- -
- 100%
- +
Увидела свое тело со стороны, ужаснулась. Каждый раз вид себя шокировал, но сейчас я постаралась отрешиться и от этого. Двигаться приходилось сквозь кисель, и я не понимала почему. Сквозь меня пробегали люди, подпитывая сетку, что сдерживала разлом. Не так, мне нужно ближе. Кривая расщелина давала просмотреть горящие горы и скалящиеся морды псов, что точно взрослые особи виверн изрыгали пламя из широкой пасти с той стороны.
Муспельхейм. А это был именно он – один из девяти миров, где обитали огненные великаны и твари, не сгорающие в адовом пламени. Хреново. Но мне нужны были слои и нужно было эмпирически нащупать след, чтобы понять, что или кто являлся причиной. Близко, я вижу напряженное лицо Йена, а затем дотрагиваюсь до грани, точно тряпичной, колышущейся на ветру, и проваливаюсь в слой.
Я закрыла глаза. Сама я «ходы», как называют их альмы, открывать не умею. Только, если кто-то до меня уже вошел. Концентрируюсь на ощущениях. Что тебя разрушило? Сверху, точно радужный мыльный пузырь, действительно ощущается след одного из альм, я уже видела такой. Но когда я погрузила руку по локоть в пространство, ее окутала темная вязкая субстанция, говорящая о темном даре оставившего здесь след. Что за…?
Не успела я оформить мысль, как сила дернула меня назад, больно ударив ментальной вспышкой. Какого…? Что-то ударило в грудь, выбив воздух. Стало темно и больно. Точно упала с большой высоты. Во рту солоноватый привкус крови, а затем я открываю глаза, чьи-то ноги идут по снегу, звуков нет. Что происходит? Почему-то резко растаял сугроб с правой стороны, ту же часть лица опалило жаром. И мощным гвалтом, и утробным рычанием взорвалась реальность. Я слышала звук стали и запах боевой магии. Затем рык раздался совсем рядом и, невольно вдохнув поглубже, я была отброшена в сугроб. Снег пробрался за шиворот и под рубашку, охладил лицо и голову, лизнул ладони, растаял в сапогах.
С какой-то отреченностью я моргала, видя, как мужчина со знакомым затылком и незнакомым тату на шее, достал из-за спины изогнутый клинок. Второе, что привлекало внимание – это клубившейся мрак в глазах муспельхеймского пса. Темнота.
Открываю глаза. Рейдар с кровью, размазанной по лицу, что-то орет мне, затем, когда сознание вновь дает сбой, ударяет по щеке. Больно. Морлок! Мокро и холодно.
– …твою мать, – услышала последнее, и мужчина взвалил меня, точно куль, и через триста ярдов бросил не менее ласково в магмобиль. Транспорт затрясся. Темнота.
– …притащил ее на прорыв. Javal! Думал, это я не жалую ее. Но, оказывается, ты просто решил грохнуть ее сам! Вот только трупа исчезнувшей россарийки мне не хватало на секторе! Журналисты сожрут меня заживо! И это отличный повод для усугубления отношений. Хотя, пожалуй, и усугублять уже нечего, – слова набатом раздавались в голове.
Через какое-то время, когда внутри перестал бить колокол, я распахнула глаза. Треугольник света из приоткрытой двери привлек внимание в темной незнакомой комнате. Голоса слышались оттуда же. Где я? Я обвела помещение взглядом. Однозначно я была в чьем-то доме и лежала на кровати, завернутая в меховой кокон. Немного оклемавшись, я поняла, насколько стало жарко. Уф, что там произошло на прорыве? Ладно, это потом. Не без труда разворочала кокон, обнаружив себя в одной сорочке с чужого плеча. К тому же, похоже, ее шили на женщину очень большого размера и для монастыря. Даже знать не хочу, откуда на мне этот элемент гардероба. Аккуратно подкралась к двери и чуть было не подпрыгнула, потому что Фрейгъерд ударил по столу:
– Семь! Семь гребанных прорывов за последний месяц, Йен. Четырнадцать трупов. Ты хотел пятнадцатый? Почему ты не отправил ее обратно, откуда она там пришла?!
