История со счастливым хвостом

От автора

Эта история началась того, что в поисках читательского признания я попала на Дзен-канал «Animals». К тому времени у меня было выпущено 9 сборников стихов и ещё с десяток – в прозе (в том числе и на платформе Самиздат»). Между тем я оставалась, что называется, автором, широко известным в узких кругах. А здесь меня признали, читают, радуются, ждут новых историй. Вот ссылка на канал: https://dzen.ru/bondarenko (если модераторы пропустят)

А в мире стало больше доброты.

Надеюсь, вам эти рассказы тоже понравятся!

Ничейное рыжее счастье

– Мяу!

– Ну, чего орёте, оглашенные? Чай, не март! – прошамкала старуха, укоряя расшумевшихся кошек, и тут же охнула: резко кольнуло с левой стороны. Проглотила таблетку, подождала. Вроде отпустило.

– Видать, не сегодня, – сказала она вслух, просто чтобы услышать голос. В комнате давно уже поселилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. – Это всё дождь проклятущий, с утра зарядил, вот и болит всё! Хорошо тебя, Сёма, сам прибрался, а меня тут мыкаться оставил!

Старуха уже давно жила одна. Старость подобралась незаметно, и вот уже даже поход в магазин прекратился в испытание. Болела каждая косточка, каждая мышца, лестница стала бесконечно длинной, подъездная дверь – тяжёлой. А ведь когда-то у неё была семья, муж, любимая дочурка… Семён умер в одночасье, молодым совсем. Врачи говорили: сердце. Дочка какое-то время жила с ней, потом привела жениха. Он-то и стал причиной разлада.

– Не пара он тебе, – говорила Александра. – Что это за работа – в кабаках на гитаре тренькать? По всему видать, прощелыга! И чтоб ноги его в моём доме не было!

Танюшка сперва доказывала что-то, плакала. А потом уехала с эти своим, как там его. Далеко, в Новосибирск. И больше не возвращалась. Видать, не нужна мать… Одно остаётся – помирать.

Бабка Саша с кряхтением поднялась, сунула ноги в разношенные тапки и пошаркала к шкафу. Там, под бельём, хранился конверт со сбережениями. Старуха иногда доставала их и пересчитывала. По её прикидкам, должно было хватить.

– Мяу! – снова услышала она совсем близко. Опираясь рукой на стену, дошла до балконной двери, с трудом опустила ручку, открыла.

Маленький рыжий котёнок забился в угол, под коробки, и выглядывал из убежища, дрожа всем телом. Его картонное убежище не спасало от косых струй дождя, он вымок до последней шерстинки, и даже мяукать у него получалось с трудом. Сейчас он только разевал розовый рот и силился издать хоть звук.

– Ты как залез сюда, шкодник? – строго спросила старуха. Третий этаж всё-таки… Неужто соседи подкинули? Там вроде девка молодая живёт, а от молодых старуха ничего хорошего не ждала.

Бабка шагнула под дождь, протянула к котёнку скрюченные артритом пальцы. Котёнок зашипел и пополз задом вглубь укрытия.

– Ах ты, вредитель мелкий! – выругалась старуха, ища взглядом палку, чтобы извлечь незваного гостя.

Котёнок не стал дожидаться, когда его изловят, и неожиданно сиганул прямо в комнату.

– Ты куда?! – ахнула бабка. – Ну, я тебе покажу! Куда ты подевался, паршивец мелкий?!

Котёнка нигде не было видно. Видать, затаился где-то в надежде, что старуха его не найдёт и не выбросит обратно под дождь.

– Кис-кис-кис! – обманчиво добрым голосом позвала бабка. Ни звука в ответ.

Тогда она решила действовать хитростью и легла, рассчитывая, что наглый рыжик выглянет из своего укрытия, тут-то она его и схватит!

Прошла минута, другая. Оба ждали. Ноги старухи согрелись, боль не то что отступила, но притупилась, и она задремала.

