Лёвкины истории

Глава 1 Сладкоежка

Знакомьтесь — это Лёвка! Он один такой, в смысле, у него нет братьев или сестёр. Но его маме и одного хватает — только успевай приглядывать!.. Этот семилетний непоседа любит приключения и часто находит их на своё многострадальное известное место. Живёт их дружная семья в двухкомнатной квартире. В старом трёхэтажном доме, на первом этаже. Им повезло жить в замечательном зелёном районе города.

Прямо под окнами Лёвкиной комнаты растёт молодая черёмуха, которая своей вершиной уже достаёт до 3-го этажа. Её посадил его дед, которого он не помнит, но всегда с удовольствием листает старый альбом с фотографиями. Мальчишка с удовольствием лазает по гладкому стволу черёмухи, добираясь до веток с любимыми ягодами: когда объешься черёмухой, язык становится чёрно-зелёным и во рту всё так связывает, что сглотнуть невозможно. Тогда Лёвка начинает есть черёмуху, разгрызая косточки, вкус становится другим: терпким, появляется горчинка и тогда ещё немного влазит черёмухи в его бездонный желудок. Ну, очень она ему нравится...

А под окном родительской комнаты растёт красная рябина. Особенно она красива зимой, когда среди заснеженного пространства ярко выделяются её алые грозди. Рябину Лёвка прям обожает, но её много не съесть, всё же вкус у неё особенный. Как вы уже догадались — поесть Лёвка любит, но смотря что: если кашу манную, то не очень; а вот если сахарный песок насыпать на кусок хлеба и чуть смочить водой (много сахара на тонюсенький хлебушек - именно так!), то тут он горазд. Правда, если мама увидит, то поругает и заставит есть какой-нибудь суп, но тут уж, как повезёт. Не подумайте, что Лёвка толстопуз — он щупленький мальчик и мама часто удивляется: — Куда в тебя столько сладкого влазит!..

Вот как раз об этом я и хочу рассказать историю. В их семье сложилась традиция в воскресенье покупать торт. Лёвка очень эту традицию любил! И ждал всю неделю этого дня. Вкусы у него и мамы совпадали: оба любили, чтобы прослойка бисквитного торта была из масла, а не из повидла, и чтобы сверху цветочки из масла и много орехов. М-м-м...объедение! Папины вкусы как-то не особо учитывались в виду того, что он сладкого не любил и даже чай пил без сахара. Семья собиралась за столом, разрезался торт, разливался чай по кружкам и все наслаждались: папа равнодушно откусывал один раз от куска торта и отдавал остальное сыну, мама съедала один кусочек, а сам Лёвка уплетал два с половинкой от папы и с трудом останавливался. Торт убирался в холодильник до вечернего чаепития перед сном.

Обычно Лёвка после еды сразу убегал на улицу, но когда в доме торт, ему не хотелось никуда идти. Минут через пятнадцать начиналось шевелиться в его душе какое-то странное неясное желание, которое почему-то перемещало его на кухню, к холодильнику... Он ходил по маленькой кухне туда-сюда, по коридору и обратно на кухню. И время от времени, пока мама не слышит, он открывал холодильник, аккуратно подцеплял листочек розы с торта и быстро проглатывал. Масло таяло во рту кусочком удовольствия, но это быстро проходило — листочек же маленький. Так Лёвка съедал все листочки и придирчиво осматривал — не заметно ли их отсутствие.

Знаете, если бы он сразу подметал все листочки, то было бы заметно, а когда по одному — незаметно совсем! Потом доходил черёд до самих цветов: обычно на торте их было пять - нежные красные розы. Лёвка начинал со средней — проглотил, и вроде её тут и не было... Потом одну с угла, но тогда симметрия нарушалась, и чтобы выровнять, он съедал с противоположного угла. Ну, а оставшиеся две выглядели слишком сиротливо и этот любитель сладкого сметал их быстро — оставалась ровная поверхность торта без украшений.

Тогда Лёвка делал большой перерыв, на минуту примерно... Брал ложку и соскребал всё масло сверху торта. А потом уж и с прослойки. Куски бисквита складывал обратно в коробку и уж тогда его душу не мучало странное желание. Что происходило потом лучше не вспоминать... Мама ругалась: садятся пить чай, открывают коробку (раньше крышки были бумажными и непрозрачными), а там два здоровых куска бисквита без всего, и будто раздетые или ограбленные. Лёвка в этот момент всегда старался быть на улице, он смывался заранее — жизненный опыт подсказывал, что запахло грозой и держаться надо подальше от бури...

Так продолжалось на протяжении некоторого времени: Лёвка объедал торт каждое воскресенье, мама огорчалась и ругалась... Он убегал на улицу, пережидая пока мама успокоится, а отходила мама быстро. И вот однажды мамино терпение лопнуло. Она позвала Лёвку на беседу. Пора было преподать ему внушение. Мама понимала, что сын не может совладать со своей тягой к сладкому. Она колебалась в выборе способа помощи : наказание или попытка достучаться до его совести. Простыми запретами проблему не решить и она решила определиться при беседе с сыном.

