Фея из библиотеки

За очередным поворотом обнаружились ступеньки, уводящие вниз, вероятно, в подвальное помещение. Спешить мне некуда, отчего бы и не обследовать этот закуток? Главное, не навернуться, лестница достаточно крутая, а один синяк у меня уже имеется, думаю, на сегодня норма неудач выполнена. Ступая осторожно и мягко, как кошка (по крайней мере, мне самой так казалось), я спустилась вниз и обнаружила ещё одну дверь, само собой, плотно прикрытую. Я машинально подёргала за ручку, потом толкнула её плечом – послышался недовольный скрип, и дверь приоткрылась. Вот это да! Кажется, впервые за сегодняшний злополучный день мне повезло!

Как я уже сказала, мы, феи, недолюбливаем темноту, это так. Но из этого не следует, что все мы такие уж кисейные барышни, норовящие спать при свете ночника. Во-первых, из коридора самую чуточку, но подсвечивало. Во-вторых, в темноте мы видим лучше, чем обычные люди. Всё потому, что мы можем одолжить у любого живого существа его природные свойства. Уверена, что кто-нибудь из местных кошек или сов мне не откажет, к тому же заём временный. Мне бы только выбраться – и всё! Это даже не магия, а давняя договорённость, так что никаких запретов я не нарушу!

Похоже, сработало, поскольку через несколько секунд расплывчатые контуры полускрытых во тьме предметов стали более ясными, и я смогла осмотреться.

Помещение было действительно обширным. Большую его часть занимали всё те же стеллажи, заставленные рядами книг, от которых веяло грустью, пылью и забвением. Похоже, сюда ссылали лишние книги: слишком старые или не пользующиеся спросом. В углу справа от меня складировались коробки, плакаты, листы раскрашенной фанеры – возможно, декорации. Внезапно коробочная баррикада накренилась и обрушилась. Я подпрыгнула и вгляделась в коробки повнимательнее, готовясь отразить нападение неведомого врага. Однако всё оставалось по-прежнему, никто не выскочил из-под бумаг с нехорошими намерениями: уменьшить штат библиотеки на одну никому здесь явно не нужную фею-практикантку. Выдохнув, я отвернулась, рассматривая подвал. И почувствовала, что поторопилась: на меня кто-то смотрел. Взгляд был пристальный, внимательный и какой-то холодный. При этом все мои обострившиеся чувства сигналили, что здесь никого, кроме меня, нет! Никого живого, точнее.

Я медленно повернулась в ту же сторону и, попросив прощения у неведомой кошки, одолжившей мне часть своих способностей, всмотрелась в угол. И встретилась взглядом с мраморным бюстиком, видимо, изображавшим некую весьма известную в человеческом мире фигуру. Не писателя, не поэта и не художника – мировую культуру я знаю сносно, скорее не потому, что в Школе питала особую страсть к этому предмету, а из-за более прозаической причины. Сей предмет преподавала Фея-Наставница, а у неё, скажем честно, не забалуешь! Так что вдолбить знания на этот счёт она сумела даже в самые отвлекающиеся на более интересные темы головы (включая мою). Возможно, какой-то знаковый политик (вот уж в чём не разбираюсь точно!) Мраморные глаза смотрели прямо на меня, и мне почудилась зловещая усмешка на каменных губах…

– Ленца! Возьми себя в руки! Ты фея или трусиха? – обратилась я сама к себе. Внутренний голос немедленно и весьма логично подсказал, что одно не исключает другое. Сделав над собой усилие, я показала бюстику язык и двинулась дальше, продолжая свои исследования. Сделав несколько шагов, я увидела предмет, приковавший моё внимание. Это были огромные часы с маятником в деревянном корпусе. Старинные, резные, похоже, сломанные, поскольку обе стрелки застыли возле цифры 12. Сердце вновь тронула жалость: часы – вещь, конечно, но в чём-то их можно считать живыми. Они отсчитывают минуты печали и радости, время рождения и ухода, они оповещают нас, что пора просыпаться или, наоборот, засыпать, а их стук похож на стук сердца. Не в силах совладать с любопытством, я подошла поближе и погладила затейливые резные завитушки, вырезанные рукой настоящего мастера своего дела.