– Ты с ней разговаривал, Рейдар? – вкрадчиво спросил Йен и, если бы он не давал клятву, я бы занервничала на этих словах. Но жизнь научила, что слова должны быть подкреплены, если не долгом, то магией так точно.
Все потом. Надо убираться отсюда! Несмотря на странное состояние, точно меня укачивало, я распахнула шкаф и, надев теплые брюки со свитером, выскользнула в коридор. Прости, Рейдар, не знаю чье это, но я верну когда-нибудь. Мне нужен был выход, и уж точно мне не нужно было, чтобы ты меня отправил в Россарию.
По коридору шли две девушки-служанки, тихо смеясь о чем-то на дэрнском. Пришлось заскочить в одну из комнат, и удача явно была на моей стороне. Это был кабинет. Еще и не запертый. Хотя, скорее, просто недавно оставленный ради одной потерпевшей и, видимо, еще для того, чтобы не прошляпить именно этот момент, если я решусь на побег. Иначе они сидели бы здесь. По крайней мере, я так рассудила, заметив разложенные на столе документы. Сама же комната с прорвой книг и огромным ртом-камином была оплотом строгости и роскоши. У окна стоял массивный стол, на стенах висели не портреты семьи и чиновников, как это обычно бывает, а карты в рамах под стеклом.
Я попыталась зажечь светляк над плечом, чтобы не вспыхивать основным освещением, но он получился до того тусклым, что даже стыдно стало. Похоже, магия сейчас нестабильна. Ну да Стихии с ней, я подергала ящички у стола. В первом обнаружила монеты в кожаном мешке и отсчитала ровно столько, сколько у меня конфисковали в стражьем участке.
Моя рука замерла на подлете к следующему ящику, так как взгляд прилип к магпортрету, что стоял в аккуратной позолоченной рамочке. Светлокудрая девушка с цепким взглядом смотрела прямо на меня своими бездонными синими глазами. Благородные черты угадывались во всем: высоком лбе, изящном излете бровей, аккуратном носе и властном чувственном изгибе губ. Рассматривая странную вещицу на рабочем столе, я пришла к выводу, что это и есть та самая пассия, о которой упомянула Ливана в письме несколько месяцев назад. Что ж, дети у них получатся такие же беленькие, голубоглазые и родовитые. Почему-то стало неприятно, но этот отголосок неуместной эмоции я запихала куда подальше. Поставила портрет ровно туда, где стоял, и проверила остальные ящики.
Пришлось накарябать записку, так как почему-то стало совестно за взятое «добро». Сообщение получилось следующим: «Рейдар, взяла кое-что, верну позже. Спасибо!». Подписываться не имело смыла. Собственно, все было прозрачным. На записку наложила руну самоуничтожения после прочтения.
Оружия, к сожалению, найти не получилось. Зато из кабинета можно было вылезти через окно, он был на первом этаже. Правда, была загвоздка… Я посмотрела на свои босые ноги. Перебрала пальчиками и еще быстрее зашевелила мыслями. Ступни холодил дорогой паркет, мешая этому процессу. Пришлось спешно искать гардероб. Вряд ли бы мои сапоги просто взяли и выкинули. Буквально в паре пролетов по коридору обнаружился холл. Моя обувка нашлась еще быстрее, она стояла в гардеробной, как, собственно, и плащ, аккуратно повешенный на вешалку. Я спешно сунула руку в карман и выдохнула, почувствовав спектролит на месте. Все было еще немного влажное, но мне сейчас не до капризов, а самое главное – в целости и сохранности. В одном из мужских пальто я нашла печатку, что зажигала магию в мобиле. Несколько секунд я гипнотизировала находку, а затем взяла ключ.
