Единственная из тысяч. Я тебя завоюю

Глава 3

Ангелина смотрела на подружку с изумлением, и это ещё мягко было сказано. Даже жевать перестала, так и сидела, держа во рту непережёванные салат и кусочек тефтельки, надув щёки.

— Ну что ты смотришь! Он — тайный агент, ему нельзя раскрывать лицо, иначе его убьют. Вот он и скрывается, — пояснила Зойка, уничтожая котлету.

Геля проглотила еду, запила компотом и вытерла губы салфеткой.

— Это он тебе так сказал?

— Нет, — пожала та плечами, — это и так очевидно.

— М. И из чего это очевидно, боюсь спросить.

— Лицо скрыто? Скрыто. На всех, заметь, фотографиях и видео, — Зоя подняла указательный палец.

— А тебе не кажется, что будь он тайным агентом, он бы в принципе не светился? И уж тем более — не был бы блогером и стримером? Что-то как-то не вяжется.

— Ну а как ты ещё это объяснишь, а? — Зоя поставила на стол локти, сцепила руки в замок и положила на них подбородок, буравя Ангелину взглядом исподлобья.

— Просто… Ну, может у него зубы кривые? Или не мужественный подбородок? Или шрам? Прыщи? Или в принципе из красивого — только глаза, и больше показать нечего?

— Да, а ты видела его тело?! — глаза Зойки засверкали лихорадочным огнём.

— Откуда? Ты показала только его глаза.

— А я сейчас покажу, — засуетилась, снова распароливая смарт.

— Я верю, Зой, верю, не надо, — попыталась было остановить она коллегу, но коллега была неумолима.

— Вот — смотри! — снова сунули ей под нос смарт с обнажённым по пояс мужчиной на экране.

Чёрная маска скрывала лицо, оставляя загадку. На голове – бандана, из-под которой выбивались непокорные пряди волос, будто не признающие никаких границ.

Но главное — его тело, — было видно.

Роскошное. Идеальное.

Поджарое, без единой лишней складки, словно выточенное из мрамора. Плоский, каменный живот с чёткими кубиками пресса, которые так и просились под прикосновение. Брюки сидели неприлично низко, будто нарочно подчёркивая эти дерзкие косые мышцы живота.

Руки — сильные, рельефные, с проступающими венами, будто тонкие реки под кожей. Длинные пальцы, которые, казалось, могли с лёгкостью сжать, притянуть, приковать к себе. Грудь — рельефная, но без перекаченной массивности, только упругая мощь, закалённая в спортзале.

Не качок. Нет.

Скорее — воплощение мужской силы, где каждая мышца отточена до совершенства. Фитнес, бокс, может быть, кроссфит — что-то, что превращает тело в оружие соблазна. Либо просто в оружие.

Ангелина даже не заметила, как застыла, впитывая этот образ.

Тестостерон. Секс. Власть.

Всё это витало в воздухе, будто просачивалось даже через экран Зойкиного смартфона.

Фото было чёрно-белым, но от этого — только эффектнее. Тени ложились по рельефам, подчёркивая каждый изгиб, каждый намёк на силу.

Образчик.

И она не могла отвести взгляд.

— Ну?! — нетерпение звенело в голосе подружки, будто натянутая струна.

— Ну… — замялась Геля, нарочито медля, — ладно, признаю, тело — красивое. Но и только. Лица-то не видно, — не удержалась, и подколола коллегу ехидным подмигиванием.

— А глаза? — не сдавалась она.

— И глаза, — покорно вздохнула. — Ладно, глаза — да.

— А голос, наверное, у него вообще отвал башки… — Зоя закатила зрачки под самые веки, будто уже слышала этот голос — низкий, бархатный, пропитанный обещаниями.

— Ну голос-то ты его не услышишь, психопатка, — фыркнула Ангелина, лениво помахивая рукой в сторону официанта.

— А вот и услышу, — Зоя вдруг наклонилась ближе, губы растянулись в хитром полушепоте. Ангелина приподняла бровь — интерес проснулся сам собой.

— Я на него подписалась. В одной соцсети, — Глаза Зои блестели, как у заговорщицы, раскрывающей великую тайну. — С зарплаты заплачу денежку — и стану членом его команды. Попаду на прямой эфир!