Глава 7

Часы и лампа

По руке словно пробежал электрический ток!!! Не будь я фея, если в этих часах не скрывается огромная магическая сила, которой злые чары не дают вырваться на свободу! Они живы, но что-то (или кто-то) погрузил их в сон, остановил маятник – сердце часов! Так… Что я знаю про часы? Они ходят, иногда бьют. Хм, это ещё раз доказывает, что часы – живые! Чтобы разбудить часы, их необходимо завести. Значит, нужен ключ! Опять ключ! Всё в этой истории отчего-то крутится вокруг ключей, только раньше мне ужен был один, от двери, а теперь уже два.

Я огляделась по сторонам, зачем-то открыла дверку на часах, но там, кроме безжизненного поникшего маятника, ничего не обнаружилось. Наверное, их нужно снять, часовой механизм, по логике, должен находиться сзади. Вот только моего роста явно не хватит, чтобы снять часы со стены. Нужен стул или тумбочка. Ага, вот этот подойдёт.

Я решительно двинулась к столу, вокруг которого располагалось шесть старинных стульев. Надеюсь, он не очень хлипкие? Ого, да тут ещё и лампа есть! Тоже старая, я такие только на картинках видела: на длинной гибкой ножке, с опущенным вниз плафоном. А чего я, собственно, мыкаюсь в темноте? – подумалось с некоторым опозданием. По идее, возле двери должен быть выключатель. Впрочем, и лампа тоже подойдёт… Хотя… А где шнур?

Никаких проводов возле лампы не наблюдалось. «Похоже, неисправная», – констатировала я. Ладно, видно мне достаточно, спасибо неизвестной кошке, любезно поделившейся со мной суперзрением! Если встречу, обязательно угощу чем-нибудь вкусненьким! А пока самой бы не мешало подкрепиться… Усилием воли заставив замолчать сердито забурчавший живот, я потянула на себя стул. Удивительно, но он показался мне тяжеленным, словно весил не меньше тонны! Я попробовала ещё разок – и с тем же результатом. К тому же появилось неприятное ощущение, что мне смотрят в спину. Не выдержав, я оглянулась. Никого. Только бюст неизвестного мне вождя всё так же буравит меня пустыми глазами. Стоп. А разве эти декорации были сложены именно так?

Вот теперь мне действительно стало не по себе. Медленно досчитав до десяти, я обернулась к столу – и вздрогнула. Лампа, лишённая питания, наливалась мертвенно-зелёным светом! Плафон медленно приподнялся на гибкой ножке, словно голова на длинной тонкой шее… Ойкнув, я отступила на шаг, уткнувшись спиной во что-то твёрдое! Фигуры, вырезанные из плотного картона грубо раскрашенные, были уже здесь, потихоньку окружая меня!

– Врёшь! Не возьмёшь! – пискнула я, решительно отступая к стен, к часам, единственному предмету, который казался мне безопасным. Уже не скрываясь, картонки пошли в наступление, и я приготовилась обороняться, выставив перед собой единственное своё оружие – походную сумку.

И тут подвальное помещение озарил резанувший по глазам свет. Я заметалась, ища, где бы укрыться. На лестнице послышались шаги, так что особого выбора у меня не оставалась, и я метнулась за стеллажи. Кто-то, ворча, двигался сюда, в подвал!

– Дверь не закрыли, растяпы! Вот я ужо директорше-то попеняю! – послышался ворчливый голос.

Осторожно выглянув из укрытия, я увидела… того самого пса, у которого совсем недавно лично отбила ворона. Хотя нет, сейчас-то он был, конечно, человеком, но сходство было просто поразительным. «Вот тебе и городок без магии! Оборотни по улицам запросто разгуливают, сторожами подрабатывают!» – мелькнула безумная мысль, а следом за ней – вторая, ещё более сумасшедшая. «Он же как-то сюда вошёл? Значит, если проскочить мимо, то можно выбраться наружу!»

– А раскидали всё, намусорили! – сторож, похоже, обнаружил в центре зала груду так напугавших меня декораций. Пока он, бубня, перетаскивал их в угол, я бочком пробиралась вдоль стеллажей, постепенно оказавшись в двух шагах от ступенек. Так, а дальше что делать? От свободы меня отделяло залитое электрическим светом пространство. В тот момент, когда я уже решилась прорываться наобум, раздался тихий звук, напоминающий вздох. Сторож вскинул голову и, кажется, даже приподнял одно ухо. А потом двинулся в сторону часов, повернувшись ко мне спиной.

– Ну, что? Тяжко тебе, знаю, – сочувственно произнёс он, поглаживая деревянные завитушки точно так же, как совсем недавно – я. – Говорил же тебе – не связывайся!

