Кошачья страна

Вечер выдался на редкость сырым и неуютным – пожалуй, даже для середины осени. И, надо сказать, это обстоятельство никак не способствовало решительным действиям.

Аня уже начинала всерьез сомневаться в своей затее. Она стояла посреди своей комнаты: маленькой, девичьей и как можно более затемненной: не дай Бог, кто-то увидит, что она палит свет в то время, когда должна смотреть уже десятый (никак не меньше!) сон. Небольшая лампа под светло-розовым тряпичным абажуром раскачивалась от сквозняка, который вовсю свистел из открытого окна, разбрасывая по полу, стенам и углам короткие, рваные тени. Этот призрачный, неровный свет словно нарочно создавал ещё большее ощущение хаоса – не только в помещении, но и в душе девочки. На Аню напали нерешительность и страх, мысли путались и сбивались.

Что если, родители вернутся раньше срока и, обнаружив ее пропажу, забьют тревогу? Что, если они не найдут записку? А если найдут, но не поймут, что все в порядке, и у бабушки случится сердечный приступ от переживаний? И мама будет плакать – наверняка, всю ночь, а может даже ещё и утром! А что, если ее, Аню, вообще обманули, и никто не собирается ждать ее в назначенный час там, внизу? Господи, зачем она вообще все это затеяла? Разве можно вот так доверять первому встречному, кем бы он ни был? Но этот кот, в его глазах было что-то такое… Нет, она не может ему не поверить, иначе никогда она себе этого не простит!

Девочка оглянулась: ее дорожный лакированный рюкзачок с самодельной нашивкой в виде золотой монетки, что была приделана к нему наудачу, стоял в углу. Из наспех закрытого кармана рюкзачка высовывалась ненадежно упрятанная теплая перчатка – Аня постаралась собрать все, что по ее мнению, могло ей понадобиться там, ведь кто знает, когда она сможет вернуться обратно домой. Да и сможет ли вообще? Аня бросила взгляд в другую сторону: над темным квадратом оконного проема испуганно реяли кружевные занавески, в комнату то и дело залетали рыжие, искромсанные ненастьем листья, в глазах рябило от невозможного, мельтешащего света лампы…

И вдруг откуда-то подул теплый, не по-осеннему ласковый ветер. Девочка на мгновение закрыла глаза, вспомнив свою первую встречу с тем, к кому она сейчас так торопилась – с этим странным котом, жившим в городе по ту сторону реки.

Ане было двенадцать лет и раньше она никогда не бывала в Заречье, как впрочем, и все жители ее города, Зелёной Долины – провинциального уголка, самого обычного, и к тому же превыше всякой меры покрытого растительностью.

Кошачья Страна – так прозвали загадочное поселение горожане, жившие по эту сторону реки, в Зеленой Долине. Они по каким-то своим причинам старались не подходить близко к границе Страны – то ли побаивались странных кошек, а может быть, просто не знали, чего от них ожидать – мало ли, чего ещё взбредет в голову этим шерстистым да хвостатым существам. Впрочем, если кошки и появлялись в Долине, их никто особо не сторонился, к тому же разглядывать украдкой странный народец людям никто не мог запретить.

Зареченские кошки и вправду могли внушить обычному человеку недоверие, а то и страх: ростом с обычного взрослого человека, они всегда ходили на задних лапах, были одетыми и обуты – хоть и в странные одежды, напоминавшие французские средневековые наряды, причем, было заметно, что ткань дорогая и пошита мастерски. К тому же, если вдруг возникала такая необходимость (а возникала она крайне редко), кошки учтиво обращались к горожанам на их языке, лишенном малейшего иностранного косноязычия. Однако, между собой они неизменно общались на собственном диковинном наречии, прекрасно звучащем для посторонних, неуловимо напоминавшем людям что-то близкое и родное, но, тем не менее, разочаровывающе непонятном.

Разговаривая с людьми на их языке, кошки употребляли самые изысканные обороты речи – словом, никоим образом не давали повода усомниться в их грамотности, вежливости, а также начитанности, ну и умом они, уж совершенно точно, не уступали людям. Откуда и когда впервые эти странные кошки появились за рекой, абсолютно никто из жителей Зеленой Долины (вот ведь незадача!) не мог точно припомнить, а официальные власти по этому поводу комментарии давать отказывались. Поэтому, в конце концов, кошки стали считаться в городе кем-то вроде иностранцев, от которых не было ни пользы, ни вреда. Никто не знал их сил и природы, и со временем горожане перестали смотреть на них как на нечто необычное. Впрочем, кошки не так уж часто и появлялись в городе: видимо, только тогда, когда им нужно было купить у людей какую-нибудь вещь, которой они не могли найти или сделать у себя, в Заречье.

