Легенда о Прусаке Бездны: книга 2 Некродракон из чёрного кремня

КНИГА ВТОРАЯ: НЕКРОДРАКОН ИЗ ЧЁРНОГО КРЕМНЯ

Пролог: Сон Офисного Планктона

Меня зовут Прусек. Я — Повелитель Пепла, Хранитель Перекрёстка, Драконовидный Некротаракан. Моё слово — закон для легионов костяных стражей, а мой взгляд заставляет трепетать магов из великой Башни. Моя цитадель, «Чёрный Кремень», вросла в живое мясо мира, питаясь от его магических вен.

Но по ночам мне снится сон.

Не сон. Память.

Я снова Иван. Не Иван-Прусек, гибрид из хитина, кости и воли. А просто Иван. Офисный планктон. Я сижу в своём кресле, от которого пахнет старым пластиком и чужим потом. Передо мной — мерцающий экран, усыпанный бесконечными таблицами. За окном — серый бетон, идёт дождь.

Марья Ивановна, мой босс, чьё лицо я уже с трудом вспоминаю, ставит на стол картонный стаканчик с остывшим кофе.

— Селезнёв, к пяти! И чтобы всё было в цвете! Понял?

Её голос — это не рокот дракона и не скрежет [Голоса Могилы]. Это что-то гораздо более ужасное. Это звук безысходности.

Я киваю. «К пяти. В цвете». Понял. Я всегда всё понимал. Понимал, что я — винтик. Что мой удел — перемалываться в жерновах чужой прибыли, не оставив следа.

Я просыпаюсь.

Вокруг — не офис. Вокруг — моё царство. Своды пещеры, высеченные костяными архитекторами. Тусклое, зловещее сияние Некротического Кристалла, пульсирующее в такт моему дыханию. Тихий, размеренный скрежет механизмов, управляемых мёртвыми. Власть. Сила. Значение.

Это не сон. Это реальность.

Но почему-то именно во сне, в этом жалком воспоминании о никчёмной жизни, я чувствую себя... цельным. Иваном. Тем, кем был. А просыпаясь Прусеком, я чувствую раздвоение. Тараканья живучесть, драконья ярость, человеческий разум... и что-то ещё, тёмное и голодное, что я поглотил вместе с душой дракона.

Оно шевелится внутри меня, это чужое. Оно хочет власти. Разрушения. Накопления. Оно смотрит на мою цитадель не как на дом, а как на логово. На моих слуг — не как на соратников, а как на сокровище. На живых обитателей «Перекрёстка» — как на стадо.

Я подавляю этот позыв. Я — Прусек. Я архитектор. Я строитель.

Но иллюзия покоя рушится. Маги Арун-Дала — лишь цветочки. Глубоко в земле, в самых потаённых уголках лей-линии, я чувствую пробуждение. Нечто древнее. Нечто, для чего и дракон, и я — всего лишь назойливые мошки.

Ирония? Я умер, чтобы сбежать от серости. И нашёл себе новую, тёмную и бесконечно сложную работу. С должностью «Повелитель» и бонусом в виде вечной войны со всем миром.

Ладно. Пора приниматься за дела. Мой сон закончился. Реальность, как всегда, ждёт.

Глава 1: Трещина в Кремне

Сознание вернулось ко мне не волной, а мгновенным, тотальным осознанием. Я был везде и сразу. Я чувствовал вибрацию резцов Костяных Архитекторов, вгрызающихся в гранит на пятом уровне. Я слышал бесшумный шепот Теневых Лазутчиков, доложивших о передвижении каравана гномов в трёх лигах к востоку. Я ощущал пульсацию маны в Некротическом Кристалле — ровную, мощную, как сердцебиение гиганта.

Я был Роем. Я был Цитаделью.

Моё основное тело, Драконовидный Некротаракан, покоилось в святилище вокруг Кристалла. Оно было размером с телегу, его хитиново-костяные крылья были сложены за спиной. Но моё «я» пребывало в гуманоидном аватаре, который стоял в Центральном Зале, отдавая мысленные приказы.

Всё было идеально отлажено. Цитадель росла, как живой организм. Но сегодня в её симфонию вкралась фальшивая нота.

Через связь с Призрачным Королём я получил сигнал. Не тревоги. Скорее... недоумения, смешанного с древней, как сам камень, обидой.