Ангелина застыла. Заплатить деньги? За что? Член команды? Это вообще как?

Видимо, все её мысли тут же выстроились в ряд на лице, потому что Зоя тут же, снисходительно улыбаясь, принялась объяснять:

— Видишь ли, просто так его фото и ролики не посмотришь — страница приватная. А чтобы попасть на стрим… — она сделала паузу для драматизма… — надо вступить в команду. Вход — четыреста сорок девять рублей.

Зоя откинулась на спинку стула с видом победительницы.

— Это же бред? — Ангелина всё ещё не могла поверить в то, что говорила Зойка.

Но Зоя уже мечтательно улыбалась в пространство, будто её билет в другой мир уже лежал в кармане.

Подошёл официант, и девушки заказали по чашке чая, десерту каждой, попросив сразу принести счёт. Приняв заказ, он удалился, а Геля, нахмурив брови, уточнила:

— Платить деньги за то, чтобы смотреть его прямые эфиры? Может, я чего-то не понимаю, но разве стримеры не должны вести их бесплатно? Ну, чтобы аудиторию привлечь, охват расширить… Кто их вообще увидит, если контент платный?

— Ты ничего не понимаешь, Линка, — фыркнула Зоя, играя ложкой в креме на торте. — Он же эксклюзив! Хочешь быть ближе к нему — плати.

— Как проститутке? — неожиданно вырвалось у Ангелины.

Зоя резко подняла глаза — казалось, её взгляд мог прожечь бумажную салфетку. Ноздри её раздулись, а пальцы сжали вилку так, что костяшки побелели. Ангелина же искренне не видела иного сравнения.

— Он так зарабатывает, — сквозь зубы процедила Зоя.

— А работать сейчас не в моде? — спросила, чувствуя, как в голосе закипает раздражение.

— Ой, да где ты видела такие деньги? — коллега презрительно махнула рукой. — Работать… Это и есть работа, если что.

Ссориться из-за какого-то «интернетного мужика» Ангелине не хотелось, поэтому она глубоко вдохнула и миролюбиво протянула:

— Не знаю… Ладно, спорить не буду. Наверное, это правда сложно: фотографироваться, снимать видео, монтировать, музыку подбирать, подписи придумывать… — она тщательно контролировала интонацию, вытравляя даже намёк на сарказм. — И, наверное, дорого, — закончила, вспоминая, что на фото этот стример был в чёрной рубашке, а на видео — в камуфляжных штанах. Это — не считая обязательной маски или балаклавы.

Слава богу, сработало — Зоя размякла, уголки губ поползли вверх.

Закончив с ужином и расплатившись, девушки вышли на улицу. Вечерний воздух был прохладен, фонари отбрасывали длинные тени. Они подошли к остановке — ехать обеим недалеко, но в разные стороны.

Пока ждали автобусы, Зоя внезапно заявила:

— Я с ним познакомлюсь.

— Как? — Ангелина округлила глаза.

— Напишу что-нибудь… Необычное. Не буду, как все эти фанатки, слать «ой, какой ты красавчик» — у него таких сообщений миллионы. Придумаю то, чего никто не писал. И он ответит — а дальше дело техники.

— Напиши ему таблицу умножения, — неожиданно ляпнула, и тут же стиснула зубы.

Но пронесло: Зоя не заметила подвоха, а лишь рассмеялась, запрокидывая голову.

— Ха-ха-ха, а что, идея! — её смех раскатился по полупустой остановке.

Ангелина смотрела на неё, искренне недоумевая: когда Зоя успела так поехать головой? И из-за чего???

Из-за фоток неизвестно кого? Да, может, это вообще нейросеть нарисовала эти глаза.

Ну и что, что фоток и видео много — для специалиста в этом деле наклепать их — плёвое дело.

— Ладно, подруга, я поехала, — сообщила Зоя, увидев свой автобус, — приглашу тебя на свадьбу, чао! — с этими словами она запрыгнула в открывшиеся двери маршрутки, быстро проскочила на освободившееся место, помахала в окно ручкой, и автобус тронулся.

— С ума сойти, — шептала Ангелина, провожая взглядом автобус, — одинокая и внезапно влюбившаяся женщина — непредсказуемая и страшная сила.

