- -
- 100%
- +
Иллюстратор Наталья Андреевна Монахова
© Алена Маслова, 2026
© Наталья Андреевна Монахова, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0070-5202-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
В небольшом уютном ресторанчике на окраине города, из панорамных окон которого виднелся седой зимний лес с одной стороны и грядка новостроек и строительных подъемных кранов — с другой, сидели трое. Он, Она и его Друг. Они много лет назад дружили, а сегодня запланировали встретиться втроем, чтобы просто обсудить: как у кого дела, как жизнь, семья, работа. В общем, удовлетворить праздное любопытство и посмотреть, что ты не один стареешь и толстеешь с каждым годом.
На столе стояла высокая ваза с живыми цветами. Это были очень нежные розовые бутоны, которые только начали раскрываться. Бутоны держались группами по три-пять штук на длинном и тонком зеленом стебле. Края лепестков были активного розового цвета, а сами бутоны — бледно-розовыми, почти белыми. Она разглядывала букет, и в голове родилась интересная метафора: «Смотрите на эти цветы. Бутоны как юбочки. А стебли как длинные и худые ноги. Вам не кажется, что они похожи на группу балерин в нежных розовых пачках?» Она тут же выпалила эти слова в пустоту.
Его друг абсолютно ничего не понял из вышесказанного. Друг с удивлением посмотрел и после секундной паузы продолжил свой животрепещущий рассказ.
А Он сидел и смотрел теперь только на этот букет. И у Него из головы не выходило это сравнение: «Как можно умудриться сравнить цветы с балеринами. Что творится в ее голове? Как бы я хотел знать».
Его и Друга с Ней разделял почти квадратный, красиво сервированный стол без скатерти из массива благородного дерева. Она уже давно не слушала рассказ Друга. Она смотрела неотрывно на Него. Она читала его мысли. Он об этой ее способности прекрасно знал и не пытался скрыться. Он ощущал на себе этот нарочито пристальный взгляд, но со всем усилием старался не перевести взгляда с букета из балерин на Нее. Он понимал, что не выдержит прямо сейчас вида ее глаз, потому что Он оголен перед Ней из-за этих рассуждений. Мысли заставили включиться его чувственную натуру, Он видел прекрасное ее глазами в этот момент.
Друг скоро заметил, что его никто не слушает, а за столом происходит волевая дуэль. Друг прервал свой интереснейший рассказ. Создал искусственно неловкую и длинную паузу, чтобы всем стало не по себе и они включились. Получилось. Когда Друг понял, что внимание этих двоих в его распоряжении, он задал максимально неловкий и неуместный вопрос: «Вот смотрите. Вы через столько лет снова вместе? Верно? А кто вы друг другу?»
Она приподняла бровь от удивления и перевела взгляд с вопрошающего на того, кто сидел точно напротив. Ее вопросительный взгляд прошил Его насквозь и обжег. Он с мало скрываемым испугом смотрел на Нее и не смел открыть рта, чтобы не ляпнуть лишнего.
Она взяла слово: «Да, ты все верно говоришь. Мы через целую кучу лет снова вместе. И, знаешь, я скажу тебе, кто мы друг другу! Я — его девочка, а он — мой мальчик. Он — моя душа, а я — его душа. Он — моя любовь, а я — его любовь. Вот только на одной любви, дружочек, далеко не уедешь!»
Глава 1. Взрослая жизнь
Утро. Сквозь шторы спальни несмело пробивается утреннее летнее солнце. Это не ранее утро, когда только птицы проснулись и полетели по своим птичьим делам. Кто-то из соседей или коллег уже едет на работу. Лиза нежится в постели, которая еще немного пахнет стиральным порошком. В соседней комнате ворочается и что-то лепечет маленький сын. Это значит, что новый, похожий на вчерашний, день начинается.
