Подозреваются все

Глава 1

Что делают все нормальные люди в адскую летнюю жару?

Правильно – отдыхают на городском пляже, купаются, загорают. Еще они потягивают холодную колу где-нибудь в тенечке, сидя в удобных шезлонгах. А такие бедняги, как мы, вынуждены париться в центре раскаленного города в душном офисе и работать. Причем ответственно и сосредоточенно – сегодня готовится выпуск очередного номера «Свидетеля».

Могу с гордостью сообщить, что это лучшая криминальная газета в городе. Читатели любят нас за интересные журналистские расследования, а не за переписывание милицейских сводок. И я, Ольга Бойкова, являюсь хозяйкой и одновременно главным редактором этой газеты.

Коллектив у нас подобрался замечательный. Моя секретарша и подруга Марина варит чудесный кофе; Сергей Иванович Кряжимский – самый опытный член редакции, самый умный и рассудительный человек на свете. Еще есть Ромка – наш курьер, которому вечно от всех достается, и молчаливый, но надежный фотограф Виктор. В целом мы составляем прекрасную команду, в которой каждый справляется со своими обязанностями и помогает другим. Располагается наша редакция очень удобно – на втором этаже офисного здания в центре города.

В эту ужасную жару я успокаивала себя тем, что на пляже сейчас тоже ничего хорошего – тарасовский городской пляж был, по сути дела, большой мусоркой. На него можно было попасть двумя путями – либо на небольшом пароходике, либо пешком по самому длинному мосту в Европе.

На пляже, который представлял собой насыпной песчаный остров посреди Волги-матушки, было немало интересного. Кабинки для переодевания времен советского ренессанса. Пивной ларек, благодаря которому в песке то и дело попадались осколки стекла. Да и купающаяся публика оставляла желать лучшего – половина пляжа принадлежала нудистам. Причем они отнюдь не были топ-моделями – дядечки с отвисшими животами и с зеркальной болезнью, созерцающие свое мужское достоинство только в зеркале, и престарелые тетки, не стыдящиеся своих оголенных «ушей спаниеля».

Правда, в противовес этому пляжу существовал еще один, в Затоне. Туда можно было доехать на машине, он располагался на тарасовском берегу. Правда искупаться там стоило недешево – пятьдесят рублей, зато он имел все грезившиеся мне удобства – кока-кола, шезлонги и даже водяные горки.

Но, видимо, не одни мы были сумасшедшими, работавшими в эту жару. Мир криминала тоже трудился – на первой полосе нашей газеты готовился материал о налете на инкассаторскую машину.

Наша редакция не принимала участия в расследовании этого громкого дела – материал достался нам почти на халяву, и помог в этом майор Здоренко. Он сказал: «Нечего вам своими задницами в бою трясти, дело серьезное – убьют, недорого возьмут». Да, честно говоря, не больно-то и хотелось – там, кроме нас, было кому рыть носом землю.

Дело обстояло следующим образом. Тарасовский ликероводочный завод «Ликтар» делал крупный перевод денег на свой расчетный счет в банке «Назарет». Естественно, у инкассаторов были инструкции не останавливаться ни при каких, даже форсмажорных, обстоятельствах. Бронированный фургон с деньгами мчался по тихой городской улочке Заводского района. В машине сидели три человека – водитель и два охранника. Вдруг они увидели, что дорога впереди перегорожена искореженным автомобилем. Около него лежал окровавленный человек.

Фургон остановился, но двери его были закрыты. К инкассаторам подбежал человек в милицейской форме, представился старшим сержантом Сидоровым, показав документы через стекло, и сказал, что нужно срочно доставить погибающего человека в больницу.

Пострадавший, весь залитый кровью, выглядел ужасно. По пути следования фургона была больница, и инкассаторы согласились помочь. Милиционер втащил раненого человека в кабину, затем сел в покореженную машину и попытался ее завести. Как ни странно, это удалось, и он отогнал колымагу с пути.

«Деньговоз» ринулся вперед – купюры надо было доставить в точно назначенное время. Если бы знали бедолаги, во что обойдется их доброта! Не успели они проехать до конца тихой улочки, как раненый вдруг ожил и направил невесть откуда взявшийся пистолет на водителя, требуя остановить машину. Водитель Загоруйло был нетрусливым парнем. Останавливаясь, он попытался схватить оружие. Захватчик тут же прострелил ему руку. Угрожая оружием охранникам фургона, он вынудил их отдать деньги. Разрядив их оружие и тем самым обеспечив отход, ловкий налетчик в мгновение ока скрылся между ближайшими домами.