Все это случилось вчера: был такой же тихий осенний вечер. Где-то вдалеке, над крышами перегораживавших Анин двор пятиэтажек спешно догорал желто-розовый закат. Смеркалось, и над не успевшей ещё основательно замерзнуть улицей устало кружили последние желтые листья. Они были тронуты изморозью и напоминали крылья причудливых заморских птиц. Кое-где уже загорались фонари, мгновенно создавая в лужах своих же двойников, дарящих редким прохожим неверный и размытый свет.

Аня сидела за письменным столом, делала уроки, попивая ароматный чай и досадливо теребя свой красный локон, когда что-то шло не так, как надо.

У девочки от рождения были красные волосы, и с малолетства она оставалась вполне довольной этим фактом: Аня и вовсе любила отличаться от других, а тут – такой подарок судьбы: не рыжие, не каштановые, и даже не светлые, как у Катьки с соседней парты (а та считалась в классе второй красавицей – после Ани) – а самые настоящие красные! Ещё Аня обладала на диво ярко-зелеными глазами, и хотя в этом-то уж ничего особенно необычного не было, цветом глаз Аня тоже почему-то очень гордилась. Она очень удивлялась, когда бабушка Магда пару раз в шутку раз называла ее ведьмой. «Какая зе я вейьма, бабуска, – спрашивала, недоуменно хлопая ресницами, двухлетняя Аня, – все вейьмы злые, ну а я доблая, сто ты говорис!» Бабушка смеялась, гладила Анины волосы и охотно соглашалась с упрямицей внучкой: «Да, пожалуй, ты права. Что ж, значит, ты у нас волшебница!».

В комнате было прохладно: ещё не затопили батареи, и девочка, поеживаясь, то и дело откладывала ручку в сторону и протягивала озябшие кончики пальцев к раскаленной настольной лампе. Изредка, чтобы дать глазам короткий отдых от книжек и тетрадок, Аня бросала невнимательные взгляды в окно, хотя там уже почти ничего невозможно было разглядеть. И тут она увидела его – странную темную фигуру, торопливо приближавшуюся к свету фонарей с самого угла улицы. Аня прищурилась. Походка фигуры отличалась необычной манерой: она передвигалась будто не на ногах, а на лапах. Когда одинокий прохожий достиг, наконец, ближайшего фонаря, оказалось, что он одет не в какую-нибудь куртку или пиджак, а самую настоящую сутану – длинную, прямо до пят, и к тому же красную! На голове у незнакомца сидела круглая красная шапочка. И, хотя прохожий изрядно сутулился, Аня вмиг догадалась, что ее подозрения подтвердились: перед ней был никто иной, как самый настоящий кот-человек! Она видела таких лишь пару раз в своей жизни, но чтобы так близко – никогда. Вот это удача – кот из Заречья на центральной улице Зеленой Долины. На ее улице! Да ещё и под ее окном! Аня почему-то сочла, что она никак не должна упустить такой момент – нет-нет, она должна, просто обязана заговорить с незнакомцем!

Девочка мигом вскочила с места, отодвинула стул, щелкнула шпингалетами окна, которое ещё, по счастью, не успели заклеить на зиму, распахнула створки и высунулась по пояс с четвертого этажа в осенний зябкий вечер. Пляшущий свет фонаря метался туда-сюда по ее тоненькой фигурке. Аня мгновенно осмотрела улицу: та (за исключением одиночки в сутане и шапочке) была абсолютно пуста. Могло показаться совпадением, но тут и кот вдруг остановился, поднял лицо, а точнее морду, и посмотрел девочке прямо в глаза. Незнакомца осветил свет неоновой вывески, мигавшей на углу разными цветами. Кошачьи глаза блеснули в сумраке яркими темно-фиолетовыми полумесяцами, и прохожий, будто решившись на что-то, свернул с противоположного тротуара. Он уверенно перешел улицу и очутился на асфальтовой дорожке прямо под Аниным окном.

