Странники Одиннадцати Пространств. Нет худа без добра

Замечательному биологу и популяризатору науки Александру Владимировичу Маркову, с которым повезло не только жить в одно время, но и быть немножечко знакомой.

Если у него вдруг появится масса свободного времени, а книги получше под рукой не окажется, он найдёт тут себя в образе странного, но благородного существа. Да простит он меня в любом случае.

Глава 1. Клешни прочь от Укрытого Рукава!

Черепахи, омары, карпозубики – дрессировать можно буквально любую тварь при условии, что вы найдёте способ эффективного её поощрения, а также придумаете интересный номер, соответствующий её возможностям.

Карен Прайор

«Несущие ветер»

И сказал Господь Моисею: пойди, иди отсюда ты и народ, который ты вывел из земли Египетской, в землю, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову, говоря: потомству твоему дам её.

Исх. 33:1

Новой встречи с космическими чудовищами Райтлет и Сэн ждут, как похода в гости к старым друзьям. Теперь, многое зная о поведении удивительных существ, охотники могут спасти целый рукав Галактики, в который уже начала проникать пусть даже не Три-, но всё ещё могущественная Двумперия. И приниматься за дело охотникам надо срочно. Едва вылетев из последней магистральной трубы, они сталкиваются с двумперским патрулём – а это значит, что скоро Укрытый Рукав перестанет быть островком мира и покоя в истерзанном Млечном Пути. Не дожидаясь грубых обвинений и требований, охотники удирают по краю Рукава, рассчитывая на то, что в поле их зрения появятся космические чудовища. И в самом деле, очень скоро двумперские корабли оставляют погоню и спешно ретируются. Двумперцы уверены, что неугодный им корабль непременно уничтожит большая стая чудовищ, которая будто бы из пустоты возникает прямо по курсу.

– Вот вы где, друзья! – улыбается Райтлет. – Сэн, тащи сюда голограмм-проектор! Юур солшом!

– Юур солшом! Тогда магний на тебе! – отвечает Сэн.

Не успевают хваталки протянуть к кораблю длинные руки, только разевают пасти удержатели и лепоракантигрызы, едва-едва мурчальники касаются вибриссами звездолёта, как на нём появляются оригинально вооружённые охотники: Райтлет с объёмистым мешком и Сэн с прибором, похожим на глубокую тарелку, края которой усеяны тонкими антеннами.

Чудовища выглядят озадаченными. Не затягивая паузу в космической тишине, Сэн включает голограмм-проектор. В мгновение ока над кораблём Райтлета всплывает голографическое изображение ощетинившегося боевыми орудиями двумперского звездолёта, причём в натуральную величину. Впрочем, правильнее называть это изображение голографической моделью, так как у него та же температура и электрические характеристики, что и у настоящего корабля.

Несколько чудовищ, помедлив пару стеков, бросаются на голограмму. Втуне пощёлкав челюстями и помахав руками в пустом пространстве, они собираются вновь переключиться на настоящий звездолёт, но, к своему приятному удивлению, прямо перед ними в пространстве повисают кусочки самого вкусного на свете металла: магния. Опытный глаз охотника помогает не обделить угощением ни одно чудовище из тех, которые напали на голограмму.

– Процесс пошёл, – комментирует Сэн.

– Хорошие зверюшки, – отвечает Райтлет. – Продолжим. Давай ещё раз тот же три… двумперский. Ррр, не привыкну никак.

Во второй раз чудовища нападают на голограмму намного быстрее и веселее, за что получают больше магния. Кроме того, к первым энтузиастам присоединяются ещё несколько существ. Охотники повторяют процедуру ещё пару раз и замечают, что чудовищ вокруг стало больше.

– Ха, догадливые! – радуется Райтлет. – Сэн, давай теперь какой-нибудь не-двумперский.

Над звездолётом всплывает изображение космического корабля хриввалэйтнов. Он напоминает по форме боевой двумперский звездолёт, но отличается по температуре и цвету. Большинство чудовищ не реагирует на эту голограмму, но некоторые всё же бросаются в атаку. Этим торопыгам, конечно, никакого магния не полагается. Даже сородичи смотрят на них укоризненно, не говоря уж об охотниках. И этого достаточно: в следующий раз, когда появляется изображение не-двумперского корабля, нетерпеливые чудовища больше не кидаются на него.

