Мертвые не умирают

Осень

В жизни Ларисы Котовой, директора процветающего ресторана «Чайка», подобные минуты выпадали очень редко.

На улице стояла непривычная для ноября теплая солнечная погода. И этот метеорологический парадокс заставлял забывать о том, что впереди людей ожидает весьма неприветливая, холодная и, что самое главное, длинная зима.

Пока же Лариса медленно брела по улице, наслаждаясь последними погожими деньками. Она была без головного убора, без перчаток и не ощущала холода. Напротив, на солнце можно было, пожалуй, пройтись даже без пальто, в одном костюме, и не замерзнуть.

Был понедельник, начало рабочей недели, и начинался он довольно неплохо. Даже дома «любимый» супруг Ларисы вел себя прилично. Впрочем, один тот факт, что Евгений был не с похмелья, уже радовал.

Этот внешне процветающий бизнесмен давно попал в цепкие узы алкогольной зависимости. И только некая инерция и какое-то потрясающее везение позволяли ему удерживаться на плаву бизнеса.

Но, как бы там ни было, каждое утро смотреть на страдающее и перекошенное от головной боли лицо Евгения было неприятно для его супруги. Более того, эта картина Ларисе надоела. А сегодняшний бодрый разговор утром за чашкой кофе с мужем придал Ларисе Викторовне хороший положительный импульс на день. Даже то, что она шла на работу пешком, совсем не расстраивало Ларису, а, наоборот, наводило ее на философские мысли.

«Вольво» ей пришлось отвезти на СТО и оставить там на профилактический ремонт. Ее «боевой товарищ» в последнее время стал немного сдавать. Подлечить его было просто необходимо. Правда, знакомые ребята на станции пообещали вылечить «товарища» уже сегодня.

Лариса вдохнула воздух и улыбнулась двум воробьям, которые никак не могли поделить хлебную корку и по этому поводу вели «крутые разборки».

Отвлекшись на птиц, она не сразу заметила двух людей, выходящих из арки двухэтажного дома. Не обратила она на них внимание и тогда, когда, поравнявшись с ними, прошла дальше.

– Стоять! – вздрогнула она от крика, раздавшегося сзади, и на всякий случай замерла на месте. – Стоять, я сказал. Стоять, падла!

Лариса метнулась в сторону и прижалась к стене дома. В тот же момент она услышала легкий хлопок и, обернувшись на звук, увидела, как бежавший человек вдруг неестественно дернулся и опустился на асфальт.

Ее глаза расширились от стаха. Она хотела крикнуть, но только беззвучно открыла рот.

А второй мужчина, поравнявшись с ней, низко нагнул голову и бросил какой-то предмет в ее сторону. Машинально его поймав, она с ужасом увидела у себя в руках пистолет с глушителем.

Некоторое время она стояла в оцепенении перед трупом мужчины, продолжая сжимать пистолет. Из этого оцепенения ее вывел противный вой сирены. По улице, набирая скорость, неслась милицейская машина.

«Черт, ну почему я?» – в отчаянии подумала Лариса. Она хотела выбросить пистолет, но на нем уже, по ее глупости, были отпечатки ее пальцев. К тому же прохожие, которых во время происшествия видно не было, теперь появились и в некоем ступоре наблюдали за ней. Они не решались приближаться, но держали Ларису в поле своего зрения.

Внутри Ларисы нарастало чувство беспомощности и ощущение жуткой, несправедливой абсурдности ситуации. Выбросить пистолет и попробовать убежать? Наверняка прохожие в этом случае среагируют. Попытаться скрыться с пистолетом? Дополнительная улика для ментов.

Нет, Лариса Котова, хобби которой уже давно стала частная детективная деятельность, не станет так действовать. Она дождется милиции, все объяснит и сама возьмется за это дело. Поразмышляв под пристальными взглядами зевак таким образом, она почти успокоилась и, можно сказать, приняла решение…

Весна того же года

Влад выкурил сигарету и, затушив ее в пепельнице, закрыл лицо руками.

Что-то было не так. Что-то не получалось. Но что? Внешне вроде бы ничего не изменилось. Фирма процветает, спрос на ребят, которых готовило его охранное агентство, большой. Словом, все идет отлично. Тогда что? Что внутри беспокоит его?

Он потер лицо руками и нажал кнопку селектора.

– Таня, Горина поблизости, случайно, нет? – спросил он.

