Возрастные кризисы: особенности переживаний мужчин и женщин

Следующая фаза начинается в конце двадцатых годов и продолжается до середины тридцатых. Это период, когда преобладают «материальные стремления» время большой активности и выдающихся достижений в системе ценностей, основанной на деловитости. Начинается серьезная жизнь. Это проявляется в различных областях. В двадцатых годах можно было проверить свои надежды и желания, теперь же планируется дальнейший ход дела. Во второй половине тридцатых годов для человека продолжают существовать в неизменном виде отношение к жизни и уверенность в себе, завоеванные в первой половине тридцатых годов. Потом появляется сомнение и наступает кризис ценностей, сопровождающийся переходом к иным ценностям. Человек в своем духовном развитии оказывается на распутье. Или он регрессирует в своем развитии вместе с биологическими функциями, или поднимается в совершенно новые сферы, где пробуждаются совершенно другие творческие силы, делающие возможной вторую кульминацию творческих сил человека. Третья фаза жизни – сороковые годы. Ценности, которые человек должен найти заново, это ценности существования. В духовном смысле эти годы означают борьбу с пустотой: человеку кажется, что он потерял почву под ногами и еще не обрел новую (Ливехуд, 1994).

Согласно Г. Шихи (1999), жизнь взрослого человека разделяется на четыре периода, которые человек проходит в его жизненном пути. Решения, принятые им на одной ступени развития, оказываются неверными на другой. Задача первого кризиса 16 лет – отказ от родительских сценариев жизни. Следующий период начинается в возрасте 23 года, когда у человека возникает план на всю жизнь. В возрасте 30 лет человек корректирует план семилетней давности с позиции накопленного опыта. В этот период человек освобождается от многих условностей, становится более рациональным. Возраст 37 лет характеризуется осознанием середины жизни. У людей появляются новые устремления, отличные от тех, которые у них были до этого периода. К пятидесяти годам приходит умудренность опытом, укрепление в этических и моральных принципах, а также независимость от стандартов и мнений других людей.

В период переходов изменения происходят по четырем направлениям. Первое направление – изменение внутреннего ощущения себя по отношению к другим. Второе направление – изменение чувства безопасности и опасности. Третье – изменение восприятия времени (достаточно ли у человека времени или ощущается нехватка его). Четвертое – появление ощущения физического спада. Все изменения являются толчком к принятию новых решений (Шихи, 1999).

Кризисы взрослого периода рассматривает отечественный психолог Б. С. Братусь (1988), выдвинувший гипотезу об уровнях психического здоровья. У человека имеются две сферы психической активности. Первая сфера – это познание мира, производство предметов, преобразование окружающего мира. Человек производит строящие орудия и инструменты своего развития. Другая сфера связана с нахождением смысла своего бытия в мире. Внутреннее психологическое орудие является не только средством решения возникающих перед человеком задач, но и является «психологическим органом», который продуцирует новые задачи, осуществляет «обеспечение и закрепление определенных, достаточно единообразных способов их решения, взаимодействие с другими подобными „психологическими органами“» (Братусь, 1988, с. 68).

Личность не является самодостаточной, в себе самой несущей конечный смысл. Смысл этот обретается в зависимости от складывающихся отношений, связей с сущностными характеристиками человеческого бытия. «Осознание конечности своего бытия впервые во всей его грандиозности ставит вопрос о смысле жизни, заставляет искать этот смысл в том, что превосходит конечную индивидуальную жизнь, что не уничтожается фактом смерти» (Братусь, 1988, с. 44).

Осознанные и принятые человеком общие смыслы его жизни являются ценностями. Подлинная ценность должна быть всегда обеспечена «золотым запасом» соответствующего смысла, в противном случае она девальвирует до уровня простой декларации. Именно ценности являются основными, конструирующими единицами личности, они определяют главные и относительно постоянные отношения человека к основным сферам жизни – к миру, к другим людям и к самому себе (Братусь, 1988).

