Пьесы

Глава

Алексей Валентинович Дьячков родился и проживает в

пос. Ново-Синьково в Подмосковье. В этой книге, в отли-чии от первой книги прозы, представлены пьесы. Что, пожалуй, не случайно: кажется, пьеса ближе автору, поскольку видится им как довольно любопытный жанр,

разыгранное на бумаге действо, воплощаемое актерами

на сцене…

Пьеса – несколько отдельно стоящий от основной

литературы жанр. Требующий воплощения своего на

сцене. А в свете этого – и не простой. Отсюда и вопрос: материал ли это для массового чтения, или читать должен это только режиссер? И это, в некотором роде, –

дилемма для автора: стоит ли писать пьесы? И – не луч-ше ли вместо пьесы изобразить все же повесть?!

Вот-вот – в том-то все и дело! Ведь в данном жанре

из автора может вылезти такая (внешняя) эффектность

поведения на сцене его героев и в пику внутренней

правде человеческих переживаний, что вот этой-то самой правды и не останется, а возникнет (часто так и бывает) одно только шоу, в самом наинеприятнейшем изо

всех смыслов смысле. И тут уж не пьеса будет – а самый

что ни есть пошлый из пошлых водевильчик. Или еще

что похуже. (Еще Чехова, помните, обвиняли в обыден-

ности и несюжетности; да и за развязку ему доставалось.) Вот тут-то и есть соль : много – солѐно; мало –

пресно.

Сама по себе литература, во всех ее проявлениях, и

на взгляд даже притязательного читателя, не обязана

быть нескучной. Пьеса – никогда. В пьесе нет повествования – одно действие. Отсюда – некоторые, преподно-симые автором, «внешние (из разряда уже обговоренных

нами) эффекты», в ущерб той самой «внутренней прав-

де». И опытный драматург это хорошо понимает, ибо

ему, наравне с тем, что он хочет донести до сердца теат-рального зрителя, нужно и удержать зрителя в зале. В

противном случае, зритель просто покинет свое кресло, -

и это в лучшем случае. В худшем же – на сцену и в актеров полетят помидоры и все, что будет у зрителя под

рукой. Тут, как говорится, ответственность двойная. Отсюда большое отличие жанров искусства – театра и ки-

но. Экран выдержит любое насилие над собой, актер, на

театральной сцене, – никогда. Ибо душа его хрупка и

ранима.

В этом смысле все же проще режиссеру, – его хотя

бы зритель не видит на сцене и не знает в лицо, – он в

относительной безопасности.

Но первопричина «зла» всего описываемого все же -

драматург. Ибо – он «заварил всю кашу». И тут обще-ственное порицание, в случае неудачной премьеры, мо-

жет достигнуть наивысшей точки. История театральных

постановок немало знает подобных эксцессов.

В свете всего вышеизложенного, вы, конечно, спросите теперь у меня: а как насчет именно вот этого автора

напечатанных в этой книге пьес? Талантлив ли он? Не

скучен ли? И не «пересолил» ли с внешними эффекта-ми? И какова внутренняя, так сказать, канва взаимоотношений его героев? О, отвечу: не знаю! И знать не хо-чу! Ибо, похвали я его – и, в случае провала его на

сцене, буду вами бит; побраню – а его после премьеры

оглушат по голове овациями и завалят с головой (так, что он и продохнуть не сможет) цветами, – и тут я, конечно же, тоже буду бит. Самого Шоу после премьер его

пьес когда-то ругали так, что он хохотал и восторгался

ругательствами в свой адрес, – нервы у него были креп-че железных канатов… Да что там Шоу! – Чехову тоже

доставалось на орехи! (Впрочем, многое зависит и от

режиссера! Да и от актеров!) Нет уж, увольте! – ничего я

вам не скажу! А расскажете лучше потом мне вы сами,

когда прочтете написанное и представите, как бы все это

выглядело на сцене. (Ведь и сам Антон Павлович гово-

рил, что «нельзя судить о пьесе, не увидев ее на сцене».) Да-с…

А. Крашенинин

5

СЛУЧАЙ С АНУЧКИНЫМ

Драма в пяти действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Б о р и с П е т р о в и ч А н у ч к и н – мужчина лет

сорока пяти.