Итак, за несколько дечасов Райтлет и Сэн успевают замечательно выдрессировать множество космических чудовищ. Отныне чудища яростно набрасываются на двумперские корабли и совершенно не обращают внимания на все прочие.

– Молодцы, отличная работа! – раздавая новоиспечённым защитникам Укрытого Рукава остатки магния, торжествует Райтлет.

– Научным методом и лаской кого угодно выдрессировать можно! – поддерживает Сэн. – Кроме, пожалуй, три… двумперцев.

Вдруг чудовища настораживаются и резко поворачиваются в одну сторону. Как убеждаются Райтлет и Сэн, к краю Укрытого Рукава приближается новый двумперский патруль, который вовсе не собирается уклоняться от встречи с космическими чудовищами. Напротив, внушительный по размерам флот летит угрожающе прямо и уже начинает швыряться во все стороны плазменными и твердоплазменными снарядами.

– Вот поросягаство! – плюётся Сэн.

– Спрячемся, чтобы они не догадались, кто науськал чудовищ, – заявляет Райтлет и жестом подзывает ближайшего мурчальника. – У меня как раз осталось ещё чуть-чуть магния.

Райтлет показывает кулаком с зажатым в нём кусочком ценного металла, что именно делать мурчальнику. Смышлёное чудовище быстро обвивает своим телом звездолёт и позволяет его экипажу спрятаться в своём густом меху. Необычное убежище даёт охотникам чувство такой безопасности, что они даже позволяют себе обменяться парой крепких поцелуев. И… соображений о том, как назвать новооткрытый вид.

– По-моему, этих зверюшек нужно назвать так, чтобы сразу было понятно, что они умные! – смеётся Сэн.

– С другой стороны, не стоит давать подсказки, – задумчиво произносит Райтлет. – Вдруг двумперцы всё каким-то образом узнают.

– Магниелюб… а, нет, этим они воспользуются…

– Я бы оставил им родовое название «чудовище». Удивительно, но никаких существ так больше не называли!

– Чудовище… сообразительное… укрыторукавное?

– А может, чудовище-кораблеед космическое?

– Прекрасно! Райтлет, ты молодец! И, похоже, телепат. Я только что придумала то же название.

– Все влюблённые – немного телепаты. А корфилли – тем более.

– И об этом я тоже подумала, корфилль!

Тем временем двумперский патруль добирается до чудовищ. И тут же его настигает возмездие: в считанные деминуты чудища превращают боевые корабли в металлолом. Лишь нескольким спасательным капсулам удаётся ускользнуть – и то совсем ненадолго: им не удаётся миновать смертельных объятий особенно сообразительных хваталков.

– У нас получилось! Получилось! Юур дефнерп! – радуются Райтлет и Сэн, покинув мягкое убежище.

Как только мурчальник разворачивается, на коннектар Райтлета приходит сообщение от Джекса:

– Друзья, надеюсь, вы уже расположили к себе чудовищ. Они нам нужны на орбите Фордокс-Примы. Как мы и боялись, двумперцы не отступили. Паукрабы позвали на помощь йорзе, а они принялись разрушать планету! Даже Подземелье нас не спасает, нам всем нужно срочно эвакуироваться! Скорее, ведите к нам ваших космических зверюшек! Эти чёртовы двумперские корабли повсюду!

– Скоро будем! – заверяет Джекса Райтлет.

Таким образом, к ближайшей магистральной трубе направляется целая эскадрилья борцов с Двумперией, разношёрстная в буквальном смысле слова.

Фордокс-Прима, к орбите которой спешат Райтлет, Сэн и космические чудовища – не из тех планет, что легко сдаются захватчикам. Несмотря на то, ещё самые первые колонисты отвергли всё, что связано с военным делом, а слово «армия» провозгласили грязным ругательством, планета далеко не беззащитна. Фордокс-Приму оберегают многочисленные генераторы мощных защитных полей, орбитальные системы слежения за окрестностями звезды Маньифика (которая известна землянам под неромантичным названием 46 Малого Льва) и несколько сотен высококвалифицированных специалистов – Мастеров Планетарной Безопасности. Слаженная работа естественного и искусственного интеллекта позволяет своевременно распознавать угрозы и справляться с ними ещё в космосе. Если всего этого оказывается недостаточно, за дело берутся отряды боевых роботов и даже бойцов-людей. Казалось бы, чем не армия? Во-первых, все эти бойцы – добровольцы. Никто не имеет права заставить фордокс-приманца заниматься тем, что ему не нравится. Во-вторых, бойцов никогда не натаскивают на беспрекословное подчинение приказам. Наоборот, они должны в первую очередь думать своей головой (или своим центральным процессором), проявлять смекалку и уметь грамотно отстоять любое своё решение даже перед самым великим командиром. Ещё одна черта, которая отличает фордокс-приманские оборонительные силы от армии – простое правило, которому они всегда следуют: не убивать противника, а обезоруживать его.