И все крутится, как на карусели с большими разукрашенными лошадьми. Дети, муж, завтрак, прогулка, домашние хлопоты, стирка, глажка, готовка, посуда, уборка. Лиза с мужем и двумя детьми живут в отдельном доме и держат небольшое хозяйство. В его состав в разное время входят: курицы несушки, утки породы Мулард, серые и белые гуси, которые очень страшно шипят. «Слава богу, нет огорода, — часто думает Лиза. — Я бы совсем обабилась». Это слово (обабилась) применяла ее мама, когда видела неухоженных молодых женщин, которых устраивала роль кухарки в доме. На большее они не хотели тратить свои драгоценных силы. Надо сказать, что в том месте, где жила Лиза, таких женщин было немало. Может быть, замедленный ритм жизни небольшого городка привлекал в основном людей с флегматичным темпераментом? И поэтому женщины и мужчины здесь жили медленную, тягучую, однообразную и небогатую жизнь. Небогатую во всех смыслах. Каждый день был похож на предыдущий, никаких приключений и непредвиденных дел. Только рутина и ежедневные одинаковые заботы. Лиза же не вписывалась в эту тусовку. Она была импульсивная, взрывная, эмоциональная. Ее было так много, что можно было зарядить энергией небольшую улицу.
Лиза была, по ее собственному мнению, вполне ухоженной женщиной. Но сАмой ее большой болью был лишний вес. Строго говоря, она никогда и не была худышкой и всегда страдала от комплекса «толстушки» или «некрасивой подруги». Хотя, в общем, люди в основной своей массе так не думали. Это было в ее голове. Кто-то когда-то обидел ее в детстве. И слова маленьких злых «паразитов» стали основой для большого и твердого панциря, который Лиза годами наращивала, чтобы не чувствовать боли обиды.
Лиза имела гордый статус «мать во втором декрете». Но эта роль так сильно не совпадала с ее собственным мироощущением. Она в целом неглупая женщина, которая и женщиной-то себя не считала (уж слишком «взрослое» это слово). Лиза застряла в восприятии себя примерно в двадцать пять лет. Ну разве это Женщина? Это юное прекрасное создание, у которого столько возможностей, перспектив и планов впереди.
Но реальность была такова: никаких перспектив будто и не было уже. Лиза переехала жить в маленький город к мужу из большого миллионника, где прожила всю жизнь. Жила в обычной квартире. А здесь — свой дом, хозяйство, природа: романтика, одним словом.
Лето в своем доме, в маленьком городе особенно прекрасно. Город наливается зеленью. Долгие прогулки с детьми. Если муж не на работе, то это посиделки с друзьями у мангала под приятные разговоры ни о чем и ароматный шашлык с печеными перцами. Столько деликатесов Лиза не ела, к слову, никогда раньше. Здесь тебе и рыба копченая на собственной коптильне, и шашлыки из всех видов животных. И деревенские блюда в казане, тоже, кстати, из всех животных и птиц, даже тех, которых и есть-то запрещено, наверное. В общем, если пересчитывать все изыски деревенской жизни в стоимость аналогичных блюд в каком-нибудь ресторане среднего уровня, ничего себе такой чек получается. А тут все тебе — Вот! У тебя во дворе или даже на твоей кухне. Радуйся — не хочу!
Еще одним летним развлечение были вылазки на природу. Их было уже не так много, как до рождения детей.
Это и рыбалка. Можно уехать за какую-нибудь маленькую деревеньку и ловить мелкую рыбку в свое удовольствие, а потом скормить ее кошке. А можно махнуть на форелевую ферму и побороться с матерыми мужиками за неплохую такую форель. Однажды Лиза поймала там сома. Сом — рыба такая. Вот радости-то было! Усатый, плоскомордый, противный такой был сом. Но очень важный и гордый. Он же там сам живет, его не разводят, как какую-то форель. Он сильный и редкий герой на рыбацком мостике. Оттого гордость за такой улов в разы больше.
Еще есть тихая охота в этих краях: грибная. Год на год, конечно, не приходится, но бывали запоминающиеся моменты. Одно лето было урожайным на белые грибы, а другое — на грузди, а как-то раз набрели на поле опят. Сколько после таких счастливых находок возни с этими грибами никто никогда не рассказывает. Все только пачками выкладывают в социальные сети фотки типа: «Смотрите, какая я молодец: нашла самый красивый гриб в этом лесу. А еще у меня маникюр свежий и совсем не грязные руки после грибной охоты. Да и фото это совсем не постановочное, просто поймала момент!» Одним словом — счастье!