Другого такого момента могло и не случиться. Мысленно пожелав себе удачи, я на цыпочках выскочила из укрытия и понеслась наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Вот когда пригодилась лёгкость, свойственная каждой уважающей себя фее! По коридору я пролетела с крейсерской скоростью и, обнаружив, что теперь входная дверь закрыта изнутри, отодвинула задвижку и выскочила на улицу. Свобода!

Глава 8

«Яблочки румяные, семечки калёные!»

Не останавливаясь, я побежала дальше по узкой улочке, всё ещё чувствуя спиной недобрый внимательный взгляд гипсового божка. «Никаких чудес, говорите? Обычный такой, заурядный городок? Ну-ну!» – мелькали сердитые мысли. Наконец, здание библиотеки совершенно скрыли высокие деревья, и я остановилась, выравнивая дыхание. Рядом оказалась деревянная лавочка, и я присела, по привычке аккуратно расправив длинное платье.

И что мне делать дальше, скажите на милость? Итак, я нахожусь в городке под названием Ковров, о котором раньше никогда не слышала. На практику меня вроде как взяли… В итоге в первый же день я оказалась там, где не должна была оказаться, и едва не разделила судьбу одной весьма любопытной Варвары. С собой у меня только сумка, ночевать мне негде, да ещё и есть хочется! Как раз об этом я и мечтала все годы, проведённые в Школе! Спасибо вам, дорогие феи, отделу магии – низкий поклон! Встретить бы сейчас того, в костюме, ух я бы с ним поговорила!

Кулаки сжались сами собой, впрочем, тут же и разжались. Вот именно, разве что поговорила бы. Заколдовать гадкого дядьку точно не удастся, у них на это стойкий иммунитет. Накостылять по шее тоже не вариант… У нас на первом курсе были занятия по боевой магии, но проводили их, скажем так, без особого усердия. «Вы – феи, гармоничные создания, всякое «рукомашество и дрыгоножество» вам не к лицу!» – категорично заявляла Фея-Наставница, построив нас перед первым же занятиям. В результате мы больше хихикали, чем занимались, и соревновались, кто быстрее вгонит в краску юного преподавателя, вчерашнего выпускника. Я частенько выигрывала, и вот теперь приходится об этом сожалеть. Меньше бы отвлекалась – больше навыков приобрела бы. Ох уж это «бы»! Вечно оно мешается!

В животе заворчало. Кажется, впервые в жизни я была по-настоящему голодна. Если вы думаете, что феи питаются нектаром и амброзией, вынуждена вас разочаровать! Я, например, булочки люблю. И пирожные – тоже. И не какие-то там наколдованные, ерунда всё это, видимость одна, никакого вкуса, а уж радости – тем более! Эх, сейчас бы парочку пирожных… Эклеров пузатеньких, и чтобы крема побольше! У нас их здорово готовили… И кофе с молоком. Большую чашку!

Над головой раздался странный звук, похожий на хриплое хихиканье. Подняв голову, я обнаружила на дереве ворона, того самого, помятого собакой. А может, это не собака, а оборотень?! Со сторожем – прямо-таки портретное сходство!

– Смеяться над чужими проблемами – много ума не надо, – раздосадовано произнесла я, впрочем, не сильно рассчитывая усовестить птицу. – А как помочь – так и некому!

– Кра! – скандальным голосом произнёс ворон и слетел на асфальтовую дорожку. Оглядев меня поочерёдно обоими глазами, он развернулся и побрёл вглубь аллеи, оглядываясь на ходу. Пострадавшее в баталиях крыло топорщилось чёрными перьями. Увидев, что я не трогаюсь с места, он недовольно повторил: – Кр-ра!

«Балда!» – отчётливо услышала я и обиделась. Да что за напасть сегодня?! И так положение незавидное, так ещё обзываются всякие!

– Здесь все такие воспитанные или только мне повезло? – огрызнулась я. Ворон, плюнув на приличия, огляделся по сторонам и выговорил: – Впер-рёд!

Пожав плечами, я последовала за вредной птицей. Хуже уже вряд ли будет, к тому же у меня крепло подозрение, что практикантку не могли бросить одну-одинёшеньку в незнакомом городе, да ещё в таком странном месте, как эта районная библиотека! Документами всё же обеспечили, так? И звоночек, заставивший директрису взять меня на практику, тоже имел место быть? Значит, кто-то за мной приглядывает. Почему бы и не ворон? Поразмыслив таким образом, я оставила насиженную скамейку и пошла за птицей.