Молчание длилось минуты три: довольно долго, если представить себе это со стороны. Но для девочки это время было подобно секунде, впрочем, как и для кота: оба лихорадочно пытались придумать, как начать разговор, и все варианты, приходившие в их головы, почему-то казались то нелепыми, то слишком банальными: словом, одинаково неподходящими для момента.

Первым нашелся котик. До девочки донесся его тихий и приятный голос:

– Добрый вечер, юная леди! – Незнакомец вежливо поклонился. Его манеры казались старинными, да и сам он будто только что сошел со страниц какой-то сказочной книги, но его визави это нисколько не смущало. Зашелестела падающая листва, и Аня на всякий случай решила ответить погромче (учителя в школе иногда говорили девочке, что у нее слишком тихий голос, хотя сама она с ними была совершенно несогласна), но в итоге у нее вышло довольно хрипловато (то ли от налетевшего ветра, то ли от смущения в горле вдруг пересохло):

– Здравствуйте! Рада познакомиться! – тут Аня прокашлялась. Кот продолжал внимательно слушать ее и молчал, будто давая прийти в себя и собраться с духом. И она продолжала, уже более уверенно:

– Чудесный вечер, не правда ли? (тут она осеклась, сообразив, что сморозила глупость: холодный осенний слякотный вечер уж никак не мог быть приятным: ее и саму уже успело порядком пробрать до костей, но она не замечала этого – напротив, стало вдруг неожиданно жарко). «Что я такое говорю! Ну и ерунда! Надо взять себя в руки, это же просто кот!» – возмутилась она самой себе, так как, честно признаться, никогда не была тихоней.

– Да, – неожиданно согласился с ней пушистый собеседник и улыбнулся, – но несколько сыровато, на мой вкус. – Тут он спохватился и прибавил: – Простите, я забыл представиться: Ромиал, кардинал Кошачьей Страны. Позволите ли узнать ваше имя, прекрасная незнакомка?

– Да, конечно, – быстро ответила Аня и на щеках ее загорелся румянец, – Я Аня. Аня Литвинова. А вы… торопитесь? Я не задерживаю вас?

– Нет, вовсе не задерживаете. Можно сказать, я и шел к вам.

– Как это – ко мне? – удивленно спросила девочка.

– Сам не знаю, как все это объяснить Не сочтите меня за идиота, – кот внезапно замялся, – но все дело в одном предсказании. Оно гласит, что сегодня меня (и всю нашу Страну в моем лице, – а это немаловажно) ожидает судьбоносная встреча в людском городе. Вот я весь день и брожу по улицам, вымок под дождем, (а мы, кошки, его ненавидим), но так ни с кем не встретился. Но предсказание нашего придворного волшебника, который, кстати, мой лучший друг – было весьма ясным – о юной красноволосой девушке, которую ожидает удивительная судьба. И я думаю, эта самая судьба под конец этого темного, – кот поморщился и затряс усами, – неприветливого дня решила немного осветить мою жизнь, и все-таки свела меня с той, кого я искал. Ведь это вы, миледи! Вы могли бы пойти со мной?.. – Тут кот засмущался. – Я прошу вас, хоть, я и сам понимаю, что сейчас все это кажется вам очень странным! Но… Старинная книга предсказаний довольно однозначно и четко обрисовала ваш образ. А ещё… в ней говорится, что если вы не придете, нам грозит беда. Всем без исключения. Наша Страна находится в серьезной опасности, и только вы можете спасти ее.

– Я… я не знаю… – смутилась Аня, – У меня такое чувство, будто я знакома с вами так давно, но… Все так.. необычно! У меня мама, бабушка – ну, семья… как я оставлю их? А может, вы ищете другую девочку с красными волосами? – Осторожно поинтересовалась она.

– Нет, миледи, право, теперь я точно уверен, что искал именно вас! Если хотите, я бы поставил на это миллион луидоров! – Выкрикнул кот, хотя вовсе не был уверен, что Ане известно, что такое луидоры.

– Но я живу на четвертом этаже и не могу спуститься! – Аня в отчаянии привела самый последний довод, до которого додумалась. – Дверь заперта, и потом, меня просто с вами не пустят. Я же маленькая. Мне всего двенадцать лет!

– И тем не менее, я уверен, что все получится. – Твердо возразил кот с горящим фиолетовым взором. – Двенадцать человеческих лет соответствуют семи кошачьим месяцам. В нашей стране это возраст вступления в брак, миледи, хоть мы и живем столь же долго, как и люди – особенности заклятья… Так что я не считаю вас… с позволения сказать, совсем уж ребенком. Но впрочем, как знаете, прекрасная леди Анна. Решать вам. – И таинственный гость молча склонил перед ней голову, давая понять, что последнее слово за ней.