Тот, предчувствуя шторм, но не имея возможности сбежать (а потому что куда ты с подводной лодки), шёл на беседу, как на эшафот. Мысли вяло прокручивались: "кончились мои славные (сладкие) деньки, прощайте, тортики, я вас больше никогда не увижу..." Это был скорбный путь, хотя длился он шагов десять — до родительской комнаты. И вот он стоит перед мамой, понуро опустив свою кудрявую рыжую шевелюру. Мама смотрела на него и молчала, Лёвка уж извёлся весь.. И тут мама заговорила: — Так, сын, мне это надоело! Каждое воскресенье одно и то же: торт покупаем, пьём чай, а потом обнаруживается, что торта больше нет. Один сухой бисквит! Так не годится, мы тоже люди и хотим пить чай с тортом! — мамин голос звучал возмущённо.

Лёвке, конечно, было стыдно. Где-то там, далеко внутри, что-то ему подсказывало, что он неправ. Но больше всего он сейчас печалился о том, что теперь уж точно мама больше не будет покупать торты. — Ты меня слушаешь?... я с тобой разговариваю !..— мамин голос был строг. Лёвка вернулся в реальность. — Итак, вот что мы сделаем...--продолжала мама. Она видела, что достучалась до сердечка сына, видела его переживания и сейчас ей было его так жалко! Она решила, что внушения будет достаточно. А сердце Лёвки в это время болезненно сжалось — решалась его судьба и он не знал, что она ему приготовила... — В следующее воскресенье мы покупаем два торта...— вот этого Лёвка не ожидал!.. — Уррраааа !!!!...— его вопль прервал маму. — Подожди, дослушай сначала... Покупаем два торта, садимся пить чай все вместе. И этот торт ставим в холодильник, и ты его больше не трогаешь. А второй торт полностью тебе.— закончила мама. --Ураааа !!! — восторгу Лёвки не было предела: вот это да! Два торта! Два торта!

Неделя тянулась, как резиновая... Это было невыносимо. Но душу согревало "дваторта...дваторта..." И вот наступило воскресенье. Как и обещала мама, купили два торта, свой торт Лёвка самолично отнёс в холодильник, даже не развязав ленту. Он скорее поспешил к столу, где стоял уже разрезанный другой торт и налит чай. Прошло, всё как обычно: папа поделился с Лёвкой своим куском, он съел свои два и с чувством выполненного долга прошёл на кухню, где торжественно перерезал ленту на коробке и схомячил в один присест весь торт (а это, извините меня, целая куча вкуснейшего масла с орехами!).

А дальше... В нём опять проснулось знакомое желание и Лёвка по старой схеме объел масло и орехи со второго торта. Бисквиты сиротливо лежали в двух коробках... Через некоторое время Лёвку стало подташнивать, потом его вырвало, он почувствовал слабость, поднялась температура...вызвали скорую. Доктор расспросил его, что он ел — и все пришли в ужас, потому что он признался, что съел масло с обоих тортов. Потом были неприятные процедуры промывания желудка, ставили капельницу — всё это под добродушные сетования бабушки: "ну, надо же...слопать столько...горе ты луковое..." Под эти бормотания Лёвка заснул.

На следующий день он проснулся рано, чувствовал себя хорошо. Но мысли возвращались к происшедшему вчера: он понимал, что сам виноват и не хотел бы вновь испытывать это противное состояние тошноты и головной боли. Значит, надо быть осторожным и не есть слишком много кремового масла и сладкого вообще. Прошла неделя. Мама купила торт, все сели за стол. Лёвку мучила неизвестность: как отреагирует его организм на масло? Неужели он навеки лишится возможности прикасаться к этому чудесному сладкому совершенству?! Дело в том, что уже имелся "печальный" опыт — карамель "Гвоздика". Как-то однажды её купили, но вкус начинки сильно не понравился ему. После пробы первой же конфеты, организм взбунтовался — Лёвка впервые в жизни отказался от сладкого.

Теперь он осторожно, кончиком пальца, зацепил крохотулечку масла и положил на язык. Не поняв реакции организма, взял побольше и почувствовал — желудок принимает! Он спокойно стал кушать торт, его настроение сразу улучшилось, а настороженность исчезла. Лёвка был сосредоточен на своих ощущениях и не заметил, что за столом в это время была тишина. Все за ним наблюдали, ждали его реакции. И когда он спокойно стал уплетать кусок торта, мама всплеснула руками в изумлении и сказала: — Я думала, что ты никогда больше не прикоснёшься к нему, а тебе хоть бы хны! А Лёвка уплетал торт, скромно улыбался и думал: "Я буду есть, но буду очень осторожен"...

Alex Nech 10.07.2026г. Копирование материала запрещено

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.