Я перенёс фокус сознания. Призрачный Король парил над одним из нижних рудников, где его крысы-призраки добывали руду для Некро-Кузнецов. Перед ним, залитый зловещим светом светлячков-зомби, стоял один из старших Некро-Кузнецов — голем по имени Гронк. Его тело было сваро из обсидиана и стали, скреплённое магией и жилами остывшей лавы. Он был одним из моих лучших мастеров.

И он отказывался подчиняться.

— Не будет! — гремел его низкий, каменный голос, эхом отражаясь от стен. — Приказ дурацкий! Зачем нам тонкие пластины? Нам нужна броня! Толстая! Чтобы враг ломал зубы!

Призрачный Король не отвечал. Он просто смотрел своими угольками-глазами, но я чувствовал его раздражение. Он был тактиком, воином. Инженерные споры были вне его компетенции.

— Гронк, — я вложил свою волю в голос аватара, и он прозвучал одновременно в Зале и в руднике, заставив голема вздрогнуть. — Объясни.

Гронк развернулся к моему аватару, который теперь мысленно проецировал своё присутствие в рудник.

— Повелитель! — его «голос» был полон искреннего возмущения. — Архитекторы требуют тонкий лист для обшивки новых шахт лифтов! Это глупо! Враг пробьёт такую бронёшку одним заклинанием! Я не буду тратить руду и маны на эту... стружку!

В его словах была своя правда. Но Архитекторы, существа чистой логики, просчитали: тонкая, но магически усиленная обшивка повысит эффективность шахт на 17%, что ускорит строительство всего Западного крыла.

Первый признак разлада. Мои слуги, лишённые собственной воли, начали проявлять... специализацию. А с специализацией пришла узость мышления. Гронк видел мир как кузнец: прочность, надёжность, мощь. Архитекторы — как математики: эффективность, оптимизация, функция.

Мне пришлось потратить десять минут и изрядную долю авторитета, чтобы объяснить Гронку принцип распределения ресурсов и приоритетов. В конце концов, он угрюмо буркнул: «Как скажешь, Хозяин», — и поплёлся к своей наковальне.

Но осадок остался. Трещина. Не в камне, а в системе.

Пока я разбирался с Гронком, через [Сознание Роя] поступил второй сигнал. На этот раз от Костяного Дракона, патрулирующего границы. Он не видел угрозы. Он видел... гостей.

Я перенёс сознание в его череп. С высоты его полёта я увидел группу существ, приближающихся к «Перекрёстку» с юга. Это были не маги и не солдаты. Это были странники. Оборванные, измождённые люди, несколько эльфов с потухшими глазами, пара дварфов без клановых символов. Авангард этой толпы уже входил в ворота таверны.

Беженцы. Слухи о «безопасном месте под защитой могучего неживого» делали своё дело.

Я наблюдал, как Гарн и Лириан встречают их. Видел смесь страха, надежды и отчаяния на их лицах. Эти люди бежали от войны, голода, может, от тех же магов Арун-Дала. Они видели в моей цитаделе спасение.

И они были правы. Но они не понимали цены.

Я приказал Костяному Дракону продолжать патруль, а сам вернулся в аватар и направился к выходу на поверхность. Мне нужно было поговорить с Гарном.

Поднявшись, я увидел картину, ставшую уже привычной. Руины таверны сменились крепкой, почти крепостной постройкой. На стенах стояли и люди, и мои костяные стражи, бок о бок. По крайней мере, так казалось со стороны.

Гарн, увидев меня, быстро подошёл. Его лицо было озабоченным.

— Повелитель. Видел?

— Видел. Откуда?

— С южных земель. Говорят, герцог Кадмус поднял налоги до небес, чтобы финансировать войну с орками. Кто не смог заплатить... те бегут. А орки, тем временем, жгут деревни. До нас дошли слухи, что тут можно укрыться.

Война. Великолепно. Именно то, чего мне не хватало.

— Мы... не можем... принять... всех, — произнёс я. Мои запасы, хоть и велики, не безграничны. А каждый новый рот — это потенциальный шпион, бунтовщик или просто слабое звено.

— Я знаю, — вздохнул Гарн. — Но мы не можем и прогнать их. Это... неправильно.

Он смотрел на меня с вызовом. За месяцы нашего странного союза он научился не бояться меня. Он видел, что я держу слово.

Внезапно из толпы беженцев вышла старая женщина. Она была худа, как скелет, но её глаза горели странным, почти безумным огнём. Она прошла мимо остолбеневших стражников и упала на колени передо мной.

