Вниз тормашками

Такси притормозило возле тротуара в десять часов одиннадцать минут. Пассажир отметил время, натянул пониже козырек кепки, сунул водителю сотню и вышел из «Жигулей». Мощенная блочными плитами дорожка, по краям которой росли высокие ели, темно-синие в неестественном свете электрических фонарей, шла прямо к высоким ступеням из серого железобетона, которые, в свою очередь, вели к небольшой реечной двери с металлической табличкой «Муниципальное учреждение города Пескарева. Баня номер десять».

Дверь была закрыта. На ручке висел кусок картона с надписью «Заказ». Молодой человек постоял с минуту, подумал и спустился с крыльца. Если бы кто-нибудь заглянул под длинный козырек кепки, он бы заметил веселые искорки в его глазах и полное отсутствие досады на то, что баня закрыта. Это было странно для пассажира такси, вроде бы приехавшего помыться. Но молодой человек знал, что все идет так, как он и предполагал. Он обогнул двухэтажное здание, построенное еще при советской власти, и поставил небольшую спортивную сумку, которую до сих пор держал в руке, на землю. Дотянулся длинными руками до пожарной лестницы. Молодой человек был более чем высок, но все равно не смог забраться на «пожарку». Тогда он снова обогнул здание и приблизился к гаражам, которые находились тут же, на заднем дворе санитарно-гигиенического учреждения. Там он, как и ожидал, услышал голоса квасящих под елкой бомжей.

– Здорово, мужики, – поздоровался молодой человек, подходя к трем темным теням. Их голоса сразу же стихли при появлении незнакомца, и они внимательно уставились на него.

– Здорово, а тебе чего надо-то? – вразнобой ответили они.

Молодому человеку нужна была помощь. Он вынул из спортивной сумки бутылку, при виде которой в ночи моментально вспыхнули три пары горящих глаз, и попросил подсадить его на пожарную лестницу. Самый крепкий мужик, бормоча что-то о шишках, заказавших баню, и о Витьке и Степке, которые уже два дня жрут одну Райкину селедку, подсадил молодого человека, подставив спину под белеющие в темноте кроссовки. Взамен он получил полтинник и удалился, довольный и томимый вечной жаждой.

Молодой человек забрался на второй этаж, вскрыл дверь, ведущую с пожарной лестницы внутрь здания, обычным охотничьим ножом и вошел, аккуратно и тихо закрыв ее за собой.

Неслышно ступая мягкими резиновыми подошвами по импортному бледно-голубому линолеуму, молодой человек, постоянно оглядываясь, добрался до белой двери, которую накануне закрыл так, чтобы открыть ее сейчас, как говорил Лелик из «Бриллиантовой руки» – «без шума и пыли». Дверь открылась, обдав молодого человека влажным теплым запахом сауны и свежего белья. Это была комната кастелянши, которая ведала полотенцами, простынями и прочими банными атрибутами, выдаваемыми посетителям напрокат. Молодой человек прошел внутрь, не забыв закрыть дверь, устроился возле стены, где им опять же накануне была просверлена дырочка, и посмотрел в нее. Удовлетворенно хмыкнул и достал из сумки портативную видеокамеру «Сони». Поковырялся в ней немного, отогнул боковой мини-экранчик, позволяющий видеть все, что снимает камера, и приложил ее глазком к дырке. Окуляр он предварительно смазал специальным антизапотевающим средством и тщательно натянул на него презерватив. Это нехитрое приспособление не даст влаге испортить камеру и в то же время позволит без помех заснять кадры.

Теперь оставалось только ждать.

А на экранчике, как и в самой сауне, происходили действительно забавные вещи. Изображение было лишь слегка замутнено резиновой пленкой.

Молодой человек тихонько посмеивался, наблюдая, как старые паскудники развратничали с молодыми длинноногими русалками, обильно запивая все свои шалости преизрядным количеством пива. Пиво, кстати, было не абы какое, а чешское «Гролш», около ста рублей за бутылку. Да и девицы тоже были симпатичные. Подглядывающий даже завистливо охнул, глядя на стариков, среди которых затесался только один молодой парень, уединившийся с двумя хорошенькими, беспрестанно хихикающими девицами на верхней полке затуманенной сауны.

«Кстати, знакомая морда у этого товарища, – промелькнула мысль в голове шпиона, – где-то я его видел. Может, в рекламе? Может, и в рекламе. Но точно по телику».

