- -
- 100%
- +
Глава 1
Вечер был самый обычный — такие вечера я обожаю. Воздух уже успел остыть, но ещё не стал по‑настоящему зимним: он был мягким, прозрачным, с лёгкой свежестью, обещающей скорые морозы. Пахло опавшими листьями, дымом из чьих‑то каминов и далёким, почти призрачным ароматом свежей выпечки — будто где‑то неподалёку открылась дверь пекарни, выпустив наружу кусочек уюта.
Я шла домой после смены в маленькой кофейне «У тётушки Марты», где весь день взбивала молоко для капучино, выслушивала истории завсегдатаев и улыбалась, даже когда ноги уже гудели от усталости. В кармане куртки лежал тёплый маффин — подарок от тётушки Марты за хорошую работу, и я предвкушала, как съем его с чашкой чая, завернувшись в плед.
Я свернула к старому парку — так было короче. Фонари здесь горели через один, отбрасывая на дорожку неровные пятна света, которые то растягивались длинными полосами, то сжимались в дрожащие круги. Между деревьями клубился лёгкий туман, а в кронах ещё цеплялись последние жёлтые листья. За мусорным баком что‑то мерцало.
«Ну конечно, опять какой‑нибудь фонарь перегорел и мигает», — подумала я, но всё равно подошла ближе. Любопытство всегда было моей главной проблемой — оно манило меня за угол, подталкивало заглянуть в тёмный переулок, остановиться у витрины антикварной лавки.
Это был цветок. Крошечный, не больше моей ладони, с лепестками, отливающими всеми оттенками синего — от глубокого сапфирового у основания до нежного небесного на кончиках. Он мягко пульсировал в темноте, словно живое сердце, и вокруг него дрожали крошечные искорки, будто звёзды, упавшие с неба и решившие поселиться здесь.
— Ничего себе… — я осторожно коснулась лепестка. Тот оказался тёплым, почти горячим, и под пальцами слегка вибрировал, словно передавал мне какой‑то неслышный ритм. — И что ты такое?
Я никогда не видела ничего подобного. В голове закрутились мысли о сказках, которые мама читала мне в детстве, о волшебных существах и чудесах, которые, как говорят, случаются только в книгах. Но этот цветок был настоящим — его тепло, его свет, его едва уловимое дыхание доказывали это.
И прежде чем я успела себя остановить, слова сорвались с губ:
— Хочу влюбиться. По‑настоящему. И найти своего жениха.
Цветок вспыхнул ослепительным светом — таким ярким, что я зажмурилась, инстинктивно прикрыв лицо рукой. По телу пробежала странная волна, будто я на секунду перестала существовать, распалась на мельчайшие частицы, а потом…
Я открыла глаза и поняла, что стою в кромешной темноте, прижавшись спиной к чему‑то деревянному. Пахло полированным деревом и чем‑то ещё — тонким, мужским ароматом, вроде сандала и морозного воздуха, будто кто‑то только что вошёл с улицы.
«Где я?»
Сердце застучало быстрее, отдаваясь в висках. Ладони вспотели, дыхание участилось. Я нащупала ручку и толкнула дверь. Яркий свет ударил в глаза, заставив поморгать и прикрыть их рукой.
Передо мной стоял мужчина. Высокий — я даже голову запрокинула, чтобы разглядеть его лицо, — невероятно красивый и… очень злой. Длинные серебристые волосы, собранные в низкий хвост, струились по плечам, строгий чёрный камзол с серебряной вышивкой на манжетах подчёркивал широкие плечи, а глаза — как два осколка льда, пронизывающие насквозь.
— Кто ты и что делаешь в моём шкафу? — голос у него был низкий и такой же холодный, как взгляд.
Я открыла рот, закрыла, потом снова открыла. В голове метались мысли, но ни одна не хотела складываться в связную фразу.
— Э‑э‑э… я тут… мимо проходила? — выдавила я наконец, чувствуя, как щёки заливает краской.
Мужчина сжал кулаки. Его губы дрогнули, будто он пытался не сказать что‑то очень резкое.
— В моём личном шкафу? В замке, окружённом магическим барьером?
— Ну, видите ли… — я нервно поправила прядь волос, которая тут же упала обратно на лоб. Ладони вспотели ещё сильнее. — Всё очень просто. Я загадала желание на волшебном цветке…
Он издал короткий, жёсткий смешок:
— Волшебный цветок? Серьёзно? Вы что, из детского сада сбежали?