Приехав домой и переделав все вечерние дела, устроилась на диване с телефоном в руках. Она запомнила ник того глазастого красавца, которого показывала Зойка: «Leksys777keen». Девушка теребила в руках телефон и никак не могла решиться.

— Ай, да ладно, кто там меня узнает-то? — наконец, решилась, и зашла в соцсеть, где обитал Лексус, и ввела его ник в строку поиска. — Да быть такого не может, — растерянно моргала, глядя на результаты поиска.

Глава 4

Приехав домой и переделав все вечерние дела, устроилась на диване с телефоном в руках.

Она запомнила ник того глазастого красавца, которого показывала Зойка: «Leksys777keen». Она теребила в руках телефон и никак не могла решиться.

— Ай, да ладно, кто там меня узнает-то? — наконец, решилась, и зашла в соцсеть, где обитал Лексус, и ввела его ник в строку поиска. — Да быть такого не может, — растерянно моргала, глядя на результаты поиска.

Поиск показывал «ноль», а ведь Зойка уверяла, что он везде и во всех...

— Странно, может, зарегистрироваться надо, чтобы увидеть.

Зарегистрировавшись, снова вбила в строку поиска ник и удивилась — поиск снова ничего не выдал.

— Странно, — бормотала, перенабирая ник снова и снова — поиск упрямо молчал. — Я не могла ошибиться, ник правильный!

Немного подумав, вбила в строку поиска во всемирную паутину ник, и опа — по первой же ссылке попала на личную страницу Лексуса в той соцсети.

— Как интересно, и что за скрытность? — ткнула она пальчиком в его ник и снова была несказанно удивлена — страница Лексуса не открывалась, а в статистике было всё по нулям: видео, фото, лайки… Ноль, зеро, пустота…

— Да кто ты такой??? Да что за нафиг??? — негодовала, ёрзая по дивану. — Я же видела у Зойки, что подписчиков под миллион! Сотни фоток и десятки видео!

Немного подумав, снова полезла в интернет, выяснять причину такой несправедливости.

— Хм… Скрыто… Доступно только для подписчиков.

Сплюнув три раза через левое плечо и, на всякий случай, постучав по голове, нажала «подписаться»… Вуаля! Сработало!

С круглыми от изумления глазами она листала его страницу, и каждый новый пост сражал её наповал!

Лексус жил так, будто каждый его день — последний: бешеные заезды на байках, когда ветер рвёт в клочья мысли о страхе; свободное падение с парашютом, где небо становится океаном, а сердце — молотом в груди; бег лошади под ним, сливающийся с ритмом его крови; дерзкие прогулки по крыше несущегося поезда, где мир мелькает, как кадры из сна; головокружительные трюки на роликах, будто гравитация для него — просто досадная условность.

Но самое захватывающее зрелище ждало её дальше.

Оказалось, за этим бесшабашным духом скрывалось тело, достойное античного бога. Не груда бугристых мышц, а идеальная гармония силы и изящества — каждый изгиб, каждая линия будто выточены резцом влюблённого скульптора.

Плечи, способные удержать небо, пресс, напоминающий чеканку на доспехах воина, бёдра, в которых таилась звериная мощь…

Всё в нём дышало соблазном, энергией и неприкрытой чувственностью.

Она замерла, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Такого мужчину не просто хотелось — его хотелось ощутить.

— О-о-ох тыж ё-о-ошь ты-ы-ыж, — протянула она с восхищением, разглядывая стальной пресс и прокачанную грудь этого самца. — Высокий! — с восхищением произнесла, увидев его фото в полный рост.

И тут же телефон тренькнул, и ей пришло уведомление о том, что началось соревнование стримеров с предложением поддержать любимого своими лайками и иной активностью.

Пролистав быстренько экран, она не обнаружила, как можно попасть на этот стрим.

— Да ты заколебал, агент хренов! Как попасть-то?!

Поискав ещё чуть-чуть, наткнулась на сообщение о том, что на прямой эфир стрима пользователя Лексус можно попасть только оплатив членство в его команде.

— Однако, — присвистнула в неприятном удивлении.

Стоимость членства в команде составляла четыреста девяносто девять рублей.

— Ахренеть! — выдохнула негодующе и отбросила телефон.