Развитие личности происходит нелинейно, т.е. оно не сводится лишь к накоплению и расширению однажды выработанных мотивационных устремлений и смысловых отношений к миру. И в зрелом возрасте возможны переходы к иной смысловой ориентации основных видов деятельности. Б. С. Братусь считает, что эти переходы не так резки, как в отрочестве. Они проходят более сглажено, чем кризисы детства. В концепции Б. С. Братуся формулируются особенности кризисов зрелых периодов: наличие большого временного разрыва (в 7—10 лет) между кризисами; меньшая привязанность к хронологическому возрасту и большая зависимость от социальной ситуации; достаточно осознанное, более скрытое, интериоризированное, не демонстративное прохождение (Братусь, 1980).

В. И. Слободчиков (1991) предложил интегральную периодизацию общего психического развития человека. Критерием периодизации стала событийная общность, внутри которой и образуются собственно человеческие способности, позволяющие индивиду, во-первых, входить в различные общности и приобщаться к определенным формам культуры, а во-вторых, выходить из общности, индивидуализироваться и самому творить новые формы, т. е. быть само-бытным.

Развитие человека, проблемы старения и кризисы взрослого периода жизни рассмотрены также отечественными психологами Л. Ф. Обуховой, О. Б. Обуховой и И. В. Шаповаленко (2003).

Л. И. Анцыферова, ссылаясь на отечественных психологов, разрабатывающих диалектическую теорию психического развития личности, подчеркивает и выявляет роль борьбы противоположностей и противоречий между ними как движущей силы перехода от стадии к стадии и накопления новых потенций развития. С позиции взаимодополнения и борьбы противоположностей можно рассмотреть соотношение сензитивных и критических периодов психического развития. Критические периоды обычно описываются как периоды снижения темпа развития, повышенной уязвимости, переоценки ценностей, нередко внутреннего метания. В то же время многие исследования показывают, что именно после успешного разрешения кризисов у индивида наблюдается прилив новых сил, стремительное овладение новыми областями деятельности, повышается мотивация к достижению, формируются новые способности. Здесь гармония взаимодополнения мотивов, способностей, возможностей, собственного стремления к достижению и социальных требований выступает как движущая сила развития, как механизм возникновения новых противоречий и подготовки новых стадий развития (Анцыферова, 1989, 1999).

Е. Л. Солдатова (2005, 2006) считает, что во взрослых периодах жизни развитие происходит путем чередования критических и стабильных периодов, так же как в детстве. Если задача детских возрастов связывается с освоением новых видов деятельности и с субъективацией этих новых способов действования в кризисах развития, то задача развития в периоды взрослости заключается, по мнению Е. Л. Солдатовой, в освоении личностью определенной для каждого возраста системы социальных отношений.

Между юностью и молодостью меняется социальная ситуация развития и ведущая деятельность, приводящая к кризису. Новообразованием данного перехода является принятие своих чувств и доверие своим эмоциональным проявлениям – достижение эмоциональной зрелости.

В следующий период – 30—35 лет – кризис развития личности связан с изменениями в объективной ситуации: люди становятся более самостоятельными, происходит самореализация в профессиональной деятельности. Этот период требует особых усилий личности, направленных на переоценку своей жизни и выбор дальнейшей жизненной стратегии. Новообразованием этого кризиса является принятие себя настоящего, осознание ценности «быть собой», гибкость в выборе направлений саморазвития.

Кризис середины жизни 40 лет, по мнению Е. Л. Солдатовой, связан с разотождествлением личности от идентичности с другими людьми, когда-то игравшими важную роль в жизни данного человека – учителей, родителей, наставников, друзей. В этом возрасте происходит установление собственной идентичности, сопровождающееся переоценкой смыслов и ценностей. Новообразованием кризиса является самодостаточность, определяющая независимость человека, стремление опираться только на себя в реализации жизненных целей, собственной линии жизни, доверие ресурсам своей личности.