В следующее мгновение я зажигала мобиль, что стоял прямо у особняка. На мою магию он отозвался настороженно, точно фыркающий жеребец, которого решила приручить невинная девица. Но, благо, это был артефакт, а не живое существо, потому что моя поспешность вряд ли сыграла бы тут на руку.
Подъезжая к воротам, я резко занервничала, так как на несколько статей уже совершила произвола прямо под носом у служителя правопорядка. Однако сейчас было совсем не подходящее время для эмоций! Соберись, Эверис! Я бросила взгляд в зеркало заднего вида, поправила прическу и представила себя владелицей магмобиля.
– Доброй луны, дерна! – сопато прохрипел мужичок, который, видимо, отвечал за впуск и выпуск местных богатеев.
Я приоткрыла окошко, давая понять, что все в порядке. Капюшон кидал тень на половину лица, но доброжелательная улыбка обычно располагала к себе и расслабляла, давая понять, что все в порядке.
– Доброй! Откройте ворота, дэрн…
– Отто, – выдохнул он клуб пара с таким видом, будто в тысячный раз повторяет свое имя недалекой девице.
– Что-то вы поздно сегодня, леди Бьерн. А где Уилл?
– Были дела… Уилл занят… – заторможено отозвалась, крепко обхватывая баранку руля. Чем занят, кто? Принял за пассию-красотку? Какая честь! Тьфу ты! – Ненадолго отъеду, – надеюсь, милая улыбка, что я изображаю, не напоминает оскал?
– Конечно, – через паузу отозвался Отто. – Сегодня в поместье оживленно.
– Да… – я почувствовала, как стало жарко, хотя в окно задувало знатно. Выпускай меня давай! Обычно я не против поболтать, но только не сейчас!
– Приятного вечера, дэрна!
– И вам, дэрн, – на этих словах я почувствовала, что ладошки-то вспотели, и медленно, хрустя снегом, выкатила за ворота.
Проехав милю, я вжала педаль в пол, боясь, что в какой-то момент они меня-таки обнаружат, вернее обнаружат, что меня нет! Ориентировалась на местности я весьма посредственно, но примерно представляла, где находится город. И внутренний компас не подвел, через полчаса езды по расчищенной загородной дороге, я въехала в Тронхейм и старалась держаться более мелких улиц, а не катить по центральному проспекту. Вдруг что. Лицензии на мобиль у меня нет, и не хотелось бы наживать проблем, еще раз попадая в участок.
Уютные улочки, озаренные фонарями, проносились непривычно стремительно и плавно. Это тебе не конный экипаж. Совсем другое чувство! Точно летишь! Обхватив крепче руль, я чуть не замурчала от удовольствия и ощущения магии в, считай, огромном артефакте! Тут я поняла, что воспроизвела давнишнее желание, которое зародилось, как только вышла статья в мангольдской газете о лимитированном выпуске магмобилей. Я так хотела прокатиться и тут случай сам собой подвернулся! Честное слово, я этого не планировала!
Невольно прикусила губу, вспомнив о том, чье это транспортное средство, и поерзала на сидении, что незамедлительно прозвучало звуком новенькой кожи. «Вертекс». Так, незатейливо в честь имени своего рода Виллиам Вертекс назвал первые мобили времен Золотого Века. По тормозам я нажала резко, так как какой-то прохожий торопился на вокзал, до которого я незаметно доехала.
– Дамочка! Аккуратнее! – возмутился прохожий, ругая невнимательного водителя. Хм, даже склонения такого нет в женском роде. Марко всегда мне повторял, что этот транспорт только для мужской руки.
Но сейчас не об этом. Я оглянулась: не видела ли выверта стража? Но пронесло. Припарковалась на виду и поторопилась к стойке выдачи билетов.