— Повелитель Теней! — её голос был хриплым, но громким. — Я слышала! Я знаю! Ты даёшь приют тем, кого отверг свет! Возьми меня! Мои руки слабы, но мой дух силён! Я могу служить! Чем угодно!

Она смотрела на меня не со страхом, а с обожанием. Как на мессию. Это было... неприятно.

Но это было ничто по сравнению с тем, что я почувствовал в следующий миг. Где-то в глубине, в том месте, где дремала поглощённая мной драконья сущность, что-то шевельнулось. Это не была ярость. Это было... удовлетворение. Признание. Чувство, что нечто меньшее преклоняется перед тобой. И желание — желание, чтобы таких было больше.

Я отступил на шаг, потрясённый силой этого чужого чувства. Это был не я. Это был ОН. Дракон.

— Хранитель? — озадаченно спросил Гарн.

Я собрал свою Волю в тугой комок и подавил чуждый импульс.

— Организуй... их. Проведи... сортировку. Сильные... помогают... в строительстве. Слабые... и дети... в тыл. Любой... саботаж... или шпионаж... карается... немедленно.

Мой голос прозвучал жёстче, чем я планировал.

Гарн кивнул, поняв, что это лучшее, чего он может добиться.

Я развернулся и ушёл в подвал, в свою цитадель. Мне нужно было уединение. Мне нужно было осмыслить два новых вызова: растущее неповиновение среди слуг и пробуждение тёмного эха внутри меня.

Спускаясь в прохладную тьму, я понял, что самая прочная крепость может пасть не от стенобитных орудий, а от трещины, проросшей изнутри. И самая большая битва предстояла мне не с магами или орками, а с самим собой. Вернее, с тем, кем я рискую стать.

Имя: Прусек

Вид: Драконовидный Некротаракан (Уникальный) (Lv. 15)

Класс: Некромант (Lv. 18)

Титул: Повелитель Пепла, Хранитель Перекрёстка

Характеристики (в теле Аватара-Гуманоида):

Сила: 45

Ловкость: 38

Выносливость: 85

Интеллект: 55

Мудрость: 60

Удача: 25

Навыки: (без значительных изменений)

Плюшки:

Тараканья Живучесть (Уникальная)

Сопротивление Огню (Практически иммунитет)

Драконья Воля (Мощная) -> [Подавленная! Начинается внутренний конфликт.]

Некротический Кристалл (Уровень 3)

Властитель Пепла (Прочные отношения с поселением) -> [Напряжены из-за наплыва беженцев]

Симбиоз Жизни и Смерти

Питомцы:

Призрачный Король (Lv. 15)

Костяной Дракон (Lv. 15)

Аватар-Гуманоид (Lv. 15)

Костяные Архитекторы (x15) -> [Конфликт с Некро-Кузнецами]

Теневые Лазутчики (x25)

Некро-Кузнецы (x10) -> [Неповиновение (Гронк)]

Легион Костяных Стражей (~200 единиц)

Мана Некроманта: 1000/1000

Воля: 150 -> [Флуктуации из-за внутренней борьбы]

Я — Прусек. Моя цитадель крепка, но в её основание лёг труп дракона. И теперь этот труп начал шевелиться. Грядёт буря. И я должен быть готов встретить её, не растеряв себя.

Глава 2: Инженер и Зверь

Тишина моих покоев была самой обманчивой из всех иллюзий. Физически — да, здесь было тихо. Но мое сознание, раскинувшееся на всю цитадель, гудело от противоречивых сигналов. Я чувствовал, как Гронк в своей подземной кузнице с ожесточением лупит молотом по заготовке, вкладывая в каждый удар всю свою обиду. Я видел через глаза стражей, как новые беженцы — испуганные, голодные — смотрят на моих костяных солдат с суеверным ужасом. И глубже, на самом дне, я ощущал смутное, тяжёлое присутствие в лей-линии. Оно спало, но его сон был беспокойным, как у зверя, который чует добычу.

Мне нужен был порядок. Система. Я не мог управлять всем вручную, как марионеточник, дергающий за тысячи ниточек. Это было энергозатратно и неэффективно. Мой человеческий разум, мой инженерный подход требовали иерархии, делегирования, автоматизации.

Я сосредоточился, подключившись к Некротическому Кристаллу. Энергия хлынула в меня, холодная и упорядоченная. Я вызвал к себе двух старших Костяных Архитекторов. Их формы были лишены всяких излишеств — чистый функционализм из отполированной кости и вкраплений обсидиана.