Встала с дивана и подошла к окну. Прислонилась лбом и закрыла глаза. Ей очень хотелось посмотреть на Лекса вживую, и понять — Царёв Валерий Никитович — это он же... Или не он же…

Но платить за то, чтобы посмотреть на мужчину казалось ей равносильным тому, чтобы купить его. Как проститута. К такому её жизнь не готовила.

Походив ещё минут пять туда-сюда по комнате, она села на диван и решительно взяла телефон в руки.

Разобравшись, что к чему, решительно закинула требуемую сумму, и буквально тут же ей открыли доступ в эфир прямого стрима.

— Твоюж ма-а-ать….

Океан восторженных фраз, кричащих смайликов и бесконечных сердец — алых, розовых, мерцающих, гигантских и крошечных — захлестывал экран, оставляя после себя рябь в глазах и легкий звон в ушах.

Чат, пестрящий женскими никами, бушевал, как ураган:

«ЛЮБЛЮ ТЕБЯ ДО БОЛИ!!!»

«ВСТРЕТЬСЯ ХОТЬ РАЗ, УМОЛЯЮ!!!»

«ОН МОЙ, ВЫ ВСЕ ТУТ ПЯТОЕ КОЛЕСО!»

«Я ТВОЯ САМАЯ ПРЕДАННАЯ, ДОКАЖУ!!!»

Стихи, написанные впопыхах, с обилием восклицательных знаков и опечаток; споры, кто достоин больше; десятки одинаковых комментариев, будто их штамповали на конвейере…

А над всем этим — море смайликов. Улыбающиеся рожицы, плачущие, целующие, подмигивающие, с сердечками в глазах — они множились, заполняя собой все пространство, пока экран не превратился в гипнотизирующий калейдоскоп эмоций.

Наблюдая за этим безумием, она медленно выдохнула и пробормотала:

— Дурдом.

Проморгавшись, она наконец подняла глаза к верхней части экрана, где в двух небольших окошках по углам шла прямая трансляция. Два стримера соревновались, но происходящее сложно было назвать борьбой.

Левый — Лексус — методично, без усилий, громил соперника за соперником. Счёт был унизительным. Как только правому не оставалось ничего, кроме как сдаться, его окошко гасло, и на смену появлялся новый участник. И снова — разгром.

Четыре или пять раз сменились противники, прежде чем она осмелилась перевести взгляд в левый угол. Глупое, навязчивое чувство подсказывало: он заметит, если я на него посмотрю. Бессмыслица, конечно, но она не могла заставить себя отвести глаза от правого угла.

Наконец, сделав глубокий вдох, она подняла взгляд — и тут же встретилась с его глазами.

Они сверкали, как далёкие звёзды, переливаясь невероятными, неестественными оттенками. Если остальные стримеры сидели в уютных комнатах, на фоне книжных полок или гирлянд, то Лексус растворялся в абсолютной тьме.

Лишь чёрная маска скрывала нижнюю часть лица, оставляя открытыми лоб, виски с непослушными прядями и эти... Гипнотические глаза.

Тут же в её воспоминаниях всплыли глаза Валерия. Похожи. Очень.

— Да это линзы, стопудово! — прошептала она, но в ту же секунду Лексус резко взглянул в камеру, и ей почудилась лёгкая усмешка в уголках его глаз.

— Бред, — тут же отмахнулась она, — связь же односторонняя...

Но сердце бешено колотилось.

Лекс тем временем расстреливал чат взглядом словно снайпер, целясь в мельтешащие подарки, которые сыпались на него, будто из опрокинутого рога изобилия.

Вдруг она услышала его голос — бархатный, с лёгкой хрипотцой, будто припорошенный звёздной пылью:

— О, Юлия, фея моя неземная, спасибо, дорогая!

— Эльвира, лапочка, обожаю!

— О-о-оу, Са-а-аша, Сашенька, дорогая, моё сердце навсегда твоё!

— Лисичка, феечка моя сладкая, спасибо!

— Мои прекрасные феи, всех люблю и обнимаю…

Сердце рванулось вперёд, будто сорвавшись с цепи, и впилось в горло, перекрыв дыхание. В висках застучали молоточки — яростно, без ритма, как будто кто-то колотил в набат тревоги.