Охранники тут же сообщили по рации о случившемся. В городе объявили план «Перехват». Все выезды из него были перекрыты. Милиция прочесывала город. Но, несмотря на все принятые меры, преступники не были найдены и словно в воду канули.

Ни в первый, ни в последующие дни поиски не дали результатов. Милиционеров по фамилии Сидоров в городе было пруд пруди, к тому же документы наверняка были фальшивые. В этом направлении искать не имело смысла.

И, конечно же, под подозрение попали все, кто был причастен к перевозке денег, кто знал время прибытия и маршрут машины. Подозревалось руководство «Ликтара», подозревался персонал банка и, естественно, сами инкассаторы.

Ведь так уже бывало не раз. Милицию не убедила даже простреленная рука водителя Загоруйло – сочли, что это можно инсценировать. Просто очень трудно было поверить в то, что один человек с пистолетом смог обезвредить трех опытнейших инкассаторов, между прочим, ветеранов боев в Чечне. Поэтому все трое были задержаны на время следствия. Следователи отрабатывали их связи и знакомства, надеясь найти похищенные деньги. Была проведена масса обысков и облав, но и это не дало результатов.

Со своей стороны, банк «Назарет» взялся за частное расследование, проверяя своих сотрудников. «Ликтар» тоже проводил проверку своих причастных к делу лиц.

Какие только предположения не делали мы в редакции «Свидетеля»! Молодежь, как всегда, рвалась в бой.

– Еще немного – и деньги вывезут за пределы области. Сколько можно ходить вокруг да около – нужно действовать! – горячился Ромка, словно он всю жизнь только и делал, что ловил грабителей.

– Скажите, пожалуйста, – подначивала его Маринка, – сто взрослых мужиков землю носом роют и не могут ничего найти. А ты, зеленый пацан, хочешь их поучить, да?

– Возраст не является показателем ума, – отрезал Ромка. – Вот ты, хоть до старости доживи, ни за что эту загадку не разгадаешь!

– Это значит, я глупая? – ахнула Маринка. – Тогда получи! – Она влепила Ромке затрещину. – И больше ко мне не подходи, умник! – Девушка вскочила и пошла к выходу, не на шутку обидевшись. Это было видно по ее гордо поднятой головке и надутым губкам. Ромка тоже обиделся и замолчал. Возникший конфликт надо было срочно гасить на корню – и я остановила Маринку на выходе из комнаты.

– От того, что ты будешь дуться, дело не продвинется. Давай лучше попросим нашего Пинкертона изложить нам свою версию. Ромка, не молчи, мы тебя слушаем!

– Дело ясное. – Доморощенный сыщик раздувался от гордости. – Кто знал о переводе денег? Директор банка и директор завода, а также их заместители. То есть крупное начальство. Вот они и решили, что на них подозрение не падет.

– А вам не кажется, молодой человек, что организовывать это ограбление для директора все равно, что грабить себя самого? – подал голос Кряжимский.

– Кто еще глупый? – с торжеством в голосе воскликнула Маринка. – Ведь если директор банка начнет воровать деньги, то кто же в такой банк деньги будет класть?

– Все равно, – упорствовал Ромка, – я считаю, что ограбление организовал кто-то из них. Или скорей всего их жены, любовницы – в общем, какие-то близкие люди.

– Ну что вы, молодой человек, – возразил Сергей Иванович, – в такие дела домашних не посвящают.

Никто в тот день не придал значения словам нашего курьера, его версия казалась всем сумасбродной. Тем более что наши споры неожиданно были прерваны телефонным звонком. Маринка взяла трубку, передала ее, как всегда, мне.

– Привет, писаки! – услышала я голос майора Здоренко. – Ну как, еще не нашли приключений на свою голову?

Я уже привыкла к его шпилькам по поводу нашей трудовой деятельности, поэтому уже не обращала на них внимания.

– Ищем, товарищ майор, – сказала я, изобразив в голосе смирение. – Что новенького в городе?

– Будет у тебя, Оленька, сенсационный материал, – радостно забасил в трубку майор. – Всегда говорил, что если каждый своим делом занимается – журналисты пишут, а милиция ловит, – то все будет как надо!