«Задача, — мысленно сформулировал я, вкладывая в послание схемы и чертежи. — Создать модуль управления. „Некро-Координатор“. Он должен получать общие цели от меня и транслировать конкретные задачи специализированным слугам, разрешая мелкие конфликты по заданным алгоритмам».

Архитекторы замерли, их «мозги» из сгустков магии и костяных шестеренок обрабатывали информацию. Через секунду пришёл ответ — сухой, безэмоциональный ментальный щелчок согласия. Они уже видели конструкцию: центральный процессорный блок, связанный с Кристаллом, и сеть ретрансляторов по всей цитадели. Идеально.

Но едва я отпустил Архитекторов, как из глубин моей сущности поднялся знакомый гневный ропот.

Зачем? Это слабость. Сильный не делегирует власть. Сильный приказывает, а слабые подчиняются. Сломай непокорных, как я ломал шеи горным баранам! Сожри этого кузнеца, его душа придаст тебе сил!

Я сжал виски пальцами аватара, хотя физической боли не было. Это была борьба воли. Драконья сущность не была отдельным голосом; она была искривлением моих собственных мыслей, ядовитым фильтром, накладывающимся на реальность.

«Мы строим, а не ломаем», — прошипел я сам себе, заставляя инженера внутри взять верх над зверем.

Чтобы отвлечься, я перенёс фокус на поверхность. Через глаза одного из стражей на стене я наблюдал, как Лириан и Гарн разбирают спор между двумя группами беженцев. Одни, местные фермеры, требовали приоритета в распределении еды. Другие, бежавшие от орков, кричали, что они больше пострадали. Люди тыкали пальцами в моих стражей, виня во всём «проклятие нежити».

И в этот момент я его увидел. Стоящий в стороне мужчина в потрёпанном, но качественном плаще. Он не кричал, не суетился. Его глаза, холодные и оценивающие, скользили по стенам, воротам, моим стражам, запоминая каждую детять. Он не был похож на испуганного крестьянина. Он был солдатом. Или шпионом.

Дракон внутри мгновенно отреагировал на вызов.

Враг! Чужая кровь на моей территории! Убить! Сжечь!

Порыв был настолько силён, что я едва не отдал стражу приказ атаковать. Костяной воин у ворот дёрнулся, сделав шаг вперёд, и толпа в испуге отхлынула. Лириан с удивлением посмотрел на стражу.

Я с трудом отозвал приказ. Нет. Прямое насилие без доказательств подорвёт хрупкое доверие, которое у меня было. Но и оставлять шпиона безнаказанным нельзя.

Я действовал обходным путём. Пока Гарн успокаивал толпу, я отдал приказ Призрачному Королю. Через мгновение из тени за ближайшим зданием выскользнул малый призрак-крыса, невидимый для живых. Он устремился к незнакомцу и, пробежав сквозь его ногу, наложил на него ментальную метку — слабый, но устойчивый след, который позволит мне следить за ним везде на моей территории.

Шпион вздрогнул, огляделся, но, не увидев ничего, лишь плотнее закутался в плащ. Теперь он был моим.

Справившись с одной угрозой, я вернулся к проблеме Гронка. Мой инженерный ум предложил решение. Я не стал его ломать. Я дал ему выход для его энергии.

Спустившись в кузницу, я застал его за тем, что он выковывал очередную пластину для доспехов. Рядом лежала груда таких же — толстых, прочных, но тяжёлых и негибких.

— Гронк, — сказал я, и он вздрогнул, опуская молот.

— Повелитель. Я... работаю.

— Вижу. Но эта работа — не в приоритете. У меня для тебя задача поважнее.

Он насторожился, его каменные «брови» поползли вверх.

— Какая?

— Враги будут штурмовать стены. Им нужен достойный ответ. Мне нужен таран.

Я мысленно передал ему образ: огромная, укреплённая баллиста, стреляющая не болтами, а цельнокованными ядрами, способными проламывать стены осадных башен.

Глаза Гронка (светящиеся щели в его каменном лице) вспыхнули.

— Таран... — он с жадностью посмотрел на груду металлолома. — Да... Я смогу! Он будет могучим! Сокрушительным!

— Используй все свои ресурсы. Все свои идеи. Сделай его лучшим.