Голос стримера был искажён — это она знала. Специальный прибор, маскировка. Но даже сквозь электронные помехи он звучал… Соблазнительно. Глубоко, как тёмный шоколад с лёгкой горчинкой. Под стать этим глазам — пронзительным, гипнотизирующим.

Но не это её поразило.

«Фея… Феечка…»

Во рту резко пересохло, будто кто-то выжег всю влагу паяльной лампой. Перед глазами заплясали чёрные мушки, сливаясь в хаотичный вихрь.

Она уже слышала это сегодня.

Точно такие же слова — «фея», «феечка» — звучали из уст визитёра из Москвы. Того самого, что приехал с проверкой.

Это не было случайным «милочка» или заезженным «дорогая». Нет. Такое обращение — особенное.

Сколько мужчин называют женщин… Феями?

Губы сами собой сжались в тонкую ниточку.

Совпадение?

Или… Намёк?

Затаив дыхание, словно боясь, что она передумает, Геля написала сообщение в общий чат и тут же вышла из стрима.

Глава 5

Монотонный гул голосов в наушниках, мелькание сообщений, вспышки донатов — всё это давно превратилось для Алекса в белый шум.

Он автоматически улыбался, благодарил, бросал в чат пару острот, но мысли его были далеко.

Где-то между строк кода, в лабиринте серверов, куда он заглядывал даже сейчас, пряча за привычной маской стримера холодный расчёт профессионала.

Пальцы сами тянулись к клавиатуре, поправляли на лету чужой алгоритм, подкручивали настройки — чуть-чуть добавить, чуть-чуть убавить. Он даже не думал, скользя глазами по фразам в чате, пока вдруг — щелчок в сознании.

Что-то не сходилось.

Что-то важное.

Что-то проскочило — миг, слово, фраза.

Неуловимое, как вспышка периферийного зрения, когда краем глаза замечаешь движение в темноте. Он даже не успел прочитать, но тело уже отреагировало — мышцы слегка напряглись, пальцы замерли над клавиатурой. Внешне — всё та же расслабленная поза, лёгкая ухмылка, но внутри мгновенно включился режим сканирования.

Найти.

Чат бушевал, сообщения летели со скоростью пулемётной очереди, но его взгляд, острый и безжалостный, уже выхватывал ключевые слова, отсеивая шелуху.

«Лекс, я твоя навеки!» — мимо.

«Купи мне внимание, пожалуйста!» — нет.

«Ты самый лучший!» — не то.

Где оно?

Его пальцы сами потянулись к горячим клавишам, замедлив воспроизведение чата. Он не мог объяснить, почему это важно. Но инстинкты редко ошибались.

Продолжая стрелять глазами и благодарить подписчиц, он с бешеной скоростью крутил колёсико мышки, пытаясь поймать в уходящем селевом потоке месседжей то самое…

Он пролистал пару страниц, потом ещё. И вдруг —

Фраза.

Всего несколько слов. Но они ударили с чёткостью снайперского выстрела.

«Ты же не просто так здесь, правда?»

— Вот же ты… — прошептал он, и уголок его губ дрогнул в полуулыбке.

Вот чёрт.

Среди тысяч.

Нашёл.

Губы сами собой растянулись в едва заметную улыбку. Не ту, что он демонстрировал подписчицам, а другую — хищную, настоящую.

«Пора заканчивать, — мелькнула мысль, — надо пошевелить напоследок».

— Тап-тап-тап-тап… — прозвучала бархатная хрипотца в эфире, и пятнадцать тысяч экранов в одно мгновение утонули в водовороте летящих вверх сердечек — алых, яростных, безнадёжных.

Пора.

— Я люблю вас.

Палец коснулся экрана.

Тьма.

Тишина.

Завершив стрим и выпроводив друзей-сослуживцев подумал, что никуда то сообщение не денется, а значит, он отдохнёт.

Устал.

Повертевшись в безуспешной попытке заснуть, встал, чертыхаясь, навёл себе кофе и унонул в своём роскошном рабочем кресле, будя уснувший, в отличие от него, ноут.

Без труда нашёл интересующий его ник.

— Ого, — тихо пробормотал он, и голос, даже искажённый всё ещё включённым модулятором, звучал глубже, опаснее. — Кто-то тут… Нестандартный.

Щёлкнул на аватарку.

Абсолютно девственный аккаунт...