– А что случилось-то, товарищ майор? – спросила я еще более смиренно, пропуская поучительную тираду мимо ушей.

– Подъезжай ко мне в управление – все узнаешь, – отрезал Здоренко, – по телефону нельзя.

Через несколько часов, вернувшись в редакцию из милиции, я встретила жадные, любопытные взгляды сотрудников.

– Ну что, расскажи скорей, я был прав? – нетерпеливо подскакивал Ромка.

– Да-да, Оленька, не томи, пожалуйста! – Даже Кряжимский не скрывал нетерпения.

Довольная, я приступила к рассказу. То, что поведали мне в управлении, было довольно необычным и заслуживало того, чтобы появиться на первой полосе нашей газеты.

Следствие по делу ограбления инкассаторов зашло в тупик – это было очевидно. Обыски, слежки за персоналом банка так же не дали результатов, как не были нигде обнаружены и следы «Ликтара». Проработав всех подозреваемых, следователи могли надеяться только на то, что денежки еще всплывут где-нибудь в необъятной России. Но если злоумышленникам удастся вывести их за границу – перевоз-то был валютный, – то прости-прощай, вовек их не сыщешь.

Помог его величество случай, а также бдительность наших пенсионеров. Ведь, как известно, кругом враги, и расслабление смерти подобно.

Звонок, раздавшийся в милиции, заставил блюстителей порядка насторожиться – и, как выяснилось, не зря. Пенсионер Михайлов, комендант общежития на улице Ракетной, отметил подозрительное поведение двух своих жильцов – Тополева и Нигматуллина. Они отсутствовали в течение четырех дней, а затем объявились. И все бы было ничего, да уж больно темными личностями были эти жильцы – водили дружбу с лицами кавказской национальности. Да еще заявились под вечер с двумя большими черными пластиковыми мешками. И тогда комендант понял – затевается что-то недоброе. Недавние теракты в Москве еще были свежи в памяти, и старик позвонил в милицию. Там как раз недавно были получены оперативные сведения о возможном проникновении на территорию области чеченских террористов, поэтому к заявлению о больших пластиковых мешках в общежитии там отнеслись предельно серьезно. На место была послана специальная бригада с сапером во главе.

На стук в дверь отреагировал молодой человек лет двадцати пяти. Милиция, ворвавшись в комнату, увидела еще одного юношу, стоящего у окна. Тот быстро сориентировался и, выбив стекло в окне табуреткой, сиганул вниз – по счастью для него, это был всего лишь второй этаж. Прихрамывая, он устремился навстречу желанной свободе, но его поползновения были пресечены караулившим внизу сержантом. Тот дал очередь из автомата в воздух и приказал беглецу лечь на землю.

После того как оба жильца были скручены, сапер аккуратно подступился к пластиковым мешкам. После вскрытия пакетов взглядам удивленных милиционеров предстала большая куча долларов в банковских упаковках.

Через некоторое время выяснилось, что это те самые деньги, которые были похищены у инкассаторов «Назарета». Загоруйло, водитель броневика, опознал в одном из задержанных того самого «сержанта Сидорова», который попросил его подвезти раненого в тот злополучный день. Также был опознан и его соучастник – тот самый «пострадавший».

Правда, при обыске в комнате не было найдено ни оружия, ни милицейского удостоверения, фигурировавшего при налете. Также недосчитались крупной суммы денег – примерно одной трети. Из чего следователи сделали вывод, что существует еще один сообщник преступления. Тем более что задержанные, как выяснилось, никак не могли знать о перевозе долларов – они были приезжими из небольшого городка Маркса нашей губернии. Они нигде не работали, по их словам, приехали в Тарасов подзаработать денег. На вопросы о том, кто помог им подготовить налет, молодые люди не ответили, видимо, понимая, что выдача сообщника только прибавит им срок.

Они говорили, что пакеты с деньгами нашли на улице, недалеко от общежития. Им показалось, что внутри может быть что-то ценное, и они понесли их домой. На вопрос, почему убегал один из задержанных, тот ответил, что испугался и принял милиционеров за преступников. Конечно, следователей смешили такие наивные объяснения, но большего они добиться не смогли.