Снилось хорошее. Муж снился, Сёмушка. Вот ведь ростом невелик уродился, худенький, рыжий – а какая любовь между ними была! Бывало, прижмётся к ней, голову на плечо положит, и тепло им так, и хорошо!

– Что ж ты меня мыкаться-то оставил одну! – жалуется во сне бабка Саша. А он улыбается только и смотрит на неё, наглядеться не может!

…Сон закончился, но ощущения тепла осталось. Она осторожно приподнялась в подушках, опасаясь разбудить задремавшую боль.

Свернувшись калачиком, поверх одеяла лежал котёнок. Первым желанием было изловчиться и схватить его за шкирку, но в последний момент она отвела руку. Постоянная мозжащая боль отступила, не кусала колени, не выворачивала суставы. Она настолько свыклась с этой болью, что сейчас боялась даже шевельнуться, чтобы не спугнуть это блаженное состояние!

Однако котёнок, видимо, что-то почувствовал. Он распахнул круглые глазёнки, вскочил и подобрался, готовясь сорваться с места и кинуться наутёк.

Старуха пошевелила пальцами. Найдёныш недоверчиво посмотрел на неё, потом подобрался и прыгнул на дразнящую руку. Скрюченные пальцы ухватили его за шкирку и потащили поближе к лицу. Рыжик отчаянно барахтался и мяукал, но баба Саша держала крепко.

– Чей ты такой, глупость рыжая? – спросила она котишку. – Зачем ко мне забрался? Я ж помирать собралась, кто за тобой приглядит-то?

Котёнок жалко мявкнул, и она ощутила, как сильно он дрожит, какой худенький, наверняка голодный. В магазин она не выбиралась уже пару дней и сейчас пыталась сообразить, чем накормить нежданного гостя.

– Сиди тут, я сейчас, – она собралась с силами, встала с кровати и поплелась к соседке. Той самой, молодой, которую мысленно ругала недавно.

Соседка оказалась дома. Молоденькая, глазастая, в халатике, она удивлённо смотрела на бабу Сашу. Та мялась, не зная, как её зовут. Прежние соседи разъехались, а эта поселилась недавно, и повода для знакомства у них до этого дня не было.

– Это… – начала старуха, решив обойтись без антимоний. – Котик ко мне приблудился, рыженький. Не твой?

– Нет, – покачала головой соседка. – У меня взрослый кот, Барсик. Ленивый, даже на балконе не гуляет.

– Жаль, – надежда сплавить найдёныша таяла на глазах. – Голодный котёнок-то… А у меня всё кончилось, молока нет, а ноги не ходят. Ты б сходила в магазин, купила ему чего. Денег я дам.

– Схожу, конечно, только переоденусь, – соседка исчезла за дверью.

Старуха вернулась домой, посмотрела на котёнка, потом на конверт. Вздохнула, вытащила одну купюру.

– Одни растраты с тобой! – посетовала она.

Котёнок не высказывал ни малейшего сожаления, поскольку преспокойно спал, свернувшись пушистым уютным клубочком.

– Ишь ты, спит себе и в ус не дует! Рыжий-то какой…

В дверь позвонили. Соседка переоделась в спортивный костюм, готовая к выходу. Баба Саша протянула ей деньги.

– Тут много! Может, вам чего-нибудь прихватить? Простите, не знаю вашего имени, – улыбнулась девушка.

– Александра я. Можешь звать баба Саша, – буркнула старуха, неохотно расставаясь с купюрой. Девушка стояла и ждала, и старуха неожиданно добавила: – Конфет купи. Грамм двести, только хороших, шоколадных, слышишь?

– Хорошо, баб Саш, – соседка не стала уточнять, каких именно, и быстрым шагом ринулась вниз по лестнице.

Старуха прошаркала на кухню, поставила чайник, достала красивую чашку и хорошую заварку, которую берегла на праздник.

– Мяу! – раздалось снизу.