– Нет, он еще не приходил, – послышался из динамика мелодичный голос секретарши.

– Как появится, пусть зайдет.

– Хорошо, – заверила его Таня.

Влад удовлетворенно кивнул головой, хотя этого кивка секретарша видеть и не могла.

Таня ему нравилась. Нет, совсем не за умение ублажить своего директора. Этим он не увлекался. Секретаршу свою он ценил за исполнительность и ум. Очень часто она давала ему дельные советы, присутствуя на их с Андреем небольших планерках.

Влад мысленно ругал Горина, хотя и прекрасно понимал, что тот занят подготовкой лагеря. Скоро должны были начаться тренировки, а без Горина толку не будет. Андрей являлся главным тренером ребят, основной движущей технической силой, на которой держался высокий уровень подготовки в его агентстве.

Но Влад все равно злился. Это его дурацкое состояние раздраженности длилось уже несколько дней и имело какие-то другие, подсознательные причины. Но что именно его не устраивает, Влад не знал.

– Владислав, – раздался вдруг в кабинете голос Тани, – к вам ваша жена.

Договорить она не успела, потому что на пороге уже появилась Ольга, высокая статная дама в модном пальто и с тщательно уложенной прической на голове.

– О моем приходе тебе тоже докладывает секретарша? – нервно начала она прямо с порога. – Или она тебя предупреждает, чтобы я тут никого не застала?

Влад импульсивно вскочил и хотел уже ответить жене какой-нибудь грубостью, однако взял себя в руки. Он снова сел и довольно мягко проговорил:

– Оленька, ну о чем ты говоришь? Кто, кроме Горина, у меня может быть? У тебя что-то случилось?

– Нет, – улыбнулась Оля. – Просто мне скучно. Я все время дома и все время одна. К своей фирме ты меня редко подпускаешь: мне надоело составлять договоры. Это происходит раз в неделю, а в остальное время я изнываю от безделья.

Влад вздохнул, но промолчал. Он уже знал, к чему клонит Оля и чем должен закончиться этот разговор. И не ошибся. Впрочем, он вообще редко ошибался.

– Владюша, – Ольга присела рядом с ним на стол, обнажив свои стройные ноги, – у тебя же есть деньги! Почему ты не хочешь мне дать их? Ведь для тебя это пустяк, а у меня будет свое дело. Ты же знаешь, как это для меня важно.

– Оля, – Влад отодвинулся от жены, стараясь не смотреть на ее ноги. – Ты сама все прекрасно знаешь. Зачем ты опять начинаешь этот дурацкий разговор?!

– Почему дурацкий? – надулась Оля.

– Потому что… – Влад явно начинал заводиться. – Потому что у меня нет денег на твой дурацкий салон. Нам надо расширяться. И только через полгода… или, если повезет, месяца через три-четыре ты получишь то, что хочешь. Неужели нельзя потерпеть совсем немного?

– Я не понимаю, почему я должна ждать, – возражала Оля. – Я тоже работаю в фирме и тоже зарабатываю деньги. Я прошу только свое.

Влад скептически посмотрел на жену. Ольга явно забывала о том, что на работу она приходит лишь раз в неделю и что заработать на открытие косметического салона таким образом она не могла.

– Я хочу сейчас! – капризно, но в то же время твердо заключила она.

– Нет, – жестко ответил Влад, глядя жене прямо в глаза.

В этот момент дверь кабинета отворилась, и на пороге возник улыбающийся, коротко стриженный блондин с круглым лицом.

– Привет, – дружелюбно поздоровался он. – Оля, ты прекрасно выглядишь. И как это тебе удается?

Оля неприязненно посмотрела на вошедшего заместителя своего мужа, Андрея Горина, вздохнула, слезла со стола и молча вышла из кабинета.

– Опять проблемы? – кивнул Горин в сторону скрывшейся за дверью Ольги.

– Достала она меня, Андрюха, – в сердцах воскликнул Влад. – Она просто помешалась на своем салоне.

– Да ладно, – махнул рукой Андрей. – Не бери в голову. Скоро начнется лагерь. Поехали со мной, отдохнешь.

– А здесь кто останется? – усмехнулся Влад. – В этом вся специфика нашей работы. Вроде бы и деньги есть, а даже отдохнуть нельзя…

Влад обвел руками свой кабинет, подразумевая под этим все возглавляемое им охранное агентство «Карт».