Щеки загорелись. Я почувствовала, как внутри закипает что‑то непривычное — не страх, а упрямое желание доказать правду, отстоять свою историю.
— Я не вру! — мой голос прозвучал громче, чем я ожидала. — Он светился, я загадала влюбиться, а потом — бац! — и я здесь.
Лорд медленно обошёл меня по кругу, словно разглядывая диковинное насекомое. Я стояла, боясь пошевелиться. От него веяло силой и чем‑то древним, почти пугающим, но в то же время… завораживающим. Его шаги были бесшумными, взгляд — цепким, а аура — тяжёлой, как зимний туман.
— Либо вы самая изобретательная шпионка в истории, либо… — он на мгновение замолчал, — либо вы самая наивная особа, которую я встречал.
— Я правда не шпионка! — я топнула ногой и тут же пожалела об этом: каблук зацепился за край ковра, и я начала падать.
Рефлекторно взмахнула руками, ожидая удара о пол, но вместо этого почувствовала, как чья‑то крепкая рука схватила меня за запястье и рывком поставила на ноги. Мы оказались совсем близко. Так близко, что я увидела, как в его ледяных глазах на долю секунды мелькнуло что‑то… не то удивление, не то замешательство.
— Чудеса существуют, — тихо сказала я, глядя ему прямо в глаза. Мой голос вдруг стал совсем спокойным, уверенным. — Просто вы, наверное, давно в них не верили.
Он отпустил мою руку, отступил на шаг и провёл ладонью по лицу. На мгновение он показался мне не всесильным лордом, а просто уставшим человеком — с тенями под глазами и складкой между бровей, которую не скрывала даже безупречная осанка.
— Это будет очень, очень долгий день, меня зовут Элиан, — пробормотал он себе под нос.
Я улыбнулась — робко, но искренне. Внутри что‑то трепетало, будто маленькая бабочка, только что вылупившаяся из кокона и пробующая крылья.
— Зато, может быть, самый интересный? Я Лиза, — прошептала я.
Он посмотрел на меня так, будто увидел впервые. В его взгляде читалось недоверие, раздражение… и что‑то ещё. Что‑то, чего я пока не могла понять, но отчего по спине пробежали приятные мурашки.
Элиан ещё несколько мгновений смотрел на меня, словно пытаясь проникнуть в глубины моих мыслей. В его взгляде всё ещё сквозило недоверие, но что‑то в выражении лица неуловимо изменилось — ледяная маска начала трескаться, обнажая что‑то более живое.
— Самый интересный, говорите? — уголки его губ тронула усмешка, но теперь она была мягче, почти тёплой. — Боюсь, вы пока не понимаете, во что вляпались.
Я быстро огляделась по сторонам. Комната впечатляла своими размерами: высокие сводчатые потолки терялись в полумраке, тяжёлые шторы насыщенного изумрудного цвета были задёрнуты наполовину, массивный камин, в котором уютно потрескивали дрова, отбрасывал пляшущие тени на стены. На них висели гобелены, изображающие старинные битвы — рыцари в доспехах, развевающиеся знамёна, вспышки магии. Вдоль одной из стен тянулись книжные шкафы до самого потолка, заполненные толстыми фолиантами с кожаными переплётами и серебряными застёжками.
«Настоящий замок», — мелькнуло у меня в голове.
— И… где это я? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало.
— В замке Ивер, — Элиан подошёл к камину и сложил руки за спиной. Его профиль чётко вырисовывался в свете пламени. — В моём замке. И жду от вас внятного объяснения, как вы здесь оказались.
Я сглотнула.
— Я же вам говорила — волшебный цветок. Он засветился, и я загадала желание…
— Желания сами по себе не исполняются, — перебил он. — Особенно такие.
— Но я здесь! — воскликнула я, разведя руками. — Разве это не доказательство?
Он повернулся ко мне, в свете камина его лицо выглядело ещё более аристократичным: резкие скулы, ровный нос, тонкие губы, сжатые в прямую линию. В глазах мелькнуло что‑то, похожее на интерес.
— Либо это чья‑то злая шутка, либо… — он замолчал, задумчиво постукивая пальцами по предплечью. — Либо вы говорите правду. Что ещё более тревожно.
— Почему? — я сделала осторожный шаг вперёд.