А лучше – вообще не доводить дело до сражения.

Однако на Фордокс-Приму ещё никогда не нападали такие сильные, быстрые и безжалостные противники, как паукрабы. Гравитационные возмущения, которые вызвали фэлконинговские генераторы чёрных дыр в опорных точках защитных полей, обезвредили первые несколько сотен боевых кораблей, но вскоре паукрабы вновь атаковали планету. На этот раз они были подготовлены гораздо лучше, и с гравитационными возмущениями справились легко. Не смутила паукрабов и другая находка из лаборатории Стефана: гравитационные лучи. Всеми силами многочисленные нахальные беспозвоночные старались продавить защиту планеты, не гнушаясь самыми подлыми методами. Например, никакие моральные принципы не запрещали паукрабам выпускать в сторону фордокс-приманских кораблей мерзкую паутину, которая не только мешала обзору, но и останавливала двигатели. Кроме того, паукрабы пользовались и хакерскими атаками, стараясь вывести из строя самое разное фордокс-приманское оборудование, в том числе жизненно важное – как на кораблях, так и на планете. Сами же паукрабы оказались очень хорошо защищены от хакеров: даже талантливому Джексу не удалось добраться до глубин их программных кодов. Казалось, что числом, скоростью и наглостью паукрабы всё-таки возьмут непокорную планету… но ценой неимоверных усилий, множества жизней и кораблей самоотверженные фордокс-приманцы и их верные инопланетные союзники сумели удержать паукрабские корабли в низких слоях атмосферы, так и не дав им приземлиться.

Паукрабы поняли, что без помощи им не справиться. Они вызвали йорзе. Йорзские корабли, внушавшие своим видом одновременно страх и отвращение, не стали прорываться к поверхности планеты. Наоборот, они плотной сферой облепили самые верхние слои атмосферы Фордокс-Примы и словно бы остановились в нерешительности. Все фордокс-приманские хакеры, в том числе и Джекс, быстро обнаружили, что у йорзе легко можно вывести из строя бортовые компьютеры и системы управления боевыми орудиями. Вскоре все звездолёты йорзе оказались обезоружены. Но это ни на что не повлияло: корабли застыли на месте.

– И чего они встали? – недоумевал Джекс, который вместе с ещё несколькими десятками хакеров находился в лаборатории Стефана. – Они нас хотят спровоцировать? Ничего не понимаю!

Стефан, который всё это время напряжённо размышлял, что ещё из его оборудования может пригодиться для защиты родной планеты, пробежался глазами по одному из экранов, на котором отображались результаты сканирования йорзских кораблей, и вдруг настороженно поинтересовался:

– А что это у них за тёмные пятна внутри корпусов?

– Не знаю, сколько ни сканировали, не сумели эти участки проанализировать, – ответил Джекс.

– Гиперполимер?

– Похоже на то. Но что они там прячут?

– Увеличь хотя бы одно пятно на изображении. Может, его форма что-то подскажет.

Стефан и Джекс впились взглядами в экран. Пятно, несомненно, представляло собой какое-то орудие. Но какое? По данным хакеров, на кораблях йорзе работало всё, кроме оружия.

И вдруг страшная догадка поразила киборга:

– Чёрт! Чёрт!!! Это был отвлекающий манёвр! Они хотят опустошить Фордокс-Приму, как опустошили Цеффан и сотни тысяч других миров!!! Я узнаю… узнаю эти орудия, йорзе взяли их у орхгов!

– Суки гиеньи! – высказался Стефан. – В Подземелье!

– Другого выхода нет!

