Сто ответов на один вопрос
- -
- 100%
- +
Когда же корреспондент объявил, что в результате аварии погибла женщина, личность которой установлена, я не удержалась и вскрикнула. Ходакова Ангелина Львовна, генеральный директор фирмы «Экзотика». Голос за кадром сообщил и о том, что погибшая за несколько минут до трагедии принимала участие в программе «Женское счастье»… Это-то зачем было говорить? Над моей программой и так висел какой-то злой рок!
– А я услышал знакомую фамилию и дернулся… – виновато бормотал муж.
Я замерла на месте и пустыми глазами смотрела на экран даже тогда, когда пошел следующий репортаж, не связанный с произошедшей аварией. Ходакова погибла! В голове шумело. Я присела на кресло, не в силах что-то произнести. Володька виновато смотрел на меня, как будто бы это по его вине с Ангелиной Львовной случилось несчастье. Из оцепенения меня вывел телефонный звонок.
Володька подошел к телефону и поднял трубку.
– Да… Она дома… Сейчас…
Муж протянул мне трубку, прошептав:
– Валерка Гурьев.
Валера работает на ГТРКа репортером «Криминальной хроники». Можно сказать, что мы с ним коллеги. Кроме того, у нас с Гурьевым очень много схожего. Например, то, что я, как и он, стремлюсь всегда докопаться до истины. Валерка в силу своих профессиональных обязанностей всегда обладает широким спектром информации обо всех криминальных происшествиях нашего города. Вероятно, и на этот раз он знает гораздо больше о трагедии с Ходаковой, чем корреспондент местных новостей.
Я взяла трубку и прижала ее к уху.
– Ирка? Ты?
– Я!
– Ты новости смотрела? – не дожидаясь моего ответа, продолжил Валерка. – Над твоей программой проклятие какое-то! Тебя это не настораживает?
– Нет, – ответила я. – Только обычно всякие пакости происходят до программы, а не после нее.
– Согласен. Но все равно все это странно. На место аварии должен был выехать я. У нас сейчас с материалом напряженка. В городе тихо. Криминальные банды отдыхают. Поэтому и приходится в эфир всякую муру пускать. Я вот, например, сегодня готовил сюжет о кражах из местных бань. Ну там, знаешь, тазики, мочалки…
– Что тебе о Ходаковой известно? – перебила я Гурьева.
– Ничего, – разочаровал меня Валерий. – Просто на съемку этой аварии должен был и я тоже приехать. Все-таки у нас как-никак «Криминальная хроника»!
– Там с «Новостей» был корреспондент! – сообщила я.
– Видел. Я у тебя хотел узнать. Может быть, ты знаешь что-нибудь об этом? Почему с Ходаковой такая трагедия случилась? Мне такой материальчик не помешает.
– У меня есть к тебе разговор, – сообщила я Валерию и тут же добавила: – Только не для «Криминальной хроники». Если интересно, подъезжай.
– А по телефону?
– Нет, – отрезала я.
– Через полчаса буду! – пообещал Валерка и первым бросил трубку.
Я прослушала короткие гудки и медленно положила свою на телефонный аппарат. Володька во время разговора не отходил от меня. Он тоже присел в кресло и следил за моей реакцией. На душе у меня было тревожно, несмотря на то что самое страшное, что могло случиться, уже произошло. Ходакова не погибла от укуса змеи, зато разбилась на машине. Если учитывать, в каком нервном напряжении она уехала со студии, то можно все списать на нервы. За руль вообще нельзя садиться не только в пьяном виде, но и в депрессивном состоянии. Не исключено, что Ангелина Львовна на самом деле не в силах была справиться с управлением.
Но если свести воедино события сегодняшнего дня – подкинутая змея в квартире, тревожный звонок в студию, авария на дороге, – можно подумать, что у Ангелины Львовны появился недоброжелатель. Враг! Кто-то хотел, чтобы Ходакова погибла. И если не получилось со змеей, то авария подстроена вполне профессионально.
Хотя с чего я взяла, что это убийство, а не несчастный случай? Ходакова очень сильно нервничала и могла не справиться с управлением. За это она дорого заплатила. К тому же об убийстве можно было бы подумать, если бы Ангелина Львовна или столкнулась с какой-нибудь встречной машиной, или же произошел взрыв бензобака, или… Ну что там еще происходит с этими чертовыми машинами?