М а р и я С е р г е е в н а А н у ч к и н а – его жена.

А н д р е й А р к а д ь е в и ч – однокашник Бориса, с которым они давно не виделись.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а – его жена.

С т а р и к и – муж и жена, родители Марии Сергеев-

ны.

Л е н к а – дочь Анучкиных, девушка-студентка во-семнадцати лет.

П е т ь к а Ш е в ч е н к о – сослуживец Анучкина.

А н ю т а – девица в ресторане.

О ф и ц и а н т.

6 Алексей ДЬЯЧКОВ

действие первое

Дачный поселок у реки. На берегу реки сидит Б о р и с.

Б о р и с (в зал). Ах, как хорошо. Красота. В городе

– шум, пыль, гам… А сюда приезжаешь – и вся фермен-

тация побоку. Тишина. (Делает глубокий вдох). А воздух

какой…

На берег, с удочками в руке, насвистывая, выходит А н д-д р е й.

А н д р е й. ( Приглядывается.) Ну-ка, ну-ка. (Подходит ближе). Ба! Борис?! Ты или не ты?

Б о р и с ( оборачивается). Андрей?! Вот уж… Какими судьбами?!

А н д р е й. А вот такими… Заимели дачу на старо-

сти лет… Вот, знаешь, иду, любуюсь. (Поводит рукой, показывая на речку.) А ты же как здесь?

Б о р и с. Как это… Я ведь давно тут обитаю. У же-

ниных родителей тут дача. Так мы здесь каждые выход-

ные.

А н д р е й. Вот так штука… А мы вот недавно. От

жениных дальних родственников… Конечно, пришлось

немного заплатить. Но, ты, знаешь, я так рад… Воздух.

( Вдыхает глубоко.) А главное – речка. И рыба водится. Я

так пристрастился. Все стараюсь на реку.

Б о р и с. Да-а.

А н д р е й. Все работа, работа. А сюда приедешь –

и как будто уходит все. И время здесь течет медленно, тягуче… и такое спокойствие…

Случай с Анучкиным 7

Б о р и с (улыбаясь). Вот и я так же… Все же природа

– великая штука… Но послушай: как ты? где ты? Мы же

с тобой после института ни разу и не встретились. Я

спрашивал у наших: говорили по-разному… уехал.

А н д р е й. Уезжал. А теперь вот здесь. Сейчас ведь

такие времена. Работаешь за троих, ни роздыху, ни продыху. Но, слушай – как я рад тебя видеть!..

Б о р и с. Знаешь, а ведь это – судьба. Вспрыснем

такое дело. Гори оно все огнем…

А н д р е й. Ах, как вот ты хорошо сказал: «Вспрыс-

нем». Признаться, я уже давно забыл это слово. Есть в

нем что-то возвышенное, какая-то надежда на будущее –

как будто росток взошел из земли и выбросил свои ли-

сточки к солнцу, и дождичек его побрызгал из тучки, чтобы он вот так рос и рос… Не дадим засохнуть этому

ростку нашей встречи!

Б о р и с (растроганно). Я, знаешь, и сам позабыл, а

тут, вдруг почему-то всплыло, как-то нахлынуло…

А н д р е й. Сколько же лет мы не виделись?!

Б о р и с. Ох, и не говори…

А н д р е й. Да, слушай, только где же мы теперь

возьмем? Поздно. И в деревне магазин уже закрыт.

Б о р и с (сматывая удочку.) Ничего. У меня есть.

Хоть моя благоверная и бдит, но я, знаешь, имею тайничок. Вот так да, вот так встреча… А помнишь, как ты

мне, черт, с утра усы нарисовал, и я так и пошел на лекцию?