— Потому что магия такого уровня не возникает на пустом месте. Если какой-то артефакт способен преодолевать защитные барьеры моего замка… — он резко остановился и пристально посмотрел на меня. — Вы ничего не забрали с собой? Какой-нибудь предмет?
Я машинально коснулась кармана куртки.
— Только вот это, — я достала маленький засохший лепесток — тот самый, что прилип к пальцу, когда я прикоснулась к цветку. Он больше не светился, а выглядел как тёмно-синий хрупкий кусочек.
Элиан мгновенно оказался рядом. Его пальцы бережно взяли лепесток, почти благоговейно. Его глаза расширились.
— Это… невероятно, — прошептал он.
— Что? Что это? — я тоже наклонилась ближе, почти касаясь его плеча.
Он резко отстранился.
— Астралия. Древний магический цветок, о котором ходят легенды. Говорят, он исполняет одно желание раз в столетие. Считалось, что эти цветы исчезли сотни лет назад.
— Значит, это правда? — моё сердце забилось быстрее. — Моё желание начало исполняться?
Элиан посмотрел на меня, и в его взгляде смешались раздражение, любопытство и что-то ещё, что я пока не могла понять.
— Похоже на то. Но магия астралии… она коварна. Она не даёт человеку то, что он просит напрямую. Она даёт то, в чём, по её мнению, человек нуждается.
— То есть… — я нахмурилась. — Я хотела влюбиться и найти жениха…
— А оказалась в моём шкафу, — он усмехнулся. — Да, определённо, коварно.
Моё лицо залилось краской.
— Вы… думаете, это связано с вами?
Элиан задумался, потом вздохнул.
— Не знаю. Но оставлять вас здесь одну — плохая идея. Магия может вести себя непредсказуемо.
— И что теперь? — я нервно сжала край свитера.
— Теперь, — он выпрямился, снова становясь величественным лордом, — вы будете моей гостьей. По крайней мере, пока мы не выясним, что произошло и как это исправить.
Он указал на дверь.
— Позвольте показать вам ваши покои. И… постарайтесь больше не исчезать и не появляться в неожиданных местах.
Я кивнула, ощущая, как внутри всё трепещет — от страха или от волнения, я не знала.
— Спасибо, — тихо сказала я.
Элиан слегка склонил голову.
— Пока не за что, Лиза. Пока не за что.
Мы вышли из кабинета и пошли по длинному коридору. Я рассматривала портреты предков лорда, старинные доспехи и мерцающие волшебные светильники. Внутри меня росло странное чувство — будто я и правда оказалась на пороге чего-то удивительного. И хотя лорд Элиан пока оставался настороже, в его глазах я заметила искру интереса.
Я старалась не отставать от лорда Элиана. Его шаги были широкими и уверенными, эхом отдаваясь в тишине, а я то и дело спотыкалась на неровностях старинного каменного пола, скрытого под узорчатым ковром с выцветшими драконами и рыцарями. Ковёр местами протёрся, обнажая холодные камни, и я невольно замедляла шаг, боясь подвернуть ногу.
«Какой огромный замок», — думала я, задирая голову, чтобы рассмотреть потолок.
Над нами возвышались своды с резными балками, потемневшими от времени, но всё ещё хранящими следы искусной работы. Между ними висели старинные люстры с магическими кристаллами вместо свечей. Они излучали мягкий, мерцающий свет — не такой яркий, как электрический, но куда более завораживающий. Свет переливался, будто внутри кристаллов танцевали крошечные огоньки. В воздухе витал запах древности: старого дерева, воска от давно погасших свечей, кожи переплётов из соседней библиотеки и едва уловимый аромат каких‑то трав — возможно, сушёной лаванды или мяты.
Элиан шёл впереди, и я невольно залюбовалась его походкой — плавной, почти хищной, будто он не шёл, а скользил по полу, не касаясь его. Серебряные нити в его камзоле поблёскивали при каждом движении, а длинный плащ чуть колыхался за спиной, словно живой.
— Сюда, — он резко остановился у массивной двери из тёмного дуба, украшенной резьбой в виде виноградных лоз, переплетающихся в причудливом узоре.
Лорд коснулся резной ручки, прошептал что‑то на незнакомом языке — слова прозвучали низко и мелодично, будто древний напев, — и дверь бесшумно распахнулась, словно приглашая нас внутрь.
Я замерла на пороге, раскрыв рот от восхищения.