Рыжик сидел у её ног и смотрел умильными глазами. А потом, расхрабрившись, потёрся об её ногу.

– Давай-ка без этого! – шумнула на него старуха. – Накормить накормлю, а потом выставлю, откуда пришёл!

Котишка замурчал, словно маленький трактор. Бабка представила, как отнесёт его во двор и оставит на улице, захлопнув подъездную дверь перед розовым носом. Отчего-то стало стыдно.

– Куда я тебя оставлю-то? – ворчала она, словно котёнок мог понять её слова. – Я ж не сегодня-завтра помру, с кем останешься, дурачок?

– Мур-р! – сказал котёнок и опять потёрся об её ногу. Ноги и вправду зудели куда как меньше. За окном распогодилось, и ей отчего-то расхотелось помирать.

– Ладно, авось пристрою тебя, – обнадёжила старуха котёнка и заварила чай.

Соседка оказалась быстрой на ноги, и уже через пятнадцать минут звонила в дверь, протягивая упаковку корма и пакетик конфет.

– Куда ж так много? – ахнула старуха. – Мне ж его однова покормить, потом… – что потом, она не знала. Объявления расклеить? Попросить в приют отвезти?

– Так это по акции! – соседка вручила ей сдачу. Получалось, что котёнок не сильно ввёл её в траты.

– Баб Саш, а давайте, я котёнка посмотрю? Бесплатно. Я в ветлечебнице работаю, – предложила соседка.

– Вот и взяла бы, отдал б в добрые руки, – обрадовалась старуха.

– А мне кажется, он и так в добрых руках, – ответила девушка. – Меня Марина зовут, кстати.

– Ну, погляди, что ль, – старуха уже много лет никого не пускала в дом, а тут обрадовалась, что не одной чаёвничать придётся.

Пока она доставала вторую чашку, Марина вертела в руках котёнка. Тот протестующе шипел, но уступал умелым рукам.

– Хороший котик, здоровенький, – вынесла вердикт девушка. – Только худой очень. И от глистов неплохо бы пролечить, он же уличный, мало ли. У меня есть, я дам, – предупредила она вопрос.

– Ладно, коли так, – баба Саша отхлебнула чай, откусила конфету и зажмурилась от удовольствия. – Ты пей чаёк-то! Хороший, хотя прежний, со слоном, лучше был не в пример!

Марина отхлебнула чай, оценивающе кивнула, а потом вдруг спросила:

– Бабушка Саша, а вы что, одна живёте? Или вас родня навещает?

– А тебе зачем? – подозрительно просила старуха.

– Просто любопытно, – пожала плечами Марина. – Если одна, так я могла бы забегать за продуктами. Или доставку заказать можно. Хотите, научу?

– Не доверяю я всяким доставщикам, – проворчала бабка. – Времена пошли такие, никому верить нельзя!

Марина хотела что-то ответить, но тут из комнаты донёсся грохот. Обе едва не подскочили, бабка довольно-таки прытко засеменила к источнику шума.

Рыжий котёнок сидел на полке, вздыбив шерсть. Пол был усеян фотографиями, явно выпавшими из альбома.

– Ах ты, озорник! Уже бедокурит, ишь какой! – бабка погрозила котишки пальцем, но он и без того выглядел до смерти перепуганным.

– Ой, а это вы? – Марина подобрала фотографию, внимательно разглядывая её.

Старуха прищурилась, кивнула:

– Я и есть. Надо же, узнала.

– Конечно. А рядом с вами кто? – допытывалась девушка.

Старуха взяла фотографию в руки, погладила пальцем изображение вихрастого паренька.

– Сёмушка мой любимый… Недолго пожили. Рано ушёл, оставил нас с Танюшкой.

– У вас дочка есть? А где она? – Марина подняла ещё несколько фото.

– Да вот она, с косичками, – баба Саша указала на фото.

