лицом заставил меня вздрогнуть и вскрикнуть. Передо мной стояли Серёжа и Мишка – хохотали на всю школу.
– А нормально поздороваться нельзя было? – возмутилась я.
– Не-а, – ухмыльнулся Серёжа.
Я закатила глаза. Они плюхнулись рядом по обе стороны от меня.
– Проклинаю эту неделю, – тяжело вздохнул Серёжа.
– Это точно, – согласилась я. – Нечего было опаздывать на уроки.
– Кто бы говорил, – усмехнулся Миша.
– Как видишь, сегодня я не опоздал.
– Достижение, – заметила я.
Серёжа положил ладонь мне на плечо.
– Оль, нам с тобой не повезло.
– Почему?
– Я ненавижу детей. Надеюсь, сегодня никто не пострадает от моей руки.
Я удивлённо усмехнулась:
– У тебя же сестра маленькая.
– И что? Ты знаешь, как мы дерёмся? Поэтому, в этих дежурствах я целиком и полностью рассчитываю на тебя, – он подмигнул мне.
– А ты устрой детям дедовщину, – хихикнула я.
Серёжа усмехнулся в ответ:
– Ты, видимо, давно с детьми не общалась. Они, между прочим, так посылать умеют, что взрослые позавидуют.
– А ты купи жезл, как у ГАИшников, и собирай штрафы за превышение скорости. Пятнадцать рублей за нарушение.
– О-о, да я так разбогатею! Оль, идея супер! Ты будешь бухгалтером и будешь считать все деньги, – он хлопнул меня по плечу.
– А потом меня сделают соучастником преступления? Нет уж! Сам разбирайся. Хотя… посмотрим, как у тебя дела пойдут.
Мы рассмеялись и через несколько минут школа ожила – ученики начали подтягиваться. Ровно в 7:50 нас выстроили в линейку, и тут же завуч принялась критиковать меня за внешний вид. Якобы недостаточно парадный. Хотя я была в голубой блузке!
«Да не собираюсь я устраивать из дежурства праздник!»
На первых двух переменах в младшем блоке было тихо. Мы с Серёжей просто сидели на лавочке, слушали музыку или дописывали домашку. Точнее, он её у меня нагло списывал.
А вот на третьей перемене дети сошли с ума.
– А-а-а! Спасите меня от этого чудовища! – завопил какой-то мальчишка, улепётывая от Серёжи.
Тот попытался его остановить, но безуспешно.
– Так, пацан, быстро сел на лавку! Хватит бегать! – раздражённо рявкнул Нагимов.
Мальчишка резко обернулся, попятился назад и, ухмыляясь, показал средний палец, при этом высунув язык и подмигнув.
Я прыснула со смеху, а Серёжа взбесился.
– Тебе конец! – взревел он и рванул за малым.
Лицо мальчика в этот момент надо было видеть. Он побледнел и дал дёру по всему блоку. Серёжа – за ним. Я же просто не могла перестать смеяться.
В итоге мальчишка забежал в класс, а когда Нагимов уже собирался войти, паренёк высунулся из-за двери и закричал:
– Это наша территория! Зайдёшь – пожалуюсь учительнице!
– Ну и не выходи оттуда! – буркнул Серёжа и вернулся ко мне.
Он тяжело плюхнулся на лавку, сжав кулаки.
– Ненавижу их.
Я посмотрела на него и даже немного испугалась – лицо было напряжено до предела.
– Ты поосторожнее, а то действительно достанется нам.
– Осторожнее? Я посмотрю на тебя в следующий раз, когда ты попробуешь их успокоить!
На следующей перемене настал мой черёд отдуваться. Ко мне подбежала целая толпа девочек – человек семь или даже десять – и с горящими глазами предложили сыграть с ними в игру. Я, конечно, помнила игры из своего детства: «резиночка», «вышибалы», «классики»… В них я ещё кое-как могла бы поучаствовать. Но вот эта игра… Как же она называется?
– «Море волнуется раз, море волнуется два…» – начали наперебой девчонки.
Фигуры у меня выходили довольно неплохо – правила я знала с детства. Но эти маленькие привереды оказались строгими судьями! Им абсолютно не нравились мои «морские создания».
В какой-то момент, погрузившись в игру, я краем глаза заметила, как Серёжа, сидящий на лавке, откровенно потешается надо мной.
– Может, присоединишься? – прищурившись, бросила я ему.
– Не-не-не! – поспешно замахал руками. – У тебя так хорошо получается, что я не смею мешать!
Я фыркнула.
– Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три – морская фигура, замри! – скомандовала ведущая.
Я встала в такую позу, что у Серёжи чуть глаза не выкатились – спиной к нему, выставив попу и ухватившись за неё руками. Он взорвался смехом на всю рекреацию.