Клыки Тьмы. Сломленные

Глава 6

Юджин

4 Апреля 1968 год

Миллиарды звёзд блистали только для них. Яркие силуэты, красивая музыка и её глаза – всё это создавало бесконечность, бескрайнюю и не осязаемую. Они, только вдвоём, кружили в ней, наслаждаясь друг другом. Дыхание и теплота тел синхронизировались в единый поток энергии, души и разум стали одним целым. Её платье, как крылья белоснежной бабочки-альбиноса, порхало и извивалось, синхронно их общему движению в этом необъятном прекрасном мире.

Из её души изливалась любовь, столь сильная и крепкая, – почти такая же, как и у него. А может, она была такой же, что испытывал и он. Равноценная и правильная, ту, что заслуживала Кейт, и которую желал получить он. Счастливая улыбка девушки – искренняя и настоящая. Её глаза, блестящие, столь же яркие и прекрасные, как северное сияние.

Не отрывая взгляда, Юджин убрал руку с её торса, нежно расположив на животе своей супруги. Внутри чрева этой чудесной огненной красавицы было кое-что столь же потрясающее, как и она. То, что подарило им двойное счастье. Судьба была благосклонна, наблюдая за их любовью. И в момент их самых ярких эмоций, их жизнь превратилась в самую настоящую сказку. Столь радостные события доказывают – их любовь вечна, а счастье навсегда.

Музыка уже перестала играть. Но они этого даже и не сразу заметили, утонув в глазах друг друга. Молодожены это поняли только тогда, когда мама и папа, прекрасные люди, воспитавшие жениха, с улыбкой подошли к ним.

– Поздравляем, моё солнышко, – чуть ли не плача от радости, произнесла женщина. Она приблизилась вплотную к невесте, после чего нежно взяла её маленькие кисти в ладони. – Я очень счастлива за вас! – ещё шире улыбнулась она. – Эх, жаль я не увижу ваших детишек! Но вы хотя бы письма нам пишите, присылайте фотографии вашего счастья.

– Обязательно, – Кэтрин с нежностью посмотрела на свою свекровь. Она, впрочем, никогда не смотрела на неё по-другому. Всегда эмоции Кэтрин были только положительными по отношению к матери Джина.

Его маму звали Тереза – очень добрая и светлая женщина. Сколько Юджин себя помнил, она всегда была счастливая и дружелюбная. Не важно, кто перед ней, маменька будет невероятно мила и покладиста со всеми.

Даже если это будет их назойливый злой сосед, который держал у себя целую шайку псов породы бультерьер. Лино до сих пор помнил каждую из них. Конечно, собаки были хорошими и добрыми, но очень шумными. Отец очень часто возмущался из-за этого и постоянно нервничал, не способный утихомирить стаю. В свою очередь мама, самая добрая душа, пыталась поговорить с соседом. Но это никогда не приводило к успеху. Благо, тот мужчина в итоге переехал, и на их улице сразу же стало намного тише. А это очень даже важно, учитывая, что его родители подарили молодоженам этот дом, а сами решили уехать в соседнюю страну.

Юджин не любил думать об этом. Ведь всегда, стоило только вспомнить, что вот-вот и родителей не будет рядом, ему становилось не по себе. На душе сразу же разливалась тоска. И единственное, что спасало в этой ситуации – Кэтрин. Свет её очей мог поглотить любую тень, даже ту, которая прорастала из глубины.

– Ох, как я вас люблю! – женщина обернулась уже к своему сыну. Она распахнула руки и со всей возможной силой, как можно крепче обняла огромное мускулистое тело.

По сравнению со своей юной женой, Джин казался великаном. Да, впрочем, по сравнению со всеми, кто присутствовал на свадьбе. Уж так получилось, что родственники Кейт и семейства Лино, не могли похвастаться большими размерами. И это не является секретом – такие размеры ему достались от тех, кто его породил.

Он знал о своём происхождении как таковом. Родители не стали скрывать эту важную информацию от своего приёмного ребёнка и как только он достаточно вырос, чтобы понимать это, рассказали всё как есть. Правда, без подробностей, которые ребёнку точно не стоило знать. Самое ужасное родители поведали на восемнадцатилетние.