Я чувствовала и свою вину за случившееся. Не разобравшись в том, кто и зачем подкинул змею, я подставила Ходакову под очередной удар, пустив в эфир программу с ее участием. Хотя сама Ангелина Львовна с полной уверенностью говорила о том, что змею подкинул ее заместитель. Черт! Не надо было ее оставлять одну!
Валерка приехал даже раньше, чем обещал. Я по-прежнему сидела в кресле. Володька, заметив, что я ушла в себя, вышел на кухню, где успел до прихода Гурьева убрать со стола.
– Валера, я не уверена, но мне кажется, что это не несчастный случай, а убийство! – ошарашила я Гурьева прямо с порога. И рассказала Валерке о происшествии в квартире Ходаковой, звонке в студию. Валерка даже ни разу не перебил меня, зато обалдевший Володька чрезмерно усердствовал:
– Что же ты мне ничего не рассказала? И что вы с этим Шиловым туда поперлись? Жить надоело?
– Володечка, миленький, успокойся! Ты видишь, я перед тобой сижу живая и невредимая.
Володька насупился.
– Слушай, Ирина, а это не мог быть один и тот же человек?
– Который звонил и который подкинул змею? – догадалась я.
Валерка кивнул в ответ.
– Нет, – уверенно ответила я. – Змею подкинул ее заместитель. Мне об этом сама Ходакова сказала. Мы с ней, кстати, собирались утром встретиться, она не хотела выносить сор из избы. То есть за порог фирмы. Ангелина Львовна просила, чтобы Костик помог ей.
– Опоздали вы, – заметил Валерка.
– Почему же? Завтра же утром, как и договаривались, прижучим ее заместителя.
– А кто же звонил?
– Вот этого я не знаю. К сожалению, Ангелина Львовна ничего путного не смогла объяснить.
Валерка глотнул еще немного чаю, откусил бутерброд и удовлетворенно причмокнул.
– Ирина, а я, например, считаю, что убийства могут быть разными. Одно дело когда топором по голове бьют, а другое – когда доводят до такого состояния, что лучше умереть.
– И это тоже убийство?
– Конечно, – нисколько не сомневаясь, ответил Валерка. – К тому же кто его знает, может быть, в машине произошло что-то такое…
– Что? – настороженно спросила я.
– Не знаю, – признался Валерка. – Но не могла Ходакова на таком участке дороги не справиться с управлением. Машинка у нее была путевая, сбоев у таких в механизмах не бывает.
– Может быть, ей кто-то позвонил и она увлеклась разговором? – предположил Володька. – От этих мобильных одни болячки.
– Согласен. Надо будет выяснить подробности аварии. Я вообще думаю, что с ней в салоне даже кто-то мог быть. А после аварии скрылся. Может быть, кто-то сидел на заднем сиденье?
– Ее спутник бы тоже разбился, – предположила я. – Там вообще весь капот раскурочен. Ты видел?
– Видел, – вздохнув, сказал Валерка.
В принципе, я и сама подозревала о том, что Ходакова разбилась не только из-за того, что сильно перенервничала. Может быть, с ней в машине случился сердечный приступ? Надо было дождаться результатов экспертизы. Валерка пообещал, что он их достанет, и засобирался домой.
– Только это… Все, что я тебе рассказала, ты пока в тайне прибереги, – напомнила я.
– Могила! – пообещал Валерка.
Глава 3
Я проснулась от телефонного звонка. Вчера мы проводили Валерку уже ближе к полуночи, поэтому спать легли поздно. Я ощущала, что не выспалась. Голова была какой-то тяжелой. Хорошо еще, что Володька предусмотрительно поставил телефонный аппарат на тумбочку у кровати, иначе мне было бы лень даже отвечать на звонок. Муж уже, наверное, ушел на работу. По выходным он иногда занимался с отстающими студентами. Все-таки какая-никакая прибавка к зарплате.
– Алло! – прошептала я сонным голосом, приложив трубку к уху.
– Ирина, ты еще дома? – послышался возбужденный голос Гурьева.
– Дома. В теплой постельке. Потягиваюсь.
– А тебя тут, между прочим, Шилов поджидает, – сообщил Валерка. – Ты забыла?
– Что?
– Вы же собирались к заместителю Ходаковой, – напомнил Гурьев.
– Собирались, – согласилась я и тут же вспомнила о договоре. – А почему он сам не позвонил?