Удостоверившись, что до меня дошло, ворон каркнул и взлетел. Эх, мне бы так! Только вместо крыльев у меня лишь крылышки надоевшего фар… А собственно, где он? Только тут я сообразила, что давным-давно не поправляла вечно сползающую лямочку. А когда впервые открыла дверь библиотеки, форма ещё была на мне! Интересно, с кем меня спутала та, первая из встреченных мной? Что она сказала? Что-то про список книг на лето? Значит, и здесь школьники одеваются похоже? Вот бедолаги!

– Кар-р! – поторопил меня ворон, и я прибавила скорости. Аллея вывела на зелёную, тихую улочку, по обе стороны которой тянулись ряды пряничных домиков. Ей-ей, словно из сказки выплыли: с резными наличниками, с коньками на крышах, с уютными скамеечками возле палисадников. На одной из скамеек стояла корзина с яблоками и небольшое ведёрко с какими-то чёрными зёрнами. Присмотревшись, я опознала семечки. Жареные, вкуснющие небось… Фея-Наставница запрещала нам их грызть, ссылаясь на то, что от семечек портятся зубы и вообще феи не должны лузгать семки!

– А ты попробуй, угостись семушками-то! – раздался напевный голос. – Или вон яблочком, у меня ранние самые! Яблочки румяные, семечки калёные, всё своё, с огорода!

Глава 9

Три очень странные вещи

– Здравствуйте! – глядя на эту милейшую старушку, я невольно начала улыбаться: такая она была уютная, аккуратненькая и тоже почти сказочная. – Яблочки у вас замечательные, только… мне заплатить нечем.

– Так кто же про деньги говорит? Ты даром бери! – удивилась хозяйка пряничного домика и протянула мне самое большое яблоко. Я с наслаждением откусила от него кусок, впитывая дивную сочную сладость. Сама не заметила, как в руках оказался один огрызок, на который я посмотрела с огромным сожалением.

– Семечек попробуй. Они у меня волшебные! – неожиданно выдала бабушка. Я хотела отказаться, но тут она добавила: – С сольцей! – и моя рука невольно потянулась к угощению, а я сама оказалась на лавочке, рядом с присевшей рядом старушкой. Корзина и ведёрка стояли у нас в ногах, ласково пригревало солнышко, а я, позабыв о перипетиях сегодняшнего дня, с наслаждением лузгала вкуснющие, в меру поджаренные семечки и легкомысленно болтала ногами. Похоже, семечки и вправду были волшебными, поскольку градус моего настроения неуклонно полз вверх, и действительность казалась не такой уж и унылой.

– И как же такая славная девица оказалась в нашем городе, одна да ещё налегке и без денег? – вопрос вывел меня из состояния эйфории, так что я едва не прикусила язык. Лгать милейшей старушке не хотелось, в правду она бы не поверила. Оставалось одно – импровизировать!

– Я на практику приехала, – сообщила я, осторожно подбирая слова. – Вещи и деньги мне родители потом передадут!

– Ладно тогда, неожиданно легко согласилась бабушка. – Родители точно без подмоги не оставят… А на практику-то куда?

– В библиотеку! – призналась я. Брови старушки взлетели вверх, складываясь удивлённым домиком.

– В библиотеку? Это как же? Разве такое возможно?

– Кр-ра! – раздалось с яблони. Оказывается, мой провожатый всё это время был рядом и явно подслушивал наш разговор. Старушка осеклась, а я ещё больше укрепилась в подозрении, что птица явно непростая.

– Меня от Министерства образования распределили, – быстро пояснила я. – Экспериментальная группа.

– А-а. Тогда понятно. Всё экспериментируют, – недовольно произнесла старушка и продолжила расспросы: – А остановилась ты где?

– В гостинице, – не задумываясь, выпалила я. Бабушка укоризненно покачала головой, и я смутилась. Спасая ситуацию, уточнила: – То есть я как раз собиралась туда отправиться.

– Можешь не стараться, – вздохнула старушка, поднимаясь с лавочки.

– Почему? – искренне удивилась я.

– Нет в нашем городе гостиницы, – пояснила бабушка. Я вздрогнула, будто на меня вылили ушат ледяной воды. Вот так поворот!

– Как же так?! – только и смогла я выдавить из себя.

– Так кому она нужна-то? – удивилась моя собеседница. – Город у нас маленький, бедный, особых достопримечательностей нету.