А н д р е й (смеясь). А профессор и говорит: «Что

это у вас под носом, Анучкин?

Б о р и с. Да, были времена. Ну, идем, идем. Не бу-

дем тратить время.

Темнеет. Подходят к даче Бориса.

А н д р е й. В окнах нет света. Все-таки неловко, Борис.

8 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с. В самом деле – спят. ( Чешет затылок.) Моя

благоверная дрыхнет. Но, ничего. ( Решительно). Идем в

баню. У меня чудесная баня. Там и посидим, и вспрыс-

нем. Такая встреча, знаешь, бывает раз в жизни.

Осторожно проходят в баню.

Б о р и с. Вот, располагайся. Сейчас все будет – как

в ресторане. Все по высшему разряду. Это мое владение, моя пещера. Тут нам никто не помешает. Вспрыснем.

( Потирает руки, уходит, лезет на чердак).

На столе: закуска, бутылка водки, горит свеча. Выпили

по полстакана.

А н д р е й. Ах, как чудесно… Да, брат… Вот как

бывает в жизни. Не виделись, не виделись – и вот-те-

нате. Лоб в лоб, а?! Судьба это, или мир так уж тесен, как говорят?

Б о р и с. Знаешь, я часто вспоминаю наше студен-

чество.

А н д р е й. Да, то была беззаботная юность. Все

было как-то выше, шире и значимей, а?!

Б о р и с. Пожалуй. И верилось во что-то великое.

Сидят некоторое время молча.

Б о р и с. Закуска, ты уж извини – надергал на ого-

роде… В дом и правда – лучше не заходить.

А н д р е й. Что ты, что ты, право… Чудесно. Как я

рад.

Б о р и с. Вот как вспомню, что в понедельник опять

на работу. Жить, поверишь, не хочется. Такой контраст

– здесь и там. Опять терпеть эту грымзу… Ох, Андрей.

( Вздыхает.)

А н д р е й. Что же за грымза?

Случай с Анучкиным 9

Б о р и с. Да, начальница… Нету хуже, Андрей, ко-

гда над мужиками баба начальник. Нет, не дай Бог, ни-

кому не пожелаю.

А н д р е й. Что же, такой тарантул?

Б о р и с. Ты не представляешь!

А н д р е й. Что же: старая или молодая?

Б о р и с. Не то что бы… Ни так, ни сяк.

А н д р е й (улыбаясь). Ну, а если (делает рукой вол-нистое движение – как плавает рыба)…

Б о р и с. Ну! Ни-ни! Что ты! Не подступись. Попро-

буешь пошутить и то – так зыркнет… И что ужасно, ведь какой порядок завела: все время чтоб работать, работать – ни минуты без дела. А уж кого подловила –

бац! – и штраф!

А н д р е й. Да, время. Раньше бы такую…

Б о р и с. Капитализм… Мужик-начальник – что ни

говори, а точки соприкосновения найти можно. Но, здесь – стена…

А н д р е й. Выпьем, Борис, что б ей ни дна, ни по-крышки.

Б о р и с. Выпьем, что б ей… Ура!

Выпив, сидят некоторое время с довольными лицами.

А н д р е й. Все-таки хорошо.

Б о р и с. Хорошо.

А н д р е й. Споем нашу. Помнишь?

Поют громко «Там вдали за рекой…» Открывается дверь.

Всовывается испуганно-любопытное лицо Марии Сергеевны.

М а р и я С е р г е е в н а. Батюшки! (Входит, в ночной рубашке, плечи прикрыты платком.) Что это?! Бобик, что это такое? (Возмущенно.) Что тут происходит?! Я уже

спала… И вдруг ужасные крики доносятся из нашей ба-

ни. Я проснулась сама не своя.

10 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с ( встает, испуганно). М-м-м… Машенька, Манюнечка… Это мы… Не пугайся. Это мы с Андрюшей.