Передо мной была просторная комната в тёплых тонах: стены обиты золотисто‑жёлтым бархатом, который ловил свет кристаллов и мягко мерцал, а тяжёлые шторы цвета спелого персика обрамляли высокие окна, закрывая их почти полностью. У стены стояла огромная кровать с балдахином из лёгкой ткани, напоминающей паутинку, — она колыхалась от малейшего дуновения воздуха. Рядом пылал камин, в котором уже плясало уютное пламя, отбрасывая золотистые блики на паркет.
Возле камина расположилось глубокое кресло с пушистым пледом, небрежно брошенным на сиденье, а у окна — изящный письменный стол с чернильницей из чёрного камня и стопкой пергамента, аккуратно сложенного в стопку. На полу лежал мягкий ковёр с восточным узором, такой толстый и пушистый, что так и манил ступить на него босыми ногами.
— Это… это моя комната? — выдохнула я, всё ещё не веря, что это не сон.
— Ваша, — Элиан вошёл следом и жестом указал на дверь в глубине комнаты. — Ванная там. Слуги принесут горячую воду и ужин через полчаса.
Он сделал паузу, изучающе глядя на меня. В его глазах, подсвеченных отблеском камина, читалась настороженность, но не враждебность.
— И ещё кое‑что. Постарайтесь никуда не уходить без сопровождения. Магия астралии непредсказуема: если она решит переместить вас снова, лучше, чтобы рядом был кто‑то, кто понимает, что происходит.
— Хорошо, — я кивнула, всё ещё не в силах оторвать взгляд от кровати, такой огромной и уютной, что хотелось немедленно забраться под одеяло. — Обещаю быть осторожной.
Элиан слегка склонил голову.
— Отлично. Если вам что‑то понадобится, позвоните в этот колокольчик, — он указал на серебряный колокольчик на столике у кровати: тонкий и изящный, с гравировкой в виде листьев. — И… — он помедлил, — постарайтесь не трогать ничего магического. Здесь много артефактов, которые могут отреагировать на вашу связь с астралией.
— Я буду осторожна, честное слово, — заверила я.
Он уже повернулся, чтобы уйти, но я не удержалась:
— Лорд Элиан… а вы… вы поможете мне разобраться с этим желанием?
Он остановился в дверях и обернулся. В свете магических светильников его глаза казались серебристо‑серыми, почти прозрачными, как зимнее небо перед рассветом.
— Помогу, — наконец произнёс он. — Но предупреждаю: магия редко даёт то, что мы просим. Она даёт то, что нам нужно. И иногда это совсем не то, чего мы ожидаем.
С этими словами он вышел, оставив меня одну в этой волшебной комнате. Дверь закрылась с тихим щелчком, и я осталась наедине с теплом камина, мягким светом кристаллов и ощущением чего‑то нового, только начинающегося.
Я медленно подошла к окну и отодвинула штору. За стеклом простирался заснеженный парк: деревья в белых шапках, дорожки, припорошённые снегом, и далёкие огни соседних башен замка, мерцающие, как звёзды на земле. В небе действительно мерцали звёзды, такие яркие, каких я никогда не видела в городе — они казались ближе, крупнее, будто я могла дотянуться до них рукой.
«Неужели это всё происходит со мной?» — подумала я, прижимая ладонь к холодному стеклу. Ощущение нереальности не проходило, но в груди разливалась тёплая волна: впервые за долгое время я чувствовала, что, возможно, всё не так уж и страшно.
В этот момент дверь ванной приоткрылась, и оттуда выглянула маленькая фигурка в зелёном платье.
— О, вы уже здесь! — весело прощебетала девушка лет шестнадцати с веснушчатым лицом и рыжими косичками, выбивающимися из аккуратной причёски. — Я Марна, ваша горничная на время пребывания в замке. Позвольте помочь вам с купанием и нарядом к ужину!
Она говорила так быстро и радостно, что я невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение дня постепенно уходит.
— Буду очень благодарна, Марна.
— Ой, да что там! — она проворно подбежала ко мне и взяла за руку. — Пойдёмте, вода уже нагрелась, а я приготовила для вас чудесное платье — оно так подойдёт к вашим глазам!
Марна потянула меня к ванной, и я пошла за ней, ощущая, как усталость отступает перед любопытством и предвкушением.
В ванной комнате пахло лавандой и мёдом — аромат был таким густым и уютным, что казалось, его можно было потрогать. Большая мраморная ванна была наполнена горячей водой с душистой пеной, на полках стояли флаконы с маслами и солями, а на вешалке висело пушистое полотенце кремового цвета, такое мягкое, что хотелось зарыться в него лицом.