– Ладно, оставим это, – почесал он шею. – Как у тебя дела? Все готово?

– Почти, – ответил Горин. – Ребят отобрал. Сейчас они проходят медосмотр. Не знаю, сколько останется в конечном итоге, но ребята все хорошие, крепкие. Думаю, что в этот раз набор будет одним из лучших.

– Отлично, – констатировал Влад. – У нас есть на них уже несколько контрактов.

– Можно кофейку? – спросил Горин.

– С каких это пор ты начал спрашивать у меня разрешение? Конечно, можно, – улыбнулся Влад.

Ольга вышла из кабинета, хлопнув дверью, и, оказавшись в коридоре, оглянулась. Вокруг никого не было. Убедившись, что ее никто не видит, она быстро прошмыгнула в ближайшую дверь.

Это был такой же, как и у мужа, кабинет, но несколько попроще обставленный. За столом сидел молодой подтянутый мужчина лет тридцати с хвостиком и листал журнал. При звуке открывающейся двери он поднял голову и вопросительно посмотрел на вошедшего. Глаза у мужчины были голубыми и холодными. Увидев Ольгу, он, однако, слегка улыбнулся.

– Привет, – сказал он. – Влада что, нет на месте?

– Куда он денется! – подходя к столу и садясь на него так же, как только что в кабинете мужа, ответила Ольга. – Закрылся сейчас со своим Гориным, теперь раньше чем через час не освободится.

Она перекинула ноги на другую сторону, обнажив их до предела. Молодой человек сразу застыл и напрягся. Ольга прекрасно знала, что делает. Улыбаясь, она смотрела на него, медленно нагибаясь к его лицу. Наконец она коснулась языком мочки его уха.

– Оля, перестань, – хрипло проговорил он, – я не могу так.

– Как так? – кокетливо повела она плечами.

– Когда твой муж практически за стенкой, – объяснил он.

– Ну и что? – Ольга сползла ему на колени. – Когда у него Горин, он все равно ничего не слышит и не видит. Если бы я его не знала столько лет, то подумала бы, что они там не просто разговаривают.

При упоминании о Горине лицо молодого человека помрачнело, и он слегка отстранил Ольгу. Та же, совершенно не обращая внимания на изменения в настроении партнера, уже потянула руку к «молнии» на его брюках.

– Извини, – он осторожно поставил Ольгу на пол и нервно заходил по комнате, – тебе не надо было говорить о Горине. Я не понимаю: почему, черт побери, все производственные вопросы решаются с ним, а не со мной?

– Ну, он друг Влада, – обиженно надув губки, сказала Ольга.

– А я – коммерческий директор! Можно сказать, почти такой же директор, как Влад.

– Да ладно тебе, Макс. – Ольга подошла сзади и обняла его за пояс.

Потом она опустила руки вниз, пытаясь повторить попытку соблазнения.

– Андрей все равно скоро уезжает в свои лагеря. Ты попросишь для меня денег? – с придыханием говорила она. – Представляешь, он опять мне не дал. Говорит, чтобы я подождала месяца этак три-четыре, а то и полгода… А я уже место присмотрела и даже почти договорилась о покупке недвижимости.

Макс мягко убрал руки Ольги и сел за стол. А она уже вроде как и передумала приставать к нему: все ее мысли занимал теперь собственный бизнес-проект.

– Место такое классное! – мечтательно закрыла она глаза. – К тому же мне надоело все время просить. Я хочу иметь свои деньги и делать с ними все, что я пожелаю, никому не отчитываясь в своих расходах.

– Ладно, я поговорю, – чуть сморщившись, отреагировал Макс, чтобы предупредить дальнейшее нытье Ольги. – У нас сейчас стабильное финансовое положение. Не знаю, чего это он жмотничает…

Он поднял глаза на Ольгу и внезапно ощутил приступ возбуждения. Встав со стула, он подошел к ней, привлек ее к себе и с силой прижал.

– Я бы тебе сразу все отдал, – целуя ее, шепнул он на ухо.

– И почему ты не Влад? – тихо сказала она, наслаждаясь его близостью.

Макс был человеком противоречивым и вдруг снова почувствовал, что не может вот так откровенно, в своем рабочем кабинете заниматься интимными делами. Поэтому он опять отодвинул Ольгу.

– Не сейчас, – мягко сказал он.

– Ну почему? – жеманно спросила Ольга.