– Простите… А где она сейчас? Почему не навещает? Вы сказали, что одна живёте, – Марина смутилась.

Котёнок, решив, что наказывать не будут, спрыгнул на пол и принялся играть фотографиями.

– А вот его я сейчас носом натыкаю? – пригрозила бабка. Рыжик чихнул. Видимо, не поверил.

– Поссорились мы сильно с дочкой, – неожиданно для себя сказала старуха. – Она уехала. Носа не кажет.

– Так помиритесь, – не сдавалась Марина.

– Где ж её найти-то? – развела руками старуха. – Потерялись мы с ней.

– Погодите! – встрепенулась Марина. – А Интернет на что? Давайте поищем! Не может такого быть, чтоб в наше время кто-то потерялся!

Старуха не успела возразить, как соседка сбегала к себе и вернулась с телефоном.

– Как её зовут?

– Татьяна Семёновна Филиппова… По мужу – Кондратьева, – надо же, даже фамилия того гитариста вспомнилась!

– Лет ей сколько?

– Сорок пять было, седьмого числа, – пригорюнилась старуха.

Марина быстро потыкалась в кнопочки и радостно провозгласила:

– Есть такая! В Новосибирске живёт! Давайте ей напишем!

– Да что ж я ей напишу, ежели она меня ненавидит? – развела руками Александра. – Обидела я её, крепко…

– Да помиритесь! – Марина не давала ей сказать ни слова, быстро набирая текст. Она онлайн! Пишет что-то!

Сердце у старухи застучало часто-часто, она присела на диван. Котёнок немедленно вспрыгнул ей на колени и начал урчать.

– Что там? – спросила она с трудом.

– Она сейчас позвонит! – вид у Марины был ликующим.

Телефон зазвонил. Старуха протянула руку и приложила его к уху.

– Мама! Это я, – услышала она голос дочери.

Старуха молчала, только сердце билось так, что было, наверное, слышно.

– Мама… Прости меня, – сказала её дочь за сотни километров отсюда. – Если сможешь…

– Это ты меня прости, доченька, – ответила старуха. – Дуру старую…Таких дел понаделала!

– Приезжай к нам, а? Давай я прямо сейчас билет закажу? – кричала в трубку её потерянная дочь.

– Сами приезжайте. С мужем, с дочкой, – проговорила старуха. – Я не могу, у меня кот.

Проговорили ещё полчаса, потом она отдала телефон Марине.

– Видите, как всё просто! – сияла та.

– Да, – произнесла старуха. По щекам текли слёзы. Смотрела она почему-то не на Марину, а на котёнка.

– Сёмушка! Ты, что ли, там, на небесах, за меня вступился? – проговорила она.

– Мур-р-р, – отозвался котёнок.

– Сёмой будешь, – объявила старуха. Видать, рано мне на тот свет собираться. На этом ещё дела есть.

Котёнок фыркнул. Он был совершенно с эти согласен.

Подарок на день рождения

– Валентина Петровна, а ведь нашему «директору» завтра семь лет стукнет! – заявила Ирочка прямо с порога.

Валентина оторвалась от просмотра сайта и взглянула на помощницу поверх очков.

– Точно завтра?

– Абсолютно! – заявила Ирочка. – Это же Вы Феликса принесли, когда он едва глаза открыл, да? Это был Ваш день рождения, вот все и решили, что он у вас общий будет. 12 сентября! Вот вас обоих и поздравим!

У Валентины заалели щёки. Да, эту традицию они соблюдали все эти годы, только откуда об этом знать Иришке? Она влилась в их котолюбивые ряды меньше года назад. Значит, Любочка рассказала, больше некому.