Всего через несколько мгновений по планете разлетелось важное сообщение. И все фордокс-приманцы как будто бы испарились. На самом деле они переместились в хорошо укреплённое Подземелье, воспользовавшись специальными ручными телепортаторами, которые обязательно выдавали каждому уроженцу Фордокс-Примы ещё в начале жизни. Подземелье – это огромное пространство под поверхностью планеты, в котором было всё необходимое для жизни всего населения Фордокс-Примы в течение многих местных лет1 – мощные биореакторы и гигантские запасы клеток для них, медицинское оборудование, удобные жилища, копии лучших музеев, полностью развитые экосистемы и многое другое. В Подземелье находились и эвакуационные космические корабли – гигантские светло-голубые шары на своеобразных конических «подставках». Они предназначались для самого отчаянного шага – переселения на другую планету. Судя по всему, их час пробил: ведь на всех опустошённых планетах захватчики устанавливали генераторы жёсткого излучения и распыляли такую смертоубийственную смесь ядов, что даже самые стойкие бактерии и знаменитые космические тихоходки2 не смогли бы прожить там и деминуты. Всё для того, чтобы не вернулись старые хозяева планет, и не обосновались новые поселенцы.

Планету для переселения выбирали Мастера Космической Безопасности. Активно участвовали в обсуждении и всё те же Мастера Планетарной Безопасности, и другие Мастера, и прочие фордокс-приманцы. Дискуссия затянулась – с одной стороны, Мастера уже давно проработали многие и многие варианты, но с другой – на этот раз риск был велик как никогда. Никто так и не смог узнать, откуда именно в Укрытый Рукав проникли двумперцы, и где они могли подстерегать фордокс-приманцев при эвакуации.

Всё осложняло ещё и то, что несколько местных лет назад загадочным образом исчез тот самый прославленный капитан Мантецци, о котором недавно вспоминали Стефан и Таулак. Мастерство этого бельтальянского пилота было столь велико, что ни одна искорка не задевала его корабль, когда под самым крылом бушевала гроза, или извергался мощный вулкан… или даже взрывалась сверхновая.

И так же умело капитан Мантецци скрывался от внимания всего Млечного Пути.

Других талантливых пилотов на Фордокс-Приме было много, но они предлагали слишком разные пути, которые друг другу противоречили. Сходились все только в одном: лететь нужно разрозненными группами, чтобы хоть кому-то удалось добраться до новой Фордокс-Примы. Также предполагалось, что между группами будут курсировать патрули бойцов.

Вдруг в диспут встрял звонкий голос Стефана:

– Друзья! Предлагаю лететь на Фиави, по разработанному маршруту, но с хитростью. Каждая группа может выбрать себе опасную планету, в атмосферу которой может нырнуть в случае, если эти двумперские суки нас всё-таки достанут. Я знаю кучу миров на этом маршруте, где двумперцы за нами испугаются гнаться. Да, они не настолько храбрые, какими хотят казаться, уж поверьте моему опыту. Все тридцать три удовольствия – гейзеры, облака из серной кислоты, супервулканы, каменные дожди, непроглядные цветные туманы, моря соляной кислоты, лабиринты из острых скал, нескончаемые грозы… для наших капитанов грамотно провести свои группы по этим планетам, думаю, будет легко, а вот двумперцы вряд ли будут готовы.

– Я, конечно, не Мантецци, но между облаками из серной кислоты часто летаю, проведу своих, – сказал один из пилотов.

– Грозы – вообще не проблема, – присоединился второй.

– Значит, идея хорошая? – не без нотки самодовольства поинтересовался Стефан у остальных фордокс-приманцев.

– Хорошая! – грянул хор капитанов.

Другие жители благословенной планеты, которые привыкли доверять настоящим профессионалам, также поддержали идею Стефана.

– Ну, а я, пожалуй, вместе с бойцами полечу. Прикрою вас, если что. Не забывайте – у меня большой опыт в гонках на выживание!

– Чего-чего, а скромности тебе не занимать, – с лёгким сарказмом прокомментировал Джекс.

– Пошёл ты в задницу, уязвил мою милую гордыню.

– Летим немедленно! – раздались из разных уголков Подземелья радостные голоса.

– Подождите! – предостерегающе подняв руки, крикнул Джекс. – Йорзе вряд ли захотят нас отпускать! Но я уверен, нам помогут наши друзья, которые взялись дрессировать космических чудовищ. Если у них всё получилось, мы сумеем прорваться без потерь. Сейчас я друзей вызову, и вот тогда взлетим!

Прошли считанные деминуты, но в верхних слоях атмосферы Фордокс-Примы уже закипела битва между космическими чудовищами и двумперскими боевыми кораблями.

– Вылетайте прямо сейчас! – доносится из коннектара Джекса голос Райтлета. – Кораблей больше, чем чудовищ. Зверюшкам нужно время, чтобы справиться с ними со всеми. Двумперцы ещё и подкрепление высылают!