– Вот так, – сказала довольная Маринка, – никакие они не родственники, не жены и не любовницы директоров. Два малограмотных парня из деревни. Хотели заработать, вот и решились на грабеж. Облажался ты, Пинкертон! – Девушка с победным видом обратила лицо к Ромке.

– Вовсе нет, – возразил тот. – Откуда они узнали про перевоз денежек? В газетах прочитали? Есть сообщник, я уверен. И скорей всего он занимает пост в банке или на заводе.

– А может быть, они профессиональные грабители? – подал голос Сергей Иванович. – Давно следили за банком. Возможно, с помощью прослушивающей аппаратуры. Таким образом они добыли сведения.

– А пропажа части денег? – возразила Маринка.

– Между ограблением и задержанием прошло четыре дня, они могли потратить деньги или спрятать их где-нибудь, – рассудительно предположил Кряжимский.

– Потратить столько баксов, тем более с переписанными номерами, за четыре дня – это надо уметь, – сказал ехидно Ромка.

– Господа, – прервала я спор, – служба безопасности банка начисто отметает вероятность подслушивания. Задание для инкассаторов дается в день перевозки в специально оборудованной комнате. Комната проверяется на наличие подслушивающих устройств. Маршрут следования автомобиля каждый раз стараются делать разным. Признаюсь, что вначале у меня при разговоре со Здоренко появилась та же версия, что и у Кряжимского, но майор убедил меня в обратном.

– Я говорю вам, – упорно твердил Ромка, – надо проверить, кто из начальства родом из Маркса, чую я, след надо искать там.

– Тьфу, вот упорный, – с досадой в голосе возмутилась Маринка. – В милиции не дураки сидят, чай, проверят.

– И все же, – решила я, – мне кажется, что мы могли бы принять участие в этом деле. Не может же нам материал все время даром доставаться. Представляете, как будет интересно, если мы сами найдем загадочного сообщника, а заодно и оставшиеся деньги?

Оставив сотрудников продолжать спор, я пошла к себе в кабинет, размышляя на ходу. Кряжимский подготовит статью, Виктор сделает фотографии сотрудников банка – и номер готов к печати. А мне нужно еще подумать, с чего начинать расследование. К тому же делать все надо втайне от Здоренко – он намылит нам шею, прослышав, что мы путаемся под ногами милиции.

Еще раз мысленно я пробежалась по всем известным мне фигурантам дела. Данные эти я выжала опять-таки из Здоренко – якобы для убедительности статьи. Потому что давно поняла, что майор на самом деле с уважением относится к нашей газете, правда, терпеть не может, когда мы переходим ему дорогу или даже опережаем его в чем-нибудь. Вот такие они, мужики, – сразу начинают рычать, когда женщина отнимает у них последний повод для того, чтобы тешить свое самолюбие.

Итак, что мы имеем и имеем ли? Критский Александр Яковлевич – директор банка – работал в области финансов и банковского дела всю жизнь. Начинал он, естественно, еще в советское время в сбербанке. Долгое время был начальником его районного отделения. За время работы был не раз отмечен начальством за усердие и трудолюбие. В начале девяностых его пригласили в частный банк директором. С тех пор он и обретается там, причем всегда успешно. Никто и никогда не мог упрекнуть его в нечистоплотности. Достаток у мужика приличный – свой коттедж за городом, квартира, машина, – что еще нужно для счастья?

Но все-таки мне его биография кажется слишком пресной – уж больно положительный получается герой. В тихом омуте черти водятся – вдруг директор решил на старости лет рискнуть, почувствовать вкус опасности и адреналина. Как подойти к примерному семьянину, чтобы прощупать его на предмет денег? Можно подослать к нему Маринку, пусть попробует обольстить его.

Хотя нет, мы это уже проходили, еще влюбится в него на полном серьезе, потом выпутывайся. А если идти на такой шаг, нужно это делать самой. А может, просто последить за ним с Виктором? Скорей всего нас засекут либо служба безопасности, либо милиция. Остается один вариант – идти соблазнять мужика.

Ох, как не люблю я этого делать! Но так заманчиво обойти всех и раскрыть загадочного сообщника самой!

Есть еще директор «Ликтара» Ползунов Дмитрий Витальевич. Скользкий тип, доложу я вам. Вхож во все высшие инстанции, да и поставили его на нынешнее место скорей всего знакомые из правительства. Всю жизнь продвигался по служебной лестнице, сначала по партийной линии, затем с помощью связей.