– Билет на ближайший дирижабль до Дельтара, пожалуйста, – выложила я динарий.
– Отправление через двадцать минут. Багаж?
Я покачала головой. А женщина поставила на бумагу печать об отсутствии всякого дополнительного веса и выдала мне билет.
Фух. Повезло. Иначе пришлось бы ждать до утра и вряд ли бы так все гладко вышло. Я украдкой посмотрела на огромный циферблат центрального холла. Стрелки приближались к полуночи. То-то так мало народу было на улицах.
– Еще я бы хотела оставить в ячейке посылку.
– На чье имя? – безразлично прогундосила полноватая дама в очках, взяв самописное перо.
– Рейдар Лайонел Фрейгъерд, – произнесла имя бывшего супруга и незаметно поплевала через плечо. Или что там еще надо делать по дэрнийским обычаям, когда хотят избежать неприятностей? У билетерши также попросила конверт и под прилавком вложила в него ключ, опечатав магией. Руна налилась светом и замерцала, давая понять, что при вскрытии любопытным товарищем его ждет неприятный сюрприз. Когда я отдавала в чужие руки конверт, заговоренный знак почему-то вспыхнул ярче, плюнув искрами и напугав тетку. Та недовольно зыркнула на меня, а я состроила извиняющуюся мордочку. Не объяснять же ей, что меня недавно вытащили из-под закоротившего магией прорыва.
– Это все? – не слишком-то вежливым тоном поинтересовалась билетерша.
– Да, спасибо! – поблагодарила женщину и поспешила на выход под номером три.
Огромный коридор пассажирского дирижабля встретил меня полусонным проводником, приглушенными огнями и уютным скрипом канатов и необъятного сигарообразного баллона, изготавливаемого из сверхкрепкого полотна пополам с магией. В кабинку-купе я плюхнулась с облегчением и вытянула ноги, пока какой-нибудь пассажир не занял место напротив, и еще до объявления взлета вырубилась напрочь, проспав до самого утра, когда проводник вежливо потряс за плечо странноватого вида даму в мужских брюках.
– Мадам, вы уже на месте, – добился он результата.
Я вздрогнула и проморгалась, наблюдая за ранним утром, разгорающимся на крошечной заснеженной станции. С хрустом потянулась. Шея дико затекла, как и все тело. А взору открылись покатые крыши низеньких зданий славного провинциального городка, но не по взглядам, а по видам. Дельтар – любимое место аристократов, которым наскучила столичная суета Тронхейма. И теперь здесь местный бомонд собирает званые вечера, на один из которых я как раз и собралась. И пора мне хорошенько почистить перышки прежде, чем заглянуть на такую славную вечеринку. Да что там! Меня практически заждались!
Глава 2. Двойная игра
Звонкий смех полноватой Амаль Дюваль разнесся по просторной зале настолько оглушающе, что только силой воли я заставила себя не сморщиться. Ну, и чудесами грима, естественно. Хотя я увидела, что гости приема не столь крепки мимикой и чудесами маскировки черт.
– Милочка, а приходите ко мне на воскресный бранч. Какие устрицы в лимонной заправке готовит Жорне! С каждой поездкой за рубеж убеждаюсь: лучшие повара – мужчины. Скажи, Гарольд?
– Бесспорно, дорогая, – мужчина поправил пенсне и получше ко мне присмотрелся. – Не знал, что в Мангольдии еще остались женщины с хорошим чувством юмора. Обычно гольды весьма… нелюдимы и даже, я бы сказал, суровы нравом. Вы ведь с западных земель? Верно? – сдержанно отметил вышеупомянутый супруг леди Амаль, отметив мой акцент. И я проскрипела зубами по этому поводу. Потому что с кем, с кем, а с Гарольдом Дюваль мне вряд ли стоит затевать подобные беседы. Все равно, что с хозяином курятника вести рассуждения, да еще и о себе… Когда ты лис.