– Давай как обычно – у меня, сегодня. Я не могу на работе. Все время что-то отвлекает.

– Хорошо, – согласилась Ольга и, поцеловав Макса, пошла к двери, соблазнительно покачивая бедрами.

Макс проводил ее глазами и, тяжело вздохнув, подошел к окну.

– Пора с этим кончать, – тихо сказал он.

Было непонятно, что он имел в виду: то ли Ольгу, то ли еще что-то, известное только ему.

Осень

Алексей открыл глаза и огляделся вокруг себя. Ему снова снились какие-то кошмары, и он почувствовал облегчение от того, что находится в своей собственной комнате и на своей кровати.

Он спустил ноги на пол и помотал головой. Жуть не проходила. Он никак не мог понять, что за человека он постоянно видит во сне. В то же время он был уверен в том, что знал его.

Алексей нашел под кроватью тапочки и, надев их, пошлепал на кухню ставить чайник.

Он занимал одну большую комнату в огромной коммунальной квартире в центре Тарасова, на Немецкой улице. Кроме него, здесь еще обитало семь семей, каждая из которых в той или иной степени мечтала выехать в отдельную квартиру. Было, правда, двое жильцов, которые не хотели переселения. К ним относились ровесница уходившего века баба Даша и беспробудный алкоголик дядя Гриша. Первая – потому что боялась умереть в одиночестве, а второй – потому что в отдельной квартире не у кого будет занять денег. Правда, в последнее время и в этой коммуналке желающих одолжить ему на хлеб насущный становилось все меньше. Главным спонсором дяди Гриши в этом смысле являлся Алексей. И на этой незатейливой основе у них завязалось что-то вроде дружбы.

Алексей Снегирев приехал в Тарасов недавно и на все имеющиеся у него сумму деньги купил эту комнату. Он был не женат, несмотря на свой возраст – ему было сорок лет. Плечистый, крепкий, мускулистый блондин с обаятельной улыбкой. Ко всему этому прилагалось еще неплохое знание некоторых видов восточных единоборств и уверенность в своих силах. То, чем он будет заниматься, Алексей уже выбрал. О том, что он пойдет устраиваться куда-то на работу, не могло быть и речи. Он привык работать сам на себя.

Снегирев вышел в коридор и тут же столкнулся с дядей Гришей. Собственно, тот давно уже поджидал соседа, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Вчера он явно перебрал, и с утра у него, что называется, горели трубы.

– Слушай, друг, – зашептал он, увидев выходящего Алексея, – полтинник до среды не дашь? Я отдам, точно отдам.

В глазах дяди Гриши виделось откровенное заискивание и подобострастность. Алексей был снисходителен к слабостям. Ни слова не говоря, он вернулся в свою комнату и через некоторое время появился в коридоре снова. Дядя Гриша буквально выхватил у Алексея купюру из руки и с невнятными словами благодарности тут же скрылся в дали коридора.

Алексей ухмыльнулся и пошел умываться. Дяде Грише он давал деньги совсем не от душевной доброты, а потому что знал – такие люди в его будущем бизнесе просто необходимы. Хотя бы в качестве источников информации. А в том, что дядя Гриша будет на него работать в этом качестве, Алексей не сомневался.

Лариса смотрела на приближающуюся милицейскую машину. Она продолжала держать в руке пистолет.

Она, как в замедленном кино, видела, как из машины выскочили трое парней в милицейской форме и устремились в ее сторону.

– Стоять! – услышала она.

Но она и не собиралась никуда бежать.

Подбежавшие оперы не очень-то церемонились. Сначала они отобрали пистолет, потом прислонили Ларису к стене дома и обыскали ее. Затем она почувствовала, как за спиной щелкнули наручники, и ей стало очень неудобно.

– Подождите, – наконец-то опомнилась она, – это не я!

– А кто же? – почти весело спросил один из оперативников.

– Иди, иди, в отделении разберемся, – подтолкнул ее в спину другой.

– Это случайно произошло, – насупившись, сказала Лариса.

– Угу, – тут же с готовностью подтвердил версию Ларисы первый «веселый» милиционер. – Иду это я так, иду, вдруг вижу – мужик бежит… И как начал приставать, а рядом, на асфальте…

– Тоже случайно, – уточнил второй.

– Да конечно же, случайно, – согласился первый, – лежал пистолет. Ну, я подняла его и стрельнула в мужика. Уж очень он прилипчивым оказался! Так?