Я не просто дал ему работу. Я дал ему вызов, который соответствовал его природе. Он тут же забыл про спор с Архитекторами, с рёвом принялся таскать брусья и металл.

Один пожар потушен. Но пока я тушил его, другой разгорался в моём собственном черепе.

Вернувшись к Некротическому Кристаллу, я попытался снова погрузиться в лей-линию, чтобы понять природу спящего существа. Но на этот раз я наткнулся на барьер. Тёмный, вязкий, похожий на чёрную смолу. Он не просто блокировал моё проникновение — он пытался затянуть меня, поглотить.

И оттуда, из самой глубины, на меня хлынула волна чуждых эмоций. Не ярости. Не голода. Бесконечной, всепоглощающей скуки. Скуки, длившейся тысячелетия. И внезапного, острого, как игла, интереса. Ко мне.

Моё сознание отскочило, как обожжённое. Я в панике разорвал контакт. Это было в тысячу раз хуже, чем драконья ярость. Эта бесконечная пустота, этот холодный, безразличный разум... он видел во мне всего лишь игрушку, способную ненадолго развеять его тоску.

И в этот момент мои барьеры дрогнули. Драконья сущность, которую я сдерживал, почуяв мою слабость и страх, рванулась на волю.

Больше не голос в голове. Это было превращение.

Когти аватара удлинились и почернели, став похожими на обсидиановые кинжалы. Из спины выросли рудиментарные кожистые крылья, которые с хрустом расправились, разрывая ткань моего мантии. По лицу поползли тёмные чешуйки, а зелёные огоньки глаз вспыхнули ярким, ядовито-жёлтым пламенем.

Яростный, победный рёв, больше драконий, чем что-либо ещё, вырвался из моей груди. Он прокатился по залам цитадели, заставив слуг замереть в почтительном ужасе.

ДА! НАКОНЕЦ-ТО! ВОТ КТО МЫ ЕСТЬ!

Это был не я. Это был ОН. И он управлял моим телом.

Аватар, повинуясь чужой воле, тяжёлой поступью направился к выходу. К поверхности. К беженцам. К этому шпиону. Цель была проста и ужасна — продемонстрировать силу. Устрашить. Утвердить власть через страх и кровь.

Я отчаянно боролся, пытаясь отвоевать контроль. Я был инженером! Строителем! Я создавал системы, а не хаос! Я защищал, а не уничтожал!

Но драконья воля была примитивна, как удар тарана, и столь же мощна. Она не спорила. Она просто хотела.

И в этот момент, когда я почти проиграл, из тени выплыл Призрачный Король. Он не стал атаковать. Он просто встал на пути моего аватара, его призрачная корона светилась в полумраке.

Его ментальный голос, холодный и спокойный, пронзил бурю в моём сознании.

— Колдун. Опомнись. Это не твой путь. Ты не зверь в клетке. Ты архитектор клетки.

Его слова стали якорем. Воспоминание о моей цели, о моём царстве, о хрупком симбиозе, который я выстраивал с таким трудом, хлынуло обратно. Я вспомнил Ивана. Офис. Серость. Безысходность. И свою клятву никогда больше не быть винтиком. Быть тем, кто создаёт механизмы.

С оглушительным внутренним усилиям я заставил аватар остановиться. Крылья с скрипом втянулись обратно, чешуя поблёкла. Глаза снова стали зелёными. Я дышал тяжело, хотя аватару не нужно было дышать.

— Спасибо, — мысленно прошептал я Королю.

— Не благодари. Если ты падёшь, падём все. И моё царство призраков тоже.

Я стоял, опираясь о косяк двери, чувствуя, как дрожь отступает. Победа была одержана. На этот раз. Но цена оказалась высока. Я не просто боролся с внешней угрозой. Я вёл гражданскую войну в собственной душе. И на поле боя оставались раны.