– Как точно подмечено, дэрн Дюваль, все так. Правда, с очень крошечного угра3. Боюсь, вы даже о таком не слышали.
Я играла на публику уже битый час. Было проще, когда я небрежно вела беседы о погоде, моде, природе с залетными пташками вроде меня. Разница была лишь в том, что они не собирались вскрывать хранилище Дювалей.
И напоролась же на местную сплетницу. Как говорят в Мангольдии: «жена-сплетница хуже пожара». Невольно перевела на вышеупомянутую «доброжелательницу» взгляд. Графиня Йорн попивала игристое и с любопытством слушала завязавшуюся беседу обо мне. Ведь, естественно, о себе я не рассказывала, но много слушала о других. В частности, о ценных приобретениях хозяина вечера.
– Любопытно встретить гольду так далеко от родных земель, пусть и не уроженку по крови, – низкий твердый голос раздался чуть позади, и мне пришлось оглянуться. – Думаю, я узнаю родные пенаты из уст экспата, – «Что за фигляр?» – подумала я в этот момент и чуть не ляпнула это во всеуслышание. Мужчина смутно был мне знаком, но я никак не могла понять откуда. Один из дружков Марко? Может, я читала о нем в газете? Гольды похожи один на другого, но только с первого взгляда. Когда живешь и проникаешься их культурой и ценностями, то начинаешь видеть разницу еще и во внешности. Однако, несмотря на свои доводы и потуги памяти, предчувствие опасности и грядущих за этим неприятностей кольнуло лопатку и с каждой секундой все громче шептало, что надо как-то свалить из этого аристократического кружка любителей сокета4, устриц и сплетен. Пришлось выразительно посмотреть на пришельца.
– Шанар Лисхан, – представился мужчина в черном костюме, определенно с мангольдскими мотивами. И явно для меня. – Мое почтение, – выразил он уважение и явно не мне. – «Ваше лицо кажется мне знакомым», – произнес он на гольдском диалекте. Это что же… экзамен или попытка перейти в более обособленную беседу? Невольно я изогнула бровь.
И вопреки здравому смыслу я не грохнулась в обморок, хотя следовало. Кто он? Знакомый семьи Далл? Или один из гостей на бесчисленных приемах, на которых я побывала. В любом случае, стоило держаться от него подальше. Но вопреки здравому смыслу, я лишь чуть активнее замахала веером. Что за месяц такой?!
– «Моя внешность вполне типичная для Передэйской части Геи».
– «Как вы масштабно мыслите», – усмехнулся гольд. И я заметила, как к нам с особым пристрастием прислушиваются окружающие, хотя сомневаюсь, что они понимают гольдский, разве что хозяин вечера. – «Ваш акцент действительно западных земель. Но меня не покидает ощущения, что где-то я вас видел. Так откуда вы?» – гольд прищурился, точно вспоминал.
А меня осенило, где я видела этого черноволосого мужчину с миндалевидными глазами, высокими скулами и хищным носом. И это было ужасное озарение! Мы встретились с ним мимолетно. Такую встречу и запомнить трудно. Просто обмен взгяладми. Это было ночью, когда мои друзья в академии притащили меня смотреть запрещенные бои. Где Рейдар подрался с Джаредом и впервые поцеловал меня, когда мы убегали от стражи через яблоневый сад. Я чуть не стукнула себя ладонью по лбу. Точно! Чтоб его! Это же знакомый Фрейгъерда!
Семь лет назад… Вспышками оживала картина: запах пота, ринг, зона болельщиков, я засмотрелась на нетипичного уроженца мангольдских степей на територии Россарийской империи. Стилизованная татуировка дракона на крепком теле, девушка, черты которой стерлись из памяти, но это жесткое лицо, которое сейчас выражало светское дружелюбие и любопытство смотрело на меня настоящим взглядом из прошлого. Не дай Стихии! Чур-чур! Что за возвращение вспять?!