– Не так, – довольно резко ответила Лариса.

– Да? – сделал удивленное лицо первый. – А как?

На его лице обнаружилась притворная заинтересованность в том, что же скажет застигнутая с поличным на месте преступления женщина.

– Никак. – Лариса отвернулась, решив не метать бисер перед свиньями.

Было понятно, что сейчас все равно ничего объяснить толком не удастся. Необходимо было попробовать встретиться с Олегом Карташовым, ее знакомым, с которым ее так много связывало. И вот уже тогда разобраться в том, что же в конце концов произошло.

– Никак, да? – снова вступил в разговор «веселый» мент. – Ну что ж, никак так никак.

Он достал рацию и, поднеся ее к своим губам, начал вещать невидимому собеседнику:

– На улице Кутякова обнаружен труп мужчины, вызывайте бригаду… Да, на Кутякова… Да, мы обнаружили, это Пятый говорит… Ну да, черт, на Ку-тя-ко-ва!

Отключив рацию, он вздохнул и вытер со лба пот.

– Вот дурацкая техника! – в сердцах воскликнул он. – Сейчас подъедут… Давай дамочку в салон. Мадам, прошу вас…

И с издевательской галантностью распахнул дверцу милицейского автомобиля перед Ларисой.

В другой ситуации Котова бы, наверное, улыбнулась, но сейчас у нее на это не хватило моральных сил. Она молча последовала приказу оперативника.

Через несколько минут на улицу с воем въехала машина, затем другая и третья. Из машин быстро выскакивали люди и подбегали к лежащему на асфальте трупу.

Лариса сидела в салоне и молча смотрела на всю эту суету. «Веселый» мент вместе со своим коллегой что-то рассказывал вновь прибывшим, при этом выразительно поглядывая в сторону Ларисы. Прикусив губу, она отвернулась. Наконец суета закончилась, и менты, которые задержали Ларису, тоже упаковались в салон.

– Поехали, в городской, – бросил один из них, влезая на переднее сиденье.

Машина плавно тронулась. «И угораздило меня отдать свою машину на СТО и пойти по этой дурацкой улице Кутякова!» – с тоской подумала Лариса.

Она сидела между двух парней на заднем сиденье. Парни оказались весьма плечистыми, и, соответственно, Ларисе было очень тесно и неудобно.

– Ну, хоть наручники снимите, – попросила Лариса. – Никуда я не денусь. Я пошевелиться-то не могу, не то что бежать!

– Ладно, сними, – сказал «веселый» мент, сидевший впереди. – Никуда она действительно не денется.

Лариса подалась вперед и вскоре уже могла свободно шевелить руками.

– Спасибо, – тихо поблагодарила она.

– Да ладно, – махнул рукой «веселый». – Ты за что его грохнула-то? Бил, что ли?

– Кого бил? – не сразу поняла Лариса.

– Тебя, кого же еще! – захохотал «весельчак». – Он тебе кто – муж или любовник?

– Да я его в первый раз вижу! – вскрикнула Лариса. – А точнее, я его и не видела совсем. Говорю же, что это не я в него стреляла!

– А пистолет с неба свалился? – неторопливо пожевывая жвачку, спросил другой оперативник, сидевший рядом с Ларисой.

– Нет, мужик кинул, который мимо бежал, – ответила Лариса и тут же замолчала, поняв, насколько глупо звучат сейчас ее объяснения.

– Какой мужик? – вдруг проявил интерес третий, до сих пор молчавший.

– Не знаю.

– Зовут как? – снова вклинился «весельчак».

Менты вовсю практиковались в оттачивании мастерства допроса «навалом», когда вопросы сыплются на подозреваемого из двух, а лучше из трех уст.

– Кого? – Лариса чувствовала себя идиоткой.

– Мужика, – уточнили с переднего сиденья.

– Извините, не успела познакомиться, – язвительно заметила Лариса.

– А как ты здесь оказалась? – Это уже был второй мент.

– На работу шла.

– А где работаешь? – Это первый.

Лариса не успела ответить, как в допрос вклинился третий, «молчун»:

– Так как ты здесь, говоришь, оказалась?

– На работу шла, – раздражаясь, повторила Котова.

– А живешь где?

– Где работаешь?

– Ты каждый день здесь ходишь?