Почему-то этот интриган вызывал у меня меньше подозрений, чем тихий и положительный директор банка. Наверное, потому, что мне вспомнился мой бывший одноклассник Боренька Лаптев. В школе он считался активистом – сначала примерный пионер, затем комсомолец. Однажды, когда мы хулиганили и разбили вазу на столе нашей учительницы, Боренька страшно перепугался и умолял всех честно признаться в содеянном. Мы не послушали трусишку, и пока одни отвлекали Тамару Евдокимовну разговорами, расспрашивая о ее любимом писателе Чернышевском, другие сбегали в магазин и купили в складчину точно такую же вазу. Благо, тогда не было такого разнообразия, как сейчас.

Боренька вырос и стал начальником одного из тарасовских предприятий, а я с тех пор уверена, что такие типы не способны на решительные поступки – слишком они боятся за собственное благополучие.

Итак, я решила, вначале будем щупать Критского – путем обольщения. Авось старик клюнет и начнет сорить баксами. Тут-то мы его за ушко и на солнышко…

Мои размышления были прерваны вошедшей Маринкой – вид у нее был какой-то смущенный. Странно, что послужило тому причиной?

– Ольга Юрьевна, разрешите? – обратилась она ко мне излишне официально.

Вот хитрая коза, знает, как подлизаться! Небось сейчас просить что-нибудь станет. И я как в воду глядела – на ее лице появилось просительное выражение.

– Знаете, Ольга Юрьевна, сейчас звонила моя соседка, Серафима Наумовна, ну вы ее знаете…

– Послушай, Марина Батьковна, – прервала я ее подобострастную речь, – говори по существу и прекрати называть меня на «вы», знаешь же, что я этого терпеть не могу.

Отбросив ненужную лесть, Маринка приступила к изложению дела. Ее рассказ поверг меня в легкое замешательство.

Глава 2

Дело в том, что Маринкина соседка, Серафима Наумовна, обратилась в нашу редакцию – больше помочь ей в этом деликатном вопросе было некому. Мы с Маринкой не очень любили старую сплетницу, но нам почему-то стало жаль ее. Тем более что помощь требовалась не ей самой, а ее любимому сыну Толику. Этот дебелый милиционер, возрастом почти под сорок лет, до сих пор был маменькиным сыночком. В его годы можно было дослужиться и до более высоких чинов, но Толик до сих пор бегал в сержантах. Правда, он не бегал, а ездил – возил какого-то начальника на госавтомобиле.

Его мамочка страшно радовалась, когда сына перевели на водительскую службу. «Все ж не по улицам бегать, – довольно восклицала старушка, – хоть простывать моя кровиночка не будет».

То, что сынок не захотел учиться и после армии сразу пошел в милицию, не возмущало Серафиму Наумовну. «Пусть в милиции служит, зато всегда с куском хлеба», – любила говорить она.

История, произошедшая недавно с Толиком, могла бы случиться с каждым, но почему-то именно этот тюфяк в нее угодил.

Однажды, когда он ехал на машине и спешил забрать своего босса с ведомственного банкета, случайно подрезал на светофоре крутой джип. Страшно заскрипели тормоза, и джип, чуть не врезавшись в черную милицейскую «Волгу», остановился. Из него вылез энергичный мужчина средних лет и стал крыть матом бедного Толика. Тот жалобно пытался оправдываться, но мужчина не слушал, продолжая костерить его на чем свет стоит. И все бы ничего, если бы под конец этой перепалки мужик не пообещал отомстить. «Привыкли вы, менты, что вам все с рук сходит. На этот раз не сойдет!» – выкрикнув эту зловещую фразу, мужик вскочил в джип и уехал.

Толик не придал тогда значения словам этого дядьки, а зря. Потому что примерно через неделю, прямо на стоянке РОВД, из его машины похитили документы – удостоверение сотрудника и права.

И вот сейчас Серафима Наумовна просит, чтобы мы помогли Толику найти документы. Ведь за такое ротозейство его могли разжаловать или по крайней мере объявить выговор.

– Блин! – не выдержала я. – Тут такое интересное расследование наклевывается, а вместо этого придется возиться с этим маменькиным сыночком!

– Ну, Олечка, – заныла Маринка, – ты хоть понимаешь, что ей не к кому обратиться, кроме нас?