– Думаю, будет уместней, если мы будем говорить на дэрнском диалекте, все же мы находимся в Дэрнии, – пресекла я попытку на дальнейшую экзаменовку, на что мужчина кривовато сделал намек на улыбку, а мне пришла на помощь Амаль:
– Шанар, леди Лейта Туарналь права. А то ваш шипящий гольдский в дуэтном исполнении звучит, точно вы бывшие любовники и не ожидали встречи. А теперь дружелюбно делите территорию – кто должен уйти с праздника, – рассмеялась графиня и ее фантазию поддержал муж с подтянувшимися на, как бы сказал Ворн, «сходку» гостями.
Наверное, такой расклад был бы предпочтительней для местного бомонда. Но гольд остался невозмутим. Собственно, меня тоже не так легко было вогнать в краску.
– Что-то душно, вам не кажется? – включила я слабую даму, активно размахивая веером.
– Верно, это вино, дорогая. Подыши в зимнем саду, – поддержала меня дружеским жестом графиня. Конечно, она не знала, что я ни грамму не пила спиртного, а подливала незаметно рубиновый сок из черноплодки с вишней, что был в цвет красного жолийского вина. Сама же женщина мне импонировала, и в моей голове вспыхнула фраза: «Простите, мадам, вы мне нравитесь, но сегодня я вас ограблю».
Еще одно правило «ключников» и, как это ни страшно звучит, воров: «Не знакомься со своими «клиентами» ближе, дабы не испытать к ним сочувствия». Но я успокаивала себя тем, что я всего лишь заберу украденную у народа реликвию. Наверное, сделки с совестью стали моим кредо в некотором роде. И где правда, а где нет, трудно было сказать. Многое в этой жизни относительно – относительно того, кто смотрит на ситуацию. Добро, зло в перспективе перерождений влечет за собой череду долгов и последствий, и – кто знает, возможно, я делаю большее добро, чем кажется на первый взгляд. По крайней мере в это верили шаманы и гольды. Их философия оказалась во многом схожа с моим мировоззрением.
Бокал приятно прозвучал о светлые травертиновые перила, я вдохнула морозный стылый воздух, что шел из приоткрытого окна зимнего сада. Летом стекло раздвигалось и тут, наверное, было дюже как хорошо сидеть с чашкой ароматного чая, наблюдая за видом, что сейчас было не разглядеть под снежным уютным покрывалом. Я размяла шею и плюхнулась на одно из кресел, которые как раз стояли парой, обращенные на летний сад. Эта часть тела особо болела после непритязательных ночей в темнице и в не самом комфортном классе дирижабля. Чтоб тебя! Фрейгъерд!
Посмотрела на часы, приобретенные в Мангольдии. Еще не пора… должен быть салют. А там у меня будет примерно с четверть часа со всем разобраться. Погладила металлический кругляш. Простенькие, не чета родительским, что пришлось отдать Даллу. Зато эти не тикали, а равномерно перемещали стрелку по циферблату. Терпеть не могла этот раздражающий звук. Особенно, с тех пор…
– Не помешаю? – мужской голос нарушил желанную тишину.
Причина моего бегства остановилась в дверях. Знаю я такой тип людей, которые пока не дожмут – не угомонятся. Стихии, там столько симпатичных дэрниек, на любой вкус! Парень, иди туда! Хотелось свистнуть, изображая вихрь, выметающий его, и сделать характерный «выгоняющий» жест. Я сморщилась, а, обернувшись к нему, слегка улыбнулась, изображая светскую мину вежливости.
– Как вам будет угодно, – не стала я уж совсем подливать слащавости, предоставляя ему мысль, что это он настоял. Мужчина воспользовался гостеприимством и уселся в соседнее кресло. Нас разделял кофейный столик. Я наблюдала за садом, а он за мной.