Кризис пожилого возраста сопровождается отказом от активной социальной жизни, удержанием в себе старого, принятием своего жизненного пути таким, каким он был. Этот период связан с объективными изменениями – болезнями, выходом на пенсию (Солдатова, 2005, 2006; Шаповаленко, 2007).

Периодизация развития, опирающаяся на представление о кризисном характере перехода с этапа на этап, раскрывается также в теориях, развивающих представления о важности переживания смысла жизни в определении жизненного пути человека. Основоположник этого направления В. Франкл считает, что всякая человеческая личность представляет собой нечто уникальное и каждая из ее жизненных ситуаций неповторима. Эта уникальность и неповторимость проявляется и в каждой конкретной задаче человека. Возникая в пубертатный период, вопрос о смысле бытия потрясает человека в течение всей его жизни. В зрелом возрасте перед человеком встают новые проблемы. Возникает страх перед наступлением того возраста, за которым непосредственно следует старость; фактически – это страх перед смертью (Франкл, 2001). По мнению В. Франкла, страх перед смертью в действительности связан со страхом перед своей нечистой совестью, которая вызывается осознанием того, что в жизни были упущены многие предоставлявшиеся судьбой возможности. Единственная абсолютная ценность в жизни любого человека лишь одно – повеление его собственной совести. Совесть определяет судьбу человека в разнообразных обстоятельствах его жизни.

Человек так или иначе выполняет свой долг, когда он принимает вызов судьбы, идет ли речь о его поступках или о манере держать себя. Даже поступая неправильно, человек затем может осудить свои дурные поступки, взять за них ответственность и тем самым вступить на новую ступень своего развития. Во второй половине жизни именно прошлое имеет наиважнейшее значение для человека. Принимая прошлое, человек делает его для себя богатством и ценностью. Говоря о старости, В. Франкл пишет о важности посильного труда для общества, пусть это будет бесплатная работа в общественных организациях. В старости важен вопрос, заполнено ли его время и его душа тем делом, которому человек может посвятить в данный момент свою жизнь (Франкл, 1990, 2001).

А. Лэнгле, размышляя о переживании счастья, считает, что человеку необходимо возвратиться из прошлого, связанного в его воспоминаниях со счастьем (маленькие дети, молодость, влюбленность и др.), к настоящему, находя переживание счастья в актуальном моменте (Лэнгле, 2015).

Идеи В. Франкла продолжили развивать Д. А. Леонтьев (2007), Е. Н. Осин (2009), Д. Г. Литинская (2013) и др.

В отечественной психологии идея о смысле жизни как о важнейшей составляющей парадигмы человеческого развития представлена также В. Э. Чудновским. Он раскрывает процесс изменения психологических составляющих оптимального смысла жизни. Каждый возрастной период вносит своеобразный «вклад» в процесс поиска и становления оптимального смысла жизни (Чудновский, 2003).

В философских работах В. И. Красикова (2002) обсуждаются проблемы переживания кризисов в процессе развития человека, исходя из анализа смысла присутствия человека в мире.

Человеческую жизнь, по мнению В. И. Красикова, можно разделить на три периода. Первый период – это юность. Его переживают молодые люди от момента пробуждения сознания до конца своих 20—х начала 30—х годов. Этот период сопровождается ощущением новизны. Другой фактор – открытость и неопределенность ожидаемого будущего. Молодежи в этот период свойственно откладывать на «потом». Человека тяготит, что время тянется медленно, что вокруг все как бы застыло в неизменности – и поэтому не видно конца. Окружающее становится уже привычным, т. е. для его восприятия-узнавания уже нужна лишь малая часть того, что «тратилось» на него раньше, в оставшееся время человек томится ощущением пустоты, бездеятельности. Кажется, что уже «схвачена» незатейливая суть окружающей жизни. Молодой человек беззаветно верит в свою проницательность: мир для него прозрачен и понятен – и потому скучен (он все познал). Выводит из тупика в этом возрасте инстинкт, программа репродукции в ее социокультурных формах (любовь и семейная жизнь). Они дают временно искомое – опыт переживания собственной уникальности другого (любимых, детей). Это становится серьезнейшим смыслом.