— Вот, примерьте это, — Марна протянула мне платье из мягкого бархата персикового оттенка с кружевными манжетами. Ткань переливалась в свете магических огней, словно сотканная из заката. — Лорд Элиан распорядился подобрать что‑нибудь подходящее.
Я коснулась ткани — она была невероятно нежной на ощупь, словно облачко.
— Оно прекрасно, — искренне сказала я.
Пока я принимала ванну и переодевалась, Марна рассказывала о замке, его обитателях и предстоящих новогодних праздниках.
— О, в этом году будет особенный бал! — щебетала она. — Говорят, лорд Элиан впервые за много лет решил устроить большой приём. И теперь все готовятся: украшают залы, репетируют танцы, шьют наряды…
Её слова эхом отозвались в моей голове: «Магия даёт то, что нам нужно».
Я посмотрела на своё отражение в зеркале. В новом платье я выглядела совсем иначе — не как обычная девушка из кофейни, а как героиня сказки, словно сошедшая с иллюстрации старинной книги. В глазах блестел огонёк — не страха, а ожидания чего‑то удивительного.
Марна помогла мне уложить волосы мягкими локонами, оставив несколько прядей свободно обрамлять лицо. Её пальцы двигались ловко и бережно, словно она творила не причёску, а настоящее волшебство. Платье действительно оказалось волшебным: персиковый бархат мягко ложился на плечи, подчёркивая нежный румянец моих щёк, а кружевные манжеты, украшенные мелкой вышивкой, приятно щекотали запястья при каждом движении.
— Ну вот, — Марна отступила на шаг, любуясь делом рук своих. Она прищурилась, оценивающе склонила голову, затем довольно кивнула. — Теперь вы совсем как настоящая леди!
Я смущённо улыбнулась, разглядывая себя в высоком зеркале в резной раме, потемневшей от времени. Отражение казалось чужим — будто я смотрела на героиню старинной картины, сошедшую с холста в этот мир. Лёгкий блеск бархата, игра света на кружевах, задумчивый взгляд — всё это будто принадлежало кому‑то другому.
— Спасибо, Марна, — искренне поблагодарила я. — Ты настоящая волшебница.
— Ой, что вы, — она покраснела от удовольствия, опустив глаза, и неловко поправила фартук. — Пойдёмте, ужин уже скоро. Я провожу вас в малую столовую.
Мы спустились по парадной лестнице с витиеватыми перилами, украшенными позолотой, которая местами потускнела, но всё ещё мерцала в свете настенных светильников. По пути я не могла не разглядывать портреты на стенах: суровые лорды в доспехах, прекрасные дамы в пышных платьях — все они смотрели на меня с высоты своего многовекового величия. Взгляд одного из портретов, изображавшего седовласого мужчину с пронзительными глазами, будто провожал меня, пока мы не свернули в боковой коридор.
Малая столовая оказалась уютной комнатой с тёплым освещением. В камине весело трещал огонь, отбрасывая пляшущие тени на стены, увешанные гобеленами с охотничьими сценами. На длинном дубовом столе, отполированном до блеска, уже стояли блюда, накрытые серебряными колпаками, от которых поднимался лёгкий аромат специй.
Лорд Элиан стоял у окна, глядя на заснеженный двор, где снежинки кружились в медленном танце, оседая на ветвях старых елей. При нашем появлении он обернулся.
Я невольно замерла на пороге. В простом чёрном камзоле без парадных украшений он выглядел… человечнее, что ли. Не как неприступный лорд, чей взгляд заставляет замирать от трепета, а как просто очень красивый мужчина — с усталыми, но внимательными глазами и едва заметной складкой между бровей.
— Вы прекрасно выглядите, Лиза, — произнёс он, подходя ближе. Его взгляд скользнул по моему платью, волосам, задержался на лице, словно пытаясь запомнить каждую деталь. — Прошу к столу.
Марна быстро присела в реверансе и выскользнула за дверь, оставив нас наедине. Тишина, наполненная треском дров и далёким завыванием ветра за окном, на мгновение повисла между нами.