– Ну, Ира, у тебя муж дома может оказаться, – ухмыльнулся Гурьев. – Ты же знаешь об их разногласиях.
– Костик уже готов?
– Да.
– Пусть тогда ко мне подъезжает, – попросила я.
В трубке несколько секунд царило молчание, а потом опять послышался голос Гурьева.
– Он просил передать, что через десять минут будет перед твоим подъездом.
– Можно и не так скоро. Мне еще проснуться надо.
Попрощавшись с Валеркой, я поежилась и отправилась в ванную комнату. В квартире стоял холод, несмотря на то что Володька оставил обогреватель включенным на всю ночь: толку-то от него. Отопительный сезон в самом разгаре, а у нас в доме температура не поднималась выше восемнадцати градусов. Холод становился особенно ощутим утром, когда поднимаешься с тепленькой кроватки и откидываешь одеяло.
Проделав утренние процедуры, прошла на кухню. Чайник еще не успел остыть. Я налила себе чаю, взяла несколько приготовленных мужем бутербродов и возвратилась в гостиную. Включив телевизор, надеялась увидеть очередной выпуск новостей, где могла проскользнуть информация о трагедии с Ходаковой, но, увы, мои ожидания оказались напрасными!
Чай я допила под мелькающие титры начинавшегося американского фильма. Очередной телефонный звонок застал меня, когда я уже направлялась с посудой на кухню. На этот раз звонила Галина Сергеевна.
– Ирочка, что у вас с новой героиней?
– Какой героиней? – растерялась я.
– Вы что? – накинулась на меня Моршакова. – На носу уже новый выпуск программы, а у нас пока и вариантов никаких.
– Галина Сергеевна, что-нибудь придумаем, – заверила я Моршакову.
– Тогда жду вас в редакции.
– Я сейчас не могу, – честно призналась я. – Только к обеду, наверное.
– Хорошо, – согласилась Галина Сергеевна. – Я жду!
Положив телефонную трубку, я взглянула на часы. Костик уже, наверное, подъехал к дому и ждет у подъезда. Что же он не позвонит? Ведь в машине есть радиотелефон. Ах да! Совсем забыла! Шилов и мой муженек испытывают друг к другу тайную неприязнь, поэтому стараются не встречаться, если это удается. Поэтому-то мне с утра и звонил Гурьев, наверное, по просьбе Костика.
Я поспешно оделась, сделала легкий макияж и причесалась. Волосы послушно легли на плечи. Я порадовалась увиденному в зеркале. Могло быть и хуже, если учитывать, что вчера я легла поздно, хотя сегодня и поспала дольше.
Выйдя из подъезда, я уверенной походкой прошла за угол дома. Именно там меня всегда поджидал Шилов. Это, можно сказать, наше условное место для встреч, чтобы лишний раз не провоцировать Володьку на проявление ревности. Столкнувшись нос к носу с соседкой с первого этажа, престарелой одинокой женщиной, я недовольно поморщилась. Теперь она мне все косточки перемоет со своими подругами: куда это, интересно, намылилась девушка с утра пораньше да еще с незнакомым мужчиной?
«Волга» стояла за углом, как я и предполагала. Зажигание выключено. Значит, Костик подъехал не только что.
– Привет, – помахала я рукой, усаживаясь в салоне на переднем сиденье.
Костик буркнул что-то невнятное в ответ. Шилов обычно отличался немногословием, поэтому его бурчание я не восприняла на свой счет негативно. Он выехал со двора на центральную улицу.
Офис фирмы «Экзотика» находился на Володарского, до которой можно доехать минут за тридцать. Но нам потребовалось больше времени из-за утренних пробок на дорогах.
Когда мы подъехали к двухэтажному зданию на Володарского, было около десяти часов. Мне уже приходилось здесь бывать, когда проходили съемки для программы. Шилов уверенно завернул к небольшой стоянке около офиса, где было несколько автомобилей. В первый наш приезд я сразу же обратила внимание на серебристую «Ауди» Ходаковой. Этой машины теперь, разумеется, на стоянке не было. На ее месте стояла новенькая иномарка с перламутровым блеском. Я задержала на ней свой взгляд, выходя из «Волги».
– «БМВ-740», – прокомментировал Костик, заметив, куда устремлен мой взгляд.
– Интересно, и кто же тут раскатывает на этой тачке? – задумчиво произнесла я, обходя машину сзади.
– Наверное, клиент какой-нибудь, – предположил Шилов.
