Там и здесь, а точнее Нигде

Глава

– Вчера из зоопарка Сингапура две гориллы пытались совершить побег. Они ухитрились перекинуть лианы через забор, ограждавший их вольер, и взобрались по ним практически до самого верха, но в последний момент их подвела жадность. Когда они были уже почти на свободе, одна из них заметила лежавший на земле одинокий банан и не устояла перед искушением на прощанье отведать казённой пищи. Вторая тут же последовала за ней, догнала и попыталась его отобрать. Завязалась драка. На шум сбежались сотрудники зоопарка, которым с большим трудом удалось разнять дерущихся приматов. Естественно, что после этого инцидента, ни о каком побеге речи идти уже не могло. Разъярённых горилл заперли по разным клеткам, где им оставалось только зализывать раны и злиться на самих себя.

Пока диктор произносил этот текст, на экране телевизора по очереди появлялись, то одна горилла, забившаяся в тёмный угол и прятавшая от видеокамер своё лицо, то другая, сидящая на самом краю клетки, вцепившись в железные прутья мохнатыми лапами и хмуро исподлобья смотрящая прямо в объектив.

Диктор за кадром сочувственно вздохнул.

– Да, свобода была так близко, но теперь им, как говорится, век свободы не видать.

Сюжет закончился и вместо горилл на экране возник улыбающийся ведущий Антон Горностаев.

– Вот так, всегда и бывает, – начал он. – Тебе выпадает единственный шанс что-то изменить в своей жизни, и ты полон решимости им воспользоваться, но тут на пути появляется банан, или просто кожура от него. Ты на ней поскальзываешься и всё – открытый перелом.

Заиграла приятная музыка, и по экрану поползла карта страны с названиями городов и цифрами температуры напротив каждого из них.

Коля отхлебнул кофе и посмотрел на часы. Он опаздывал на работу всего минут на сорок, а значит, торопиться было некуда и можно было спокойно закончить завтрак.

«А может, вообще туда не ходить»? – Промелькнула соблазнительная мысль. – «Наверняка никто и не заметит, что меня нет. Посмотрю спокойно телевизор или схожу в кино».

Сразу после погоды начался сюжет про Австралию. Там творилось что-то совершенно несуразное. В то время, когда одна половина материка сгорала в пожаре, вызванном небывалой жарой и засухой, другая норовила вот-вот уйти под воду из-за невиданного наводнения.

– Вот бы наклонить эту Австралию так, чтобы вода с одной её половины перелилась на другую, – прокомментировал происходящее Горностаев. – Жаль только, что сделать это не так-то просто.

Коля пожал плечами, как бы соглашаясь с ним. Действительно, наклонить целый материк дело нелёгкое.

Он допил уже остывший кофе и переключился на другой канал.

От обилия информации, хлынувшей на него, у Коли сразу же зарябило в глазах. Тут было всё. И три бегущие строки с последними новостями в самом низу экрана, и курсы валют, и даже часы, показывающие по очереди время во всех часовых поясах мира.

Двое ведущих о чём-то непринуждённо беседовали друг с другом, но из их речи можно было понять только то, что какие-то индексы постоянно куда-то падали, и это наводило на невесёлые мысли о серьёзных проблемах давно уже наметившихся в работе почтовой службы.

Видимо, этот канал был создан специально для тайно захвативших землю шестиглазых пауков, способных с лёгкостью воспринять всю эту информацию за завтраком, одновременно мешая сахар в чашке кофе и намазывая бутерброд маслом. Для Коли же, который ещё не окончательно проснулся, это было чересчур сложно.

– Вот теперь, точно не пойду на работу, – вслух сказал он и переключился обратно.

– Восемьдесят процентов опрошенных по этому вопросу придерживаются того же мнения, – радостно сообщил Антон Горностаев. – Пятнадцать процентов считают это вредной привычкой, с которой надо бороться всеми возможными способами. Четыре с половиной процента не так давно от неё избавились и теперь чувствуют себя гораздо лучше. И только оставшиеся полпроцента всех опрошенных признались, что наслаждаются ею и бросать не собираются.

– Как видите, – продолжил ведущий, – факты говорят сами за себя. Люди теперь, и особенно молодёжь, выбирают здоровый образ жизни.