Как вообще Юджин отнесся к этой информации? Мама и папа беспокоились, что их ребёнок откажется от семьи и попытается найти биологических родителей, как часто бывало в такой ситуации. Но мальчик понимал, что его отдали добровольно и с огромным желанием, что говорило только об одном – те люди, которые создали его, не желали даже видеть своё дитя. А настоящие родители, коими являлись эти прекрасные люди, воспитавшие его, дарили любовь и теплоту. Было бы глупо и неправильно бросать их.

А когда он узнал все подробности, в душе зародилось какое-то беспокойство. Его мать хотела избавиться от него не просто потому, что не любила. Дело было куда хуже. Но думать об этом в такой счастливый день уж точно не хотелось.

Тереза с трудом отцепилась от Джина, не сдерживая поток слёз. Он бы никогда не смог себя простить, если бы она сейчас плакала по другому поводу. Расстроить маму – ужасный проступок. И если такое происходило, всё внутри сжималось от стыда.

– Папа? – заметил он мужчину, что поспешно подбежал утешить жену. – Дай я тебя обниму! – распахнув свои гигантские руки, парень сделал шаг вперёд, обхватив маленькое и щуплое тело отца.

– Юджин! – прохрипел он. – Слишком крепкие объятия, раздавишь.

Отца звали Роберт. Этот человек по-настоящему заслуживал уважения за то, насколько сильно и искренне он любил свою жену Терезу. И его, своего приёмного сына. Он защищал свою семью от невзгод, заботился и работал, чтобы обеспечить всем лучшую жизнь. Именно папа взял на себя инициативу переехать и отдать дом будущей молодой семье. Людям, что даже не были связаны с ним кровью.

– Я буду очень скучать, – сдерживая слёзы, проворковал Джин. Но не удержался и воткнул свой нос в кудряшки отцовской головы.

Чудовищные мысли о расставании заставляли душу сжиматься. Преодолеть такое будет нелегко, и он это понимал. Но у каждого приходит тот момент, когда птенец покидает своих родителей. А в его случае мама и папа уезжают очень-очень далеко.

– Мы тоже, дорогой, – Тереза всхлипнула ещё сильнее и тоже присоединилась к объятиям. Они примкнули друг к другу и стояли так несколько мгновений. Каждый из них понимал, что после свадьбы им всем придётся расстаться.

Затем к ним подошла женщина, которую сопровождал парень-подросток. Это была мама Кейт и её младший брат. Её мать имела очень тёмные каштановые волосы и удлинённое лицо. Даже Леонардо, брат-подросток, был очень похож на свою мать.

Отца своей девушки Юджин никогда не видел. Говорят, он просто исчез, спустя год брака и вскоре после рождения дочери. При этом Лео – уже от другого мужчины. Отчим пробыл в семье тоже недолго, около двух лет. И в итоге их мать, хоть и с трудом, но смогла вырастить своих детей и обеспечить им достойную жизнь. По-настоящему – мать-героиня.

– Кэтрин, – ни одна из матерей не могла сдержать поток слёз, – дорогая моя, будьте счастливы, – женщина обняла свою дочь, обхватив её плечи, и уткнулась носом в её тонкую шею, громко всхлипывая.

– Ох, мама, – невеста подняла голову, быстро захлопав глазами. Её ресницы, словно чёрные веера из вороньих перьев, стремительно двигались, – ты же понимаешь, я не могу сейчас плакать – гостей перепугаю.

Джин сразу понял, почему она так забеспокоилась. Чёрные слёзы, похожие на потоки тьмы, исходящие из сверкающих глаз – пугали. Особенно, такая картина точно могла бы переполошить даже немногочисленных гостей этой свадьбы. Такая особенность и правда наводила ужас на тех, кто с ней ни разу не сталкивался. Так получилось, что они, молодожены, – единственные обладатели такого странного свойства организма. Никто здесь не был таким же особенным, как они. Что уже наталкивало на мысль – их связь самая крепкая.