Мы подошли к дверям, где нас уже ожидал охранник, с которым мы были знакомы. По счастливой случайности этот молодой человек в камуфляже охранял офис и в день съемок.
– Ирина Анатольевна? – тем не менее строго спросил он. – Здравствуйте!
– Добрый день, – сухо поприветствовала я его и хотела пройти дальше, но молодой человек встал на моем пути.
– Ангелины Львовны нет в офисе, – сообщил он. – Случилось несчастье. Разве вы об этом не слышали?
– Слышали, – подтвердила я. – Но мне нужно поговорить с ее заместителем.
– С Александром Константиновичем? – удивился охранник. – Он что, будет следующим героем вашей программы?
Я не оценила юмора и покачала головой. Охранник показал нам, где находится кабинет заместителя Ходаковой, и проводил нас до двери. Войдя в приемную, я сразу же попала в поле зрения молоденькой секретарши, которая стояла около окна, помешивая ложкой чай в кружке. Девушка сразу же возвратилась за свой рабочий стол и приняла серьезный вид.
– Мы к Александру Константиновичу, – сообщила я, ощущая за своей спиной дыхание Костика.
– Как вас представить? – поинтересовалась девушка, подняв телефонную трубку.
– Ирина Анатольевна Лебедева!
Девушка поморщилась, набрала номер и сообщила своему начальнику, что в приемной его ожидает посетитель. Получив ответ, секретарша положила трубку.
– К сожалению, Александр Константинович не сможет вас сегодня принять, – с виноватым выражением лица произнесла она. – Он сейчас занят. Приходите завтра.
– Занят? – удивилась я. – Я подожду здесь, когда многоуважаемый Александр Константинович согласится меня принять. Разговор очень важный.
Я сказала это немного высокомерно, и девушке явно не понравился мой тон. Присев на кожаный диван напротив ее стола, я не сводила взгляда с секретарши.
– Ирина… – начала она и запнулась.
– Анатольевна.
– Ирина Анатольевна, у нас произошло несчастье, – взвизгнула она.
– Я в курсе!
– Приходите завтра!
– Мне нужно поговорить с Александром Константиновичем сегодня, – безапелляционным тоном сказала я и поерзала на диване, усаживаясь поудобнее. Костик стоял рядом.
Секретарша с недовольным видом опять подняла телефонную трубку, нажала кнопку и пожаловалась на мою настойчивость начальнику. Положив трубку на место, она посмотрела на меня свысока, но тем не менее подошла к внутренней двери кабинета. Открыв ее, она нехотя пригласила меня войти. Костик проскользнул за мной.
Александр Константинович сидел за рабочим столом, обложившись со всех сторон бумагами. Какие-то бланки, договоры, справки лежали повсюду в стопках. Даже стулья для посетителей были забиты ими. Видимо, Александр Константинович на самом деле весь был погружен в работу. Создалось ощущение, что он проводил ревизию текущих дел.
Заместитель Ходаковой оказался гораздо старше по возрасту, чем можно предположить. Ему было около пятидесяти, и голову его венчала заметная лысина, слегка прикрытая волосиками с затылка. На носу болтались очки с маленькими линзами. Взгляд Александра Константиновича мне показался каким-то хитроватым. Я вообще не привыкла доверять голубоглазым мужчинам, а тут еще и такому странному на вид. Заместитель осмотрел меня с ног до головы, но даже не вышел из-за стола, только поднял на лоб очки, отчего выражение его лица стало весьма комичным.
Костик освободил несколько стульев от бумаг, на которые мы и присели.
– Ирина Анатольевна? – начал он разговор первым. – Кажется, вы являетесь ведущей программы «Женское счастье», в которой принимала участие Ангелина Львовна?
Я кивнула.
– Именно после вашей программы с ней и произошло несчастье, – констатировал еще один факт заместитель, пронзив меня взглядом. – Вы об этом знаете?
Опять последовал кивок, но я не торопилась заводить задушевный разговор с ним. Александр Константинович не понравился мне с первого взгляда. Однако, что было тому виной, я не могу сказать. Может быть, его лысина, может быть, пронзительный взгляд голубых глаз. А может быть, то, что для себя я его определила как убийцу своей начальницы.
– Теперь мне приходится заниматься всеми делами, – вздохнув, сообщил Александр Константинович и кивнул на горы бумаги. – Что же на этот раз вас привело к нам?