Следующий этап развития человека – это зрелость. Для данного периода характерно наслаждение настоящим. Самосознание находится между прошлым и будущим, но не в их власти. Равноудаленность, взвешенность порождают ситуацию разорванности, неприкаянности, отсутствие некоего жизненного стержня. Попытки освоения настоящего составляют суть жизненного напряжения зрелого человека. Жизнь человека в этот период наполнена хлопотами. Предаваться хлопотам – это функционирование, теряющее свои внутренние цели, рассредоточенное во множестве дел и оправдывающее себя именно их множеством. Кризис среднего возраста – экстремализация постоянного вялотекущего синдрома существования. По мнению В. И. Красикова, суть активной фазы синдрома существования в кризисе среднего возраста заключается в переживании обесценивания смыслов, характерна усталость, раздражительность от заурядности и бессмыслицы происходящего.

Приоритетом развития человека от детства к зрелости является наполнение памяти опытом поколений и собственное приспособление.

Кризис среднего возраста наиболее глубок и болезнен, в этот период человек добирается до сути, после чего замирает в ужасе отчаяния от невозможности что-либо радикально изменить. Немногие признаются себе в этом состоянии. В. И. Красиков описывает три вида реагирования на кризис. Это уклонение, самоубийство и бегство.

Уклонение – это переживание человеком своего жизненного предела: он достиг некоторого уровня, после которого не будет уже дальнейшего качественного изменения, личностного и интеллектуального. Он чувствует, что это состояние сродни смерти. Человек опасается даже приближаться к теме, чья тяжесть может отравить ему жизнь, убить еще оставшиеся непосредственность и радость существования. К зрелому возрасту большинство людей обретает все необходимое для жизни: приличную работу, достаток, уважение, отлаженное, размеренное существование со своими гарантированными удовольствиями. Если и могут быть улучшения, то не столь радикальные, что были при переходе от юности к зрелости. Исчезновение надежды, ослабление воображения, сопровождающееся рационализацией, порождают кризис в виде отделения смысла от существования.

Многие люди не хотят никаких изменений, о которых предвещает отсутствие целей и смыслов. Люди зрелого возраста еще полны сил, они хотят, чтобы все оставалось так же. Люди, склонные к рефлексии, дорожащие идеалами своего воображения, тяготятся заурядностью, повторяемостью, впадают в уныние. Человек бежит от себя подлинного в свои повседневные роли, чувствуя в них спокойствие и стабильность.

Уклонение простирается по шкале от забывания до забытья. Забывание – волевое усилие отведения внимания от собственных тревожных состояний. Люди пытаются найти свой интерес в музыке, литературе, хобби. Рационалистические установки, ограниченные интересами повседневности, господствуют над сознанием человека долгое время. Забытье – такой жизненный стиль, в котором свободное время занимается систематическим употреблением алкоголя.

Самоубийство – это другой вариант ответа на кризис существования.

Третье решение как ответ на кризис среднего возраста В. И. Красиков называет бегством. Человек может стремиться убежать от задачи возобновления попыток восстановления взаимных связей смысла и существования. Имеются две формы бегства. Либо убежать от себя, собственных смыслов и стать всецело существованием – жить интересами тела и ближайшего социального окружения. Либо убежать от мира в себя, находиться внутри своей души. Оба решения половинчатые, хотя и обладают преимуществами.

В первом случае, в отличие от уклонения, человек признается в наличии у себя синдрома существования, он находит некий удовлетворяющий его на время ответ. Но решение проблемы смысла существования видится им вовне себя – в другом, которое представляется величественным. Человек способен прилепиться к нему и стать им: Делом, Любовью, Познанием, Красотой, чтобы вновь обрести твердую почву под ногами, объективироваться «в пароходы, самолеты и другие великие дела». Эти люди вполне искренни, когда говорят о смысле своей жизни как о «науке», «понимании», «политической борьбе за что-то» или о «прекрасном».

