Клыки Тьмы. Ядовитая кровь
- -
- 100%
- +
Роберт сидел рядом, с наслаждением поглощая свою порцию вкуснейшего супа, который он сам и приготовил. Его лицо выражало смесь радости и облегчения. В глазах читалась забота, которую Ниа раньше не видел в глазах неродных для него людей. Этот большой дом, в котором они сейчас находились, принадлежал именно Робу. Место было неплохим и как будто бы специально выстроенным так, чтобы принимать как можно больше гостей.
На стенах можно было заметить много фотографий какой-то семьи – ни на одной из них не было самого Роба. Но при этом некоторые мужчины на снимках были очень на него похожи. Но что-то ещё было в этом человеке, что-то узнаваемое. То ли глаза отдавали знакомым оттенком, то ли волосы иногда отдавали рыжиной. Какие-то смутные воспоминания… Но ничего конкретного в голову не приходит.
Джейсон сидел напротив, также увлечённый своей едой. Каждый раз, стоило Радоу улыбнуться, окружающих словно окатывало волной нежности и понимания. Этот человек кардинально отличался от своего отца. Они были как инь и янь: один холодный и жестокий, а другой – тёплый и добрый. Даже их минимальные отличия в цвете волос и глаз полностью меняли восприятие.
Брюс же тихо наблюдал за присутствующими, устроившись рядом с Джейси. Его взгляд был изучающий, словно он пытался понять их, ориентируясь исключительно на внешние факторы. Он и вправду сильно изменился с их последней встречи – настолько, что хотелось поклониться в пол и умолять о пощаде. Лицо Лино, его взгляд – тот самый, сияющий ярче звёзд – словно отражение божественной силы. Его большие бирюзовые глаза говорили сами за себя: «Я – Полуночный». За последние сутки, каждый раз, когда Сайлас смотрел в эти глаза или случайно натыкался на них взглядом – он чувствовал, как его душа трепещет, как будто касаясь чего-то священного, непостижимого разумом.
Помимо этого, его старый знакомый изменился и внешне. Он словно стоял на границе между обличием зверя и человека. Его лицо осталось практически прежним – сразу можно было понять, что это именно Брюс – но при этом уже почти полностью покрытое чёрными чешуйками. Уголки губ и щёки были обрамлены небольшими отверстиями. Зубы стали острее. Уши напоминали эльфийские. Волосы полностью выпали, уступив место небольшому, выпирающему изо лба и простирающемуся дальше, вдоль спины, бирюзовому гребню. Рост Брюса заметно увеличился, в плечах он тоже стал ощутимо шире. Грудь чуть выпирала, совсем не по-человечески. Спина уже начала кривиться в обратную сторону. Руки удлинились, некоторые пальцы уже начали срастаться, а на их кончиках проклюнулись когти.
Теперь перед ним не слабак Лино, которого можно было просто тюкнуть по голове или отпихнуть в сторону, чтобы обокрасть. Это был возрождённый Полуночный.
«Я пытался убить Брюса целых два раза! – всё думал Сайлас. – И сейчас Лино сидит рядом со мной, спокойно наблюдает за мной и своими друзьями. Он, Джейсон и Роб заботятся обо мне, как о старом друге. Но ведь я не знаю их, и они меня тоже. Да и наверняка они уже слышали обо мне всякие жуткие истории. Как они могут не знать, что я ужасен?» – мысленно задавался он вопросами, чувствуя тяжесть вины, которая давила на плечи.
«Ты не ужасен» – вдруг заговорило его сознание голосом Брюса.
Ниа замер от неожиданности. В голове прозвучал голос – знакомый, но точно пришедший извне. Он медленно поднял взгляд на Лино, пытаясь понять, не прослушал ли он начавшийся разговор. Брюс всё ещё сидел напротив – он совсем ничего не говорил, продолжая молча изучать всех взглядом, как и пару минут назад.
«Что за чёрт? Что происходит?» – не понял он.
«Ты сожалеешь из-за того, что натворил. Это значит – ты не ужасен» – ответил голос.