Кроме неё, в приюте под названием «Кошкин дом» была ещё ветеринар Любочка. Все звали её именно так, хотя старушка разменяла уже восьмой десяток. Кошачьим здоровьем она, как и сама Валентина, занималась на общественных началах. Располагался приют на территории дачи Валентины, обитало здесь три десятка хвостатых питомцев всех мастей и возрастов. Феликс был первым, а значит, самым старшим. В шутку его называли директором «Кошкиного дома», и кот оправдывал это прозвище. Это сейчас он был крайне серьёзным, степенным котом чёрной масти, с белой манишкой, пользовался засуженным авторитетом, вникал во все дела, разбирал споры и распри. А тогда…

Валентина вспомнила маленький пищащий комочек, который умещался у ней в ладони. Котёнка выкинули в ящик для отходов, но он каким-то чудом выжил и ползал там под поливным дождём, прячась между пакетами, когда кошачьи ангелы послали ему спасение в лице Валентины. У неё была привычка непременно выбрасывать мусор вечером, в любую погоду, и эта педантичность спасла котишку от печальной участи.

У неё тогда сердце словно иглой кольнуло. Кем же надо быть, чтобы выбросить живое создание, словно ненужную вещь?! Она завернула котёнка в шарф, укрыла под курткой, согревая своим теплом, и понесла домой. Он даже молоко лакать не умел, пришлось кормить из пипетки. И ведь выжил, выцарапался из лап смерти! Валя назвала его Феликсом, то есть «счастливым».

Потом она нашла кошек Машку и Дашку, ещё троих котят ей подбросили под дверь. Семья постепенно росла, и Валентина всерьёз задумалась об расширении территории. Ответ нашёлся сразу: дача, оставшаяся от родителей. Заодно и повод будет чаще наведываться, а то сад с огородом давно уже заброшены…

Так и появился приют «Кошкин дом», и постояльцев в нём с каждым годом только прибавлялось. Соседка по даче, хорошая знакомая мамы, добрейшая Любовь Сергеевна, когда-то трудилась ветеринаром и охотно откликнулась на просьбу о помощи. Нашлись волонтёры, они помогали ухаживать за котами и кошками, лечить их, а главное – распространять информацию в интернете. Сама Валентина давно уже научилась зарабатывать на интернетных просторах, благо спрос на услуги литературного редактора был постоянный, а ей не надо было ходить на работу и сидеть там от звонка до звонка. Так что на заботу о кошках ей хватало и времени, и сердца. У приюта была добрая слава, и его «постояльцев» быстро разбирали. Всех, кроме Феликса. Ему отчего-то не везло. Так и прожил он в «Кошкином доме» все семь лет.

Впрочем, в жизни Валентины тоже особых перемен не происходило. Она частенько подшучивала, обращаюсь к коту:

– Не хотят нас забирать, да, Феликс? Значит, мы здесь на своём месте. Да и некогда нам, вон какое хозяйство на нас! Только успевай поворачиваться!

Феликс мудро взирал на неё, соглашаясь. Он точно чувствовал себя на своём месте. А кто ещё приглядит за тем, чтобы все жили в мире и согласии? Кто проверит, чтобы малыши не шалили? Кто посидит с Валентиной, выслушает её, помолчит рядом, ляжет на колени, когда она набегается за день и почувствует, что они ноют? Всё же 49 лет – это уже не молодость. Особенно для человека. Для кота 7 лет – те же 49, но он-то чувствовал себя великолепно! А вот Валентину завтрашний день рождения уже не так чтобы и радовал…

Валентина вспомнила, что в тот самый день поссорилась с Виктором. Они жили вместе уже три года, и в тот день рождения она ждала особого подарка. Согласитесь, день рождения – это же идеальный повод преподнести колечко?

Она готовилась с самого утра, тщательно накрасилась, посетила салон, надела лучшее платье и долго рассматривала себя в зеркало. Да, конечно, не восемнадцать… Но и не старуха же! Вон как глаза сияют, и румянец на щеках играет, как в юности. И вообще, в одном замечательном фильме сказано, что в сорок лет жизнь только начинается! И чуточку попозже тоже есть шансы на обычное женское счастье!

Но всё пошло не по плану. Виктор принёс цветы и с загадочным видом достал из кармана коробочку.