– Но пока двумперцы отвлеклись на наших чудищ, так что торопитесь! – добавляет Сэн.

– Спасибо вам огромное, друзья! – реагирует Джекс и подаёт знак однопланетянам.

Мгновенно фордокс-приманцы занимают места в эвакуационных кораблях. Некоторые из них – грузовые, и в них отправляется культурное и даже природное наследие гордой планеты. Открываются специальные тоннели, и звездолёты начинают разлетаться. Взору фордокс-приманцев открывается удручающее зрелище: планета уже опустошена. Зелёные континенты обратились в куски безжизненного обгорелого камня, вода почернела, а прекрасные города обратились в жалкие руины. На поверхности Фордокс-Примы с ужасающей скоростью нарастает паукрабская паутина, а паукрабские же роботы уродуют пространство безобразными двумперскими постройками, генераторами жёсткого излучения и распылителями ядов.

– Стоп, попробую-ка я кое-что сделать, – сообщает Стефану Джекс и выпрыгивает из готового к старту корабля. – Я всё-таки киборг, какое-то время я тут выдержу.

– Ты спятил? – вскрикивает Стефан.

– Возможно. Летите без меня! Нам-то всё равно с тобой на Хлонокоптер потом. Будем на связи.

– Ладно.

Про себя Стефан добавляет:

– Вот псих! Даже похлеще меня!

Проводив взглядом сферические корабли, которые храбро защищают дрессированные космические чудовища, Джекс устремляет взор к одному из паукрабских роботов. Машина эта как-то отбилась от своих «родичей» и занята какой-то туманной строительной деятельностью.

– Я тебя всё-таки разберу, сволочь, – шепчет Джекс и начинает подкрадываться к роботу, попутно копаясь в настройках собственных металлических рук, дабы обзавестись разными нужными инструментами.

При этом Джекс замечает, что не видит у робота ни единой электронной мысли. А вот целый поток других машинных мыслей доносится до него из-за спины…

«Стой! Дурак!»

«Чувак, не надо!»

«Оссссстановиссссссь ссссссейчас же!»

«Это небезопасно!»

Обернувшись, Джекс обнаруживает собратьев-киберпанков с Кибервирта в полном составе.

– Вы чего, ребята? – удивляется Джекс. – У вас что, вирусы? Дайте мне уже спокойно отловить эту паукрабью падлу!

– Джекс, если ты заберёшь ходострела – а именно так называется эта машина – паукрабы будут знать о ваших с командой перемещениях всё, – предупреждает Кузнецов. – И ещё они будут знать, о чём вы говорите, что едите на обед и чем занимаетесь на ночь глядя. Систему слежения нам ещё не удалось взломать. Мы потратили на неё очень много времени и энергии, но не добились вообще ничего даже с обновлённой логикой. Мощная защита. И хороша система слежения настолько, что и нас чуть не поймали. Мы были не в логове, когда пытались сделать то же, что и ты. Если бы мы не успели в последний стек дать ложный сигнал, паукрабы нас точно бы переплавили.

Подумав немного, Джекс отвечает:

– Так вот оно что… а я и не знал… в Энциклопедии, конечно, об этом не напишут. А я уж нехорошо о вас подумал!

– Я заметил, – кивает Реагент.

– Рассслабьсся. Органичесссские не сссасссстрахованы от ошшшибок, – добродушно шипит Питон. – И полуорганичесссссские тоже, и даже машшшшшины! Всссё хорошшшо.

– А не происходят ли паукрабские роботы с Кибервирта? – интересуется Джекс.

– Нет, – отвечает Щёточка, заметно прильнув к ногам Реагента. – Эти ходострелы – потомки паукрабских транспортных средств. Поэтому, кстати, они на вид неуклюжие, но на самом деле очень быстрые и маневренные.

– То есть, наша стоп-фраза на них не подействует.

– У них какая-то своя стоп-фраза, но мы ещё до неё не докопались.

– Ладно. Будем работать над этим дальше. Спасибо, что не дали мне сделать большую глупость.

– А ты думал, мы тебя, дурака, оставим, – усмехается Метаморф, который принял форму рослого серебристого кенгуру с оранжевыми глазами. – Куда вы летите дальше?

– На Хлонокоптер.

– Исчезнувшая из Энциклопедии планета… нормалёк, – откликается Четыре-на-Четыре. – Надо поискать источник правок в Энциклопедии.