«Счастье». Именно так муж Лизы пытался ее успокоить в моменты очередных срывов. Ну, мол, смотри, как ты хорошо живешь! Чего тебе не хватает? Никто так вокруг хорошо не живет! А срывы были периодичными: примерно один раз в полгода. Они связаны с тем, что женщина с красным дипломом института хоронила свои перспективы в этом маленьком городишке. Она променяла жизнь в большом мегаполисе — динамичную и с кучей возможностей — на ежедневную рутину, выбрав между собой и мужем — его. Его желания, его видение и восприятие мира.
Лиза хотела бы так же думать, как он, но не получалось. Она чувствовала, как начинает умирать: как личность, как человек, как индивид. А на ее месте рождается кто-то другой. Но это уже не Лиза!
Новый человек жил, как жил и не пытался оценить окружающее с точки зрения «хочу я это делать или нет?». Чтобы такие мысли даже не возникали, новый человек не умел чувствовать. Лиза превращалась в бесчувственную и холодную. Она решила, что это нормально и называла такое состояние «эмоциональной импотенцией».
Глава 2. Город
Чтобы не забывать вкус большого города, Лиза, часто ездила по делам или «просто так» в соседний большой город, где было все, что она так любила. Классные дороги, по которым можно гонять и забыть обо всем. Красивые новые дома и районы. Парки, музеи, выставки, культура. Жизнь, которая кипит, а не томится под крышкой.
В очередной раз, когда Лиза поехала в Город, она просто гоняла по вечерним улицам и слушала музыку. Этот процесс успокаивал ее и наполнял силами. Это была ее медитация.
Темное небо, но яркие огни дороги и окон домов, ветер в волосах и драйвовая музыка. Лиза остановилась на светофоре. Справа остановилась еще машина. Их на стоп-линии было только двое. Лиза так любила разглядывать водителей в других машинах, чтобы застать их врасплох в самый неподходящий момент. Или чтобы посмотреть, кто за рулем, мужик или женщина, и «вздернуть» его или ее со светофора. Вот и сейчас она посмотрела, кто в единственной рядом машине. Лицо Лизы исказилось в гримасе дикого удивления! Брови сначала нахмурились, а потом приподнялась левая бровь. Водитель соседней машины только глазами повернулся и увидел Лизу. Он медленно развернул голову и понял, что знает ее. Лиза расплылась в улыбке как Чеширская кошечка. Приветственно махнула водителю-соседу. И тут же сменила милую улыбку на загадочную. Поманила его пальцем и стартовала со светофора.
Гонка оказалась недолгой. Лиза свернула на парковку ближайшего супермаркета, заранее указывая поворотником, куда надо ехать, водителю машины сзади.
Они остановились и оба вышли на улицу. Второй водитель был парень: почти одного роста с Лизой, с рыжеватой бородой, светлыми глазами и густыми ресницами. Его звали Никита.
«Ну привет, красотка! Какими судьбами у нас?» — приближаясь смелыми широкими шагами, говорил Никита.
«Просто катаюсь», — с милой ухмылкой отвечала Лиза.
Вечер не обещал ничего необычного. Но для этих двоих он закончился приятной беседой. Лиза и Никита знали друг друга очень давно, но не общались уже лет пятнадцать. Они примерно понимали, как складывалась судьба другого из рассказов общих друзей и из социальных сетей. Но вот так близко, лично не виделись как раз эти пятнадцать лет.
Никита предложил прогуляться по теплому вечернему городу, выпить кофе и поболтать. Беседа лилась! Они буквально договаривали фразы друг друга. Такого понимания и единения с человеком Лиза не испытывала, пожалуй, никогда. Они говорили на все темы на свете. Даже самые нелепые, запретные, неожиданные. Все затронули. И во всем оказались на одной волне. Их буквально захватил вихрь этого вечера. Но надо было возвращаться домой. Лизе, но не Никите.