Аня была одновременно польщена и смущена. Она лихорадочно размышляла. Кот может, и не был тем, за кого выдавал себя, но почему-то весь его образ и речь внушали ей доверие. Странно, но она готова была поклясться, что готова идти за ним на край света, но… Не могла же она бросить родных и уйти с незнакомцем в Страну, которую она даже ни разу не видела? Да ещё Кошачью?! Девочка крепко задумалась и в течение минут пяти не проронила ни слова. Кот внизу терпеливо ожидал, понимая, как невелики его шансы убедить эту милую маленькую леди в том, что они всей Страной действительно нуждаются в ее помощи.

– Ромиал, – позвала кота девочка, и тот поднял голову, – Я подумала, я решила, что… согласна пойти с вами, раз вашей стране грозит беда, и в вашей книге предсказаний есть я, и вообще… Но мне надо собраться и предупредить родителей! – решительно заявила она.

В глазах Ромиала появились теплые искорки и он улыбнулся:

– Миледи Анна, я не понимаю, как объяснить это, но за пару минут разговора вы тоже стали мне несказанно милы. Ваш поступок видится мне весьма благородным – кто оставил бы свою семью и близких без прощания! Я очень рад, что вы соглашаетесь… Тогда я прошу вас: завтра, в этот же час будьте готовы идти со мной.

– Хорошо, я обещаю вам. Я соберусь и напишу родным записку. Но как я смогу уйти незамеченной?

– О, миледи, не беспокойтесь об этом. Можете быть уверены: я все устрою наилучшим образом. Вы выйдете из дому беспрепятственно: никто даже не заметит вас, – кот подмигнул девочке и глаза его снова загадочно сверкнули. – А теперь вынужден проститься. Кардинал – самая важная фигура в государстве, после короля и королевы, разумеется. И сейчас я должен нести в свою Страну долгожданную и радостную весть о скором приходе избавительницы. До встречи, леди Анна! Я буду ждать назначенного часа с нетерпением!

– До свидания, Ромиал, – едва успела крикнуть Аня, ошарашенно глядя вслед коту, который, поклонившись ей, отступил на два шага и вдруг исчез – будто растаял в осенней тьме, накрывшей весь город.

Глава 2, в которой мы становимся свидетелями побега

И вот час икс настал: Аня была полностью готова, одета в куртку и сапожки, рюкзак висел за спиной, записка лежала на ее письменном столе. Она только что поужинала, а папа с бабушкой смотрели в холле телевизор. Оба (да-да, и бабушка Ани тоже!) обладали невероятной страстью к футболу, и сейчас, судя по звукам, доносившимся из коридора, как раз начинался очередной матч.

Мама (инженер по профессии) эту их страсть не разделяла и потому тихонько читала любимую «Мисс Марпл» у себя в комнате. Она вообще обожала детективы и всякие задачки на логику, и порой говорила, что Аня пошла в нее: она столь же способна к точным наукам и со временем из нее уж точно выйдет великий физик-ядерщик!

Девочка действительно намного больше дружила с физикой и алгеброй, чем с иностранным языком и географией, но сама идея о том, чтоб стать ученым и сидеть в душном кабинете, ставя мудреные опыты, вместо того, чтоб дни напролет гулять с подружками, неизменно приводила ее в тоску и ужас.

До прибытия кота оставалось минут пятнадцать, и Аня, чтобы отвлечься и не слишком уж переживать (как-никак, а сбегать из дома девочке приходилось впервые!), начала вспоминать все события дня, начиная с раннего утра.

Вот она встает, разбуженная ласковым маминым поцелуем в щеку и такой привычной песенкой: «Пора вставать, дружок, пора, петушок пропел давно, кукарекал он в окно!», сонная бредет умываться, потом одевается и завтракает, и мама заплетает ей косу, а Аня смотрит от нечего делать на улицу, где все ещё царит сырая, мглистая тьма, но уже приветливо горят фонари. Аня давно приметила, что с утра они всегда светят совершенно не так, как по вечерам – не убаюкивают, а словно подбадривают ранних прохожих: «Ничего-ничего, зима с осенью-временное явление. Скоро взойдет солнышко и все будет не так уж плохо».