– Разговор может не понравиться вам, – предупредила я заместителя и тут же ринулась с места в карьер: – У нас есть факты, подтверждающие, что именно вы убили Ходакову!
– Что? – растерялся Александр Константинович и даже привстал со своего места. – Какие факты? Вы понимаете, о чем говорите?
– Да, – уверенно ответила я. – Ангелина Львовна успела мне сообщить о проверке документации фирмы накануне ее смерти. Так вот во время проверки обнаружилось, что вы проводили левые сделки на стороне. Конечно, этим заниматься не нам, а сотрудникам правоохранительных органов…
– Тем более непонятно, что вы делаете в моем кабинете?
Я не обратила внимания на вопрос Александра Константиновича и спокойно продолжала:
– У вас было немало мотивов для убийства…
– Какого убийства? – перебил он меня, вскрикнув в сердцах. – Вы же знаете, что с Ангелиной Львовной произошел несчастный случай!
– Который оказался вам на руку! О левых сделках Ходакова никому не успела сообщить, кроме меня. К тому же после ее смерти вы формально становитесь руководителем фирмы. Разве не так?
Александр Константинович потупился и теперь смотрел на меня с некой опаской.
– И что вы этим хотите сказать? – коварно спросил он.
– То, что именно вам, Александр Константинович, была выгодна смерть Ходаковой, – победоносно провозгласила я.
– Ну и что? – хмыкнул Александр Константинович. – Мало ли кому была выгодна ее смерть? Но это не повод обвинять конкретно меня в убийстве.
Я села в лужу! Бросая обвинение заместителю Ходаковой, я была уверена, что он повинен в ее смерти. Сейчас же мои мысли приняли противоречивый характер. В какой-то степени Александр Константинович оказался прав: основания для подозрения его в убийстве Ходаковой были слишком хилые, и он заметил мою растерянность. Сейчас-то он и воспользуется ситуацией, чтобы оправдать себя в моих глазах. И, решив, что не поверю ни одному слову заместителя Ходаковой, я ожидала его возражений на брошенное обвинение.
Но их, как ни странно, не последовало. Александр Константинович ничего не сказал, а только поправил на столе несколько стопок бумаг. Оправдываться он и не думал. Я беспомощно оглянулась на Костика, который сидел с другой стороны стола и показывал взглядом на выход из кабинета.
Александр Константинович демонстративно сел на свое место и взял в руки какие-то бланки. Спустив очки на переносицу, он занялся их изучением, не обращая на наше присутствие никакого внимания, ненавязчиво давая понять, что разговор закончен.
Строго посмотрев на нас сквозь линзы очков, он попрощался:
– До свидания, Ирина Анатольевна!
Я поднялась со своего места, а следом за мной и Костик. Сухо поклонившись Александру Константиновичу, мы вышли из кабинета. Секретарша обиженно смотрела на нас. Уверена, что ей достанется от начальника уже за одно то, что не смогла от нас отвязаться.
Выходя из офиса, я подумала, что неплохо было бы поставить «жучок» в кабинете заместителя, чтобы вывести его на чистую воду. Хотя лучше всего вмонтировать там видеокамеру, чтобы Александр Константинович сам выдал себя. Раскусить его нам не удалось. С другой стороны, что можно было выяснить с помощью прослушивающего устройства или видеокамеры? Вряд ли Александр Константинович пригласит в свой кабинет какого-нибудь специалиста по змеям или же станет расплачиваться с исполнителем.
В принципе, этого не следовало ожидать. Надежды на то, что Александр Константинович сразу же расколется, у меня было мало. Но тем не менее я не думала, что он с такой легкостью отпустит нас. Если он замешан в убийстве, то должен был предпринять какие-то шаги хотя бы для того, чтобы мы держали язык за зубами. Даже безосновательные подозрения для него должны быть опасны.
– До свидания! Заходите к нам еще, – дружелюбно проводил нас охранник.
На стоянке я опять бросила взгляд на новенькую «БМВ».
– Чья машина? Вы случайно не знаете?
– Александра Константиновича Денисюка! – гордо сказал охранник. – Вы только что у него были.
– Хорошая тачка! – причмокнул Костик.
– Новенькая, – поддержал его молодой человек в камуфляжном костюме.
Я уселась рядом с Костей на переднем сиденье нашей старенькой «Волги». Шилов не торопился включать зажигание.