Наверняка вид у меня сейчас был такой потрясённый, что старушке стало меня жалко.

– Так тебе что, не сказали? Как же так можно, отправлять человека неведомо куда и даже мало-мальских условий не создать?! Узнаю министерских! – укоризненно покачала она седой головой и решительно произнесла: – У меня остановишься! Я одна живу, скучно, да и по хозяйству помочь когда…

– А деньги? – пискнула я, не веря в такую удачу.

– Как появятся, так и разберёмся. Не бойся, много не запрошу, – улыбнулась бабуля. – Поглянулась ты мне. Сердце у тебя доброе. Ну, что, пошли хоромы глядеть!

Подхватив сумку, я ринулась следом за хозяйкой в дом. Внутри он оказался таким же чистеньким и ухоженным, как снаружи. Здесь оказалось множество милых вещиц, украшавших скромный бабушкин быт: вазочки, картины, салфеточки. На столе стояла корзина с рукоделием. Я не сразу вспомнила, как называются эти палочки, торчащие из клубка беглой пряжи. Ага, коклюшки! Да она кружевница знатная! Значит, все эти подзоры, скатерть, занавески – не покупные, рукотворные?! Волшебство настоящее!

Хозяйка верно оценила мой восхищённый взгляд, заулыбалась и распахнула дверь, ведущую, как оказалось, в отдельную комнату, небольшую, но тоже невероятно уютную.

– Подходяще? – уточнила та. Я быстро закивала, радуясь тому, что хотя бы часть моих проблем вроде как начинает решаться.

– Ты располагайся, а минут через пятнадцать и поужинаем, – объявила хозяйка. – Тебя как звать-то?

– Ленц.. Ленка! – вовремя спохватилась я.

– А меня – Мария Ивановна. Можешь называть бабушка Маша, – и старушка вышла, прикрыв за собой дверь.

Я присела на кровать, попрыгала – мягко! Всё здесь дышало чистотой и свежестью, как то давешнее наливное яблочко, умытое росой. Определённо, мне здесь нравится! Наверное, нужно паспорт показать, чтоб хозяйке не думалось? С этой мыслью я полезла в сумку. Ага, вот и он! Как там меня проименовали?

Тонкая книжечка с перепуганной, но точно моей фотографией раскрылась сама собой, и оттуда выпал пластиковый квадратик. А это откуда взялось?

С интересом повертев находку, я припомнила, что это называется банковской картой. Ага, похоже, и ещё одна проблема решится! Может, в сумке и ещё что-то интересненькое окажется?

С пытливостью археолога я засунула руку в недра сумки и хорошенько пошарила. Так, что-то есть!

Через секунду я обалдело разглядывала три крайне странные и мало сочетающиеся между собой вещи: карту Таро, деревянную ложку, расписанную под хохлому, и детскую варежку на резинке, почему-то одинокую, на левую руку.

Глава 10

«Господин Дайдадай»

– И что мне с этим делать прикажете? – изумилась я, причем, кажется, вслух, разглядывая находку. Ребусы я люблю, но этот какой-то уж слишком заковыристый… Ложка красивая, пахнет вкусно – тёплым, живым деревом и лаком, но вряд ли имеет прикладное значение. Хороша я буду, если заявлюсь на ужин к радушной хозяйке с собственной ложкой! Вещей, значит, нет, а ложечку прихватила? Ладно, пока отложим.

Дальше – карта Таро. Моя карта, собственно. Я осторожно, одним пальцем, погладила изображение. Висящий на цветущем дереве парень, не смотря на крайне неловкое положение, в котором находился, вовсе не выглядел пессимистом. Похоже, его прикалывало болтаться вниз головой. Типа, мир видится по-другому, а может, мозги начинают работать интенсивнее от прилива крови! Короче говоря, про эту карту я знала всё, что можно найти в письменных и печатных источниках. Если вы родились 12-го числа неважно какого месяца, вы меня поймёте. Есть минусы, но и плюсы найдутся. Наша астрологиня часто говорила, что у меня нестандартный взгляд на жизнь. Это льстит, хотя я почти уверена, что это была всего лишь попытка хоть как-то уравновесить моё хроническое невезение и все те косяки, которые я совершаю с завидным упорством. Ну и ладно, у каждого своя карта и своя карма! А Вацлав – практически мой приятель, я с ним даже советуюсь порой. Почему Вацлав? А почему нет? Мне кажется, что именно это имя ему подходит больше всего! А тем, кто усмотрел здесь игру слов и провёл параллель с that”s love, предлагаю остаться при своём мнении! Парни меня, между прочим, вообще не интересуют, чтоб вы знали! Глупости всё это! У меня других дел по горло, например, эта самая практика, будь она неладна!