М а р и я С е р г е е в н а. Как это, ничего не понимаю…

Б о р и с. Это мы с Андрюшей здесь. Будь добра…

(Икает.) Познакомься. Это мой старый… ( Опять икает.) Мой однокашник. Мы давно не виделись – и вот, представь… ( Опять икает.)

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, тебе нельзя пить.

Ты начинаешь икать. Это вредно. ( Андрею.) Очень приятно. ( Смущенно.) Извините, я в таком виде. Мария Сергеевна. Маша.

А н д р е й. Ничего, ничего. ( Встает.) Андрей Аркадьевич… Андрей. Очень приятно. Вы нас извините.

Мы, правда, громко… и вот засиделись.

М а р и я С е р г е е в н а. Ну что же вы – в бане?!

Бобик?!. Что подумает Андрей Аркадьевич… Ты меня

ставишь в неудобное положение…

А н д р е й. Что вы, что вы, мы тут чудесно…

М а р и я С е р г е е в н а. Нет-нет, это ужасно, ужасно… В бане… Бобик… Бобик приглашай гостя в

дом. ( Андрею.) Вы меня извините. Пять минут. Мне нужно одеться. ( Уходит.)

Б о р и с ( захмелевшим голосом ей вдогонку). Манюсик, мы идем!

А н д р е й. Неудобно, Борис. Я пойду.

Б о р и с. Нет, нет! Что ты! Конечно, мой Манюсик

иногда: р-р-р! ( Рычит.) Но теперь уже поздно – будем

сдаваться вместе. При постороннем она не будет рычать.

( Обнимает Андрея.) Неужели ты меня бросишь?! (Целует.) А н д р е й. И все же… Ты говорил и родители твоей жены здесь.

Б о р и с. Ничего, ничего… В самом деле: что я – не

имею права?! ( Напевает.) «О, друг мой, юности моей…

Пойдем, пойдем, вкусим из этой полной чаши…»

Случай с Анучкиным 11

Входят в дом. Мария Сергеевна, приодевшаяся собирает

на стол.

М а р и я С е р г е е в н а. Проходите, проходите, садитесь Андрей… Аркадьевич.

А н д р е й. Да, что там… можно просто – Андрей.

Без приамбул…

М а р и я С е р г е е в н а ( кокетничая). Хорошо, садитесь, Андрей. Бобик, а ты не садись. Вот порежь

колбасу. ( Андрею). Знаете, неожиданно, на скорую ру-ку…

А н д р е й. Ничего, ничего. Замечательно. Знать бы, что такая встреча, тогда бы – конечно.

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, аккуратней, не так

крупно и поровней. И порежь хлеб.

Мария Сергеевна уходит, приносит бутылку коньяка. Садятся за стол.

М а р и я С е р г е е в н а. Наливайте, Андрей Аркадьевич… Андрей . (Поправляет прическу.) Я против того, чтобы Бобик выпивал. Он становится сам не свой, и вот

опять же икота. Почему-то начинает икать, краснеет. Я

боюсь, как бы с ним чего не случилось, какого-нибудь

удара. Но для гостей вот держу. Давайте выпьем… за

встречу…

Б о р и с. Да, Маша. Ты знаешь – удивительно: мы

не виделись… ( Икает.)

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик запей. ( Подает ему

стакан с водой. Борис пьет.) А теперь глубоко вдохни, -

не собираешься же ты все время икать. ( Андрею.) Конечно, время идет, мы не становимся моложе. ( Поправляет

прическу.) Молодость куда-то ушла и не сказала куда…

У нас уже взрослая дочь… У вас есть дети?

А н д р е й. Сын…

М а р и я С е р г е е в н а. Что вы говорите?!

12 Алексей ДЬЯЧКОВ

А н д р е й. Да. Школьник. Учится в… в старших

классах…

М а р и я С е р г е е в н а. Да, дети – это забота, это

– ответственность. Глаз да глаз; и о себе не думаешь –

все о них. У нас – дочь, учится в университете. Правда, я

была против ее специальности. Но она настояла. Что

вы?! Был конфликт. И я ей говорила, что сейчас ее спе-циальность не в моде… Но дети сейчас… Приходится

считаться… Дети сейчас живут не для родителей – как

вы думаете?