Просидев в засаде около получаса, молодой человек начал сворачивать полевую технику, так как вся развеселая компания тоже стала потихоньку перебираться в другое помещение, соседнее с парилкой. Сидеть в кастелянской уже не имело никакого смысла, так что молодой человек быстро и бесшумно покинул свой скромный приют среди белоснежных, пахнущих хлоркой простыней и полотенец. Он вышел тем же путем, что и вошел. Дело было сделано, и все было отлично. В руках молодого человека в мягких кроссовках теперь находилась немаленькая сумма. Правда, пока, к сожалению, только в виде веселых картинок, но, как он надеялся, в будущем эти веселые картинки на пленке превратятся в не менее веселые хрустящие изображения американских президентов. А пока можно идти домой и ложиться спать.

Для того, чтобы приготовить черепаховый суп, нужно как минимум иметь черепаху. А где ее взять, если ты живешь в Центральной России и все, что можно здесь найти – это малюсенькие степные черепашек, которых ни на один укус не хватит? Ответственный за выпуск передачи «Робин-Бобин» уже битый час бегал за упрямой владелицей самого элитного ресторана в Тарасове «Чайка», убеждая ее выбрать не столь экзотическое блюдо, как черепаховый суп.

Но Лариса Котова твердо поставила условие устроителям кулинарной передачи, в съемках которой она принимала участие, – она будет готовить именно черепаховый суп! И ничто другое!

– Да вы поймите меня, – увещевал ее директор программы, – зачем нашим зрителям такие изыски? Они ведь к щам привыкли да к «Анакому», а вы им – черепаху! На хрена им, извините за выражение, ваш черепаший суп? Может, вы лучше какое-нибудь мясное блюдо приготовите? Все-таки Новый год на носу… через три месяца.

– Слушайте, уважаемый! – Лариса Котова начала закипать. – Я не знаю, чем конкретно вы лично питаетесь, но черепаший суп – не такая уж и редкость! В моем ресторане это одно из наиболее часто заказываемых блюд. Идет на «ура». Все его любят, а теперь вы мне предлагаете изменить свое решение. Мне что, бифштекс готовить?

– А что? – обрадовался ответственный. – Неплохая идея! Я вот, например, не знаю, как готовить бифштекс. Покажите нам весь процесс, так сказать, от выделки мяса до возложения его на сковородку.

– Я буду готовить черепаховый суп! – раздельно и громко произнесла Лариса. – И потрудитесь найти мне черепаху! В конце концов, когда меня приглашали, мне обещали, что будут предоставлены все условия и полная свобода действий! Не будет черепахи, я… я из вас суп сделаю!

Тут зазвонил ее сотовый. Лара прервала стенания директора и отошла в сторону.

– О, боже! – возвел глаза к потолку директор. – Ну и баба!

Последние слова он уже пробурчал себе под нос, убегая в свой кабинет, но Лариса все равно их услышала. Она усмехнулась. Почему-то последних два дня все только и делали, что называли ее «ну и бабой!». Конечно, тому виной ее упрямый характер, который не позволял отступиться от уже принятого решения, но и они должны бы пойти ей навстречу. В конце концов она же согласилась участвовать в их передаче! Вот пусть и выполняют ее прихоти!

Действительно, редакторская группа передачи «Робин-Бобин», которая выходила на экраны каждое воскресенье в девять часов утра по тарасовскому времени, пригласила Ларису Котову для поднятия рейтинга, несколько снизившегося за последних три месяца. Они приглашали ее и раньше. Все-таки владелица «Чайки», отлично готовит, роскошная женщина, а как на экране будет смотреться! Но Лариса постоянно отказывалась. Летом у нее был свадебный сезон – все женятся или разводятся и на радостях кутят. Банкет следовал за банкетом. А поскольку ресторан не из разряда забегаловок, да что там греха таить – самый крутой ресторан в Тарасове, то приходится поддерживать марку. Народ приезжает небедный, все требуют самого лучшего. Вот Лара практически все лето и провела на работе, за исключением двух незабываемых недель в Испании, куда она вырвалась просто чудом. Наступила осень, поток посетителей слегка схлынул, но тут на ее голову свалилось данное давным-давно обещание сняться в «Робин-Бобине». Секретарша у них там попалась очень настойчивая. Это какие же нервы надо иметь, чтобы в течение трех месяцев постоянно звонить и справляться о рабочем графике мадам Котовой!