Подмигнув Повешенному, я положила карту рядом с ложкой и взяла в руки варежку. Маленькая, точно детская (взрослые вряд ли носят варежки на резиночке, хотя так они точно не теряются), голубая, с орнаментом в виде снежинки. Мягонькая, пушистая такая… Я бы от таких не отказалась, будь у меня клубочек ниток. А эта, увы, маловата, да и без пары. Я покрутила варежку за резиночку и тут же получила ею же по носу. Ну, вот, моё «везение» в действии, даже в мелочах заметно! Странно… А варежка как-то потяжелела!

Недолго думая, я сунула руку внутрь. Так есть, что-то мешается! У меня на ладони оказался клубочек отличной шерсти. Мягкой, голубого цвета. Погодите-ка! Именно об этом я сейчас и подумала! Ура!!! Похоже, меня снабдили портативным порталом для получения мелких нужных предметов! Почему мелких? Потому что иначе в варежку не влезет! Ну, хоть с этим разобралась!

«Спицы наверняка у бабули найдутся», – я решила не расходовать магическую энергию понапрасну. К тому же бабуле будет приятно узнать, что у меня имеется такое вот хобби. Будет о чём поговорить, а это полезно. Я в этом городе никого не знаю, если не считать ворона, а без обычного человеческого общения даже феи начинают унывать. А там этого никак нельзя, от этого магия утекает, как вода между пальцами!!!

– Лена, ужин на столе! – услышала я сквозь прикрытую дверь. Повторять дважды не пришлось. Спрятав находки в сумку, я мельком глянула в зеркало, подмигнула своему отражению, оценила наконец заменивший школьную форму прикид. Длинновато, но сойдёт! Вот проверю, что там на карточке, и непременно приобрету платье моей мечты! А может, и вообще джинсы! «Фея-Наставница от одних мыслей в обморок бы упала», – довольно подумала я и вышла в зал.

– Руки на кухне сполоснуть можно, – отрываясь от процесса накладывания по тарелкам чего-то очень вкусно пахнущего и золотистого, проинструктировала бабушка Маша и кивнула в нужном направлении. Руки здесь мыли из странного приспособления, называемого «рукомойником». Это чудо человеческой сметливости доселе я видела только на картинках в книжке, рассказывающей о народном быте. Прикольная штука! Вытерев ладони прилагающимся полотенцем, вышитым петухами (вот-вот, именно такое и было на соседней картинке!), и чувствуя себя путешественницей во времени, я вернулась к столу.

– Кашу любишь? Пшённая, упрела, что надо! – улыбнулась хозяйка.

– Ещё как буду! – по-моему, я даже облизнулась.

Ложка, выданная мне, была никак не меньше той, из сумки. Каша оказалась выше всяких похвал, так что тарелка подозрительно быстро опустела.

– Вкусно? – подмигнула старушка.

– Ага. Шпасибо! – проговорила я, поспешно дожёвывая и прикидывая, влезет ли в меня ещё хоть ложка

– А чай давай в саду попьём, на воздухе! – предложила довольная моим здоровым аппетитом хозяйка. Кивнув, я с трудом поднялась из-за стола, по знаку бабушки подхватив плетёнку с конфетами и сушками.

В саду и вправду обнаружился маленький столик и пара лавочек. Сюда перекочевали чашки, пузатый заварной чайничек и – о чудо! – настоящий самовар, поблёскивающий блестящими боками. Добавив варенье и яблоки, моя квартирная хозяйка наконец присела напротив меня, наливая душистого чая в расписные чашки. Мне вспомнились чаепития в гостях у бабушки… Только воздух там другой, настоянный на запахе хвои, лесной…

– Чему улыбаешься? Хорошее вспомнила? – спросила старушка. Я кивнула, собираясь ответить, но тут нас прервали.

– Дай! – требовательно произнёс кто-то. – Дай-дай!

Я оглянулась. Из-за заборчика на нас смотрел очень странный господин. Именно это слово первым пришло на ум, пока я внимательно разглядывала его наряд: чёрную широкополую шляпу, шёлковый шарф, бывший когда-то белым, длинный сюртук, явно знававший лучшие времена…