Имя: Прусек

Вид: Драконовидный Некротаракан (Уникальный) (Lv. 15)

Класс: Некромант (Lv. 18)

Характеристики (в теле Аватара-Гуманоида):

Сила: 45 -> [Временно повышалась до 55 во время трансформации]

Ловкость: 38

Выносливость: 85

Интеллект: 55

Мудрость: 60 -> [59 - последствия внутреннего конфликта]

Удача: 25

Навыки:

[Драконья Воля] -> [Обнаружен под-навык: Драконья Ярость (Lv. 1) - риск потери контроля]

Плюшки:

Тараканья Живучесть (Уникальная)

Сопротивление Огню (Практически иммунитет)

Драконья Воля (Мощная) -> [ТРЕЩИНА: Риск утраты контроля в моменты слабости]

Некротический Кристалл (Уровень 3)

Властитель Пепла (Прочные отношения с поселением)

Симбиоз Жизни и Смерти

Питомцы:

Призрачный Король (Lv. 15) -> [Проявил лояльность и понимание]

Костяной Дракон (Lv. 15)

Аватар-Гуманоид (Lv. 15) -> [Повреждён в результате внутренней борьбы, требует починки]

Костяные Архитекторы (x15) -> [Работают над проектом "Некро-Координатор"]

Теневые Лазутчики (x25)

Некро-Кузнецы (x10) -> [Гронк успокоен, получив персональный вызов]

Легион Костяных Стражей (~200 единиц)

Мана Некроманта: 950/1000 (потрачено на подавление ярости и слежку)

Воля: 145/150 -> [Снизилась после тяжелого внутреннего конфликта]

Я — Прусек. Я отбил первую атаку на свой разум. Но война только началась. И пока я сражаюсь с драконом внутри, снаружи сгущаются настоящие тучи. Маги, орки, шпионы и нечто древнее в глубине... Мне нужно быть сильнее. Не просто как некромант или дракон. А как личность. Как тот, кто я есть на самом деле. Иначе всё, что я построил, рухнет, погребя под обломками и живых, и мёртГлава 3: Чёрный Кремень под Натиском

Три дня. Семьдесят два часа напряжённого затишья, которое было гуще и тяжелее любого боя. Я потратил их на восстановление контроля и починку аватара. Чешуйки сошли, оставив после себя шрамы из сгущённой тени, но крылья пришлось ампутировать — они отказывались подчиняться, дёргаясь в такт драконьему гневу. Теперь моя спина в аватаре была покрыта лишь парой уродливых, затянутых чёрной плёнкой культей. Напоминание.

Некро-Координатор, детище Архитекторов, был почти готов. В Центральном Зале, вокруг основания Некротического Кристалла, они возвели конструкцию, напоминающую гигантский мозг из переплетённых костяных спиц и сияющих самоцветов. Сквозь него постоянно текли потоки данных: отчёты о запасах, статус патрулей, энергетический баланс цитадели. Как только он будет запущен, часть рутинных забот уйдёт с моих плеч. Но я с опаской поглядывал на него. Передавать хоть часть власти машине... драконья часть меня рычала от негодования, но инженер понимал — необходимость.

Именно в момент финальных настроек Координатора всё и началось.

Сначала пришёл сигнал от Теневого Лазутчика, следившего за отмеченным мной «шпионом». Мужчина в плаще, назвавшийся Рендалом, вёл себя на удивление спокойно: помогал на кухне, не лез в разговоры. Но ночью, под предлогом необходимости уединения, он ушёл к дальнему обрыву на границе наших владений. И там, уверенный, что его никто не видит, он достал из-под плаща не свиток и не зеркало для сигналов, а маленький, искусно сделанный механический голубка. Он вложил в него свёрнутую записку, завёл ключиком на брюшке птицы и подбросил в воздух.

Птица, щёлкая шестерёнками, полетела на юго-восток. Прямо в сторону лагеря магов Арун-Дала.

Вот он! Предатель! Раздавить! — закипела во мне знакомая ярость.

Но на этот раз я был готов. Я сжал её в кулак, как раскалённый уголь. Нет. Прямой удар выдаст моё наблюдение. Нужно было действовать тоньше. Хитиновой точностью, а не драконьей лапой.

Я мысленно отдал приказ Костяному Дракону, кружившему на большой высоте. Не атаковать. Перехватить. Аккуратно.

Через десять минут дракон-скелет приземлился в святилище и почтительно опустил передо мной механическую птицу. Она дёргалась в его костяной лапе, тихо пощёлкивая. Я аккуратно извёл записку.

«Архимагу Теландиру. Цитадель нежити не просто устояла — она растёт. Их лидер, существо, называющее себя Прусеком, обладает разумом, а не просто инстинктами. Оборона выстроена идеально, гарнизон лоялен. Прямой штурм обойдётся дорого. Рекомендую план «Б». Жду инструкций. Рендал».

План «Б». Звучало зловеще. И что важнее — этот человек явно был профессионалом, чтобы так быстро оценить обстановку. Маги не шутят.