В этот же момент, буквально на секунду, Лино перевёл на него взгляд. Сайлас почувствовал, как холод пробежал по спине. Внезапно спокойствие и умиротворение сменилось леденящей бурей тревоги. Что-то произошло, что-то стало не так, и мужчина почувствовал, как страх медленно, но уверенно начал заползать в его сознание. Секундный взгляд Брюса напомнил что-то давнее, уже знакомое, пережитое в прошлом.
Сайсу стало трудно дышать, сердце забилось быстрее, а руки начали дрожать. Он не мог понять, почему вдруг Лино вызвал в нем такой ужас, но это чувство было реальным и пугающим.
«Как ты это делаешь?» – спросил он, до сих пор не веря своим же собственным мыслям и ощущениям.
«Мой разум связан с вашим сознанием – я слышу и чувствую всё» – спокойным тоном ответил Брюс.
Полуночный говорил без слов. Ужас захлестывал душу Сайласа, сжимая и без того больную грудь. Он хотел кричать, убежать, но тело будто приросло к стулу. Как не бояться, когда твоё сознание становится открытым для чужих мыслей? Когда границы между тобой и другим человеком стираются? Сайс почувствовал себя обнаженным, уязвимым перед этой невидимой силой.
Он и так уже делил разум и душу со своим братом. Он мог слышать Питера, а тот, скорее всего, слышал его. Никаких тайн и секретов, ничего не скроешь. Постоянно думаешь, как утаить ту или иную плохую мысль. Постоянно беспокоишься и навязываешь себе лишнюю тревогу. Даже такая братская связь причиняет дискомфорт. А что теперь? Рядом находится создание, способное видеть и ощущать всё, что есть в тебе?
«И ты слышал каждую мою мысль?» – с трудом спросил он, пытаясь подавить приступ паники.
«Да» – ответил Лино.
«И видел мои воспоминания?» – хотелось орать, рвать на себе волосы, но главное – вытащить чужой голос из головы.
«Да» – всё также ровно ответили ему.
Почему? Почему страх сжимал грудь, заставляя сердце биться быстрее? В чём заключался этот ужас? Неужели его так пугало, что кто-то может читать его мысли? Или есть что-то ещё? Сай не понимал этого, вопросов становилось всё больше, а воспоминания из прошлого мелькали перед глазами.
В памяти всплыл тот самый день, когда он впервые встретил Майкла. Тогда тоже были похожие ощущение внутри. Тревога была такой же всепоглощающей, парализующей волю и разум, притом в душе ещё и пылали восхищение и удивление. А теперь, в настоящем, глядя на Брюса, Ниа вновь ощутил эту бездну ужаса, которая грозила поглотить его целиком, и в то же время был очарован.
Неужели история повторяется?
С этим осознанием дом, который ему показался изначально уютным, теперь превратился в ловушку. Он понял одно: ему нужно бежать, как можно скорее и как можно дальше.
«Уже? Так скоро?» – удивился Лино.
«Я не могу чувствовать себя в порядке, когда кто-то читает мои мысли… и так смотрит» – трепетно ответил он, пытаясь наполнить свой разум пустотой.
Брюс видел всё: его неуверенность, его страхи, его самые тёмные уголки души. Его взгляд был пронзительным, словно клинок, разрезавший полуночную тьму. И почему-то в этих глазах угадывался безумный лик Майка…
– Так, – уже вслух сказал Сайлас, обращая на себя внимание всех присутствующих, – спасибо за всё. Я больше не хочу стеснять вас и доставлять вам дополнительные хлопоты.
Он стремительно встал со своего места, не дожидаясь реакции других, и быстрыми шагами направился к двери, спотыкаясь о собственные ноги. Нужно выбраться наружу, вдохнуть свежий воздух и поскорее уйти отсюда.
– Что? – удивился Джейсон. – Но тебе лучше оставаться здесь, ещё хотя бы пару месяцев.
– Нет, я не могу, – запротестовал Ниа, лихорадочно накидывая на себя чёрную куртку, любезно предоставленную Робертом. – Мне слишком не по себе из-за всего этого.
«Особенно рядом с Брюсом, – добавил он про себя. – Почему он до сих пор не убил меня за всё, что я с ним сделал?» – размышлял Сайлас, ощущая себя ничтожным перед величием Лино.
«Потому что не хочу. Может, я простил тебя?» – ответил голос.