Вот Лариса слегка и раскапризничалась. А что? Раз она такая звезда, то пусть и стараются для нее. Чем плох черепаховый суп? Вряд ли ее пригласили только для того, чтобы показать, как приготовить обед на шесть человек из головки лука и двух яиц. Кстати, можно было бы это сделать, если лука взять целый килограмм, стакан муки, да еще и кубик «Магги» или «Галины Бланки». Получатся неплохие луковые котлеты, но это же моветон! Не ее уровень!

– Нет, нет! – прекрасно зная, что выглядит снобом, сказала Лариса. – Только черепаховый суп! Ну или, если хотите, кокиль из рыбы.

– А что это? – уловил знакомые звуки директор. Ему, выросшему на берегах Волги, рыба казалась самым обыденным и незамысловатым блюдом.

– Рыба, запеченная в раковине! – внутренне злорадствуя, сказала Лариса. – Для нее нужен горный лосось, сыр, четыре раковины и гхи.

– Будьте здоровы, – сказал директор.

– Я не чихнула. Гхи – это один из компонентов блюда.

– А-а, гхи! – безнадежно сказал директор, словно что-то поняв. – Ладно, будет вам черепаха!

Лариса поехала домой, чувствуя, что одержала победу. Откуда было бедному директору знать, что «гхи» всего лишь означает топленое масло – на санскрите!

На следующий день ей позвонили в половине седьмого и попросили – заметьте, не потребовали, так как все на студии уже знали о характере мадам Котовой – приехать к девяти утра. Директор жизнерадостным голосом сообщил, что черепаху он нашел.

– Здорово, – мрачно ответствовала невыспавшаяся Лариса. – Все остальное я сама привезу.

Она потянулась и отправилась в ванную комнату. После трех минут под холодным душем, которые показались ей вечностью, она пришла в себя и стала одеваться.

– Дорогая, ты куда? – в дверях ее комнаты возник Котов, ненаглядный, вечно пьяный муж. Впрочем, нет, кажется, со вчерашней недели он в завязке. Даже ее делами интересуется, чего в моменты поиска смысла жизни на дне бутылки – многих бутылок – с ним никогда не случалось. – На съемки? – уточнил Евгений.

«Надо же, какая осведомленность, наверное, Настя сказала», – подумала Лариса, осторожно подводя глаза карандашом. Ей, правда, было известно, что на студии есть гример, но лучше ее самой да, может, еще Элечки Горской, ее имиджмейкера и лучшей подруги, никто не подчеркнет достоинства лица Лары.

Пусть она не первой молодости, но, как говорят французы, после тридцати красота женщины только расцветает.

– Ага, – рассеянно ответила Лара, – вернусь поздно.

– Ну, как всегда! – вскипел муж. – Работа нам – дом родной, а семья, значит, побоку, да?

– Нет, дорогой, – она походя чмокнула Евгения в щеку, обдав его запахом «Кензо», после чего с большим чувством поцеловала только что проснувшуюся дочь и спустилась вниз.

Уже в машине она проверила, все ли взяла.

– Так, – бормотала она, перебирая свертки и пластиковые бутылочки со специями, – морковь взяла, курятина есть, мадеру взяла. Петрушка, сельдерей, лук, тимьян, укроп, мята, базилик, майоран, перец, соль. Вроде бы все. А, черт, мускатный орех забыла! Ладно, по дороге куплю, возвращаться – плохая примета.

Не то чтобы Лариса верила в приметы, но так лень было выходить из машины, идти в дом, снова видеть унылую физиономию мужа, с которой в редкие моменты трезвости не сходило выражение убежденности, что все люди – сволочи. А самая сволочная она, Лариса, так как не понимает его тонкую душевную организацию и постоянно алчет денег, пропадая в своем ресторане, тратя время на приготовление будущего деликатесного дерьма вместо совместных с мужем поисков смысла жизни. То, что Лариса просто любила свою работу, проходило мимо его восприятия. Муженек редко занимался своим бизнесом, так что Лариса была, можно сказать, полноправной хозяйкой ресторана.

Заехав по дороге в супермаркет и не найдя там мускатного ореха, Лара подумала и купила миндальный. В конце концов орех все равно добавляется в суп в измельченном виде, так что телезрители не заметят разницы. А то, что запах будет не такой, какой требуется, это неважно! Через экран никто ничего не почувствует, а съемочная бригада все равно в этом не разбирается. Просто измельчим орех до начала съемок, и дело в шляпе!