– Кто из нас милиция – я или он? Мужчина сорока лет от роду не может справиться со своими проблемами! И это нормально? – Выпалив это, я отвернулась к окну.

– Оля, зря ты так. Толик пытался – он даже нашел того мужика по номеру автомобиля.

– Ну и что? – ехидно поинтересовалась я. – Он похлопал его по попе и сказал: «Айя-ай, так нельзя делать»?

– Нет, он потребовал вернуть похищенное, а тот рассмеялся Толику в лицо и сказал, что знать ничего не знает ни о каких документах!

Да-а, история!.. Особенно на фоне ограбления инкассаторов смотрится она довольно смешно: с одной стороны, оружие, стрельба, тысячи похищенных долларов, а с другой – какой-то старший сержант Толик со своим несчастным удостоверением. Но я уже знала, что не смогу отказаться – ведь в деле об ограблении есть кому поработать, а Толику можем помочь только мы. Но я все же сделала последнюю попытку отвертеться.

– Может, ты сама попробуешь что-нибудь сообразить в этом плане? – спросила я Маринку. – Ведь сколько раз мы с тобой работали вместе, ты уже, наверное, научилась чему-то.

– Ну, Олечка, ты же прекрасно знаешь, что мы без тебя никуда. Ты у нас главный мозговой центр, – умело льстила негодяйка.

Поломавшись еще немного для приличия, я согласилась. Все-таки во мне сильно развито чувство материнской жалости. Ничего, поможем быстренько Толику, а потом уж за дело о налете возьмемся.

Номер подготовлен в печать, и я была совершенно свободна. Эх, сейчас бы окунуться в Волгу-матушку и смыть с себя все заботы, а заодно и боль в спине от многочасового сидения в кресле. Но нет же, нужно ехать к Толику и узнавать у него подробности, а заодно и адрес «неутомимого мстителя».

Захватив с собой Виктора и Маринку, я поехала в ту самую коммунальную квартиру в доме с кариатидами, где проживала подруга. Поднявшись по широкой старинной лестнице, мы позвонили в огромную дубовую дверь. Да, с такой дверью не нужно бояться воров – вышибить ее мог только Кинг-Конг.

Толик сидел на кухне, грустный и понурый. После расспросов выяснилось, что при встрече с владельцем джипа стало ясно: «новый русский», наглый мужик, открыто смеется над милиционером, наслаждаясь, по-видимому, таким положением. Но доказать ничего было нельзя – никто его за руку не поймал. Фамилия у него была соответствующая – Редька Семен Семенович. Узнав его адрес, я собралась уходить и на прощание сказала грустному Толику:

– Не бойся, найдем мы твои документы, еще и не такие дела раскрывали!

– Я знаю, мне мама говорила, – прогнусил Толик.

Тьфу ты, как в анекдоте про маленькую девочку: «Мама сказала, что деньги в бидончике».

Оставив Маринку в ее раритетном доме, мы спустились к машине. Некоторое время мы посидели молча.

– Ну и что будем делать? – спросила я Виктора. Он, хмыкнув, пожал плечами.

– Может, просто хорошенько морду набить этому Редьке? И пообещать бить каждый день, пока не отдаст? – продолжала я.

Виктор помотал головой.

– Согласен, это не наш метод. Он нас за это в милицию сдаст и будет прав. Ну что, с завтрашнего дня начнем под него копать? – Виктор одобрительно запыхтел. – Может, какой криминал накопаем и пригрозим мужику.

Порешив на этом, мы разъехались по домам. Назавтра, прямо с утра я попросила Кряжимского узнать что-нибудь о Редьке – где работает, женат или нет.

К полудню Сергей Иванович сделал мне доклад об этом человеке. Да, он был женат; кроме той квартиры, где был прописан, у него был еще и частный дом. Хулиган имел двоих детей школьного возраста.

Но не это было главной новостью. Главным было то, что Семен Семенович был заместителем директора «Ликтара» и возглавлял отдел по связям с общественностью. От этого известия я чуть было не свалилась со стула. Нормально получается – от чего ушли, к тому и вернулись. В моей голове сразу закрутились сотни идей. Такой агрессивный, энергичный мужик идеально подходил под роль организатора ограбления. И удостоверение он похитил именно для этого. Хотя фамилия Толика была не Сидоров, он тоже был старшим сержантом, как и тот лжемилиционер. В конце концов, фамилию можно было переделать.