Слова эхом отозвались в голове Ниа, смешиваясь с воспоминаниями о Майкле. Тот тоже умел говорить одно, а думать совсем другое. Ложь и манипуляции были его оружием. Брюс говорил о прощении, но его глаза рассказывали иную историю, полную скрытого гнева и боли, пронзали душу ледяной ненавистью.
Это ведь неправда? Как можно оставить без наказания похитителя душ, убийцу, грабителя и бандита? Это звучит слишком подозрительно, слишком неправильно и несправедливо! Сайлас чувствовал, как внутри него разгорается пламя вины. Он хотел бы верить, что прощение Лино – это начало нового пути. Но он уже сталкивался с людьми, которые прощали его, и это никогда не приводило к хорошему.
«Хватит навязывать себе несуществующие проблемы, – предложил Брюс, продолжая общаться с ним при помощи телепатии. – Тем более я не могу контролировать свой взгляд. Это как-то само выходит. Я действительно не ненавижу тебя и правда не злюсь».
«Ты не можешь простить меня за то, что я сделал! – запротестовал Сай. – Я сотворил много плохих вещей, и ты знаешь о них. Я ведь и твоего папашу убить собирался! Не верю, что ты так просто отпустишь это!»
«Увы, но я прекрасно понимаю в чём дело. Мне не удастся переубедить тебя, как бы я не старался. Так что уходи, если ты так хочешь. Но знай, ты всегда можешь вернуться» – Лино был по-прежнему невозмутим и миролюбив.
Надев ботинки, Сайлас остановился у двери. Он не мог просто уйти без объяснений, верно? Эти люди помогли ему, и он не мог оставить их здесь без ответов. Это было бы как-то неправильно, даже несмотря на то, что рядом с ними обитала опасность. Собрав волю в кулак, он заставил себя обернуться. В свете комнаты блеснули бирюзовые глаза. Они были полны понимания, но в них таилась и угроза. Ниа чувствовал, как его тело трепещет перед возрождённым.
– Ты уверен? – поинтересовался Роби, обеспокоенно глядя на него.
– Да, – решительно кивнул Сайс, хватаясь за дверную ручку.
Руки дрожали, словно он вот-вот сделает что-то страшное, и это навсегда изменит его жизнь. Но там был мир, где никто не будет копаться в его голове и представлять жизни реальную угрозу. Где не будет жутких бирюзовых глаз, таящих в себе истинную опасность. Он вновь будет свободен от чужого контроля, ему не нужно будет подстраиваться под кого-то или бояться. Там был тот самый мир, в котором было место для такого, как он.
«Неужели ты и вправду так думаешь? Откуда такая чистейшая доброта?» – всё ещё не веря, спросил он, понимая, что никто кроме Брюса его не услышит.
«А зачем мне злиться и ненавидеть?» – изумился Полуночный.
Сайлас – будь он на месте Брюса – сам бы давно уже утопил врага в ненависти, похитил его душу, а тело разорвал в клочья. Такой ответ и вправду никак не мог переубедить его. Тогда-то он и почувствовал, как внутри него что-то сломалось… изменилось… Но что?
«Я и вправду должен извиниться перед тобой Брюс, я не должен был красть у тебя книгу. И скажи Джейси и Робу огромное спасибо от меня».
«Я им передам, раз ты не в силах сказать это вслух. Роберт положил тебе в куртку немного денег, чтобы ты не так сильно нуждался в них первое время».
Ниа продолжал смотреть на этих людей, которые не поскупились, преодолели ненависть и страх, но спасли его грешную душу. Они ничего не говорили, не пытались удержать, молча провожая своего нового друга. В их глазах светились печаль и тоска – они не хотели отпускать его, но и заставить Сайса остаться тоже не могли.
– Надеюсь, мы больше не встретимся, – с тоской улыбнулся он. – Прощайте.
Дверь скрипнула, приглашая в реальный мир, откуда его когда-то так жестоко вышвырнули. Выйдя на улицу, Сайлас почувствовал облегчение. Холодный ветер ударил ему в лицо, заставив глаза слезиться. Он вдохнул глубоко, стараясь поскорее забыть о бирюзовых глазах.
Вот она, новая страница его жизни.