– А теперь мы с вами приготовим сказочно вкусную вещь – черепаховый суп, – комментировала Лариса свои действия. – Итак, берем черепаху…

С этими словами она подняла в воздух несколько вырезок черепашьего мяса. Для колорита, как выразился директор, совмещавший общее руководство с обязанностями декоратора, на столе лежал и черепаший панцирь. Конечно, никто не разделывал черепаху. Все, что умудрился достать Леша – Лариса наконец-то выяснила, как зовут директора, – замороженный пакет черепахового мяса из магазина «Деликатесы». У самой Ларисы в ресторане был изрядный запас черепахового мяса, но тут уж она слегка пожадничала. В конце концов это дорогое удовольствие, а в передаче она согласилась участвовать только ради рекламы – денег ей никто не предлагал. Поэтому она и заставила директора вертеться, как уж на сковородке.

Леша гордо вручил ей оттаявший пакет, после чего довольно бурно стал командовать, как ей встать и что ей делать. Где он взял панцирь, она не успела спросить, так резво кинулся в работу этот молодой человек. Кстати, если бы не его чрезмерная деловитость, порой переходящая в суетливость, он, может быть, ей и понравился бы.

Симпатичный, даже приятный голос, мужской шарм и то, что неотразимо действует на всех женщин независимо от их возраста – это его интерес к ним. В принципе весь джентльменский набор нужных качеств, но Лара почему-то не поддавалась его чарам, чему директор несказанно удивлялся. Попытавшись два раза завоевать ее симпатию при знакомстве и оба раза получив недвусмысленный отказ, Леша стушевался и теперь лишь недоуменно смотрел на «железную леди», которая стояла в кокетливо завязанном фартучке с вышитым Робином-Бобином и обаятельно улыбалась в камеру.

– Не каждый человек в своей жизни варил суп из черепахи, более того, не каждый отважится это сделать. Но в приготовлении этого деликатеса нет ничего сложного. Деликатесные блюда на первый взгляд всегда состоят из странных и непривычных ингредиентов. Но поверьте, вкус этого супа превзойдет все ваши ожидания!.. Итак, тушка у нас уже промыта и выпотрошена. Режем ее на аккуратные кусочки…

Лара ловко орудовала огромным сверкающим ножом. Боковым зрением она видела, что почти все, кто был в студии, столпились за спиной оператора и внимательно следят за приготовлением экзотического блюда.

– Затем нарезанное мясо кладем в кастрюлю. Воду нужно слегка нагреть и подсолить. Мясо варим в течение 3–4 часов.

За время, пока варилась черепаха, Лара успела перезнакомиться практически со всеми участниками съемочной бригады. Здесь были сплошь молодые лица. Все только-только со студенческой скамьи, но гонора и деловитости, как и у Алексея, у них было хоть отбавляй. Лара усмехнулась втихомолку, вспомнив себя в их возрасте: она была точно так же уверена, что лучше ее специалиста нет на всем белом свете, при всем том, что она постоянно прогуливала лекции, списывала на экзаменах и делала то же, что и нынешние студенты, обремененные проблемой получения диплома.

Вот и сейчас, слушая хорошенькую, немного вульгарно накрашенную Леночку с черными-черными подведенными глазами и очень бледным узким ртом, которая томно вещала о бессмысленности людского существования, Лариса зевала в ладошку и думала, что нет ничего удивительного, что с девушкой никто не общается. Такая зануда кого хочешь доведет до белого каления. Едва увидела свежего человека – и давай его загружать своими сентенциями.

«С Котовым бы они нашли общий язык, – неожиданно мелькнуло у нее в голове, и она развеселилась – Смысл жизни! Они поймут друг друга. Недаром он все время жалуется на непонимание. Ничего, после таких «мудреностей» он живенько забудет свои философствования».

– И вот, когда наша душа достигает экзальтации в нирване… – несколько истерично возвысила голос Леночка, намереваясь продолжить свою проповедь, как ее вдруг перебил молодой человек с приятным лицом, но усталыми складками возле губ:

– Извини, Ленусик, мне нужно с Ларисой Викторовной поговорить.

Лариса кивнула ему.

– Я – оператор, – представился он, – Дмитрий. Я бы хотел обсудить с вами кое-какие особенности съемок.