– Гольда Туарналь? – изонул он бровь, намекая на отнюдь не характерную фамилию для внешности и для заявления о жизни в Мангольдии. Внутри себя я сделала недовольную мину. Значит, неспроста он сюда приперся, раз такие вопросы задает.
– Мои предки были выходцами из Фарансии, – выдала я заготовленную версию.
– Как любопытно. Значит, замужем вы не были в Мангольдии?
Как удачно сформулировал фразу. Благодарю! Меньше врешь – лучше чувствуешь себя. А с моей сферой того и гляди на театральные подмостки возьмут. Я пожала плечами:
– Не довелось.
Его взгляд скользнул на мои запястья, которые были нарочито открыты удачным кроем платья, призванным подтвердить мое не замужество и отсутствие магии. Правда, все это благодаря маскирующим зельям, но это детали.
– Как вам Дэрния?
– Морозно, – передернула я плечами, поймав сквозняк из окна.
Гольд приглушенно усмехнулся чему-то.
– Да, вряд ли такая суровая северная страна по нраву западному теплолюбивому сердцу.
– Простите? – я на секунду напряглась.
– У вас чисто россарийская внешность, леди Туарналь.
«И что?» – хотелось брякнуть ему, но пришлось вежливо лавировать.
– Согласитесь, гольд Лисхан, это то, что мы не выбираем.
– Соглашусь. Как думаете, какие еще понятия не входят в нашу компетенцию выбора? И, прошу, зовите меня Шан.
– Хорошо. Шан… дайте подумать… – в загадки решил поиграть. Ладно. Я постучала по подлокотникам отполированными ноготками и выдала: – Судьбу, родителей, страну и… возможно, возлюбленных?
Гольд улыбнулся, простреливая меня внимательным взглядом:
– Как вы романтичны, Лейта, – решил он своевольно очень по-дружески опустить все приличия. – Думаю, вы достаточно умны, чтобы разделять свои чувства с правильными людьми.
Эта фраза заставила меня улыбнуться. Жаль только, что ты ошибаешься Лисхан. Вернее, ты прав, но опыт приходит с годами. Хотя бывает и так, что годы приходят одни.
– Я прав?
– Возможно… – уклончиво ответила ему.
– Хотите знать, что еще входит в этот список? – мужчина словно нарочно выдержал паузу, встал, чтобы закрыть окно, подхватив мой бокал с балюстрады. Я терпеливо проследила за ним:
– Ну же, не томите, – подыграла ему, откинувшись в кресле, демонстрируя «спокойное» нетерпение.
Шанар подошел ближе и невероятно нахально глотнул прям из моего бокала. На что я потеряла дар речи и не удержалась от выразительной мимики.
– Вишня и… нечто терпкое… – оценил он напиток, ни грамму не отдававший алкоголем. – Похоже на вас, – обаятельно улыбнулся гольд.
Ты что же со мной заигрываешь, кошара? Я не смогла сдержать улыбки. Думала, наоборот, хотел вывести на чистую воду. А теперь смотрю, игра поменялась. Признаю, мужчина был обаятельным, но общее пересечение с прошлым несколько настораживало. Меня вообще за последние семь лет все настораживало.
– Вы флиртуете, – в лоб сказала ему.
Мужчина поставил бокал на кофейный столик и, точно хищник, обошел меня, опершись о спинку кресла локтями позади меня. Я ощутила едва уловимый запах степей, он пах ковылем и чем-то лесным, перемешанным со мхом. Очень остро чувство опасности объяло плечи, подмешивая в кровь перец ситуации. Но это даже забавляло и… интриговало. Впрочем, у меня еще есть время.
– Вам решать, – улыбнулся он, забыв о философской дискуссии напрочь. Впрочем, как и мне.
– Мне? – я повернулась вполоборота, не очень понимая, какую игру он ведет. И наткнулась на острый взгляд черных глаз.
– Хотите сказать, я сама должна все придумать? – усмехнулась его словам.