Коля посмотрел на часы, вздохнул и пошёл собираться.

– Может, хоть пробок сегодня не будет, тогда опоздаю всего на час, – подбодрил он сам себя.

– А теперь, немного о фантастике, – тут же откликнулся Горностаев. – Мало кто знает, что знаменитый фильм «Звёздные войны» первоначально задумывался всего лишь, как рекламный ролик известного лимонада, в котором жестяные банки, замаскированные под космические корабли, должны были лихо бороздить просторы вселенной, периодически постреливая друг в друга разноцветными струями этого шипучего напитка. Но вышло так, что бюджет, выделенный фирмой-производителем на создание ролика, оказался столь велик, что его хватило на целую эпопею!

Коля отправился в комнату искать достойную пару, найденному под столом носку, а вслед ему донеслось.

– К сожалению, наша программа подошла к концу. Я желаю всем хорошего настроения и отличных выходных. Мы с вами встретимся, как всегда в понедельник в это же время на нашем канале. Всего вам доброго.

«Хорошо, что завтра выходной»! – Подумал он.

Была пятница и после работы, Коля с друзьями отправился в спорт-бар (в самом этом словосочетании было заключено некое противоречие), пропустить по кружечке пива и посмотреть футбол на большом экране. Не то, чтобы сам он сильно любил эту игру, но все его коллеги были ярыми болельщиками, а прослыть белой вороной ему не хотелось. Поэтому он выучил название команды, за которую они болели, и фамилии основных игроков.

Понять, почему футбол вызывал у других такую бурю эмоций, он не мог. Вид зелёного поля действовал на него успокаивающе, а рёв стадиона сильно напоминал морской прибой. И даже бодрый голос комментатора не мешал ему периодически впадать в блаженную дрёму.

Больше всего его удивляло то, что все так радуются, когда кто-нибудь из игроков забивает гол. Радость игрока была ему понятна. К неплохому окладу тот получал ещё и солидную премию. И пока его товарищи всей командой наскакивали на него, стараясь сломать ему хотя бы пару рёбер, он мог спокойно поразмышлять, что часть её можно потратить на покупку ещё одной виллы на Мальдивах, а то, что останется отдать жене, чтобы она, наконец, купила себе новые замшевые сапожки и «Ягуар», соответствующего цвета.

Несомненно, Коля проявил бы к игре гораздо больший интерес, если бы, хоть малюсенькая часть этой премии перепадала лично ему. Вместе со всеми он стал бы кричать в телевизор бодрые речёвки и вскакивать с места в благородном порыве, проливая пиво на стол и окружающих. Но, к сожалению, для всего футбольного мира, терявшего в его лице азартнейшего болельщика, его премия не зависела от забитых кем-то голов, а зависела она от множества совершено неопределённых факторов, найти разумное объяснение которым, не удалось бы, ни одному специалисту по случайным числам и теории вероятности.

В связи с этим, Коля предпочитал тихо посасывать пиво где-нибудь с краю, не проявляя излишнего энтузиазма по поводу игры и лишь иногда обмениваясь многозначительными взглядами с друзьями.

В тот вечер команда, за которую они болели, в очередной раз проиграла. Послематчевые дебаты, как всегда, начались с банального предположения о том, что судья был подкуплен, а закончились единогласным признанием тренера команды соперников колдуном вуду.

Когда они вышли из бара, на улице было уже темно. Попрощавшись с друзьями, Коля некоторое время простоял посреди дороги в тяжёлых раздумьях о судьбе отечественного футбола.

Выйти из этого блаженного состояния, чем-то похожего на полную отрешённость опытных йогов, ему помог обычный фонарный столб, о который, слегка пошатнувшись, он стукнулся головой. Эта небольшая встряска вернула его к реальности и позволила сфокусироваться на зелёных цифрах электронных часов, горевших на одном из зданий неподалёку. Определив, что на метро он ещё успевает, Коля взял курс и вскоре уже спускался по широким ступеням подземного перехода.

Жетон в кармане пальто нашёлся на удивление быстро, но лезть в маленькую щель турникета он упорно не желал. Запихать его туда Коле удалось лишь с десятой попытки. Раза три он ронял его на пол, а один раз в отчаянии даже пнул ногой бессердечный автомат, не способный понять те чувства, которые овладевают человеком в пятницу вечером.