– Что ж, тогда мы полетим к себе, – заключает Кузнецов, и роботы удаляются к своему хорошо замаскированному под окружение кораблю.

Не дойдя до корабля, Реагент оборачивается и обращается к Джексу:

– Один вопрос: ты видишь мысли ходострелов?

– В том-то и беда, что не вижу, – бормочет Джекс. – А ты?

– С ними что-то не так, это точно. Я выловил всего два слова.

– И каких же?

– «Слава паукрабихам!»

– Паукрабихам?

– Да.

– Странный шифр. Но я до него докопаюсь! Если найдётся способ нейтрализовать их систему слежения…

– Над этим поработаем мы. У тебя и так дел хватает. Возвращайся на корабль – твоё органическое тело здесь теперь долго не выдержит.

Джекс возвращается в свой звездолёт с неохотой, сожалением и гневом одновременно. Он считает себя виноватым во всём, что случилось. Да, он далеко не в одиночку защищал Фордокс-Приму. Да, йорзе – непревзойдённые мастера обмана. Да, так пал даже Цеффан, родина могущественных терраформов… но Джекс в подобных ситуациях привык всегда винить только себя. Будь он чуть-чуть повнимательнее, быть может, Фордокс-Приму и не опустошили бы, и по ней бы не ползали металлические прислужники проклятых паукрабов!

Или паукрабих…

После того, как мёртвый мир покидают роботы-киберпанки, рядом с ещё не успевшим взлететь кораблём их собрата-киборга падает кусок двумперского боевого звездолёта со следами зубов космических чудовищ.

– Последний! – доносится голос Райтлета из коннектара Джекса.

– Теперь наши зверюшки обучат своих собратьев во всём Рукаве, и никакая двумперская зараза сюда не сунется! – заявляет Сэн.

– Вы молодцы! – реагирует Джекс.

– Жалко только, вашу планету не успели спасти…

– В этом виноваты вовсе не вы, – со своей фирменной улыбкой приговорённого к казни произносит Джекс. – К счастью, в Галактике ещё есть живые миры – такие, как известный нам с вами Фиави. Надеюсь, мои однопланетяне по дороге к нему не попали в какую-нибудь засаду.

Тем временем фордокс-приманский флот успешно минует уже тринадцатую опасную планету на пути к «земле обетованной». Пока ни одной группе не пришлось окунаться в атмосферы негостеприимных миров.

– Фиави уже совсем близко! – замечает Стефан, включив связь со всеми группами. – Чувствуете, как усиливается притяжение? Это гравитация нового мира!

По закону подлости, именно после этих ободряющих слов Стефана обнаруживается очередная двумперская эскадрилья. Она невелика по размеру – в ней лишь пара десятков боевых кораблей – но за ней не следуют чудовища, и потому эти звездолёты чрезвычайно опасны. Собственно, они уже вынуждают фордокс-приманцев закрыться аргоновыми щитами, без предупреждения открыв стрельбу по их кораблям.

– Вот суки! – отплёвывается Стефан и, подумав немного, вновь обращается к однопланетянам: – Я беру двумперцев на себя!

– Доктор, это не Ваша забота, а наша! – отзывается один из фордокс-приманских бойцов.

– А я хочу сам им напакостить!

С этими словами Стефан направляет свой многострадальный кораблик прямо к двумперцам. Лихие кренделя, которые отчаянный любитель гонок на выживание выписывает прямо перед носом у врагов, вынуждает их переключить всё внимание на него. Остальным фордокс-приманцам в большинстве своём удаётся быстро уйти из засады и войти в горячую атмосферу планеты Гефшторм. Последним кораблям достаётся немного плазменных зарядов от двумперцев, но Стефан бесстрашно перерезает путь захватчикам. Ему достаточно долго удаётся отвлекать внимание двумперцев на себя и увёртываться от их снарядов и лазеров. Но вдруг из ниоткуда появляется какой-то крохотный двумперский кораблик, совсем не похожий на боевой звездолёт. Он приближается вплотную к кораблю Стефана, и фордокс-приманцу удаётся разглядеть в кабине ухмыляющиеся йорзские физиономии. Доктор Фэлконинг старается замысловатыми манёврами запутать назойливого преследователя, но двумперский кораблик оказывается слишком быстрым. В конце концов, он буквально прижимается к правому борту звездолёта Стефана. Ещё миг – и двумперцы неожиданно покидают фордокс-приманца, слегка проехавшись ещё и по левому борту.