- -
- 100%
- +
© Алена Александровна Мельник, 2025
ISBN 978-5-0068-4320-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Ягодный пирог для Люси
Мельник Алена Александровна
«Человек-разумный отличается от других животных только одним: он единственный, кто способен уничтожить свой вид при помощи одного лишь стыда».
«Из лекции Артура Арденфайзера «От человека-разумного к человеку-развитому».
Пролог
Декабрьским утром 2055 года, за неделю до Нового года, в городе Н. произошло нечто нехарактерное. Почему нехарактерное и почему именно в городе Н. – вопрос, если вдуматься, весьма занятный. Во-первых, город настолько скучен, что никакие события в нём, априори, не случаются. Местные жители с гордостью величают себя «среднестатистическими» – и невероятно этим кичатся. Странно? Возможно. Но осуждать их не стоит – каждый волен называть себя как душе угодно.
Из этого, однако, следует, что любое происшествие, выходящее за рамки «среднестатистического», уже является событием из ряда вон выходящим. Дабы не томить читателя пространными размышлениями, раскрою обстоятельства: в ту ночь, с 25-го на 26-е декабря, в небе над городом Н. внезапно возникло яркое свечение, которое исчезло столь же стремительно, сколь и появилось.
Не спешите швырять книгу, проклиная автора за потраченное время. Для жителей города Н. это и впрямь было нехарактерно. Вы можете предположить, что это был просто фейерверк в честь праздника. Нет, не мог. Никто из горожан не потратил бы и копейки на подобную глупость. Фейерверк – это деньги на ветер, которые можно было вложить, скажем, в курсы по развитию саморазвития. А это, знаете ли, куда полезнее сиюминутной радости. Да и чему тут радоваться, если время потрачено впустую? На эти же деньги вы с лёгкостью приобрели бы томик Артура Арденфайзера «Как правильно собрать себя, чтобы собраться начать мыть пол?». И не возмущайтесь! Это не тавтология, а бестселлер месяца!
В городе Н. люди не тратят время на глупости и развлечения. В городе Н. люди саморазвиваются. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту. Знаете, от одной мысли об этом становится утомительно.
Но не об этом. Как вы уже поняли, появление таинственного свечения в небе стало для города Н. совершенно нехарактерным событием.
Глава 1. Слёзы Венеры
В 07:15, как обычно, прозвенел будильник. Тоненькая невысокая девушка с длинными светлыми волосами, ниспадавшими почти до пояса, всё ещё погружённая в сон, нехотя раскрыла широкие серо-зелёные глаза и легким движением руки перенесла начало дня ещё на «пять минуточек». Но её планам не суждено было исполниться. Мгновением позже раздался стук в дверь.
– Дорогая, вставай! Ты отстаёшь от графика: через минуту начнётся прямой эфир по «бодрому пробуждению в предрассветные часы». Я оплатил тебе подписку на три месяца вперёд, а она недешёвая, знаешь ли! Потом ты должна умыться, позавтракать и успеть до школы на пробежку. Если твои посты в сетях об этом будут опубликованы чёрт знает когда, представляешь, что люди подумают о нас?
Люси тихонько выругалась в подушку, но спорить не стала и принялась выполнять требования отца. Её отец, аскетичный мужчина лет сорока с безупречной осанкой и холодными, словно сканирующими голубыми глазами, никогда не терпел возражений. Внешне они были очень похожи: те же светлые волосы, строгие черты лица, прямой узкий нос.
Вы, наверное, подумали, что автор сошёл с ума: только что он разглагольствовал о каком-то городе и свечениях, а теперь вдруг переключился на незнакомую девушку. Позвольте мне объясниться. Семья Люси – одна из многих, живущих в этом бесконечно саморазвивающемся городке. И эта девочка – страшная нарушительница спокойствия. Она помогает соседскому старику с покупками, хотя он стар и плохо ходит. Каждую субботу, в свой единственный выходной, под предлогом курсов она помогает ему по дому, ходит в магазин, а потом, в знак благодарности, дедушка рассказывает ей презираемые в этом городке истории. Раньше они назывались сказками. Люси слушает их с упоением. Знаете, как это сейчас называется? Иррациональное поведение.
Если бы кто-то узнал, он бы стал обходить девочку стороной, ведь она совершает сразу две непростительные ошибки. Во-первых, лишает старика возможности «преодолеть себя и достичь цели» – самостоятельно добраться до гипермаркета в двух километрах от дома. Вы скажете: «Невеликое расстояние». Поверьте, пожилому человеку преодолеть пешком или на велосипеде два километра туда и обратно бывает непросто. А транспорта здесь нет – его убрали, потому что «тело – это храм души, который всегда должен содержаться в прекрасном состоянии».
А во-вторых, она тратит время на то, что «не принесёт существенного развития для личности». Сказки уже лет пятнадцать как признаны «литературой, растлевающей юные умы», и запрещены к продаже и публикации в сети. Их вытеснила литература по психологии и саморазвитию. Как, впрочем, и большинство художественной литературы – за исключением школьной программы. Учёные-психологи сделали вывод, что личность, тратя время на сказки и игры, не раскрывает полностью свой потенциал.
Стоит добавить, что город Н., изолированный от внешнего «отстающего мира», использует полностью автономный интернет-провайдер «I-Development» и единственную социальную сеть C.A.M. – Communication and Motivation, где и ведутся все каналы и личные страницы.
Возвращаясь к истории, вы теперь понимаете, насколько «нехарактерное» поведение у Люси. Дедушка с соседней улицы – её единственный друг. Откровенно говоря, возможность уехать из города Н. была не то чтобы недоступна – она была немыслима. Такой вариант просто не существовал в сознании Люси, семнадцатилетней девушки. Сейчас она живёт в частном доме с отцом, Артуром Арденфайзером, известным коучем и автором многих книг по саморазвитию.
Родители девочки развелись, когда ей исполнилось шесть. Анна, мама Люси, долго пыталась быть «образцовой матерью», но, по меркам «совершенного» общества, справлялась, мягко говоря, небезупречно. Эта женщина была мудрее многих и видела, что происходило с дочерью. От «прогрессивного» воспитания девочка становилась всё более печальной и замкнутой. И Анна, вопреки уговорам мужа, взбунтовалась. Она стала много времени проводить с Люси за играми, забрала её из частного детского сада и полностью взяла развитие дочери на себя.
Подобное поведение было немыслимо для этого города. Спустя не более полутора лет Анна подала на развод и уехала, оставив дочь с отцом. Артур после её отъезда с фанатичным усердием взялся за перевоспитание Люси. Но «вредные привычки», заложенные матерью, искоренить так и не удалось. Люси осталась мечтательницей, хоть и предавалась своим грёзам в строгом одиночестве, когда никто не мог её видеть.
Но, думаю, будет скучно, если я продолжу этот монолог. Вы и так всё узнаете сами.
Итак, когда эфир был просмотрен, завтрак съеден, а рекомендации по ЗОЖ выполнены, Люси с чистой совестью отправилась в гимназию. Заканчивалась последняя учебная неделя, и детям предстояло презентовать отчёт о том, как они планируют продуктивно провести каникулы.
По дороге в школу девочка вновь предалась фантазиям. «Эфиры… отчёты… – школа, курсы, посты… Сколько можно? Может, мне попадётся волшебное зеркало, и я перемещусь туда, где не надо ходить на курсы?.. И там будут драконы, и волшебство, много волшебства, как мама с дедушкой Алексом рассказывали… Нет, Люси, успокойся. Тебе уже семнадцать… в школу магии не возьмут, поздно… Да и к таким, как ты, волшебники не приходят… А жаль…»
Погружённая в грёзы, она не заметила, как подошла к зданию гимназии. В раздевалке её уже ждала одноклассница Венера – высокая, спортивного сложения девушка с гладко зачёсанными в тугой пучок каштановыми волосами и невероятно выразительными зелёными глазами, полными тревоги. Вид у неё был несчастный.
– Привет, Ви. Что случилось? На тебе лица нет.
– Доброе утро… Люси, это ужасно. Мама собирается наказать меня на все каникулы. Мы сегодня поссорились, потому что я сказала ей непоправимые вещи… Я не знаю, откуда это у меня в голове! Это ужасно, но эти мысли так и крутятся, не дают покоя. – Девочка закрыла лицо руками.
– Ви, что ты такое сказала? Что у вас произошло?
– Мама купила мне подписку на курс «4 дела сразу», потом попросила показать, чему я научилась. А у меня ничего, совсем ничего не выходит! Она была очень недовольна, а я… я ей высказала, что эти курсы надуманные, что так не бывает, что они мошеннические! И она стала говорить, что я всё обесцениваю… и… я заплакала… Ты представляешь?!
– Заплакала?! Прямо со слезами? Прямо как нам на занятиях рассказывали? – Люси была потрясена. В нынешнем понимании слёзы, как и любое явное проявление эмоций, приравнивались к непростительной ошибке. Ведь, как говорилось в трактате по «современной биологии человека»: «Проявление эмоций, в т.ч. разочарования, гнева, радости, грусти, присуще примитивным животным, но не представителю вида человек развитый».
– Да, Люси… Как какой-то зверь… Но, что самое страшное и удивительное, мне после этого стало легче! О чём я ей по глупости и сообщила. Думаю, ты догадываешься, что было дальше.
– Я не знаю, что сказать, Ви… – Люси была в полной растерянности.
– Умоляю, не говори никому. И… ты теперь не будешь со мной общаться?
Если бы мы с вами говорили во времена моей юности, отношения этих девочек мы назвали бы дружбой. Но в городе Н. люди не тратили драгоценное время на такие пустые формальности, и понятия «дружба» давным-давно не существовало.
Люси ответила:
– Конечно, я и дальше буду с тобой общаться. И никому ничего не скажу. Слушай, Ви, у меня есть идея. Твоя мама, я знаю, читает книги моего отца и считает наше общение полезным. Может, скажешь ей, что осознала проступок, и попросишь отпустить тебя позаниматься ко мне?
Произнося это, Люси ощутила внутри что-то странное – будто силы наполнили её изнутри, и появилось желание сотворить что-то новое и невероятное. Эти чувства удивили и даже испугали её, но виду она не подала. Ви ответила:
– Ты знаешь, это отличная идея! Думаю, мама согласится. Что мы пойдём изучать? – спросила девочка.
– Мы ничего не пойдём изучать. У меня есть идея получше, – с едва заметной улыбкой произнесла Люси.
Она и сама не понимала, что с ней происходит: с самого утра день пошёл наперекосяк. Чуть не проспала эфир, мысли поглотили разум, а теперь ещё эти новые ощущения. Но что-то подсказывало ей, что поступает она правильно.
Учёба тянулась долго: три урока психологии, два – современной биологии, два – истории, час успешного ведения соцсетей и после всего – фитнес с мастер-классом по правильному питанию. Измотанные, но вдохновлённые своей авантюрой, девочки вышли из школы.
Был вечер пятницы. Суббота в гимназии значилась как «день саморазвития в условиях домашней среды», так что в семь утра можно было не вставать. Люси позвонила отцу и, сообщив, что отправляется с Ви на открытый урок по «успешному успеху» в институт психологии, получила лёгкое согласие. После истории её детства в этом нет ничего удивительного.
Подобным образом они никогда не поступали. Но, к их общему удивлению, это их нисколько не огорчило. Собрав учебники, они направились прямиком к дедушке Алексу.
В семь вечера раздался стук в дверь. Дверь открыл невысокий, но всё ещё крепкий старик в потертом кардигане. Его седые волосы были растрёпаны, а в уголках голубых, посветлевших от времени глаз лучиками расходились морщинки – следы былой улыбки, давно забытой в этом городе. Он был удивлён – к старикам без родственников в городе Н. гости заглядывали редко. К старикам здесь относились «снисходительно». Немногие из них соответствовали «критериям прогрессивного общества». Да и пожилых людей в городе Н. осталось мало: кто-то умер, а кто-то уехал по программе переселения для возрастных лиц.
И вот, вечером пятницы, на пороге его дома стояли, понурив носы, две девочки-подростка.
– Дедушка Алекс, можно нам зайти? – робко спросила Люси.
– Что случилось? Разумеется, заходите, не стойте. Родители в курсе?
Они, заходя, еле слышно промямлили «нет».
– Вы нас не прогоните? Нам нужно кое-что спросить, больше пойти не к кому. Родители накажут на все праздники, и, скорее всего, до самого университета мы уже никуда не выйдем, – голос Люси дрожал.
– Боже мой, конечно, не прогоню. Рассказывайте, что стряслось.
– Дело в том… я не знаю, как сказать… это правда ужасно… Ви сегодня заплакала после ссоры с мамой.
Дедушка минуту сдерживался, но вдруг расхохотался. Девочки уставились на него в недоумении.
– Простите, дедушка, но почему вы… СМЕЁТЕСЬ?!
– Простите меня, я удивлён. Ви, милая, в этом нет ничего страшного. Лет двадцать назад плакать, когда тебе плохо, было так же нормально, как сейчас начинать день с эфира по саморазвитию.
Он подмигнул Люси. Мне трудно описать весь спектр эмоций, отразившийся на их лицах в тот миг. Но одно было ясно – девочки «оживали» на глазах.
Потрясённая Люси повалилась на диван. Они с Венерой растерянно переглядывались, пока дедушка Алекс, пока они приходили в себя, растопил камин и поставил чайник.
Домик дедушки Алекса был скромным, но уютным. Волонтёры, предлагавшие помощь в постройке «умного» дома, получив с десяток отказов, давно махнули на него рукой. Его обоснование было лаконичным и вполне устраивало местных снобов: «Зачем глупому старику умный дом?»
По вечерам он обычно растапливал камин, ставил на плиту железный чайник и, устроившись в стареньком кресле-качалке, погружался в чтение, украдкой поглядывая, как за окном идёт снег.
Ви, впервые будучи здесь, с неподдельным интересом разглядывала дом.
– Это настоящий огонь в камине?! Потрясающе! Его надо создавать самому! А у нас камин электрический. Мама говорит, что так экологичнее… О, какие странные книги! А у нас таких нет, все – в планшетах. Мама говорит, что так безопаснее для деревьев.
Венера была похожа на человека, попавшего в другое измерение. Каждая мелочь вызывала у неё восторг. Дедушка Алекс лишь с улыбкой наблюдал, как на его глазах маленькая статуя превращалась в живую девочку.
Вдруг чайник на плите засвистел. Ви вздрогнула.
– Что это? Пожар? Что-то случилось?
Старик улыбнулся:
– Нет, дорогая. Это чайник говорит нам, что скоро всё будет готово к чаепитию. Я как раз приготовил ягодный пирог к твоему завтрашнему визиту, Люси. Нет ничего приятнее, чем разделить трапезу с другом.
У Ви перевернулся весь мир.
– Люси, ты ешь сладкое и ходишь по вечерам в гости?! Ты никогда об этом не говорила! – воскликнула Венера то ли с обидой, то ли с удивлением.
– Я… ну… я нарушила правила… – Люси застенчиво улыбнулась и тут же испуганно спросила: – Ты никому не расскажешь?
– Тайна на тайну, – усмехнулась Ви и тут же прикрыла рот рукой.
Дедушка наблюдал за ними, и на душе у него было одновременно и тепло, и больно. Эти дети не понимали, как многого были лишены. Но сейчас, вопреки всем стараниям «прогрессивного общества», они обретали чувства и самое большое сокровище, которое им предстояло постичь, – дружбу.
Спустя некоторое время он вмешался:
– Девочки, проходите к столу, а то чай остынет.
Гости радостно расселись вокруг небольшого стола. Дедушка Алекс подал им травяной чай, шоколадное печенье, запечённые яблоки и только что приготовленный ягодный пирог. Признаться, несмотря на опасность происходящего, в душе его цвели цветы. Он и не помнил, когда в последний раз собирался так с семьёй или друзьями – за чашкой чая, неспешно беседуя.
Девочки, немного осмелев, приступили к угощениям. Дедушка с теплотой смотрел, как воспитанницы Саморазвивающегося города с аппетитом поглощали печенье и пирог. Но одна мысль терзала его сердце: «Как мы дошли до такого?»
Полакомившись и отдохнув, он вернулся к разговору.
– Люси, тебя обеспокоили слёзы подруги, и я объяснил, что плакать – естественно… – не успел он закончить, как Ви перебила:
– Дедушка Алекс, вы уже не раз сказали «подруга». Я слышала это слово, но что оно значит?
Он с раздражением подумал: «Конечно, знаешь. Мир сходит с ума последние двадцать лет… Уверен, твоя мама с гордостью его произносила».
Вздохнув, он ответил:
– Это большое сокровище, Венера. Подруга или друг – это тот, кто готов разделить с тобой радости и печали, сохранить секрет, – он подмигнул Люси, – принимать тебя такой, какая ты есть, чувствовать твою боль как свою и радоваться твоим успехам, будто они его собственные.
Ви внимательно слушала, а когда он закончил, широко улыбнулась.
– Так выходит… Люси – ты моя подруга! Настоящая подруга! Ты не выдала меня, разделила печаль, пригласила в гости, познакомила с дедушкой Алексом… и настоящий пирог, и камин… и… – её голос задрожал. Венера горько заплакала.
И тут Люси неожиданно подошла и обняла её. Нет, вы не ослышались – обняла, как обнимают, чтобы утешить.
Ви отстранилась:
– Люси, что ты делаешь? Зачем ты кладёшь на меня так руки?
– Прости… Я вспомнила, как в два года я упала и плакала, а мама вот так прижала меня к себе, и мне стало легче… Мне показалось, что тебе больно.
Ви смягчилась.
– Ты знаешь… сейчас действительно не так больно. Спасибо, Люси.
Так, обнявшись, они сидели и молчали. Молчали о детстве, о будущем, о дружбе. И в этом молчании было больше слов, чем в самых долгих беседах.
Позволив им пережить этот момент, дедушка разрядил обстановку:
– А теперь, милые дамы, предлагаю почитать. Например, «Рождественскую историю» Диккенса.
Девочки с радостью согласились, устроились на диване и приготовились слушать. Готов поклясться, в тот миг перед ним сидели не две старшеклассницы, а две маленькие девочки, которым только предстояло познавать мир.
Время пролетело незаметно. Девочки и думать забыли, что пора по домам. Но старик понимал, к какой беде может привести их оплошность, и вовремя закончил чтение.
– Вам пора, девочки. Но приходите ещё. Я всегда рад угостить вас чаем и историей.
Девочки нехотя собрались.
– Спасибо, дедушка Алекс! Мы ещё обязательно придём! – вежливо сказала Венера и вдруг воскликнула: – Получается, вы теперь тоже мой друг? Ведь вы сохраните наш секрет?
– Конечно, – искренне рассмеялся дедушка. – Друг навек.
– Доброго вечера, завтра я загляну с продуктами, – попрощалась Люси.
Выходя, Ви обратила внимание на фотографию в прихожей.
– Дедушка Алекс, а эта девушка… она мне кого-то напоминает.
Ему оставалось лишь с горечью улыбнуться.
– Конечно. Все мы, люди, чем-то да похожи. Доброго вечера, девочки!
Он затворил дверь, задержался у портрета и, не сдержавшись, прошептал:
«Анна, ты смогла воспитать в ней прекрасного человека. А я буду присматривать за ней».
Он нежно провёл пальцем по стеклу и с лёгкой иронией подумал: «Да, Алексей, ты стал очень чувствителен».
Глава 2. Сказка, которую украли
Да, он и вправду стал чувствительным… Простите за это отступление. Но на правах автора я хочу рассказать вам одну историю.
Давным-давно в небольшом добром городке Н. жил учитель литературы. Человек он был скромный и одинокий, но всей душой любил искусство. Однажды он отправился на концерт классической музыки. Он и подумать не мог, что в тот вечер его жизнь перевернётся.
Во время выступления струнных его взгляд замер на девушке со скрипкой. Он не помнил, дышал ли он, пока её тонкие пальцы касались струн, а смычок дарил залу волшебные звуки. Он не помнил, как, словно заколдованный, подошёл к ней после концерта и, с трудом подбирая слова, представился.
Её звали Ольга. И это имя стало его судьбой.
Она была прекрасна: утонченная, как фарфоровая куколка, с золотистыми волосами и проницательным взглядом. Впервые в жизни учитель по-настоящему влюбился. И, о чудо, чувство оказалось взаимным.
Весь следующий год они провели вместе, путешествуя, наслаждаясь обществом друг друга, любя.
Через год Ольга стала женой самого счастливого на свете учителя литературы. А сорок пять лет назад в их уютном доме случилось чудо: родилась девочка, которую назвали Аней.
Для родителей это был дар судьбы. Они всегда мечтали о ребёнке, и вот их заветное желание исполнилось. Ольга плакала в день рождения дочери, благодаря небеса за услышанные молитвы.
В те времена город Н. когда-то был совсем иным. Можно было путешествовать, любить, плакать и смеяться, заниматься музыкой, живописью, театром – жить, не анализируя каждую собственную эмоцию.
Начался самый счастливый период их жизни. Аня родилась с пытливым умом. Всё вокруг вызывало у неё живое любопытство, а родители с любовью отвечали на бесконечные «почему?».
Ольга, женщина глубоко религиозная, после рождения дочери стала ещё набожнее. Каждый день она возносила молитвы за подаренную ей жизнь и судьбу.
А по вечерам они читали сказки. Для Ани это был самый долгожданный момент. Сказки она обожала до беспамятства.
Шли годы. Девочка росла в любви и заботе. Повзрослев, она и сама стала писать сказки. И, скажу без преувеличения, весьма успешно – её книги хорошо расходились в местном книжном магазинчике.
Анечка до самого своего двадцатитрёхлетия оставалась мечтательницей, и истории о доблестных рыцарях и прекрасных принцессах по-прежнему отзывались в её душе.
Она окончила институт и продолжала жить с родителями. Вечера за чтением сказок стали ещё теплее – теперь читали и те, что сочиняла сама Аня.
И всё в их жизни было подобно чудесной истории: любящие родители, талантливая дочь, уют, чай и ягодные пироги. Казалось, ничто не может разрушить их мир…
Но всё когда-нибудь кончается.
Когда Ане исполнилось двадцать пять, в городок стали наведываться учёные. Признаться, все были рады – казалось, что привнести в жизнь города науку было прекрасной идеей. Никто и представить не мог, что ждало тихий добрый городок.
В один из тёплых майских дней, когда Аня была на встрече с читателями, в нашу жизнь уверенной поступью вошёл Артур Арденфайзер.
Он был одним из приезжих исследователей. Его задачей, как позже выяснилось, было изучить жизнь городка. Встречи с молодой писательницей-сказочницей были любимым событием горожан, и, узнав об этом, Артур направился прямиком в книжный магазин.
Стоит ли говорить, что он был очарован. Артур подарил Ане букет лилий, и вскоре они начали встречаться. Родители с присущей им теплотой приняли выбор дочери.
Артур, покорённый чувством, стал пренебрегать работой, ради которой приехал. О чём вскоре узнал его старший брат Спенсер, инициатор исследования.
Надо ли говорить, как он был недоволен решением брата жениться на писательнице. Спенсер был человеком холодного ума, презирал искусство, считая творчество и эмоции пустой тратой времени.
А Артур… Артур был его полной противоположностью: мечтательный, дружелюбный. И он невероятно любил своего брата, единственного оставшегося родного человека. Слушался он Спенсера беспрекословно.
Братья рано осиротели. Их родители, успешные предприниматели, погибли в автокатастрофе, когда Спенсеру было десять, а Артуру – семь, оставив сыновьям внушительное наследство.
Повзрослев, оба окончили факультет психологии и увлеклись наукой. Спенсер, благодаря деньгам и связям, добился финансирования для своей идеи.
Женитьба брата и коллеги в его планы не входила. Но, чтобы не обострять отношения, Спенсер дал своё благословение.
После свадьбы Аня и Артур переехали в новый дом – подарок старшего брата. Аня, навещая родителей, рассказывала о нём не с восторгом, а с тревогой. Она говорила, что дом «умный», полный техники, но в нём не было ни картин, ни книг, ни «милых мелочей, так важных сердцу».
Все книги там хранились на электронных устройствах. И среди них не было художественной литературы. Впервые тогда родители заметили, как изменился взгляд дочери, но не придали этому значения.
Спенсер вскоре покинул город, не простившись с новой семьёй. Не знаю, что сыграло роль – его исследование или течение времени, – но городок начал меняться до неузнаваемости.
Не прошло и года, как в городе перестали устраивать концерты, на которых выступала Ольга. Их не запрещали – просто люди на общем собрании решили, что это пустая трата времени.
Та же участь постигла художественную литературу, настольные игры, живопись. Официально их не запрещали, но тех, кто продолжал заниматься этим, стали презирать.
Многие не выдержали и уехали. Последней каплей для Ольги стало разрушение церквей – «учёные доказали, что религия не более чем выдумка, мешающая саморазвитию».