Глава 8
Кристофер
21 марта, 1986 год
За столом было тихо, несмотря на то, что за ним собрались все члены семьи. Каждый звук – будь то стук вилки о тарелку или тихий глоток сока – казался оглушительным звоном. Крис сидел, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри у него все кипело от напряжения. Он старался выглядеть невозмутимым, игнорируя сильную боль где-то глубоко в груди, в самом её центре.
Его взгляд скользнул к племяннику, который беспокойно поглощал еду. Райану было уже тридцать два года, но он всё ещё оставался в одном доме со своим отцом. Он крайне отличался от Генри. С первого взгляда и не скажешь, что молодой Магнесс – сын рыжеволосого изуродованного паршивца.
Его волосы были чёрными, как у матери. Глаза с не очень заметной гетерохромией. Такая особенность досталась ему от Кристиана Магнесс, но она потускнела из-за двух поколений кареглазых. Поэтому Рани стал обладателем кроваво-карих глаз с разной степенью выраженного красного оттенка. Лицом он по большей части пошёл в свою маму Маргарет. Даже разрез глаз уходил в азиатские корни.
И Кристофер надеялся, что его племянник остался в стороне от всего этого кошмара. Ведь стоило только вспомнить, что было в прошлом, сердце сжималось ещё сильнее. Сколько боли уже выпало на долю этого несчастного существа. Страшно даже представить, как Райан жил здесь всё это время.
Помимо жалости к племяннику и душевной муки, в Крисе было ещё что-то. Оно причиняло тупую боль и доставляло дискомфорт. Когда он очнулся после странного продолжительного сна, то обнаружил на верхней части своего тела – на груди, руках и шее – странные мелкие разрезы. И только сейчас мужчина почувствовал что-то странное – ощущение чего-то чужеродного под кожей.
И это пугало. Тело дрожало, обливаясь холодным потом. Крис знал – там находятся какие-нибудь жучки для отслеживания или шокеры, которые будут бить током. Он понимал, что его родственники запросто могли вытворить что-то эдакое. Если не хуже!
Только эти монстры знают, что в нём находится, и пока что следовало быть предельно осторожным и не трогать импланты. Если всё будет хорошо и появится возможность решить проблему с родственниками быстро – он в первую очередь избавится от вживлённых устройств.
Кристофер с трудом сглотнул жареное мясо, борясь с новым приступом тошноты. Он уже несколько дней ничего не ел – не находилось такой возможности и желания. Но если и дальше себя изводить, игнорировать жизненный инстинкт – попросту умрёшь. А ему необходимо было выжить, чтобы бороться дальше.
Генри сидел напротив, и Крис видел, как его лицо постепенно краснеет от гнева. Глаза брата горели ядовитым огнём, и было ясно, что он сдерживается изо всех сил. Ситуация накалялась, напряжение становилось сильнее. Чем-то братец был недоволен, и его явно раздражала такая притворная невозмутимость.
Но Кристофер продолжал молчать. Он разрезал мясо на тарелке на более мелкие куски и клал их в рот. После чего запивал всё вкусным апельсиновым соком. Тогда-то он и поймал себя на мысли, что ему приятно просто спокойно есть вкусный стейк, без разговоров с родственниками и бессмысленных споров, как это бывало раньше. Хотелось бы, чтобы Адам и Энтони всегда были такими же тихими, как сейчас.
Но мирная передышка быстро закончилась, стоило только Генри заговорить:
– Лживый ты ублюдок, – прошипел он.
Крис остановился, медленно опустив руки на стол.
Папа и дядя, что сидели напротив друг друга слева от него, тоже перестали есть. Их взгляды сосредоточились на братьях. Райан же тихонько поднял глаза, пытаясь понять, что происходит. Вокруг стало совсем тихо, никто не решался издать и звука.
– Ты ведь нашёл книгу, верно? – продолжил Генри.
Кристофер тихо усмехнулся, опустив взгляд на тарелку.
Ночь окутала старый город и её огромную свалку. Луна ярко светила с небес, заливая улицы серебристым светом. Её свет был повсюду – на крышах домов, листьях деревьев и даже на огромных жутких кучах мусора. Прекрасное ясное небо и приятная ночная прохлада – то, что так любил мужчина, после сложного изнуряющего дня.