Глава 3. Никита
Никита был, на первый взгляд, вполне заурядным человеком. Ничего не выделяло его из толпы. Но у него было много особенностей. Например, он с детства всерьез увлекался музыкой. У Никиты в юности даже была своя музыкальная группа. Парни со двора шли за ним, как за лидером, который точно знал, что он хочет получить от музыки. Он проживал в ней моменты своей жизни или выдумывал строчки песен, цепляясь за одну только случайно услышанную фразу. Музыка была его болезнью, неизлечимой болезнью, без которой Никита был бы самым обычным человеком. Он часто любил повторять фразу: «Я творческая личность». Лизу эта определение сильно бесило. В ее словаре «творчество» — это синоним безделья, безответственности и ветрености. Для описания того, что делал Никита, больше подходило определение «искусство». Но Лиза никогда не делилась этой мыслью с Никитой.
Пока эти двое гуляли, он рассказал много новостей: горьких и счастливых, но все они (события, которые произошли за пятнадцать лет) сформировали из обычного мальчишки с гитарой взрослого человека, который много видел и точно знал, чего он хочет. И знал, чего уж точно больше не хотел повторить. Из всех ситуаций он был способен сделать позитивные выводы и осознать, зачем это с ним произошло. Он незаметно для окружающих анализировал обстоятельства вокруг себя как шифровальная машина: без лишних эмоций. И принимал взвешенные и осознанные решения, даже если они были в моменте ему не удобны, но важны на перспективу. В целом, это был взрослый мужчина с большой буквы, который нес ответственность за себя, за свою кошку и за свои поступки.
Никита был центром всех компаний, в которые попадал. В нем была та самая мягкая сила, о которой втайне мечтают мужики, которых каждый день пилит жена. Он умел, как дипломат, с улыбкой и прибауткой разрешить даже самые неразрешимые конфликты и выйти победителем из безвыходной ситуации. Да еще сделать это так, что собеседник останется уверенным, что все прошло именно так, как он (оппонент) и задумывал. Дипломатический талант, одним словом.
Все его друзья и товарищи тянулись к Никите, как к символу той беззаботной юности, которую они так смело променяли на обручальное кольцо, заурядную жену и лапочку-дочку. Мужики бежали к нему, чтобы просто поржать, как тогда, и выпить пива, чтобы никто не жужжал под ухо.
Никита никогда не был женат и не имел детей. Он имел отношения с женщинами и немало. Иногда даже думал, что это навсегда, но что-то шло не так или как раз Так, как должно. Никита был холост и вполне счастлив в этом статусе. Он искренне считал себя счастливым, самодостаточным человеком.
Как типичный холостяк, он имел игровую приставку и игр столько, что можно было бы обменять их на среднюю машину. Естественно, у него были любимые гитары разных мастей. Гитара — это отдельная любовь всей его жизни. Холостяк без кошки не холостяк! Кошка тоже имелась.
Никита мог позволить себе иметь самые смелые мечты и реализовывать их. Эта редкая привилегия была ему доступна в отличие от его друзей и знакомых, которые сделали все, чтобы «жить, как все» и теперь не знали, что с этим «счастьем» делать.
Важная мысль! Почти все мы принимаем фундаментальные решения своей жизни в молодости, до тридцати лет. «Кем я хочу быть», «кем буду работать», «кто будет мой супруг», «как я буду отдыхать и где жить». Все это мы решаем, не понимая о жизни ровным счетом ничего. Одно большое Ничего. Как же мы разочарованы, когда все, что мы тогда «нарешали», нас не драйвит. Мы не знаем, куда убежать от всей этой «счастливой» жизни. Те, кто имел удовольствие знать Никиту, бежали именно к нему в эти моменты отчаяния.
Никита стал «точкой невозврата» для Лизы. Он, сам того не подозревая, заложил в ее голову простую до неприличия идею: «А что, если бы все было по-другому?»
Глава 4. Я живу одна
Самое обычное утро. Ежедневные дела. Лиза, как обычно, прогуливалась с малышом в большом зеленом сквере с новыми скамейками и качелями, где каждое утро группа бабушек занимается гимнастикой. Где дворники с собаками приводят в порядок свежеподстриженные газоны. Тихо и почти безлюдно утром в этом парке. И даже дворники и бабушки не мешают наслаждаться тишиной и солнцем. За это Лиза очень любила гулять по утрам.