Уже после того, как турникет был побеждён, он неожиданно вспомнил историю про Дона Кихота и мельницу.

«И почему его считали сумасшедшим»? – Думал он, стоя на эскалаторе и держась двумя руками за бегущий поручень. – «В мире есть столько гораздо более ужасных вещей, чем мельницы, с которыми почему-то никому и в голову не приходит бороться».

На платформе, было чересчур безлюдно даже для столь позднего времени. В дальнем её конце расположилась группа людей в защитном камуфляже. Они разливали по пластиковым стаканчикам водку и чокались с цыганками, одетыми в туркменские халаты.

Кроме них на платформе был ещё всего один человек. Он спал, сидя на полу, прислонившись спиной к мраморной колонне и вытянув ноги вперёд. Одна его рука безвольно упала на гранитный пол, и под зажатой в ней бутылкой портвейна чернела засохшая лужа.

Подойдя к ограничительной линии, Коля, как в школе на линейке, выровнял по ней носки и, слегка наклонившись вперёд, посмотрел вправо и влево. Поезда видно не было, и горел красный сигнал светофора.

«Похоже, что только ушёл», – подумал он.

На другом конце станции раздался взрыв смеха. Коля посмотрел в ту сторону и увидел странную картину. Мужчины в камуфляже соскочили с платформы на рельсы и оттуда галантно подавали руки цыганкам, приглашая их сделать тоже самое. Цыганки заливисто смеялись и, прыгая к своим кавалерам, громко звенели монистами. Не переставая хохотать, они направились прямо в туннель и довольно быстро скрылись за поворотом.

Коля встряхнул головой, пытаясь осознать происходящее.

«Так не бывает», – подумал он.

«А может, бывает». – Тут же мелькнула другая мысль. – «Ведь надо же им где-то ночевать».

«Хорошо бы посмотреть, куда это они направились».

Последняя мысль вряд ли была разумной, но она так взбудоражила его кровь, что противиться ей он был не в состоянии.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что кроме него и спящего у колонны человека на платформе всё так же никого не было, Коля спрыгнул вниз и, пригибаясь, побежал вдоль рельс. Пробегая мимо светофора, он увидел, что тот переключился и стал зелёным.

«Что-то мне всё это не нравится», – подумал он, но назад не повернул.

Отбежав уже довольно далеко, он услышал за спиной сильно приглушённый голос дежурной по станции.

– На прибывающий поезд посадки нет!

«Только этого не хватало». – Пронеслось у него в голове.

За спиной послышался еле слышный гул.

«Надо срочно что-то делать». – Его мозг начал судорожно искать выход из создавшегося положения. – «Куда же подевались эти пройдохи? Только бы их найти, и тогда всё будет в порядке».

Гул становился всё громче.

Коля побежал по тёмному тоннелю, вглядываясь в полукруглые ребристые стены, но ничего похожего на дверь, за которой они могли бы спрятаться, видно не было.

У себя за спиной он слышал уже не лёгкий шум, а страшный грохот и, боясь обернуться назад, нёсся вперёд, что было сил. Вдруг, где-то совсем близко раздался резкий свисток, в ту же секунду он увидел в стене пустую нишу, как раз в человеческий рост. Она была совсем не глубокой, но показалась ему просторной, словно пентхаус в центре Москвы.

Нырнув в неё, он плотно прижался спиной к стене. Его сердце билось внутри грудной клетки с остервенением только, что пойманной птицы.

Пытаясь его утихомирить, он с удивлением смотрел на медленно проползающий мимо него состав, состоящий всего из двух вагонов. Во втором вагоне, как ни странно, обнаружились всё те же мужчины в камуфляже и цыганки. Они смеялись, и, похоже, что смеялись над ним. Цыганки, не смущаясь, тыкали пальцами в его сторону и, видимо, отпускали остроты.