А н д р е й. Да, влияние времени…

М а р и я С е р г е е в н а. Да. Ведь вы помните, как

мы относились к родителям. Мы уважали, мы спраши-вали совета…

Б о р и с. М-м. ( Громко икает.)

М а р и я С е р г е е в н а (морщится). Бобик, пойди, поикай на крыльцо. Это ведь несносно, когда человек так икает. Ведь так можно и другим подавиться, слушая твою икоту. Андрей, кушайте, закусывайте.

Борис уходит на крыльцо.

М а р и я С е р г е е в н а. Давайте выпьем за детей.

Дети – это наша неодинокая старость.

Выпивают. Некоторое время сидят молча. А н д р е й, смущаясь, оглядывает комнату. М а р и я С е р г е е в н а изредка, с любопытством посматривает на него.

Входит Б о р и с.

Б о р и с. Наконец, отвязалась. Ужасно, когда

нападает икота. Как-то внутри становится натянуто все, как будто что-то хочет вырваться наружу, и не может.

Думаешь: хоть бы уж вырвалось.

А н д р е й. Что же ты, часто икаешь?

Случай с Анучкиным 13

Б о р и с. Да, признаться, особенно, когда выпью.

Может, это болезнь?

А н д р е й. Ну, вряд ли.

М а р и я С е р г е е в н а. И представьте себе – это

бывает с ним, в основном, когда он выпьет.

А н д р е й ( улыбаясь). Ну, ничего. Это не самое

страшное. Вот ведь и прошло уже.

М а р и я С е р г е е в н а. Да, что-то сегодня быстро. Ну что же, Андрей, не забывайте свои обязанности, наполните «бокалы». Мы выпьем за здоровье. Чтобы

оно было полным, как вот эти бокалы. (Смотрит укоризненно на Бориса). Что бы оно «не вырывалось наружу», а

всегда было при нас.

Б о р и с. Ты, Маша, как всегда прекрасно сказала.

А н д р е й. Чудесный тост.

Слышится женский голос с улицы: «Андрей, Ан-

дрюша!»

А н д р е й (испуганно). Батюшки, жена! (Тихо). Как-то она вылетела у меня из головы. Ах, как неловко. ( Высовывается в окно.) Люсик, дорогая, я иду.

М а р и я С е р г е е в н а. Нет, нет, Андрей Аркадьевич, пригласите вашу жену сюда, право, неудобно…

А н д р е й ( отходит от окна. Не громко). Как это я

про нее забыл, черт.

М а р и я С е р г е е в н а (спросив у Андрея, как зовут

его жену, высовывается в окно,кричит). Людмила Васильевна! Заходите, пожалуйста, проходите. ( Выходит на улицу.)

М а р и я С е р г е е в н а и Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а

входят вместе.

А н д р е й (с виноватым видом идет к жене). Люсик, прости! прости! прости! Но, такая встреча…

14 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с ( встает, изумленно). Людмила Васильевна?!

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (удивленно). Анучкин?!

А н д р е й и М а р и я С е р г е е в н а ( одновременно). Как, вы знакомы?!

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Да уж. ( С трудом

приходит в себя.) Мы с вашим м…м… вместе работаем.

Б о р и с. Да уж… ( Икает.)

А н д р е й. Вот это случай! Удивительные сегодня

случаи происходят.

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, выпей воды.

( Людмиле Васильевне). Вы садитесь, пожалуйста. Присаживайтесь. Андрей Аркадьевич, поухаживайте за женой. (Подает чистую тарелку.)

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (неохотно садится.

Сердито). Андрей, ты ушел – и пропал. Я ждала, ждала

и вот, пошла искать. И услышала твой голос.