Ужин был восхитительным: запечённая форель с лимоном и травами, источающая тонкий цитрусовый аромат; картофельное пюре с трюфельным маслом, такое воздушное, что таяло на языке; овощное рагу в горшочке, пахнущее розмарином и тимьяном — каждый кусочек пробуждал новые вкусовые ощущения. На десерт подали шоколадный пудинг с малиновым соусом. Я едва сдержала восторженный вздох, когда попробовала первый кусочек: насыщенный, чуть горьковатый вкус шоколада идеально сочетался с лёгкой кислинкой ягод.
Сначала мы ели молча. Я боялась нарушить тишину, а Элиан, казалось, был погружён в свои мысли — его взгляд то и дело уходил куда‑то вдаль, за пределы комнаты. Но постепенно напряжение стало отпускать, воздух между нами словно теплел, как и пламя в камине.
— Всё очень вкусно, — рискнула я нарушить молчание. — Спасибо за гостеприимство.
Он поднял глаза от тарелки, и на мгновение в них мелькнуло что‑то тёплое.
— Не за что. Хотя, должен признать, я не привык к таким… неожиданным гостям.
— Я понимаю, это всё очень странно, — я нервно поправила салфетку на коленях, чувствуя, как кончики пальцев слегка дрожат. — Но я правда не хотела доставлять неудобства.
Элиан отложил вилку и посмотрел на меня в упор. В свете свечей его глаза казались не серыми, а почти серебристыми, словно в них отражалось зимнее небо.
— Лиза, — медленно произнёс он. — Давай попробуем кое‑что. Обращаться друг к другу на «ты».
Я удивлённо подняла брови, на мгновение потеряв дар речи:
— На «ты»?
— Да. Мы оказались в необычной ситуации, и формальности только мешают. К тому же… — он слегка улыбнулся, и эта улыбка неожиданно смягчила черты его лица, — мне кажется, что после того, как ты появилась в моём шкафу, «выканье» выглядит несколько нелепо.
Я не смогла сдержать смешок, и напряжение, сковывавшее плечи, наконец отпустило:
— Да, пожалуй, ты прав.
— Вот и отлично, — он кивнул, явно довольный моим согласием. — Так будет проще.
— Хорошо, — я улыбнулась. — Тогда и ты можешь обращаться ко мне на «ты».
— Разумеется. Так вот, Лиза, — он налил нам обоим вина из хрустального графина, и тёмно‑красная жидкость, переливаясь в бокалах, отразила блики огня. — Давай поговорим откровенно. Ты действительно веришь, что этот цветок исполнил твоё желание?
Я задумалась, покрутив бокал в руках. Тёмно‑красная жидкость переливалась в свете свечей, играя алыми и гранатовыми оттенками.
— Сначала я так и подумала. Но потом ты сказал, что магия даёт не то, что просят, а то, что нужно…
— Именно. И это заставляет задуматься: зачем астралия перенесла тебя именно ко мне?
Я подняла глаза и встретилась с его взглядом. В этот раз в нём не было ни холодности, ни скепсиса — только искренний интерес и, возможно, даже доля тревоги, словно он и сам искал ответы на эти вопросы.
— Может быть, — осторожно начала я, — она подумала, что мне нужно разобраться в чём‑то? Или научиться чему‑то?
Элиан откинулся на спинку стула, задумчиво постукивая пальцами по бокалу. Звук был тихим, но чётким, словно отзвук его мыслей.
— Интересная мысль. Возможно, твоё появление здесь — это своего рода испытание. Для нас обоих.
— Испытание? — я нахмурилась. — В каком смысле?
— Для тебя — научиться доверять миру и людям, несмотря на страхи. А для меня… — он запнулся на мгновение, и маска сдержанности на миг дала трещину, обнажая что‑то уязвимое, — возможно, вспомнить, что такое настоящие чувства.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине и далёким скрипом старого дома, будто он прислушивался к нашему разговору. Я почувствовала, как внутри что‑то дрогнуло — будто тонкая льдинка, сковывавшая сердце лорда, дала первую трещину, и сквозь неё пробился слабый, но тёплый луч.
— Знаешь, — я решилась сказать то, что вертелось на языке весь вечер, — ты кажешься очень одиноким.
Его пальцы замерли на краю бокала. На лице промелькнуло что‑то уязвимое, почти детское, но тут же сменилось привычной маской сдержанности. Он медленно выдохнул, словно принимая этот неожиданный удар искренности.
— Возможно. Но это не тема для ужина, — он слегка качнул головой. — Давай лучше поговорим о чём‑нибудь более весёлом. Расскажи, чем ты занималась до того, как нашла этот цветок?