Вот уже девочка сидит за партой, а грядущий вечер и странный кот все не выходят у нее из головы… После школы она пулей летит домой, обедает, делает уроки, смотрит свой любимый сериал про умную-преумную собаку, которая работает в полиции и порой в одиночку спасает всех полицейских («мне бы такую!» – восхищенно мечтает девочка). Ужин, потом папа с бабушкой заступают на «вахту» у телевизора, а Аня незаметно готовится к уходу, и когда все уже совсем готово, запирает дверь своей комнаты. Неслышно щелкают шпингалеты окна: она готова выглянуть, когда будет нужно, и вот уже сидит, болтая ногой, на подоконнике, ожидая своего героя, и совершенно не боясь простудиться.

Что же будет? Три минуты. Две. Одна. Аню все никак не хотел оставлять страх того, что кот был чем-то вроде призрака, морока, и она никогда уже его не увидит. Но она ошибалась: ровно в назначенное время с улицы раздалось тихое мяуканье. Аня так обрадовалась, что чуть не свалилась с подоконника. Она выглянула в окно и … никого не увидела. Улица снова была пустым-пуста, а сверху моросил, затекая мелкими каплями за шиворот, неприятный холодный дождь.

– Миледи Анна, я здесь, – послышался знакомый голос откуда-то справа. Девочка повернула голову и ахнула: чудной кот стоял на соседском балконе, в двух шагах от нее.

– Здравствуйте, Ромиал! Как вы туда попали? Я думала, вы… вы будете внизу! – Чуть не закричала она от неожиданности, но вовремя прикрыла рот рукой.

– Дорогая спасительница нашей Страны, вы забываете, что я кот, а коты обожают лазить по пожарным лестницам и крышам. – Он довольно улыбнулся. – И к тому же я не просто кот. Если помните, я рассказывал вам о своем друге-чародее, он кое-чему в свое время научил меня. Так вот, если вы позволите, сейчас я доставлю вас на крышу, а оттуда, ни минуты ни медля, мы проберемся моей излюбленной (и короткой!) дорогой в Заречье. Как я и обещал, нас никто не увидит. Вот вам волшебный кулон, держите, – и кот перебросил Ане на подоконник красивую подвеску на длинной тонкой золотой цепочке. Подвеска светилась нежно-зеленым светом, и пока девочка надевала ее, кот предупредил:

– Есть только одно условие. Чары кулона будут действовать, пока вы верите в собственные силы. Хоть немного, – снова улыбнулся он своей обаятельнейшей улыбкой. Аня давно отметила про себя, что этот кот, хоть он и кот, выглядит необыкновенно красивым – даже по человеческим меркам. Девочка, хоть и не совсем доверяла кулону, мгновенно взяла себя в руки: выглядеть трусихой да ещё и в глазах кота? Ещё чего!

– Я готова, – сказала она с полной уверенностью.

– Что ж. – Поклонился Ромиал, – тогда попрошу вашу руку. Давайте-давайте. Просто протяните ее сюда.

Хотя рука Ани явно не доставала до балкона соседей, случилось что-то совершенно непостижимое: Ромиал быстро протянул ей навстречу свою лапу, схватил девочку за пальцы, слегка дернул, и она, вылетев из окна и поднявшись вверх, медленно и плавно опустилась на балкон рядом с ним. Словно это была вовсе и не она, Аня Литвинова, девочка двенадцати лет, а почти невесомый воздушный шарик!

Аня оглянулась назад, опасаясь, что ветер сдует записку со стола и никто ее не найдет, но кот произнес какое-то слово (вероятно, на своем кошачьем языке, потому что она не поняла его значения) и створки окна сами собой захлопнулись (Аня даже услышала как защелкнулись на рамах шпингалеты).

Обернувшись к коту, она обнаружила, что они стоят совершенно вплотную друг к дружке. Ромиал был выше девочки и теперь уже она смотрела на него снизу вверх (не то, что вчера, когда он стоял под ее окнами), и во всем его облике было что-то такое, несказанно близкое и знакомое. Аня могла бы поклясться что знает его тысячу лет, может быть, знала ещё до рождения. «Наверно, так всегда бывает, когда ты есть каком-то предсказании, – подумалось девочке, – Ведь в таком случае все предопределено заранее». Ей вдруг захотелось прижаться к коту, погладить теплую темную шерсть и завести какой-нибудь пустячный разговор, но она решила, что для приличной девушки это уж слишком непозволительные вольности. Да и вообще – кто сказал ей, что все это – не какая-то оптическая иллюзия с целью ее надуть, или ещё непонятно чего («Будь осторожна, в городе мошенников в последнее время развелось!», – то и дело предостерегала ее мать), а поэтому Аня, постаравшись принять наиболее безразличный вид, отрешенно произнесла:

– Что ж, пути назад теперь нет. Ведите меня в свою страну, Ромиал. Как, вы говорите, это делается?