Он стоял перед огромным старым механизмом. Весь ржавый и неприглядный. А наверху, если идти по лестнице, виднелась кабина управления. Именно туда и лежал путь Кристофера Магнесса – в захудалое логово Дэвида Керигана.
Только вот самого хозяина импровизированного дома там, судя по ощущениям, не было. И это даже лучше – не очень хотелось встречаться с персонажем из страшной сказки Генри. Этот мужчина причинил брату очень много неприятностей, изуродовал его. А вдруг и сейчас что-то пойдёт не так? У Криса не было желания ввязываться в драку или словесную перепалку. Уж лучше всё сделать быстро и тихо, не привлекая к себе лишнего внимания.
Пока он поднимался всё выше и выше, сердце начинало биться всё сильнее с каждой преодолённой им ступенью. Как будто предчувствуя нечто важное. Он знал, что внутри этой кабины находится то, ради чего он пришёл сюда. То, что пытались вернуть его родные уже долгие годы. Полуночная книга.
Его родственники совсем недавно проводили в последний путь старика Дерека – он был для Криса дедушкой. Кристиан Магнесс, брат умершего и по совместительству отец Адама и Энтони, потонул в пучине скорби из-за этой трагедии. Он практически потерял интерес к остальным членам своей семьи.
Помимо этого, Роуз, его племянница, сбежала. Оставила всех и просто исчезла. Кристофер знал, почему она это сделала – Генри был жесток и несправедлив к ней. Она не хотела находиться в этом ужасном поместье, где каждый мужчина желал поскорее отдать её любому встречному полуночному, дабы совершить задуманное – заполучить пятитысячного. Крису бесчисленное количество раз приходилось отчитывать своего брата, чтобы он успокоился и оставил ребёнка в покое.
Но кто же его слушал? В этом доме нельзя было иметь мнение, которое не поддерживают остальные члены семьи, а тем более противостоять плану возрождения самого Полуночного? Сразу становишься врагом. А если вспомнить, что произошло два года назад – драка с дядей в заброшенной больнице, где на кону стояла любовь, – Магнессы возомнили себя обиженными и преданными.
Достаточно нагрешив перед ними, Крис стал их грушей для битья. Они дали ему задание: найти похищенный артефакт, Розу, всем вернуться домой и воспроизвести на свет пятитысячного чистокровного полуночного. И, может быть, после этого дядя и дедушка станут чуть более снисходительны к обоим.
Мужчина остановился у двери в кабину. Он подёргал ручку и обнаружил, что она была не заперта. Очень медленно потянув дверь на себя, Кристофер с подозрением заглянул в образовавшийся проём. Запах старья и пыль ударили в нос. Он с трудом смог сдержаться, чтобы не закашлять.
«Странно это. Дейв оставил дверь открытой» – подумал он, быстро проскользнув внутрь импровизированного жилища.
В доме было темно. Свет от луны только мельком попадал через окна, слегка освещая боковую часть дома. Внутри – после свежести ночной прохлады – запахи жилища ощущались очень чётко. Затхлость и немного пота, только уходящие и рассеивающиеся, но уже недостаточно яркие – говорили о том, что хозяин совсем недавно был здесь. Примерно час назад.
И Крис засомневался – вдруг Дейв мог его учуять? Насколько он помнил, тщедушный Кериган вроде как имел способности ищейки. Может и не такие мощные, как у него самого, но всё же преимущество имелось. Правда, сам мужчина не почувствовал горячую, как пламя, ауру Дейва – скорее, это было что-то тусклое и далёкое.
Но всё же, хоть хозяина в доме и не наблюдалось, глаза с трудом могли улавливать очертания предметов в тёмном помещении.
«Стоит ли вообще включать свет? – Магнесс поднял голову к потолку, стараясь разглядеть хоть какое-то подобие люстры. Но заметил лишь свисающую с потолка одинокую лампочку. – Меня кто-нибудь заметит, – понял он. – Фонарик тоже не вариант».
Так и не решалась дилемма. Можно включить свет и быстро отыскать Полуночную книгу, рискуя быть замеченным. Или рыскать в темноте, тихо и осторожно, подобраться к артефакту и забрать его. Какой вариант подходит к данной ситуации?