– Что будем делать? – посоветовался он.
В том, что Денисюк что-то от нас скрывает, у меня не было никаких сомнений. Если бы он на самом деле был чист, то хотя бы попытался оправдаться, а безразличное отношение к нашему сообщению еще больше настораживало.
– Надо бы за ним последить, – уверенно сказала я. – Ты как на это смотришь?
– Следить? – Костик задумался. – А есть резон? Может быть, он целый день просидит в своем офисе? Отсюда мы все равно ничего не увидим.
– А если не целый день? – предположила я.
Я была уверена, что Александр Константинович действует в одиночку. Точнее говоря, он является инициатором убийства. Никаких встреч с заказчиком не ожидалось, как это обычно бывает. Не думаю, что и о нашем приходе Денисюк сообщил кому-нибудь. Оставалась одна надежда на то, что он назначит встречу с каким-нибудь исполнителем. Например, с тем, кто подбросил змею. Не думаю, что этот плешивый сам залез в квартиру Ходаковой.
– Хорошо, – согласился Костик. – Только на стоянке нечего светиться. Там за углом остановимся!
Шилов вывернул со стоянки и поехал в направлении центра города, видимо, забыв о том, что ему нужно было тормознуть за углом.
– Костик, а как же слежка? – остановила я его, заметив, что Шилов прибавляет скорость, удаляясь от офиса.
– Надо сделать вид, что мы уехали, – объяснил Шилов. – Сейчас уйдем из поля зрения хотя бы охранника, а потом вернемся за угол.
Надо же! Я бы сроду до этого не додумалась! Все-таки Шилов – молодец.
* * *На этот раз я умудрилась не испачкаться. Доедая пирожное, которое Костя купил в магазине напротив, так как время уже близилось к обеденному, я вытерла руки о салфетку. Испачканную бумагу выбрасывать в окно не стала – и не только из чувства любви к родному городу, сорить на улицах которого нельзя. Раз уже играть в сыщиков, то по полной программе: нельзя оставлять никаких следов во время слежки.
Мы сидели в салоне машины уже часа два, и за это время ничего подозрительного не обнаружили. Александр Константинович оставался в офисе, о чем свидетельствовало наличие его машины на стоянке. Нет, я следила не за машиной, а за Денисюком. Не такая я дура! Дверь офиса находилась под моим пристальным вниманием, да и Костик не сводил с нее глаз.
В салоне звучала приятная музыка. Вот бы сейчас кассетку с моими любимыми исполнителями, и можно просидеть в машине хоть целый день. Я бы с большим удовольствием послушала композиции Джо Дассена или Пласидо Доминго, чем эти душераздирающие вопли российских певцов. Я немного убавила громкость магнитолы.
– Ирина, кажется, это он! – Костик легонько толкнул меня в бок.
Из офиса выходил мужчина в строгом черном плаще. На голове его была кожаная кепка, в руках – папка. Это и в самом деле был Александр Константинович Денисюк собственной персоной, заботливо прикрывший кепочкой лысину.
С важным видом он уселся за руль «БМВ» и уже через минуту отъехал со стоянки. Костик заранее включил зажигание и, как только Александр Константинович отъехал на приличное расстояние, тоже рванул с места.
Мы держались в стороне от новенького «БМВ», который, не сбавляя скорости, двигался в направлении центра города. Костик умело притормаживал на светофорах, не приближаясь к Денисюку. Надеюсь, что тот не заметил за собой слежки. Шилов прятался за обгоняющие нас машины, не высовываясь вперед.
Только на одном из перекрестков Костик допустил оплошность, и мы оказались буквально сразу за «БМВ». Но Шилов вовремя отъехал назад, и нас обогнала еще какая-то иномарка.
Денисюк не заметил слежки. Ехал он ровно, даже не пытаясь петлять или прибавлять скорость, чтобы оторваться. Это было к лучшему. Погони, как в американских блокбастерах, нам не нужны!
Наконец «БМВ» свернула с центральной улицы на одном из перекрестков. На улице Навашина было не такое оживленное движение, и Костик отстал от Александра Константиновича еще больше. Но из виду мы его не упускали.
Проехав несколько кварталов, Денисюк притормозил у одного из офисов какой-то фирмы. Мы пока не решились подъехать ближе, поэтому табличку я разглядеть не смогла, а район был незнакомым. Александр Константинович вышел из машины, рассеянно оглянулся и вошел в здание.