Но сегодня в парке было что-то необычное. Привычный порядок вещей был нарушен. Лиза увидела женщину: отлично сложенную, в обтягивающем спортивном костюме, которая именно сегодня решила бегать в тихом сквере и раздражать Лизу. Она была знакома с этой спортсменкой и знала, что та в своем уже немолодом возрасте, как и Никита, жила одна и занималась спортом почти профессионально. У нее было ремесло, но спорт был отдушиной. Она могла себе позволить ходить в тренажерный зал, бегать на большом городском стадионе по утрам, кататься на лыжах каждые выходные зимой, ездить на спортивные соревнования, и вот сейчас — наслаждаться пробежкой в Лизином сквере. Ну не наглость ли это?
Какое-то неприятное дребезжание почувствовала Лиза в районе груди. Это была зависть. Такая светлая и в то же время досадная.
Лиза словно рухнула в кроличью нору. Она мыслями резко оторвалась от реальности. Слова забегали в ее голове. «Ну почему я не могу сейчас тоже бежать, как она? Почему я во всем должна себе отказывать? Я что тут, нанималась? Моя жертва бессмысленна?»
Но вдруг все остальные мысли резко попрятались по углам. Вошла та самая. Мысль — героиня. Она гордо несла себя, как несут блюдо с дорогими закусками. И вот она — мысль! «Интересно, чем бы я могла заниматься, если бы все было по-другому? Если бы я жила одна».
Пытливый ум Лизы сразу начал генерить идеи, одну за одной, как печатный станок или конвейер. Она решила, что обязательно нужно записать все мысли. Лиза открыла в телефоне «Заметки» и написала вот такой нехитрый список:
Я живу одна;
Занимаюсь спортом: спортзал, бассейн, бег;
Осваиваю программу по ландшафтному дизайну или дизайну интерьера;
Пишу рассказы;
Катаюсь на велосипеде;
Живу в квартире в большом городе;
Хожу в театр, на концерты и в музеи;
У меня стильный интерьер с приятными мелочами. Всегда порядок;
Читаю книги;
Путешествую по ближайшим городам.
Именно в такой последовательности идеи, одна за одной, рождались в этой беспокойной головушке. Порядок был обязан остаться таким, каким был, когда мысли только родились. Это важно для выстраивания иерархии между желаниями.
Желания написаны. Лизе в один миг стало так тошно на душе. Она возненавидела себя за беспомощность.
Она так многого хотела! И почти все ее желания, казалось бы, такие простые, были несбыточными. Лиза сама уничтожила все «пути отхода», чтобы не сбежать обратно в большой город от мужа. Она продала свою квартиру, родила детей, чтобы быть, как корабль, «заякорённой» к одному берегу. Она знала, если будет возможность сбежать, она сбежит обязательно и глазом не моргнет. И окажется одна. Лиза больше всего на свете боялась одиночества. Это был тайный ее страх, фобия, ночной кошмар. Ничего не могло ее напугать больше, чем мысль о том, что она окажется наедине с собой. Наверное, это было последствием того, что Лиза не умела смотреть вглубь себя и различать там истинные свои желания. Она все время копировала других: пробовала получать удовольствие от чужих увлечений. Иногда даже получалось. Но свои таланты, умения, уникальные навыки она не видела и не развивала, потому что считала себя бездарностью, способной только пристыковаться к кому-то и двигаться рядом, как паразит сопровождает своего носителя.
Глава 5. Сон
Неясно, сколько времени прошло с той прогулки, потому что о смене времени года могли напоминать только изменения в природе. А лето в этом году было таким бесконечно длинным, что казалось, будто миг остановился. И каждый день похож на предыдущий.
Лиза жила свою жизнь, стараясь забыть обо всем произошедшем. Она решила, что ничего уже нельзя изменить. Она попала в безвыходное положение. Лиза сама привела себя в это положение.
Обида на себя, на своего мужа, чувство зависти пронизывали Лизу, как лучи солнца. Пока оно (солнце) светило на небе, чувства разгорались внутри и не давали мыслям успокоиться. А когда наступала ночь, боль становилась настолько невыносима, что ощущалась физически в районе желудка. Казалось, что проглотила ежа, который, время от времени, потягивался внутри.