А ведь если бы не тот случай с воображаемым чудовищем, Кэтрин и Юджин никогда бы не встретились. Их линии жизни не пересеклись бы. И не было бы этих похожих чёрных слёз, которые не пугали и не наводили на них ужас. Не было бы этой энергии, которую они оба ощущают друг от друга. Не было бы чувств, забирающихся в самые потёмки души, заставляя сердца биться в одном ритме. Не было бы взаимной привязанности, сравнимой по силе и мощи с безумием. Ничего бы этого не было…

Можно ли тогда дать тому монстру имя «Судьба»?

– Ну а я, – заговорил подросток, подходя к нему вплотную, – точно буду держаться рядом. Береги мою сестру и не обижай! А то я… – Юджин невольно улыбнулся. Так ли выглядят типичные братья?

Конечно, лично у него не было ни сестры, ни брата. Так уж получилось – родители не могли самостоятельно завести детей. А взять ещё одного ребёнка из приюта почему-то не решились. Парень так и не мог понять, почему они этого не сделали. А вот что касательно тех людей, которые дали ему жизнь – тут уж говорить сложно. Не угадаешь, существует ли где-то там кровный брат или сестра. Искать этого, возможно, несуществующего человека было бессмысленно.

Но наблюдать за Лео было очень даже забавно. Маленький парнишка, даже меньше своей сестрицы, всегда пытался вставать на её защиту. Когда Юджин впервые с ним познакомился, тот был, мягко говоря, недоволен. Ревновал, наверное? Со временем они подружились и подросток уже не мог и не хотел избавиться от новоиспеченного жениха Кэтрин. Но такие словечки он иногда и вправду говорил.

Лино по привычке вытянул правую руку, за спину Леонардо, и со всего размаху сомкнул её, хватаясь за мелкое плечо. Парнишка по инерции ударился всем левым боком о его громоздкое тело. Не жалея мелкого, жених напряг свою руку и буквально вдавил подростка в крепкое мужское объятие.

– Что? – с наигранной злостью поинтересовался Джин. Он никогда бы не стал причинять своему новому родственнику реальную боль.

– Отпусти! – простонал Лео, пытаясь вырваться из захвата.

– Не доверяешь мне?

– Да я пошутил, – выдохнул парнишка, с трудом двигаясь в мощных объятиях.

Жених громко засмеялся от таких тщетных попыток вырваться, когда он особо даже не прилагал сил на удержание. Такая физическая сила порой поражала его самого. Что уж говорить про остальных – люди начинали смотреть на него, как на огромную мускулистую гору.

Кейт услышала хихиканье даже сквозь говор гостей и, обратив внимание на мужа и брата, с улыбкой нахмурилась, как бы говоря: «Отпусти его». Юджин понял, что нет больше смысла мучить младшего брата своей невесты, и расслабил руку. Шустрый парнишка пулей выскочил, как только появилась такая возможность.

Глава 7

Питер

27 Июля, 2000 год

Полёт на самолете занял всего четыре часа, и Питер сразу же направился к месту назначения, дабы увидеть всё своими глазами. Он не наслаждался прекрасным пейзажем и не прислушивался к звукам местной природы. Напряжение и страх, окутавшие город, не давали его душе успокоиться и прийти в себя – она словно впитывала общее настроение.

Обугленное дерево и бушующая река лишь отчасти напоминали о произошедшей день назад трагедии, когда в тишине ночи раздался оглушительный взрыв, разнесший в щепки небольшое надводное строение. Когда в одну секунду оборвались жизни десятка людей, в чьей крови пульсировала тьма.

Да, детектив прекрасно знал об этом месте и его «секрете». Не без помощи Блада, разумеется, который здесь не раз останавливался. Пит до последнего надеялся, что ошибся, и его не приведут конкретно в это место. Если бы не связь с тьмой того полуночного, офицер бы не слышал чужие мысли и не чувствовал эмоции, что принадлежали вовсе не ему. Тогда бы полицейский не знал о том, какие тёплые чувства испытывал Блад к этому месту. По крайней мере в гостинице, от которой остались только развалины, он никого не ненавидел, а это уже прорыв.

Если бы не привязь их сущностей, то Ниа никогда бы не узнал о планах касательно брата Майкла. И не попытался бы спасти Юджина от лап кровавого полуночного. Офицер никогда бы и пальцем не пошевелил ради того, чтобы сохранить жизнь одному из этих проклятых Радоу. Он бы ничего не делал! Если бы Блад однажды практически не забрал его собственную душу! И именно тогда появилась связь между ними. И, увы, она была нерушима.