«Ты же не просто так здесь, правда?»

Лексус напрягся и нахмурился.

Что это? Провокация? Случайность? Или… Тест?

Он знал такие методы, сам ими неоднократно пользовался. Создаёшь личность на час, бросаешь наживку, смотришь, кто клюнет. Но зачем кому-то тестировать его? С ума сошли, что ли? Или кто-то чересчур в себя уверовал?

— Нет, — пробормотал он, переведя взгляд на аватарку.

Чёрный силуэт на фоне розового заката. Ни лица, ни намёка на пол. Но он чувствовал — это женщина.

Может, паранойя? Возможно. Но инстинкты редко ошибались.

— Нет, милая. Так быстро не отпущу, — усмехнулся.

Его пальцы взлетели над клавиатурой, и через секунду скрипт начал выуживать из логов нужные данные. IP, примерное местоположение, историю входов.

Лексус откинулся в кресле, скрестив руки на груди.

— Ну что, Гелик… — прошептал он. — Давай поиграем.

Глаза вспыхнули алым — не метафорически, а буквально. Неснятые линзы отобразили первые строки кода.

Он щёлкнул по кнопке «Написать», пальцы зависли над клавиатурой. Что сказать? Спросить прямо: «Кто ты?» — слишком очевидно.

Сыграть в ту же игру?

— Ладно, — он усмехнулся. — Давай посмотрим, что ты задумала.

Охота началась.

Сообщение отправилось: «А ты?»

Коротко. Двусмысленно. Как её фраза.

Если это ловушка — кто-то только что сделал первый шаг. Если нет…

Странно, но, вопреки обыкновению, сообщение висело непрочитанным минуту, две… Пять… Десять… Обычно те, кого он осчастливливал своим вниманием, откликались максимум за сорок секунд, а тут...

Он развалился в кресле, закинув ноги на стол. Мониторы вокруг мерцали холодным синим светом, отражаясь в его глазах — тех самых, что сводили с ума тысячи женщин.

Но сейчас в них не было привычной насмешливой искры.

Только холодный, острый интерес.

«Ты же не просто так здесь, правда?»

Эта фраза висела перед ним, как неразгаданный шифр.

Он перечитал её в пятый раз. В десятый. В двадцатый.

Нет, это не случайность. Не стандартный визг поклонницы. В этих словах была игра.

И он обожал игры.

Щёлкнул мышкой по экрану, ещё раз открыв профиль. Никаких фотографий.

Никаких личных данных. Только чёрный силуэт на фоне заката. Но он уже знал — это девушка.

Он чувствовал её.

Сообщение ушло уже тридцать минут назад, а он ждал ответа, откинувшись назад и скрестив руки на груди.

Глаза его сузились.

— Ну, давай, фея. Покажи, на что способна, — проворчал он, постукивая пальцами по подлокотнику.

Время шло, но ничего не менялось. Аккаунт пользователя «Ваген» горел серым цветом, упорно говоря о том, что Гелика в сети нет и, судя по времени ожидания, она и не собирается заходить снова и отвечать ему.

Серьёзно? Его, Алекса, заставляют ждать? Того самого, кто мог взломать любую систему быстрее, чем среднестатистический человек успевал моргнуть?

Кого спецслужбы держали на коротком поводке только потому, что он был слишком хорош?

Кому достаточно было только хлопнуть ресницами, чтобы любая пала у его ног? Серьёзно???

Мониторы перед ним мерцали, выводя на экран досье, которое не имело ничего общего с его предположениями.

Ангелина Витальевна Снегирь. 25 лет. Городок под названием Зареченск, население — под сто тысяч. Двушка в хрущёвке, третий этаж. Работа: секретарь-референт у главы местной администрации.

Лексус медленно провёл рукой по подбородку, стиснув зубы.

— Что за чёрт…

Глава 6

Никаких следов спецподготовки. Никаких связей с конкурентами. Ни намёка на оперативную игру.

Обычная девушка.

Слишком обычная.

Слишком… Невинная.

Он щёлкнул по фотографии, вытащенной из соцсети.

Каштановые, с рыжинкой волосы, собранные в небрежный хвост. Большие голубые глаза, чуть уставшие, но с искоркой упрямства. Улыбка — лёгкая, без наигранности, чуть вздёрнутый носик.