– С радостью, прекрасная миледи. Слушайте внимательно: что бы ни случилось, не отпускайте мою руку и просто двигайтесь за мной. Не напрягайтесь, тогда движение будет происходить словно само собой. – За этими словами снова последовало подобие легкого прыжка и Аня с котом, по-прежнему державшиеся за руки, оказались на крыше. Надо сказать, раньше девочка никогда не поднималась сюда и теперь была восхищена видом ещё неспящего города, внезапно открывшимся перед ней: вблизи и вдали, насколько хватало глаз, тьма напоминала невесомую ткань, беззвучно прорывавшуюся там и сям блеском огней самых разнообразных цветов и размеров, то стоящих на месте, то движущихся (разумеется, то были отсветы светофоров и машин на автострадах). Смешиваясь в глазах девочки, все это великолепие производило на нее самое восторженное впечатление.

– Вот это да! – воскликнула Аня, но тут прямо перед ее лицом взметнулся алый рукав кардинальской сутаны, и они оказалась на следующей крыше. Их бегство происходило с невероятной скоростью: они скорее летели, чем бежали; но, как ни странно, чем дальше, тем меньше Аня удивлялась всем этим чудесам.

Пестрые огни кружились перед глазами, становясь все ярче, и девочка догадалась, что они с котом приближаются к вокзалу – злачному месту, полному всяческих сомнительных баров, магазинчиков и забегаловок. Вокзал негласно делил городок Зелёную Долину на две половины – восточную и западную.

Но вот под ними промелькнуло и само здание вокзала: величавое, немножко похожее на замок с башенкой, выкрашенное в красивый голубой цвет, и Аня невольно вспомнила, как совсем недавно они ездили с мамой отсюда на электричке в областной центр за покупками.

Тем временем, волшебно быстрое движение кота и девочки продолжалось: шестью тончайшими металлическими нитями мелькнули внизу железнодорожные пути, разлетавшиеся вправо и влево; и вот уже путники вышагивали по крышам частных домиков западной стороны, слыша то похрюкивание свиней в хлевах, то лай дворовых собак, то мяуканье обычных домашних кошек. Они-то, уж совершенно точно, не умели ни говорить, ни летать, как Ромиал.

Вокруг них не было уже такого обилия огней, как на восточной стороне, которая жила более интенсивной жизнью, и где стояли, по преимуществу, высотные здания. Здесь, на западе Долины царила тихая, размеренная жизнь и с самого раннего утра, когда восток города ещё вовсю спал, здесь уже можно было видеть фермеров, которые предпочитали трудиться не на фабриках и заводах или в кофейнях и магазинах, а вставать с рассветом и до самых сумерек заниматься собственным огородом и животными.

Где-то на этих улочках жила и Анина тетя Мария с двумя дочурками (младшей, Алисе, было четыре, старшей, Александре, только-только минуло шесть). Семья Ани наведывалась к ним несколько раз в год, летом – преимущественно по поводу празднования дней рождения тети и малышек, что всякий раз было неизменно весело – Аня помнила все: вкуснейшие тетины торты, радостные лица близких, огромного пса Рыжика, который каждый раз норовил потаскать ее за платье и тихо порыкивал, приглашая к игре, разноцветье тетиной лужайки, заливистый смех девчушек; и чудесный воздух, не загрязненный отходами городских производств… Да что уж говорить – и автомобилей, которые на восточной стороне всем изрядно надоели своим шумом и копотью, тут было не в пример меньше.

Но вот за западной стороной показалась темная полоска леса, ведущего к реке, а значит, и к Заречью, где располагалась таинственная Кошачья Страна.

– Лес, – обеспокоенно крикнула Аня Ромиалу, – Это вам не крыши. Как мы здесь будем двигаться?

Кот обернулся к ней со все той же обезоруживающей улыбкой и успокоил девочку: