- -
- 100%
- +
– Эй, Дима.
Я почувствовал, как кто-то коснулся моего плеча.
Снял сварочную маску и выключил аппарат.
– Что такое? – спросил он.
– Иди в бухгалтерию, забери расчётный лист.
– Зачем? Я и так знаю, сколько получу.
– Давай без выпендрёжа. Сходи.
– Ладно, Денис Иваныч. Сейчас закончу и схожу.
Закончив шов, я посмотрел на часы – было половина первого.
Я направился к выходу из цеха.
Выйдя во двор предприятия, сплюнул чёрную мокроту на бетон.
Вот она, грязная работа – когда внутри лёгких оседает сажа.
У ворот сидел пёс – казалось, он всегда был здесь.
Он подбежал ко мне, виляя хвостом.
– Бобик, а ну иди сюда.
Я присел, стал гладить его, почесал за ухом.
– Кто тут хороший пёс? Правильно, ты.– Ладно, мне нужно идти. Потом с тобой поиграю.
Я поднялся и направился к отдельному зданию в другом углу территории.
Оно не выглядело совсем старым, но и новым его назвать было нельзяЗайдя внутрь, я прошёл по коридору и повернул направо.
Постучал и вошёл.
Не глядя, кто сидит за столом, сказал:
– Я пришёл за расчётным листом.
– Назовите вашу фамилию.
Я машинально подумал: Нина Ивановна, вы меня забыли? Здесь каждый друг друга знает, производство-то маленькое.
И только потом понял, что голос другой.
Я повернул голову и увидел её.
Невольно у меня вырвалось:
– Что?..
Передо мной за столом сидела одноклассница.
С школьных лет она почти не изменилась – лицо то же, фигура та же, как в девятом классе. Разве что грудь стала больше.
Она была в строгом костюме.
А я стоял перед ней в рабочей форме.
Она – чистая.
Я – грязный.
Даже руки. У неё – светлые, аккуратные, почти нежные.
У меня – в саже, с застарелыми шрамами от сварки.
– Дима? – с удивлением спросила она.
Я промолчал. Не знал, что сказать.
– Сколько лет… Как ты поживаешь? Я о тебе ничего не слышала с девятого класса.
– Да нормально, – ответил я. – Я за расчётным листом пришёл.
– Да, сейчас, подожди секунду.
Она начала что-то печатать на компьютере.
Кто бы мог подумать, что мир настолько тесен.
Особенно когда спустя годы появляется та самая школьная первая любовь.
Я стоял, не издавая ни звука.
А нужен ли был этот звук?
Молчание прервал принтер – он загудел и начал печатать.
– Вот, держи, – сказала она, протягивая мне листок.
Я не стал смотреть в него и вышел из кабинета.
Выйдя из кабинета, я направился обратно в цех.
Посмотрел на время – через пять минут начинался обед, можно было не торопиться.
Я направился в курилку.
Зайдя внутрь, достал из кармана сигарету и прикурил.
Мимо проходил главный инженер.
Он посмотрел в мою сторону и направился ко мне.
Не доходя до курилки, он сказал:
– Странно. Обычно после обеда курить выходят, а ты до.
– Да просто был в бухгалтерии. Вот по дороге обратно решил перекурить.
– Ладно, раз уж я сюда пришёл, тоже покурю. Есть огонь?
Я достал зажигалку и протянул ему.
Мы стояли молча около минуты.
Потом я всё-таки спросил:
– Денис Иваныч, а где Нина Ивановна?
– Так она уволилась где-то неделю назад, может, даже две. А что такое? – спросил он.
– Да просто спросил. Заметил, что у нас новый сотрудник.
– Это да… А что так интересуешься? Понравилась? – усмехнулся он.
– Ну ты даёшь… – усмехнулся он. – Не успел ещё до того, как она устроилась.
Он затушил сигарету и продолжил:
– Если бы ты внимательнее посмотрел, увидел бы кольцо на безымянном пальце.
– Ясно, – ответил я.
– Ладно, пошли пообедаем, а то потом на голодный желудок работать тяжело.
Мы направились в цех и зашли в небольшую комнату, где обычно обедали.
После обеда я продолжил работу, лишь раз в час отходил покурить.
Под конец рабочего дня пошёл умыть руки и лицо, затем направился в раздевалку. Зайдя в раздевалку, я сразу почувствовал запах сырости.
– Мужики, давайте на обогреватель скинемся, – сказал я. – Это же невозможно. И вообще, когда тут нормальное отопление сделают?
Один из них усмехнулся:
– Может, ближе к осени сподобятся.
– Так давайте сами сделаем. У нас почти все сварщики, слесари есть, инструменты тоже. Нужны только батареи и материалы…– Ну видишь, начальству виднее, когда надо, – ответил кто-то.
Я лишь кивнул:
– Понял. Короче, потом когда-нибудь.
– Ну да…
Переодеваясь, один из мужиков спросил:
– Димон, слышь, не хочешь сегодня с нами сходить выпить?
– Не, мужики, я пас. Дел дома хватает… да и отец инвалид.
Идя по улице, я задумался.
Уже замужем… Почти все одноклассники и одногруппники давно в браке, а я до сих пор один.
Ладно. Главное, что у неё всё хорошо. В жизни и такое бывает.
Спорить не буду – она как вино: с годами только лучше.
Я не заметил, как случайно задел плечом прохожего.
– Ой, извините, я не хотел.
– Да ничего, всё нормально, – ответил он и пошёл дальше.
Нет, всё-таки кому-то повезло – быть с такой в браке.
Интересно… характер у неё тот же, что был в школе?
Зайдя в квартиру, я заглянул в комнату.
Отец сидел в инвалидном кресле и смотрел телевизор.
– Ты что-нибудь ел?
Он повернул ко мне голову:
– Ты уже вернулся?
– Ну а как ты думаешь? Если я тут – значит, вернулся.
– Да так… Что было в холодильнике, тем и перекусил.
– Ладно. Сейчас что-нибудь сварганю.
Я прошёл на кухню, открыл тумбочку, достал кастрюлю и сковороду.
И начал понемногу готовить ужин.
После приготовления я наложил еду в миску и отнёс отцу.
– Держи.
Он взял и начал медленно есть.
– Ты сам сможешь лечь спать?
– Да, не переживай.
– Точно? – уточнил я.
– Да.
– Ну тогда я пойду к себе. Если что – зови.
Я уже собирался выйти, как он спросил:
– Ты к матери сегодня заходил?
– Нет. Думаю, на выходных навещу.
– Ясно. Ты про неё не забывай.
– Не забываю, не переживай. Просто работа… да ещё и ты. Я тоже не могу разорваться на всех.
Зайдя в комнату, я взял телефон, включил видео и стал листать ленту.
Позже, после ужина, я отнёс тарелку на кухню.
Глядя на посуду в раковине, я поймал себя на мысли, что совсем не хочется её мыть.
Ладно… завтра этим займусь. Пойду спать – вставать рано.
Я проснулся от звона будильника.
Неохотно открыл глаза, потянулся к телефону и выключил его.
На экране – ровно шесть утра.
С трудом поднялся, оделся и пошёл на кухню.
Поставил чайник, начал собирать еду в контейнер.
Чай пил на балконе, наблюдая, как такие же, как я, спешат на работу.
Одинаковые шаги. Одинаковые лица. Одинаковое утро.
Выходя из квартиры, я заглянул к отцу – он уже не спал.
– В холодильнике еда. Если захочешь есть – разогрей в микроволновке.
Он кивнул.
Я закрыл дверь на замок и спустился по лестнице.
Выйдя на улицу, направился на работу.
Идя по тротуару, я вдруг услышал резкий сигнал машины.
От неожиданности я даже подпрыгнул.
Машина подъехала ближе. За рулём сидел мужик с работы.
Он опустил стекло:
– Давай, прыгай.
Я, не раздумывая, сел в машину, и мы тронулись.
– Что-то ты не в настроении. Не выспался? – спросил он.
– Да… вроде и пораньше лёг, а всё равно спать хочется.
Он усмехнулся:
– Слушай, говорят, ты на новую бухгалтершу запал.
– Что? – с удивлением переспросил я.
– Тебе это Денис Иваныч сказал?
– Ну а кто ещё?
– Да не… Просто знакомая. Мы с ней в одном классе учились.
– Ясно, – коротко ответил он.
Пока мы разговаривали, уже подъехали к работе.
Я вышел из машины, подождал его у входа и добавил:
– Да даже если бы и запал… времени и сил нет. Работа, дом, отец…
Достал сигарету, закурил.
– Да и к тому же она замужем.
Он лишь хмыкнул, ничего не ответив.
Подойдя к курилке, я увидел ещё пару мужиков.
Со всеми поздоровался.
– Что слышно? Чем сегодня занимаемся?
– Да чёрт его знает, инженер пока на совещании.
– Понятно.
Посидел с ними немного.
Кто-то говорил о доме, кто-то – о работе, кто-то прикидывал, как бы сегодня пораньше уйти.
Из здания вышел Денис Иваныч.
Он направился к нам и начал объяснять новое задание, попутно распределяя, кто чем занят.
– Так, Дима, к тебе слесари будут носить детали конструкции. Вот, смотри…
Он достал чертёж и начал объяснять, что именно мне нужно сделать.
– Да это всё хорошо, но у меня кислород почти закончился. Нужно баллоны заправить.
– Не переживай, сегодня займусь этим.
– Да поскорее, а то его максимум на полдня хватит. А дальше всё – я бессилен.
Дальше всё было как всегда:
мне приносили детали конструкции – я варил.
Снова приносили – снова варил.
И так по кругу.
Пока в какой-то момент я не понял, что сварка больше не берёт.
Баллон закончился.
Я направился к инженеру.
– Денис Иваныч, что по поводу баллонов?
– Да пока сами ждём, когда привезут. Может, после обеда. А в худшем случае – завтра утром.
– И что мне тогда делать?
Он пожал плечами:
– Не знаю… покури пока, что ли.
Я посмотрел на время – без пяти двенадцать.
И правда, можно сходить покурить. С утра так и не вышел.
Я направился в курилку. Закурил.
В этот момент из здания администрации вышла она.
В руках – папка с документами. Она шла куда-то по территории, не оглядываясь.
В школе она была отличницей. Не «гордость школы», но оценки всегда держала высокие.
А я тогда был застенчивым парнем. Не то что предложить кому-то встречаться – даже просто заговорить с девчонкой было проблемой.
Хотя, казалось бы, какие отношения в школьном возрасте?
Но почему-то именно они врезаются в память надолго. Даже первый секс вспоминается не так тепло.
Если подумать, секс без любви – это просто инстинкт, не более.
– Дима, ты о чём так задумался? У тебя сигарета почти до фильтра сгорела.
– Да нет… Просто школьные годы вспомнил.
Пока мы перекидывались фразами, мимо прошла она.
Махнула нам рукой.
Он заметил, что я всё это время смотрю на неё.
– Больше, чем просто одноклассниками были?
– Ну… типа того. Просто интересно, как в жизни бывает. Вроде все разошлись, у каждого своя жизнь. Казалось, больше уже не увидимся… А тут…
Я замолчал.
– Даже не знаю, что сказать.
– Да, и правда интересный у тебя случай.
– Вот и я о том же. Аж противно до мозга костей. Если жизнь решила подшутить – то вышло неплохо.
– Ты чего так говоришь? Посмотри на это с другой стороны.
– С какой? Объясни мне.
И я продолжил:
– Это как будто у тебя отобрали какую-то вещь… и пользуются ею у тебя на глазах. Даже не знаешь, что сказать. Вроде когда-то была твоей, а теперь уже нет. И всё, что ты можешь, – только наблюдать.
Он немного подумал и сказал:
– М-да, Димон… Я тебя, конечно, не пойму. В школе у меня отношений не было. Да и вообще жизнь мне бывших не подкидывала. И слава богу. А то когда интересовался, что у них там происходит, – ничего весёлого.
– Ну это понятно, Василий. Вам почти сорок лет.
Он усмехнулся:
– Ой, давай на «ты». Не настолько я старый, чтобы ко мне на «вы» обращаться.
Пока мы разговаривали на бытовые темы, в курилку постепенно подтягивались остальные.
Кто-то травил анекдоты, кто-то обсуждал работу, кто-то просто стоял молча – каждый о своём.
– Эй, что вы там засели, лентяи? – крикнул Денис Иваныч.
– Курим!
– Курите, только не засиживайтесь. А то если начальство увидит – у меня будут проблемы.
– Хорошо, Денис Иваныч.
До обеда мне было нечего делать.
Поэтому я понемногу помогал то слесарям, то тем, кто занимался погрузкой. Всё равно простаивать – смысла нет. А так хоть мужикам помогу.
Наступило время обеда.
Всё как обычно: поели – и в курилку.
Курили. Говорили. Снова курили.
Пока не зашёл Денис Иваныч.
– Что по баллонам?
– Пока глухо. Скорее всего, завтра утром привезут.
– Ясно… Ничего не меняется. Всё тянется до последнего.
– Ну а что сделать?
– Тоже верно. Значит, ждём.
Дальше – как обычно.
Помог тут, потом там.
Так и дотянули до конца рабочего дня.
Я быстро переоделся, попрощался с остальными и направился домой.
Выходя за территорию производства, увидел, как её забирает муж. Машина стояла у ворот.
По внешнему виду он был заметно старше неё.
Хотя какая разница, сколько ему лет.
Радовало только одно – завтра воскресенье. Можно будет проваляться дома весь день.
Хотя нет… завтра нужно съездить к матери.
Придя домой, я заглянул к отцу.
Потом пошёл на кухню, приготовил ужин.
Поели.
Помыл посуду – и подумал, что лучше бы вчера не поленился и сделал это сразу.
Закончив с делами, я взял кружку чая и вышел на балкон.
Глядя на улицу, я наблюдал, как люди спешат по своим делам.
Кто-то катил коляску, кто-то шёл, держась за руку – влюблённая пара.
Жизнь текла спокойно, как будто всё правильно.
Я закурил.
И невольно снова вернулся в школу.
– Дмитрий, не хотел бы поучаствовать в олимпиаде?
– Да нет.
– Почему?
– Просто не хочу. Зачем?
– Ну ты парень смышлёный.
– Не, спасибо. Давайте без меня.
Хах… Иронично, что со всеми своими школьными успехами я в итоге стал обычным сварщиком.
Тогда не то что о сексе думать – поцелуй или просто объятия казались вершиной любви.
Кто бы знал, что всё это может быть просто действием. Без чувств. Без смысла.
Жизнь в общежитии хабзы быстро показала мне, что мир не такой радужный, каким он казался в школе.
Да, там я лишился девственности.
Но вопрос в другом – стоило ли оно того?
Есть ли в этом смысл, если всё произошло по пьяни или просто потому, что так вышло?
Если к человеку нет чувств – что это тогда вообще?
После этого мне стало неинтересно ходить на тусовки.
А зачем? Если захочу нажраться – могу и так. Хотя с моим прошлым про алкоголь лучше вообще не вспоминать.
Каждый раз я смотрел на него с лёгким отвращением.
Сколько людей и семей из-за него разрушается.
Ладно… хватит. Пора спать.
Я заглянул к отцу – он уже спал.
Выключил телевизор и пошёл к себе.
Лёг.
Где-то час просто смотрел в потолок.
Интересно… был бы шанс, что тогда наши отношения продлились бы дольше?
Или школьные отношения всегда заканчиваются?
Хотя есть ведь люди, которые женаты и говорят, что вместе ещё со школьных парт.
Получается… шанс всё-таки был?
Хотя вопрос в другом – быть вместе со школьных парт, это удача или проклятие?
Получается, если не брать разводы, ты всю жизнь проводишь с одним человеком.
С самого начала. Без сравнений. Без «а вдруг».
Хотя, наверное, это неважно.
Если и через десять лет ты его любишь – значит, всё правильно.
Или всё-таки важно?
Эти вопросы не давали мне покоя.
А вдруг… а если…
Говорят, первую любовь не забывают.
Получается, я и сейчас бы её любил? Или нет?
Хотя кто знает, что могло бы произойти за это время.
Сколько случаев измен, разочарований… Одно дело – хотеть человека. Другое – жить с ним.
Пока я размышлял, сам не заметил, как уснул.
Проснулся уже по привычке.
Посмотрел на время – шесть утра.
Эх… хотелось бы поспать подольше, но привычка берёт верх.
Пока было время, я заварил чай, приготовил завтрак.
Поел сам, покормил отца. Странно, что он каждый раз встаёт так рано.
Хотя, наверное, за пять или шесть лет, проведённых в инвалидном кресле после несчастного случая на работе, режим вырабатывается сам.
Пока туда-сюда – уже пора выходить.
Я вышел из квартиры, закрыл дверь на замок и направился к остановке.
Стоял, ждал пригородный автобус.
А вот и он.
Я сел в автобус. Ехать – около получаса.
Каждый раз, выходя на этой остановке, мне становится не по себе.
Психоневрологический интернат.
Тяжёлое место.
Сколько здесь людей, у которых будто нет и не было будущего.
Пройдя КПП, я направился к регистратуре.
– Подскажите, пожалуйста… – назвал фамилию, имя и отчество.
Меня попросили подождать.
Через несколько минут ко мне подошёл врач.
Врач знал меня лично – я здесь часто появляюсь.
– Как здоровье мамы?
– Без изменений, к сожалению.
Ходит, сидит… всё так же.
– Ясно…
Он подозвал санитара, и тот проводил меня к её палате.
Зайдя внутрь, я огляделся.
В комнате почти ничего не было: мягкие стены, кровать, подушка.
Только самое необходимое. Без лишнего.
На ней была больничная рубашка – свободная, бесформенная.
Она сидела на кровати, глядя в пол, и даже не обратила внимания на то, что дверь открылась.
Я сел рядом.
– Привет… мам… Давно не виделись. Как ты?..
Ответа не последовало.
Я немного помолчал, потом начал просто говорить.
Рассказал, как прошла неделя. Про работу. Про цех. Даже про одноклассницу.
Говорил обо всём подряд – о мелочах, о бытовом.
Как будто она слушает.
Но она просто встала и начала ходить по комнате кругами.
Будто находилась в другом мире, где никого нет.
Будто одинокий корабль в море.
И каждый раз всё заканчивалось одинаково.
Слёзы.
Я просил её ответить мне. И всё – без ответа.
– Мам… прошу… скажи что-нибудь. Хоть имя моё назови… пожалуйста.
Я смотрел на неё, пока слёзы стекали по моим щекам.
После недолгой беседы с самим собой я вытер слёзы, попрощался с ней и вышел.
А что мне ещё говорить?
Всё, что хотел, я сказал.
Только всё это больше походило на разговор одного человека в пустой комнате. Будто я снова дома – и просто говорю сам с собой.
Вернувшись в город, я зашёл в магазин, купил продукты и пачку сигарет, после чего направился домой.
Дома меня ждал отец.
В отличие от матери, с ним можно было поговорить.
Но я не хотел.
О чём мне с ним говорить?
Из-за него мама находится там.
Это как нужно было довести женщину до состояния полуовоща – чтобы она могла только сидеть, ходить… и, может быть, есть. И то – не уверен, что сама.
Вернувшись домой, я посмотрел на время – уже два часа дня.
Разложил продукты и начал готовить обед.
Пока готовил, на кухню въехал отец.
Каждый раз, глядя на него, меня изнутри выворачивает.
Иногда так и хочется убить его на месте.
Но я вижу перед собой не того человека из прошлого.
Я вижу старого инвалида.
И от этого разъедает ещё сильнее.
Тогда я ничего не мог сделать.
И сейчас – тоже.
И тогда, и сейчас я просто позволял мыслям разъедать себя.
А что ещё делать? Остаётся только жить с этим грузом.
Всё-таки я решил выйти подышать свежим воздухом, немного разогнать мысли.
Вечер уже приближался.
Я сказал отцу, что скоро вернусь, и вышел.
Направился в парк – он был недалеко.
Сел на скамейку у пруда и просто смотрел перед собой.
Глядя в воду, я не двигался, не думал.
Просто сидел в состоянии овоща. Иронично даже.
Пока кто-то не позвал меня:
– Дима? Это ты?
Я повернул голову и увидел перед собой её.
Одетая обычно – кофта, штаны, кроссовки.
Волосы заплетены в косу.
– Да, это я.
– Что ты такой без настроения сидишь?
– Не знаю… Просто.
– А ты что тут делаешь?
– Да так, домой шла. Вижу – знакомый силуэт сидит. Решила проверить, ты это или нет.
– Ясно…
Она села рядом.
– Слушай… а у тебя есть девушка?
– Нет. А к чему ты это спрашиваешь?
– Да просто интересно. Мало ли – вдруг жена, дети…
– Нет. Ни жены, ни детей.
А у тебя, я так понимаю, муж есть. А дети?
– Детей пока нет. Ещё рано.
– Понятно…
И она постепенно начала рассказывать, что произошло в её жизни после того, как я ушёл в хабзу после десятого класса.
Пока она говорила, то и дело поправляла кофту.
И в какой-то момент я случайно заметил синяк – на ключице, ближе к плечу.
– Слушай… а откуда у тебя синяк?
– А, это? Об шкаф ударилась. Вот и вылез.
– Ясно…
От этого мне стало не по себе.
Я редко верю в такие объяснения. «Об шкаф ударилась» – слишком знакомая фраза. Наверное, из детства это тянется.
Но она говорила об этом так жизнерадостно, будто ничего особенного. И я сразу отбросил грязную мысль.
Сказал себе, что такие случаи – единичные. Что я просто накручиваю.
Ведь время другое. Люди другие.
Сейчас полно девушек, которые встречаются с теми, кто зарабатывает больше среднего. Всё прагматично. Всё по расчёту.
Потом разговор сам собой перешёл на школу.
На то, как тогда всё было хорошо.
– Смотря кому хорошо, – честно сказал я. – Мне… светлым было только само здание школы. Остальное вспоминать не хочется.
Она посмотрела на меня внимательнее.
– Слушай, а как так получилось, что из отличника ты стал тем, кому тройки ставили из жалости?
– Не знаю… Может, переходный возраст.
Я понимал, куда катится разговор.
И чувствовал, что из меня пытаются вытянуть то, о чём я не хочу говорить.
– Ладно, я, наверное, пойду. Приятно было пообщаться. Завтра всё-таки на работу… Так что, может, если будет время, там ещё поговорим.
– Хорошо.
Я попрощался и направился домой.
Идя по аллее, подумал про себя: лучше бы я остался дома.
Вот чёрт.
Я думал, что прошлое останется там. Но, похоже, оно решило напомнить о себе.
Я вернулся домой, сразу прошёл в комнату, упал на кровать и лёг спать, даже не снимая одежды.
Я старался ни о чём не думать. Просто ждал момента, когда усну и этот день закончится.
Утром всё как обычно: переоделся, поел, попил чаю и пошёл на работу.
По пути ничего интересного не произошло.
Подходя к цеху, я заметил, как на машине приехала Даша.
Из машины вышел её муж. Они попрощались, и на прощание она поцеловала его.
Эта сцена как будто говорила, что у них всё нормально. Наверное.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.