Кризис состоит в том, что смысл «я» видится только в разрыве с существованием: внутри существования «я» переживает свою унифицированность, клеймо шаблонности социума. Лишь немногие способны творить себя сами, а остальные довольствуются тем, что видят свое «я» в разрыве с существованием.

Однако смысл также невозможен без существования, как нет «пространства и времени» без объектов, свойствами которых они являются. Если человеку не нравится его существование, ему необходимо создать новые смыслы. Но новые смыслы невозможны без нового «я», формами которого они являются. Чтобы изменить «я», надо его знать, узнавание уже есть испытание и изменение.

На грани саморазрушения, творческого воображения и самообъективации может иметь место феномен «второго рождения». Второе рождение – это непрерывное самоотрицание и самополагание, постоянное испытание себя. Ко второму рождению подходят единицы из тысяч (Красиков, 2002).

О кризисе середины жизни (40—44 года), сопровождающемся экзистенциальными проблемами, связанными с переосмыслением пройденного жизненного пути, переоценкой прежних ценностей, потерей смысла жизни, пишут современные отечественные психологи. К общим особенностям кризиса начала зрелости относятся: отсутствие чувства счастья, чувство отчуждения с друзьями и потеря смысла жизни. К специфическим особенностям кризиса периода «середины жизни» относятся: неудовлетворенность жизненной самореализацией; потеря смысла жизни, ощущение безысходности, страх смерти, горечь от жизненных потерь и утрата самоуважения (Труженикова, 2006; Ипполитова, 2005).

Однако Б. Г. Ананьев считает, что на проживание периодов жизни человека накладывается неравномерность и гетерохронность становления свойств личности. Неравномерность процессов смены состояний индивида, которые выражаются во внутренних противоречиях развития, приводят к различным возможностям жизни (Ананьев, 2001).

Подводя итоги, можно отметить, что жизнь человека состоит из закономерной последовательности определенных периодов. Переход из одного периода к другому сопровождается кризисом. Как писал Л. С. Выготский, кризисы необходимы для развития личности и если бы кризисы не были бы исследованы эмпирически, то их необходимо бы было внести в схему развития на основании теории (Выготский, т.4. 1984). Возрастные нормативные кризисы сопровождаются ключевыми переживаниями. Критерием того, что человек перешел на другой этап развития, является смена характера переживания себя, других людей, окружающего мира.

1.2. Жизненный путь как последовательность событий

Жизненный путь личности может также рассматриваться без выделения закономерной последовательности этапов развития, как череда событий. В этом подходе исследуется взаимодействие индивида с окружающей средой, и события, с которыми сталкивается личность, рассматриваются как уникальные и принадлежащие только жизненному пути данного индивида. Среди направлений в рамках данного подхода можно назвать теории Л. Брюдаль, Т. Холмса, Р. Рэйха, Х. Риза и др.

Н. Нивен (Niven N., 2000) отмечает, что события являются маркерами, характеризующими изменения в жизни человека. Л. Брюдаль (1998), Д. Киммель (Kimmel L.C., 1990), Неугартен (Neugarten, 1977) делят события жизни на два вида. К первому виду относятся события, которые неожиданно меняют сложившийся образ жизни. К ним относится смерть, тяжелая болезнь, увольнение с работы, выигрыш большой суммы денег и др. Другой вид составляют события, к которым человек готовится (брак, выход на пенсию, смерть престарелых родителей, др.). Если событие предвидится, то оно приводит к меньшему стрессу, чем в том случае, если оно происходит неожиданно в жизни человека.

Наиболее известная шкала стрессогенных событий составлена Т. Холмсом и Р. Рем (Holmes D.S. & Rahe R.H., 1967). Много мелких стрессов могут влиять на человека сильнее, чем одно значительное событие жизни. К наиболее стрессовым событиям относятся смерть супруга (100) баллов, развод (73). Наименее стрессовые события – отпуск (13), незначительные нарушения закона (11). Главная проблема этой шкалы состояла в том, что она использовала только одно измерение – стресс.