– Да, конечно.

– Вот когда вы стоите возле стола, если нетрудно, смотрите, пожалуйста, не в сам объектив, а хотя бы на меня. Словно вы мне рассказываете, как готовить эту штуку. А то слишком напряженно получается. Кстати, что мы там варим?

– Суп из черепахи, – невольно рассмеялась Лара. Молодой человек ей понравился. В нем не было того профессионального превосходства, которое иногда так утомительно действует на постороннего человека. Он просто советовал, не давя на личность.

– Здорово! – восхитился Дмитрий. – Дадите потом попробовать?

– Ладно, – пожала плечами Котова, – все равно суп здесь останется. Вы же его и съедите.

– А много супа получится?

– Э-э, ну, из расчета – два килограмма черепахи на шесть литров воды… В общем, большая кастрюля.

– Как раз на всех хватит, – обрадованно улыбнулся Дмитрий. – Вы знаете, я так покушать люблю! Особенно когда красивая женщина своими руками приготовит.

– Спасибо, – Лариса привыкла к самым витиеватым комплиментам, но все равно ей польстило внимание этого молодого человека. – По вам не скажешь, что вы такой обжора.

– Метаболизм интенсивный, – усмехнулся Дима. – И еще, постарайтесь голову не наклонять и не смотреть исподлобья – от этого может второй подбородок появиться и взгляд стать слишком агрессивным. Ага?

– Ага! – пообещала Лара, после чего отправилась к столу.

Режиссер, лопоухий человек среднего возраста – единственный «старичок» здесь – похлопал в ладоши, призывая всех к продолжению. Дмитрий занял свою позицию. Замигал красный огонек, съемки продолжались.

– Пока черепаха варится, порежем кусочки другого мяса, – сказала Лариса. – Например, курятину, говядину или свинину – что под рукой окажется. Я советую взять смесь говядины и курятины, это не перебьет вкуса черепахи, но суп будет более наваристым. Впрочем, кому что нравится. Нужен килограмм дополнительного мяса. Также нарежем большую луковицу, сто граммов кореньев петрушки и немного сельдерея. Так, что там у нас с черепахой?

Режиссер время от времени показывал ей – все идет отлично, так держать. Лара вынула мясо, процедила отвар, положила туда смесь курятины и говядины, коренья, затем поставила их варить до полной готовности.

– Итак, все сварено. Снова кладем отваренные ломтики мяса черепахи и варим еще 30–40 минут. Приготовление супа занимает довольно много времени, но оно того стоит! Запах здесь стоит уже потрясающий.

Бригада за спиной режиссера согласно закивала. Даже Алексей уже переменил свое мнение относительно черепашьего супа.

– В это время готовим настой из мадеры. Для этого в кастрюльку с кипящим вином добавляем душистые травы, – она перечислила все, что привезла с собой. – И мускатный орех.

В суп посыпалась миндальная крошка.

– Доводим настой до кипения, после чего снимаем с огня и даем настояться. Кстати, будьте осторожны, мадера – все-таки вино, так что не наклоняйтесь над кастрюлькой, а то, пожалуй, забросите суп и уплывете в мечтах.

В студии раздался смех.

– Теперь добавляем настой в суп, перчим, солим. Выключаем. Итак, барабанная дробь… М-м, какой запах!

В студии раздались аплодисменты. В поле зрения камеры вылез ведущий – симпатичный толстячок, изображающий Робина-Бобина. Он всю передачу скрывался за кадром, мелькнув только в самом ее начале с голодным и несчастным видом. Теперь же, повязав салфетку, Робин-Бобин в предвкушении лакомства держал огромную ложку – размером с половник.

– Попробуем, попробуем. Ах, ах, ах! Как вкусно! Пожалуй, стоит сказать спасибо!

Этими словами всегда заканчивалась передача. Режиссер поднял вверх большой палец, показывая Ларисе, что все в порядке, можно уходить. Лара развязала фартук и, посмеиваясь, наблюдала, как съемочная бригада набросилась на суп в огромной кастрюле. Робин-Бобин тут же куда-то исчез, утратив свой голодный вид и оставив суп остальным.

– Ларочка, а вы сами не хотите попробовать? – к ней сзади подошел Алексей.

– Нет, спасибо, я не хочу.