– Это тебе, – сказал он Валентине, улыбаясь. – Самой замечательной женщине на земле! Уверен, оно подойдёт к твоим глазам!

Она открыла коробочку и замерла, рассматривая… цепочку с кулоном. Отчего-то в этот раз было особенно обидно, ведь она так ярко представила эту сцену. Там, в мечтах, он делал ей предложение, а потом они жили бы долго и счастливо. И у них был бы ребёнок. Почему нет? При современном уровне медицины женщины за сорок могут родить здорового ребёнка, она много читала об этом и даже знала нескольких таких мамочек! Она всё так здорово придумала, а Виктор преподнёс ей это колье!

Он так и не понял, почему она плачет, и сильно расстроился. Они поссорились, и он, разобидевшись окончательно, ушёл, хлопнув дверью, из её квартиры и из её жизни. А вечером она нашла котёнка в мусорном баке. И дала себе зарок: больше не будет попыток связать себя семейными узами. Пусть лучше кошки, они не царапают так больно. Лучше покарябанные руки, чем сердце! И вот прошло семь лет, и она не чувствует себя обделенной судьбой! Она нужна, её любят!

…– Валентина Петровна, вы меня слышите? – она очнулась от своих мыслей. – Как вам идея?

– Извини, я действительно задумалась, – сказала она, возвращаясь из своих воспоминаний. – О чем ты говорила?

– Давайте устроим праздник! Закажем торт! – повторила девушка. – Настоящий именинный торт, большой и вкусный! Нет, два торта! Второй – особый, для кошек! Пусть тоже отмечают! И повсюду развесим фотографии, ваши с Феликсом! Они же наверняка есть!

– Есть, – Валентина невольно улыбнулась, вспоминая проделки маленького котёнка. Она и правда часто его фотографировала. – Только нужно собрать вместе и распечатать.

– А потом повесим их на цветные прищепки! – радовалась Ирочка. – Я видела такое, круто выйдет!

– Ты как маленькая, – Валентина радовалась энтузиазму девушки. – Хорошо, так и сделаем!

Она и сама не заметила, как пролетел час. Всё это время она рассматривала старые фотографии. Феликс был её любимцем, его она снимала чаще других. И почему она раньше не догадалась распечатать эти забавные фотографии? Сейчас это можно сделать где угодно, был бы цветной принтер.

Однако отправилась она всё же в фотосалон, благо это было по пути. Конечно, сейчас всё выглядело иначе, чем в годы её юности. Тогда это было настоящим таинством: ванночки с проявителем и закрепителем, постепенно проявляющиеся образы… Сейчас всё делается на компьютере. Можно улучшить качество, подправить, приукрасить. И никаких чудес.

– Здравствуйте. Мне нужно распечатать фотографии с телефона, – обратилась она к мужчине, погруженному в изображение на мониторе. И только когда он поднял голову, она узнала его. Это был Кирилл, её одноклассник. И её первая любовь. Тайная, робкая, в которой она так ему и не призналась.

– Валя? – в глазах мужчины вспыхнула радость узнавания. – Это правда ты?! А я только сейчас думал о тебе. Надо же, как совпало! А ты и не изменилась совсем!

– Если бы, – вздохнула Валентина, хотя слова Кирилла были ей приятны. – А ты возмужал, Кирюша. Но я тебя тоже сразу узнала. Вот ведь как бывает… Столько раз проходила мимо этого салона, а повода зайти не было. А ты тут работаешь, оказывается.

– Вообще-то это мой салон, – улыбнулся Кирилл. – С детства мечтал о нём, и вот смог себе позволить, когда уже полтинник скоро.

– У меня завтра день рождения, – слова сами сорвались с её губ. – Вот, и фотографии по этому поводу.

– Точно, фотографии же! – хлопнул себя по лбу Кирилл. – Показывай, что там у тебя.