– Господа, вы можете между собой решить, кто и в какой последовательности будет задавать мне вопросы? – не выдержала Лариса.

– Ого! – присвистнул «веселый». – Может быть, вам зачитать права? Как в фильмах Голливуда…

– Может быть, – огрызнулась Лариса.

– Ладно, – примирительно сказал «веселый». – Ты всегда здесь ходишь?

– Нет, – ответила Лариса.

– Ага, – обрадовался третий мент. – Значит, это только сегодня. И только сегодня летают пистолеты!

– Точно, – с каким-то подростковым восторгом поддержал его второй. – У них сегодня летная погода.

Эта шутка вызвала шумную реакцию. Все менты, включая даже молчавшего всю дорогу водителя, громко заржали.

Лариса же с этого момента твердо решила больше в разговоры с ментами не вступать. Она нахмурилась и попыталась сосредоточиться. Сколько раз она попадала в подобные ситуации, но только в роли свидетеля. Сколько раз она сама распутывала всевозможные преступления. Господи! Но так попасться самой! Как же это все глупо!

«Так, – приказала она самой себе, – спокойно. Не может это все быть простым совпадением. Не могут просто так посреди бела дня бегать мужики с пистолетами по улице именно тогда, когда она проходит мимо. Но если это все намеренно, то кто? Кому в последнее время она перешла дорогу? Ко всему прочему, как-то уж очень замороченно – совершить убийство, кинуть пистолет… Нет, приходится признать, что это чудовищное совпадение…»

Лариса Котова являлась не только директором элитарного ресторана, но еще и занималась расследованием всевозможных криминальных дел. И ей сейчас было очень обидно: она часто помогала доблестной милиции в раскрытии довольно запутанных преступлений, а эта самая милиция в настоящий момент везла ее в отделение в качестве подозреваемой и откровенно над ней издевалась. Впрочем, Лариса из своего жизненного опыта знала, что чувство благодарности несвойственно людям, и особого разочарования не испытала.

Она закрыла лицо руками, пытаясь сосредоточиться. «Не бывает таких совпадений! Или все-таки бывают?» – сверлила ее мысль.

– Выходи, – услышала она голос.

Машина остановилась у городского отделения внутренних дел.

Ларисе надо было только одного: чтобы ее не посадили в КПЗ, куда ее собирались упрятать. А уж откуда появился этот мужик с пистолетом и случайно ли все это, она выяснит как-нибудь. В этом вопросе милиция ей не нужна. Она привыкла сама доводить до ума любое дело.

Однако для того чтобы осуществить первое – то есть добиться освобождения, – необходим был капитан Карташов, старый добрый ее товарищ. И даже чуть больше. Отношения между ними были не всегда ровными, но зато охватывали порой весь спектр: от чисто деловых до самых нежных.

Лариса испытала интересные чувства, входя в здание ГУВД. Она не раз заходила сюда по делам к Карташову, но в первый раз пересекала порог этого здания под конвоем. Как только она оказалась в небольшой комнатке перед КПЗ, то тут же спросила у дежурного:

– Я могу поговорить с Карташовым?

«Веселый» мент удивленно посмотрел на Ларису.

– С Олегом Валерьяновичем? – спросил он, подняв свои белесые брови.

– Да.

– А ты его откуда знаешь?

– Да так, по делу, – уклончиво ответила Лариса.

– Ладно, посмотрим, – так же уклончиво, но уже с меньшей категоричностью в голосе сказал «веселый». – Сан Саныч, оформляй вновь прибывшую.

– Это что, задержанная? – Одутловатого вида дежурный, которого назвали Сан Санычем, недоуменно обвел Ларису взглядом.

На Ларисе было строгое черное пальто и дорогая обувь. На задержанную, в понимании Сан Саныча, она никак не смахивала. К тому же и время было утреннее.

– Проститутка, что ли? – по-простецки, но не очень уверенно спросил он. – Так ведь рано еще вроде бы. Ну, или слишком поздно…

Лариса поморщилась. Как же все-таки живучи стереотипы в сознании людей, особенно среди ментов! Если задержана женщина – значит, сразу проститутка! Неужели ее прикид так смахивает на одежду «ночных бабочек»? Надо будет пересмотреть свой гардероб. Впрочем, подумав так, Лариса сразу же себе мысленно возразила – ведь у ментов своя, особая логика, и нет смысла ориентироваться на их восприятие.