Казалось бы – а что же плохого в том, что ты имеешь привязь с другим полуночным? Питер не знал, как это всё действует, но он на собственной шкуре ощутил последствия деятельности Блада. Каждый раз, когда этот негодяй забирает чью-то душу, это каким-то образом влияет и на него.

В последний раз полицейского чуть не убило.

День проходил спокойно. Но то и дело мысли Блада подкидывали информацию о том, что он уже выследил новую жертву и был готов напасть. И Питер понимал – если у гада получится, то очередной приступ неизбежен.

Уже через несколько минут детектив почувствовал знакомое покалывание в голове, превратившееся в тысячи иголок. Живот скрутило судорогой, а грудь пронзило чрезмерное напряжение. Пит упал на пол прямо на глазах у своих коллег.

Боли было так много, словно на него обрушился настоящий циклон из страданий и мучений. Сознание не выдержало такого напряжения, и он отключился. Правда, на этом всё не закончилось. Даже будучи запертым внутри собственного тела, без возможности пошевелиться и осознавать себя – Ниа всё чувствовал.

Его бросало то в нестерпимый, добирающийся до самых костей жар, то в холод, вымораживающий жизнь в его душе. Эти ощущения накатывали волнами и с каждым разом только усиливались. Всю его сущность охватила ужасная боль. Она была везде – мужчина был сделан из боли! Он чувствовал, как его кости выворачивает наизнанку. Его кожу рассекали острыми когтями. Минуты превратились в часы. Он задыхался и пытался бороться, но тело оцепенело, заставляя его просто терпеть.

В мгновение всё прекратилось.

Пит очнулся уже в больнице, будучи под наблюдением сразу нескольких врачей. Каждый обеспокоенно смотрел на него, удивлённый и пораженный. Оказывается, доктора даже не могли понять, что с ним происходит и чем можно помочь. Они брали анализы и изучали его состояние. Но так ничего и не поняли.

– Я не знаю, что это, Питер, – сказал один из них через какое-то время после наблюдения. – Но с уверенностью могу сказать, что следующий такой приступ прикончит тебя. Мне жаль.

В отличие от докторов Ниа знал, в чём причина «неизвестной болезни». Ничего сложного в том, чтобы сопоставить моменты, когда Блад похищал чью-то душу, и чудовищные приступы. И доктор был прав – с каждым разом, стоило только полуночному в очередной раз забрать чью-то тень, боли становилось больше и длилась она дольше, чем в прошлые разы. Следовательно, очередная жертва Блада может оказаться последней для Пита.

Также полицейский знал, что когда Блад не убивает в течение года, то силы и здоровье постепенно возвращаются, восстанавливая его покалеченную душу. И стоит только расслабиться и выдохнуть, как кровожадный гад вновь поставит жизнь совершенно невинного Питера под угрозу. И только из-за этой неприятной близости к Бладу сейчас приходится выворачиваться наизнанку, чтобы никто не узнал о Сэме!

Дзынь-Пилик… – словно услышав его мысли, зазвонил мобильник.

Питер от неожиданности вздрогнул, услышав настойчивое пиликанье из кармана. До сегодняшнего дня у него никогда не было телефона – уж больно дороговаты были эти штуки. Но Скотт, как очень предусмотрительный полицейский, оснастил средствами связи каждого своего информатора.

Ведь такая вещь, как мобильный телефон, могла обеспечить передачу информации за считанные секунды! И можно было сообщить что-то очень важное напрямую нужному человеку. Жаль, что пока никто не оснастил каждое отделение полиции и каждого офицера мобильными. Конечно, в каждом здании были по паре стационарных телефонов, но они ничто по сравнению с этим прекрасным, маленьким и очень полезным аппаратом.

Сложно даже представить, как бы изменилась ситуация, если бы такие телефоны были у всех в его команде по расследованию убийств «1985». София была бы предупреждена об опасности заранее и не пошла бы в гостиничный дом Сэмми. То же самое и с Николасом, который бы смог остановить одержимого Дайлли. Сколько бы всего можно было избежать, будь у них такие телефоны.