– Ну как это так? Готовили, готовили – и вдруг не попробуете? Тарелку Ларисе Викторовне! – зычно крикнул он, обращаясь к помощникам. К ним тут же подошла девушка в сером мешковатом свитере и, улыбаясь, поднесла пластиковую тарелку, в которой дымилась густая ароматная жидкость с плавающими в ней розовыми кусочками мяса.

«Не то что у меня в ресторане, – подумала Лариса, – это вам не немецкий фарфор, в котором у нас подают черепаховый суп избранным клиентам. Да и повседневная посуда тоже куда лучше этого пластикового недоразумения».

– Спасибо, милая.

Лара взяла ложку и попробовала суп.

«Неплохо, – подумала она, – но могло бы быть и лучше. Я забыла добавить ложку крахмала для большей вязкости, да и миндаль – это все-таки не то. Мускат лучше».

Отовсюду слышались восторги, все подходили, выражая свое восхищение, поздравляли ее с удачным блюдом.

– Беру свои слова обратно, – сказал Алексей, – черепаховый суп – это нечто!

– Спасибо, но это не верх моего мастерства, – ответила Лариса. – Приходите к нам в «Чайку», вот там и попробуете такие деликатесы, что душа запоет от восторга.

– С удовольствием! – расплылся в улыбке Леша. Похоже, он подумал, что лед тронулся.

– Кстати… м-м, как вкусно, – сказала Лариса, проглотив нежную черепашью мякоть, – а где вы панцирь достали?

Алексей не успел ответить, так как сзади вдруг раздались крики. Сначала неуверенные, потом все более громкие и отчаянные.

– Вызовите «Скорую»! Вызовите «Скорую»! – кричал кто-то. – Димка, боже мой!

Алексей Дарьин моментально развернулся и направился к очагу происшествия – столу, возле которого столпились сотрудники съемочной бригады. Лариса взглянула в этом направлении и увидела картину, от которой у нее моментально пропал аппетит.

Молодой оператор, с которым она беседовала буквально полчаса назад, лежал на полу. Его заметно побледневшее лицо сразу бросилось в глаза Ларисе. Вокруг него столпились работники телевизионного искусства, тут же загудевшие, как пчелы. Они и до этого издавали мерный шум, просто сейчас он перешел на другие децибелы.

– Что случилось? – спросила Лариса, подойдя ближе к толпе.

– Не знаю, – ответила, полуобернувшись, незнакомая девушка. – Я сама на крик прибежала.

Следующих две минуты в студии казались потом Ларисе настоящим бредом. После того как прошел первый шок, на нее обратилось большинство взглядов – недоуменных и даже подозрительных. Лара отставила свою тарелку, приблизилась к столу, на котором стояли опустевшая кастрюля и несколько пластиковых тарелок, и повторила, глядя на Дмитрия:

– Что с ним?

– Это у вас надо спросить! – неожиданно выкрикнула бледная девушка в синем свитере, которую здорово трясло. – Что вы туда положили?

Лара настолько растерялась от кошмарного обвинения, что его смысл не сразу дошел до ее сознания. Она вдруг начала оправдываться:

– Я? Ничего… Вы… вы сами все видели, я…

– Вы нас отравить хотели? – не отставала девушка. – Да? Что вы туда положили? Говорите, говорите же! Может, нам всем еще можно помочь, а вы молчите!

– Светка, заткнись! – к девушке подошел директор, с которого слетела его обычная высокомерная деловитость. Он стал по-настоящему собранным и хмурым. – Андрей, вызови милицию. Лариса Викторовна, пройдите в мой кабинет, пожалуйста!

– Что? С этой ведьмой еще и на «вы», и «пожалуйста»? – голос разъяренной девушки больно бил Ларисе в уши. Она слегка поморщилась, начав приходить в себя.

Девушка все время что-то верещала, пока Дарьин не отвесил ей хорошую оплеуху. После этого Света живо заткнулась, но тут же побледнела, приложила руку ко лбу, пошаталась немного и театрально грохнулась в обморок.

– Еще одна! – с ужасом прошептала секретарша директора. Кажется, ее звали Муся. Или Маруся, Лариса точно не запомнила.

Вокруг упавшей девушки столпились сотрудники,

– Да вы че, все с ума посходили? – возмутился вдруг стоявший доселе с раскрытым ртом помощник оператора. Вся стычка заняла буквально пару минут, во время которых он сначала впал в шоковое состояние, а теперь выходил из него.