Когда поезд проехал, Коля, чуть-чуть отдышавшись, выскочил на рельсы и побежал вслед за ним. Но как бы медленно тот не двигался, догнать его оказалось совершенно невозможно. Пробежав совсем немного и увидев, что эта погоня обречена на провал, он почувствовал страшный упадок сил, и тут же споткнувшись о шпалу, упал. Лёжа на рельсах, он внезапно осознал всю глупость своей выходки. Сил, чтобы встать у него уже не было, да и желания тоже. Он только с трудом поднял голову и проводил взглядом удаляющийся состав.

В заднем окне вагона появилась одна из цыганок. Она помахала ему платком, а потом, всё так же смеясь, указала на что-то за его спиной.

Впереди была развилка. Поезд нырнул в левый тоннель и почти сразу исчез из вида.

Обернувшись в указанную цыганкой сторону, Коля увидел то, что на самом деле создавало гул, который он сначала принял за шум поезда.

Со страшным рёвом, ударяясь о стенки тоннеля, на него летел бурлящий водный поток, во главе которого, словно пасть дикого зверя, брызгая пеной, вздымалась огромная волна. На мгновение ему показалось, что эта пасть раскрылась над ним и застыла, давая ему возможность осознать всю его беспомощность и отчаяние. Он дико огляделся в поисках ещё одной спасительной ниши, но даже если бы она и нашлась, добежать до неё времени уже не оставалось.

Вода обрушилась на него, подхватила и понесла по тоннелю. Поначалу Коля пытался с ней бороться. Он отчаянно дрыгал руками и ногами, но очень скоро силы его иссякли.

«Будь, что будет», – подумал он.

А потом, что-то ударило его по голове, и он потерял сознание.

Коля плыл по реке на надувном матрасе, лёжа на спине. Над его головой медленно проползали ветки деревьев, склонившихся над водой. Он думал, что сейчас, наверное, очень похож на ёжика в тумане, и трёхдневная небритость должна была только добавлять сходства.

Луна неподвижно висела над ним. Иногда облака, словно большие хищные звери заглатывали её желтый диск, но почти сразу отпускали его и быстро уносились прочь, как будто ища добычу пожирнее. Один раз над ним пролетела летучая мышь.

– Вот было бы здорово, если бы летучие мыши… – Додумать свою мысль он не успел. Луна исчезла, и вместо неё перед самым его носом возникла огромная драконья морда с потухшей папиросой в зубах.

– Прикурить не найдется? – Морда вежливо улыбнулась.

Коля порылся в карманах и достал зажигалку. Он несколько раз чиркнул ею, но безрезультатно.

Дракон осклабился. Он вынул папиросу изо рта, дунул на нее тоненькой струйкой огня и вставил обратно между кривых острых зубов. Выпустив кольцо дыма, он неожиданно предложил.

– А, может по пивку? Тут недалеко есть одно чудесное местечко. Могу показать.

«Почему бы и нет», – подумал Коля. – «Куда принесет река еще неизвестно, а тут говорящий дракон предлагает выпить пива. Выглядит заманчиво».

Он был уверен, что думал про себя, но оказалось, что дракон его прекрасно понял и улыбнулся ещё шире.

– Ну, раз ты не против, тогда пошли.

Дракон повернулся к Коле спиной и, тяжело переваливаясь с лапы на лапу, полез вверх по обрывистому берегу реки.

Пытаясь слезть с матраса, не замочив ног, Коля искупался в воде по пояс. И, хотя она оказалась на удивление тёплой, ему всё равно было ужасно неприятно.

Увидев это, дракон лишь ехидно усмехнулся.

Почти сразу за обрывом начались густые заросли каких-то ужасно колючих растений. Простому человеку без специального снаряжения ни за что не удалось бы их преодолеть, а для дракона это оказалось парой пустяков. Он шёл впереди, как ледокол, рассекая своим бронированным брюхом стену из хитро переплетённых колючек и, казалось, не испытывал при этом никаких неудобств.

Больше половины пути сквозь колючую чащу, Коля проделал с закрытыми глазами, боясь, что какая-нибудь ветка ударит его по лицу, и лишь иногда поглядывая вперёд. Поэтому в очередной раз, открыв их, он был приятно удивлён, обнаружив, что стоит посреди песчаной дороги. С одной стороны её огораживала колючая стена, сквозь которую они только, что прорвались, а с другой было огромное поле, заросшее высокой тёмной травой.