Ещё полчаса они рассматривали фотографии, смеялись, выбирали, Валентина рассказывала о Феликсе, о «Кошкином доме».

– Ты о себе ничего не говоришь, – напрямик спросил Кирилл. – Кольца нет. Не носишь или…?

– Или, – честно ответила Валентина. – Так уж вышло, что кольцо та и не подарили.

– А знаешь, пригласи меня на ваш общий день рождения, – попросил вдруг Кирилл. – Ты так здорово рассказываешь про Феликса что мне очень захотелось на него посмотреть! Заодно пофотографирую, если можно.

– Можно, конечно, – у Валентины что-то тёплое ворохнулось в сердце. – Мы будем рады. И я, и Феликс!

Фотографии получились просто замечательные. Он развешивали их весь вечер, а Феликс контролировал, чтобы всё шло правильно, как надо. Всё же он был «директором», а это такая ответственность!

Утром Валентина летела в приют, словно на крыльях. Её встретили радостными криками и мявом. Всюду были шарики, фоографии, потом привезли угощение.

– Вы – мой самый главный подарок в жизни, – сказала Валентина, оглядывая всю эту разношёрстную компанию. Феликс подошёл и потёрся об её ноги, привлекая к себе внимание.

– С днём рождения, Феликс! – Валентина подхватила его на руки. – Ты точно принёс мне счастье!

– С днём рождения, Валечка! – раздалось от порога.

Там стоял Кирилл. Волнуясь, он протянул ей огромный букет.

– Прими и мои поздравления. А ещё – вот это. Только не отказывайся сразу, подумай обещай мне!

На ладони у него лежала маленькая коробочка. Валентина протянула руку и отдёрнула.

– Да, мне уже скоро пятьдесят, – тихо сказал Кирилл. – Однажды я уже струсил и не сделал тебе предложение. Всё ждал, что вот добьюсь чего-то в жизни, и тогда… Это мамино кольцо. Она велела подарить той, с кем буду готов связать судьбу. Я готов. А ты?

Валентина молчала.

– Мяв! – подал голос Феликс. Она посмотрела на кота. Тот всем своим видом выражал недоумение. Мол, чего ты ждёшь? Я всё уже решил!

– Я ведь с приданым, – выговорила Валентина. – С таким вот, хвостатым…

– Тем более надо брать! Богатое приданое! А от этого вот виновника торжества я уже без ума! – заявил Кирилл. Феликс, подтверждая его слова, перебрался поближе к мужчине, благосклонно позволяя себя погладить.

– Кажется, мы поладим, – сказал Кирилл, наклоняясь погладить кота.

– Валентина, соглашайся! – строго сказала Любочка. – По всему видать, человек хороший!

– Соглашайтесь, Валечка Петровна! – подтвердила Ирочка. – Это же так романтично.

Валентина оглядела всех, собралась с духом, открыла коробочку и надела на палец колечко, которое оказалось ей впору.

– Так не бывает, – произнесла она тихо. – Только в сказках…

– Значит, будет, – заверил её Кирилл. – Я люблю тебя, Валя. И всегда любил, только сказать боялся и едва всё не испортил. С днём рождения, славные мои! Можно, я останусь с вами и буду помогать?

– Мяв! – ответил ему Феликс. Умный кот уже давно всё решил, а эти странные люди тратили время на слова… Они что, забыли, что Феликс непременно приносит счастье? Ничего, за ними есть кому присмотреть!

Поговори на моём языке

«Нам лучше расстаться».

Эта фраза раз за разом звучала в голове Ольги, будто кто-то безжалостный пустил запись по кругу.

Почему – лучше? Кому – лучше? И откуда это «нам», если он один всё решил? Да, ему наверняка будет лучше. Он сможет спокойно жить, дышать, радоваться. А им с Алёнкой – лучше? Каково ей, Ольге, будет растить одной особенного ребёнка?! Он что, не понимает, как ей страшно остаться один на один с этой бедой?!