Мужчина осторожно вытащил из кармана серый мобильник. Он запомнил, что конкретно этот телефон – «Nokia 3310». Скотт назвал его «неубиваемым» и очень полезным. Пит взглянул на маленький чёрно-серый экран, чтобы понять, кто ему звонит. Конечно, можно было бы и сразу догадаться, кто с ним пытается связаться. Но насколько Ниа помнил, его «новый начальник» вбил в контакты не больше трёх человек.

На экране было написано: «Скотт К.».

«Ага, значит, его фамилия начинается на «К»?» – удивился про себя полицейский, нажимая на кнопку принятия звонка. Он преподнес телефон к правому уху, прислушиваясь.

– Питер! – воодушевленно проговорили на другом конце. – Дэвид Кериган, Дафна Уолт, похищение, близнецы. Сначала я не мог понять суть! Но потом решил проверить архивы роддома, в котором Дафна родила близнецов. И там я нашёл ответ! Подумать только, Майкл Радоу – сын Дейва Керигана. Понятно, почему они так похожи! А Остин Кериган, первый убитый – отец Дэвида. Сразу три человека добавилось! Сейчас буду выяснять насчёт его брата-близнеца и родственников Дафны и Дэвида. Спасибо огромное Питер, ты добавил мне работы! Это потрясающе!

Пит улыбнулся. Скотт так быстро и легко мог найти информацию, понять какие-то аспекты, что это и поражало, и очень радовало. Приятно быть хоть кому-то полезным в такой ситуации.

Интересно, смог бы босс-детектив дойти до этого открытия без помощи Ниа? Начал бы искать информацию по Керигану? Конечно, и сам Питер не сразу додумался бы до такого, если бы не Майкл Радоу. Лишь истории этого психопата об отце и матери помогли ему воспринять информацию не так, как Скотт, и обратить внимание на первую жертву Адресанта.

По крайней мере, и ему любопытно узнать, как этот убийца связан с Майком? Убил он дедушку Радоу намеренно или это вышло случайно? Кто остальные жертвы? Связаны эти люди с Радоу или всё сходится лишь к первому убитому? Выбирал ли Адресант себе людей по какому-то принципу или убивал, не задумываясь, без особой логики? Определённо, если миссия подойдет к концу удачно, Пит с удовольствием примет участие в расследовании.

Да и тем более, у него было жгучее желание раскрыть всю информацию о Майкле. Правда, это в любом случае приведёт к последствиям. Но сама эта мысль и возможность казались невероятно воодушевляющими. Наконец-то хоть кто-то накажет Радоу! Он заслуживает самого сурового, самого справедливого возмездия. Но сейчас лучше пока просто давать Скотту подсказки, чтобы детектив постепенно сам докапывался до правды.

– Как только что-то сам найду, сообщу, – ответил Пит.

– Договорились! – с радостью отреагировали на другом конце. Последовали короткие гудки – Скотт отключился.

Чувства от общения с ним были странные. После разговора Ниа ощущал, насколько ему полегчало. Словно с плеч упал тяжкий груз, который он таскал на себе несколько лет. Неужели в этом и заключается причина его желания рассказать миру о Майкле и его злодеяниях? Это попытка искупить вину за то, что ты хранишь такие знания, не давая им ходу? И вот сейчас, постепенно и понемногу, эти тайны выходят наружу, освобождая его душу от этого груза.

«Поскорее бы всё это закончилось! – мысленно взмолился он. – И я наконец смогу жить спокойно и ни о чём не волноваться… Полная свобода!» – мечты о будущем без Майкла помогли ему немного расслабиться и успокоиться. Ведь если всё сделать правильно, то он обретёт то, чего так долго желал.

– Питер? – за спиной раздался голос.

Он моментально вернулся в реальность, обернулся и сразу же встретился взглядом с двумя очень похожими мужчинами в полицейской форме. Хотя не один в один – они отличались друг от друга, были явно разного возраста. Но общие черты лица говорили о том, что эти два детектива были близкими родственниками. Тот, что старше – с тёмно-каштановыми волосами и усами. На его лице уже виднелись возрастные морщины. А младший был более крупным и носил очки. Да и волосы у него были чуточку светлее. Но, как и у старшего офицера, на его лице красовались усы.