Кристофер задумался:
«Думаю, лучше не спешить. Попробую найти её так и не привлекать лишнего внимания. На это может уйти много времени, если мне не повезёт. Но в любом случае Керигана я учую до того, как он поймёт, что я был здесь. А если и не смогу по какой-то причине, попробую поговорить с ним. На край обращусь в Яда и напугаю его. Не хочу драться! А уж тем более тащить его пламенный зад к моим родным и вымаливать у них тем самым прощение».
Раздражённо выдохнув, мужчина заставил себя встать прямо и замереть. Теперь ему придётся искать книгу в полнейшей темноте на ощупь. Но он может сделать это и другим способом. Попробовать, по крайней мере.
Крис замер, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Он встал посреди помещения и начал представлять, как впитывает в себя невидимые силы и ауры, бушующие вокруг. Тонкие, почти неощутимые нити полуночного духа. Он нежно притронулся к ним собственной душой, позволил тысяче голосов проявиться в сознании. Чтобы они направили его, показали верный путь.
И вот оно! Вместилище странной энергии, совмещения человеческой сути и тёмной бездны души грозного зверя. Оно взывало, шептало ему. Магнесс вдохнул новый воздух, впитывая всем своим существом это необычное излучение, как цветок, жадно поглощающий солнечный свет. Он позволил ауре направить себя, медленно ступая к ней всё ближе и ближе.
Кристофер помнил, что сама по себе книга тоже имела энергию, подобно полуночным. Как-никак артефакт был напрямую связан с перевоплощением Полуночного в человека. И был с его потомками долгие тысячелетия, самообновляясь и подстраиваясь под реальность. Очевидно, эта книга была необычной и живой, может, даже разумной. Но кто точно знает? Один лишь Полуночный, сгинувший четыре тысячи лет тому назад.
Легонько столкнувшись с тумбочкой, мужчина остановился. Именно в ней и находилось то, что он ищет. Осторожно положив руку на поверхность тумбы, Крис начал ощупывать её, стараясь найти дверцу или углубление. Медленно и постепенно, прикасаясь пальцами к старому дереву, он продвигался всё дальше, трогая железные ручки и одновременно стараясь понять, какую из них нужно дёрнуть.
Аура Полуночной книги остро ударила, когда он оказался у нижнего третьего ящика. Магнесс взялся за ручку, тихонько потянув её на себя. Ящик с лёгким скрипом начал выдвигаться к нему, высвобождая наружу шёпот сотен голосов. Всё так же осторожно он опустил руку вглубь тёмной неизвестности, сосредоточенный и готовый чуть что отдернуть руку. Но этого не понадобилось – пальцы коснулись знакомого выпуклого узора на обложке.
Душа затрепетала от радости. Наконец-то он нашёл её! Теперь-то жизнь изменится. Кристофер протянул руку к книге, чувствуя её силу, притягивающую, как магнит. Осталось буквально взять её…
Но когда его пальцы снова коснулись обложки, что-то произошло. Звезда вспыхнула ярким бирюзовым светом, ослепив его. И он почувствовал, как что-то изменилось в её энергии, превратив во что-то иное. Нереальный холод пронзил его до самых костей, заставив всё тело задрожать.
Внезапно свет погас. Но аура артефакта стала ещё более отталкивающей, заставляя его сердце сжаться от боли и разочарования. Тогда-то Крис понял – Полуночный уже существует, и книга признаёт лишь его.
Он медленно отступил назад, чувствуя, как мир вокруг него начинает рушиться. Тогда Кристофер не понимал, что выбор Полуночной книги был для него. Она словно знала и понимала, что ей нельзя попадать обратно в руки Магнессам.
Но сейчас мужчина был только рад такому решению. Он нисколько теперь не жалел, что ушёл тогда и оставил книгу у Дейва. Возможно, Керигану артефакт и позволял собой пользоваться, раз уж она так долго пробыла у него. Но тот факт, что ему, Магнессу, она не далась в руки, говорил о многом.
– Нет, – ровно ответил Крис.
Адам, сидевший рядом, поморщился. Ему как будто стало противно от собственного сына.
– Кристофер, пожалуйста, не ври, – с раздражением заявил он. – Ты же знаешь, я чувствую твои эмоции.
Энтони посмотрел на него пристально и осуждающе нахмурил брови. Его губы дрогнули, и вот-вот, казалось, старик зашипит, подобно кобре.