Дракону эта прогулка пошла явно на пользу. Колючки, как наждачная бумага отчистили от пыли и отшлифовали его прочную рыжую чешую.

Колины же дела обстояли гораздо хуже. Его локти стали красные от ссадин, а одежда превратилась в лохмотья и требовала признания за ней первой группы инвалидности без права продолжения трудовой деятельности.

Взглянув на него, дракон расплылся в мерзкой улыбке, но, вдруг, некая мысль промелькнула в его глазах и заставила помрачнеть.

– Где это ты так ободрался? – Спросил он с досадой.

– А, ты как думаешь? – Вызывающе бросил Коля.

– Я не знаю. Шли спокойно лесом…

– Какой же это лес? Это же заросли колючей проволоки. Хорошо, что, хоть, не под напряжением.

– Так тут никто не напрягается, – беззаботно сказал дракон. – И ты расслабься. Дыши свежим воздухом, любуйся пейзажем.

– Это всё из-за тебя, – обиженно проворчал Коля. – Я городской житель, и бороться с живой природой, а тем более побеждать её, мне приходится не часто. Для этого существуют специальные машины, которые всё, что можно подравняют, а остальное заасфальтируют.

Он косо посмотрел на дракона.

– И вообще, тебе легко говорить «расслабься», вон какую шкуру отрастил…

– Хватит болтать, – оборвал его дракон. – Пора решать проблемы.

– Какие проблемы? – Удивился Коля.

– Теперь у нас их две, одна у меня и одна у тебя. Моя проблема заключается в том, что в то место, о котором я тебе говорил, меня без тебя не пустят, а тебя туда не пустят в этом рванье.

Заметив недоуменный Колин взгляд, он решил, что пора кое-что прояснить.

– Думаешь, зачем я тебя за собой тащил? Из большой любви к ближнему, что ли, которому заняться больше не чем кроме, как сплавляться по реке на надувном матрасе? Кстати, там впереди был водопад так, что скажи ещё спасибо, что я тебя заметил.

– Спасибо, – сказал Коля и с сомнением добавил. – Наверное.

– Так-то лучше, – хмыкнул дракон. – В общем, теперь ты мой должник и просто обязан мне помочь.

– А причём тут я?

– Притом. Чтобы войти в бар, надо иметь билет. И сегодня этим билетом для меня будешь ты.

– Как это?

– Потом расскажу. Сейчас это не важно. Важно то, что тебя надо приодеть, и сделать это надо, как можно быстрее.

– Тут я с тобой полностью согласен. Ходить в таком виде мне тоже не хочется.

Внезапно Колю охватила нешуточная паника. Он, вдруг, понял, что разговаривает с сумасшедшим. А, так как никогда раньше он не имел дел с сумасшедшими, а тем более с сумасшедшими драконами, то, по его мнению, совершенно логично было испугаться, что он и сделал. Проверив, что руки и ноги у него дрожат достаточно сильно, он начал вспоминать, как следует себя вести в подобных ситуациях.

Толи из книг, толи ещё откуда-то он знал, что спорить с

сумасшедшими бесполезно, к тому же не стоит подходить к ним слишком близко. Говорить надо спокойно и самое главное не делать резких движений, чтобы случайно не спровоцировать их на агрессивные действия.

Ползком, словно вражеский шпион в мирно дремлющий лагерь в его голову закралась мысль, что может быть свихнулся он сам, и всё это ему только кажется, но он сразу отмёл её, как совершенно необоснованную.

«Подумаешь», – рассудил он, – «поговорил немного с драконом. Это ещё не повод записывать себя в психи. Я же не считаю драконом себя, а это уже не плохо. И даже, если всё это мне просто кажется, то это максимум белая горячка, но никак не шизофрения».

Убедив себя, таким образом, в своей нормальности, он решил пойти единственным, как ему казалось, разумным путём. А именно во всём соглашаться с больным и делать вид, что всё, что тот говорит ему крайне интересно. Главное понять, опасен он или нет.

Выяснить это оказалось совсем не сложно.

– И какая же у нас вторая проблема? – Как можно более мягким голосом спросил Коля.