Вечер. Лиза уложила малыша спать и со старшим сыном читала книгу. Все вечерние ритуалы проведены, время готовиться ко сну. Но сон, как на зло, никак не приходит. Лиза потеряла сон уже давно, но сегодня мысли в голове перекрикивали друг друга с особой жестокостью. Лиза уснула только к утру, когда уже стали слышны птицы за окном.
Утро не предвещало ничего нового. Лиза почувствовала приятный аромат, который могла слышать до этого только в хороших отелях. Пахло цитрусами и морской солью. Лиза так не хотела открывать глаза. Она знала каждый свой шаг, который будет следовать за пробуждением этим утром. Только телефонный звонок смог заставить ее шевельнуться.
Лиза открыла глаза, чтобы найти телефон и посмотреть, кто звонит. Необычно яркий свет ударил ей в глаза. Все вокруг было светлым: мебель, стены, шторы. Лиза уже не слышала телефонный звонок. Она смотрела, не моргая, в потолок, лежа на диване, застеленном серым постельным бельем. Боялась повернуть голову, потому что уже поняла что-то, что приводило ее в ступор.
Она проснулась не в своей спальне. Это была точь-в-точь та квартирка, которую она фантазировала себе в списке с названием «Я живу одна».
Лиза глубоко вдохнула и заставила себя дотянуться до телефона. Заставка телефона была ей незнакома, но экран разблокировался. «Так! Значит это мой телефон», — подумала Лиза.
Глава 6. Квартира
Первым делом Лиза залезла в свой новый телефон как матерый сыщик. Она открыла галерею с фото. Там был довольно странный набор сюжетов. Много селфи. В разных и иногда непредсказуемых местах. Например, в пещере на фоне сталактитов и сталагмитов. Или вот, на фоне умопомрачительной картинки, как с заставки компьютера: на вершине горы, у подножия которой расстелилось горное озеро. Селфи в раздевалке спортзала (как без него). Фото, сделанное на пешеходном переходе большого проспекта в толпе людей. Много фото ног. Хозяйка телефона была фут-фетишисткой (форма сексуального влечения, при которой объектом возбуждения становятся ступни, пальцы ног, обувь или действия, связанные с ногами), но от своих собственных ног. В галерее было огромное количество фото природы, но в основном не масштабные объекты, а мелочи, которые не каждый увидит. Например, букет прекрасных ромашек, который вырос по соседству с уродливой уличной урной. Или бабочки-близняшки, которые спаривались прямо на цветке посреди поля. Еще было много предметов искусства или сюжетов, связанных с ним. Афиша камерного спектакля на дверях театра. Или картины неизвестных художников маслом. А еще фото с какого-то концерта, где на сцене нет декораций, а только три человека за столом.
На фото не было ни детей, ни мужа.
Были, судя по всему, знакомые и друзья, но в небольшом количестве. В основном они сидели за столиком в ресторане и радовались вкусному ужину.
Лиза видела все свои реализованные мечты из списка в галерее этого телефона.
«Вот это да! Мысли материальны. Как никогда подходит эта фраза», — подумала Лиза и принялась разглядывать интерьер своего нового жилища.
Она осталась лежать на диване, но уже по-хозяйски вертела головой в разные стороны, чтобы быстрее увидеть всю картину целиком.
Комнатка была совсем небольшая, но очень светлая. Казалось, что сами стены и все предметы в ней излучают божественное свечение. С дивана можно было дотянуться до прикроватного столика, на котором красовалась прозрачная ваза с большими белыми цветами. Кажется, это были лилии, но Лиза точно не знала. На столике еще лежали аккуратные женские часы на серебряном браслете. Напротив дивана на стене висел самый заурядный телевизор. Но стена была замысловата. То ли это обои, то ли штукатурка. Текстура стен напоминала мятую ткань с заломами, от которых по-разному отражался свет. И поэтому, цвет стены был неоднородный: от бледно-бежевого до почти кофейного. Лизе захотелось прикоснуться к этой стене, провести рукой по заломам. В комнате было много небольших уютных деталей контрастного цвета «кофе с топленым молоком», где молока было больше, чем кофе. Подушечки, какой-то декор на стенах, вставки на шторах. Все было такого цвета.