Питер опустил глаза в надежде увидеть бейджики с именами детективов. Но ничего, кроме полицейских значков, на их одежде не обнаружил. Придётся называть их детектив 1 и детектив 2?

– Тебя Скотт послал? – поинтересовался тот, что старше. Его голос оказался очень мягким и нежным.

«Такого точно нельзя брать на жесткие допросы», – подметил про себя Пит.

– Да, – он согласно кивнул, полностью повернувшись к детективам.

Мужчины переглянулись. Они, наверное, были не очень уверены в том, стоит ли доверять новому информатору. Ну, беспокоиться им не стоило. Ниа был полностью уверен, что Скотт сообщил всем полицейским, которые здесь находятся, о прибытии в их ряды картавого коллеги с гетерохромией.

– Ну, – протянул младший, чей голос был намного грубее и ниже, – тогда слушай, что мы выяснили. От жильцов ничего не осталось. Один лишь пепел и обугленные кости.

– А те, кто не сгорел – утонули, – уточнил первый детектив. – И останки в основе своей тоже утонули. Трупы унесло течением. Сколько их искать будем, не ясно.

Питер в шоке уставился на собеседников. В голове моментально пропали мысли и только лишь одно навязчиво крутилось в сознании: «Неужели Джейсон Радоу – умер»? Встряхнув головой, мужчина попытался сосредоточиться, но вопросы о сыне Майкла нарастали в геометрической прогрессии.

Почему он погиб? Судьба настолько жестока, что убивает даже таких бедняг, как Джейсон? Это связано с Адресантом? Скотт его подозревает! Он и есть Адресант? Убийство это или случайность? Получается, теперь информации будет намного меньше! Как вообще можно было допустить такое? Тот человек в татуировках сделал это? Он здесь? Что за чертовщина, черт возьми?!

– Но, – он нервно сглотнул, – кто-то же должен был выжить? Не могли же умереть все поголовно! Может, кто-нибудь всё-таки не утонул?

– Взрыв был странного цвета, – продолжал второй детектив. – Очевидцы говорят, что пламя было золотым. Плюс бабахнуло во всех частях гостиницы одновременно, что означает – в неё запустили газ. А газ, как известно, имеет свойства удушать. Кто-то умер, пока спал, кто-то от огня, другие от воды. При таких обстоятельствах выжить практически невозможно.

– Теракт значит, – догадался Пит.

– Да! – закивал старший мужчина. – Поскольку в здание газ не проводили – еду разогревали на электрических плитах. Так было и с отоплением. Если бы произошло короткое замыкание или типа того, то теракт легко было бы скрыть. Но не в случае с утечкой несуществующего там газа.

– Так, хорошо, – разочарованно выдохнул Ниа, – как тогда выяснять обстоятельства, раз никто не выжил?

Если всё так складывается, то расследование либо закончится за пару дней, либо того хуже – затянется на несколько месяцев или лет. Без чёткого понимания произошедшего можно хоть вечность искать зацепки. А то и вовсе прекратить искать, закрыв дело с формулировкой «несчастный случай».

– Владелец живой, – словно услышав его мысли, выдал второй детектив. Похоже, судьба не так уж и несправедлива по отношению к Питеру, – он чудом избежал взрыва. Можешь поговорить с ним, раз уж тебе нужно отчитываться Скотту. Он вон там, – мужчина в очках указал на палатку, что находилась примерно в ста метрах от них. Он приподнял синюю папку, что всё это время находилась в его руках, и протянул её Ниа. – Держи, изучай.

– Благодарю, – полицейский одобрительно склонил голову, схватившись за папку. Тронувшись с места, он побрёл в указанном направлении.

Питер быстренько прошёлся взглядом по досье владельца. Ему всегда было интересно узнать, как именно выглядит тот самый Уильям, о котором время от времени думал Блад. Этот человек, управляющий гостиницей «Полночь», мог быть старым и мудрым, раз уж вызывал столько уважения со стороны других полуночных. А уж Блад, не славящийся уважением хоть к кому-то, и вовсе считал Уилла как минимум приемлемым лидером и был готов даже подчиняться его приказам, по крайней мере какое-то время.