А н д р е й. Люсик, ну прости. Видишь, какой слу-

чай. Мы с Борисом…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (изредка взглядывает

на Бориса). Учились вместе. Я поняла… И все же нужно предупреждать…

М а р и я С е р г е е в н а. Давайте выпьем! Давайте выпьем за встречу. Бобик, наливай.

Борис еще не пришел в себя, берет бутылку, но, когда хочет налить, опять икает, рука его дергается.

М а р и я С е р г е е в н а. Бобик, да выпей же воды.

(Андрею.) Андрей Аркадьевич, наливайте.

А н д р е й. Да-да. (Разливает в рюмки.) Люсик, выпьем. Такой случай, такая встреча: представь, мы с Борисом…

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Я слышала, слыша-ла – вместе учились…

Случай с Анучкиным 15

М а р и я С е р г е е в н а. За встречу!

А н д р е й. За встречу!

Чокаются.

Б о р и с (не чокаясь). За вас, Людмила Васильевна!

(Выпивает залпом, резко запрокинув голову.)

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Значит, у вас здесь

дача?

А н д р е й. Да, представь себе, Люсик, такой слу-

чай… И как это мы с Борисом раньше не встретились.

Странно.

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а (оглядывает веранду.

Марии Сергеевне). А мы, знаете ли, недавно.

М а р и я С е р г е е в н а. Да, Андрей Аркадьевич

нам рассказал. Как же вам здесь?

Л ю д м и л а В а с и л ь е в н а. Чудесно. Такая

природа. Речка. Воздух. (Изредка недовольно взглядывает

на Бориса.)

М а р и я С е р г е е в н а. Значит, вы с Бобиком

работаете вместе?!

Б о р и с (вздохнув, трагично). Людмила Васильевна

– мой начальник.

А н д р е й (удивленно смотрит на Бориса). Как?!. Но

ты же говорил, что она… она… (Зло.) Ну, знаешь, Борис… а ну-ка, пойдем, выйдем. Покурим.

Выходят на крыльцо. Андрей прикуривает от зажигалки и

не дает прикурить тянущемуся к нему с сигаретой в зубах Борису.

А н д р е й (нервно). Ну, знаешь, Борис… Ты такого

наговорил о моей жене… Ты назвал ее мегерой, этим, как его, тарантулом… и еще черт знает как… Я так об-радовался, встретив тебя… А ведь мы были друзьями…

А ты взял и все… такими словами…

16 Алексей ДЬЯЧКОВ

Б о р и с (виновато оправдываясь). Честное слово, Андрей… Если бы я знал… Но, ты пойми и меня… Такой случай… Я сам не рад…

А н д р е й. Что?!

Б о р и с. Нет, я, конечно, рад… Рад, что встретил

тебя… Но, кто же знал, что так случится… Вот уж поис-

тине – гора с горой, а Магомед с Магомедом… Нет, как-

то ведь не так… Мир тесен, вот… Такой случай… (Икает.)

А н д р е й. Перестань икать, черт возьми… Случай,

случай… Тебе придется извиниться… Это черт знает

что… Такими словами…

Б о р и с. Конечно, Андрей, конечно. Изволь, я го-

тов… Изволь… Сатисфакция и всякое прочее… (Икает.)

А н д р е й. Если бы ты не был… Если бы мы с то-

бой не… Я бы дал тебе в морду…

Б о р и с. Изволь, Андрей… Да, но такой случай. Я

сам не могу до сих пор поверить, в себя не могу прийти.

(Икает.)

А н д р е й (раздраженно). Это твое икание… совершенно неуместно, прекрати.

Б о р и с. Изволь, Андрей, я готов для тебя на все…

Но перестать икать не могу. Ведь это не зависит… это

от удивления… это природа…

А н д р е й (зло сплевывает). Идем за стол, неудобно… И все же – я на тебя очень зол.

Входят в дом. А н д р е й берет и рассматривает какую-то книжку, взятую с полки. Б о р и с пьет воду из чайника. За