А. Д. Канер и др. (Kanner A.D. et al, 1981) создали шкалу «взлеты и падения», оценивающую ежедневные трудности и удачи. К трудностям были отнесены забота о членах семьи, рост цен на товары повседневного спроса и др. К наиболее частым удачам относятся позитивные эмоции, связанные с супругом, переживание своего здоровья и др.

О. Брим и С. Райер (Brim O.G. & Ryer C.D., 1980) описали жизненные события, используя квалификацию в трех измерениях. Вероятность – это возможность, что событие произойдет. Возрастная соотнесенность – связь событий с возрастом. Распространенность – возможность возникновения события у многих или нескольких людей.

В ряде работ отечественных психологов события жизни также рассматриваются в контексте жизненного пути человека. С точки зрения Б. Г. Ананьева, «жизненный путь человека – это история формирования и развития личности в определенном обществе, современника определенной эпохи и сверстника определенного поколения» (Ананьев, 2001, с. 91). В качестве единицы анализа жизненного пути выделяется событие жизни. Жизненный путь, согласно этому подходу, делится на ряд периодов, разграниченных между собой событиями.

В отечественной психологии существуют различные трактовки события (Рубинштейн, 2004, Логинова, 1979, Карцева, 1990, Ананьев, 2001, Пергаменщик, 2003). С. Л. Рубинштейн пишет, что события жизни могут являться поворотными этапами жизненного пути, при которых определяется жизнь на последующий долгий период. (Рубинштейн, 2004). Таким образом, события жизни, согласно С. Л. Рубинштейну, связаны с собственной активностью человека, с принятием им решения, с его выбором.

Б. Г. Ананьев (2001) относил к событиям внешние обстоятельства, с которыми человек сталкивается. Он разделил все события на две группы – события окружающей среды и события поведения человека. Жизнь человека часто меняется под влиянием внешних событий. К событиям окружающей среды относятся события, происходящие в том обществе, где живет человек. К событиям макросреды можно отнести войны, революции, эпидемии. Человек не может находиться вне истории той страны, в которой он живет. Он может пассивно принимать события, а может быть их активным участником. На человека также оказывают влияние и биографические события: это события, связанные с микросредой. К ним относятся его отношения с семьей: вступление в брак, рождение детей, смерть родителей, а также события, связанные с трудовой деятельностью – начало работы, повышение по должности, уход с работы, награды, кульминационные моменты достижений в избранной деятельности.

Событиями поведения человека, согласно Б. Г. Ананьеву, являются его поступки. Поступки могут открыть человеку жизненную перспективу. Поступки происходят во внешней среде, а созревают внутри человека. Их смысл сводится к принятию или отвержению некоторой ценности.

Н. А. Логинова (1979) выделила третью группу событий – события внутренней жизни человека, составляющие его духовную биографию. Такие события (прочтение книги, встреча со значимым человеком, просмотр спектакля и др.), переживания о которых можно пронести через всю жизнь, оказывают на личность человека формирующее влияние.

Т. Б. Карцева (1990) вводит понятие жизненного события. Такое событие приводит к изменению образа себя. Эти события либо разрушают личность, либо заставляют ее иначе относиться к себе и миру. Как следствие, такие события приводят к изменению отношений с близкими людьми. Жизненное событие рассматривается как такое событие (поступок или ситуация), которое затрагивает самоопределение личности. Если событие не меняет представления личности о себе и о своих отношениях с окружающим миром и другими людьми, то оно не является жизненным. По мнению Т. Б. Карцевой, одинаковые события для одних людей становятся жизненными, а для других нет. Даже если событие вызывает тяжелые переживания, оно не становится жизненным, если не меняет представления личности о себе. К индикаторам жизненного события и косвенным критерием его, по мнению Т. Б. Карцевой, относится наличие процесса переосмысления человеком своего прошлого, его переоценка, изменение целей и смысла жизни.