– Не у нас, а у вас, – огрызнулся дракон. – Если мы не попадем в бар, я буду крайне огорчён, и чтобы как-то утешиться, мне придётся тебя съесть. Ты же мне будешь больше не нужен.

Колины ноги тут же стали ватными, и он едва не рухнул на землю.

– Хорошо, что ты меня так быстро понял. – Удовлетворённо кивнул дракон. – Значит, будем решать проблемы в порядке их очередности. Сам понимаешь, менять порядок не в твоих интересах.

Возразить на это было нечего. Вопрос об опасности его спутника отпал сам собой, но легче от этого не стало.

Луна уже зашла, а Солнце и не думало подниматься. Птицы перестали щебетать, живот скрутило от голода, и в голове крутились невеселые мысли.

«Вот и прогулялся по свежему воздуху», – думал Коля. – «Больше никогда не буду связываться с незнакомыми драконами. Я-то думал приличный человек… Тьфу, какой же он человек? Звероящер, рептилия хладнокровная. Всю одежду из-за него изорвал, а он еще издевается».

– Кончай шмыгать носом, ещё не все потеряно, – подбодрил его дракон. – Для тебя, кстати, тоже.

– А я и не шмыгал, – гордо ответил Коля и тут же снова шмыгнул. – Ну вот, теперь еще и простудился. А всё из-за тебя.

Он утёр нос рукавом и окончательно расстроился

– Плыл бы себе спокойно по реке, смотрел на Луну, потом свалился бы в водопад и даже не заметил. Всё было бы прекрасно. А вместо этого иду, вот, с тобой, чёрт знает, где и жду, когда ты соизволишь меня съесть. Весь ободранный, мокрый, да ещё и простуженный.

– Подумаешь, горе! – Нахально заявил дракон в ответ. – Твоя простуда – это ерунда. Вот, у меня в прошлом году бабушка заболела, так это был кошмар. Целыми днями она лежала в постели и чихала огнем в разные стороны. Сначала она спалила занавески, а потом и всю мебель, включая кровать, на которой спала. Я раз двадцать пожарных вызывал, сам весь обгорел. Когда пожарные приехали в последний раз, они заставили её вместе с лекарством проглотить огнетушитель. Так у неё после этого неделю пена изо рта шла. Врач, когда это увидел, решил, что у нее началось бешенство, и давай ей уколы делать. Тычет в неё шприцом, а всё без толку. Пять игл сломал, пока догадался дрель взять.

Дракон резко остановился.

– Кажется, пришли. Сейчас мы из тебя человека будем делать.

– Да, я вроде уже…

– Что уже?

– Человек.

Дракон осмотрел его с ног до головы и настолько презрительно усмехнулся, что Коле стало не по себе.

Впереди была деревня на самом краю, которой стояла покосившаяся одноэтажная постройка с выбитыми окнами и облупившейся дверью. Они направились прямо к ней.

По пути дракон давал Коле инструкции, как себя вести и что делать.

– Слушай внимательно, ничего не перепутай, – начал он. – Это – местный универмаг. – Он показал лапой на ветхое строение. – Сейчас ты в него войдешь и первого, кто тебе попадётся, станешь умолять тебе помочь. Упав на колени и рыдая, объяснишь, что стал жертвой бессмысленной жестокости драконов.

В подтверждение своих слов он оторвал и без того слабо державшийся рукав Колиной рубашки.

– Я в это время буду стоять на улице, и изображать разъяренного зверя.

Сунув оторванный рукав к себе в пасть, он замахал лапами, будто отгоняя мух. При этом он рычал и бешено вращал глазами. Коля смотрел на него с ужасом и отвращением, поэтому был очень рад, когда дракон, закончив демонстрацию, как ни в чём не бывало, продолжил.

– Потом ты расскажешь душераздирающую историю о том, что приехал к любимой тёте, которую не видел уже десять лет. Она лежит при смерти и хочет в последний раз взглянуть на дорогого племянника. Намекнёшь на то, что она богата, а ты единственный близкий родственник, который у нее остался. Естественно, ты не можешь явиться к ней в таком виде и даёшь честное благородное слово, что если какая-нибудь добрая душа поможет тебе с одеждой, ты непременно вернешь долг и даже в двойном размере.